Читать книгу "Острые грани любви"

Нервно хватаю со стола чьё-то зарядное устройство для телефона и, отойдя к двери, поворачиваюсь к своим собеседницам.

– Возможно, когда-нибудь я смогу понять или даже простить Андрея. Но только как человека, а не возлюбленного. Ты права, Люда, у любви много сложных граней. И среди них есть такие, переступить которые не помогут даже самые сильные чувства.

Резко разворачиваюсь и иду в свою комнату. На кухне Люда с Марусей что-то одновременно кричат мне вслед, но я их больше не слушаю. Сейчас меня волнует только один вопрос, и ответ на него станет решающим во всей этой истории.

***

С трудом дождавшись, когда телефон немного зарядится, тщательно ввожу трясущимися руками пин-код, боясь ошибиться. Откладываю его в сторону, убеждая себя, что нужно ещё подождать, чтобы хватило заряда на разговор с Андреем, если я не смогу сидеть на месте и начну ходить взад-вперед. Я понимаю, насколько всё это глупо, и я просто тяну время из-за волнения и страха, но решиться не могу. Хожу туда-сюда по комнате, пытаясь унять дрожь и выровнять дыхание. Вообще не помогает. Забираюсь с ногами на кровать, обнимаю подушку и, зажмурившись, нажимаю кнопку вызова.

Андрей берёт трубку после первого же гудка. Не удивлена. Его шпионки наверняка доложили о нашем разговоре сразу как я ушла. Что ж, мне и проще, не нужно будет распыляться на вступление. Вот только это его хрипловатое «привет»… Хорошо, что Андрей меня не видит. Я трясусь как осиновый листок, сердце стучит, как у испуганного зайца, и я готова расплакаться от звука его голоса и воспоминаний о нашей последней близости. Нет, никуда мне не деться от своих чувств, и меня это невероятно раздражает. Если одно-единственное, ничего не значащее слово заставило меня пылать изнутри, то что будет, начни Андрей объясняться и оправдываться? Неужели я настолько потеряла себя, что готова простить его? Судя по всему, ужели. Кого и зачем я обманываю? Я хочу быть с ним. Но разве это возможно?

– У меня только один вопрос. Ты всё ещё спишь со своей новой подружкой, которую взял с собой к морям вместо меня?

Говорю чётким, ровным голосом, без упрёка, словно это не очень важно. По крайней мере, мне так кажется, и я надеюсь, что звучит это именно так.

– Если ты о девушке с фотографии, которую прислал тебе Игорь, то это невозможно. Снимку не меньше года, его сделала Люда, когда мы провожали её дочку, мою племянницу, в какую-то поездку.

– Хочешь сказать, что не изменял мне?

Долгая пауза. Шумный вздох и снова молчание.

– Чёрт возьми, Андрей, просто скажи, что у тебя ни с кем ничего не было!

Кричу в трубку, хотя и обещала себе оставаться невозмутимой, что бы ни услышала.

– Я не стану тебя обманывать. Если быть честным, не нужно вспоминать, что и кому соврал. Я устал выкручиваться и изворачиваться, чтобы всем угодить. Тем более, что… – снова глубокий вздох, – рано или поздно ты всё равно бы узнала. В те дни я хотел, чтобы так и было. Чтобы до тебя дошла информация о том, что я не скучаю в одиночестве. После возвращения домой я принял меры, однако всегда найдутся доброжелатели, которые непременно захотят донести до тебя моё «истинное лицо». Лучше, если это буду я.

Начинаю реветь, но стараюсь делать это так, чтобы Андрей не понял. Он недостоин моих слёз. Нужно что-то ответить, попрощаться и постараться забыть обо всём, однако душу так разрывает от злости и обиды, что я не могу прервать разговор.

– Лучше? Ты в своём уме? Зачем ты говоришь мне такие вещи? Хочешь добить окончательно? Неужели тебе мало того, что твоя семейка уже натворила? Ты вообще об этом хоть немного сожалеешь? А может, тебе понравилось? Хотя что это я, конечно, понравилось.

Вместо праведного крика жалобно пищу я. А вот Андрей напротив, повышает голос и говорит не только сердито, но и с обвинением.

– Я думал, что ты спишь с мои братом! Что ты с ним заодно. Я хотел отомстить, забыться. Мне жаль, но тебе придётся это пережить. Я обещаю, такое больше не повторится. Но если мы хотим быть вместе, то тебе нужно простить меня и никогда этим не упрекать.

– Ты мне ещё и условия ставишь? – взрываюсь я, мигом забыв о слезах. – Ты вообще себя слышишь? Понимаешь, о чём просишь? Меня, человека, которой развёлся из-за измены, ты предлагаешь её не только простить, но и оставить безнаказанной?

– Это была не измена, а месть. Разбитое сердце и задетое самолюбие не лучшие советчики. Люда сказала, что всё тебе объяснила и…

– О, правда? И вы думаете, что мне сразу стало легче? Ошибаетесь. Я не могу тебя простить, вернее, даже не так, я не хочу этого делать.

Бросаю трубку, не дождавшись ответа, и кричу в подушку. Моя душа, моё сердце разбиты, и я не знаю, как переживу это. Сейчас мне даже хуже, чем тогда, когда Андрей меня бросил. В то время у меня была хотя бы надежда – манящее, одурманивающее и воодушевляющее, но на самом деле злое и предательское чувство. А теперь не осталось ничего, кроме устрашающей пропасти безысходности, наполненной отчаянием. Это конец! Я больше никогда не увижу Андрея, не прикоснусь к нему, не стану говорить или слушать его лживые речи. Я не хочу этого, не должна хотеть!

На тумбочке вибрирует телефон, оповещая о входящем сообщении. Подпрыгиваю на месте, потому что догадываюсь, знаю, чувствую, от кого оно. Хватаю трубку, ругая себя за слабохарактерность, и жадно вчитываюсь в текст, написанный Андреем.

«Мне кажется, так нам обоим будет проще поговорить. По крайней мере, я очень надеюсь, что ты прочтёшь это сообщение, а не сотрёшь его сразу же, как увидишь.

Кира, я не прошу тебя понять меня, ты не должна. Но я хочу, чтобы ты знала и не сомневалась в моей любви вне зависимости от того, какое ты примешь решение. Мне жаль, что мы не говорили о своих чувствах часто и прямо, не давали обещаний. Возможно, тогда всё было бы по-другому. Я не знаю. Однако я знаю, что почти все эти долгие, трудные дни меня удерживало на плаву только понимание того, что ты в безопасности и когда-нибудь мы сможем быть вместе. Без тебя в моей жизни очень многое потеряет смысл. И если ты протянешь мне руку помощи, примешь меня со всеми моими ошибками и проблемами, то я обещаю дать тебе всё самое лучшее и никогда больше не обидеть.

Что же про ситуацию с Игорем… Признаюсь, я с трудом справлялся с твоим предательством и болью разочарования. Я был счастлив понять, что ошибся. Однако облегчение было коротким, ведь предательство и боль всего лишь сменили имя. Стыд, страх, непонимание, бесконечная тревога за тебя, за семью…

Я много раз пытался убедить себя, что тебе без меня будет лучше. Что, если ты уедешь, то не только спасёшься от возможных действий Игоря, но и обретёшь шанс на хорошую счастливую жизнь. Ты молода, невероятно красива и не должна страдать по вине других или взваливать на себя чужие, такие неприятные, непростые проблемы.

Однако, когда вчера я дважды не знал, где ты и что с тобой. Когда увидел тебя… Я понял, что это самообман! Не могу просить остаться со мной, ведь я никогда не брошу Игоря. Он мой родной брат, этого не изменить, и я всегда буду пытаться помочь ему. Но и отпустить тебя я не в силах. Ты нужна мне. Мысль о том, что тебя не будет рядом, что ты будешь где-то и с кем-то другим губительна, неправильна и невыносима. Поэтому я не прошу понять, не прошу простить. Я прошу, дай мне шанс всё исправить».

Не знаю, сколько раз я перечитала это сообщение, наверное, тысячу. Мне кажется, я просидела над ним всю ночь, изучая каждое слово, и пытаясь понять, что делать. Все эти откровения семейки Филатовых совсем сбили меня с толку. Мне сложно собрать весь пазл из новой информации. Особенно потому, что я не могу объективно оценивать ситуацию и хочу поверить Андрею. Может быть, дать нам ещё один шанс?

Вдруг он действительно заботился и оберегал меня всё это время? И если история с Розой – правда, то я даже готова понять реакцию Андрея. Ведь когда-то я тоже не могла здраво мыслить и отказывалась анализировать ситуацию, застав мужа с любовницей. Вот только я не прыгала от отчаяния в постель к другому, чтобы отомстить. Не искала подобного утешения. У меня и в мыслях такого не было.

Смотрю на часы – четыре утра. Надо бы принять какое-то решение. Завтра, вернее уже сегодня, мне предстоит долгая дорога домой в компании Маруси. Так что нужно обязательно обозначить свои намерения сразу и чётко, иначе мы рискуем сильно поссориться.

Беру в руки телефон и начинаю набирать ответ Андрею. Пишу много и долго, однако, перечитав, стираю сообщение и нажимаю на кнопку вызова. Чтобы понять свои чувства, мне недостаточно сухой безликой переписки. Я должна слышать голос Андрея, понимать его эмоциональную отдачу. Ведь от этого разговора зависит судьба наших отношений.

Андрей снова берёт трубку после первого же гудка. Неужели не спит в ожидании моего решения? Судя по всему, да, потому как такого нервного «алло» я ещё никогда не слышала. Моя неразумная влюблённая часть тут же начинает ликовать. Надо бы её как-то остановить, иначе я всё сделаю неправильно.

Нервно откашливаюсь, вспоминая заготовленную речь, и говорю совсем не то, что хотела.

– Мне нужно подумать. Не над тем, что произошло из-за Игоря. Если всё, что рассказала Люда, – правда, обижаться я могу лишь на то, что ты не захотел впустить меня в свою жизнь настолько, чтобы быть, как говорится, и в радости, и в горе. Но над этим можно поработать, в этом у нас, как мне кажется, есть все шансы. Однако как быть с твоей изменой, я не представляю. Мне было бы проще и лучше, если бы я не знала. Я бы приняла и проглотила любое твоё объяснение. Но сказанного не воротишь. Да и дело здесь не только в предательстве и моём болезненном отношении к этому вопросу. Ты украл у меня сказку, и я не уверена, что смогу тебя за это простить, смогу ли в неё снова поверить. Я не знаю, существуют ли в природе мужчины, способные любить только одну женщину, но если я решу, что это не ты, если тебе не поверю, то мне придётся продолжить поиски своего принца в другом месте. Я не хочу вздрагивать, подозревать и отравлять свою жизнь бесконечным страхом измены. Ведь настоящие принцы не изменяют принцессам после первой же ссоры. Они вообще им не изменяют…

Замолкаю, потому что из-за кома в горле и подступающих слёз не могу больше произнести ни слова. Мне ужасно жалко себя и страшно, что Андрей не захочет ждать, пока я разберусь в себе. О чём он сейчас думает, почему не перебивает, умоляя вернуться к нему? Это же он во всём виноват! И он должен не молчать, а изливать потоки громких, пламенных речей о своей безграничной любви и о том, как сильно сожалеет о случившемся. А может, он вообще меня не слушал и давно бросил трубку или связь оборвалась? И что тогда? Второй раз совершить этот подвиг и поговорить по душам я не смогу. Неуверенно кашляю, пытаясь понять веду ли я диалог или разговариваю сама с собой, и с облегчением вздыхаю, услышав тихий хрипловатый голос Андрея:

– Я тебя понял. Тебе не нужно больше ничего бояться. Я дал обещание. Но если этого недостаточно и тебе действительно необходимо время, оно у тебя есть, я подожду.

Глава 11

Роскошная свадьба. Впрочем, неудивительно: Маруся ничего не делает вполсилы. Вспомнить хотя бы ту нашу ссору, когда мы возвращались из деревни. До сих пор не знаю, как нам удалось после неё помириться. Мы такого друг другу наговорили, что я была почти уверена: нашей дружбе конец.

Вздыхаю и откидываюсь в шезлонге. Красиво. Окрашенные удивительными красками закатного солнца нежные полосы облаков. Приятный звук морских волн. Ласковый тёплый вечер. Этот греческий остров создан для того, чтобы влюблённые скрепляли на нём свои судьбы.

На площадке для свадьбы прекращается музыка, ведущий приглашает незамужних подруг невесты побороться за главный трофей. Но я не двигаюсь с места. Не хочу туда возвращаться. Быть на свадьбе одной, без пары, очень печально и неправильно. Да и какой смысл пытаться ловить букет, если единственный человек, за которого я хочу замуж, больше со мной не общается. Ужасно горько и больно от того, что он не выдержал это испытание. И я не знаю, как мне быть, как всё исправить. Начать заново? Что ж, если не брать в учёт чувства, теперь это вполне возможно сделать. После моего разговора с Андреем и возвращения домой, многое почти сразу вернулось на круги своя. Все мои квартиры вновь стали обитаемы, причём жильцами, подписавшими многолетние договоры. Несколько раз поступали выгодные предложения о работе. Мне даже звонили из дорогого автосалона с просьбой прийти и выбрать себе автомобиль, конечно же, не за мой счёт. И почему я оставила всё это без внимания? Зачем, вместо того чтобы принимать извинения Андрея, я всё бросила и, никому не сказав, улетела к маме? Выходит, я сама виновата в том, что мой мужчина меня не дождался? Все эти недели он писал мне чудесные и удивительные сообщения. Никогда бы не подумала, что Андрей может быть таким красноречивым. Он так старался меня покорить и вернуть, а я так ни разу ему и не ответила.

– Дура!

С шумным вздохом пинаю песок и скрещиваю руки, обижаясь сама на себя. Я ведь давно ему поверила, давно простила. Меня даже больше почти не волнует его измена, несмотря на то, что я понятия не имею с кем он мне изменил и была ли это всего одна женщина. Какая разница, если я всё равно не могу и не хочу быть без него? Так зачем я тянула время? Набивала себе цену? И чего я в итоге добилась? Да, я с удовольствием повидалась с семьёй, познакомилась с новорождённой племянницей. Но разве при этом я хоть на минуту переставала думать об Андрее? Если разобраться, то все эти долгие три недели я жила, словно под гипнозом, в ожидании встречи с ним. Сначала ждала, что, несмотря на просьбу не беспокоить, мой возлюбленный примчится ко мне в Питере. Затем с замиранием сердца прислушивалась к каждой подъезжающей к маминому дому машине, наивно надеясь, что Андрей перелетит океан, чтобы признаться в любви. Тогда мне казалось, что если он совершит нечто подобное, то вернёт ощущение сказки. Мне нужен был какой-нибудь подвиг. Однако, похоже, я слишком размечталась и задрала планку. Я, наверное, действительно была не в себе. О чём я только думала? Андрей ведь не юный романтик. Неужели я и правда надеялась, что он станет носиться за мной по всему свету, особенно когда я так гордо просила дать мне время всё обдумать? Что ж, теперь у меня этого времени будет предостаточно, ведь Андрей не только перестал писать несколько дней назад, он даже не стал со мной разговаривать, когда я вчера не выдержала и ему позвонила.

Ох, права была Маруся в той нашей ссоре, говоря, что идеальных принцев не бывает и есть только реальные мужчины со своими тараканами в голове, ошибками и не всегда приятным багажом. Права была Аня (которой я не выдержала и всё рассказала) в том, что все мои стенания напрасны. Она со свойственной ей прямолинейностью отругала меня за мои поступки и заявила, что своими взвешиваниями за и против я пытаюсь утопить рыбу. «Тут не о чем думать, – ворчала она. – Либо ты хочешь остаться со своим Андреем, либо нет. Все твои анализы – заедание соли сахаром. При любом раскладе невкусно, так что выбери уже что-то одно!»

Грустно перебираю локоны, борясь с подступающими слезами. Ужасная мука – осознавать свои ошибки и не иметь возможности их исправить. Моя жизнь кажется мне полосой препятствий. Я словно где-то не там свернула и заблудилась внутри себя. Каждое решение – это шаг не туда. И я уже боюсь что-либо предпринимать, потому как мне страшно не найти той дороги, которая приведёт меня к Андрею. Но ведь мне нужно его вернуть! Без него моя жизнь стала серой, тусклой, бессмысленной, и дальше будет только хуже.

Сзади раздаются радостные возгласы, смех и аплодисменты, вновь начинает играть музыка. Вздрагиваю от неожиданности и в который раз глубоко вздыхаю. Скорее бы уже закончился этот праздник! Я ужасно хочу домой. Мне кажется, я не была там целую вечность. Наверное, стоило вернуться пораньше и лететь на свадьбу Маруси из дома, а не от мамы, как сделала я. Нужно было мчаться к Андрею и быть счастливой. Но меня нервировала мысль о дополнительном перелёте, и я, судя по всему, опоздала. А вдруг Андрей прекратил наше общение из-за того, что встретил другую? Я этого не переживу. Неужели мне придётся проглотить ещё одну измену?

Всхлипываю от горя и той ужасной картины, которую только что представила, но зарыдать не успеваю, потому что мне на колени падает свадебный букет Маруси. Что? Неужели этот трофейный веник долетел сюда? Нет, не может быть, слишком далеко!

Поворачиваюсь в сторону торжества и резко сажусь, потому что рядом стоит человек, который был и всегда будет во всех моих мыслях, душе и сердце.

– Андрей?!

То ли шепчу, то ли пищу я. От нахлынувшей волны эмоций не могу нормально вздохнуть. Я пытаюсь встать, но ноги не слушаются. Чуть не падаю с шезлонга и тут же оказываюсь в объятиях любимого мужчины, который сначала покрывает моё лицо короткими частыми поцелуями, а затем, добравшись до губ, уносит меня в восхитительный, волшебный мир счастья. Я не знаю, настоящий Андрей или нет, это неважно. Даже если я сошла с ума и мне всё это кажется, я намерена остаться в этой галлюцинации навсегда. Прижимаюсь к Андрею со всей силы. Мне хочется раствориться в нём, быть как можно ближе. Ощущения такие яркие, что я теряю над собой контроль. Внутри всё клокочет от возбуждения. Словно мои романтические бабочки все разом свихнулись и теперь не просто порхают, щекоча живот и грудь нежными крылышками, а пытаются вырваться наружу. Этот поцелуй полон волшебства. Он оживил меня. Прикасаясь к Андрею, я сбрасываю с себя невидимые оковы, поднимаюсь с земли и уношусь в небо. Ведь его появление означает, что Андрей всё-таки совершил подвиг и примчался за мной. От осознания того, что моя сказка ко мне вернулась, у меня текут слёзы. Я больше никогда не расстанусь с этим человеком, что бы ни случилось, с какими бы трудностями мы ни столкнулись.

Хочу объяснить всё это Андрею, сказать, как сильно я его люблю, как безумно по нему скучала, но не могу перестать целовать. Залезаю руками под его рубашку и издаю громкий стон наслаждения от такой близости. Мне мало поцелуя, я хочу большего! Начинаю возиться с ремнём его брюк, а Андрей в это время пытается расстегнуть моё платье. Мы так спешим, что ни у одного из нас не получается. У меня слишком трясутся руки, а Андрей, судя по всему, чересчур резко дёрнул молнию на спине, отчего та застряла. Отчаявшись справиться с застёжкой, он стянул с моих плеч тонкие бретельки. Встаю на носочки и выгибаюсь, откидывая голову назад, чтобы Андрею было удобно целовать мою грудь и тут же, потеряв равновесие, заваливаюсь на песок, повалив возлюбленного вместе с собой.

Лежим и весело смеёмся. Андрей нежно отряхивает меня от песка и помогает вернуть платье на место.

– Рядом с тобой я всегда теряю разум, – ласково улыбается он, коротко целуя меня в губы. – Там не меньше сотни людей за тонкой полосой деревьев, а мы тут собрались любви и разврату предаваться. Тем более что я совсем недавно отличился на этой свадьбе и вообще-то крайне удивлён, что за мной нет погони.

Андрей наклоняется и, отодвинув подол моего длиннющего платья, достаёт, вернее, практически выкапывает из песка сильно помятый свадебный букет Маруси.

– Вот, добыл для тебя в условиях чудовищной конкуренции.

Протягивает мне цветы и улыбается во весь рот. Похоже, Андрей очень собой гордится, а вот я не совсем понимаю, как мне к такому подарку относиться.

– И что это значит?

Нахмурившись, перевожу взгляд с букета на Андрея, который сразу перестаёт улыбаться и, кажется, даже начинает злиться.

– А то, что ты достаточно уже меня наказала. Все эти недели я жил как на пороховой бочке, не зная, примешь ты меня обратно или нет. И мне надоело просто сидеть и ждать, когда ты, наконец, определишься. Так что решай прямо сейчас. Вот он я перед тобой, со всеми своими ошибками и неверными поступками. Ты примешь меня таким, какой я есть?

– А твой брат не будет против?

Ну зачем? Зачем я подливаю масла в огонь? Андрей только что, можно сказать, открыл мне дверь в свою жизнь, а я её захлопываю. Собираюсь извиниться, но не успеваю. Андрей делает вид, что возмущён моим вопросом, но, кажется, не обижается.

– Не будет. Он сейчас в Китае, скажем так, лечит нервную систему.

– Ты что, его в далёкий монастырь сослал? – удивляюсь я.

– Не совсем, – Андрей улыбается своей обворожительной улыбкой и прижимает меня к себе. – Но он пока поживёт там. Мы решили, что, если занять Игоря делом, всё быстро наладится. Пускай курирует один из филиалов, переосмысливает свои поступки и привыкает к тому, что в моей жизни есть и будет любимая женщина, которая никуда не денется. Ведь так?

Андрей вопросительно поднимает бровь, снова ожидая от меня ответа, отчего я чувствую себя настолько важной, что просто не могу не пощекотать ему нервы ещё немного.

– А она у тебя есть?

– Надеюсь, что да. Иначе я зря выслушивал проклятия от подружек невесты, вырывая из их цепких пальчиков этот букет, и зря договаривался с администратором о кое-каком одолжении.

Андрей поднимается на ноги и помогает встать мне. Достаёт телефон, говорит кому-то: «Можно» – и смотрит на меня таким хитро-озорным взглядом, что я не знаю, что и думать. Неуверенно оглядываюсь по сторонам и застываю в изумлении, когда к нам приближается группа людей. Двух молодых парней с фотоаппаратом и видеокамерой я раньше не видела, а вот администратора и особенно человека, который всего несколько часов назад регистрировал свадьбу Маруси, узнала.

– Что происходит? – тихо спрашиваю я Андрея, на всякий случай прижимаясь к нему поближе.

– Ничего страшного, просто мы женимся, – с улыбкой так же тихо отвечает он.

– Сейчас? Здесь? Вот так? Маруся меня убьёт, если узнает, что я вышла замуж в один день с ней, да ещё и на её свадьбе!

Судорожно поправляю причёску, отряхиваю платье и привожу в порядок букет. А Андрей почему-то начинает смеяться.

– Ну, если больше тебя ничего не смущает, то, так и быть, твою подругу я беру на себя.

– Погоди!

Резко разворачиваюсь к Андрею и напряжённо всматриваюсь в его глаза.

– Когда-нибудь, и возможно скоро, я обязательно захочу ребёнка, а учитывая твоё отношение к данному вопросу, это большая проблема.

– Разберёмся, – вздохнув, невероятно серьёзно отвечает Андрей, а затем снова улыбается и жестом приглашает собравшихся занять свои места.

Удивительная штука жизнь. Ещё утром у меня не было уверенности, есть ли у нас вообще с Андреем будущее, а уже вечером под яркий фейерверк чужой свадьбы я стала его женой. И так же, как тогда, в летнюю грозу, небо вновь словно заверяет наши с ним отношения. Только сегодня оно блистает не угрожающими молниями, а расписывается за наше будущее разноцветными, ослепительными, великолепными, теперь уже официальными печатями праздничного салюта. И, глядя на них, я точно знаю: больше никто и никогда не помешает нам быть счастливыми.