Текст книги "Завтра будет новый мир. Книга 1. Черный"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zavtra-budet-novyymir-kniga-1-chernyy-197902.jpg)
Автор книги: Ирина Шишкина
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Идена
Онэй
В кабинете лекаря было крайне холодно и некомфортно. Пахло болью, раскаяньем, кровью и ложью. Кресло, разработанное специально для заключенных алийцев, было для Бирта маловато. То ли он был крупного телосложения, то ли выдумщик с юморцой, но подлокотники то и дело впивались в мясистые бока, и с каждым движением и вдохом становилось все невыносимее ожидание эксперта по психическим расстройствам и перевоспитанию заключенных. Где-то вдалеке слышались неторопливые легкие шаги, принадлежащие вивийскому профессору.
– Такс… посмотрим, кто тут у нас сегодня… – Доктор психологических наук Вардэйл Нуа был одет в легкое белое платье, напоминающее скорее пеньюар работницы борделя. В большом нагрудном кармане зазвонил телефон. – Слушаю… на выход? Ну не знаю… маловато времени прошло-то… так-то оно так… ну… дело хозяйское… отпускаем так отпускаем.
Посмотрев в сторону Бирта, профессор подмигнул и достал чистый бланк для заполнения характеристики освобожденных.
– Я бы назвал это не коррупцией, а возможностью для таких как вы исправиться.
– Деньги, кхе-кхе?
– Конечно. Вы же вполне адекватны. По крайней мере, будем надеяться. Вот если бы плохой кто – тогда да, дело другое. А так – не коррупция это вовсе… Давайте ответим с вами на пару вопросов и я отправлю вас собираться домой. Наверное, вас очень сильно ждут, раз нашлась такая большая возможность…
– Я готов.
От самой мысли, что дома больше нет, у Доло сжалось не только сердце. Все внутри съежилось и онемело, оставив организм на растерзание душевной боли. Ирония судьбы – сейчас как никогда хотелось поговорить о происходящем, попросить помощи и совета как жить дальше с этим, что делать и как простить себя. Но он не может. Выйти отсюда он сможет только Бограном Тирием. С другой стороны так намного проще. У Бограна не было глупышки жены, любящей его до потери сознания, ждущей его с тяжелой и опасной работы, прощающей ему все его мелкие и крупные шалости. У Бограна не было детей, взрослых сильных добытчиков, следующих по отцовским стопам, маленьких беззащитных пушистых ручек, нежных голосков, визжащих от радости при виде папы, вернувшегося с работы. Нет, ну чисто теоритически у него это все было. Но это была другая семья, другая жизнь. Зато у Бограна однозначно была голова.
– Вам плохо? Вы, кажется, вспотели.
– У вас просто прохладно.
– Что ж, надеюсь, вы понимаете нелогичность ваших мыслей и реакции организма. Такс… давайте повторим. Назовитесь, пожалуйста.
– Богран Тирий.
Сан-Альбер
Даркэль
– И каково это спать с самым могущественным воином на Земле? – грубой силой Эфиланрей притянул к себе стройное тело жены, укусил за длинное ушко и вошел в нее.
– Мне кажется, что от возбуждения меня разорвет на мелкие кусочки!
– Только не это! Ты же знаешь, что я терпеть не могу паззлы!
– Да, мой король.
– И вообще – закрой рот.
То, что король умел любить женщин – слышала вся прислуга в замке. И даже несмотря на звуконепроницаемость стен. Вся природа была под властью страстных рук Эфиланрея – волны становились огромными и шумными, ветер начинал выть и ломать ветки, да и в целом создавалось впечатление, что все живое находится в странном диком танце, в синхронном животном движении.
Обитель Эфиланрея занимала гигантское пространство в центре Форса. Для короля это было одно из удобнейших мест – на Севере и Западе абсолютная защита лесами Д'этуаль, на Юге дикое заколдованное море Одель, Восток омывался каменным морем Дас Груне. И леса и воды подвергались систематическим заговорам со стороны ведущих ведьм и колдунов Земли, во-первых, для защиты великого черного правителя, во-вторых, чем чаще они это делали, тем больше создавалась видимость их необходимости при дворе.
Замок не перестраивался достаточно длительное время. Еще далекие предки руаров развлекались в стенах этого мощнейшего сооружения. А если обратиться к истории, то огромная трехсотметровая смотровая башня на въезде во владения Эфиланрея когда-то очень давно служила просто телевизионной и развлечением для влюбленных со всей Земли. Но сейчас там жила охрана со своими семьями, и в принципе больше никакой роли башня не несла.
В памяти взрослых местных жителей роились воспоминания… С детства маленький принц обладал магией огня, как и все в роду, усиливая умения с каждым поколением в несколько раз. Но, обладая к тому же жутким агрессивным характером, никак не мог совладать с даром, и поскольку это была проблема всего рода, замок был выполнен преимущественно из камня, а на самой территории практически не было растительности. Она пыталась расти, но после очередного пожара вырастало все меньше деревьев, а цветы приобретали странные окрасы и формы, и со временем любое живое вообще перестало появляться. У Эфиланрея с этим проблем было больше остальных, поскольку даже во время малейшей вспышки гнева воспламенялись все предметы в комнате, а будучи постарше, в случае несработанного плана пылал весь Даркэль. Приносящие дурные вести посыльные также в мгновение превращались в прах. Поэтому нынешняя жена не изменяла мужу, а тихо топила свой развратный и похотливый характер в наркотиках.
Следует отметить, что неизвестно по каким причинам, но дар владения огнем на Эфиланрее закончился. Помимо неимоверной силы, король Сан-Альбера был единственным воином каждой клеточкой организма. В бою равных правителю не было. Неимоверная ловкость, сила, гибкость и грация делали его победителем не только на поле боя, но и в постели. Вот своим сыновьям передал только телепатические свойства: Фелазару чтение воды, а Териллу чтение мыслей. И это лишний раз доказывало, что король был скуп и от родительской любви далек.
Невелевина медленно встала с кровати и направилась к балкону покурить и полюбоваться холодным видом – справа черным пятном виделся лес, слева черное море, и только ветер был прозрачным и потому таким неприятным…
– Так спокойно будет еще недолго. – С улыбкой маленького шкодника и в предвкушении забавы проговорил король. – Не знаю как остальные, но я готов к вечеринке.
– И какой твой план на дальнейшее? Ты не думаешь, что сейчас все настроены против тебя?
– Потому я Нелиссару любил больше, чем тебя. Она даже заикнуться не позволяла себе мне наперекор. – Кожа Эфиланрея бросила мимолетное сияние и книжный шкаф вспыхнул. – Кто против меня?
– Прости, мой повелитель. – Невелевина быстро сообразив, что сглупила, бросила сигарету и подбежала просить прощения. Делать она умела это только одним способом, который ей казался наиболее простым и менее унизительным.
– Нежнее, девочка… Сейчас у меня в руках Алия, пока что часть Временной, но завтра у меня будет вся эта глупая территория. Идена не станет лезть в конфликты и до последнего будет держать нейтралитет, пока я, единственный властелин Земли, не приду и просто не заберу ее себе. После Временной мы пойдем к Лирэю в гости, а потом Буброн просто струсит начинать войну. Хотя, признаю, очень глупо получилось с его дочерью… оу… красавица, будь понежнее! Умница… ты знаешь, что папе нужно.
– Мой король больше не сердится?
– Теперь нет. – Шлепнув жену по пятой точке, Эфиланрей достал телефон.
– Да, мой повелитель.
– Дарэй, как у нас дела?
– Заходим на территорию Временной. Думаю, через несколько часов мы начнем. К тому же она настолько ничтожна, что справимся мы куда быстрее Алии.
– Жду звонка. И жду кольца.
Эфиланрей посмотрел на свою правую руку. Сильная ладонь мерцала от возбуждения. Скоро свершится то, чего он так жаждал последние годы! Указательный палец украшало кольцо с крестом из черного агата. Большой палец украшало точно такое же кольцо. Разница была только в гравировке – на одном красовалась цифра четыре, на другом цифра два. По древнему преданию все территории Земли, кроме искусственной Идены, возникали в определенном порядке, скорее в определенном порядке заселялись живыми существами. Первой и древнейшей была Временная. Следом образовалась богатая Алия, третьей – воинственный Вармург, вскоре после зеленого народа появился черный, и только после образования всего этого безобразия образовалась светлая раса божественных созданий на территории Вивии.
– Я спущусь на ужин. Тебя ждать?
– Нет, иди без меня. У меня есть дела поинтересней.
Оставив Эфиланрея одного, Невелевина только обрадовалась предоставленной возможности предаться самозабвенному кайфу.
– Вызовите мне мою ведьму. Пришло время удостовериться в свершении своих планов.
Эфиланрей считал, что каждый уважающий себя правитель должен иметь под рукой настоящую ведьму, которая будет не только защищать колдовством, но и рассказывать о будущем, что было крайне важно сейчас. Не то, чтобы Эфиланрей сомневался. Скорее он хотел, чтобы об этом знали все. И как только ведьма расскажет ему будущее, она не сможет хранить тайну по своей природе и будет сплетничать направо и налево, только укрепляя положение правителя. Дверь отворилась и в комнату вошла потомственная колдунья Селирадна. Пышные формы никогда не привлекали короля, но в этих определенно что-то было. Интерес Эфиланрея был налицо, поскольку так и не удосужился одеться.
– Добрый вечер, мой повелитель. Вызывали? – Селирадна не могла не заметить настроение короля, а потому на ее лице промелькнула короткая ехидная улыбка.
– Вызывал. Расскажи все, что мне нужно знать.
– Да, мой повелитель. – Колдунья расположилась за большим стеклянным столом и начала раскладывать карты. Хотя сегодня этот метод казался неприлично древним и недостоверным, Селирадну карты никогда не подводили, как не подводили ее мать, бабушку и всех женщин в роду. Она знала, что сейчас короля тревожат мысли о землях и завоеваниях. Но она еще не представляла, что карты ей покажут.
– Что так долго, Селирадна? – Мерцание кожи становилось все ярче.
– Мой повелитель, что-то мешает картам говорить….
– Ты что, правда думаешь, что мне интересно?
– Дело в том, мой повелитель, что я вижу смерть…
– Немудрено. Потому что еще секунда и это будет твоя смерть.
– Нет, мой повелитель, ваша смерть.
– Девочка моя, будем считать, что ты настолько глупа насколько привлекательна. Кто же меня, мать твою, убьет-то, а?
– Ваш сын, мой повелитель.
В мгновение карты вспыхнули, а вслед за ними бумаги на столе, постель и шторы.
– Что ты несешь, дура?
– Один из ваших сыновей. Проблема в том, что они так похожи, что непонятно кто именно из них…
– Я знал, что рано или поздно он попробует сделать это. – В эту минуту Эфиланрей подумал о Фелазаре. И не сомневался, что у последнего ничего не получится. Да, он силен! Но отец сильнее. С ним нужно расправиться и как можно скорее. От мысли, что все можно легко предотвратить, король успокоился, огонь затух, настроение поднималось. – Что ж, если нам мешает мой непутевый сын, так тому и быть. Вернее, не быть. А ты раз уж пришла…
Руар самодовольно устроился в огромном кресле, позволяя принять девушке только одно удобное положение – на коленях. А в голове мелькали мысли. «Если это действительно Фел – не ожидал. Даже гордость за него. За его решимость и смелость. Весь в отца, сукин сын. И понимает ведь, что умрет, если пойдет на меня голыми руками… Жертвенность… это у него от матери. Ей всегда было жалко этих бездарных созданий на Земле. Но я любил ее. Да….она была хороша…». В голове возникла картина того странного дня.
Его бесило то, что его сыновья, будущие правители, такие мягкие и добрые! Как они будут завоевывать земли? А она? Что она с ними делает? Неужели она не понимает, что как жена короля просто не имеет права воспитать хлюпиков? Хотя, он ей был благодарен за то, что она настолько красива. Такой красивой руарки не было нигде. С ней не сравнятся даже сексуальные вивийки и горячие варийки. И он ненавидел ее за то, что она сделала его слабым – он любил ее. Он стал уязвимым для любого врага.
Нелиссара сидела на полу в окружении двоих прекрасных сыновей. Балкон был открыт, и слегка тянуло по ногам, да и сидеть было не очень-то удобно из-за пышного платья королевы, она до сих пор не переоделась с ночного бала. Она не спала. Не смогла уснуть. Голова раскалывалась, а глаза закрывались от усталости и мыслей. Сейчас она проклинала своих богов за то, что они показали ей. Она не хочет этого видеть больше. И тем более она не готова присутствовать при этом по-настоящему. Королева благодарила богов за то, что ее дети, плоть от плоти ее, не переняли этот ужаснейший дар, это наказание – видеть будущее. Слеза потекла по щеке, но только потому, что не было сил ее сдерживать. Ей нужна была помощь сильнейшего мага и колдуна, но из подчиненных никто не рискнул бы сделать это. Тогда той же ночью она обратилась к другу своего мужа, к правителю светлой территории Вивии. Лирэй отреагировал очень быстро и с пониманием и незамедлительно отправил ей ветром эликсир исчезновения. Ей достаточно было просто выпить его.
В последний раз поцеловав Фелазара и Терилла, молодая королева подошла к мужу.
– Мне бы хотелось немного прогуляться, если ты позволишь.
– Не забудь, что вечером у меня совет командиров, и я хочу, чтобы меня сопровождала красивая королева, а не уставшая потасканная руарка. Так что если прогулка тебе поможет привести себя в порядок – я только за.
– Я ведь тебя никогда не подводила. Эта прогулка действительно пойдет мне на пользу.
Эфиланрей кивнул, но его насторожил спокойный и монотонный голос жены. Дело ведь не в том, что она устала. Она опять что-то видела. Но почему она ничего ему не сказала? Когда вернется с прогулки, он обязательно ее спросит об этом.
Выходя из комнаты, Нелиссара бросила последний взгляд в сторону сыновей и мужа. Перед глазами вновь вспыхнуло ночное виденье… Она не позволит этого. Проверив еще раз колбочку с жидкостью, Нелиссара навсегда покинула замок.
Спустя несколько часов Эфиланрей заподозрил неладное. Он отправился за женой, по ее любимой дороге в лес Д'этуаль, но нашел только сосуд с выгравированным гербом Лирэя. Он знал, что это. Не понимал только почему и зачем она это сделала. А Лирэй тоже идиот. Дурак! Теперь у него сильнейший и злейший враг. Он думал, что убьет его, Эфиланрея, жену и тем самым остановит? И будет продолжать себе преспокойненько править своим ничтожным народцем? Он ошибается. Они все ошибаются и не разделяют с ним его желания вернуть свою жизнь. Теперь Эфиланрей был уверен, что сейчас самое время войне.
– Уходи.
– Да, мой повелитель.
Селирадна оставила короля наедине с воспоминаниями. Зачем он вспомнил об этом? Зачем он вспомнил о ней?
Временная
Бокоч
– Ты меня любишь? – девушка заискивающе смотрела на своего воздыхателя, как она предполагала, и ждала ответа на свой вполне законный вопрос. После такой бурной ночи и того, что ей пришлось вытворять, она искренне считала этот вопрос логичным и законным.
– Конечно, люблю. Что за глупый вопрос? – Только вот молодой человек считал эти слова абсолютно бессмысленными и ненужными, но раз за ними последует хорошая работа под одеялом в области его похотливых гениталий, то он готов напрячься и сказать. Тем более, это стоило ему куда меньше, чем дорогие украшения, которые требовали другие женщины взамен на сладостные утехи.
– Давай поедем на выходные куда-нибудь. Я никогда не была на море, а мне бы очень хотелось поваляться и позагорать, как показывают в рекламах…
Что говорила девушка дальше, парень уже не слышал. Он подсчитывал в уме все расходы, которые могут последовать за его необдуманным положительным ответом на глупую девичью просьбу. Ну чем ей не подходит такое вот романтичное времяпрепровождение на крыше особняка его отца? Все равно ведь там тоже все время будут проводить в постели. Зачем тратить такие колоссальные деньги? К тому же он хотел новую машину. Кто-то курит или жжет что-то. Кстати, можно было бы и покурить. Кто-то без сомнения что-то жжет… Для того, чтобы осуществить задуманное, парень встал с кровати и начал вспоминать, куда вчера засунул пачку сигарет и зажигалку…
– … а потом мы сходим к Зарине, потому что у нее как раз будет день рожденья…
Под легкое бормотание партнерши, герой-любовник вышел на балкон, потому что по последним показанием коры головного мозга, отвечающей за память, именно на балконе была выпита последняя бутылка пива вчера, а соответственно и была выкурена последняя сигарета.
– Твою мать….похоже у соседей пожар.
Буквально через секунду в голове молодого человека пролетела мысль о том, что соседей у него нет. В этот же момент дом рухнул, как карточный, а воспламенился, как будто состоял из одних волос.
Грозная армия Дарэя разрушала все на своем пути. Причем как сам Дарэй начал это делать еще при самом рождении, так и не останавливался. Развалив Алию, он перешел на Временную. Захватить страну с такой хрупкой политической и экономической системой не составит большого труда, а колец будет на одно больше. Так что, долго не раздумывая, воинственный руар направился сразу же в Нитру, где ожидал встретить правителя, который добровольно отдаст кольцо, страну, душу и все, что понадобится для воплощения грозного плана могучего Эфиланрея. Но крайне неожиданно было встречено сопротивление в виде отсутствия правителя, да и в принципе, никто не знал, как он должен выглядеть. Как обычный житель Временной? Или все-таки какое-то эволюционировавшее существо? Или вообще как?
– Дайте мне изображение Гекана. А то у этих людишек странное свойство меняться со временем. И мне кажется, что сегодняшний Гекан не сильно похож на того, которого я знал двадцать лет назад.
– Ну да… после того, как он делегировал полномочия по решению земельных вопросов своему секретарю, его не только мы не видели. Понимаешь?
– Болирамэль, кстати, а где секретарь-то?
– Так повесили вчера, спортсмена хренова, на собственной перекладине, понимаешь? Зажранный продажный свин сделал себе спортивный уголок из заговоренного сплава, привезенного из Даркэля. Ирония, понимаешь?
– Если честно, иронии особой не вижу. Ну ладно. Дайте изображение!
От нервного состояния у Дарэя гудело в ушах. Его голос приобретал крайне высокие частоты.
– Есть.
Перед глазами руара появилось морщинистое лицо человеческой особи мужского пола.
– У него на лбу написано, что жить ему осталось ровно столько, сколько мне понадобится времени его найти.
В предвкушении собственной злости и счастья от этой злости, Дарэй направился в ту сторону, которую указывал ему голос. Тот внутренний голос, который вел его по жизни. Тот голос, который воспитывал и растил надежду на то, что Эфиланрей любит его как настоящего родного сына. Голос, который так сладко пел о праздном будущем на троне правителя всей Земли. А затуманенное восприятие успешного и сильного воина не могло объективно оценить вокальные данные.
Дорога уже закончилась. Началось поле. Каждый проезжающий, проходящий человек по этой части суши чувствовал, как земля пропитана потом и душой. Почва обрабатывалась с песней, урожай собирался с улыбками теплыми и сильными руками, повидавшими войны, любовь и рождественские елки, здесь могли предаваться неистовой любви молодые несовершеннолетние пары, фотографироваться веселые компании и предаваться воспоминанием о прошедшей и былой жизни пожилые представители расы. Однако, Дарэй чувствовал только возбуждение от предстоящего кровопролития. Только это терзало его внутренне нечто, что жители Временной могли назвать душой.
– Веселый, а где наш вагончик с вечерним развлечением?
– Остался на въезде в город. Они же сейчас не нужны, понимаешь?
– Здраво мыслишь. Вечером я хочу ту маленькую рыженькую мать-героиню. Она мне как раз по то самое место, над которым она будет трудиться.
Предвкушая вечер, а перед этим звонок королю об удачно реализованном очередном этапе намеченного плана, у Дарэя улыбались даже кончики его длинных смоляных волос, а причина ржания его лихого коня была понятной и очевидной.
Впереди виднелся трехэтажный особняк, и было понятно, что там обитает правитель. Изучив немного историю, в которую особо никто не верил, местного ничтожного народца, руар знал, что для обороны и защиты аборигены пользуются хренью, которую воинствующей черной расе разбить удастся одним пальцем. Тем более такой бедной нации были просто не по карману оружия, реально наносящие смертельные ранения черным.
На втором этаже горел свет. Тени практически не двигались. Только если очень присмотреться, можно было заметить легкое движение пальцев. Кто-то что-то писал. Гекан или его секретарь? С каждым шагом сердце руара замирало. Он уже потирал палец, на который наденет кольцо с цифрой один.
– Почему я не чувствую его? Я должен уже его ощущать! Кольцо излучает сильнейшую энергетику! – Дарэй явно нервничал, а это мешало ему здраво рассуждать.
– Есть вариант, понимаешь? Но он может тебе не понравиться.
– Это тебе может не понравиться мое настроение, Болирамэль!
– В таком случае я думаю, что Гекан мертв.
– Идиотство! Как такое может быть? А кто тогда правит страной?
– Понимаешь… дело в том, что история и система в стране такова, что секретарь-то и выполнял все основные задачи и обязанности, понимаешь?
– Бред! Страна без правителя? Не может быть такого. Ищи другой вариант.
Не успев подумать над ответом, бесшумная армия, смешавшаяся с темнотой ночи, уже была у порога Гекановского места жительства. В мгновение ока были убиты охрана и прислуга, обезврежены защита и сигнализация. Осталось войти внутрь.
– Я ждал тебя, Дарэй. Выпьешь?
Наглость ничтожного людишки раздражала и мешала получать удовольствие от власти, которая была в руках у него, Дарэя, а не у этого старикана на предсмертном одре.
– Я не пью эту блевотину.
– Эту блевотину придумали далеко до существования такого грязного представителя Земли, как ты. – Гекан держал в руках стакан виски со льдом и радовался тому, что его тело никто никогда не увидит и никто не будет над ним плакать.
– Мне нужно только одно…
– Ты же прекрасно понимаешь, что добровольно тебе никто не отдастся. – Правитель Временной ухмыльнулся и сделал глоток, последний в его жизни.
– Понимаю. Поэтому мне нужна от тебя только одна вещь.
– Ее здесь нет.
– Не шути со мной, труп ты говорящий. – Дарэй повернулся к своим подопечным и крикнул что было силы после такой длительной дороги: – Взять его и пытать до тех пор, пока не скажет, где этот чертов перстень!
Гекан не сопротивлялся. Он отдался в руки черных преданных воинов, и даже могло показаться, что ему все равно. Но как может быть все равно? Этого Дарэй понять не мог. Неужели у него нет больного места? Жизнь, любовь, семья… Он пытался найти на столе хоть какие-то доказательства существования дорогих и родных людей. Неужели за столько лет правления Гекан нигде не наследил? Не может быть такого! Тем более, эта раса самая бездумная и безмозглая в плане личностных отношений. А к тому же еще и крайне сентиментальная. Письма, должны быть письма.
Отпив немного из оставшегося стакана, Дарэй был удивлен приятному вкусу спиртного. К большому сожалению руара ни входящих, ни исходящих писем не было.
– Так, вопрос остается открытым до завтрашнего утра. А сейчас пора расслабиться. Болирамэль!
– Слушаю, Дарэй.
– Неужели в этом доме нет ни одной симпатичной прислуги?
– Мы всех убили, понимаешь?
– Ладно. Уходим. Не забудьте старикашку и хочу алийку. Едем, едем! Кого ждем?
Задержавшись на выходе из рабочего кабинета, в котором творился неописуемый бардак после поисков перстня, Дарэй заметил портреты, вылитые из золота, каждый с крестами по углам. Эта территория всегда отличалась странной верой в нечто или в некого единого и могучего. Глупости. Проводить столько времени в неблагодарных молитвах и жертвах, чтобы так глупо умереть в итоге?
– Помочь могут только те, кого можно убить.
– Вера бывает иногда очень сильной.
От неожиданности руар допустил возможность галлюцинации, однако повернулся на женский голос. В углу комнаты стояла милая девушка, хрупкого телосложения, со светлыми волосами, с присущими только этой расе глубокими серыми глазами, которые в данный момент были наполнены слезами, что показалось Дарэю возмутительно сексуально.
– Ты кто?
– Я работала на кухне для господина Гекана…
– Ясно. Куховарка. Как ты осталась жива?
– Подвал. Там закрутки и я там спряталась.
– Как тебя зовут?
– Анна.
– Глупое имя. Но раз ты оказалась проворней моих ребят и смогла ускользнуть от их глаз, дам тебе шанс выбрать – либо я тебя убиваю, либо ты развлекаешь меня, пока мне это будет нужно.
В секунду взгляд девушки изменился на похотливый и призывной. Она прошла мимо Дарэя в дверной проем, оставив за собой легкий запах жертвы, он шлепнул ее по мягкому месту и, услышав кокетливый писк, подумал, что эта раса еще ничтожней, чем он представлял. Посмотрев на свою правую руку и на палец без законного кольца, выругавшись, пустил небольшое пламя из центра ладони. Маленький горячий шарик поднялся на несколько сантиметров. В этом крошечном и на первый взгляд абсолютно безвредном огненном язычке таилось много зла. В нем было все зло, скопленное руаром. Весь негатив от несбывшихся ожиданий и надежд, агрессия и возбуждение от грядущих смертей, предвкушение торжества и власти – все это было в маленькой сфере, на которую смотрели грустные бездонные темные глаза. Он был несчастен. И он думал, что знает причину. Закрыв символически за собой дверь, Дарэй слышал, как огонь пожирал обитель бывшего правителя Временной. Трещали стены, двери, стекла. Какие же все-таки хрупкие сооружения! Надо было забрать бутылку гекановского напитка. Хрен с ним. Пусть сгорает вместе с историей расы.
В сети появлялись первые смелые статьи: «…алийцы покрасятся в черный цвет…», «…в этом году было последнее Рождество на всей Земле…», «Да здравствует Эфиланрей! Великий и единственный правитель Земли!»
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?