Текст книги "Третья жизнь кошки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tretya-zhizn-koshki-117025.jpg)
Автор книги: Константин Бабулин
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– С вами?
– Что-то со мной, что-то со знакомыми.
– А та, что здесь висит, на втором этаже, с кем была?
– С моей знакомой журналисткой, она в конце арт-ярмарки собирала материал для популярного портала Artinvestment.
– А вам, зачем рассказала? Или Вам все всё рассказывают?
– Когда как, но в тот раз я всё видела сама. Я была там, стояла неподалёку, ждала, когда она освободится, чтобы вместе пойти перекусить в кафешку.
– Ничего себе, а зачем он так сделал? Хотел оскорбить её?
– Вряд ли, скорее всего, действительно не знал кого выбрать.
Наступила пауза.
– Обязательно приду на вашу выставку, пришлёте приглашение?
– Приглашение рассылает Жанна, а я могу позвонить и пригласить лично, если дадите свой телефон, причем сделаю это с удовольствием.
Сердце дало несколько неровных ударов, чего это вдруг? Это ведь только телефон. Или не только? А слово удовольствие она произнесла как-то по особенному, со смыслом? Да…
– Записывайте, диктую.
– Так есть, сейчас пошлю вызов, чтобы проверить, что правильно записала.
Елена нажала вызов, через несколько секунд у меня зазвонил телефон и определился её номер.
«Вот это да, вот так просто мы обменялись телефонами. Это что-то значит? Для меня да, а для неё? Пока всё было официально, а сейчас уже первый шаг. Первый шаг к чему? Да ни к чему, обменялись и обменялись, подумаешь… Как её записать? Елена или Елена Тарханова? Или просто Тарханова? О Господи, ну что я дергаюсь? Получается теперь я могу позвонить ей и узнать как дела? Какие дела? Думай, думай – ну про эскизы что-то».
– Так, контакт установлен, теперь я тоже могу позвонить Вам и узнать как дела. Как идёт работа над эскизами. Волнуетесь как всё пройдёт?
– Нет, не волнуюсь, думаю, что эскизы примут. А так конечно, всегда волнуешься, показывая свои работы, всегда хочется, чтобы нравилось. А уж тем более в моём случае, я, наверное, полгода ещё не понимаю, что получилось на картине, потому, что вижу то, что в голове, а не то, что на холсте. Иногда переворачиваю картину вверх ногами, чтобы взгляд отцепился, так что мне даже интересно, что говорят люди, когда видят картину в первый раз.
Через два дня приём эскизов.
– Так, мы поехали по кругу, два часа уже обсуждаем, пора на чём-то остановиться. Мне нравятся все три варианта, может быть чуть больше пляж с песочком, но смущает зарубежная экзотика.
– Ну, давай попросим Елену, добавить церквушку среди пальм, для патриотизму…
– Зачем так Аня… Подводный мир хороший, но темновытый, будешь входить как в пещеру.
– А мне больше нравится тема «Космос»: планеты, созвездия, если свет выключить и вмонтировать лампочки, Ирина Владимировна на сколько сложно вмонтировать лампочки в звёзды?
– Анна это вопрос ко мне, а не к Ирине – не нужно лампочки, можно использовать люминесцентную краску, она будет накапливать свет и светиться когда выключается освещение
– Космос тоже в целом темноватая тема, а хотелось бы светленького чего-то
– Пап ты как та женщина из анекдота, что выбирала себе вибратор…
– А я не знаю, что за анекдот?
– Ну предлагают ей разные, этот английский обычного размера, тот длинный и тонкий американский, а этот короткий и толстый японский. Что вам нравится? А можно американский, но пояпонистей?
– О-о, ну раз пошла эротика, значит точно пора закругляться. Кстати, я с утра сделала ещё один вариант, четвёртый. Он ещё не закончен, но посмотрите, может, понравится.
Елена достала листы четвёртого варианта и стала показывать, объясняя идею.
– Смысл в том, чтобы убрать стены совсем, для этого продлеваем линии плитки на полу в перспективу, потом они на уровне внешних стен дома заканчиваются и дальше начинается реальный вид ,что находится за каждой стеной. Например там за стеной дорожка через лес и постройки с права, так и нарисуем. С этой стены центральный вход, перед ним клумба значит нарисуем клумбу и дорожку за ней. Ну и так далее, находясь в бассейне будешь видеть реальную панораму вокруг дома. Понятно что я говорю?
Наступила немая сцена, все уставились на рисунки, которые невероятным образом, учитывали все пожелания. Первым отреагировал Георгий Николаевич.
– Ого, это ведь то что надо, ну просто то, что надо, а Ирина Владимировна?
– Да мне тоже очень нравится, и главное получаем не замкнутое светлое, пространство.
– Всё, не о чем больше говорить – принято единогласно. Все согласны? Жанна, вы молчали всё время, а у нас демократия. У Вас нет замечаний?
– Очень интересное решение, но последнее слово за вами.
– Аня?
– Обалденно.
– Вот и славненько. Ирина Владимировна, оргвопросы по договорам , графику работ, оплате, всё в рабочем порядке уже сами. Деньги у Владимира. Надо же как, два часа спорили, а в конце выскочил самый удачный вариант и все довольны. Достали бы его первым Елена, два часа бы сэкономили.
Бассейн через десять минут Жанна
– Ты так и задумала, да? Дать им выпустить пар, наспориться, а потом когда зайдут в тупик достать то, что с самого начала было главным вариантом?
– Ну а как ещё? Конечно, достань я его первым все бы свой зуд творчества начали оттачивать на нём, и заболтали бы. Всегда наступает такой момент в споре, когда предмет спора становится не важен, задача победить соперника, показать что ты умный и что твои аргументы весомее. А когда пар выпустили и устали спорить, когда готовы уже прекратить под хорошим предлогом – раз, вот вам забытый вариантик. Все с облегчением выдыхают: – «слава богу» и сходу принимают на ура, потому что нет проигравших в споре и никто не чувствует себя побеждённым.
– Твою мать, а! А меня, почему не предупредила? Я как на иголках два часа, а тут всё оказывается просчитано. Ну, ты даёшь.
Тут на столе ожила рация.
– Внимание на объектах, эскизы приняты Елена Михайловна продолжает с нами работать, так что завтра с ура тренировка как обычно.
– Ты понял Сергеич? А у нас кран, между прочим, опять подтекает.
– Это самое, Елена Михайловна, завтра ландшафтный дизайн приезжает. Они спрашивают, когда удобнее, чтобы и вы тоже посмотрели?
– Говорит Тарханова, зачем я им нужна?
– Рима, их главная, очень просила. В прошлый раз вы их завернули с кустарниками, у этой самой, альпийской горки. Вначале обиделись, но сейчас говорят, что правильно завернули, что согласны. Но теперь, это самое – не хотят без вас начинать.
– Ладно пусть к 10-ти утра приезжают, после обеда буду уже занята. Виктор Степанович, отправьте завтра с утра машину за материалами в Москву, деньги возьмите по смете четвёртого варианта у Владимира, у него адрес и телефон магазина. В магазин нужно успеть до обеда, а то аннулируют заказ.
– Да я мигом Елена Михайловна, мигом.
Жанна с ужасом смотрит на рацию:
– Что происходит?
Анна-Мария и Ирина Владимировна у входа
Анна внимательно слушает переговоры сотрудников по рации
– Ирина Владимировна, как вы тут жили без неё?
– И не говорите…
– Она правда судит футбол? Почему не мужчина?
– Ещё как судит, мечта. Хит сезона. На территории посёлка есть футбольное поле, туда приходили поиграть местные работяги. Но это было ужасно – один мат, мимо невозможно ходить. А при ней ни-ни и все слушаются. Даже зрители стали собираться, болельщики, впору билеты начинать продавать. Правда большой вопрос на кого приходят смотреть, на команды или на неё. Да… А наши «Тасманские дьяволы», кстати, очень прилично стали играть, тренируются по утрам и главное, пить стали меньше, у неё с этим очень строго.
– А когда следующая игра?
Футбол Анна-Мария
– О, в полку болельщиков прибыло, за кого пришли поболеть?
«О боже чуть не брякнула – За тебя»
– За наших конечно, а откуда такое чуднОе название? Почему дьяволы понятно, с такими-то рожами, а почему Тасманские?
– Потому что вначале команда называлась просто «дьяволы», но на поле горе футболисты ходили не в футбол играть, а пиво пить. Бутылки таскали в сумках, вот их кто-то и назвал «сумчатые дьяволы», то есть по другому – «Тасманские дьяволы». Пиво пить перестали, а название закрепилось.
– Смешно, а кто соперник?
– Сегодня «Марионетки», команда из самой большой усадьбы, замминистра Увалова. Хорошо играют, но грубо, мне придётся сегодня поработать, чтобы они не поубивали друг друга.
– Вы будете подсуживать своим?
– Ни за что.
– А если они будут проигрывать?
– Значит завтра утром пробегут несколько штрафных кругов на зарядке.
– А если выиграют?
– После игры пойдём отмечать победу в «Идальго», пить пиво, не зря же они «сумчатые дьяволы» были, и поверьте это для них хороший стимул.
Она посмотрела на часы и засвистела в свисток.
– Всё, мне пора, пойду строить эту банду.
И легко побежала на середину поля, где её уже поджидали обе команды. Наши «Тасманские Дьяволы» в красном, «Марионетки» в желтом, а ОНА вся в чёрном: черные шорты, черная рубашка и черные прямые волосы, опускающиеся прямыми линиями ниже плеч, просто сдохнуть можно. Многочисленные болельщики приветственно засвистели, и стали располагаться кто как может. Многие предусмотрительно принесли с собой складные стульчики. Откуда-то, появился наш завхоз Виктор Степанович, с таким же стульчиком в руках и поставил его для меня.
– Ух ты, спасибо.
Игра началась.
Идальго Елена
– Не ну пять ноль, а? Пять ноль. Я в восторге, думала голос сорву от крика.
– Да, постарались ребята.
Мы сидим с ней в самом углу ресторанчика. Ребята то и дело подбегают к нам, чокаться и кричать тосты. Я не обращаю на них внимания, пусть бесятся. С удовольствием рассматриваю её – хорошая. И что мне с ней делать? Уже понятно к чему всё идёт. Понятно? Да, конечно понятно, сразу было понятно, осталась только из-за неё. А ей понятно? Думаю, пока нет, хотя… То прикоснётся к моей руке, то спохватится и руку отдёрнет. Ох, как хочется провести ладонью по её щеке, шее. Сейчас не удержусь и поцелую её. Что будет делать? Испугается?
– Чем сейчас занимаешься?
Спохватываюсь, что обращаюсь к ней на «ты». Не перегнуть бы…
– Можно на ты?
– Можно. Закончила четвёртый курс МГИМО, сейчас на практике в МИДе
– Ого.
– Да фигня, на самом деле, скукота. МГИМО для девочек это так – ярмарка невест. Задача не выучиться, а выскочить замуж за перспективного парня из хорошей семьи. В смысле карьеры для девочек – там вариантов нет.
– А зачем пошла туда?
– А куда ещё? Не в МИФи же.
– А тебе не хочется замуж за перспективного?
– Нет
– А чего хочется?
Ох, провокационный вопрос получается и двусмысленный, но не могу удержаться. Интересно, что ответит.
– Не знаю…
Ну , нет всё ты уже знаешь… Не могу больше терпеть, сейчас я её поцелую, начинаю поглаживать руку, тёплая, мягкая, не убирает, прикрыла глаза. Ох, у меня самой, от низа живота к груди, начала подниматься нервная, горячая волна. Наклоняюсь к ней и шепчу прямо в ухо.
– Иди за мной
Беру её за руку, не выдёргивает, глаза расширились, смотрит с испугом и желанием, сейчас упадёт. Поднимаю и веду в туалет, быстро заходим в кабинку, запираю дверь, поворачиваюсь. Смотрит в глаза, нервно дышит, как будто не хватает воздуха, мне и самой не хватает. Как я хочу её поцеловать. Прижимаюсь к ней щекой.
– Хочу тебя поцеловать. Можно?
– Да
– Да…
Ловлю её губы своими, нежные тёплые. Вначале боится, слушает ощущения, потом потихоньку начинает отвечать, стонет, обняла, прижалась грудью. Правой рукой провожу по её бедру, поднимая юбку, выше, выше, какая нежная кожа, невероятно нежная. Дотрагиваюсь ладонью между ног, пустила. Плотно прижимаю руку сверху тоненьких трусиков, как горячо. Как громко дышит мне в ухо. Начинаю потихоньку двигать ладонью. Чувствую, как она прижимается ещё плотнее и двигается навстречу руке, усиливая амплитуду. Ох, какая горячая. Начинает всхлипывать, облокотилась сильнее. Крепче держу её левой рукой, чтобы не упала и ускоряю движения между ног. Начинает стонать на каждом выдохе, громче, громче, зажимаю её рот своими губами. Влага проступает сквозь ткань трусиков, и мои пальцы скользят по мокрому всё быстрее и быстрее. Она крепко сжимает бёдрами мою ладонь и её накрывает мощный оргазм. Я еле-еле удерживаю её, изо всех сил прижимая к себе. Несколько раз её сильно дёргает, потом последний толчок и она висит у меня на руках. Господи как красиво…
Вздрагиваю, открываю глаза, смотрю на неё. Что это было? Я заснула? Галлюцинация? Смотрю по сторонам, мы за столиком, я поглаживаю её руку, она не убирает, глаза прикрыты. О боже, одно прикосновение к руке и у меня съехала крыша?
Идальго Анна-Мария
Сидим с нею за маленьким столиком напротив друг друга, мы уже на ты. И мне это нравится. Уже могу смотреть на неё, открыто и откровенно. И это не смущает нас обоих. Могу рассматривать её лицо, глаза, нос, губы и никому до этого нет дела. Нет, не так, это нам ни до кого нет дела. Она тоже смотрит на меня, полностью лишая воли, словно затягивая, в чёрные глубины своих глаз. Сколько там всего: страсть, желание, обещание, нежность. Она спрашивает меня об учёбе, знакомых, а я не понимаю слов, только слушаю её голос, очень бархатный и очень сексуальный. Хочу повернуть голову так, чтобы она губами коснулась моего уха, и говорила, говорила. Голос нежно вливается в уши, кружит голову, касается шеи, груди, сосков. Нежно скользит ниже, пробирается в самый низ и тёплой волной возбуждения поднимается обратно. О господи, её ладонь накрыла мою, горячая, нежная, сильная. Она осторожно гладит мою руку. Только гладит руку и всё, но от каждого движения нервная дрожь волнами отправляется по всему телу. Такое чувство, что занимаемся сексом, хорошо, что сижу. Сладостная истома, накатывает и накатывает. Между ног стало горячо и влажно, о боже, о боже я сейчас… сейчас… сейчааас… Бёдра судорожно сжались, и меня сильно дёрнуло несколько раз. Ммммм, я открыла глаза. Что это было? О боже, что это было? Я стонала? ОНА смотрит на меня, она видит это, поняла что сейчас было? У меня был оргазм? От прикосновения к руке, от голоса? О боже. Приятная слабость разливается, по всем клеточкам тела, о какой кайф. Ещё хочу, боже мой – ещё хочу…
Зазвонил телефон, мой телефон, это мелодия папы, ну ничего себе, вот облом. Чего это он? То неделями не разговариваем, а тут сразу? Непослушными пальцами достаю телефон и с трудом соображаю, что тут нужно нажать. О, какая слабость.
– Да, да папа – да. Я в загородном доме на риге. Ну как зачем, проверяю…, смотрела футбол. Ну наши играли с соседской командой, сейчас отмечаем победу. Говори громче ничего не слышу. Что-то случилось? Не слышу, подожди, сейчас перейду в другое место.
Встаю из-за столика и иду к выходу, там должно быть потише. Ноги еле двигаются, надо же, делаю несколько глубоких вдохов, чтобы выровнять дыхание. Чего ему приспичило…
Идальго Елена
«Папа звонит, очень вовремя, про папу-то я и забыла. И кто он у нас, кстати? Хотела выяснить да выскочило из головы. Сейчас вернётся, нужно аккуратно спросить, а может и не нужно…?».
За столик неожиданно плюхнулась смазливая блондиночка
– Здесь занято
– Я знаю, знаю Елена
Сидит, качается, но голос трезвый и твёрдый.
– Я такая знаменитая, что меня уже узнают посторонние?
– Я не посторонняя, слушайте и не перебивайте: – с Вами сегодня хочет поговорить, нужный человек.
– Кто вы?
– Не важно, всё узнаете. В двенадцать ночи выйдите к забору домика, который арендуете, там будет проходить человек. Если пройдёт молча – пусть уходит, сами не окликайте, а если скажет, что – «соловьи сегодня что-то разгулялись», значит всё в порядке. Дальше он вам всё расскажет, и на кого вы сейчас начинаете работать, и зачем вас на самом деле пригласили. Просто выслушайте и всё.
Да, и будьте осторожнее, за вами и этой девочкой очень внимательно приглядывают. Телефоны тоже слушают, и её и ваш. По своему обычному телефону, ничего серьёзного больше не обсуждайте. Если захотите проверить информацию, которую услышите сегодня вечером – проверяйте лично, выключая телефон.
И уже поднимаясь
– Любовью на людях тоже лучше не заниматься, тем более за этим столиком. Здесь глаз больше чем Вы думаете. – И уже громко пьяненьким голосом: – Жаль что у вас занято, ну если освободится, дайте знать…
Сделала вид, что покачнулась и, нетвёрдой походкой, пошла вглубь зала, где мгновенно затерялась в толпе.
– Ого, тебя и на минуту оставить нельзя.
– Да нет, ошиблась столиком. Папа беспокоится?
– Да странно, просит приехать в Москву, домой, вроде ничего такого, особенного. Ну что делать придётся ехать, жаль. Хотелось ещё посидеть.
– А кем папа работает, не секрет?
– Зам прокурора московской области… Что? Ну что? Нууу началось… Это что-то меняет?
– Не знаю пока…
«Блять! Во что я вляпалась? А эти шпионы с соловьями к чему? Ну что за хрень? Только понравилась девушка, как вокруг начинает накручиваться черте что и сбоку бантик».
Домик двенадцать ночи Лена
А может просто послать их нафиг с их соловьями? Меньше знаешь лучше спишь. А что делать с прокурором? Для чего он меня пригласил? И его послать. Всех послать. Сказать заболела, или как там обычно говорят в таких случаях – «по семейным обстоятельствам» и гудбай. А с девочкой что делать? Ну уж как сложится, телефон есть, на выставку пригласить святое дело. А сердце почему защемило? Вон только подумала о ней и сразу бум-бум, чуть не выпрыгнуло из груди. А прокурор отцепится просто так? Ну, а что ему ещё делать, нет и нет. Аванс мы с Жанной ещё не взяли, да и эти пять тысяч отдать от греха. Дескать – благодарим за внимание все свободны. Да, так нужно и сделать.
Телефон просигналил, что пришло СМС сообщение. От неё: – «Привет от прокурорской дочки, всё в порядке, я доехала».
Что ей сказать? Всё, пошла нафиг вместе с прокурором и соловьями? Да, именно так и надо сказать. Ох, ты, какая смелая, ну давай-давай, возьми телефон и позвони ей, прямо сейчас, ну. Ну чего, ждёшь? Звони-звони. А, то-то. Да, звонить, не вариант. Тогда лучше вообще ничего не делать, просто перестать её кадрить, и всё. Да, вот так просто. На этой стадии отношений, ничего страшного не случиться. Пусть думает, что я испугалась её папы. Позвонит-позвонит, да и перестанет. Это я могу? Могу? Вот гадство – не могу. Не могу и не хочу. Сколько время? Уже двенадцать, нужно что-то решать, сейчас придёт этот любитель соловьёв и привет, пути назад может уже не быть. Всё поздно, идёт.
– Что-то соловьи сегодня разгулялись. Елена это вы?
– Да.
– Здравствуйте, нужно поговорить, откроете?
– Заходите
Обычный с виду мужик, в кепочке, джинсах, кроссовках. Мент конечно, сразу видно, о-хо-хо.
– Представьтесь.
– Подполковник юстиции Лоскутов Генадий Викторович, следственный комитет, вот удостоверение.
Поворачиваю удостоверение к свету из окна. Ну, корочка, ну фотка, ну печать. Ну допустим:
– Слушаю.
– Пройдёмте с улицы, я всё объясню.
Мы зашли в дом. Подполковник быстро и профессионально осмотрелся, проверил, закрыто ли окно и задёрнул шторы. – «Конспиратор хренов, ну давай уже не тяни. О, осмотрел сверху донизу, ну только что не раздел. Вот козёл»
– Слушаю.
– Присядем, разговор не быстрый.
Садимся на кухне. Пока он собирается с мыслями с чего начать, изучающее смотрим друг на друга. Лет сорок пять, не больше. Грубые черты лица, слегка обрюзгший, бесцветные глазки, светлые редеющие волосы. Понятно, жизнь не даёт поблажек, да и пьёт наверняка, хотя сейчас перегара нет.
– Итак, на оформление бассейна, Вас позвал зам прокурора Московской области Брагин Георгий Николаевич, в прошлом сотрудник ФСБ. Семь лет назад, он служил под началом, тогда ещё живого, генерал майора ФСБ Кригова Сергея Михайловича. Того самого Кригова, который был застрелен, вместе с двумя охранниками, своей любовницей Светланой Халитовой. Халитова при этом утверждала, что она не была его любовницей и, что это было не убийство, а самооборона, что Кригов её изнасиловал. Свидетелей происшествия не было и обстоятельства случившегося так и остались невыясненными. Темное дело, но свои 15 лет она получила, убийство генерала ФСБ просто так с рук сойти не могло.
Сделал паузу, следит за реакцией, тоже мне психолог. Глазки хоть и блёклые, но смотрит внимательно, допрашивать умеет. А чего ж подполковник до сих пор, раз такой мастак?
– На Вас также, семь лет назад, было совершено покушение неустановленными лицами. Вы получили два огнестрельных ранения, но, слава богу, выжили. Пока всё правильно?
– Относительно меня да, относительно остального не знаю.
– Хорошо, сейчас начнётся самое интересное. Насколько мы знаем, Халитова занималась подделкой антикварных произведений искусства. Вначале со своим Братом Гариком Халитовым, а потом, когда его убили, возглавила бизнес сама. Гарика Халитова, по нашим сведениям, убили те, кто хотел прибрать его бизнес. А ещё нам известно, что курировали этот захват некие высокопоставленные офицеры ФСБ. Какое-то время Светлане Халитовой удавалось справляться с ситуацией, но когда убили её главного мастера по подделкам живописи 19-го века Карташевича Семёна Яковлевича, и почти подобрались ко второму – стала искать себе крышу. И нашла, вступив в любовную связь с генералом майором Криговым, и уступив ему контроль над бизнесом. Кто был второй мастер по подделкам, ради которого она пошла на это, так и не выяснилось. Но зато мы знаем, кто именно курировал все процессы по отъёму бизнеса Халитовых. Это был Брагин Георгий Николаевич, в звании майора ФСБ. И именно он, по нашим данным, был причастен к убийству Карташевича. После того как Кригов погиб, а Халитова оказалась в тюрьме, бизнес подделок отошёл как раз Брагину. Что случилось со вторым мастером не известно и долгое время мы считали, что он тоже убит. Ну как уже интересно?
– Нет, зачем вы всё это мне рассказываете? Я не знаю ни кого из этих людей.
– Ну, с Халитовой то вы, как раз, хорошо были знакомы, так ведь? И даже какое-то время жили вместе, говорят, даже были любовницами. Ну, это нас не касается, совершеннолетние люди, как говориться, совет да любовь. Но Халитова сидит в тюрьме, а Брагин нет, и мы считаем, что это несправедливо. Дело, которое так успешно подхватил Брагин, приняло совершенно другой масштаб. Как мы думаем, существует сеть искусствоведов-экспертов, которые контролируют запасники музеев. Что находится в этих запасниках никому до конца не известно. Нет нормальной отчетности ни в музеях по отдельности, ни, уж тем более, на федеральном уровне. Не было и нет единой федеральной базы культурных ценностей всего музейного комплекса. Несколько лет назад было принято решение всё оцифровать и выложить на едином музейном портале. Из бюджета выделили очень приличную сумму на это, но выделенные деньги, как обычно, куда-то таинственным образом потратились, а база так и не появилась. Тогда приняли промежуточный, временный вариант – создать единый реестр экспонатов хранящихся в музеях. Это обычный список даже без фотографий, который никому не нужен кроме жуликов. Любые вопросы по наведению порядка блокируется на очень высоком уровне и решить их не удаётся даже в законодательном прядке. Однако совсем недавно нам повезло, мы взяли с поличным одного из экспертов, некую госпожу Веснер, и через неё мастера реставратора и одновременно подельщика высочайшего уровня Цеховского. Схема была простая: В музей поступает коллекция, эксперт осматривает её, выбирает, что пойдёт в основной фонд и будет экспонироваться, а что навечно отправиться в запасники, и кроме этого эксперта практически ни кому не будет известно. Дальше им и воровать ничего не нужно. Подельщик копирует работу, находящуюся в запаснике, после чего копию реализуют на парочке мелких, лучше всего зарубежных, аукционах, создавая первоначальный провенанс. Потом эксперт проводит научно исследовательскую работу, с заранее известным результатом и о чудо неизвестный ранее шедевр является изумлённой общественности. Дело сделано и все довольны. Но в этот раз схема дала сбой, цепь роковых для жуликов случайностей, которые обязательно возникают в любом деле, привели к скандалу. На одной из выставок, где такая работа экспонировалась её новым владельцем, один из экспертов неожиданно вспомнил, что видел очень похожую картину в запаснике Русского музея. Дублей этот художник никогда не делал, о чём эксперт и сказал владельцу. Тот испугался, и отнёс картину на технологическую экспертизу, которая показала, что картине не сто лет как нужно, а от силы три. Следствие отработало два направления: с одной стороны пошли по цепочке тех, кто имел отношение к продаже, а с другой стороны пошли в запасники музея. Оба пути замкнулись на эксперте Веснер И. А. Удастся ли довести дело до судебного решения большой вопрос, с учётом того что прокурорский надзор осуществляет как раз Брагин, но то что преступная деятельность по подделке серьёзных картин на время приостановлена факт. И мы знаем, что помощники Брагина ищут исполнителя для какой-то очень серьёзной работы.
– Интересная история, но зачем вы её рассказываете мне?
– Мы считаем, что ваша работа в доме Брагина, каким-то образом, может иметь к этому отношение. Может быть, они через вас попробуют найти специалиста по подделыванию. Всё-таки вы знали людей, которые этим занимались. Мы хотим, чтобы вы помогли нам взять Брагина и компанию.
– А зачем мне помогать вам?
– Если я правильно понимаю ваши отношения с Халитовой, то виновником её и ваших проблем был как раз Брагин, и именно из-за его усилий, Халитовой пришлось лечь под Кригова. Возможно, именно он и Кригова убил, потому что тот стал мешать ему, добраться до бизнеса Халитовой. Потом, каким-то образом, запугал её, и заставил взять вину на себя. Также возможно, что покушение на вас, тоже было сделано для устрашения Халитовой. И вот теперь у Вас есть возможность отомстить ему.
«Воспоминания обрушились с невероятной силой. Подполковник Лоскутов растворился вместе с домиком и я снова стою перед нашей кроватью».
Семь лет назад
Я стою перед нашей кроватью, но в ней сейчас со Светой лежу не я, а совсем другой человек. Почувствовал взгляд, открыл глаза, не боится, хотя пистолет в моих руках совсем не игрушечный.
– И что ты собираешься с ним делать?
Она тоже открыла глаза, в них ужас, она боится меня. МЕНЯ? Я не могу в это поверить. Я не могу это видеть. Как она могла? Зачем? С ним? Он трахал её в нашей пастели? Она стонала под ним, она закидывала свои ноги ему на спину. Я слышу это, я вижу это. Я чувствую этот запах. Я не могу это вынести. Холод тисками сжимает сердце.
– Лучше присоединяйся к нам детка, давай не стесняйся. Света скажи своей сучке, как нам было хорошо…
Сучке? В этот момент он что-то увидел в моих глазах, дёрнулся к стулу с одеждой, но я уже нажимала на курок: раз, два, три, четыре, пять, осталось ещё четыре выстрела. ОНА смотрит на меня, прижала простыни к груди, молчит, в глазах тоска и ужас, и пистолет в моих руках направлен прямо на неё. Я пять пуль всадила в этого жирного борова. Одна из пуль пробила ему горло, и теперь его кровь фонтанчиком вытекает вместе с его жизнью. В воздухе кружат перья от подушки, как снег зимой. Холодно. Мне не стало легче. Отчаяние не ушло, как она могла? Как она могла? Я не ХОЧУ жить больше, Я не МОГУ жить больше, ещё три пули для неё, а последняя будет моя…»
Наше время домик
– Мне жаль Вас разочаровывать, подполковник Лоскутов, но, то о чём вы говорите, не имеет ко мне никакого отношения. Я обычный художник, живу, зарабатывая на жизнь тем, что пишу картины. В доме Брагина выполняю работу по росписи стен бассейна, всё строго по договору и по закону. Так что давайте на этом заканчивать разговор.
Смотрит на меня своими блёклыми, внимательными глазками. Пытается, понять это окончательный ответ или нет. Есть у него возможность что-то ещё сказать, чтобы я передумала? Бесполезно, я не буду ему помогать. Понял – молодец, профессионал.
– Жаль, но если вы передумаете, вот телефон.
Достаёт карточку, кладёт на стол.
– И будьте осторожны, пожалуйста.
Ушёл. А воспоминания остались.
Огромная тяжесть воспоминаний навалилась и давит, трудно дышать. Зачем мне это? Почему никак не отпустит? Почему опять всё это вернулось ко мне? Почему это вернулось? Почему? Да ещё как вернулось. Светлана меня спасала, оказывается, а я хотела её убить, и убила бы. Убила бы. Чудом не убила. Теперь ОНА сидит в тюрьме из-за меня. И что мне с этим делать? Что мне делать? Она отдала всё, чтобы спасти меня и спасла, получила пятнадцать лет и сидит уже семь. ЧТО мне делать? Застрелить этого грёбаного прокурора? Он уже семь лет как переходил по земле: получает награды и звания, дома строит, всё в шоколаде, жизнь удалась. И самое забавное он, всё-таки, добрался до меня. Интересно как? Что он сейчас хочет от меня? Он понимает до кого он добрался? По его виду не скажешь, спокойно разговаривает, не дёргается, уверен в себе, растит дочь. Да, вот оно – Дочь. Застрелить его, а с НЕЙ что делать? Что с НЕЙ делать?
Думай, думай.
Так давай сначала: ты получила странный заказ от прокурора, который крышует антикварный бизнес. СТОП. Откуда ты знаешь чего он там крышует? Подполковник Лоскутов рассказал? А если он врёт? Многое из того, что он рассказал, было не так. Это понятно, откуда ему знать, что случилось в нашей спальне семь лет назад. Он трактует события против прокурора. Но. Кригова Брагин не убивал. Тогда почему я должна верить Лоскутову, что спасаясь именно от Брагина, Света легла под Кригова? Это правильный вопрос. Думай, думай. О, светает уже. Пойду пройдусь, подумаю.
Просёлочная дорога, оперативная машина.
– Что-то долго уже, неужели разговорил?
– Очень удивлюсь. С одной стороны – да, если мы правильно всё понимаем – она может пойти на сотрудничество. Месть, особенно женская – штука сильная. Но, с другой стороны, она очень непростая клиентка, очень. С ней нужно тоньше действовать аккуратнее, а не приходить в лоб, с вербовкой. Это я считаю ошибкой. И, боюсь, папе она будет не по зубам.
– А кому по зубам, капитан Зенина – Вам?
– Сложный вопрос, требующий времени, но его-то как раз и нет…
– А вот и папа.
Дверь машины открылась, и в кабину ввалился подполковник Лоскутов
– Хрен, не пошла на контакт.
– Вот так, Валентин, учись. Что я только что сказала?
– Что ты ему сказала?
– Что она непростая клиентка.
– И Вам будет не по зубам.
Зенина нехорошо зыркнула на лейтенанта – болван, этого мог и не говорить. Надо запомнить, что мальчик-то говнюк.
– Грубо, но верно – очень не простая, но она полностью наш клиент, тут мы не ошиблись – абсолютно в теме и не очень скрывает этого. При этом говорит правильные слова, что не понимает о чём речь, что не слышала о таких людях, но даже голосом не пытается разыграть дурочку. И что особенно странно, она ведёт себя так, как будто за ней стоит какая-то сила. Я даже, думаю, не поспешили ли мы ей всё рассказать? Она всё намотала на ус, и что-то с этим будет делать, но самостоятельно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?