![](/books_files/covers/thumbs_240/ustoychivost-kak-vyrabotat-immunitet-k-stressu-depressii-i-vygoraniyu-219079.jpg)
Автор книги: Кристина Берндт
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Ключ к вашей силе – это человеческие связи
Несмотря на подобные критические замечания, Микаэль Фингерле высоко оценивает новаторскую работу Эми Вернер: «Это исследование указало нам на те основные факторы, которые помогают людям сохранять ментальное здоровье даже в самых тяжелых условиях», – говорит он. Фридрих Лезель разделяет его мнение. Психолог-криминалист изучает вопрос того, насколько велики шансы детей из проблемных семей, где родители периодически оказываются за решеткой, прожить свою жизнь иначе.
«Самой большой защитой, которую мы только можем получить в этой жизни, являются наши социальные связи», – объясняет Лезель. У сильных детей с острова Кауаи было то, чего не было у тех, чьи родители страдали алкоголизмом: у них был по крайней мере один близкий человек, который с любовью о них заботился, удовлетворял их потребности, помогал устанавливать личные границы и выбирать жизненные ориентиры.
В жизни Билла Клинтона тоже были такие люди. Пока его мать не вышла замуж за того ужасного отчима, он рос в доме любящих его бабушки и дедушки. При этом он понимал, что полагаться в жизни только на них было бы неправильно. Несмотря на все свои слабости, его мать тоже была человеком, которому маленький Уильям мог доверять: она помогала ему в меру своих возможностей и пыталась защищать его от деспотичного отчима.
«Всего одна близкая эмоциональная связь делает нас настолько сильными, что нам становится куда проще справляться со всеми негативными аспектами нашей жизни, – говорит педагог-дефектолог Моника Шуманн и подчеркивает, – воспитание действительно может повлиять на многое».
И за него совсем не обязательно отвечать матери, отцу, бабушке или дедушке. Подобным наставником для ребенка может стать тетя, учитель или соседка. «Важно лишь уметь показать ребенку, что вы на его стороне, – говорит Шуманн. – Кто-то должен создавать для него чувство защищенности, отмечать его успехи, развивать его способности и любить вне зависимости от его достижений или поведения: все это обеспечит ребенка силами на всю оставшуюся жизнь».
Так что, видимо, это далеко не случайность, что лучше всех на острове Кауаи шли дела у первенцев в больших семьях или же у тех детей, у которых было относительно мало братьев и сестер. Особенно хорошие результаты показывали те дети, которым было как минимум два года на тот момент, когда из-за рождения братьев или сестер им приходилось делить внимание родителей с кем-то еще.
Любовь – это подарок. Однако даже детям порой не так просто его получить, если они сами не делают ничего для этого. «По сути, психологическая устойчивость – это способность строить здоровые отношения с окружающими нас людьми и умение получать поддержку как от них, так и от специальных организаций», – говорит семейный психолог Ульрике Борст. При этом кому-то особо ничего не нужно делать, чтобы ощутить себя любимыми: тот, кто приходит в этот мир как маленький солнечный лучик, который сразу же озаряет сердца тех, кто его окружает, в будущем тоже редко сталкивается с тем, что ему нужно делать что-то самому, чтобы почувствовать себя любимым. «Детям, чей характер отличается дружелюбием, отзывчивостью и открытостью, гораздо проще заручиться симпатией своих опекунов, – говорит социолог и эксперт по психологической устойчивости Карена Лепперт, – поэтому им легче находить друзей и получать поддержку».
Так было и с детьми с острова Кауаи: те новорожденные, уход за которыми не доставлял никаких проблем их опекунам – потому что их пищевое поведение было в норме, а распорядок дня едва ли мог доставить кому-то хоть какие-то проблемы, – даже в возрасте двух лет привлекали больше позитивного внимания со стороны родителей или же других опекунов, чем те дети, которые во младенчестве воспринимались как «проблемные». Матери тех детей, которые позднее были признаны успешными и устойчивыми психологически, описывали своих детей как активных, любящих, ласковых и дружелюбных даже тогда, когда им было всего по одному году от роду. Когда им исполнилось два года, это подтвердили и независимые наблюдатели, которые описали детей как приятных, радостных, дружелюбных, открытых и общительных. Такие дети также гораздо проще вступали в общение со сверстниками. Они охотно помогали тем, кому это было нужно, – и могли и сами попросить о помощи, когда она была им необходима.
Карена Лепперт подчеркивает, что между темпераментом детей и чуткостью тех, кто отвечает за их воспитание, существует устойчивая связь. Дружелюбная натура ребенка является причиной того, что он становится сильнее по жизни, так как она помогает ему заручиться симпатией людей вокруг него.
В то же время позитивные свойства характера ребенка (его внутренняя сила, наполненность энергией, бойкость и ориентированность на социальные связи) оказывают положительное влияние на его родителей и друзей. В итоге эти отношения и развивают его внутренние силы, но и сами отношения возникают лишь благодаря наличию этих внутренних сил – вот такая вот двойная победа.
Любовь – это подарок. Однако даже детям порой не так просто его получить, если они сами не делают ничего для этого.
Люди, которым свойственна подобная психологическая устойчивость, обычно ощущают себя в безопасности в этом мире. Подобно молодому социал-демократу Вегарду Гресли Веннесланду, которого не сломили ужасы, произошедшие на острове Утейя, они окружают себя друзьями, отличаются сговорчивостью, преданностью своему делу, энтузиазмом и сознательностью. Они скорее экстравертны и всегда открыты для новых впечатлений и новых знакомств. А в моменты кризиса они могут опереться на свое окружение, в котором они всегда найдут поддержку и услышат множество советов, которые позволят им разрешить проблему самым конструктивным образом.
Психологическая устойчивость связана с разочарованиями
Сюзанна особенно впечатлила психологов. Когда Фридрих Лезель только познакомился с девушкой, ей было 15 лет. Это было начало 1990-х годов и Лезель занимал должность профессора в университете Билефельда. Это был тот период времени, когда многих психологов, включая самого Лезеля, начали интересовать сильные стороны человеческой личности, а не только слабые, как это было раньше. Они хотели узнать побольше о человеческом потенциале – разобраться в том, как мы могли бы решать самые сложные проблемы, не жертвуя при этом своим психическим здоровьем. Ученые полагали, что в ответе на этот вопрос им мог бы помочь подробный анализ тех людей, которым доводилось преодолевать сложнейшие жизненные испытания. А потому участниками их исследований становились подростки, чья жизнь была омрачена множеством проблем. Такие дети чаще всего обитали на самом дне социума: в среде, где наркотики и насилие были чем-то абсолютно обыденным, а воспитанием зачастую занимался лишь один родитель, который был слишком перегружен объемом обязанностей в силу отсутствия другого взрослого.
Сюзанна принадлежала именно к этой социальной прослойке. И она была той, кого не могли сломить никакие жизненные трудности. И это при том, что ее детство было наполнено такими страшными историями, какие обычно можно увидеть только в кино. Отец топил в алкоголе свои тревоги и воспоминания о своем ужасном детстве, пока мать принимала наркотики – потому что без них ее жизнь казалась ей невыносимой – в таком количестве, что в итоге она совсем потеряла рассудок.
Когда Сюзанне было пять лет, в ее жизни ненадолго блеснул луч надежды: ее родители развелись. Однако ее мать находила себе новых мужчин, которые относились к Сюзанне либо просто плохо, либо ужасно. За одного из них мать вышла замуж и родила от него третьего ребенка. К сожалению, мужчина был далеко не лучшим из ее многочисленных любовников, и его отношения с Сюзанной были сложными. К тому же он плохо обращался и со своим ребенком, и с его матерью. А потому, когда Сюзанне исполнилось 12 лет, она и сама начала употреблять алкоголь, что в конечном итоге она даже оценивала как нечто позитивное. Власти города бы с ней согласились. Ведь полиция постоянно задерживала на улицах пьяных молодых людей, а потому в итоге департамент по делам молодежи отправил Сюзанну в приют. В ее жизни наконец-то случился счастливый поворот судьбы: у нее появилась приемная мать, с которой Сюзанне удалось построить хорошие отношения, которая понимала ее, разделяла ее заботы, наставляла Сюзанну и поддерживала. Сюзанне больше не нужен был алкоголь, она опять начала ходить в школу – и даже в гимназию – и вела насыщенную подростковую жизнь, в которой у нее были и друзья, и разнообразные хобби.
Сюзанна была одной из 146 подростков из трудных семей, с которыми Фридрих Лезель и его коллега Дорис Бендер проводили многочисленные интервью в рамках своего «Билефельдского исследования резилентности». 80 из них – те, что проживали в детских домах, бросили школу, принимали наркотики или были склонны прибегать к насилию.
Однако, как и Сюзанне, почти половине из них удалось оставить позади себя свое ужасное детство, не обзаведясь при этом никакими заболеваниями психики и не выпадая из жизни в социуме. Как и в случае с детьми с острова Кауаи, примерно треть всех подростков, задействованных в данном исследовании, показала достаточную психологическую стойкость, чтобы суметь выбраться из тех ужасных жизненных условий, в которых началась их жизнь. Более того, оба эксперимента показали, что дети, которым это удалось, отличались от других именно тем, что в их жизни всегда был кто-то, кто с любовью заботился о них, кто стал для них примером для подражания – например, для Сюзанны им являлась ее приемная мама – и объяснил, как устроена эта жизнь.
Одни ученые обнаружили и другие факторы, которые тоже помогли подросткам справиться с ужасными реалиями их жизни: прежде всего им была свойственна эмоциональная уравновешенность. «Такие психологически устойчивые подростки, как Сюзанна, отличались большей гибкостью характера и куда меньшей импульсивностью, чем те ребята, жизнь которых сложилась куда хуже», – говорит Фридрих Лезель. В отличие от людей со стабильным эмоциональным фоном, людям с неуравновешенным характером сложно конструктивно подходить к решению проблем, а неудачи и внешнее давление вызывают у них острую реакцию. Их склонность к агрессии, отчаянию или же ярости зачастую мешает им в поиске наилучшего выхода из тех непростых ситуаций, в которых они оказываются.
«Если вы хотите научиться с легкостью справляться даже с самыми сильными ударами судьбы, вам придется пройти сквозь многое», – говорит Лезель. Вам придется заново научиться ориентироваться в этом мире, перевернуть свою жизнь с ног на голову и сойти с протоптанной дороги на нехоженые тропы, подобно Наташе Кампуш и почти полностью парализованному человеку из больницы в Гроссхадерне. Вам потребуется умение смиряться с разочарованиями, множество сил и напористость. Но если вас выбивает из колеи даже встречный ветер, то у вас едва ли хватит сил на борьбу с превратностями судьбы. «Без определенного уровня эмоциональной стойкости у вас вряд ли хоть что-то выйдет», – говорит социолог Карена Лепперт, которая вместе со своей командой из университетской больницы Йены много лет изучала те характеристики человеческого характера, которые отвечают за нашу психологическую устойчивость.
Ученые установили, что психологически сильным людям не свойственно роптать на судьбу – напротив, они готовы смириться как со сложившейся ситуацией, так и с теми чувствами, которые она у них вызывает. Именно это удалось сделать Уте Хеншайд после того, как она потеряла своего сына в результате врачебной халатности, или же Ральфу Рангнику, которому удалось продолжить свою тренерскую карьеру, несмотря на пережитое эмоциональное выгорание. «Психологически устойчивые люди не считают себя жертвами обстоятельств – они просто берут свою судьбу в свои руки», – говорит Лепперт.
«Помимо прочего, нужно уметь смотреть своим проблемам прямо в глаза», – подчеркивает Корина Вустманн Зайлер, которая возглавляет проект под названием «Повышение психологической устойчивости в раннем возрасте» в Цюрихе. И это является верным и для детей, и для взрослых. Когда сильные дети с острова Кауаи сталкивались с проблемами, они не пытались их игнорировать, а, напротив, активно старались справиться с ними, в чем им зачастую помогала некая гибкость. Эти дети «брали на себя ответственность за ту ситуацию, в которой они оказались, и старались найти из нее выход, – объясняет Вустманн Зайлер. Они никогда не рассчитывали на то, что кто-то возьмет на себя решение их проблем или же просто придет на помощь».
Связь между характером и внешними обстоятельствами
Согласно исследованиям, чувство принадлежности к некоему кругу, вера в смысл своего существования и важность собственных действий и определенная степень религиозности помогают людям лучше справляться с возникающими в их жизни проблемами. Очень часто те, кому довелось пережить кризис, рассказывают, насколько им в этом помогли духовные практики и глубокая убежденность в том, что в конечном итоге у них все будет хорошо.
Подобный позитивный взгляд на мир свойственен многим людям, отличающимся высокой степенью психологической устойчивости. И на острове Кауаи, и в Билефельде люди попросту верили в то, что их борьба с жизненными обстоятельствами в итоге окончится успешно. Они верили в самих себя и в то, что в итоге они смогут взять под контроль любую ситуацию, в какой бы им ни довелось очутиться. «Вот почему они воспринимали проблемы скорее не как бремя, а как некий вызов», – объясняет Фридрих Лезель.
Отдельно стоит отметить и важность интеллекта. Для того, чтобы уметь успешно справляться с жизненными трудностями, ваши когнитивные способности должны находиться на уровне выше среднего. Ваш интеллект должен помогать вам самостоятельно разбираться со сложившейся в вашей жизни ситуацией, продумывать альтернативные пути выхода из нее и варианты их реализации. «Если вы обладаете определенным уровнем интеллекта, вам будет проще увидеть разные пути развития собственной жизни», – говорит Лезель. Когнитивные способности также помогают с меньшим трудом получить академическое или профессиональное образование, что, в свою очередь, открывает перед человеком множество возможностей устроить свою жизнь наилучшим образом.
«Есть и еще кое-что, что делает нас сильными, – говорит Фридрих Лезель, – и это наше чувство юмора». Если вы не относитесь ко всему слишком серьезно и умеете посмеяться над самим собой, то вы с меньшей вероятностью будете винить свою судьбу во всех своих злоключениях. «Конечно, юмор вряд ли поможет, если вам довелось пережить нечто столь травматическое, как, например, изнасилование». Однако если вы умеете пошутить над обыденными жизненными невзгодами и взглянуть на них с оптимизмом и радостью, как это было свойственно Эрвину, изгнанному из Померании, то и ваше психическое здоровье, вероятно, будет в полном порядке.
Зависимость психологической устойчивости от перечисленных факторов была доказана множеством исследований. Помимо гавайских детей из неблагополучных семей и подростков с социального дна Билефельда, ученые также нашли подтверждение данному тезису, изучая тех, кому довелось принимать участие в гражданских войнах; тех, кто должен был найти новую точку опоры в жизни после того, как оказался за решеткой; тех, кому приходилось жить в горячих точках, а значит – и ежедневно бороться за собственную жизнь; тех, кому приходилось жить в бедности, несмотря на повсеместное благополучие; тех, чьи родители страдали заболеваниями психики, и тех, кому пришлось столкнуться с разводом.
Ученые установили, что психологически сильным людям не свойственно роптать на судьбу – напротив, они готовы смириться как со сложившейся ситуацией, так и с теми чувствами, которые она у них вызывает.
Некоторые специалисты считают – например, Карена Лепперт, – что психологическая устойчивость является исключительно аспектом нашего характера. Однако все больше и больше экспертов приходят к выводу, что дело не только в характере, но и во внешних факторах, то есть в том, как именно нас воспитывают, наделяют ли нас ответственностью и помогают ли обрести чувство принадлежности к чему-то большему. Следовательно, отделить личность от внешних факторов бывает трудно: например, готовность ребенка помочь другому или же его увлеченность своим хобби зависит не только от его характера, но и от того, какие модели поведения свойственны людям в его окружении.
«В отличие от более ранних подходов к изучению данного вопроса, теперь мы точно знаем, что психологическая устойчивость не является сугубо чертой характера, – подчеркивает Корина Вустманн Зайлер. – Корни нашей устойчивости к внешним факторам стресса лежат как в самом человеке, так и в окружающем его мире». Она рассматривает умение справляться с жизненными трудностями как способность, которая развивается по мере нашего взросления. Подобно детям с острова Кауаи или же подросткам из Билефельда, мы полагаемся на людей вокруг нас или же на различные организации (например, на школу и церковь), чтобы построить вокруг себя некую защитную стену, которая будет служит барьером между нами и той неблагоприятной средой, в которой нам довелось оказаться. В итоге мы способны адаптироваться к стрессу, даже если вдруг оказываемся в зоне боевых действий или же вынуждены залечивать душевные раны после страшной автомобильной аварии. «Психологическая устойчивость, таким образом, помогает нам продолжать жить вопреки всему и способствует регенерации психики», – объясняет Фридрих Лезель.
И это вовсе не значит, что все перечисленные свойства характера, как и все упомянутые внешние факторы, являются чем-то обязательным для того, кто хотел бы отличаться психологической устойчивостью. «Они лишь делают борьбу с жизненными неурядицами проще», – говорит Лезель. Однако едва ли есть хоть кто-то, у кого есть абсолютно все, что мы уже успели упомянуть. И это нормально, ведь обладать всем сразу вам и не нужно.
Психологически устойчивые очень хорошо знают самих себя
Муха научилась всему довольно быстро. В той ужасной ситуации, в которой она оказалась, она мало что могла сделать. И все же она старалась изо всех сил спрятаться от ужасного жара, который с легкостью мог полностью спалить ее крылья.
Это был авантюрный эксперимент – и не только для мухи. Группа ученых из Вюрцбурга во главе с Мартином Гайзенбергом проявила невиданную ловкость, сумев связать крошечное насекомое размером в два с половиной миллиметра двумя металлическими проволоками, когда та находилась в состоянии полета. Плодовая муха продолжала парить в виртуальной реальности, в которой светодиоды имитировали естественную среду, которой, однако же, не существовало в реальности. В металлической проволоке были спрятаны сенсоры, которые фиксировали все то, что насекомое делало в этом виртуальном мире. Это было довольно простой задачей, ведь у связанной мухи едва ли был выбор – она могла лишь слегка поворачиваться либо налево, либо направо.
Однако эти две опции самой мухе представлялись очень важными. Всякий раз, как она поворачивала направо, ей становилось невыносимо жарко. Насекомое быстро осознало, что ему будет безопаснее постоянно лететь налево, а потому вскоре оно и летело только в эту сторону. Даже после того, как ученые перестали подавать тепловые импульсы, мухе потребовалось довольно много времени на то, чтобы вновь начать поворачивать и направо.
Маленькое насекомое помогло психологам провести важнейшее исследование. Для кого-то это может стать сюрпризом, но далеко не только генетики и биологи стремятся узнать побольше о существах, у которых, казалось бы, нет души, – они интересуют и психологов. Однако в действительности ученые занимаются изучением такого сложного феномена, как психологическая устойчивость, не только с помощью млекопитающих, но и с помощью низших форм живых существ.
«Даже самые крошечные из подопытных животных – например, плодовая муха с ее крошечным мозгом – могут рассказать нам, людям, что-то новое о сущности нашей души», – говорит Мартин Гайзенберг. Они также помогли ученым понять подоплеку столь сложных явлений, как летаргия или же поиск выхода из, казалось бы, безнадежной жизненной ситуации. Дело в том, что мухи тоже иногда предпочитают сдаться. Например, когда Мартин Гайзенберг вгоняет их в состояние полнейшей фрустрации. В этом случае мухи становятся вялыми и словно бы теряют всякую жизненную волю – совсем как люди, когда они вдруг начинают ощущать себя игрушкой в руках судьбы и перестают верить в то, что их собственные решения хоть как-то могут повлиять на их жизнь.
Чтобы прийти к таким выводам, Гайзенбергу потребовалось поместить мух в крошечную коробку, дно которой время от времени становилось неприятно горячим. Однако если насекомые не замирали в ужасе, а продолжали двигаться внутри коробки, то вскоре ее дно вновь становилось холодным. В то же время вторая группа мух никак не могла бороться с внезапно возникающей жарой: пол нагревался и остывал сам по себе, независимо от того, что в этот момент делали насекомые. В итоге на вторую группу мух – сломленных и удрученных – это оказывает сильное воздействие: в последующем эксперименте они даже не попытались спастись от жары. Сломленные мухи не пытались бороться даже тогда, когда пол под их лапками был настолько горячим, что непременно должен был побудить их хоть к какому-нибудь действию. Кроме того, на этот раз спастись можно было очень простым способом – мухам всего лишь было нужно переместиться на противоположную сторону коробки, где пол был приятно холодным. Но мухи об этом даже не догадываются – и на этот раз они даже не рассчитывают на нечто подобное. Очевидно, они воспринимают сложившуюся ситуацию как безвыходную и едва ли могут найти хоть какую-то мотивацию на то, чтобы попытаться улучшить свое положение.
Складывается впечатление, что насекомые ведут себя как побитые собаки. Собственно, так оно и есть: основой эксперимента Гайзенберга стало исследование, проведенное в 1960-х годах. Его провели психологи Мартин Селигман и Стивен Майер, которые вместо нагревающегося пола и мух использовали собак и удары электрошоком. Как и в эксперименте Гайзенберга, те животные, которые не могли оказать никакого воздействия на свою судьбу, даже не пытались избежать ударов тока во время второго этапа исследования и просто понуро лежали в своих клетках. Именно с того момента ученые и ввели понятие «выученной беспомощности», которое сегодня считается формой депрессии, однако оно также помогает нам лучше разобраться в различных уровнях психологической устойчивости: ведь в этих экспериментах всегда появляются личности, которые никак не хотят принять факт собственной беспомощности и смело продолжают бороться.
Но может ли поведение мух быть описано как полная апатия или же даже депрессивное состояние? Этим вопросом задался и Мартин Гайзенберг. Совсем недавно он заметил, что мухи, которым довелось столкнуться с подобными безвыходными ситуациями, впоследствии двигаются немного меньше и медленнее, чем раньше. «При этом мы все еще не можем найти ответ на вопрос о том, что происходит, например, с желанием этих животных к спариванию – становится оно меньше или же нет», – говорит он. Примечательно еще и то, что эта выученная беспомощность чаще поражает самок мух, чем самцов, что характерно и для людей, страдающих депрессией: женщины сталкиваются с этим заболеванием чаще, чем мужчины.
Можно ли сравнивать выученную беспомощность у мух с депрессией у человека? Оказывается, можно, когда речь заходит о тестировании антидепрессантов, так как мух вполне можно лечить психотропными средствами. Пара микрограммов циталопрама, немного 5-HTP или даже прозака, который в Соединенных Штатах долгое время использовали в качестве средства, помогающего справиться с любой жизненной неурядицей, – и вот депрессивное состояние проходит, и эти мухи начинают спасаться от жары столь же успешно, как и их несломленные сородичи.
Как и мухи, люди учатся с помощью побед или поражений. Тем не менее для существ с подобной стратегией обучения природа должна была предусмотреть некую систему защиты, которая бы гарантировала, что они смогут сдаться, когда это действительно будет необходимо. «Когда человек всего в жизни достигает методом проб и ошибок, то ему однозначно необходим некий стоп-кран, который заставит его остановиться тогда, когда пытаться еще раз будет абсолютно бессмысленно», – говорит Гайзенберг. Этот стоп-кран, конечно, призван спасать людей, однако он также таит в себе определенные риски: «Возможно, – говорит Гайзенберг, – именно он и является причиной возникновения депрессии».
Тем не менее этот стоп-кран не работает одинаковым образом для разных людей. Кому-то свойственно сдаваться довольно рано – например, когда что-то идет не так, как они задумали; другие же обладают достаточной верой в свои силы, мужеством и устойчивостью к разочарованиям, чтобы вновь и вновь пытаться – пока они в итоге не добьются успеха или же не будут вынуждены признать поражение. Умными при этом окружающие считают как тех, так и других – в зависимости от того, к каким именно результатам их привела выбранная стратегия поведения.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?