Текст книги "Нульт"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nult-48421.jpg)
Автор книги: Константин Аникин
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
007. Новый Прометей
– Бедняга. Ты его видел? Он же ему мозги сжег водярой! Вот выродок, – сказал Казимир таким доверительным тоном, словно они с Зиро были как минимум друзья детства.
Зиро и Казимир стояли на стоянке перед заводом и наблюдали, как Семь Самураев при помощи водителя Казимира, носатого грузина, пытаются запихать черный пластиковый мешок c трупом агента в багажник тачки Казимира, черного «Бентли».
– То есть ты хочешь сказать, что ты его от страданий избавил? – сказал Зиро.
Казимир насмешливо посмотрел на него.
– А ты что хочешь сказать? Что я…эээ… хладнокровный садист? Фашистская сволочь? – сказал он, комично поджав губы и выпучив глаза.
Зиро промолчал. На самом деле ему было плевать на агента. Против Воркуйска идет необъявленная война. Агент был враг, а врага уничтожают. Если не мы их, то они нас. Мир суров, но, тем не менее, продажи МС Офиса неуклонно растут.
– Ничего-ничего, – Крамольник великодушно махнул рукой. – Фашист так фашист. Часть имиджа, знаешь ли. С москалями только так и надо. Москали и кацапы признают только силу. Пока в чан не двинешь, до них не доходит. А фашисты для них сила! Кстати, о фашистах. Ты случайно не читал эти нацистские учебники для вермахта, как обращаться с москалями на оккупированных территориях?
– Случайно не читал.
– А зря. Очень полезная для бизнеса книга. Сразу понимаешь, как дела с кацапами делать. Во-первых, четко формулируешь задачу. У кацапов всегда были трудности с логикой. Когда перед ними ставят задачу, а потом говорят коротко и четко, по шагам, как ее достичь, на них это производит большое впечатление. Все – дал задание и потом подгоняешь хлыстом. – Казимир изобразил, как он подгоняет кацапов хлыстом. – Только прямое подавление! Главное, не вступать с кацапами в разговоры. Кацапы могут любого заболтать до смерти. Да, немцы всегда очень хорошо понимали кацапов. Ну понятно, кацапы – это те же немцы, только наоборот… Ну что вы возитесь! Давайте быстрее! – прикрикнул он на своих людей.
Зиро только сейчас заметил, что Аи глюканула. Когда он вышел из складского ангара, она застряла в стене, рядом с воротами. Анимация движения зациклилась, Аи дергалась, как эпилептик, в нескольких местах скин сполз с полигональной модели. Магия присутствия пропала. Аи, конечно, не гуляла по улицам города вместе с Зиро, она, тоже выражаясь фигурально, гуляла по дискам муниципальных серверов. Там, где в реальном времени шел обсчет цифрового ландшафта В8, компьютерной модели города. Модель целиком повторяла реальный город – там, где стена в реале, там стена и на модели. Цифровой ландшафт превращал город в единое информационное пространство, и все АR-функции были завязаны на него. Но в этом месте, видимо, цифровая разметка не была проведена корректно. Аи попала в слепое пятно, где координаты виртуального города не совпадали с реальными. Такое частенько случалось на окраинах, где тестирование проводили спустя рукава. Подпрограмма AR-визуализации Тени выкинула сообщение об ошибке и предложила перезапуск. Зиро закрыл программу. Иногда все эти AR-штучки сильно отвлекают.
Бойцы Казимира наконец справились с трупом и багажником. Они сели в машину; Зиро и Семь Самураев сзади, Казимир рядом с водителем. Машина тронулась.
Зиро думал только об одном – как бы увести у этого дурня катану. Она была прекрасна. Зиро рассматривал ее богато декорированную гарду-цубо – два дракона оплетали друг друга, и рукоять из простого светлого дерева, обтянутую потертой кожей ската. Черные лакированные ножны выглядели почти новыми, видимо, были сделаны недавно.
– Где ты его взял, клоун? – спросил Зиро у Семи Самураев.
– Не твое дело, – Семь Самураев грозно сдвинул брови.
– Что, нравится игрушка? – Казимир, повернувшись вполоборота, решил поучаствовать в беседе. – Наш трофей. Отбили на разборке с якудзой. В девяностые.
Зиро хмыкнул.
– Якудза? В Воркуйске? А какое дело якудзе до В8?
– Якудзе до всего есть дело, – веско сказал Казимир. – Это очень дотошные люди.
Зиро не поверил ни единому его слову. В якудзу он не верил. Эта «якудза» сейчас не более чем гопники с рабочих окраин японских городов. Какие, на хрен, разборки в Воркуйске?
– Казимир, ты смотрел фильм «Расемон»?
– Нет. А что?
– Да ничего.
– Да я вообще не люблю кино, – принялся разглагольствовать Казимир. – Кино – самый тупой вид искусства. Смотреть кино – все равно, что в окно смотреть. Никаких умственных усилий не требуется. Ленин, вон, не зря кино хвалил. Он прекрасно понимал, скотина, как кино массы отупляет. Вот литературка – другое дело. Чтение – это вид труда. Чтение развивает. А кино так… Красивая обманка для быдла.
Зиро мог бы назвать несколько фильмов, которые, по его мнению, заставляют думать, но у него не было ни малейшего желания затевать искусствоведческий спор с Крамольником.
– Меч сам по себе ничто. Он оживает только в руках воина, – сказал он Семи Самураям.
Вместо ответа Семь Самураев тупо просверлил его взглядом.
Зиро вздохнул.
– Продай. Любые деньги дам.
– Ха! – Семь Самураев стукнул коленом по коробке. У него на коленях стояла картонная коробка, битком набитая валютой. Вклад Михалыча в энергетическую независимость Украины.
– Слушайте, пацаны. Давайте я вам там все настрою, что вам надо. А вы мне этот Меч. Если что, я еще и доплачу. На кой он вам? У вас другие игры.
– А ты у нас, значит, мечи самурайские любишь? – сказал Казимир таким тоном, словно сделал пометку в записной книжке. – Ну да, ну да. И девчонка эта твоя японская…
– Так что? – настаивал Зиро.
– Только через мой труп! – Семь Самураев громко задекларировал свою позицию. Он вцепился в рукоять Меча и обиженно смотрел на шефа. Словно ребенок, которому пригрозили отобрать любимую игрушку.
– Посмотрим, посмотрим. – Казимир делано оценивающе взглянул сначала на телохранителя, потом на Зиро. – Через чей там труп получится.
Зиро напрягся. Крамольник это заметил.
– Ой, да расслабься ты, Зиро, – обезоруживающе улыбнулся он и всплеснул руками. – Шучу я. Шучу! Договоримся! Я, Казимир Крамольник, всегда щедр к лояльным мне людям.
База Казимира располагалась на окраине научного сектора, совсем недалеко от болота. Когда-то здесь была станция спутникового слежения, две огромные тарелки торчали над высоким бетонным забором с колючкой поверху. Створки глухих черных ворот медленно расползлись в стороны, и они заехали во двор. Первое, что увидел Зиро за воротами, вооруженных автоматами людей, в камуфляже и в масках. Охранники, больше смахивавшие на боевиков, отдали честь автомобилю. Они вышли из машины. К Казимиру сразу подбежали несколько человек, он отошел и начал с ними о чем-то перетирать. Зиро огляделся. На базе Крамольника витал дух какого-то, как показалось Зиро, нездорового оживления. Суета, шум, гам. Кругом бегают какие-то запаренные люди с оружием. Бухали пневматические молотки, сверкала сварка – у подножия станции слежения заканчивали монтаж интерфейса для разгрузки дататрака. Высокую ажурную арку облепили рабочие, внизу несколько человек, матерясь, катили катушку проводов высотой в человеческий рост. В центре другого очага возбуждения находился оранжевый грузовик, похожий на машины муниципальной дорожной службы. В его крытый кузов закатывали большие колеса для грузовика. Казимир вернулся.
– Ну, пойдем. – Он резко развернулся и, цокая по асфальту каблуками, пошел в сторону непримечательного трехэтажного здания. Семь Самураев грубовато подтолкнул Зиро, мол, иди следом.
У входа висела табличка «Открытый Евроазиатский Институт Геополитических Исследований». Они миновали холл (охранники за мониторами вскочили с мест и отдали Казимиру честь) и поднялись на второй этаж. Казимир свернул налево. Они прошли по длинному серому коридору, минуя двери с табличками типа «Склад Компромата» и «Лаборатория Громких Политических Отравлений». Казимир остановился у двери с надписью «Отдел Медиатеррора» и приложил палец к электронному замку. За дверью оказался довольно просторный зал, там рядами стояли столы с сетевыми терминалами. На стене висела большая цифровая карта постсоветского пространства. Она напоминала метеорологическую карту в реальном времени, только вместо атмосферных фронтов – зоны медиапокрытия и пунктирные стрелки финансовых потоков. Внутри никого не было. Зиро по-хозяйски присел к ближайшей консоли, щелкнул курсором по соответствующей иконке на десктопе и начал вникать в топологию местной сети.
– Зиро, руки покажи, – сказал Казимир.
– Чего? – удивился Зиро.
– Руки покажи, – повторил Казимир.
– Зачем?
– Покажи, говорю!
Тьфу ты, подумал Зиро. Параноик хренов.
– Ну вот, – он протянул ладони к Казимиру. – Ничего нет.
– Ему, – Казимир кивнул на телохранителя.
Зиро повернулся к Семи Самураям. Тот вцепился в его запястья мертвой хваткой и, провернув нехитрый приемчик, вывернул руки Зиро за спину. Это было так неожиданно, что Зиро не успел оказать никакого сопротивления. Казимир достал наручники из кармана плаща и сковал руки Зиро.
– Какого…! – Зиро попытался встать вместе со стулом, к которому его пристегнул Казимир, но Семь Самураев навалился на него всем своим весом, вжимая в землю. Этот коренастый уродец оказался неожиданно силен.
Казимир достал из кармана нимб и довольно грубо натянул его Зиро на голову.
«Уууууух…» – затухающий звук в наушниках, похожий на грустный вздох. Перед глазами Зиро возникло окошко: «Обрыв соединения». Связь пропала, Зиро оказался в абсолютной информационной пустоте. Вместо постоянного шепота сети уши сдавила ватная тишина. Нимб полностью экранировал владельца, блокировал входящий/исходящий трафик, глушил записывающие устройства. Стопроцентная инфоблокада. Выглядел нимб как терновый венец из проводов, проволоки и разномастных конденсаторов. Кустарная воркуйская штучка.
– Вы че, вконец охренели?! – воскликнул Зиро.
Казимир молча извлек из-под плаща свой огромный пистолет. У Зиро на миг все оборвалось в груди, он подумал, что они его сейчас кончат, как того агента. Однако Казимир, выдержав паузу, просто положил ствол на стол. Не обращая на Зиро внимания, он достал упаковку таблеток, это был один из этих американских амфетаминов. Выдавил парочку из блистера и растолок рукояткой «пернача» в белую пыль. Вдул через ноздрю. Скривился.
– Лекарство. От аллергии. Нос уже ни к черту, – пояснил он. Как будто Зиро волновало его здоровье.
Зиро немного расслабился. Ничего они ему не сделают. Руки коротки.
Казимир взял стул и сел напротив Зиро. Стянул с его лица агменты и посмотрел в глаза. Вид у него был очень серьезный.
– Зиро, с сеткой у нас все в порядке, – сказал Казимир. – Ты мне нужен для другого дела.
– Что же это, вашу мать, за дело такое, что мне надо руки выкручивать?!
– Я хочу слить данные из восьмого датахранилища, – ровно, как будто речь шла о каком-то совершенно обыденном деле, сказал Казимир.
Зиро не поверил своим ушам. Он давно утвердился во мнении, что Казимир абсолютно безумен, но это его заявление свидетельствовало о том, что он серьезно недооценил степень его сумасшествия. Восьмой датахран – закрытый архив Инфокома. Там хранилась информация о деятельности Комитета. Все о городе. Все о его гражданах. Попросту говоря, там были все тайны В8. Эти данные принадлежали только Комитету и больше никому. Высший уровень секретности, допуск категории «А». Короче говоря, Казимир Крамольник решил наехать на Комитет. Неслыханное дело! Еще никто в В8 не восставал против Инфокома. Кто же осмелится кусать кормящую руку?
– Казимир, – мягко, как надо разговаривать с психами, сказал Зиро. – Если ты захотел себе свернуть шею, это твое дело. Но я тут при чем? Я даже не спрашиваю о причинах этого безумного поступка – у тебя все равно ничего не выйдет.
– Ты так считаешь?
– Конечно, черт, на хрен, дери, я так считаю! – взорвался Зиро. – Это же не шутки! Это гостайна! Восьмое войска охраняют! Ты что, штурмом собрался брать антенный остров?! Да вас всех просто перестреляют к едрене фене!
Казимир хмыкнул.
– Думаю, обойдется. Но если что, мы можем и пострелять. Короче, слушай. Схема такая – в семь вечера по расписанию на антенный остров идет инфокомовский дататрак с бэкапом дневных данных. Он как раз будет разгружаться в восьмом датахране. Мы его перехватим, и в нем поедут мои люди. Антенный остров сегодня практически без охраны. Почти весь гарнизон сейчас в городе, будут следить за порядком во время этих гребаных празднеств. И все начальство тоже будет в городе. Территорию будут патрулировать всего три наряда. Да и те наверняка перепьются по случаю великой, – Казимир скривился, – победы. Мы спокойно подъезжаем к восьмому датахрану и перекачиваем инфу в грузовик. Коды доступа у меня есть. Смена, что будет на дежурстве, куплена целиком. Сливаем и валим, не нарушая расписания. Никто ничего не заметит.
– Гениально, – сказал Зиро. – Казимир, ты гений. Я бы тебя зааплодировал, если бы у меня руки не были связаны. У тебя все получится. Вперед! Но я-то тебе зачем? Чтобы было с кем поболтать по дороге?
– Дататрак вмещает 20 тонн пленки, следовательно, его емкость около двух зеттабайт. Данных в восьмом датахране йоттабайт на 5. И большая часть, как обычно, мусор. Времени у нас будет немного – на все про все два часа. В 22.00 дататрак идет обратно в город, чтобы не привлекать внимание, мы не должны нарушать расписание. У тебя хорошее чутье на ценную информацию. И у тебя лучше всех натасканная Тень. На самом деле, я тебя из-за твоей девчонки и выбрал. У нее, как говорят, феноменальная скорость обработки запросов. Твой нюх плюс ее скорость, и мы все успеем. Вот зачем ты мне нужен – ты должен выбрать на скачку из восьмого ценной инфы на два зеттабайта. Мне все равно что. Лишь бы это была действительно важная информация.
– Спасибо за комплименты. Нам с Аи очень приятно. Кстати, Аи. Как ты верно подметил, она отлично натаскана. Если я исчезаю с ее локаторов, она ставит на уши весь город. – Зиро помотал головой в нимбе. – Извини, Казимир. Придется отложить это дело. Скоро сюда вломятся эсбэ, пожарные и «Скорая помощь».
Казимир сморщился и раздраженно потер лоб.
– Мне, право, неприятно, – сказал он. – Ты что, думаешь, я идиот? Что я не знаком со списком функций Теневой ОС? Что я настолько туп, что упустил из виду, что каждая Тень присматривает за своим хозяином? – Казимир покачал головой. – Мальчик, мы ведем тебя уже неделю. Мои хлопцы раскурочили всю твою оболочку. Когда ты сел в мою машину, мы переключили твою Тень на нашу утку. Теперь она ее ведет. Она думает, что ты сейчас у друга своего, этого, как его, который музыкант.
– Ты блефуешь, – сказал Зиро. Что он мог еще сказать?
Казимир порылся в карманах.
– Вот, хлопцы из компьютерного отдела мне дали, – он сунул распечатку под нос Зиро. – Узнаешь?
Зиро посмотрел на бумагу. И похолодел.
Там были его частоты. Расшифровка сигнальных кодов Аи. Его ключи шифрования. Схема трафика. Пароли доступа. Вся его цифровая подноготная.
Тут-то Зиро и понял, что серьезно влип. Теперь он понял, чего Аи глюканула на складе. Кроме того, он припомнил, что всю прошлую неделю, пока он пиратствовал в Сети, он чувствовал странное покалывание в сенсорном костюме. Его кто-то ощупывал, а он не придал этому значения. Попался, как лох. Какие-то там Казимировы хлопцы поимели его всухую. Черт побери, дался мне этот Меч, подумал Зиро.
– Я не хочу в этом участвовать, – наконец выдавил он из себя. – Эта затея – чистое самоубийство.
– Самоубийством будет твой отказ сотрудничать, – холодно произнес Казимир. – Вот это самоубийство. Я лично против тебя ничего не имею, Зиро, но теперь ты слишком много знаешь. Если ты откажешься сотрудничать, он, – Казимир кивнул на Семь Самураев, – попрактикуется в отрубании голов.
Семь Самураев попробовал эту идею на вкус и довольно оскалился.
Черт-черт-черт, думал Зиро. Что же делать?
– Я не люблю людей заставлять, – продолжал Казимир. – Это контрпродуктивно. В любом деле важна личная заинтересованность. Я готов поделиться с тобой данными. Можешь взять двадцать процентов, на свой выбор. Представь, какие это огромные деньги! Разбогатеешь! Да с такими бабками даже можно будет из В8 уехать! Задолбало, небось, болотце-то родное?
На пулю в голову я разбогатею, подумал Зиро. Смятение и растерянность уступили место злобе.
– Значит, деньги, – процедил он. – Борец, значит, за идею. Данко, блядь, с горящим сердцем навынос! Сколько же нужно жрать человеку, чтобы нажраться? Тебе что, бабок мало?! – Зиро пихнул коробку с деньгами ногой, она стояла на полу, на расстоянии удара. На пол посыпались пачки валюты.
– Бабки? – удивленно поднял бровь Казимир. – Я разве что-то говорил про деньги? Ты прям как москаль, Зиро, – сказал он укоризненно. – Одна извилина в башке, и та все время о бабле думает. Деньги меня не интересуют.
– А что же тебя, мать твою, интересует?!
– Правда, – коротко ответил Казимир. – Свобода. Историческая справедливость. Я хочу уничтожить Россию. Освободить угнетенные кацапами народы. Сбросить с их шей удавку энергетического рэкета Москвы. Раз и навсегда покончить с москальским игом!
– Бог в помощь, – ядовито сказал Зиро. – Я, в принципе, за. Я их тоже не люблю. Но при чем здесь данные из восьмого? Они только В8 касаются. Ты ничего не путаешь?
Казимир, кажется, не заметил сарказма. Он вскочил и возбужденно начал прохаживаться перед Зиро взад-вперед. Похоже, амфетамин подействовал.
– Я долго терпел, – сбивчиво заговорил Казимир, размахивая «перначом». – Я слишком долго молчал. Но этот праздник стал последней каплей! Верхушка Иглы давно думает только о себе! Они предали все, что нам дорого! Нам всем плюнули в душу! Комитет продал нас москалям! Они превратили Воркуйск в цифровую шестерку Кремля. Теперь мы отвечаем за идеологию. Это мы создаем в москальских телевизорах образ счастливой свободной державы. Кремль ворует сырье, комитет ворует информацию – и они покрывают друг друга. Москва не дает внешнему миру свернуть нам шеи, а мы за это оболваниваем москальское быдло, чтобы оно не свернуло шеи им самим. Власть Кремля держится только на воркуйском телепиаре. На той лжи, что рендерят наши сверхмощные компьютеры. Иголка затуманила мозги миллионам! Чтобы сломать эту долбаную вертикаль, надо захватить телевидение! Этим мы и займемся. Кодовое название нашей операции – Новый Прометей.
Про план «Прометей» Зиро что-то слышал. Кажется, так назывался план польской разведки по расчленению молодой Советской России на отдельные мелкие государства. Тогда эта задача полякам оказалась не по зубам.
– Мы взломали коды управления спутниковой группировки Орбита, обеспечивающей ретрансляцию федерального телесигнала на удаленные территории России, – продолжал Казимир. – Орбита вещает на Восточную Сибирь, Дальний Восток, Якутию, – он показал дулом пистолета на карте, где это. – Это цель нашей атаки. Нефтегазовые регионы. Главный источник дохода Кремля. И главное их оружие. Мы захватим частоты и начнем свое шоу в прямом эфире. И на этот раз в нем будет только правда! Смонтированная с порно для привлечения внимания. Представь, приходит такой средний работяга с работы, включает телевизор и видит вместо привычных клоунов режима сочную групповуху. А после эякуляции идет актуальный репортаж на тему, кто, как и сколько спиздил денег. Тут до любого дойдет, как его власть имеет. Я все покажу, как есть! Как были сфальсифицированы выборы. Как работает коррупционная схема распила сырьевого бабла. Конкретно, доходчиво, с цифрами и фактами. С упором на деятельность местных властей. Я все про всех знаю, у меня на каждого крупного чиновника досье. Я всю свою базу по откатам солью в эфир! Кто, сколько, за что. Я покажу, как это наглое ворье жиреет на сырье, пока те, кто его добывают, стираются в кровь к пятидесяти годам. В этих регионах давно зреет недовольство. Люди там начинают понимать, несмотря на весь тот туман, что испускает Игла, что содержание Москвы обходится им слишком дорого. Надо только поднести горящую спичку, и весь этот нефтегазовый пузырь взорвется. Этой горящей спичкой и будет наша трансляция. За этим с вероятностью 90 процентов последует бунт. Нефтегазовая труба будет перерезана. А когда Москва лишится трубы, РФ рухнет. Боже мой, сколько я ждал этого момента! Наконец я отомщу этим гадам за все!
– Погоди, – сказал Зиро. – То есть ты хочешь провести нелегальную трансляцию на государственных частотах? Я правильно понял? Но это же нарушает Пакт о Невмешательстве! И если в Москве поймут, что сигнал идет из В8…
Казимир отмахнулся.
– Вряд ли. Москали слишком тупые. Наш трафик будет хорошо замаскирован. Следы будут вести, – он ухмыльнулся, – в США. Они в это с охотой поверят. Ненависть к Америке у москалей в крови.
– Но Инфоком-то ты не наебешь!
– Верно. И, конечно, эти пробляди кремлевские меня сразу москалям сольют. Поэтому мне и нужен архив Комитета. Если они наедут на меня, я солью данные из восьмого датахрана во всемирный публичный доступ.
Зиро на время потерял дар речи.
– Ну ты и сволочь, – сказал Зиро, когда схлынул шок от последнего заявления Казимира. – Вот так, запросто готов всех нас продать ради собственной шкуры? Ну ладно, Рашка. К ней особый счет, да. Но наши-то люди в чем виноваты?! Да если весь мир узнает, чем мы тут занимаемся, нас в момент передавят, как котят! Ракетами забросают! Бомбу атомную, на хер, сбросят!
– Вот поэтому Инфоком мне ничего не сделает, – ухмыльнулся Казимир. – Да не волнуйся ты так! Я уверен – до этого не дойдет. Шансы велики, как никогда. Я все просчитал. Ты пойми! Подумай глобально! Это твой шанс войти в историю! Уничтожить наконец эту империю зла! Возможно, тебе наплевать на Украину, Польшу, Грузию, Прибалтику, на все те народы, у которых Москва снова хочет отнять свободу. Но ты подумай о В8! Ты думаешь, эта наша беззаботная жизнь будет вечно длиться? Как бы Комитет ни юлил и заискивал, рано или поздно Москва уничтожит Воркуйск. Это же совершенно очевидно! Москали все уничтожают, к чему бы ни прикоснулись. Такова их природа. Единственный шанс выжить – ударить первым!
Это ты, гнида, готов уничтожить все, что мы так долго строили, думал Зиро. Это ты раскачиваешь лодку и подставляешь В8 под удар. Черт побери, мы только-только зажили, как люди! Распад Союза, революция, война, блокада… Люди устали от потрясений. Они хотят стабильности. А ты готов все это взорвать к чертям, мегаломаньяк хренов! Впрочем, Зиро прервал сам себя, до этого не дойдет. Потому что все кончится гораздо раньше, на антенном острове, где их всех перестреляют к чертовой матери. Сейчас о своей шкуре думать надо, а не о судьбе народов. У Зиро остался только один аргумент, который, как он считал, мог подействовать на Крамольника.
– Казимир Янович, – едко осведомился он, – одного не могу понять, как же ты меня взял в это дело? Я же натуральный москаль! Или кацап? Русский, короче. Папа русский, мама русская, без вариантов. Ты же с русскими не работаешь, не так ли?
Казимир смерил Зиро взглядом.
– Ты на наш сайт заходил когда-нибудь?
– Нет, конечно!
– Вот я и вижу, что ты плаваешь в терминологии. У нас на сайте про кацапов и москалей все четко разведено. В разделе часто задаваемых вопросов. – Казимир вздохнул. – Ладно. Объясню лично. Если мы собираемся работать вместе, между нами не должно быть недопонимания. Так называемые русские делятся на два типа: кацапы и москали. Кацапы – это русские вообще. Москали это те, кто лежат под Москвой. Москали – это худшая форма кацапа. Да и вообще худшее, что может быть. О том, как отличить кацапа от москаля, информация в другом разделе. Тут, конечно, практика нужна. По глазам проще всего. Когда видишь эти наглые, постоянно бегающие вороватые глазки…
– Тогда я кацап, – перебил его Зиро. – Русский, не лежащий под Москвой. Правильно? Мне нельзя доверять. Мне жаль, Казимир, но я, по ходу, не прошел расовый контроль. Я не могу участвовать в этом историческом грабеже. Что делать, против крови не попрешь. Развяжите меня, я пойду.
– Ну, зачем ты наговариваешь на себя? – вкрадчиво сказал Казимир. – Ну какой ты кацап? Ты посмотри на себя! С тобой все в порядке, я проверил. У тебя же бабка из Мариуполя, так?
Бабушку свою Зиро почти не помнил.
– Из Мариуполя? Ну, может быть. Да в В8 кого ни возьми… У любого нашего человека можно найти родственников на Украине!
– У любого хорошего человека, – поправил Казимир. – Кацапы – самая низшая форма славян. Поэтому украинская кровь гораздо сильнее кацапской. Если в человеке есть хоть капля украинской крови, она легко забивает всю эту кацапскую гниль. Так что не переживай. Ты не кацап, – говоря это, Казимир был абсолютно, непрошибаемо, железобетонно серьезен.
«Господи, – подумал Зиро. – Кузьма совсем головой поехал».
– У нас мало времени, – Крамольник скрестил руки на груди. – Определяйся, Зиро. Час пробил. Ты с нами или нет? Что ты выбираешь? Умереть или прославить свое имя в веках? Смерть или подвиг?
Думать тут было не о чем. В том, что этот псих пришьет его, не моргнув глазом, Зиро не сомневался. Зиро для приличия помолчал несколько секунд и ответил:
– Подвиг, хуле. Давайте все сдохнем во имя всеобщего блага. Всегда об этом мечтал. Вива ла револютсион! – Зиро снова надел свою любимую саркастичную маску. Словно все происходящее его не очень касалось. Словно он единственный человек в мире, а все остальное лишь бездарно нарисованный фон.
Казимир недоверчиво смотрел на Зиро, как бы сканируя на искренность. Зиро для убедительности решил добавить «личной заинтересованности».
– Только одно условие. Вы мне после всего Меч отдадите.
– Меч? Дался он тебе… Ну ладно, базара нет. Меч так меч, – кивнул Крамольник.
– Но… – начал Семь Самураев.
– Не ной! – оборвал его Казимир. – Я тебе новый куплю. – Он бросил ключи от наручников Семи Самураям.
– В машину его посади. И следи за нимбом! – приказал он своему телохранителю.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?