Текст книги "Малой кровью на своей территории: 1941 – Работа над ошибками. 1941 – Своих не бросаем. 1941 – Бои местного значения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/maloy-krovyu-na-svoey-territorii-1941-rabota-nad-oshibkami-1941-svoih-ne-brosaem-1941-boi-mestnogo-znacheniya-206981.jpg)
Автор книги: Иван Байбаков
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 44 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Найди, где можно раздобыть мешки – причем много, чтобы их не жалко и бросить было на позициях, в случае чего. Мешки ищи сразу с завязками, чтобы потом не возиться и пришивать. Нужны также шнуры различной толщины и тонкие тросы, чем больше, тем лучше – они нам для многих дел потом пригодятся.
Найди также швейный цех или мастерскую, узнай, какая оплата за работу их устроит, потом с тобой вместе сходим, закажем для нашей группы разгрузочные жилеты. И последний, но важный вопрос. Очень хотелось бы знать, есть ли сейчас на складах дивизии крупнокалиберные пулеметы ДШК. Если есть, сколько из них пока ни за кем не зарезервировано. И кто ведает их распределением.
Разогнав своих помощников, сам Сергей, пока оставалось время до совещания, достал чистый лист бумаги и принялся вспоминать содержание «Памятки по сбору трофейного вооружения и имущества», в его реальности выпущенной Военным издательством НКО СССР в 1943 году. Там, правда, речь шла о сборе трофейного вооружения и имущества, а здесь сейчас самый насущный вопрос – это сбор собственной техники и имущества, брошенного при отступлении, но ничего, основные принципы сбора те же.
В результате адаптации текста памятки из его реальности к современным условиям у Сергея получилась следующая «Инструкция по правилам поиска, осмотра и транспортировки найденной техники и имущества».
Осмотр найденной, обнаруженной или захваченной техники и имущества необходимо производить с соблюдением всех мер предосторожности, так как они могут быть заминированы.
Меры предосторожности заключаются в следующем:
– При осмотре машин, орудий, танков и иного имущества обязательно присутствие специалистов-минёров. В особенности тщательно должна проводиться минная разведка танков, подорвавшихся на минных полях.
– Двери кабин брошенных автомашин, если они закрыты, и откидные крышки капотов надлежит открывать лишь после тщательного осмотра. При подозрении на установленные мины-ловушки («сюрпризы») двери кабин и крышки капота открываются при помощи верёвки длиной не менее 25 метров. Признаком ловушек будут служить тонкие проволочки, которые при внимательном осмотре можно обнаружить через окно кабины или если осторожно открывать капот автомашины, при наличии проволочки чувствуется небольшое сопротивление открыванию.
– Обнаруженные на поле боя мины, снаряды, гранаты и взрывчатые вещества можно собирать только после тщательного их осмотра и обезвреживания артиллерийским техником. Он же устанавливает порядок сбора боеприпасов.
– Найденные автомашины, имеющие исправный задний скат и неисправный передний, можно транспортировать на места сосредоточения на задних колёсах, погружая переднюю часть транспортируемой машины на кузов транспортирующей. Таким способом можно транспортировать легковые и грузовые машины весом до 2,5–3 тонн.
Всё обнаруженное имущество сортируется на следующие группы:
– исправное или требующее мелкого ремонта;
– требующее среднего ремонта;
– требующее заводского ремонта или негодное.
– Исправным считается такое вооружение и имущество, которое сразу же может быть пущено в эксплуатацию (например, автомашины, танки, тракторы и мотоциклы на ходу, орудия, пулеметы, автоматы, без повреждений и в полной комплектности).
– Под имуществом, требующим мелкого ремонта, следует понимать имущество, которое может быть отремонтировано на месте силами приданного разведгруппе техника (например, автомашины с простреленными баллонами, со снятыми аккумуляторами, карбюраторами или другими мелкими частями).
– Требующим среднего ремонта является вооружение и имущество, для восстановления которого необходимо ремонтное оборудование и квалифицированная рабочая сила. Если такой ремонт не может быть произведен прямо на месте, силами приданного группе специалиста и с использованием имеющихся запасных частей – с такой техники и вооружения, особенно с транспортных средств, обязательно должны сниматься годные детали и агрегаты, которые потом могут быть использованы как запасные части при ремонте и восстановлении других единиц техники, транспорта и вооружения. Также в обязательном порядке с оставляемой техники следует демонтировать ее вооружение и снимать боекомплект.
Сергей едва успел закончить с инструкцией, как появился посыльный, который сообщил, что его ждут на совещании…
Бригадный комиссар Трофимов снова встретил Сергея на входе в особый отдел дивизии. И, пока они вместе шли к кабинету, выделенному генералу Хацкилевичу на время его пребывания в Сокулке, вполголоса сообщил Сергею о существующей негативной окраске в восприятии и его, и его информации из другого времени со стороны начальника особого отдела 6-го мехкорпуса Титова. А потом так же тихо дал совет, как прямо на совещании можно попытаться выправить ситуацию.
Глава 16
Прибыв на совещание, Сергей застал там Хацкилевича и Титова, уже сидевших за столом для совещаний, и с огромным для себя облегчением убедился, что от вчерашних сомнений и неуверенности Хацкилевича сегодня не осталось и следа. Сегодня генерал-майор излучал спокойную решимость и уверенность в своих силах. Увидев Сергея, он указал ему на место за столом напротив себя и с ходу, что называется, взял быка за рога.
– Ну, здравствуй, «Нострадамус» ты наш, – шутливо поприветствовал он Сергея. – Как видишь, все по-твоему получилось. Приказ штаба Западного фронта об отступлении отменен, вместо этого другим приказом образован Белостокский укрепрайон, командующим с самыми широкими полномочиями Павлов меня назначил. В Белостоке, на базе штаба 10-й армии, по указанию все того же Павлова, уже штаб укрепрайона организовывается, сегодня мы с дивизионным комиссаром Титовым туда выдвинемся. В общем, все, как ты хотел и предлагал.
Более того, по моей просьбе Павлов направил в мое распоряжение 214-ю воздушно-десантную бригаду из состава 4-го воздушно-десантного корпуса. Сегодня-завтра бригада со всем своим имуществом и техникой сюда, под Белосток, самолетами переброшена будет. Ну, что – ты доволен?
Сергей, услышав, новость про 214-ю десантную бригаду, еле сдержался, чтобы, по примеру известного сказочного персонажа, не воскликнуть: «Да это просто праздник какой то!»
214-я воздушно-десантная бригада, да еще полностью укомплектованная обученным и опытным личным составом, а также вооружением и техникой, и особенно применяемая здесь, в немецких тылах, по ее прямому назначению – для разведки, диверсий, террора противника, – это на сегодняшний день, настоящее «вундерваффе», как наверняка потом будут жаловаться потерпевшие от действий этой бригады немцы.
Созданная летом 1938 года путем переформирования из 47-й авиадесантной бригады особого назначения Белорусского военного округа, 214-я воздушно-десантная бригада использовалась для проведения боевых операций в польской кампании, зимней войне и походе в Бессарабию. Где неоднократно вводилась в бой в самые критические моменты обстановки, в результате приобрела значительный боевой опыт и высокий уровень подготовки командного состава всех уровней.
На сегодняшний день, после всех реорганизаций, бригада имела по штату 1689 человек личного состава и включала в себя:
– три парашютных батальона по 500 человек;
– один мотомеханизированный батальон – 189 человек, 24 малых плавающих разведывательных танка Т-37А (первый серийный плавающий танк в мире!), 9 легких разведывательных пулеметных бронеавтомобилей Д-8, 32 автомобиля и 6 мотоциклов, а также 6 пушек (45 мм) и 18 миномётов (82 мм).
Сергей настолько замечтался, вспоминая характеристики и боевые возможности 214-й воздушно-десантной бригады, что даже слегка выпал из разговора, поэтому на вопрос Хацкилевича ответил только после того, как Трофимов слегка толкнул его под столом коленом.
– Простите, товарищ генерал, задумался от такого обилия хороших новостей. Конечно, доволен! То, что отступление остановлено и здесь будет организована оборона, может при удачном стечении обстоятельств, весь ход начального, – неудачного для нас – этапа войны изменить. А то, что сюда 214-я бригада перебрасывается, так это просто отлично, с ней можно таких дел в немецких тылах наворотить – весь их Генеральный штаб и все службы организации снабжения горючими слезами умоются.
– Вот-вот, как раз об этом сейчас речь и пойдет, – внимательно посмотрел на Сергея Хацкилевич. Потом выдержал небольшую паузу и снова уставился Сергею прямо в глаза.
– Ты ведь наверняка понимаешь, что теперь, когда командование Западного фронта согласилось с твоими идеями по изменению хода войны и даже оказало в этом не только организационную поддержку, но и помогло самыми боеспособными войсками, мы с тобой должны приложить все силы, сделать все возможное, – и невозможное тоже, – чтобы все это оказалось не зря. Чтобы оправдать оказанное нам доверие и предотвратить те страшные для армии и страны последствия, о которых ты вчера ночью рассказывал.
Да, благодаря твоей информации и идеям, уже многое делается. Удалось почти на две трети сохранить мой механизированный корпус и более половины 33-й танковой дивизии. По линии особых отделов начат сбор сведений об оставленных при отступлении ресурсах, технике, вооружении, продовольствии и иными материальными ценностями. Ты и здесь оказался прав, если у нас получится все это собрать, Белостокскому укрепрайону этих ресурсов на полгода, а то и на год хватит, без всякого дополнительного снабжения. Уже сегодня все отступающие войска начнем останавливать и приспосабливать для построения оборонительных рубежей. И по сводкам из штаба Западного фронта, 39-й моторизованный корпус из состава немецкой 3-й танковой группы генерал-полковника Гота, вышедший к Минску и завязавший бои на его подступах, ощутимо снизил темп и огневую мощь наступательных боев. Вероятно, прекращение, в результате уничтожения тобой моста, движения по железной дороге из польского города Сувалки, где у них база снабжения, до Гродно серьезно снизило темпы подвоза топлива и боеприпасов. Так что твоя идея и тут тоже доказала свою эффективность – я уже дал команду готовить несколько диверсионных групп для действий на коммуникациях железнодорожной магистрали Брест– Барановичи.
Но все это, к сожалению, пока полумеры – так ни войну не выиграть, ни немецкое наступление на Минск, и далее на Москву, не остановить. И поэтому у меня к тебе сейчас три основных вопроса. Как быстро ты сможешь подготовить информацию о ходе и основных ошибках войны хотя бы на ближайшее будущее, до конца 1941 года – для отправки в Минск и Москву? И сразу дополнительный вопрос по этой теме: необходимо как можно скорее подготовить не схематичную, как ты вчера набросал, а максимально подробную карту Западного фронта с указанием расположения, состава и действий немецких войск в твоей реальности.
Что еще из знаний и опыта твоей реальности, а также твоего собственного опыта, ты можешь предложить для организации эффективной обороны Белостокского укрепрайона? Как ты видишь наше с тобой дальнейшее сотрудничество и взаимодействие?
Сергей задумался, мысленно определяя приоритеты. Стратегическая информация для Москвы пока может подождать – день-два все равно ничего не решат. А для Минска прямо сейчас такая информация уже вряд ли актуальна – немцы ведут бои на подступах к городу, советские войска дезорганизованы, грамотно выстроенной обороны нет. Минск в любом случае не удержать. Но сильно порадовать немцев в уличных боях, заставив их заплатить за взятие города слишком высокую цену, – можно. Для этого как нельзя лучше подойдет тактика уличных боев, выработанная советскими войсками при обороне Сталинграда в его реальности. А для уничтожения бронетехники – очень хорошо зарекомендовавшие себя еще на финской войне коктейли Молотова, но в более позднем – советском – варианте.
Предложения по улучшению организации обороны Белостокского укрепрайона? Как говорят в Одессе – их есть у меня! Причем предложения конкретные – по организации и подготовке войск, использованию техники и вооружения. Уж столько на эту тему было думано-передумано, обсуждено и проведено споров там, в той жизни!
А вот сотрудничество и взаимодействие – тут все не просто. Сергей догадывался, что его планы по организации мобильной разведывательно-диверсионной группы и личного участия в боевых действиях вряд ли устроят командование. Тут и режим секретности, и боязнь потерять источник тактической информации по текущей обстановке, и ответственность перед высшим командованием в случае утраты ценного для страны информационного ресурса по этой войне. Он и сам, на месте Хацкилевича, постарался бы как можно скорее переправить такой ценный информационный ресурс наверх, в Москву, – в распоряжение руководства страны.
Но самого Сергея такое развитие событий именно сейчас категорически не устраивало. И причины были, на его взгляд, веские. Нет, не желание лишний раз доказать свой героизм и непременно убить лично еще сколько-то там врагов – враги от него никуда не денутся. А понимание того, что здесь и сейчас только он обладает знаниями о том, как наиболее продуманно и эффективно использовать имеющиеся ресурсы для организации обороны Белостокского укрепрайона. И если его сейчас отсюда отправят – все равно, куда – как он сможет в нужный момент подсказать решение или предупредить об ошибке? А ведь организация обороны здесь, в тылу врага, в условиях возможного скорого окружения – его идея! И все эти военачальники, что сидят сейчас за столом вместе с ним, поверили ему и его идеям по организации обороны здесь, а потом, в свою очередь, убедили в необходимости организации укрепрайона в тылу врага командование Западного фронта. И теперь готовы положить все свои силы и свои жизни тоже, чтобы нанести врагу как можно больший урон и затормозить его победное наступление к сердцу страны – на Москву. И как он, после того, как столько людей – от генералов до простых солдат – будут воевать, а некоторые и погибать здесь, отстаивая его идеи, может оставить их и отправиться в безопасность, в тыл?
Помимо этих оснований был у Сергея и еще один резон пока не отправляться в Москву, уже личный. Ведь, появись Сергей там сейчас, кто он такой был бы для руководства страны? Никому не известный и очень подозрительный субъект «то ли из будущего, то ли еще откуда», что-то там предсказывающий о ходе войны и поражениях Красной Армии. А ведь всем советским людям известно и даже закреплено в Полевом уставе РККА 1939 года (ПУ-39), что: «В силу исторически сложившихся условий Красная Армия существует как непобедимая, всесокрушающая сила. Такой она является, такой она всегда будет».
И как он – этот подозрительный неизвестный, а может и шпион, – будет рассказывать руководству страны об ошибках в организации, подготовке, стратегии и тактике Красной Армии, когда в 3-м пункте 1-й главы (Общие основы) того же Устава прямо указано: «Великая мощь и несокрушимая сила Рабоче-Крестьянской Красной Армии заключаются в ее беззаветной преданности великому делу Ленина – Сталина, Родине и большевистской партии; в морально-политическом единстве с народом и тесной связи с ним; в высокой революционной воинской дисциплине; в смелости, решительности, отваге и героизме всего ее личного состава; в постоянной боевой готовности; в отличной боевой выучке и в богатом оснащении самым современным и самым совершенным вооружением…»
Совсем другое дело – попасть к руководству страны после успешной операции по организации Белостокского оборонительного укрепрайона и срыва темпов немецкого наступления как автор и непосредственный участник воплощения этой идеи и сопутствующих ей новых методов организации и обучения войск, использования техники и вооружения. Тогда и первое впечатление о нем, и отношение к его словам будет иным – по крайней мере, Сергей на это очень надеялся.
Поэтому, прервав повисшее в кабинете во время его размышлений молчание, Сергей ответил Хацкилевичу так:
– Отвечаю в порядке заданных вами вопросов, товарищ генерал. По первому вопросу: – Информацию по расположению и перемещению немецких войск по состоянию на сегодня и на несколько дней вперед на подготовленную вашими штабистами карту нанесу сразу после совещания – думаю, часа мне хватит. Информация стратегического характера о ходе и ошибках начального периода войны для Москвы, как мне кажется, может немного потерпеть – день-два, а то и неделя, все равно уже ничего не решат. А время, затраченное на подготовку этой информации, сейчас можно с толком потратить для решения более насущных проблем.
Для командования Западного фронта готовить информацию об ошибках начального периода войны сейчас тоже бессмысленно – все действия командования округа, а теперь фронта, с первого дня войны – одна большая ошибка. Справедливости ради нужно отметить, что виноват не только Павлов – он действовал строго в рамках все того же ПУ-39, где во втором пункте первой главы (Общие основы) четко указано:
На всякое нападение врага Союз Советских Социалистических Республик ответит сокрушающим ударом всей мощи своих вооруженных сил.
Если враг навяжет нам войну, Рабоче-Крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий.
Войну мы будем вести наступательно, с самой решительной целью полного разгрома противника на его же территории.
Отсюда и торопливый, неподготовленный и не обеспеченный ПВО, авиационным прикрытием, разведкой, снабжением, – в результате неудачный контрудар под Гродно, в котором вы, товарищ генерал, принимали личное участие и результаты которого, а также эффективность его организации и проведения, можете оценить сами.
Отсюда и пренебрежение вопросами построения и укрепления эффективной, эшелонированной и насыщенной инженерными средствами обороны и, как следствие – отсутствие навыков ее быстрой организации. Это вы сейчас можете увидеть и оценить по поступающим сводкам о прорывах немецкими войсками наших оборонительных порядков, высоких потерях обороняющихся войск и беспорядочном отступлении разбитых частей.
Так что Минск, товарищ генерал, нашим войскам в любом случае придется оставить. Но вот сделать при этом так, чтобы немцы брали Минск долго и максимально кроваво, – это в наших силах. Материалы по организации уличных боев при обороне Минска, о потребных для этого силах и средствах я смогу подготовить и передать вам часа через три-четыре. Единственное, что можно и нужно сделать прямо сейчас – заранее, организованно и планомерно начать вывод из Минска населения, предприятий и производств, а также вывоз имущества и материальных ресурсов – все это во время уличных боев будет либо уничтожено полностью, либо достанется противнику.
Сергей дождался согласного кивка Хацкилевича и продолжил:
– По второму вашему вопросу, товарищ генерал. Организация эффективной обороны. Здесь можно предложить очень многое – по тактике построения и инженерному обеспечению обороны, организации войск, их обучению и подготовке, использованию и модернизации техники, вооружения. Правда, не все из этого можно будет сделать быстро, и не все можно будет применить сейчас – в наших условиях. Поэтому пока буду говорить только о самых важных и неотложных вещах.
Начать, как мне кажется, стоит с максимально быстрого сбора ресурсов для организации этой обороны – куда только дотянемся, иначе немцы на них первыми лапу наложить могут. Я имею в виду брошенную поврежденной или без топлива технику и вооружение: транспорт, танки, обязательно артиллерию и минометы, пулеметы, в том числе крупнокалиберные и станковые, а также боеприпасы – все это сейчас первоочередные для поиска и сбора цели. Вы, товарищ генерал, сейчас упомянули, что сведения о скоплениях такой техники и вооружения в немецких тылах уже начали поступать. Значит, можно начинать организацию ее доставки на подконтрольную нашим войскам территорию. При этом необходимо учитывать, что брошенная техника может быть заминирована или специально повреждена до состояния невозможности транспортировки либо использования. Для облегчения решения этих проблем я, на основе памятки по сбору трофейного вооружения и имущества из моего времени, подготовил небольшую инструкцию, где изложены правила осмотра найденной техники, а также некоторые методы ее восстановления и транспортировки. Соблюдение изложенных в ней правил поможет избежать потерь наших специалистов при выполнении задач по сбору техники и вооружения.
Сергей передал рукописные листы с текстом инструкции Хацкилевичу, подождал, пока тот бегло их просмотрел, а потом вызвал порученца и дал команду размножить, и продолжил:
– Еще несколько слов о методах поиска различных ресурсов – не только техники и вооружения. Для целей предварительной разведки местонахождения этих ресурсов, а также попутного проведения общих и самых широких разведывательных мероприятий, предлагаю использовать части 6-й кавалерийской дивизии – я вам вчера об этой дивизии, а также о методах и преимуществах использования кавалерии в наших условиях рассказывал.
И еще. Информация из той же «Памятки…»: «Большую и ценную помощь в сборе техники, вооружения и имущества может оказать местное население. В сельских местностях население, наблюдавшее наступление немцев и отход частей Красной Армии, часто знает, где отступающие войска бросили или спрятали вооружение и имущество, которое они не смогли забрать с собой. В особенности хорошо осведомлёнными об этом бывают дети 10–13 лет – со свойственной всем детям энергией и наблюдательностью они подчас лучше взрослых замечают, где, что оставили или спрятали отступающие, и часто могут сообщить исключительно ценные сведения».
Теперь – кто будет заниматься вывозом техники из немецких тылов. Мотоманевренные группы, материалы по составу, вооружению и примерному оснащению техникой которых я передал товарищу бригадному комиссару, в полном объеме и с максимальной эффективностью заниматься массовым вывозом техники, особенно танков, не смогут – не для тех задач состав и оснащение таких групп прорабатывались. Прихватить по случаю одну-две единицы трофейной или нашей техники на ходу или после проведения мелкого ремонта, снять пулеметы, может даже легкую танковую пушку или какие-то агрегаты – это да, это предусматривалось. Но массово восстанавливать ходовую часть и потом вывозить, например, танки – для этого необходимы команды специалистов-ремонтников с запасными частями, специальным инструментом и специальной буксировочной техникой. Эти команды можно формировать из специалистов ремонтно-восстановительных частей, в свою очередь, замещая этих специалистов на их рабочих местах привлеченными специалистами с гражданских предприятий и из числа беженцев.
Сергей снова прервался, заметив, как Трофимов, который, в своей обычной манере, стенографировал ход совещания в своем блокноте, довольно кивнул. Почувствовав взгляд Сергея, Трофимов прервался и коротко сообщил присутствующим, что он, после общения с лейтенантом Ивановым, уже организовал в ремонтных частях дивизии процесс привлечения инженерного и технического персонала из числа гражданских специалистов, а также рабочих и неквалифицированных подсобников, в том числе из числа беженцев. Результаты положительные, вся поврежденная техника уже восстановлена и находится в полной боевой готовности, а паника и социальная напряженность среди беженцев, которые застряли в Сокулке без надежды на эвакуацию, ощутимо снизились. Хацкилевич с интересом выслушал Трофимова и что-то себе пометил в блокноте, а Сергей продолжил:
– Если восстанавливать ходовую часть и вывозить брошенную технику будут специалисты-ремонтники, на мотоманевренные группы можно будет возложить задачи боевого охранения на месте проведения работ, а также уничтожения помех со стороны немецких войск на пути вывоза техники.
Сергей закончил излагать свои мысли по вопросу вывоза из немецких тылов техники и вооружения, мельком взглянул на Титова, сидевшего по другую сторону стола рядом с Хацкилевичем с отсутствующим и по-прежнему хмурым видом, и приступил к реализации на практике совета Трофимова.
– Еще одна проблема, связанная с организацией обороны Белостокского укрепрайона косвенно, но, тем не менее, очень важная и требующая скорейших действий по ее решению. Эта проблема – немецкие шпионы и диверсанты в наших войсках и тылах.
И сразу же отметил, как при его последних словах дивизионный комиссар Титов резко напрягся и пристально уставился на него – от былой отстраненности не осталось и следа.
– Много говорить об этом не буду – этим в своей реальности интересовался не особо глубоко, да и товарищи Титов и Трофимов знают свою работу гораздо лучше меня. Но кое-что из опыта борьбы с диверсантами и шпионами Абвера во время этой войны в моем времени могу рассказать.
Сергей рассказал особистам про то, как сейчас можно легко выявлять немецких агентов при проверке удостоверений, – в удостоверениях Красной Армии скрепки ржавели и оставляли следы на бумаге, а в изготовленных немцами фальшивых удостоверениях скрепки были из нержавеющей стали и следов не оставляли (исторический факт!).
Еще рассказал про печально знаменитый диверсионный полк «Бранденбург-800», устроивший в первые дни войны настоящую эпидемию террора и диверсий в наших тылах и практически полностью уничтоживший систему проводной связи советских войск, что немало способствовало успехам наступления вермахта.
Видя заинтересованность в глазах особистов, рассказал также о косвенных признаках, помогающих выявить вражеских засланцев, внедряемых Абвером в отступающие части под видом окруженцев и отбившихся от своих подразделений. В частности, при медицинских осмотрах проверять наличие либо отсутствие следов от укусов вшей, определять различную степень чистоты тела и белья у группы бойцов. Даже запах кожи и белья от хозяйственного мыла у наших бойцов и от душистого банного у немецких агентов разный. Опять же, проверять состояние зубов и степень их лечения, наличие опрелостей, ссадин и повреждений кожи ног, состояние ногтей и кожи рук. Словом, отслеживать комплекс признаков, различных у людей, несколько дней отступающих в пыли и грязи, под огнем и бомбежкой, и у людей, только недавно выброшенных поблизости и внедрившихся в группы отступающих. Все эти методы выявления на начальном этапе войны работали потому, что руководство Абвера, нацеленное на скоротечную войну, не уделяло особого внимания тщательности подготовки как самих диверсантов, так и их легенд, возмещая низкое качество агентов их количеством. Подход изменился только после поражения под Москвой.
Заострил внимание еще на одном моменте, а именно на разнице в моторике движений при ношении пистолетов у нас и у немцев. У нас правила ношения оружия предусматривали штатное положение кобуры с пистолетом на правом боку или даже справа-сзади – почти над правой ягодицей. У немцев штатное расположение кобуры с пистолетом – на поясе впереди, рядом с бляхой ремня. При этом большие кобуры с армейскими пистолетами носились слева от бляхи ремня – так было удобнее вытаскивать длинный пистолет. А малые, которыми пользовались большей частью старшие офицеры и генералы, а также тыловые чины, могли носиться и справа, но все равно впереди – не на боку и не сзади. Соответственно снижение автоматизма и ловкости движений при извлечении оружия из кобуры у немцев, перевесивших кобуру в непривычное для себя положение, будут заметны, и это можно выявлять. Как – товарищи особисты и сами придумают. Кроме того, в реальности Сергея были случаи, когда немецкие агенты, вероятно, из числа особо одаренных, после внедрения по привычке носили кобуру с пистолетом на немецкий манер – на ремне спереди. И, пожалуй, самая наглядная и наиболее легко выявляемая ошибка Абвера – в экипировку своих агентов немцы часто включали папиросы. А в Красной Армии папиросы были положены только старшим офицерам, всем остальным – махорка в пачках.
– Вот, товарищи военачальники, вкратце все, что я знаю по этой теме. Если что еще вспомню – сообщу дополнительно.
Наблюдая, как подозрительность в глазах Титова при взгляде на него сменяется заинтересованностью и даже некоторой приязнью, Сергей в душе в очередной раз поблагодарил Трофимова за удачный совет перед совещанием – помочь Титову в повышении эффективности работы особистов – и продолжил:
– По шпионам и диверсантам – все, а вот по особистам – нет. В контексте организации Белостокского укрепрайона и привлечения для его обороны отступающих войск есть еще один вопрос, помочь решить который, как я думаю, смогут только они. А именно – восстановить контроль над отступающими и бегущими частями, подчинить их командиров руководству укрепрайона и обеспечить прибытие этих частей к Белостоку, для вливания в общую систему обороны. Для этого я предлагаю включать в каждую мотоманевренную группу, отправляемую в тыл врага, уполномоченного сотрудника особого отдела, которого следует снабдить копией приказа командующего Западным фронтом генерала армии Павлова об отмене ранее изданного приказа на отступление, копией приказа того же Павлова об организации Белостокского укрепрайона, назначении генерал-майора Хацкилевича его командующим и подчинении всех частей и подразделений отступающих от границы войск, копией приказа командующего укрепрайоном генерал-майора Хацкилевича, адресованного командирам отступающих частей, об их отводе под Белосток для отдыха, переформирования и дальнейших действий в системе обороны Белостокского укрепрайона, копией распоряжения начальника особого отдела Белостокского укрепрайона, – а это, я думаю, будет товарищ дивизионный комиссар Титов, – об ответственности командования и старшего комсостава этих частей по законам военного времени в случае прямого невыполнения или саботажа указанных приказов.
При этом, как мне кажется, наиболее рациональный порядок действий особистов в рейде должен быть следующим. После обнаружения отступающей части уполномоченный сотрудник особого отдела проводит мероприятия по ее переподчинению командованию укрепрайона, а дальше самостоятельно принимает решение – остаться с этой частью, контролируя ее подчинение новым приказам и попутно проводя контрразведывательные мероприятия, или следовать дальше по тылам противника со своей мотоманевренной группой в поисках следующей отступающей части.
После этих слов от Титова, который с неослабевающим интересом слушал предложения Сергея и был по этой теме заинтересованным лицом, сразу последовал вопрос:
– Опять эти твои мотоманевренные группы. Читал я материалы по ним – мысль интересная, можно будет попробовать. Но почему особистов в тыл только с ними отправлять? Будут же еще разведгруппы, диверсионные группы, группы по вывозу техники, наконец. Почему и не с ними тоже?
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?