Читать книгу "Metallica. История за каждой песней"

Создание

Учитывая вечный непреходящий фанатизм Ларса Ульриха от всего хеви-металлического, наверное, он неизбежно стал бы делать что-то такое, что и его безумные кумиры. Ларс, благодаря успехам его отца Турбэна, вырос в интернациональной среде профессиональных спортсменов-теннисистов и, конечно, считал, что сам обязан добиться успехов в спорте. Но в возрасте десяти лет попал на концерт Deep Purple, и это изменило все. На смену теннисной ракетке пришли перевернутые банки из-под краски – на них самодельными палочками Ларс в миллионный раз выстукивал перед завтраком Smoke on the Water. К подростковому возрасту он уже фанатично поглощал все, где есть громкие гитары и буквы-умляуты.

Ларс Ульрих: от теннисной ракетки к перевернутым банкам из-под краски

В Калифорнии он ходил на все концерты всех европейских металлических групп, когда бы и где бы они ни играли. Лето 1981 года он провел в Англии, где гонялся за своими любимчиками, преследуя их в гримерках. Известен случай, когда Ларс прорвался в святая святых Motorhead, где группа готовила, между прочим, свой великий альбом Iron Fist! Будучи столь близко от Motor head, Diamond Head, Jaguar и всех остальных, Ларс размечтался сделать что-то подобное самому. И в Лос-Анджелес он вернулся уже не простым парнем, а – мессией.

«О, нет, только не этот надоедливый датчанин!»

Еще до отъезда в Англию Ларс притусовался на мимолетный джем к группе Phantom Lord, где на бас-гитаре играл Рон Макговни, на соло – Хью Таннер, а на ритм-гитаре – некий Джеймс Хэтфилд.

В то время Хэтфилд существовал где-то на окраинах Л ар-совской еврометаллической тусы. У него с Ульрихом был общий друг Брайан Шлягель. Ларс потом говорил, что до того, как они подружились, Хетфилд из всех металлических групп знал только Iron Maiden. Старший брат Джеймса фанател от классического рока и накачивал младшего всеми этими «Пёрплами», «Саббатами», Lynyrd Skynyrd, Aerosmith, AC/DC, то есть им с Ларсом уже было о чем поговорить. Хетфилд – из рабочего класса, вырос в строгой семье приверженцев Христианской науки, так что перспектива задружиться с вольным и много поездившим Ларсом и его металлической тусой представлялась крайне заманчивой.

Когда в конце лета 1981 года Ларс возвратился из Европы, они с Хетфилдом – который в отсутствие Ульриха поиграл в местной гаражной группе Leather Charm с другом Роном Макговни – возобновили джем-сейшены и принялись активно искать новых музыкантов. Макговни рекрутировали играть на басу, а в обширной тусе металлистов нашелся Ллойд Грант, чернокожий фанат метала (для Лос-Анджелеса случай небанальный).

Согласно официальной версии, первая песня, которую сочинили Ларс с Джеймсом в комнате Джеймса, – Hit the Lights. На самом деле она – лишь незначительно переработанная более ранняя композиция Leather Charm. Зачем такая спешка? Дело в том, что старый друг Ларса Брайан Шлягель тогда устроился в местную компанию-дистрибьютор пластинок и активно продвигал свои новые контакты в рекорд-бизнесе на местной металлической сцене. Шлягель задумал выпустить сборник всех молодых металлических групп Лос-Анджелеса и предложил местечко в нем другу Ларсу. То есть у Ларса появилась реальная цель, даром что у их группы даже названия не было. Хотя трио давало объявления, ни один нормальный музыкант так к ним и не пришел, из-за чего Макговни разочаровался во всем этом деле и покинул группу. Джеймсу пришлось записать все гитары и бас, а Ларс сыграл на барабанах. Они все еще искали соло-гитариста, как вдруг на объявление в Recycler откликнулся бывший гитарист группы Panic Дейв Мастейн, болтливый и блондинистый. Мастейн записал обжигающий брейк для Hit the Lights, но команда Ульрих/Хетфилд все равно была недовольна. Странно, но они попросили прописать еще один брейк для демо-кассеты уроженца Ямайки Ллойда Гранта. «Ллойд выдавал отпадное соло, – вспоминает Джеймс, – но ритм у него гулял».

Еще один друг, Рон Кинтана из Сан-Франциско, придумывал названия для металлического фэнзина (что стало потом журналом Metal Mania), набросал список вариантов и с легким сердцем предложил другу Ларсу поглядеть. Глазастый Ларс в этих каракулях тут же разглядел одно слово, после чего бросился к телефону: «Парни, у меня есть название для группы! Metallica» Очень скоро, еще не сыграв ни единого концерта, группа Metallica передала Шлягелю демо с Hit the Lights. Эта песня, а также дебютный трек группы Ratt оказались совершенно выдающимися на первом сборнике Metal Massacre, выпущенном в июне 1982 года. (В первом тираже название группы написали с ошибкой – Mettalica. Для переизданий трек переписали должным образом: Мастейн – на всех соло-гитарах, Макговни – на басу.)

Мастейн, конченый фанат европейского металла, казалось, подходит группе на все сто процентов. Макговни вернули в группу, Джеймс стал только петь и не играть. Таким составом Metallica дала свой первый концерт 14 марта 1982 года в Radio City, Анахейм.

Для неоперившихся металлеров это оказалось мероприятием странноватым. Начать с того, что на первой же песне, Hit the Lights, Мастейн порвал струну. «Мы не знали, как быть, – вспоминает Джеймс. – Опыта ни у кого нет, что делать-то? Анекдоты рассказывать? И все-таки тот концерт нас многому научил. Мне кажется, до того никто из группы не играл на сцене. Разве что Дейв в своем предыдущем коллективе. Ларс – никогда. Я как-то выступил на паре вечеринок, но вот у Рона вроде точно никакого опыта не было. То есть в тот вечер на сцене стояли молокососы!»

Две недели спустя Ларс пропихнул группу на разогрев к культовым английским металлистам Saxon, на два концерта в Whiskey на Сансет-стрип. Ритм-гитариста так и не нашли, так что Джеймс довольно равнодушно согласился и петь, и играть вторую гитару с Дейвом.

Однако почти панковская скорость Metallica, приправленная хетфилдовским кричащим, тоже вполне панковским вокалом, оказалась не по зубам местной лос-анджелесской публике. Для местных металлистов Metallica оказалась слишком груба, агрессивна и тяжела, а при этом в клубах, где играли хардкор, – Black Flag, The Germs и BadReligon – металликовские длинные волосы и затяжные соло были просто неуместны.

Джеймс Хетфилд, свежий лицом, приветствует публику на одном из ранних концертов Metallica

Подталкиваемые друзьями, музыканты решили сделать демо с новым материалом. По легенде, пронырливый Ларс подкатил к Шлягелю с предложением сделать альбом всего за 8000 долларов, не имея в голове еще даже никаких набросков. В этот альбом, No Life 'Til Leather, вошли перезаписанные Hit the Lights, Seek and Destroy, Motorbreath, The Four Horsemen, Jump in the Fire, Phantom Lord и Metal Militia. Мир хеви-метала изменился навсегда.

Создание группы. Часть 2. Сцена

В 1983 году, когда вышел первый альбом группы Metallica, на рок– и метал-сцене США правили группы Западного побережья. Например, Von Halen, недавно смывшие грим /С/55, Quiet Riot и неудержимый Оззи Осборн. Плюс начинающие шок-рокеры WASP и Motley Сгйе. К середине 1983 года Metallica уже была «группой» более двух лет, и их демо No Life 'Til Leather произвело серьезную сенсацию во всемирной андеграундной кассетной культуре. Тем не менее родной Элей не хотел тратить время на этих тощих прыщавых металлюг, одержимых группой Motorhead. Когда Metallica ухитрялась сыграть дома, то неизменно попадала третьим номером в афишу, на которой главными были Steeler, Dokken и Rott. «Мы играли в Элей полтора года, – вспоминает Ларс, – безо всякого успеха. Этот город так нас и не принял. Просто ничего не получилось».

Нежелание Лос-Анджелеса заключить группу в объятия привело к тому, что Metallica стала ездить туда, где их любили. То есть в Сан-Франциско. В этом городе зал Stone славился тем, что дает выступать вообще любым лос-анджелесским группам, но тамошняя публика все-таки больше любила музыку европейскую: громкую и грохочущую. То есть именно то, что Metallica могла им предложить. Годы спустя Ларс вспоминает: «В Элей публика была слишком озабочена тем, чтобы не пролить свою выпивку, а также пялиться по сторонам – кто здесь? В Сан-Франциско же народ был простой и открытый. Им плевать, кто что думает».

Джеймс добавляет: «В Сан-Франциско мы впервые встретились с нашими настоящими поклонниками. То есть, типа, люди ради нас, типа, пришли на концерт, любили они нас, а другие группы ненавидели. Ну, мы их тоже полюбили, потому что мы и сами другие группы ненавидели. И эта публика, в отличие от народа из Элей, ценила нас именно за музыку, а не за прикид». Группу настолько впечатлила любовь Сан-Франциско, что они запечатлели для истории концерт в Waldorf 29 ноября, когда записали демо-кассету Live Metal Up Your Ass, предназначенную исключительно для местных фанатов Metallica.

Metallica очень раннего периода. Прическа-маллет, жидкие усики, пушок, прыщи. Не слишком умные обезьянки

Именно в один из таких заездов в Сан-Франциско осенью 1982 года Брайан Шлягель увидел Клиффа Бартона, басиста местной группы Trauma, которую он хотел выпустить во втором сборнике Metal Massacre. Бартон поразил его, и когда Ларс в очередной раз позвонил и начал рассусоливать про то, что, мол, Рон Макговни не очень-то предан группе/Weta///ca Шлягель сказал музыкантам группы немедленно пойти на концерт Trauma в Whiskey, чтобы заменить Бартона-басиста.

Бартон поразил парней из Metallica дикой, свободной игрой, хлесткими риффами и полным «отрывом» на сцене. Но возникла проблема: он ни за что не хотел переезжать в Элей. Четыре месяца Джеймс, Ларс и даже Дейв бились на тему, что хуже: равнодушие публики в Элей или отсутствие в группе обожаемого басиста. И наконец все они решили: переедем севернее, если только Клифф согласится иметь с нами дело.

«Когда мы впервые играли джем с Клиффом, я чуть стену башкой не пробил, – несколько месяцев спустя рассказывал Джеймс фанзину Рона Кинтаны. – От него мне снесло крышу. Он подходит нам на все сто».

Мастейн добавляет: «Он играл фантастические соло. У него там всего понамешано: Бах, Бетховен, рок, метал, даже какая-то пинкфлойдовщина пробивает. Такой Клифф, блин, крутой».

Клифф мог быть сколь угодно крутым, но к его достоинствам надо добавить еще мотивацию, уверенность, вдохновенность, экспериментаторство да и просто мозги! В Metallica Клифф Бартон радикально изменил «химию» процесса сочинения песен, и в конце концов именно он привел группу на творческий пик.

Дейв и проблемы с ним

Дейв Мастейн, бесспорно, один из самых блистательных метал-музыкантов своего поколения, но много лет у него была одна проблема: алкоголь. На заре Metallica алкоголь был его постоянным спутником, другом-тире-врагом.

Ясно, что Джеймс и Ларс сто раз давали ему последние шансы. Критический момент, когда музыканты попросили Дейва уйти из группы, – 11 апреля 1983 года. Это случилось во время короткой поездки на Восточное побережье с Vcmderburg and The Rods, организованной менеджером Джонни Зазулой. Дейву просто вручили обратный билет на автобус Greyhound, который отправлялся через пару часов. Это было очень болезненно, поскольку на Восточном побережье группа как раз готовилась к записи дебютного альбома. Там не появились соло Дейва, но есть его песни.

Вскоре после этого в интервью журналу Metal Mania Ларс поведал о конкретном эпизоде, который объясняет все проблемы с Дейвом. «Мы ехали в" шикарном" грузовом фургоне U-Haul, все было отлично: мы спали в кузове и все такое, в Йове возникла проблема под названием «Дейв и алкоголь». Он реально надрался. Пока вел машину – мы там торчали позади – 15 или 20 штук пива принял. То есть он фактически мог убить нас 15 или 20 раз! В 7 вечера мы остановились, чтобы перекусить, и Дейв подрался с тур-менеджером Марком Уиттакером. Все были трезвы, один Дейв пьяный. Потом он отправился в кузов фургона. Мы вчетвером сели впереди, все говорили о том, что он вообще-то совершенно не в состоянии себя держать в руках, а в дороге такое недопустимо. Он отличный парень, хороший друг, но с алкоголем справиться не в состоянии. Так что тем же вечером, выезжая из Чикаго, мы пожали руки и решили, что все, прощай, Дейв, мы берем Кирка».

Последний фрагмент мозаики Кирк Хэмметт

Когда Джеймс Хетфилд и Ларс Ульрих впервые услышали соло Кирка Хэмметта (еще на исторической демо-кассете группы Exodus с песнями Death and Domination, Whipping Queen и Warlords), им сразу стало ясно: этот гитарист – то что надо. Exodus, уроженцы зоны Залива, металликовской тусе были очень хорошо известны.

После увольнения Дейва Мастейна к группе присоединился Кирк Хэмметт

К тому же менеджер Metallica Марк Уитакер одно время был их менеджером. Нарастающие противоречия между Хетфилдом/Ульрихом с одной стороны и Мастейном – с другой подогревал еще тот раздражающий факт, что хоть Metallica и рекрутировала самого крутейшего басиста Залива в лице Клиффа Бартона, но самый талантливый соло-гитарист пока что не с ними. Самое главное, что когда Metallica уволила Мастейна, они не собирались устраивать прослушивание – они уже знали, что у Хэмметта в кармане лежит билет, по которому он должен приехать записывать партии соло-гитары для дебютного альбома группы. К тому времени, когда Мастейн, наконец, доехал за три дня через всю Америку до Сан-Франциско, Кирк Хэмметт уже прилетел в Нью-Йорк и репетировал с Metallica новый материал дома у Джонни Зазулы.

Избавившись от Мастейна и украв Хэмметта из Exodus, Metallica пришла в полнейший экстаз. Джеймса прорвало на откровенность: «Кирк играет с той же скоростью, что и Дейв, но у Дейва ничего нет, кроме скорости. Нет души. Он не играет, скажем, „пул-офф“[1]1
  Штрих, прием, противоположный «молотку»: берется нота на грифе, потом палец снимается, и нота звучит ниже. (Примеч. пер.)


[Закрыть]. Не играл все эти великолепные приемы. А когда он пытался играть их, получалась адская фигня». Ларс добавил: «Я вам расскажу про этого парня, про Кирка. Он встает утром и играет. То есть он все время играет, понимаете? Дейв играет, когда ему захочется. Но вообще-то ему редко когда хочется, потому что для него инструмент не жизненная потребность, а повод повыпендриваться».

Воистину: Дейв – ушел, Кирк – пришел, настоящая Metallica – родилась.

Явление группы Megadeth

«Вообще, когда они сказали мне покинуть группу, я собрался примерно секунд за двадцать и ушел».

Дейв Мастейн о своем уходе, июнь 1986 г.

«Каждый раз, когда я вижу какой-нибудь журнал с выносом Megodeth на обложке, я первым делом его читаю: очень интересно, какое, в рот мне ноги, опять сказанет Дейв!»

Ларс о Дейве, сентябрь 1991 г.

Увольнение из группы Metallica оказалось для Дейва очень горькой пилюлей. Да, он достал коллег по группе своим безобразным пьянством и столь же безобразным поведением, но сам смог простить бывших друзей только 10 лет спустя.

К 1984 году Мастейн создал группу, которая стала второй на трэш-металлической сцене, а именно – Megodeth. Коллектив базировался в Элей, Мастейн отстал от бывших коллег на целых два года, но, тем не менее, записал самую профессиональную и с огромным восторгом принятую музыку во всем трэш-метале. Второй альбом группы – Peace Sells… But Who's Buying? – признанная классика жанра. Правда, сидящая на наркоте группа Megodeth после каждого альбома/тура распадалась, но потом они вновь собирались, еще более озлобленные и энергичные!

Альбом 1987 года So Far So Good… SoWhatlfxan небольшой хит, кавер на Anarchy in the UK группы Sex Pistols, но центром альбома стала In Му Darkest Hour, шестиминутная ода Мастейна недавно скончавшемуся Клиффу Бартону – плотные риффы и печальная лирика.

Несмотря на явный успех обеих групп, вражда между ними не угасала. Масла в огонь подливала вечно подлая британская пресса и мастейновский наркотический треп. Megodeth зашли так далеко, что переписали металликовскую The Four Horsemen под оригинальным названием The Mechanix для своего дебютного альбома Killing Is Му Business… And Business Is Good! разогнав по скорости трек почти до визга. То есть выпендрились. Но, правда, никуда не деться от того факта, что Metallica продолжала играть песни с мастейновскими риффами.

Р-р-р-р! Мастейн с львиной гривой во всей красе

Дейв числится соавтором четырех песен альбома Kill 'Em All: The Four Horsemen, Jump in the Fire, Phantom Lord, Metal Militia. И двух на Ride the Lightning: заглавная и Call of

Ktulu. Также сам он утверждает, что сочинил рифф в Leper Messiah (альбом Master of Puppets), но металликовцы это отрицают.

Как бы там ни было, но вклад Мастейна в саунд Metallica нельзя недооценивать, а его увольнение – поворотный момент в истории группы. Не выгнали бы – распались бы или Хетфилд ушел. А так Metallica добралась до таких вершин славы, о которых и не мечтала, да и Megadeth со своим ворохом золотых и платиновых дисков тоже не пропал!

Враждующие стороны помирились в 1993 году. Metallica пожелала, чтобы на разогрев концерта в английском Milton Keynes Bowl к ней пригласили Megadeth. Тогда Ларс сказал: «Мы поняли, насколько круто будет увидеть Дейва на одной афише с нами… Ну, то есть мы подумали: в любом случае будет либо дерьмо полное, либо провал».

Большая четверка

«Я думаю, что наш первый альбом, конечно же, подходит под определение «трэш-метал», потому что там все на скорости 500 миль в час. Но нельзя назвать трэшем песни вроде CollofKtulu. Мы действительно играем очень быстро, но в наших песнях есть не только грохот – мы стараемся делать приятные брейки, меняем темпы и сочиняем напевные мелодии для припевов».

Ларс, декабрь 1984 г.

Хотя Metallica в 80-е явно начала трэш-металлическое движение, она, как и любой другой «лидер» любого направления, отрицала сходство с другими группами. Признать свое лидерство было рискованно, потому что тогда группа будет ассоциироваться с самым слабым звеном трэша, а слабых звеньев в трэше середины 90-х было предостаточно. Но несколько моментов неразрывно связывали Metallica с трэш-сценой. Во-первых, группа, хотя и образовалась в Лос-Анджелесе, с 1982 года жила в Сан-Франциско, потому что местная публика гораздо больше их любила, чем жители Элей. Другие группы в Сан-Франциско оказывали им всяческую поддержку, и больше всех – Exodus. Хотя Metallica утащила у них гитариста Кирка Хэмметта, уже после этого Exodus записал Bonded By Blood, альбом, бесспорно, столь же важный, как металликовский дебют, и столь же жестокий (если не более!), чем Kill 'Em All.

Мастейн организовал Megadeth, также возникло много молодых и очень шумных групп. Самая выдающаяся базировалась южнее по Западному побережью, в калифорнийском Хантингтон Бич, и называлась она Slayer. Slayer существует до сих пор, a Metallica им выражает всяческое уважение, пусть часто и без взаимности.

В начале пути Slayer преследовали одну цель: переплюнуть всех, любую группу-предшественника. Они – это как бы Iron Maiden и Judas Priest, доведенные до крайнего предела, с добавлением этики хардкор-панка. Утыканные шипами, затянутые в кожу, с черным макияжем глаз – эта группа считалась приколом до 1986 года, пока продюсер Рик Рубин не соорудил из их дьявольской энергии альбом Reign In Blood. Reign, конечно, чемпион-тяжеловес экстремальной музыки, но также он – предел, потолок скоростной музыки. Если целью трэш-метала было создать альбом самый экстремальный, но при этом «слушабельный», то игра окончена: соревнование выиграли Slayer. Но Metallica целилась еще выше. Для них скорость была лишь средством, простым способом впрыснуть адреналин в цепляющие, хоть и не слишком оригинальные риффы. К 1986 году Джеймс Хетфилд уже выдавал усложненные песни: Master of Puppets, Disposable Heroes или металл и ковский привет старой школе – Damage Inc.

Последними в так называемой Большой четверке металлических групп стали шутники с Восточного побережья, Anthrax. На ранней стадии существования группы Metallica и Anthrax многое объединяло. Когда едва оперившаяся Metallica прибыла в Нью-Йорк со своей демо-кассетой No Life 'Til Leather, их уже ждали с приветствиями Джон и Марша Зазула, владельцы небольшого магазина. Супруги Зазула занимались одной местной группой, Anthrax, и, когда Metallica получила еще одно приглашение пожить в доме своих новых менеджеров, то они тусовались с музыкантами Anthrax каждый день. Когда смеси тусовки с работой стало слишком много, Metallica перевезла пожитки на репетиционную базу Anthrax, и там две группы репетировали в соседних комнатах. Более того, если внимательно посмотреть на картинку внутри альбома Kill 'Em All, где Хетфилд в боевой позиции с гитарой Flying V, то увидишь, что на мониторах краской написано Kiss. Приглядевшись еще, замечаешь слово Anthrax. Дело в том, что Metallica всегда, когда играла в Нью-Йорке, одалживала аппарат у Anthrax. Когда у Metallica в середине 80-х пошли в гору дела в Европе, именно Anthrax поехал с ними в качестве «разогрева» – жест благодарности, который Anthrax с тех пор всегда повторяли по отношению к поддерживавшим их группам.

В какой-то момент казалось, что группе Anthrax обеспечено вечное второе место среди королей металла – между Metallica впереди и новыми группами позади – и долгая успешная карьера. Но если Metallica до Боба Рока все усложняла аранжировки, то Anthrax просто старались создавать «вайб», качать толпу на концертах. Постоянно выступая в клубах Нью-Йорка и окрестностей, они отточили до совершенства концертное исполнение, и тягаться с ними было опасно. Плотный, жесткий скоростной трэш они упаковывали в трэш[2]2
  Имеются в виду thrash – «грохочущий», по отношению к музыке, и trash – «дрянной» как термин, описывающий низкопробную и маргинальную массовую культуру.


[Закрыть] масскульта и всякий подростковый бред. Но им не хватало ни глубокого уважения фанатов, ни, в конце концов, длительного доверия.

Группа не вышла на желаемый уровень в смысле продажи пластинок. Во-первых, из-за неправильных бизнес-

ходов, во-вторых, из-за ряда неровных альбомов, например State of Euphoria 1988 года и более мрачный Persistence of Time (1990 г.). Они еще упорно шутили, часто за свой собственный счет. Они стали легкой мишенью из-за, например, сдуру сделанного сингла Тт The Man (пародия на Beatie Boys), образов журнала комиксов Mad и «уличных» сленгово-попсовых терминов [not, mosh и тому подобное).

Тем не менее, сменив вокалиста на Джона Буша, Anthrax записали свой лучший альбом, Sound of White Noise (1993 г.). По иронии судьбы, Буша в свое время на роль вокалиста рассматривала Metallica: они тогда готовились записывать Ride The Lightning, на группу был хороший спрос во всем мире, и Хетфилд опасался, что сможет в длительных турне хорошо петь и играть каждый вечер. Известно, что Буш от предложения Metallica отказался (!) и остался в своей оригинальной группе, потому что, как ему показалось, успех у Metallica случаен и мимолетен. Такая фигня.

К середине 90-х дела у Anthrax шли совсем никак из-за плохих рекорд-компаний и плохого менеджмента. Они прыгали с лейбла на лейбл и принимали предложения уважающих их молодых, вроде Pantera, выступить на разогреве.

Anthrax жутко переигрывают. Впрочем, как обычно