Текст книги "Нульт"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nult-48421.jpg)
Автор книги: Константин Аникин
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Но настроение опять испортилось. Так всегда с этим долбаным ТВ. Когда оно уже отомрет, к чертовой матери, все зло от него. Это была ошибка – в такое прекрасное утро включать телевизор. Теперь, чтобы как-то вывести из мозга эту чернь, необходимо было срочно записать в кратковременную память что-нибудь другое. Зиро при помощи пульта торопливо попытался выудить из телеэфира что-нибудь нейтральное. Он остановился на телеканале, посвященном IT-индустрии.
Там обсасывали Сигнатуру Пакмана. Шум по этому поводу стоял уже недели две. Именно две недели назад начали поступать первые сообщения о том, что на компьютерах по всему свету обнаружен некий чужеродный код. Все это походило на куски отработанного кэша какой-то внешней программы.
Анализ этих фрагментов показал странное. Это оказались различные кусочки кода старинной видеоигры Пакман. Да, той самой, с ненасытным желтым колобком в главной роли. Сам по себе код был безвреден, этот старинный, еще восьмибитовый код никак не мог быть исполнен на современных компах. Пугало другое – Сигнатуру Пакмана находили везде. Вне зависимости от компьютерной платформы и операционной системы. Она была везде – от самых защищенных правительственных серверов до мобильных телефонов. Таковы были факты. Дальше начинались спекуляции.
Мрачный консультант по компьютерной безопасности правительства США рисовал апокалипсические картины. Он предполагал, что за всем этим стоит некая кибертеррористическая организация исламистского толка, готовящая невиданную доселе по размаху хакерскую атаку на Запад. По его мнению, эти исламские хакеры метили Сигнатурой Пакмана взломанные системы. Когда его спросили, почему эти исламские кибертеррористы выбрали именно Пакмана, он, подумав, ответил, что, возможно, вечно жрущий Пакман олицетворяет для них сущность американского империализма. Если спецслужбы срочно не примут меры – мы все обречены, сказал он на прощание.
Представитель компании, лидера рынка антивирусного софта, тоже нагнетал, но в сторону своих профессиональных интересов. Борец с вирусами говорил об атаке некоего мультиплатформенного полиморфного супервируса нового поколения. Он считал Сигнатуру Пакмана меткой вируса и называл ее распространение первой фазой будущей глобальной эпидемии. Он хмурил брови, вставал в разнообразные боевые стойки и предлагал скачать с их сайта утилиту, убивающую этот подозрительный код на жестких дисках.
Развязный чувак из индустрии электронных развлечений смотрел на вещи легко. Он считал все это ловким рекламным трюком, еще одним примером вирусного маркетинга. Скоро у Пакмана очередной юбилей, говорил он, и под эту марку выходит новая версия игры для игровых приставок. Чувак предлагал связать этот факт с Сигнатурой Пакмана. По его мнению, долгое время Сигнатура Пакмана втихаря распространялась через спам, потом была запущена махина массовой истерии. И пока мы тут паникуем, говорил он, кое-кто посмеивается в кулак и подсчитывает будущие барыши.
Была еще одна версия. Романтического толка. Ее озвучил некий писатель на компьютерную тематику. По мнению этого худого очкастого субъекта, код Пакмана был на компьютерах всегда, только его до этого не замечали. Пакман – одна из самых известных видеоигр всех времен и народов, говорил он. Не исключено, что когда-то программисты встроили код игры, вместе с эмулятором, в свои первые версии операционных систем, чтобы было за чем отдохнуть от работы. Потом как-то забыли об этом, и код Пакмана просто перекочевывал из одной версии ОС в другую. Но ведь его находят на компьютерах под самыми разными ОС? – спросили его. Писатель ухмыльнулся. Это еще одно доказательство того, что все они никогда не стеснялись подворовывать друг у друга, ответил он.
Зиро с интересом следил за этой историей, он Пакмана уважал, в детстве он убил на эту игру немало времени. Но, как и с большинством новостей из внешнего мира, он считал, что это все его мало касается. Если это хакеры, то у них должно хватить ума не связываться с В8. Иначе это не хакеры, а идиоты. Воркуйск-8 использовался как база для хакеров всего мира. Уж с кем с кем, а с хакерами у В8 были прекрасные отношения.
Если это был вирус, он вряд ли грозил Воркуйску. В В8 пользовались пленкой, в городе была своя файловая система, поэтому вирусы из внешней сети здесь не могли размножаться. В В8 все было свое, в том числе и вирусы. А с этим было строго – за распространение компьютерных вирусов в Воркуйске-8, без разговоров, давали пожизненное.
– Сэнсэй, осталось 15 минут до намеченной сессии, – напомнила Аи.
– Да, я помню. – Зиро с облегчением выключил телевизор. Зарядил грязную посуду в посудомоечную машину и в завершение завтрака выпил стаканчик натурального женьшеневого энерготоника. Для тонуса. Он направился в свою медиакомнату.
В медиакомнате вместо стен жк-экраны, мягкий мат покрывает пол, потолок утыкан видеокамерами и инфрадатчиками, которые отслеживают каждое движение оператора и проецируют в заэкранную реальность.
– Полный разгон всех кластеров. Добавить 15 процентов мощностей на графику. Остановить все докачки. Заморозить фоновые процессы с низким приоритетом исполнения. Включить сетевые энкрипторы, – Зиро отдавал приказы Аи, попутно облачаясь в сенсорный костюм для тренировок. Проверив, плотно ли прилегают датчики, он натянул на голову агменты и синхронизировал вывод графики с экранами комнаты. Надел наручи для симуляции обратного хода меча. Сделал несколько упражнений, чтобы размять мышцы. Затем взял в руки бокен и встал в базовую сэйган-стойку.
– Погнали, – сказал он.
004. Эфирные войны (в реальном времени)
Зиро в Эфире. Высокочастотные волны разбиваются о борта его корабля. Он на капитанском мостике, за штурвалом, паруса ловят потоки трансляций, они несут его корабль сквозь беспросветную черноту мирового Эфира. Разряды статики подсвечивают горизонт, тучи эфирных помех стреляют зарядами черно-белого снега. Эфир бурлит, они в зоне возмущений. Частотный шторм на подходе, и если им не повезет, они почувствуют на себе всю силу его бессмысленного гнева.
Зиро бросает взгляд на Аи. Ему приятно смотреть на нее. Стройная, как веточка ивы, она молода и прекрасна, его пиратская принцесса.
– Скан Эфира, – приказывает он ей.
Аи шепчет заклинание, и амулет, металлическая амеба, живущая у нее на груди, оживает. Амулет зовут Пять Тысяч Глаз, и он голоден. Он растет, выпускает из себя множество серебряных ложноножек и за время, недостаточное для того, чтобы прочесть и пару строк, оплетает ее целиком. Поглотив Аи, амулет пускает побеги наружу, на конце каждого, словно цветочный бутон, глаз. Всего их пять тысяч, этих глаз, они разной формы, размера, цвета, они смотрят всюду и видят все. Пять Тысяч Глаз кормится, утоляя свой вечный сенсорный голод.
Аи светит Порты.
– Боку-ва тэки-о кандзиру, – с металлом в голосе говорит она.
Зиро легонько хлопает ее по плечу, переключая кодировки.
– Корпораты, мой господин, – сообщает она.
– Далеко? – спрашивает Зиро.
– Мы в трех делениях шкалы от них.
– Классификация судна?
– Транспортный галеон.
– Вооружение?
– 40 пушек.
– Груз?
– Ментальная эссенция. Высший сорт.
– Много?
– Информация требует уточнения. На таком расстоянии в моих силах применить только поверхностное сканирование.
– Ладно, какая разница. – Зиро и так знает, что у них есть то, что ему нужно.
– Сопровождение?
– Отрицательно.
Вот это зря. Беспечность – сестра беды. Нельзя так, без защиты, шастать по безлюдным уголкам мирового Эфира. Корпораты совсем расслабились, они слишком уверены в нерушимости законов, которые сами и навязали. Зиро нужен их груз. Ментальная эссенция – кровь разумных миров. Универсальный эквивалент власти – кто владеет ею, владеет всем.
– Идем на перехват! – командует Зиро.
Аи шепчет контрзаклинание – Пять Тысяч Глаз втягивает свои щупальца и вновь засыпает у нее на груди. Зиро берется за штурвал и корректирует курс. Он ловит парусами даб-волну, позитивную вибрацию Первичного Бита, она несет его корабль в точку перехвата.
Вот он – на горизонте показались голые мачты галеона. Зиро осматривает его в подзорную трубу. Они убрали такелаж и идут на веслах.
Их тоже замечают.
– Входящий сигнал, Зиро-сан, – докладывает Аи.
– Визуализируй.
– Хай!
Перед ними – объемная проекция капитана галеона. Один глаз у него золотой, но в остальном он выглядит естественно – дорогое искусственное лицо и тело. Корпоративные лычки на форменном камзоле, алый платок на шее. Хмырь с Иголочки.
– Кто ты, мать твою, такой? – рычит капитан. – Идентифицируй себя! На каком основании ведешь трансляции на служебных частотах?!
– Я Гайбраш Трипвуд, могучий пират, – отвечает Зиро.
Капитан галеона молча сверлит Зиро золотым глазом. Он узнал его по повадкам: Зиро в первой десятке корпоративного листа смерти. Можно гордиться собой. Капитан цедит сквозь зубы:
– Воркуйская крыса, молись, чтобы у меня достало милосердия лично вздернуть тебя на рее. Страшно подумать, что ждет тебя, когда я доставлю тебя для суда в метрополию. Недолго тебе осталось бесчинствовать в коммуникационных потоках! – он хлебнул рома из металлической фляжки и сплюнул.
– Разрыв соединения, – сообщает Аи.
Золотоглазый первый начал гнать волну. Залп из всех орудий, вялая подборка радиопопсы. Ха. Зиро отстреливает волновые демпферы, и волна гаснет в Эфире.
– Я выхожу из себя, – говорит Аи. В ее голосе сотни острых бритв.
– Давай, – говорит Зиро.
Аи выходит из себя. Она делает шаг в сторону и раздваивается. Копии почкуются в геометрической прогрессии, пока не заполняют собой всю палубу. Зиро осматривает свое войско, лаская ладонью рукоять катаны. Это успокаивает его, холод металла растворяет волнение, он чувствует спокойную отрешенность, лучшее настроение для схватки.
Расстояние между кораблями стремительно сокращается. Зиро, лихо руля штурвалом, поворачивает свой корабль левым бортом, ощетинившимся жерлами динамиков. Они так близко, что Зиро невооруженным взглядом видит имя вражеского корабля – четыре числа через точку. Зиро перетаскивает из другого окна свой боевой плейлист, заряжает орудия музыкой и дает залп из всех динамиков. На галеон обрушивается мощная акустическая волна хип-хопа и скретчей. Скретчи вскрывают верхнюю палубу, ядреная читка обрушивает мачты, через пробоины в трюмы галеона хлещет Эфир. Рули выведены из строя, вражеский корабль медленно крутится на месте, постепенно теряя плавучесть. На судне начинается пожар и слышна серия взрывов.
Загрузка… Фаза 2
Крючья вгрызаются в жертву, визг лебедок, борта двух кораблей с грохотом соприкасаются. Зиро освобождает Меч от ножен и втыкает его в небо. На лезвии недобро горят огни Святого Эльма.
– Абордажная команда! К бою! – командует Зиро.
Он дает отъезд, круговым движением руки обводит свою армию зеленой рамкой и посылает на абордаж.
– Банзай! – кричит он. Его Меч рвется в бой.
– Банзай!!! – Мелодичный голосок Аи, усиленный в десятки раз, бьет по ушам.
Аи ничего не стоит умереть за него. Она не знает, что такое смерть. Она идет до конца, не оглядываясь.
Зиро первым прыгает на вражескую палубу. Их ждут. Корпораты сбились в стаю на корме. Впереди вожак, капитан с золотым глазом. За ним Боссы помельче. Черные отглаженные до толщины лезвия бритвы стрелки на брюках, белые рубашки с закатанными рукавами. Они вооружены кривым скимитарами и очень расстроены. В недрах галеона продолжает что-то взрываться, палубу трясет.
– Крысы болотные! – рычит золотоглазый в сторону Зиро.
– Убейте их! – ревет капитан сквозь грохот разрушения. В золотом глазе горит дьявольская искра.
– Убейте их всех!!!
Они бросаются друг на друга. Начинается самое интересное. Аи, все ее копии, вооруженные остро заточенными металлическим веерами, входят клином в стан врага, на острие клина Зиро, точнее, его Меч, Зиро сейчас нет, есть только его ненависть и страсть, спрессованные в лезвие, разящее врагов направо и налево. Трудно описать то, за чем невозможно уследить глазом. Видны только мгновенные карающие вспышки молний, это лезвие Меча пишет иероглифы смерти, словно сама богиня солнца Аматэрасу движет им. Первым же ударом он разрубает надвое одного из ближайших Боссов, но Меч не успокаивается на этом, он продолжает свой смертельный путь сквозь тела врагов – рубя, разя, калеча. Реки крови бегут по палубе, усеянной искалеченными телами. В пылу схватки Зиро не теряет голову, головы теряют только его враги. Он ищет золотоглазого, он пробивается к нему сквозь сонм врагов, кровь капает с лезвия, и вот он уже рядом с ним, лицом к лицу.
Капитан прижат к штурвалу. Выглядит уже не столь презентабельно, весь лоск сошел. На мгновение время, замедлившее свой ход с началом схватки, останавливается совсем, мир становится статичной монохромной картинкой, фоном для Зиро и его врага. Доли секунды, длинные, как вечность, они смотрят друг другу в глаза – и еще одна вспышка стальной молнии. Фонтан крови, и голова капитана падает рядом с обезглавленным телом.
– То-о! – кричит Зиро.
Сопротивление сломлено. Оставшихся добивает Аи. Из тел его врагов утекает Корпоративный Дух. Зиро вытирает красное от крови лезвие о штанину и возвращает своего демона смерти в ножны. Меч засыпает. Он нагибается над отрубленной головой капитана галеона и вывинчивает Золотой Глаз Капитана из глазницы.
Аи вновь склеилась в одну девочку. Зиро вместе с ней подходит к корабельному лифту. В панели с кнопками есть небольшой разъем. Зиро ввинчивает туда Глаз Капитана. Лифт открывается.
Они спускаются в трюмы. Ряды дубовых бочек и бутылей из темного стекла. Ментальная эссенция. Зиро смотрит на ярлыки на бочках. Все ясно – одна из колоний посылала в Метрополию ежегодную дань. Время урожая. Ребром ладони Зиро сносит горлышко одной из бутылок. Аи наливает густой красной жидкости в хрустальный бокал и на подносе подает Зиро.
– Снимите пробу, сэнсэй, – говорит с поклоном она.
Зиро принимает бокал. Некоторое время он греет его в ладонях, слегка помешивая, подносит к лицу, вдыхая аромат. Делает небольшой глоток, смакуя. Эту ментальную эссенцию произвели лучшие умы.
Зиро с размаху разбивает бокал о стену.
– Начинай перекачку! – командует он.
– Хай!
Зиро возвращается в лифт, его палец останавливается на полпути к кнопке.
– Что-то я забыл… Что еще полагается делать Герою? Ах да! Освободить угнетенных! Одарить рабов свободой.
Зиро спускается глубже, на нижние палубы агонизирующего судна, где Корпораты держат своих рабов. Он видит множество маленьких клетушек. В каждой по человеку. Ну, или что-то вроде того. Кажется, все они вытесаны из камня торопливым скульптором, экономившим материал на лицах. У некоторых вообще нет лиц, у некоторых отсутствуют уши, у некоторых глаза. И ни у кого из них нет рта. Все они скованы золотой цепью и продолжают по инерции самозабвенно делать свою работу: дергать какие-то рычаги, нажимать педали, вращать колеса…
Зиро разрубает золотую цепь. Чары спадают, на грубых лицах рабов медленно, как во время печати фотоснимка, проступают человеческие черты. Бессловесная рабочая скотина вновь превращается в людей. Они покидают свои клети, что-то нечленораздельно мычат, бесцельно машут конечностями, натыкаются друг на друга, как малые дети. Наконец они приходят в себя, в их взор возвращается разум. Они угрюмо смотрят на Зиро и Аи.
– Вы свободны, – говорит им Зиро.
– Спасибо, – говорит один из них, тот, что посмелее. На вид ему за сорок, брюхо с трудом сдерживает ремень. Мысль во взгляде за стеклами очков.
– Спасибо, – с горечью повторяет он. – За заботу. От чего ты нас освободил? От нашей работы? От сытой спокойной жизни? От уверенности в завтрашнем дне? От будущего наших детей? Да на хера нам такая свобода?!
– Мы два года работали над этим продуктом. Ишачили не разгибаясь. Наконец мы закончили, и тут появляешься ты, пират долбаный, и крадешь мастер-копию релиза, прямо перед отправкой в тираж. Нам этого никогда не простят. Компания потеряет миллионы! Нас за это с дерьмом сожрут! Спасибо, могучий пират! – он отвешивает саркастичный поклон.
Аи молниеносно раскрывает веер, готовая снести ему голову за такое неуважение к господину. Зиро жестом останавливает ее.
– Пожалуйста, – говорит он, пожав плечами. – Аи, уходим. Достаточно на сегодня. – Аи послушно сворачивается и прыгает Зиро в карман.
Пора заканчивать этот театр. Зиро хлопает в ладоши.
– Свернуть все окна! – приказывает он.
005. Буккакэ
Хакерство – довольно унылое занятие. Сгорбленный в три погибели над клавиатурой хакер, набирающий юникс-команды в текстовом режиме (красные глаза, кривыe плечи, туннельный синдром), уже давно никого не возбуждает. Куда веселей и полезней для здоровья совместить хакинг с симулятором кэндо, парой любимых компьютерных игр и диджейским софтом. Мастер Настройки Виртуального Десктопа Теневой ОC позволял творить что угодно. Одна знакомая девчонка Зиро, занимавшаяся транзитом данных, превратила процесс пересылки пакетов в балет. «Лебединое озеро», там, «Спартак». Плясала со своей Тенью, со скинами звезд балета мужского пола.
Медиастены моргнули, и эфирный океан сменился обычным десктопом. Зиро подцепил зрачком иконку с полученным файлом и скинул на ленту. Пленочный накопитель зашуршал метровыми бобинами.
Аи выдала на экраны статистику прошедшей сессии: количество нанесенных/пропущенных ударов и список скачанной инфы. Зиро остался доволен. Если и дальше так пойдет, то скоро он выбьет из этой проги титул Мастер Меча. Пусть и виртуального, но то, что ему пока не приходилось рубить головы в реальности, не самое большое горе.
Реальность. Мысли Зиро словно споткнулись об это слово. То еще словечко – похоже на стершуюся от времени разменную монету.
– Зиро-сан, вы были великолепны! Аи никогда не видела такого искусства владения мечом! – восторженно аплодировала Аи.
Еще б ты видела, подумал Зиро.
– Спасибо, милая. Ты тоже была на редкость… интерактивна, – сказал он.
Милая отвесила благодарный поклон.
Зиро посмотрел на часы – сегодня он собирался скинуть Михалычу свежую инфу. Но на завод идти было еще рановато, а дома сидеть не хотелось, слишком уж погода хорошая. А в В8 каждый день хорошей погоды как праздник. Зиро решил прогуляться и заодно зайти к Пипетке. Тем более что трава у него кончилась. А погода была хорошая.
– Аи, соедини меня с Пипеткой, – Зиро дал команду Аи.
– Пипетка-кун на проводе, – объявила Аи.
– Алло, привет. Че ты там?
– Да ничо! – как-то раздраженно отреагировал Пип.
– Я хотел к тебе зайти. Или я не вовремя?
– Да нет, нормально все. Заходи, заходи.
Зиро услышал звон бьющегося стекла.
– Да успокойся ты! – рявкнул Пипетка. – Это я не тебе, – торопливо пояснил он.
– Что там у тебя творится?
– Да ничего. Давай скорее, – Пип повесил трубку.
Хмм, подумал Зиро и пошел одеваться. Натянул художественно драные джинсы. Долго выбирал футболку, их у него было великое множество, наконец остановился на черной, с инопланетным захватчиком из классической видеоигры Space Invaders. С тем, что второй слева в третьем ряду. Сверху – свою любимую мегафункциональную куртку болотного цвета в стиле урбан-милитари от UB, «Una Bomber» – конспиративного бренда европейского антиглобалистского подполья, они под видом функциональной уличной одежды выпускали амуницию для уличных боев. Куртка была сшита из негорючей, водоотталкивающей материи с программируемой жесткостью – по внутренний стороне шел секретный шнурок, если его затянуть, куртка твердела и вполне держала удар ножа. В растягиваемом, эластичном воротнике прятались антигазовые фильтры. В капюшоне – звукоизоляционная прокладка, защита от шумовых гранат. В воротнике – солнечные батареи. Ну а всякие устройства типа радиоджаммера и системы лазер-таггинга Зиро спорол, на это у него были свои методы. Венчали сегодняшний дресс-код кеды. Обыкновенные, бесхитростные кеды на твердой подошве. Зиро обулся и взял с полочки у зеркала кругляк пленки, заготовленный для Михалыча. Взвесил его на ладони. Ну, нормально. Хватит за аренду узла заплатить за следующий месяц. Он спрятал бобину во внутренний карман куртки. Одел агменты. Посмотрел на себя в зеркало.
– Ты со мной разговариваешь? – Зиро сложил пистолет из ладони и наставил на свое отражение. Отражение нахально ухмылялось, сверкая нанодентовой улыбкой. Зиро открыл дверь.
Небо было того редкого лазурного оттенка, который обычно бывает только на заставках операционных систем. Как же хорошо, когда не зима, думал Зиро, идя по проспекту Ракетостроителей. Зиму он ненавидел. Солнечная радиация действовала благотворно, и на душе у Зиро стало радостно-спокойно, настолько, что он даже не пнул ногой лягушку, попавшуюся по пути. Аи, в дефолтовом режиме, вприпрыжку бежала рядом с ним, иногда замирая у хот-спотов, и, приложив ладонь к уху, вслушивалась в датапотоки. Зиро же слушал музыку, свою любимую японскую рок-группу Го Го Нана Ичи Хачи Хачи, временами подыгрывая на воображаемой гитаре, когда начинались эти невообразимой красоты гитарные соло, которыми так славилась группа. Он шел и думал, о том, как же крут их первый альбом «Дасоку Хокку». Что годы идут, знание увеличивает скорбь, и все такое, а «Дасоку Хокку» ничего не делается. Все так же сильно вставляет, как и в первый раз. Может, дело в молодости? Нет, конечно, у Го Го нет проходных альбомов, да что там альбомов, нет проходных песен, все, к чему прикасаются пальчики Накасимы Юу, превращается в золото. Но все же есть в «Дасоку Хокку» что-то особенное. Что-то такое, как это сияющее солнце над его головой.
Как всегда, Зиро транслировал свой плейлист по FМ-радио. Зиро дослушал до «Рокку» и заметил, что за ним увязался молодой долговязый тип, в переливающейся разными цветами голо-тишке и в джинсах со вставками из телекса. Модник, типа. На парне были агменты марки visionix предпоследней модели с желтыми стеклами. Долговязый догнал его и, извинившись, спросил, что за такую классную группу он слушает? Зиро, мысленно вздохнув, ответил, что это японская рок-группа Го Го Нана Ичи Хачи Хачи, что это лучшая рок-группа в мире и что стыдно ему, такому здоровому лбу, не знать таких простых вещей. Здоровый лоб трогательно устыдился и спросил, как это пишется, а то он не знает японского языка. Зиро терпеливо ответил, что название пишется по-английски: Go, восклицательный знак, Go, восклицательный знак, 7188. Зиро видел, сквозь желтые стекла его агментов, как он пытается вбить название группы в строку сетевого поиска. «С пробелами?» – спросил здоровый лоб. Вот дурень, подумал Зиро. «Открой канал, – сказал он. – Я сейчас тебе все солью директом». Они соединились, и Зиро закачал ему все, что у него было под тэгом «Go!Go!7188». Из агментов это выглядело так: перед Зиро, на уровне глаз, в воздухе возникло несколько иконок папок с файлами. Зиро сгреб папки и бросил их в сторону долговязого, который ловко их поймал. Без агментов все это выглядело, как два случайно встретившихся на улице человека вдруг стали перебрасываться воздухом.
Здоровый лоб сердечно поблагодарил и, просветленный, пошел своей дорогой. Зиро, покачивая головой, посмотрел ему вслед и, чтобы впредь не доставали, прицепил к своему радиоканалу поясняющую метку с гиперлинком и продолжил свое рок-путешествие. К Ракете он вышел как раз к C7 полупанковской прыгалки со второго альбома Go!Go!7188 «Гётаку». Он если и уступал «Дасоку Хокку» по степени разрыва мозга, то лишь самую-самую чуть.
Это была РКК Н1-Л3, огромная ракета-носитель (больше просто не построишь – рухнет под собственной тяжестью), она должна была доставить советского человека на Луну, да не сложилось. По форме РКК Н1-Л3 очень напоминала морковку, поэтому Зиро называл ее «джетто нинжин», то есть «реактивная морковка» – так называлась одна из его самых любимых песен у Go!Go!7188. Хотя, конечно, эта песня была совсем не про то, как Советы облажались с Луной. После провала советской лунной программы одну из ракет притащили в Воркуйск-8 и украсили ею проспект Ракетостроителей. В советское время это широко практиковалось – украшать В8 всякими такими ставшими ненужными, но все равно совсекретными штуками. В Ракету по крытым эскалаторам поднимались люди – теперь в ней был торговый комплекс, известный своими совершенно космическими ценами.
Зиро миновал Ракету и вышел на одну из центральных улиц города, улицу имени Академика Глушко. Это был дорогой район, земля тут стоила каких-то совершенно безумных денег, поэтому на этой улице бизнес держали только те, у кого эти безумные деньги водились: банки, датабанки и тайнохранилища. Последних было больше всего, прямо одно за другим: Код Энигма, Mystery House, Ангар 51… Зиро видел сквозь большое окно из бронированного стекла, как внутри Ангара снуют девушки в респираторах и белых обтягивающих трико. Одни сосредоточенно перемыкали штекеры на распредщитах, другие деловито сновали туда-сюда с тележками, груженными бобинами пленки. Вооруженные автоматами охранники на входе лениво провожали его взглядами.
Видимость стремительно ухудшалась – спам с боем пробивался сквозь фильтры интерфейса, облепляя все поле зрения агментов анимированными рекламными баннерами. Аи отмахивалась от них веером, но где там. Можно было, конечно, на время снять очки, но тогда в бой за внимание потребителя вступали медиафасады, телебилборды, громкоговорители и голопроекторы. Перед Зиро в воздухе нарисовалась синтетическая красотка в одном нижнем белье. Красотка томно улыбнулась и сказала: «Дорогой, я умею хранить тайны» и приложила указательный палец к алым губкам. Реклама в этом районе совершенно теряла всякий стыд. Зиро решительно прошел сквозь рекламный фантом.
Сегодня на улице было полно народу – то ли погода, то ли праздник, то ли и то, и другое. В очках Зиро силуэты прохожих были усыпаны красными точками, это датчики фиксировали источники электромагнитного и инфракрасного излучения. В очках остался американский софт, который, по данным сенсоров, автоматически ранжировал людей по степени опасности для общества. Шкала от А до E, где Е безобидный овощ, а А потенциальный террорист. Если верить агментам, потенциальным террористом был каждый второй.
Станция монорельса, куда шел Зиро, располагалась неподалеку от памятника Сталкерам. Идея внушительной, метров десять в высоту, скульптурной композиции из коричневого сплава была позаимствована у классического полотна «Бурлаки на Волге». Трое мускулистых сталкеров, увязая по колено в металлической грязи, с героической озабоченностью тащили за собой несколько надувных лодок, груженных мешками. Особенно скульптору удались лягушки; их тупые морды самодовольно блестели на солнце. Зиро поднялся по эскалатору на довольно людный перрон. «Пуля» не заставила себя долго ждать. Он вошел в разъехавшиеся с шипением двери и выбрал место рядом с мальчишкой лет десяти в больших наушниках.
Сосед его игрался с куском эластики. Эластикой называли обширное семейство наноматериалов, эластомеров с программируемой растяжимостью и пластичностью, которые вошли в обиход не так давно. Эластика парадоксальная штука, Зиро, помнится, обалдел, когда в первый раз ее увидел. Но потом, конечно, привык, потому что к хорошему привыкаешь быстро. Эластика – это, грубо говоря, наномодифицированная резина. Но если обычную резину растянуть, а потом отпустить, она снова сожмется до своего первоначального размера. А вот эластика так и останется натянутой, если ее слегка перекрутить при растягивании. В ходу было две основных разновидности эластики: механическая, типа той, c которой забавлялся его сосед, и электрическая, которая перестраивала свою молекулярную структуру под воздействием электрических импульсов. Электроэластику широко использовали в компьютерной индустрии, например, в секс-интерфейсах. Да и вообще – это была одна из тех, казалось бы, мелочей, которые на самом деле меняют весь мир навсегда.
В руках у мальчика была игрушечная эластика с повышенной пластичностью, такую продавали в детских магазинах, этакий пластилин нового поколения. Толстый кусок длиной с палец. Парень пожевал губы и начал плести башню. Суть этого вида развлечения с эластикой была проста – соорудить башню выше всех. Для этого надо было постараться так распределить нагрузку, чтобы можно было растянуть эластику на максимально возможную длину. Зиро видел в Сети конструкции по пять метров высотой, из стандартного куска. Сосед его, конечно, был не такой ас, но тем не менее он, что называется, чувствовал материал. Еле заметно кивая в такт внутреннему биту, он отработанными движениями растягивал и подкручивал; на глазах у Зиро рождалась ажурная конструкция, напоминающая опоры ЛЭП. Мальчишке удалось дотянуть башню от колен до носа, но тут она вся мелко задрожала, и эластика, исчерпав все лимиты растяжения, с тихим хлопком сжалась до своего первоначального размера. Мальчик что-то недовольно пробурчал себе под нос и начал заново.
Аи тем временем от нечего делать танцевала в проходе между сиденьями под Thunder Girl c третьего альбома Go!Go!7188 «Татегами», который сейчас жарил в наушниках Зиро. Танцевала, пока прямо сквозь нее, с воплями «Гол!», как стадо слонов не промчалось несколько фанатов Болотных Чертей. Зиро поморщился: неприятно, когда топчут твою Тень. «Черти топят, черти рвут! Черти с тиной всех сожрут!» – скандировали фанаты, размахивая зелеными шарфиками. Болотные Черти размочили счет и устроили победную свалку у чужих ворот – Восьмой транслировал чемпионат по столь популярному в В8 болотному футболу. Обычный футбол, только в болотной жиже. Самое трудное в этом виде спорта было различить, кто свой, кто чужой – через несколько минут после начала матча все игроки были одинаково по уши в грязи. Поэтому в телетрансляциях на футболистов накладывали метки, как в компьютерных играх. Судья, увязая в черном дерьме, понес мяч на центр поля. «Черти», похоже, опять возьмут кубок, подумал Зиро и встал с места. На следующей станции выходить.
Пипетка жил на окраине жилсектора в собственном доме. В отличие от Зиро Пипетка не родился в Воркуйске-8. Он переехал сюда, когда ему было лет восемь. В В8 жила его бабушка, он работала на ВЗКА, Воркуйском Заводе Контрольной Аппаратуры, где делали логику для ракет и всякое шпионское электронное барахло. Бабушка очень любила внука и долго хлопотала, рассылая прошения по инстанциям, чтобы им позволили увидеться. Ей как-то это удалось, чудо по тем временам, и родители отправили Пипетку на летние каникулы к бабушке на болото. Бабушка как-то взяла внука на производство – и все, Пипетку обратно не выпустили. Он слишком много знал. Так Пипетка получил воркуйскую прописку. Спустя много лет его бабушку угробил свихнувшийся автомат по прошивке печатных плат.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?