Текст книги "Аромат роз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/aromat-roz-87177.jpg)
Автор книги: Кэт Мартин
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 11
Из дома Марии Элизабет уехала утром. Начался новый день, суббота. Она отправилась домой, где переоделась в шорты и кроссовки. Затем зашла во вторую спальню, служившую ей кабинетом и спортивным залом. Покрутив педали велотренажера, сделала пятьдесят приседаний, после чего встала на беговую дорожку.
Она любила такие упражнения, ей нравилось поддерживать хорошую физическую форму. Работа у нее была трудной и нервной, требовавшей больших умственных нагрузок. В доме имелся бассейн, и она старалась поплавать при первой же возможности. Приняв душ, Элизабет приготовила завтрак. Поскольку продуктов в кухонном шкафу и холодильнике уже почти не осталось, пришлось съездить в магазин.
Во второй половине дня Элизабет приняла решение побеседовать с Мигелем. Она позвонила Марии, чтобы узнать, все ли с ней в порядке, и спросила, в какое время будет удобнее заехать к ней.
В пять часов дня она выехала из дома и по шоссе номер пятьдесят один покатила по уже знакомому маршруту. Переехав через заброшенную железнодорожную ветку, она увидела стоявшего возле окна Мигеля. Он был черноволос, строен, худощав. Загорелая, чуть обветренная от пребывания на солнце кожа. Темные глаза с густыми ресницами, сильный волевой подбородок. В свои двадцать девять лет он был, несомненно, красив. Как и многие мексиканцы, Мигель относился к числу мужчин, всегда уверенных в собственной правоте, особенно в отношении женщин.
– Я ничего не понимаю, – раздраженно произнес Мигель, когда Элизабет закончила свой рассказ. – Вы с Марией обе вбили себе в голову, что с этим домом что-то не в порядке, но такого просто не может быть. Это хороший дом. Нам крупно повезло, что мы живем в таком доме, как этот.
– Это действительно очень хороший дом, Мигель, – сказала Элизабет с улыбкой. – Вот поэтому мы и должны выяснить, что с ним не в порядке.
– С ним все в порядке! Вы и моя жена… по-моему, это с вами что-то не в порядке!
Нет, так не пойдет. Элизабет уже пожалела о том, что упомянула о доме. К проблеме нужно было подходить с другой стороны. Но, зная Мигеля, любой подход был не менее сложен.
– Марии нравится этот дом не меньше, чем тебе, – сказала она. – Просто нужно решить несколько важных вопросов. Иногда в доме возникают звуки, которые ее пугают. Ее главная забота сейчас – будущий ребенок. А когда тебя по ночам нет дома, ей становится страшно.
– Она сама ребенок. Ей давно пора повзрослеть.
Черт побери, ничем его не проймешь, подумала Элизабет.
– Послушай, Мигель, я лишь пытаюсь сказать, что Мария чувствует себя в безопасности, когда ты в доме вместе с ней. Она знает, что в случае чего ты можешь ее защитить. Мне кажется, вам стоило бы найти кого-нибудь, кто мог бы оставаться с ней по ночам, когда тебя нет или когда ты приходишь с работы слишком поздно.
Мигель произнес что-то по-испански, причем так быстро и невнятно, чтобы Элизабет его не поняла. В свое время она учила испанский в школе и в колледже. Сейчас ей приходилось часто иметь дело с иммигрантами из Мексики. Жить в таком месте и не знать испанского – полный абсурд.
– Я сам позабочусь о ней. Вам нет необходимости беспокоиться о моей жене, – добавил он уже более отчетливо.
Элизабет заставила себя улыбнуться.
– Спасибо, Мигель. Я знала, что ты поймешь меня.
Поймешь? Этот человек имел способности к пониманию не больше, чем кролик. Слава богу, она ничего не стала рассказывать ему о привидении.
Выйдя из дома, она бросила взгляд через плечо. Мигель и Мария стояли у окна и смотрели ей вслед. Хочется верить, что своим визитом она не навредила Марии. Ведь она пообещала юной мексиканке, что поможет ей разобраться, что за странные вещи происходят в этом доме. Свое слово она непременно сдержит. В понедельник утром она первым делом позвонит Карсону Харкорту и договорится с ним о встрече.
Элизабет позвонила Карсону из своего кабинета, однако тот, судя по его голосу, был не слишком рад ее слышать.
– Боюсь, что я весь день буду занят, – довольно холодно ответил он. – А что вы хотели?
– Послушайте, Карсон. Я понимаю, что вы сердитесь из-за того, что застали меня в ресторане вместе с Заком. Но это не имеет никакого отношения к моей просьбе увидеться с вами. Я хочу поговорить о том, что происходит на ферме.
Возникла короткая пауза.
– Хорошо. Я почти весь день буду работать в своем офисе. Приезжайте.
– Тогда давайте договоримся на два часа дня. Это время вас устроит?
– Вполне. До встречи. – Он положил трубку, и Элизабет испытала легкое разочарование.
Было ясно, что Карсон больше никогда никуда ее не пригласит. Ей следовало бы расстроиться по этому поводу, однако, по правде говоря, Карсон Харкорт никогда не был ей симпатичен, и она вряд ли когда-нибудь прониклась бы к нему симпатией. Рано или поздно, но разрыв все равно произошел бы. Оно даже лучше, что это случилось сейчас.
На понедельник у нее было запланировано три консультации. На девять была назначена встреча с Джеральдиной Хикмен и ее дочерью Кэрол. Через час после них должна была прийти десятилетняя Нина Мендоса. После нее в списке стоял Ричард Лонг, из группы пациентов, которым для подавления вспышек неконтролируемого гнева было предписано посещать сеансы психотерапии.
Кэрол пришла к Элизабет по настоянию миссис Хикмен, – мать, к своему ужасу, узнала, что ее двенадцатилетняя дочь занималась сексом с несколькими своими одноклассниками.
– Марк заплатил за билет в кино на дневной сеанс, – объяснила Кэрол матери в присутствии Элизабет. – Чем же еще я могла ему отплатить?
Элизабет сделалось дурно при мысли о том, как низко юные девушки ценят себя, точнее свои тела. Эти наивные создания готовы расплачиваться собой даже за такие пустяки, как билет в кино.
Консультации Нине Мендоса оплатил округ. После того как в их дом три раза подряд вызвали полицию, всю семью обязали посещать семейного психолога. Эмилио Мендосу уже арестовывали за появление в пьяном виде, непристойное поведение и сопротивление властям. Позднее выяснилось, что он жестоко избил свою младшую дочь, которой в ту пору было восемь лет, только за то, что она отказалась доесть остававшуюся в ее тарелке еду.
Нину забрали в приемную семью, и лишь после этого родители постепенно пришли к пониманию, что насилие – не лучший способ решения семейных проблем.
Последняя встреча Элизабет, назначенная на утро, была с сорокадвухлетним адвокатом по имени Ричард Лонг. Ричарда направили к Элизабет по решению суда за то, что он избивал жену, причем делал это с такой регулярностью, что ему оставалось либо встречаться с психологом, либо лишиться лицензии и угодить за решетку.
Ричард должен был приходить на занятия группы, которой по вечерам в четверг попеременно руководили Элизабет или Майкл, но до сих пор он делал это крайне нерегулярно. Элизабет сильно сомневалась, что у этого типа есть даже минимальный шанс когда-либо изменить себя к лучшему.
Справившись с делами, Элизабет в полдень вышла из кабинета, перекусила купленным в кафетерии сэндвичем и, выполнив пару неотложных дел, отправилась на встречу с Карсоном.
Домоправительница, молодая мексиканка, впустила ее в дом.
– Сеньор Харкорт ждет вас. Он у себя в кабинете. Пойдемте за мной, отведу вас к нему.
А она хорошенькая, подумала Элизабет. На вид девушке было самое большее двадцать два года. Простые черные брючки и белая блузка нисколько не скрывали женственных, округлых форм. Проводив гостью до дверей кабинета, мексиканка улыбнулась и бесшумно ушла прочь.
Элизабет вошла в кабинет. Сидевший за письменным столом Карсон поднялся.
– Здравствуйте, Элизабет.
– Здравствуйте, Карсон. Спасибо, что согласились уделить мне немного времени.
– Присаживайтесь. Чем могу быть вам полезен?
Стараясь не обращать внимания на его не слишком любезный тон, Элизабет села в соседнее кресло. Карсон тем временем снова занял свое место.
– Я провела ночь пятницы в доме Марии Сантьяго. В нем происходит что-то странное. Надеюсь, вы поможете мне выяснить, в чем там дело.
Следующие двадцать минут Элизабет рассказывала о необычных вещах, происходивших в доме Мигеля и Марии Сантьяго. Поведала она и о своих подозрениях относительно проблем с фундаментом или трубами.
– Ведь это, в конце концов, ферма, – сказала она. – Может, здесь чем-то была заражена земля – еще до того, как приступили к строительству дома. По крайней мере, этим можно было бы объяснить появление необычного запаха. Если вы, конечно, не возражаете, я бы хотела пригласить специалистов. Они осмотрели бы дом и помогли бы разобраться, что с ним такое.
Карсон встал с кресла и теперь возвышался над Элизабет. Ей тоже захотелось встать, но она заставила себя остаться на месте.
– Вообще-то я возражаю. Я очень сильно возражаю против подобных вещей. Мигель Сантьяго – самый младший из бригадиров. Он получил эту должность в обход нескольких других достойных работников. Дом, который вы имеете в виду, был построен всего четыре года назад, и с ним все в полном порядке.
– Я провела ночь в этом доме, Карсон. В нем действительно что-то не так.
– Мария – юная женщина с живым воображением. Ее рассказы повлияли на вас. Вы в ту ночь были под впечатлением ее фантазий. Так что тут больше не о чем говорить.
Элизабет сдержалась, чтобы не вспылить. Выйти из себя – значит лишь усугубить ситуацию.
– Возможно, существует и другое решение проблемы.
– Какое же?
– Может, им стоит переселиться в другое место. В другой дом на территории фермы или где-нибудь неподалеку.
Лицо Карсона стало наливаться кровью.
– На земле фермы стоят четыре дома для бригадиров. На ферме работают четыре бригадира. Все дома заняты, и я не собираюсь снимать новый дом в каком-то другом месте только потому, что жена Сантьяго беременна и выдумывает бог весть что. Кроме того, я хочу, чтобы мои бригадиры жили здесь, рядом со мной и всегда были под рукой.
Что ж, разумный довод. Ферме площадью двенадцать тысяч акров требовалось хорошее руководство. Карсону нужно, чтобы бригадиры всегда были готовы решать самые разные вопросы, которые могут возникнуть в самое непредсказуемое время. С другой стороны, она ничуть не солгала, ничего не приукрасила о той ночи, которую провела в доме Мигеля Сантьяго. Теперь ей понятно бессилие Марии. Как это обидно, когда тебе никто не верит.
Элизабет встала, чтобы уйти.
– Тогда у меня все. Спасибо, что любезно уделили мне время.
– Извините, но я ничем не могу помочь вам.
– Я понимаю вашу позицию.
Карсон впился в нее взглядом.
– Разве? Я так не считаю. – Он явно имел в виду не ферму, а нечто другое. Впрочем, Элизабет поняла его намек. Карсон намекал на ее встречу с Заком. – Я возлагал на вас надежды, Элизабет. Мне и в голову не могло прийти, что вы позволите моему брату обращаться с вами как с игрушкой. Честно говоря, я считал вас умнее.
– О чем вы?
– Но ведь все и так понятно, разве нет? Он увидел меня с вами на благотворительном вечере. Он понял, что я проявляю к вам интерес, и решил все испортить. В этом весь Зак. Проделка в его духе. Всю свою жизнь он ревновал меня к моим успехам. Он готов на все, лишь бы подложить мне свинью.
Элизабет разгладила складку на блузке.
– Он не собирается соперничать с вами в политике, Карсон, и не станет мешать вам баллотироваться на пост председателя законодательного собрания штата.
– Может, и не станет. Это Зак сейчас так говорит, но что придет ему в голову завтра?
Элизабет задумалась. В молодости Зак действительно был необуздан и непредсказуем и вполне мог остаться таким и до сих пор.
– Мне пора. Еще раз спасибо, что нашли время поговорить.
– Подумайте о том, что я вам сказал, Элизабет. Если решите, что я прав в отношении Зака, позвоните. Я по-прежнему рад видеть вас. Но только не тогда, когда между мной и братом начнется соперничество.
Она собралась сказать ему, что никакого соперничества нет и в помине и что ей нисколько не интересен его брат. Но она тут же поняла, что еще меньше ей интересен сам Карсон. Поэтому она просто кивнула:
– Я подумаю.
Выйдя из дома, Элизабет направилась к машине. Скользнув на горячее кожаное сиденье, она тотчас почувствовала, как раскалилась под солнцем ее «акура». На минуту она задумалась, а потом повернула ключ зажигания.
Карсон, разумеется, ей ничем не поможет, решила она, слушая, как возвращается к жизни двигатель. Но это не значит, что ей не удастся найти другой выход из создавшейся ситуации. Карсон не единственный из Харкортов, за кем остается последнее слово в делах «Харкорт фармз». Она обязательно позвонит Сэму Марстону и узнает номер Зака в Лос-Анджелесе. Мысль о звонке Заку не слишком вдохновляла, но, с другой стороны, что ей остается?
Лишь в четверг Элизабет удалось дозвониться до Зака. Их последний разговор закончился на довольно резкой ноте, но, по правде говоря, зря она слишком близко к сердцу восприняла известие о его связи с Лизой Дойл. В конце концов, это был лишь обеденный перерыв. К тому же Зак вполне искренне извинился, подумала она.
И все-таки она была не вполне уверена в том, как ей следует обратиться к нему. Набирая номер адвокатской конторы «Нобл, Гольдман и Харкорт», который получила от Сэма Марстона, она решила, что в данной ситуации, если она хочет заручиться помощью Зака, разумней всего использовать в качестве рычага отказ Карсона.
Элизабет невольно улыбнулась. Она обожала играть в такие игры. Сейчас, во всяком случае, она попытается навязать ему игру по своим правилам.
Телефонистка соединила ее с кабинетом Зака, и через секунду в трубке прозвучал его низкий голос:
– Лиз? Поверить не могу, что это ты!
– Мне нужно поговорить с тобой, Зак.
– Готов спорить, произошло что-то из ряда вон выходящее, если ты решилась позвонить мне. – Через секунду ей показалось, что он слегка сменил тон. – Это никак не связано с Раулем? Надеюсь, что с парнем ничего не случилось?
– Нет-нет, ничего подобного. Хотя косвенно, да, это все-таки связано с ним. Вернее, имеет отношение к его сестре Марии… к дому Сантьяго.
– Боже, только не говори, что ты видела привидение!
Элизабет рассмеялась:
– Конечно же нет. Но…
– Продолжай.
– В ту ночь там действительно творилось нечто странное. Очень даже странное, если не сказать больше.
Она поняла, что окончательно завладела его вниманием. Чувствуя близкую победу, Элизабет рассказала о звуках и запахе, жутком холоде и том, что ей было трудно дышать.
– В одном я точно уверена, у Марии нет никакого невроза. Я не думаю, что происходящее имеет сверхъестественные причины, но с домом явно что-то не так.
Затем она поведала Заку о своей встрече с Карсоном, на которую отправилась для того, чтобы узнать, возникали ли какие-нибудь проблемы при строительстве дома. К сожалению, Карсон ответил резким отказом на ее просьбу привести специалиста, который осмотрел бы жилище Марии и Мигеля.
– Он был непреклонен, – сказала Элизабет, в надежде направить мысли Зака в нужном для нее направлении. – И я не понимаю этого. – Элизабет выдержала паузу. – Я не исключаю, что он просто хотел отплатить мне за то, что я приняла твое предложение пообедать вместе.
В следующую секунду она едва ли не кожей почувствовала, как ее собеседник на том конце провода напрягся. Если считать это телефонной игрой, то она набрала одно очко в свою пользу.
– Я не вполне понимаю, чем могу тебе помочь, но я буду в городе завтра, – ответил Зак и откашлялся. – Как ты смотришь на то, если я предложу тебе поужинать где-нибудь и обсудить это более подробно?
Ее рука еще крепче сжала телефонную трубку. Счет один-один.
– Если честно, смотрю отрицательно.
– Я больше не встречаюсь с Лизой, я же тебе говорил. Своему слову я изменять не собираюсь.
– Я тебе верю, но…
– Боишься, что это не понравится Карсону?
– Мне абсолютно безразлично, что подумает Карсон!
Элизабет представила, как Зак в эту секунду улыбается.
– Приятно слышать. Значит, договорились?
Будь это кто-то другой, а не Зак Харкорт, она согласилась бы не раздумывая. Очередное появление в ресторане «Старое ранчо», новые сплетни, которые моментально разлетятся по всему городу.
– Я не знаю…
– Мы поедем в Мейсон. Там никто не узнает, что ты обедала с самым отвязным парнем в городе.
Элизабет почувствовала, что улыбается. Именно таким он и был, самым отвязным парнем в городе.
– Хорошо, договорились. Во сколько?
– Я заеду за тобой в семь часов.
Она назвала ему свой адрес и положила трубку, чувствуя, что первый тайм она проиграла. Тем менее она настроена на победу. Завтра она найдет способ убедить Зака Харкорта помочь ей найти ответы на связанные с домом вопросы.
Глава 12
Зак постучал в дверь ее квартиры ровно в семь. Очевидно, у них это общая черта – оба отличались пунктуальностью.
В Сан-Пико стояла типичная для этого времени года жара, что заставило Элизабет одеться соответствующим образом. На ней было легкое летнее платье персикового цвета, на бретельках, с широким, в тон, поясом, и белые туфельки на высоком каблуке. Проведя еще раз щеткой по густым волосам, она постаралась внушить себе, что забота о собственной внешности не имеет к Заку Харкорту ровным счетом никакого отношения.
– Я вижу, ты готова, – произнес Зак с порога. В светло-голубой рубашке с коротким рукавом и бежевых брюках, он выглядел чертовки привлекательно.
Зак придирчиво оглядел ее с головы до ног, и Элизабет заметила, что сегодня глаза у него совершенно другого оттенка, чем в прошлый раз.
Она оценила его взгляд.
– Зависит от того, о готовности к чему идет речь.
– Речь идет всего лишь об ужине, – улыбнулся Зак.
Элизабет взяла с журнального столика белую кожаную сумочку с золотой цепочкой вместо ремешка и набросила ее себе на плечо. Затем направилась к выходу.
– Прекрасная машина! – восхитилась она черным кабриолетом БМВ, когда они оказались возле тротуара.
– Я специально решил приехать на нем, а не на джипе, чтобы пустить тебе пыль в глаза. Ну как, это мне удалось? – спросил он с очевидной самоиронией, открывая дверцу автомобиля.
Элизабет села и тотчас почувствовала прохладу кожаного сиденья. Похоже, выйдя из машины, Зак не стал отключать кондиционер.
– Мне нравятся красивые автомобили. Будем считать, что твой замысел удался. Особенно благодаря тому, что тебе хватило благоразумия поднять верх.
– Я хотел произвести на тебя впечатление, а не изжарить заживо, как в духовке, – ответил Зак и, закрыв дверцу со стороны пассажирского сиденья, обошел машину и сел за руль.
– Сколько же у тебя машин? – полюбопытствовала Элизабет, когда он завел мотор.
– Всего две. Есть еще «харлей». И еще недавно я купил яхту длиной тридцать футов.
Вот это да! Элизабет была ошарашена.
– Слышала такую поговорку: мальчишки остаются мальчишками, с годами дороже становятся лишь их игрушки? – произнес Зак, заметив ее изумление.
Элизабет не могла не согласиться.
Он покатили по шоссе в сторону Мейсона, небольшого городка, расположенного в тридцати милях от Сан-Пико. Зак посмотрел на свою спутницу.
– Мне нравится тратить деньги на любимые вещи, честно в этом признаюсь. Но, в отличие от большинства других людей, я не слишком привязан к ним. Стараюсь не делать из вещей культа.
Элизабет подумала о деньгах, которые Зак пожертвовал ферме «Тин Вижн», и решила, что он говорит искренне. Он мог купить себе еще больше «игрушек», если бы оставил эти деньги себе.
– Я тоже люблю красивые вещи, – призналась Элизабет, – но не настолько, чтобы жертвовать ради них собственным счастьем.
Зак пристально посмотрел на нее:
– Ты говоришь о своем браке?
– Знаешь, Брайан всегда хотел иметь только самое лучшее. Дорогие машины, дизайнерские костюмы. Он хотел, чтобы и у меня все это тоже было. Он был щедр, однако главным мотивом в его жизни был тот образ, которому он постоянно стремился соответствовать.
– Что же случилось?
– Все предельно просто: ему было мало меня. – Она отвернулась к окну и на мгновение задумалась, после чего заговорила снова. – Три года назад мы приехали в Сан-Пико на встречу одноклассников. Я застукала его, как говорят юристы, in flagrantе delicto, на месте преступления. На заднем сиденье нашей машины вместе с Лизой Дойл.
– Теперь мне понятно, почему ты так ощетинилась, когда Карсон упомянул ее имя.
– Наверное, мне не следовало говорить тебе об этом. Но вот теперь ты понимаешь, что она у меня в черном списке. Хотя особой ее вины в этом нет.
– Лиза есть Лиза. Она вовсе не делает секретов из своей личной жизни.
– Но тебе явно нравилось ее общество.
– Мне нравилось заниматься с ней сексом. Ей тоже. Это было все, что нас объединяло.
Все, что нас объединяло? У Элизабет не укладывалось в голове, как можно пользоваться мужчиной исключительно ради постельных забав.
– Почему же вы с ней перестали встречаться?
– Потому что я устал ощущать себя ничтожеством. Я приучил себя идти по жизни, ничего не чувствуя, никого не допуская в нее. Какое-то время Лиза казалась мне женщиной совершенной во всех отношениях. У нас с ней были даже какие-то общие взгляды. И мы не ставили друг другу никаких условий. Просыпаясь с ней утром в одной постели, я ничего не испытывал.
Элизабет промолчала. Ей нравилась его откровенность или, по крайней мере, казалось, что нравится. Прежний Зак выпалил бы одним духом какую-нибудь лживую историю и рассмеялся бы, если бы она оставила ее без внимания.
Скоро они въехали в Мейсон, столицу округа Сан-Пико. Это был такой же унылый город в долине, только чуть крупнее. В отличие от Сан-Пико, здесь имелся сетевой супермаркет «Уолл-Март» и чуть большее количество ресторанов. Зак остановил машину на стоянке перед рестораном под названием «Капитанский стол». Судя по вывеске, заведение специализировалось на рыбной кухне. В родном городе Элизабет остерегалась заказывать рыбные блюда – главным образом потому, что дары моря доставлялись сюда издалека и их свежесть и сохранность были под большим вопросом.
Они вошли внутрь и устроились в уютной отдельной кабинке. На мгновение взгляд Зака скользнул по ее лицу, и ей показалось, что в его темных глазах вспыхнули яркие золотистые крапинки. Впрочем, уже в следующее мгновение Зак поспешил отвернуться.
– Я здесь еще никогда не был. А ты?
Элизабет покачала головой:
– И я нет. Я слишком редко бываю в Мейсоне.
Судя по всему, ресторан был далеко не новым. Красная кожа, обтягивающая стены кабинок, была слегка потертой, а ковер на полу – чуть выцветшим.
И все же стоявшая на столе зажженная свеча придавала этому заведению несомненный уют и некую старомодную романтическую уединенность.
Когда, взяв у них заказ, официантка ушла, Зак коснулся главной темы:
– Я так рад, что ты согласилась поужинать со мной. Теперь мы можем свободно поговорить о доме Мигеля и Марии Сантьяго. Но я заранее хочу предупредить тебя, я не уверен, что смогу оказать вам помощь.
Рассчитывая на его содействие, Элизабет подробно рассказала Заку о жуткой ночи, которую она провела в доме Марии.
– Мне действительно было страшно, Зак. Странные звуки, холод, удушливый запах роз. Мне стало так плохо, что я с трудом могла дышать. С Марией случилось то же самое. Должна признаться, мы обе здорово перепугались. Я даже представить себе не могла, что такое возможно.
– По правде говоря, мне в это тоже верится с трудом. По телефону ты обмолвилась о том, что хотела бы пригласить специалиста, чтобы тот обследовал дом. То есть ты все еще надеешься найти рациональное объяснение происходящему, я правильно понял?
– Оно наверняка должно быть. Я не верю в привидения.
– Я тоже. Впрочем, может когда-то и верил. Давно, в детстве. В детстве мы часто пугали друг друга рассказами о привидениях. Но призраки прошлого, похоже, преследуют нас.
Элизабет искоса посмотрела на него:
– Ты ведь имеешь в виду тот случай возле кафе?
Зак лукаво улыбнулся:
– Не совсем. Но если ты наконец-то согласилась пойти со мной поужинать, то, наверное, так оно и есть.
Элизабет недовольно поджала губы.
– Это не настоящее свидание. Мы здесь обсуждаем серьезное дело.
– Верно. Я и забыл.
Элизабет с трудом сдержала улыбку и принялась теребить красную салфетку, лежавшую у нее на коленях. Наконец, сделав над собой усилие, она посмотрела Заку в глаза:
– Тебя ведь преследует собственное прошлое, да, Зак?
Он отвернулся и посмотрел на окно, плотно закрытое бархатными шторами, не пропускавшими отблески гаснущего дня.
– Да, наверное, каким-то образом преследует. Я жил в самом шикарном доме в Сан-Пико, однако моя жизнь была подобна аду. Я был изгоем в своей семье. И хотя мой отец просил брата и мачеху вести себя со мной по крайней мере нейтрально, они возненавидели меня с того самого дня, когда впервые узнали о моем существовании. Карсон и Констанс делали все, что только было в их силах, чтобы как можно сильнее отравить мою жизнь. Отец бывал дома очень редко и ничего не мог с этим поделать.
– Тогда не стоит удивляться тому, что ты попал в беду. – Элизабет хорошо помнила суд, – тот состоялся в конце лета после окончания учебного года, – и тюремное заключение, которое Зак Харкорт получил за наезд и непредумышленное убийство. Весь город несколько недель только и говорил об этом происшествии.
– Я не могу винить родителей в том, что со мной произошло. С моей стороны это была непроходимая глупость. Наверное, я просто очень хотел, чтобы отец обратил на меня внимание. Но чем хуже я себя вел, тем реже виделся с ним. Мы с ним подружились только после того, как я вышел на свободу. Он единственный поддержал меня в трудную минуту. Для меня это было самое главное. Впрочем, не только было, но и до сих пор остается.
– Мы все совершаем ошибки, но постоянно стараемся не допустить их повторения.
– Именно это я и говорю ребятам из «Тин Вижн». Мы все совершаем ошибки, но самое главное – вовремя осознать это и повернуть жизнь в другом направлении.
Наконец принесли заказ – свиные ребрышки для Элизабет и лангуста для Зака. Разговор на время прекратился, и они, расслабившись, принялись за еду. Правда, «расслабились» – не совсем верное слово. Элизабет слишком остро реагировала на его присутствие, чтобы расслабиться и держаться непринужденно. Вместо этого она постоянно наблюдала за ним, подмечала каждое слово и каждый жест. Более того, она не могла припомнить, когда последний раз какой-либо мужчина вызвал у нее такой пристальный интерес.
Спустя какое-то время Элизабет пришла к заключению, что Зак очень интересный мужчина, начитанный, обаятельный собеседник и хороший слушатель. Ее тянуло к нему сильнее, чем она опасалась.
Из чего следовало, что он представляет собой для нее опасность, и немалую.
Ей не хотелось бы влюбиться в Зака Харкорта. В прошлом она знала его слишком хорошо и потому не испытывала к нему доверия. После Брайана она вообще не верит мужчинам, во всяком случае, не до конца. Не настолько, чтобы ослабить обычную бдительность.
И все же под конец вечера в обществе Зака она почувствовала себя относительно непринужденно. Однако хотя ей и удалось побороть в себе напряженность, тем не менее она постоянно помнила, кто он такой.
Они уже возвращались домой, когда Элизабет коснулась темы, обсуждение которой они не закончили в ресторане.
– Что ты думаешь об этом доме? Ты дашь разрешение на то, чтобы пришел специалист и осмотрел его?
– Я бы с удовольствием дал такое разрешение, будь это в моей власти. Дела фермы полностью контролирует брат. Так повелось с тех самых пор, как с нашим отцом случилось несчастье. Как старший из сыновей, Карсон в отцовском завещании назван опекуном поместья. Он отвечает и за дела агрокомплекса, и за состояние здоровья отца.
– Значит, бразды правления фермой в руках Карсона. Но ведь ты адвокат. Почему бы тебе не обратиться в суд и не добиться части прав на недвижимость?
– Потому что мне нет до хозяйства никакого дела. Я никогда не проявлял к нему интереса. Пусть этим занимается Карсон. Меня беспокоит лишь отец. Похоже, что у нас с братом разный подход к заботе о его здоровье.
Элизабет удобнее устроилась на пассажирском сиденье. За окном машины тянулись бесконечные ряды хлопковых плантаций: даже в темноте было видно, как белеют раскрывшиеся коробочки.
– Я скажу тебе, как мы поступим, – неожиданно проговорил Зак. – Позвони специалисту и договорись, когда он сможет осмотреть дом. Если Карсон узнает об этом, сошлись на меня. Скажи, что я дал добро. – Он усмехнулся, сверкнув белыми зубами. – Не могу отказать себе в удовольствии воткнуть ему в бок очередную шпильку.
Элизабет выпрямилась на сиденье. Похоже, Карсон был прав, утверждая, что через нее Зак хочет в первую очередь досадить ему.
– Мне кажется, это не самая лучшая идея.
– В том, что касается Карсона, хороших идей вообще быть не может. Ты ведь хочешь узнать, что происходит в доме, не так ли? Ну, так я и предложил тебе неплохой вариант.
Скажем так, очень даже надежный вариант, но в этом действительно весь Зак Харкорт. Вполне возможно, что он сильно изменился с юношеской поры, однако дерзости ему по-прежнему не занимать. Элизабет поймала себя на том, что невольно улыбнулась. Отчасти ей было приятно осознавать, что Зак в чем-то остался прежним.
Он искоса посмотрел на нее:
– Почему ты улыбаешься?
Щеки Элизабет порозовели от смущения. Она надеялась, что в темноте Зак не заметит ее улыбки.
– Ничему я не улыбаюсь. Я просто… просто подумала, что ты прав. Я пообещала помочь Марии. Если ты не против взять вину на себя, ну что ж, тогда я согласна.
Зак усмехнулся. Элизабет же отметила про себя, как часто он улыбается и что улыбка ему идет.
– А вот это правильно.
– В понедельник первым делом я договорюсь с людьми, которые осмотрят дом.
– Как я уже сказал, дело это пустяковое. Готов поспорить, что Карсон об этом даже не узнает.
Вскоре они уже въехали в город. Зак свернул за угол, и они оказались на Черри-стрит. Остановив кабриолет, он помог Элизабет выйти из машины и проводил до двери квартиры. Интересно, подумала она, ждет ли он поцелуя на прощание?
– Спасибо, Зак. Это было очень любезно с твоей стороны.
Он посмотрел на дверь.
– Не хочешь пригласить меня выпить чего-нибудь?
– Ты, кажется, говорил, что не пьешь спиртного.
– Я сказал, что не пью много и никогда не беру ни капли в рот, когда за рулем. Кроме того, я имел в виду чашечку кофе.
Умом Элизабет понимала, что этого не следует делать. Но это был вечер пятницы, а она так редко выбиралась куда-нибудь в последнее время, да и Зак оказался настоящим джентльменом. Последнее почему-то слегка раздражало ее.
Крайне маловероятно, что с Лизой Дойл он вел себя точно так же. Очевидно она, Элизабет, не так сексуальна и потому не так привлекательна, как Лиза Дойл.
– Отлично, заходи. Я приготовлю тебе кофе без кофеина. Так что сон ты себе не перебьешь.
Их взгляды встретились, и у Элизабет перехватило дыхание. В этом взгляде, который он только что бросил на нее, не было ничего джентльменского. Взгляд этот был откровенно сексуален, если не похотлив. Просто лечь спать – это последнее, чего ему хотелось бы, казалось, говорил этот взгляд.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?