Читать книгу "Свадебное агентство попаданки"

Пусть не думает, что, едва он добавил теплоты в свой сочный баритон, я сразу же паду к его ногам. Не на ту нарвался, господин генерал.

На меня ваше обаяние не действует. Ну, почти.

Глава 7

Софи Соколовская

― Хочешь ты или нет, но я за тебя отвечаю, ― спокойно, даже равнодушно говорит генерал. ― Тебе придётся.

Я развожу руками. Что с ним сделаешь? В глубине души я очень хочу, чтобы он настоял и забрал меня отсюда. Всё же жить в комфорте, пусть и с таким несносным типом лучше, чем поглаживать свою гордость, сидя на крыльце маленькой лачужки голодная и больная.

– Император тебе вещи передал, ― уговаривает меня он. ― И мазь от ожогов волдырника.

– У драконов хорошие лекари, ― вставляет свои пять копеек ведунья.

Он тоже пытается избавить от меня? А как же клятвы в вечной преданности и обещания помощи?

Пожимаю плечами. Я так устала, что хочется лечь и уснуть даже на этом крыльце. А ещё жутко хочется есть, что аж голова болит.

– То есть мазь я получу только в обмен на переселение к вам?

Давай уже возьми меня на руки и отнеси в свой шатёр. Прикажи нагреть ванну и подать обед или ужин, мне без разницы, лишь бы поесть. Избавь меня от участи показывать свой гонор. Иначе я так и останусь у разбитой лачуги без еды и крова, потому что в домик ведуньи я точно не влезу.

– Хватит ломаться, Софи, я же вам ясно сказал, ― начинает злиться генерал, ― я несу за вас ответственность перед императором.

– Не пойду, ― ляпаю я, прикусывая себе язык. Лучше молчи, Софи.

– Вы уже показали свой гонор и характер. Поверьте, я оценил.

– Да плевать я хотела на вашу оценку, ― опять срываюсь я.

Вот почему он на меня так раздражающе действует? Я вообще перестаю здраво мыслить, когда он начинает со мной разговаривать.

– Вот я плевать хотел на ваше мнение, ― разозлившись, генерал распахивает калитку, в два шага преодолевает расстояние до крыльца.

Его вид реально страшен. Я сжимаюсь в комок, стараясь быть как можно незаметнее. Хотя делать это надо было раньше, когда генерал только появился у хлипкого заборчика дома ведуньи.

Райан подхватывает меня на руки, словно пушинку, и даже не попрощавшись, выходит со двора.

– Простите меня, матушка Северина, ― кричу я ведунье, но она почему-то поощряющее улыбается.

Неужели и она в своём почтенном возрасте подвержена обаянию генерала.

Я отворачиваюсь к груди Райана, чтобы никого не видеть. Мне ещё работать с этими людьми, а он роняет мой авторитет в их глазах. Но в глубине души я рада, что он поступил по-своему. Теперь я спокойно могу наслаждаться уютом и комфортом.

– Можешь не прятаться, всё равно нас никто не видит, ― успокаивает меня генерал. Я даже начинаю опасаться, что он читает мои мысли.

– А где все?

– На работе в шахте, до самой ночи.

– С таким графиком работ я удивляюсь, что они до сих пор существуют, а не вымерли как мамонты.

– Кто такие мамонты?

– Животные моего мира, которые исчезли с лица Земли.

– Земля, это твой мир?

Киваю. Я скучаю по своей работе и дому, хоть меня там никто не ждёт.

– Всё мы пришли, ― ставит меня в известность генерал.

Я поворачиваюсь и застываю с открытым ртом. Челюсть отпала, сейчас отнюдь не метафора.

Моё сердце бешено бьётся, когда я увидела огромный шатёр генерала, возвышающийся на кромке леса. Затаив дыхание, ощущая волнение, смешанное с любопытством, я перевожу взгляд на довольное лицо Райана.

Кажется, ему нравится моя реакция на его новый дом. И пожалуй, тут есть на что посмотреть.

Шатёр генерала ― настоящий колосс, его высокие стены из плотной ткани возвышаются над окружающими деревьями, словно бросая вызов самой природе. Никогда прежде не видела ничего подобного ― такое грандиозное и величественное сооружение. А уж я-то по своей работе насмотрелась всяких шатров.

Вышивка на поверхности шатра поражает своей красотой и тщательностью исполнения. Причудливые узоры, составленные из нитей различных оттенков, складываются в изображения драконов.

– Какая красота, ― не сдержавшись высказываю я своё восхищение. ― Вышивка просто восторг.

– Вышивка не только украшает шатёр, но и придаёт ему особую прочность, делая его устойчивым к ветрам и непогоде, ― рассказывает генерал, а я поражаюсь его предусмотрительности.

Меня охватывает чувство благоговейного трепета. Это не просто шатёр, а целый замок, воплощение власти и могущества, которые мне незнакомы.

Как будто заворожённая я изучаю причудливые узоры на ткани, разглядываю крепкие колья, удерживающие шатёр, и пытаюсь представить, как много людей потребовалось, чтобы возвести это огромное сооружение.

– Магия, дорогая Софи, просто магия, ― отвечает на мои невысказанные мысли генерал.

– Шатёр ― просто магия? ― моему разочарованию нет пределов.

– Нет, конечно, ― улыбаясь, отвечает Райан. А улыбка у него красивая, отмечаю я. ― Шатёр настоящий, устанавливают его с помощью магии.

Он подходит ближе и перешагивает за порог. Прям как новобрачные, мелькает шальная мысль, заставившая меня густо покраснеть.

– Не переживайте, Софи, у драконов не придерживаются так строго правил приличия, ведь всё можно проверить магически, ― неправильно истолковав моё смущение, подбадривает меня генерал. ― И раз уж мы будем жить под одной крышей, называйте меня Райан.

Я машинально киваю, потеряв дар речи от увиденного. Внутри его жилище выглядит ещё более впечатляюще.

Мы попадали в просторное и уютное пространство, разделённое на несколько функциональных зон. Первая комната встретила нас ярким освещением, создаваемым множеством масляных ламп, развешанных по стенам. Здесь же находится обеденная зона с огромным столом и шикарными удобными стульями.

– Этот шатёр я проектировал сам, ― с гордостью произносит он, радуясь, что его творение производит на меня такое сильное впечатление.

Райан проводит меня через арку, и мы оказываемся в спальном отсеке, отгороженном от основного пространства плотными войлочными занавесями. Эта комната поражает своей роскошью: здесь расположены мягкие ковры, пушистые подушки и несколько удобных лежанок, накрытых тёплыми шкурами.

– Здесь располагается мой кабинет, ― делает взмах рукой налево генерал и я вижу такую же войлочную занавеску.

– Я сначала хотел поставить деревянные двери и стены, чтобы они были прочнее, а потом счёл это глупостью. Таскать через портал дерево не рационально.

Такой роскошный шатёр сам по себе не рационален, а из чего он уже мало имеет значения. Особенно если переносит его грузовой портал, а устанавливает магия. При доставке и сборке ни одна лошадь не пострадала.

– Дальше, в самой глубине шатра, находится святилище ― место для медитаций, молитв и ритуальных практик, ― знакомит меня со своим домом генерал. ― Туда тебе хода нет.

Не больно-то и хотелось. Я вообще нерелигиозная. Была. До появления в этом мире.

– Вы постарались на славу, генерал…

– Райан, ― поправляет меня он, опуская на топчан и склонясь надо мной. Его глаза блестят лихорадочным блеском, дыхание учащается, а губы так близко от моих.

– Раздевайтесь, ― отрезвляет меня хлёсткий приказ генерала.

Вжавшись в пол шатра, я отрицательно мотаю головой.

– Как знаешь, ― пожимает плечами генерал, поднимает меня на руки и несёт в соседнюю комнату.

Меня охватывает паника. Неужели он воспользуется моей беспомощностью? Но вместо того, чтобы отбиваться, на меня нападает апатия.

Отбиваться всё равно нет смысла. Райан намного сильнее меня, да и с ожогами на ладонях не повоюешь.

– Отпусти, ― зло цежу я. ― Ты же генерал, неужели нельзя обойтись без насилия?

Он удивлённо смотрит на меня.

― А как, позволь тебя спросить? Ты не слушаешь ни советов, ни приказов. Что мне делать, по-твоему?

Я окончательно теряюсь. Странная фраза, в которой нет места страсти. Тогда куда он меня тащит, если не хочет…хм, провести со мной ночь.

– Что вы хотите от меня?

– Самую малость, чтобы ты разделась и приняла ванну. Мой денщик её уже приготовил.

О, боги! Ванна! Какое счастье! А я тут размечталась, но ванна превзошла все мечты.

– Затем я намажу тебе раны специальной мазью.

Киваю, вздыхая с облегчением.

– Эта ведунья со своими пророчествами даже не помогла мне.

– Зря ты так, ― укоризненно произносит генерал. ― Северину знает даже император. Она пророчица и очень сильная.

– Она представилась матушкой Севериной, ведуньей из Ивового ручья. Вправила мне ногу, а о ранах словно забыла. Вместо того чтобы помочь, начала кормить меня сказками.

– Для того чтобы смазать раны, их нужно тщательно промыть, да и тебе не мешало бы помыться, ― насмешливо сверкая глазами, говорит он. ― У Северины нет возможности организовать тебе ванну. Видимо, она знала, что я приду за тобой.

Отличное оправдание! Генерал что, верит в сказки деревенской ведуньи? Просто смешно!

– Не заговаривай мне зубы, как она могла знать? Хоть она мне и понравилась, но ведунья из неё никакая.

– Я поставлю тебя возле ванны, дальше сама справишься? ― спокойно спрашивает генерал, пропуская мимо ушей мои умозаключения насчёт местной ведуньи.

Пожимаю плечами. Откуда я знаю, справлюсь ли сама. На ногу наступать больно. Надо попробовать.

– Ясно, ― произносит Райан, занос меня в особую комнату.

Несмотря на походные условия, это небольшое пространство, отгороженное плотной тканью, настоящий оазис роскоши и комфорта.

Ему в очередной раз удаётся поразить моё воображение.

Центральное место занимает складная медная ванна на изящных ножках, достаточно просторная для полноценного погружения. Рядом с ней располагался переносной умывальник, увенчанный зеркалом в позолоченной раме, отражающим мягкий свет нескольких масляных ламп.

Пол устилают толстые ковры, поглощающие влагу и создающие уютную атмосферу. На стенах полки с туалетными принадлежностями и мягкими полотенцами.

Я хочу здесь остаться жить. Для меня ванная комната важнее спальни. Просто обожаю поваляться в ванне с ароматическими маслами, пеной или морской солью.

– А как тут вода появляется? ― не удержавшись, спрашиваю я. ― С помощью магии?

– С помощью инженерной мысли, ― говорит генерал. Если бы он не держал меня на руках, то наверно постучал бы пальцем по лбу, настолько самодовольный у него тон. Будто-то бы он сам придумал всё это. ― Смотри, кожаные мехи и трубы обеспечивают подачу воды, которая нагревается на походной печи за пределами ванной комнаты.

Обалдеть! Я впечатлена.

Воздух был наполнен тонким ароматом благовоний, маскирующим неизбежные походные запахи. Небольшой столик с хрустальным графином довершает картину.

Генерал ставит меня на мягкий пол возле ванны.

– Помочь? ― спрашивает он внезапно севшим голосом, буравя меня горящим взглядом.

Мотаю головой.

– Сама справлюсь.

Он пожимает плечами и выходит.

– Понадоблюсь, зови, ― приказным тоном произносит он. ― Только, Софи, не геройствуй. Сейчас не время и для ложной скромности.

Я отвожу от него взгляд. Не время, но только я не готова раздеваться перед первым встречным мужиком. Какие-то же нормы морали должны остаться? Правила приличия, в конце концов?

– Твои раны нужно тщательно промыть и лишь потом смазывать мазью. Лучше, чтобы это сделал кто-нибудь другой. Сама ты не справишься, ― спокойно говорит он, словно и не было того горящего взгляда.

Я разочарованно отворачиваюсь. Да, что такое в конце-то концов. Генерал наглый, самодовольный тип, с которым меня связывает только желание вернуться домой. И всё!

Ты сама-то себе веришь, Софи?

Пытаюсь снять пиджак. Не выходит. Про обувь я вообще молчу.

Может, есть возможность найти какую-нибудь золтку, которая помогла бы мне помыться?

– Генерал, можно пригласить какую-нибудь женщину мне в помощь? ― и поспешно добавляю: ― Пока руки не заживут.

Он заходит, недовольно оглядывает меня.

– Если только немую.

– Какую? ― переспрашиваю я, боясь, что ослышалась.

– Я не приглашаю к себе в дом посторонних, ― предугадывая мой следующий вопрос, говорит генерал: ― Ты исключение, и то из-за приказа императора.

Значит, вся эта забота лишь выполнение приказа? Если бы не кузен, он бы и пальцем ради меня не пошевелил. Сволочь!

На глаза набегают непрошенные слёзы. Отворачиваюсь, чтобы Райан не видел, как я расстроена.

В своём мире никому не была нужна и здесь продолжается. Видимо, что тебе на роду написано, не переломить, не переделать. С тем и жить придётся, хоть в своём мире, хоть в чужом.

– Давай помогу, ― мягко произносит генерал, словно почувствовав моё состояние. ― Да ты не бойся, я тебя не трону.

Я испуганно поднимаю на него глаза. Об этом я сейчас не думала, а он… Кобель и в Африке кобель.

– Чего мне бояться? Я под защитой императора, ― зло отвечаю я в надежде отомстить. Показать ему, что его желания ничего не значат, когда есть воля императора. ― Против кузена вы не пойдёте.

На лице генерала играют желваки. Кажется, что ещё немного и он ударит, таким страшным взглядом он смотрит на меня.

Решила уязвить мужскую гордость. Вот дура!

– Ты не в моём вкусе, – император знал, кого давать в помощницы, ― бьёт наотмашь словами Райан. ― Главным критерием отбора был пункт, чтобы меня не возбуждала.

Гады! Ну ладно! Покажу тебе… Что я хочу ему показать, сама не знаю, но язык опережает мысли:

– Тогда раздевай, ― ласково произношу я.

Посмотрим, чья возьмёт!

Глава 8

Софи Соколовская

Смотреть на вытянувшееся лицо генерала – отдельный вид удовольствия. Он, что же думал, что я буду играть в оскорблённую невинность? Не дождётся!

Вы хотите поиграть? Так в чём проблема? Я тоже поиграю и посмотрим, кто окажется в выигрыше.

– Ну, что же вы, генерал? Растерялись? А может, позабыли, как женщину раздевать надо? ― не унимаюсь я, провоцируя Райана на необдуманные поступки.

Вот только генерал, видимо, действительно тёртый калач. Он плотоядно улыбается, и мой боевой задор, как ветром сдувает. Ох, не надо было дёргать дракона за усы. Ох, не надо было. И желание утереть ему нос уже не такое острое.

А может, ну его? Как-то быстро у меня меняется эмоциональный фон.

Райан ловкими движениями расстёгивает мой пиджак, слегка поглаживая кожу сквозь блузу. Сцепив зубы, чтобы он не заметил моего учащённого дыхания, я застываю, как изваяние. Любое лишнее движение приведёт к ещё большему контакту с ним. А это очень опасно.

Моя собственная реакция на действия генерала поражает до глубины души. Я что такая безвольная нимфоманка?

Следующие действия Райана лишь подтверждают мои низкие моральные принципы.

Он стягивает пиджак с плеч, лаская при этом мои плечи. Кожа горит огнём, а внизу живота усиливается пульсация.

Я не должна реагировать на него, иначе проиграю. Он почувствует свою власть надо мной и всё, я пропала.

Только моё тело, не слушая голоса разума, отзывается на его ласки. Он специально возбуждает меня. Как так получилось, что он берёт надо мною верх.

Ладони покалывает, и миллионы мурашек разбегаются по телу, когда он начинает расстёгивать пуговицы на блузе.

Мне так и хочется закричать: “да, разорви ты её к чёртовой матери”, но прикусив язык, я старательно делаю вид, что меня не волнуют его прикосновения.

Кажется, генерал видит меня насквозь. Отмечая мои порозовевшие щёки, лихорадочный блеск глаз, усиленное сердцебиение.

Он понимающе улыбается, распахивая блузу.

Глаза его расширяются, когда он видит кружевной лифчик, который не скрывает, а скорее подчёркивает достоинства груди.

Дыхание его учащается, а я, потеряв остатки разума, подаюсь вперёд, касаясь его грудью, и шепчу:

– Не в твоём вкусе, говоришь?

Моя рука скользит вниз удостовериться в том, что Райан лжёт.

Я гортанно смеюсь, отчего моя грудь мелко дрожит, вызывая такую же дрожь в теле генерала.

– Ты ведьма, ― хрипло произносит он.

– Может быть, ― смеюсь я, довольная своей проделкой.

Блуза присоединяется к пиджаку.

Как бы невзначай его пальцы поглаживают моё тело, прикасаясь к груди, животу. Он опытный любовник ,и его руки разжигают во мне такой костёр, о наличии которого я даже не подозревала.

Чтобы как-то отвлечься от того, что со мной творит Райан, я мысленно начинаю придумывать схему проведения свадьбы для золтов. Переделывая все задумки моего мира, которые удаётся вспомнить. Но всё равно это не может заставить меня отвлечься от наглых рук, блуждающих по моему телу.

Генерал отпускает меня, и я с облегчением перевожу дух. Я близка к тому, чтобы сдаться.

Он медленно расстёгивает пуговицы своего кителя, не отрывая от меня горящего взгляда. От такого настойчивого внимания моя кожа плавится, а сердце стучит как молот. Мне становится трудно дышать.

Я отворачиваюсь, только чтобы не видеть его глаз.

– Трусиха, ― ласкает меня сладкий как патока баритон. ― Сдалась, ещё не начав борьбы.

– Зачем мне бороться с вами, ― внезапно севшим голосом говорю я. ― Может, разойдёмся с миром?

Он смеётся. Смеётся, подлец!

– Ни за что, ― жарко шепчет он мне на ушко. ― Надо же как-то развлекаться в этой дыре.

Развлекаться? Меня словно холодной окатывает. Куда исчезает всё очарование момента.

– Не злись, Софи, ― разворачивает он меня к себе лицом. ― Научись получать удовольствие.

Его губы впиваются в мои. Требовательно и больно. Я шиплю ему в губы:

– Волдыри.

– Ах да, прости, ― прерывает он поцелуй, рывком расстёгивая на мне брюки.

Всё молнии хана, только и успеваю подумать я, как они оказываются у моих ног.

Райан отступает на несколько шагов и с видом знатока, любующегося произведением искусства, оглядывает меня с ног до головы. Его восхищённый взгляд ласкает моё самолюбие. Думал, что я ничего не стою? Что я некрасивая замухрышка? Получи дракон тестостерон.

– Недурно, Софи, ― выносит он свой вердикт. ― Весьма недурно.

Меня трясёт от возмущения. Вот же гад! Сколько ещё он будет унижать меня. Клянусь, я съеду к ведунье, как только приму ванну.

Я здесь только ради чистоты тела, – убеждаю я себя, отводя взгляд от Райана.

– Вода остывает, ― напоминает он мне.

– Мерзавец! ― шиплю я в ответ.

– Я знаю, ― посылает он мне самую обаятельную из всех своих улыбок.

– Подонок!

– Софи, от ваших комплиментов у меня закружится голова, ― нагло усмехается он. ― Не забывайте, что наша цель – вымыть вас и смазать волдыри.

Проглотив ещё одно ругательство, готовое сорваться с губ, я замолкаю. В следующий раз я так просто не сдамся. Это всё эффект неожиданности.

Зачем я вообще решила поиграть с ним. Выиграть не было ни одного шанса. Опыта у генерала побольше моего одного с половиной раза. Я оказываюсь в заведомо проигрышном положении. Да, как мне вообще могла прийти в голову мысль, что я смогу подчинить его?

– Прошу в ванну, Софи, ― подхватывает он меня и укладывает в тёплую воду, пахнущую полевыми цветами.

Райан ди Роско

Проклятая девчонка. За что мне такое наказание? Удружил кузен, ничего не скажешь.

Теперь ещё и нянчиться с ней. Она и так красотой не блистала, а после того как упала в волдырник, так вообще страшная, как смертный грех.

Упрямая, наглая, не воспринимающая приказов. Как можно с такой работать в команде?

Она ещё пытается меня спровоцировать.

Милочка, где ты училась, там я преподавал. Соблазнить меня невозможно, если я сам этого не захочу.

Но вызов я принимаю! Утру нос этой самонадеянной девчонке.

Одежда у неё странная, но её очень идёт. Если Софи сама выбирала её, то надо отдать должное её вкусу. Все достоинства фигуры выгодно подчёркнуты и если не смотреть на лицо, то определённые эмоции она всё же вызывает. Нельзя этого не признать.

Но стоит мне только дотронуться до неё, как всё летит в тартарары: и выдержка, и стремление поставить её на место, и даже непривлекательное лицо.

Её запах такой… Необычный. Такой привлекательный, что я теряю голову.

Она пахнет моим любимым пирогом со сливами. Мне хочется её съесть. Что происходит?

Отрываюсь от расстёгивания пуговиц и встречаюсь взглядом с её зелёными глазами. Я тону них. Нет мне спасения.

Боги! Она же мне даже не нравится. Так почему же так тянет к ней? Почему её я хочу сильнее, чем любую из моих прежних женщин. Сильнее, чем Коллет на которой я едва не женился.

Я словно разучился дышать, сердце отбивает ритм, как барабаны перед сражением. Я собираюсь, чтобы довести начатое до конца.

Только бы эта невозможная женщина не поняла, что я чувствую. Как она действует на меня.

Соберись, Райан. Нужно всего лишь найти зачинщика бунта и сможешь вернуться домой даже до окончания срока. Без Софи. Она вернётся к себе и всё станет как прежде: понятно и правильно.

Может, действительно пора жениться? А то вон как кидаюсь на первую встречную.

Время ещё есть. Не реагируй на её колкости, покажи, кто здесь главный. Она не сможет устоять.

Раздеваю Софи, только чтобы выполнить распоряжение императора, а не по собственной воле. По собственной воле я бы к ней и на пушечный выстрел не подошёл.

Я лучше бы взял с собой Коллет, чем её.

Раздеваю Софи донага, проклиная императора, на чём свет стоит. Гадский кузен, заставляет меня испытывать желание к той, которую терпеть не могу.

Это от долгого воздержания. Точно, до ссылки к золтам, я инспектировал армию империи, и женщин у меня не было.

Облегчённо вздыхаю. Это просто потребности организма, а не мой плохой вкус. Она всё так же мнеотвратительна, но обстоятельства складываются не в мою пользу.

Погрузив её в ванну, я намыливаю мочалку. О, великая богиня жизни Изумруд, это твои проделки? Мыло пахнет сливами.

Закусив нижнюю губу, я быстро смываю с Софи грязь.

С зонами, которые покрыты волдырями, приходится возиться дольше. Стараюсь не сделать Софи больно. Нужно тщательно промыть, чтобы не осталось ни волосинки, ни капли грязи. Заражение мне ни к чему.

Я отомщу братцу за всё, что он устроил. Особенно за запах, сводящий с ума.

Вытаскиваю её из ванны. Во время купания Софи присмирела. Я читаю признаки возбуждения, прикрытые острым язычком. Что ж, даже то, что я выиграл, не приносит мне облегчения.

Остаётся намазать места ожога мазью и как обещал император, к утру почти ничего не останется.

Укутываю в широкое полотенце и начинаю обрабатывать ожоги мазью, стараюсь сосредоточиться только на ранах. Пальцы горят и покалывают. Как же наверно больно Софи, но я не решаюсь поднять на неё глаза. Не сейчас. Пусть привычная язвительность к ней вернётся, тогда гораздо проще держать себя в руках.

Сам того не замечаю, как мои руки уже не столько смазывают раны, сколько ласкают её кожу.

Лицо Софи горит, а взгляд затуманен. Она полностью в моей власти. Я наклоняюсь к её губам. Нужно снять напряжение, а она как раз в таком состоянии, что не откажет.

Только один раз и забуду о ней навсегда.

Мои губы прикасаются к её приоткрытым, жаждущим поцелуя, лёгким, почти неосязаемым поцелуем. Софи так смотрит на меня своими невозможными зелёными глазами, что мне нестерпимо хочется прижать её к себе. Но нельзя, у неё ожоги.

– Райан, ― раздаётся визгливый женский голос. ― Ты что делаешь? Отойди от неё.

Медленно разворачиваюсь, чтобы хотя бы чуть-чуть спало желание придушить незваную гостью. И кого это к нам принесло?