Читать книгу "Владыка воронов"

– Вы с ума сошли! Уйдите домой! – проревел, заглядывая ей в душу обсидиановыми глазами.

– Это ты свихнулся, оставь её толпе, пусть судят. Она заслуживает смерти! – шипела вдова, не обращая внимания на раны, от его острых, будто ножи, когтей.

– Нет! Она была вся в синяках и крови, когда прилетела к нам. Что вы с ней сделали?

– Не было ничего на ней. Всё ясно, ты, наверное, сам уже окунал свой член в неё, поэтому и решил спасти, – заголосила, пытаясь привлечь как можно больше внимания, одновременно борясь с ним, но тщетно. Грег самый сильный боевой орёл после генерала, внезапно обезумев от её поганых слов, наклонил смертоносный клюв и разорвал горло, на этот раз кровь уже хлынула так, что густо залила землю вокруг головы вдовы. Он, будучи в слепой ярости, разорвал вдову пополам и опять, издал клич другого голосового формата, призывающего его воинов, лететь домой. Они, убив всех, кто хотел казни молодой госпожи, взлетели. Грег перехватил её когтями, пытаясь не повредить и, расправив крылья, полетел впереди своих орлов в монастырь, высоко возвышающийся над всем государством, расположенном в долине. Влетел внутрь, обогнув входную каменную арку молочного цвета с древними иероглифами, и гигантские колонны, на первый взгляд кажущимися уходящими в небо, и встал перед самим входом в таинственный храм, поражающий каменными, огромными, боевыми орлами, стоящими с двух сторон. Аккуратно положил на землю девушку и обратился в человеческий вид. Она сжалась, подтянув ноги к груди, и будучи голой, покраснела.

Он снял с себя некогда бывшую белоснежной рубашку заляпанную кровью вдовы и протянул.

– Наденьте и войдите в храм, а я пока отдам распоряжения воинам подготовить вам покои, достойные вашего положения.

Сакура взяла дрожащими пальцами, кивнула с благодарностью и быстро нацепила широченную рубашку.

– Какое у меня теперь положение, шлюха ворона? – голос дрогнул.

Грег подсел рядом и протянул руку, в подсознательном желании погладить по голове, но сразу сообразил, что этого делать не стоит и убрал.

– Госпожа Сакура, вы в моём сознании всегда останетесь госпожой, которой все мы присягнём в верности. Но… когда вы родите воронёнка и его казнят. Вы же знаете законы.

Она опять кивнула и встала.

– А мои вещи?

– Вам всё принесут. Я отправлю воинов за ними в замок. Помолитесь и отдыхайте.

Девушка вошла в величественный храм по белому мраморному полу, дошла до алтаря, и упала на колени перед огромным золотым орлом, олицетворяющим местного бога, покровительствующим орлам.

– О, великий орёл, помоги понять, что мне делать дальше, избавь от бремени от врага, – она ненавидела этого ребёнка также как и самого ворона, и всей душой надеялась, что божество, которому они все поклонялись, поможет.

– Госпожа, – неожиданно до её плеча кто-то дотронулся. Она повернула голову. Перед ней стоял один из воинов уже без доспехов, в белой рубахе и чёрных штанах. – Ваши покои готовы. Пройдёмте.

Она встала и пошла за ним. Они прошли по дорожкам, на которых выложены каменные круги. Вся территория утопала в пышной яркой растительности. Цветы благоухали, летали пёстрые бабочки. Деревья причудливо извивались могучими стволами и кое-где нависали как живые навесы от палящего южного солнца. Сакура обратила внимание на протекающую горную речушку с прозрачной водой посередине п-образного здания за храмом. В нём находились кельи для всех воинов. Её же отвели на второй этаж в самом центре, в комнату с широким балконом с золотой лепниной по типу дворцовой.

Внутри всё богато уставлено, угловая постель напоминала нежный цветок, мебель бело-золотая, на полу лежал невероятно мягкий ковёр с длинным ворсом. Ноги, будто утопали в хлопковом блаженстве, ворса приятно щекотала.

– Как уютно! Даже и не ожидала, что в вашем монастыре есть такие комнаты, – девушка почти подпрыгнула, но усилием воли сдержалась от хлопка в ладоши, чтобы не показаться воину ребёнком.

– Такая – единственная, главнокомандующий её специально готовил для вас.

– Почему? – она от изумления захлопала ресницами. – Откуда он знал, что я могу здесь появиться?

– Не могу дать вам ответы на ваши вопросы. Располагайтесь, Грег приказал вас хорошо накормить.

Воин ушёл. Сакура устало присела в мягкое кресло светло-бежевого цвета. Вскоре ей принесли еду на бронзовом подносе. В нежно-жёлтого цвета супнице оказался вкусный суп из горной птицы, на второе – зажаренный каплун в зелёном горшке и луке, на третье – сочные фрукты и нежный ягодный морс. Девушка почувствовала острый голод от ароматных запахов мяса, смешанного с ягодами и быстро всё начисто съела. После попросила у пришедшего воина за пустой посудой горячей воды, чтобы вымыться. Примерно час она посвятила полному расслаблению в каменной ванне по типу мини – бассейна за деревянной ширмой в виде крупных бусин в противоположном углу от кровати. Вышла в мягком полотенце, заметила шикарное длинное алое платье из переливающейся в лучах солнца ткани с корсетом в мелких драгоценных камнях и стоящие рядом аккуратные тапочки. Оделась и вышла на балкон со светлым мраморным ограждением. Глаза не могли привыкнуть к такой дикой красоте: вершины гор в сиренево-розовом тумане будто скрывали этот монастырь.

– Вы хорошо отдохнули? – бархатный голос главнокомандующего неожиданно её вывел из блаженства. Он находился в воздухе чуть выше балкона и медленно помахивал крыльями. Ей показалось, что её обмахивают опахалом, волосы слегка задвигались.

– Спасибо, Грег. Ты готовил для меня эту комнату? Зачем?

– Госпожа, здесь нет никакого хитрого умысла. Я же давно знал, что генерал сделал вас своей наследницей и понимал, что вы когда-нибудь будете у нас гостить.

– Ясно, а платье? Я думала, что кроме твоей рубашки у меня ничего здесь нет.

– Немного есть. Генерал отправил к нам сундук с одеждой для вас ещё задолго до того злополучного дня. Остальные вещи вам принесут на днях.

– Благодарю за все, и… я молилась, что великий орёл разрешил меня от бремени до рождения.

Грег слегка склонил голову и улетел, создавая такой силы порыв ветра, что волосы девушки резко развились во всех стороны.

Она улыбнулась и вошла в комнату. Вскоре легла спать, так как чувствовала себя неважно, низ тянуло, и было муторно.

На следующий день начались схватки, подошёл срок разрешаться от ненавистного бремени, так как в их виде носили семя в себе до выкладки яйца пять суток. Она закричала и в комнату к ней вбежали два молодых воина.

– Началось, – вскрикнула. Один из воинов полетел за Грегом. Женщин в монастыре не было, и только он имел право помогать ей.

Сакура заметалась по постели.

Грег влетел, когда она снова закричала.

– Вон! – крикнул стоящему в комнате и переминающемуся с ноги на ногу юному воину, а сам подсел к ней на постель.

– Всё будет хорошо, госпожа, вы отложите яйцо, и мы его казним, – говорил тихим голосом, поглаживая её по голове.

Роланд всё ещё пребывал в горах в своей пещере, тренировался на износ. Гонял себя, не щадя, что еле доползал до воды в пещере.

Этим утром он снова усиленно тренировался, обливаясь потом, несмотря на холод.

Вугор летел к нему, боясь опоздать, и как только увидел его у пещеры, упал под ноги прямо с налёта.

– Ты что с ума сошёл? – брови Роланда сошлись на переносице.

– Владыка, мои шпионы донесли, что Сакуру спас от казни главнокомандующий орлов, а сегодня она снесёт ваше яйцо и его казнят, как только он вылупится. Что вы решаете? Вы готовы отдать в когти орлов ваше дитя? – протараторил, запыхавшись. Его глаза выражали искреннее беспокойство.

Роланд остановился, выставив руки в бока. На оголённый торс сыпал мелкий снежок и сразу таял от жара исходящего от его тела.

– Не готов. Я здесь совершенно потерял счёт времени. Собери войско, летим.

– Уже собрал, все только ждут твоего приказа.

Он заскочил в пещеру, схватил рубашку и плащ, накинул и вылетел за Вугором. Влетел на территорию замка и завис над каменной оградой с раскрытыми крыльями.

– Вороны, я знаю, что вы ещё не восстановились и прошу у вас невозможного, но не могу допустить, чтобы моего воронёнка казнили. Вы готовы лететь со мной в государство орлов, чтобы забрать мою невесту?

Несколько сотен воронов склонили головы в знак согласия.

– Тогда дайте мой меч и летим! Нам предстоит долгий путь, – скомандовал владыка, и могучая чёрная стая взлетела.

– А – а – а…

– Всё, госпожа, вы отложили яйцо. Всё хорошо, кровотечения нет. Отдыхайте. Ваше решение: вы хотите высидеть его или казнить ещё в яйце?

Сакуры внезапно стало так дурно только от мысли, что яйцо сейчас могут пробить мечом, что она встала на локти, распахнув глаза.

– Не сейчас, я его высижу, – ответила слабым голосом и откинулась обратно на мягкие подушки.

– Ваше решение закон для нас, – он положил яйцо в деревянную качающуюся люльку, стоящую рядом.

– Я распоряжусь, чтобы для вас соорудили гнездо чуть выше в одной из пещер над монастырем, и вы спокойно там будете его высиживать.

Сакура закрыла глаза, пытаясь слушать, что он говорит, но голос Грега уже раздавался, будто издалека, и провалилась в спасительный сон.

«Яйцо трескается, тук, тук, показывается часть клювика. Тук – тук, и вдруг отпадает верхняя часть, и из него внезапно выскакивает владыка воронов с искажённым ненавистью лицом».

– Нет! – вскрикивает она, и садиться на постели. Оглянулась, в комнате никого нет. За окном стояла звёздная ночь. Яйцо спокойно лежало в люльке. Встала, подошла и погладила гладкую белоснежную скорлупу.

«Я не хочу твоей смерти. Какая же я глупая. Это выродок ворона. Ублюдок. Его надо казнить». По щеке скатилась слеза, потом ещё и ещё, и девушка упала на колени у люльки.

– Нет! Я не могу. Это моё дитя. Мой орлёнок, – она закрыла лицо ладонями и разрыдалась.

– Госпожа, это не ваш орлёнок, а поганый ворон. Опомнитесь, если вы откажитесь от его казни, по закону вас сожгут – обоих. Я не могу допустить вашей гибели, но и бунта среди своего войска тоже.

Она посмотрела на Грега сквозь пелену слёз.

– Да, я знаю, но может, туда мне и дорога?

– Не надо так. Вы будущая наследница всего, что есть в нашем государстве.

– Я осквернена вороном. Пойми же, он побывал даже у меня во рту! – она кричала, слёзы заливали лицо.

Грег присел рядом и прижал её бьющуюся в истерике к стальной груди. По сравнению с ним она казалось воробушком.

– Всё это уже неважно. Вы спасены. Вы дома. Вас никто больше не тронет. Вы станете нашей королевой и поднимите государство ещё сильнее. Ваша судьба теперь в этом.

Сакура подняла заплаканное лицо и глаза ещё сильнее потемнели, когда до неё дошёл смысл его слов.

– А любовь? У меня, что никогда больше не будет мужчины и детей?

– Увы… нет. Вас никто не возьмёт после ворона. Как женщина вы умрёте вместе с этим ублюдком. Дальше ваш путь ценен, как нашей королевы, полководца.

Сакура позеленела.

– А кто будет наследовать управление государством после моей смерти?

– Моё будущее дитя и ради этого я готов жениться сразу на юной орлице, как только мы присягнём вам, чтобы ни в каком случае наше государство не осталось без наследника.

– Что? Я ненавижу вас, всех, ваши законы, тебя, убирайся!

Грег с каменным выражением лица вышел, казалось, ничто его не могло тронуть. Сакура такого кощунства не ожидала, да, её насиловал ворон, но она, как и любая женщина хотела любви, ласки, нежности и когда пришло полное осознание слов Грега, горько разрыдалась. Плечи сотрясались, а руки мяли нежную ткань подушек. Нарыдавшись до икоты, встала, пошатываясь от полного опустошения, и опустилась на колени у люльки с яйцом, бережно взяла на руки, воркуя какую-то милую чушь, отнесла на постель, легла рядом и обняла, как самое дорогое существо на свете.

– Прости мой маленький, для меня уже неважно орлёнок ты или воронёнок, я люблю тебя и буду спасать даже ценой собственной жизни.

Прошло время, яйцо начало трескаться. Она ждала с замиранием сердца. Глаза приковались к мелким трещинкам.

Удар изнутри, кусок откололся, ещё удар и показалась маленькая головка птенца с чёрным оперением.

– Ты похож на него, на ворона, но я всё равно люблю тебя, – погладила его пальцем по мягкой головке.

– Кар, – малыш открыл клюв и попросил еды.

«Так вспоминай, что ты изучала про наших новорожденных. Я должна в первый раз покормить его в человеческой ипостаси и тогда он будет также легко обращаться как все мы», – она взяла воронёнка на руки и приложила к груди, придавливая её, чтобы капнуло молоко в открытый клюв воронёнка. Он сглотнул и в одно мгновение обратился в ипостась человеческого малыша и такого прекрасного, что у неё перехватило дыхание.

– Какой ты красивый! Любимый мой.

Дверь распахнулась, и тяжёлой поступью вошёл Грег. Его лицо побагровело, когда увидел, что она кормит ребёнка.

– Госпожа! Что вы делаете? Это запрещено нашими законами! Вы же даёте ему силу. Его надо казнить. Сегодня же. Собирайтесь. Я иду объявить, что ублюдок вылупился. На площади разожгут костёр.

– Нет!

– Вы не смеете противоречить закону, – его глаза потемнели как небо перед бурей, а дужка стала похожа на молнию. Он подошёл и вырвал дитя, держа его за горло. Малыш начал кричать и каркать, кряхтя от удушения в тяжёлой руке. – Ублюдок ворона.

– Не надо! Не трогай моего ребёнка, – она подскочила и кинулась вырывать дитя, но тщетно. Грег отвернулся. Сакура в рыданиях сползла по его ноге, крепко обнимая.

– Оставь его в живых. Можешь отдать воронам, только не убивай.

– Это невозможно, – его низкий голос больно резал по сердцу.

– Я сделаю все, что ты захочешь. Ты же мужчина и давно нуждаешься в женщине. Умоляю, об этом никто и никогда не узнает, только не убивай моё дитя, – она начала снимать с него штаны из тонкой замши. Грег швырнул ребёнка на постель и в изумлении замер.

– Вы готовы так унизить свою королевскую душу? Ради чего?

– Ради моего дитя, – орлица, не обращая внимания на жалобное карканье воронёнка, достала его член и начала поглаживать.

Он, негодуя, хотел её оторвать, но не смог. В данной совершенно нестандартной для него ситуации, не хватило силы воли. Сакура не дала ему этого сделать, усиленно лаская как могла. Её нежные руки мягко сжимали его яйца. Возбуждению сурового воина не было предела. Он опустил затуманенный страстью взгляд на неё.

– Вы с ума сошли… – еле выдавил из себя.

Она продолжила ласки, а через некоторое время орёл оргазмировал прямо ей в руки.

– Оставь его в живых.

– Но что я скажу всем? – его взгляд, помимо воли, потеплел.

Малыш уже не кричал и не каркал, он, будто понимал, на что идёт его прекрасная и сильная мать ради него.

Сакура встала и разделась.

– Можешь взять меня как захочешь.

– Не надо… – Грег подсознательно отступил назад, пребывая в полном шоке, не только от поведения госпожи, но и от самого себя, что не смог остановить её. Не хватило никакой силы, почувствовав эти нежные руки. Ему давно уже хотелось заиметь женщину, но… только не её, не госпожу, осквернённую поганым вороном. Он наспех заправился и выскочил, как ужаленный, за дверь. Встал у стены и закрыл глаза, вспоминая это первое семяизвержение ей в руки. В маленькие нежные ладони с тонкими длинными пальцами. Пальцами, сводящими его с ума. «Великий орёл, какое это блаженство! Но только не она, только не с ней. Надо убить ублюдка, но как? Как сказать ей об этом после того что она сделала? Я – генерал боевых орлов и должен быть беспристрастен. Закон не на её стороне», – он шагнул обратно по направлению к двери, открыв, кинул взгляд на неё. Она сидела всё ещё голая на постели и обнимала малыша, воркуя над ним, и почувствовав его взгляд, обернулась.

– Не надо… – прошептала, по лицу скатились слёзы.

Грег дёрнулся, как от ожога, переведя взгляд на её пухлые губы, в голове, как назло встал нереальный образ, она ещё прикасается к нему губами, и в штанах сразу почувствовал влагу.

– Я объявлю сейчас всем, что вам повезло, и выродок не вылупился, так и протух в яйце.

– Спасибо.

Он вышел. Перевёл дыхание, поправил штаны и пошёл во двор.

– Собери всех на площади. Я сделаю объявление, – отдал приказ подручному всё ещё севшим голосом от возбуждающего изумления.

– Что случилось, Грег?

– Ублюдок не вылупился, яйцо протухло.

– Слава великому орлу!

– Слава.

Спустя час Грег объявил о гибели ребёнка от поганого ворона и о том, чтобы все орлы готовились к присяге королеве.

А в это время владыка воронов со своей стаей пересёк границу орлов. К ним подлетели орлы, охраняющие территорию.

– Доложите о нашем прилёте главнокомандующему, – прогремел владыка воронов.

Один из орлов тут же полетел на вершину в боевой монастырь к Грегу.

Его встретили охрана монастыря неподалёку на подлёте.

– Что тебе нужно?

Тот, запыхался. Несмотря на то, что тоже орёл, но на такую высоту обычным орлам тоже было тяжело взлетать.

– Мне нужен главнокомандующий. Это срочно.

– Он не вылетает для разговоров с обычными орлами. Говори, что нужно и мы передадим.

Тот понял, что надо говорить охране, протараторил, что на границе вороны.

Охрана кивнула.

– Лети обратно на свой пост, мы всё передадим. Будь спокоен.

Орёл улетел, а охранники полетели к нему, и нашли его во дворе за монастырём, тренирующимся с мечом.

– Главнокомандующий, простите, за беспокойство, но на границе висят в воздухе вороны. Они требуют вас.

– Что? Как им хватило наглости прилететь сюда? – он сразу расправил могучие крылья и полетел на границу. Ещё издалека заметил, что воронов немало – несколько сотен и приготовился к бою.

– Как смели вы прилететь в наше государство? – Грег еле сдерживался, чтобы сразу не кинуться, рвать их на части.

Вперёд вылетел владыка воронов, его длинные глубоко-смоляные волосы развевались на ветру, огромные крылья украшали статную фигуру.

– Мы никого не тронем, если мне вернут мою женщину и ребёнка, – пробуравил орла тяжёлым взглядом.

– Поганый ворон, убирайся отсюда! Ты опоздал. Твой выродок не родился, протух в яйце, туда ему и дорога. А госпожа сегодня станет нашей королевой, и все боевые орлы присягнут ей в верности.

– Врёшь, собака, мой ребёнок не мог протухнуть, такого никогда не было в нашем роду.

– Этот протух. Пошёл вон! Иначе от вас останутся только перья.

– Не заговаривайся – орёл, ещё посмотрим, от кого полетят перья, – голос ворона обрёл такую жёсткость, что в воздухе почувствовалось уплотнение боевой обстановки.

– Вы на нашей территории и мы здесь сильнее, – проревел орёл, и по горам пролетело эхо, срывая крупные ледяные глыбы вниз.

– Вороны никогда и нигде не уступят орлам, и ты прекрасно это знаешь. Отдай мою семью.

– Семью? Ты держал её у себя в плену как шлюху.

– Я собирался жениться на ней. Не веришь, спроси у неё.

– Убирайтесь! – Грег повернул назад, а перед воронами внезапно выросло войско орлов, будто материализовавшееся из воздуха.

Роланд не собирался отступать и первым кинулся в бой. Они бились на мечах. Жертвы быстро появились с обеих сторон. Многие орлы применяли когти и клювы, вороны также отбивались, вырывая куски мяса вместе с перьями у противников. Боевые орлы были значительно сильнее воронов, и они сильно начали сдавать.

Сакура, качая малыша, слышала их грозные голоса эхом доносящиеся сюда. Она в тревоге выглянула в окно и увидела воронов.

«Он прилетел за мной. Зачем? Потому что я его рабыня? Или за нашим дитя? Нет, ворон не знает, что он жив, значит, не за ним. Но тогда зачем? Это глупо прилететь в наше государство, где наших сильнейших воинов намного больше чем воронов. Это самоубийство».

Она слышала их боевые кличи, видела, как мёртвые тела воронов падают вниз. И вдруг взгляд уловил, то, от чего у неё защемило сердце, Грег замахнулся на уже сильно раненого владыку. Что-то в её душе болезненно дрогнуло. «У меня никогда больше не будет любви. Здесь я умерла как женщина. Наше дитя будет жить вдали от нас, а выживет ли неизвестно. Я не хочу его смерти! Не хочу ничьей смерти, не владыки воронов, не моего сына!» – она, не понимая, что делает, обратилась в орлицу, схватила дитя, закинула на шею в мягкое оперение и вылетела в окно.

Роланд и Грег всё ещё бились, но ворон уже истекал кровью. Силы были на исходе. Сакура стремглав влетела в самую гущу, сбивая всех попавших под крылья, и остановилась между ними. Грег опешил, на миг, отлетев назад.

– Госпожа!

– Оставь его! Прекратите бой! – заорала она так, что все невольно замерли.

– Уйдите в монастырь, ваша судьба вести нас против любого врага, а поганые вороны первые наши враги!

– Нет! Я приняла решение. Я ухожу с ним, как его женщина и мать наследника!

– Что? – Грег метнулся, чтобы схватить её, но вороны мгновенно собравшись в стаю, отгородили орлицу и владыку от главнокомандующего орлов.

– Госпожа, придите в себя, это безумие. Вы будете шлюхой ворона!

– Я хочу любви! Я хочу быть женщиной, а не марионеткой в твоих руках! Прощайте, и моя воля такова: Орлы! Присягните на верность вашему главнокомандующему, оставляю всё государство на него.

Орлы почтительно склонили головы. Грег негодовал. Вороны улетали. Капая кровью вниз. И только ветер орлиного государства безжалостно разносил их капли крови на мелкие молекулы. Роланда подхватили под крылья и уносили в облака подальше от границы орлов. Сакура подлетела к нему в надежде, что он будет рад её видеть.

– Роланд…

Он усилием воли разлепил глаза, уставившись на неё.

– Я хочу, чтобы наш сын рос со своим отцом.

– Дура, зачем ты мне теперь без своего приданного, – процедил, обманув, так как гордость не позволила ответить, что он безумно рад её видеть.

Она удручённо наклонила голову и, чуть отлетев, полетела рядом со стаей.