Читать книгу "Владыка воронов"

– Спасибо за сына, любимая, Миланушка.

Она открыла глаза и слегка улыбнулась.

Повитуха, которая уже должна была давним-давно улететь в деревню, всё ещё находилась здесь.

Вугор обратил внимание, как она суетливо перебирала на столе какие-то склянки. Милана погладила его по рукам.

Он улыбнулся, жена закашлялась. Ворон взволнованно вгляделся в измождённое лицо любимое, бледное, как снег с ужасными синяками.

– Миланушка…

Вороница, пытаясь улыбнуться, закашлялась сильнее, и из уголка рта потекла струйка крови. Он от неожиданности вскочил.

– Что это?

– Не кричи, любимый, я так ждала тебя, хотела попрощаться с тобой. Вырасти нашего сына могучим вороном, – прохрипела и потеряла сознание. Вугор схватил её за худенькие плечи.

– Милана! Милана. Что с тобой? – его полыхающий взгляд перешёл на повитуху с застрявшим вопросом. Та молча подошла и открыла плед, показывая ему. Ворон ужаснулся, увидев всё под женой залитое кровью.

– Почему?

– Она умирает, яйцо шло неправильно и порвало ей всё внутри. Господин, увы, такова воля бога орлов.

– Как ты принимала роды? Я убью тебя, – вскочил и приставил меч к её шее. Повитуха вытаращила глаза.

– Это не я принимала вашего сына, – пролепетала.

– А кто? – проревел, глаза налились кровью.

– Владыка.

– Что? – убрал меч, и рука дрогнула, он с грохотом упал на пол.

– Владыка спас вашего сына, у госпожи началось кровотечение и преждевременные роды.

Вугор присел обратно к жене, взял её ледяные руки и разрыдался. Повитуха, тихо пятясь, вышла, зная, что никому нельзя видеть, как могучий воин проявляет слабость. Она прошла длинный коридор, спустилась вниз во двор и полетела в деревню. Спустя час ворон сжигал жену на смертном одре, сложенном из священных деревьев их леса.

– Прости, любимая, что не уберёг. Я выращу нашего сына сильным воином.

– Главнокомандующий, – до его плеча неожиданно дотронулся один из воинов. – Ваша утрата тяжела, простите, что нарушаю ваш траур, но владыка отдал приказ, чтобы вы зачали ещё дитя с пленницей до его возращения из пещеры – одиночества.

Вугор перевёл на него тяжёлый взгляд.

– Где она?

– В покоях рядом с вашими.

Он оттолкнул воина и широким шагом направился туда. Вошёл, раскрыв двери с такой силой, что орлица подлетела к потолку.

– Обратись! – прорычал.

Та сразу опустилась на пол и обратилась в человека, опасливо озираясь по сторонам. Рыжие волосы распущены и спутаны, глаза цвета нефрита со страхом уставились на такого же огромного воина, как и владыка воронов. Он, не снимая доспехов, подошёл, толкнул к кровати, разорвал платье и загнул спиной. Орлица замерла, а спустя миг, почувствовала, как девственность безжалостно рвётся. Вугор яростно изнасиловал её во все стороны, а после вонзил меч в сердце.

– У меня никогда не будет больше детей. Я хочу растить только одного ребёнка – моего сына от любимой жены, – он прибил мечом тело несчастной к полу, и вышел, сразу направившись в горы к владыке.

Подлетев, вырвал ель с корнями на заснеженном плато и швырнул в пещеру.

– Роланд! – этот рёв похожий на медвежий, сорвал ледяные глыбы с горы, и они посыпались вниз, сметая всё на своём пути, включая и самого Вугора, закружив, как в мясорубке. Он бы не справился с разбушевавшейся снеговой бурей, если б владыка не подоспел вовремя и не вытянул его из снежной кучи, как котёнка за шкирку. Отряхнул, несмотря на такой же вес, как и свой и вытащил к входу в пещеру.

– Вугор, какого хрена ты так здесь орёшь? Ты что не знаешь, что в горах это опасно? То из сугроба я тебя вытаскиваю, то из снежной мясорубки. – рёв владыки стал подобным грому, внутри послышалось падение мелких камней.

– Ты убил мою жену. Убей меня.

– Дурак, – он ударил его кулаком в челюсть и вывихнул. – Я спас твоего сына, иначе не её, не его у тебя бы не осталось. Она хрупкая вороница, и не смогла перенести роды такого крупного яйца, оно ещё и шло неправильно. Ты хотел, чтобы они оба умерли? Твой сын бы протух в яйце в её утробе. Впредь выбирай себе крупных баб с широкими бёдрами, – орал, сотрясаясь от гнева. Вугор сидел на снегу и пытался вправить челюсть.

– Давай, помогу, – владыка подсел рядом и помог. Челюсть встала на место. Вугор несколько минут молча смотрел в одну точку.

– Я отправил её нежную душу в царство мёртвых воронов, – внезапно прошептал.

Роланд впервые в жизни, обнял его и прислонил к груди как дитя.

– Прости, но мы не властны над нашей судьбой, твой сын лежит в люльке этажом ниже от ваших покоев и за ним наблюдает кормилица из деревни. Она выкормит его, а ты займёшься воспитанием. Как ты хочешь его назвать?

– Мил, в честь неё.

– Но это же нежное имя для воина!

– Пусть так, он станет могучим воином с нежным именем.

Владыка помог ему встать, и они пошли внутрь, налил ему горячий ягодный напиток в деревянную кружку и протянул.

– У вас и такое здесь есть, – Вугор вдохнул аромат, исходящий от розовой жидкости.

– Есть, завариваю травы и ягоды, взял у нашего мудреца, а костёр разжигаю в следующем отсеке пещеры. Лучше расскажи, как тебе новая рабыня?

– Никак, – буркнул. – Убил я её.

– Убил? Ослушался моего приказа? Я же дал тебе орлицу для будущего потомства.

– Не хочу больше никакого потомства. Буду воспитывать сына от… Миланушки. Простите, не могу.

Роланд не стал возмущаться, присел и задумался: «А если Сакура умрёт? Нет, она сильная, живёт, как у бога орлов за пазухой, чего ей умирать» – отогнал эти мысли и похлопал Вугора по плечу.

– Ладно, прощаю, понимаю твоё горе. Надо время…

– И долгое…

– Если ты так сильно её любил, то да.

– Сильно, впервые любил по-настоящему.

Глава 5. Встреча

Роланд, как обычно тренировался по расчищенному снегу, на этот раз вместе с Вугором. Идеально отполированные мечи бились друг об друга, высекая искры.

– Владыка! – неожиданно послышался взволнованный голос ворона из охраны на границе.

– Что могло произойти такого из ряда вон выходящего, что ты посмел нарушить мой покой пещере – одиночества? – брови ворона нахмурились, и он с раздражением врезал меч в ближайший сугроб. Вугор тоже напрягся и опустил меч.

– Владыка, эта ситуация действительно требует неотлагательного вашего присутствия.

– Да что там такое?

– На границе находится главнокомандующий орлов и он один.

Владыка опешил.

– Эта сволочь посмел заявиться ко мне после того, что сделал? – его рёв нарушил равновесие заснеженной горы и снег осыпался огромной лавиной вниз.

– Роланд, вы повторяете ту же ошибку, что и я тогда, скоро начнётся снежная горная буря.

Но владыка его уже не слышал, взметнувшись вверх, и полетел к границе. Вугор сплюнул и взлетел за ним за ним.

– Владыка!

– Я убью его! – проорал владыка, летя с выставленным мечом. Грег заметил, надвигающийся смерч в виде грозного ворона, и вовремя осознав, что разговора не получится, достал свой меч. Они сбились вместе, как два разъярённых быка, ворон атаковал без остановки. Орёл только успевал выставлять щит с символом их государства боевым орлом с расправленными могучими крыльями. Однако вскоре Роланд понял, что тот не атакует, хотя намного сильнее его, а только защищается.

– Дерись, орлиная тварь!

– Я прилетел один, неужели ты не понимаешь, что не просто так! – также проорал Грег.

– Насрать, я убью тебя и заставлю варок сожрать твой член!

– Сакура умирает, – выкрикнул орёл в тот момент, когда ворон раскроил его щит на две части.

Роланд замер, глаза – готовы убить, рука с силой сжимает рукоятку меча, но она не опустилась снова на врага, а зависла в воздухе.

– Повтори, что ты сказал, мерзкий орёл.

– Сакура умирает.

– Почему? Почему ты её не уберёг? Она же улетела к тебе.

– Не ко мне, это ты её выгнал. Ты не простил. Она никогда бы не улетела от тебя. Она умирает без твоего прощения, без твоей любви.

– А твой член ей уже не интересен?

– Перестань. Госпожа неприкосновенная для меня как женщина. Я пошёл на этот шаг только ради нашего государства. Она любит тебя так, что угасает. Лети со мной. Я боюсь, что ты не успеешь.

– Почему? Ты любишь её? – ворон продолжал орать, все вокруг замерли как изваяние, боясь даже шелохнуться.

– Нет, повторяю ещё раз, госпожа для меня это всего лишь мать наследника, сосуд, в который я вложил жизнь, чтобы государство перешло к наследнику по крови.

Роланд побагровел.

– Я тебе не верю, ты посмел тронуть мою женщину и хочешь её. Вороны, атакуйте его! – прогремел так, что сотня воронов, находящихся на границе сразу ринулись исполнять приказ владыки.

Орёл напрягся и приготовился к неравному бою, который мог бы стать для него последним. Какой бы невероятной силой и боевыми навыками он не обладал, но справиться с сотней неплохо обученных воинов тоже не мог. Мечи, как обычно, высекали множество искр, металлический звон стоял у всех в ушах. Погибло пять воронов, падая камнем вниз, рассыпая вокруг тысячи чёрных перьев. Роланд исподлобья наблюдал, как орёл заливается собственной кровью и когда Вугор занёс меч для последнего удара, подлетел и перехватил его руку.

– Нет, этой собаке не достанется такая лёгкая смерть, в подземелье его к варкам. Вороны содрогнулись от этого приказа, а главнокомандующий подлетел к владыке и шепнул на ухо:

– Роланд, может, не стоит забирать у него душу, всё-таки это самый сильный и уважаемый воин среди орлов.

– Мои приказы не обсуждаются, – рявкнул и отвернулся, волосы взметнулись от порыва ветра.

Вороны скрутили сильно раненого орла и потащили в полёте в замок. Опустились у входа в подземелье, открыли металлическую дверь и поволокли в темницу, где находилась клетка с варками, швырнув, как мешок, на пол. Грег упал лицом в солому: доспехи сильно искорёжены, с раненых мест, где они не закрывали тела – шеи и рук сочилась кровь, солома сразу окрасилась. Варки заскулили, высовывая носы сквозь прутья клетки. Орёл повернулся, услышав их и замер: милые пушистые зверьки, похожие на крошечных волчат пытались даже грызть металл, но перегрызть прутья не могли и от этого ещё больше злились, скуление смешалось с рёвом.

– Что уже обоссался от страха? Эти твари сожрут твой член, а яйцами закусят, который ты впихивал в мою женщину.

Грег отвернулся, с виска также потекла струйка крови.

Роланд наклонился и открыл клетку. Варки кинулись к раненому пленнику, сразу набрасываясь на руки и вгрызаясь в плоть. Орёл стиснул зубы, но не проронил ни звука. Ворону этого было мало, подошёл, похрустывая под ногами соломой, присел на корточки и разрезал мечом брюки орла, приподнимая его член на кончике лезвия, кожа чуть царапнулась, выступила капелька крови, Роланд оскалился.

– Когда они переметнуться сюда, ты заорёшь.

Грег резанул взглядом полным ненависти.

– Не понимаю, как госпожа могла полюбить такого зверя. Подавись моей смертью и душой, я буду проклинать тебя и с того света, – плюнул в него и упал головой на солому, чувствуя, что хищники уже сожрали часть плоти с его рук и подбираются к шее.

Роланд внезапно начал хватать их за загривки и забрасывать в клетку, держа выход носком массивного ботинка с идеальной вышивкой ворона по бокам. Оторвав последнего, укусившего уже того за шею, выругался:

– Ты прав, я – зверь, когда трогают моё, но… решил оставить тебе жизнь. Ты нужен мне, чтобы беспрепятственно влететь в монастырь и забрать её.

Орёл уже не слышал его, так как от потери крови и жуткой боли потерял сознание. Ворон посмотрел на него как на дерьмо и вышел из темницы.

– Лекаря к нему, срочно! И мудреца со всеми его склянками, немедленно. Если орёл сдохнет станете ужином для моих варков.

Вороны, находящиеся в подземелье помчались за лекарем и мудрецом, а вскоре и тот и другой уже лечили орла.

Прошло три дня и три ночи. Грег почти восстановился, эликсиры мудреца, сваренные из листьев, коры и желудей чудо дуба даже съеденное варками мясо нарастили. Орёл не разговаривал, в гордой душе поселилась пустота и только одна мысль часто посещала: «Как такая нежная и утончённая орлица могла полюбить этого зверя?»

Вошёл владыка воронов.

– Очухался? – перевёл взгляд на старых воронов. – Убирайтесь! Вугор выдаст вам сапфиры за хорошо проделанную работу и новые штаны, которые вы нашли для него, а то яйца бы простудил здесь, – ухмыльнулся. – Ты полетишь сейчас домой и без глупостей. Я и мой подручный летит со мной.

– Она могла уже умереть.

– Не могла, я чувствую это.

Орёл удивлённо приподнял бровь, нефритовые глаза сверкнули.

– Мне ни к чему твоё удивление. Это необъяснимое чувство, как волк чувствует свою самку, – его голос по-прежнему, не был дружелюбным.

– Значит, ты всё-таки любишь её, – орёл констатировал факт.

Ворон не ответил, поднял его за грудки грязной окровавленной рубахи, впялился в глаза, а через миг выпустил и вышел, орёл с гордо поднятой головой пошёл за ним.

Главнокомандующий стоял у входа в подземелье.

– Вугор, ты летишь со мной. Дарк останется в управлении войском вместо тебя, на границе усилить охрану, – расправил крылья и все втроём взлетели. Грег уже летел без доспехов, по приказу владыки, вороны их сняли ещё в подземелье и разбили на мелкие куски, после в шахте, где добывали сапфиры, переплавили в золотые браслеты для лучших воинов.

Сотня воронов на границе, как только заметили владыку и главнокомандующего почтительно склонили головы.

– Вами будет управлять в наше отсутствие Дарк, и усильте охрану, – прокаркал Вугор и полетел за владыкой в чёрном одеянии и орлом.

Они летели без остановки, как тройной ураган, не обращая внимания на погодные условия. Несколько суток прошли, как два часа, никто даже не осознавал, сколько проходило времени. На территории воронов их рвал морозный ветер, а у орлов уже сжигало палящее солнце. На рассвете третьего дня ворвались в орлиное государство и увидели золотой монастырь высоко в горах.

– Она в центре монастыря, вы не сможете пролететь охрану, если я не буду лететь первым. Вас убьют.

Роланд, нехотя замедлил полёт, и орёл вырвался вперёд. Они полетели за ним. Он скомандовал своим орлам, находящимся в охранном кольце вокруг монастыря, расступиться. И те, удивившись появлению самых зловещих воронов, на удивление не подчинившись сразу, встали дюжиной в воздушный забор.

– Главнокомандующий, вы наш учитель и наставник, мы безмерно уважаем вас, но… что вы делаете? Поганые вороны в нашем монастыре!

– Госпожа ещё жива? – голос главнокомандующего орлов выдал волнение. Вороны напряглись.

– Да, еле дышит, но ещё жива.

– Тогда мы не можем вытянуть госпожу из покоев на границу. Она очень слаба и может не пережить этот полёт. Ей нужен владыка воронов, и только он может её спасти. Я ваш главнокомандующий и беру на себя всю ответственность. Пропустите, – его голос окреп и заревел. Орлы расступились. Троица влетела в нереально высоченную каменную арку, и Грег показал владыке воронов куда лететь, а сам с Вугором спустился во двор. Роланд ворвался в её покои и, осмотревшись, увидел в углу большую кровать закрытую золотистым балдахином. Подскочил и сорвал, бросая на пол. Она лежала неподвижно, глаза закрыты, лицо бледное, некогда ярко-розовые губы голубоватого оттенка. Он удивился, как могла такая огненная девушка стать похожей на зелёную мумию.

– Это невозможно, – подсел и, взяв её руку, ужаснулся, ледяная в такую жару. – Сакура.

Но она не отвечала.

– Сакура! – заорал и схватил за плечи, тряся.

Ничего.

– Она не могла умереть. Не может быть! Сакура! Очнись. Сакура! – наклонился и внезапно засосал бледные губы, отстранился на миг и, приподняв её, прислонил к могучей груди. – Я не могу этого сказать. Я не могу проявлять такую слабость. Орлица, я люблю тебя, – он замер, слушая бешеные удары своего сердца…

– Спасибо.

Роланд даже не сразу осознал, чей это шёпот, но когда до него дошло, отодвинул её от себя, уставившись в лицо, и изумился повторно. Она медленно преображалась на глазах, кожа розовела, губы наполнялись кровью, миг, и Сакура открыла глаза, такие же, как в первый раз, когда он её увидел, тогда в долине смерти, цвета сочной травы, в которых узрел себя как в зеркале.

– Роланд, я люблю тебя. Убей меня, но только прости.

Ворон не знал что сказать, слова застряли в горле, член так не вовремя встал, как каменный, и единственное на что он был сейчас способен, это разорвать на ней платье, снять немного штаны, расставить ей ноги и резко войти. Яростные толчки должны были вызвать в ней слёзы, но она, как назло, порозовела полностью, приобретая острую огненную красоту. Он вонзался в неё, как безумный, руки сжимали бёдра, оставляя синяки, хрипы переросли в рёв и карканье.

Грег и Вугор даже во дворе услышали его и всё поняли.

– Я знал, он её спасёт, вернее его член.

– А может, не член, а любовь? – Вугор произнёс это как-то отрешённо, ковыряя когтём ствол необычного для него дерева с оранжевой корой.

– Любовь? – орёл в непонимании приподнял бровь. – Разве владыка воронов способен на любовь?

– Не был способен никогда… до неё.

Грег замолчал, размышляя над превратностями судьбы.

Роланд и Сакура уже полностью разделись и занимались любовью повторно. Она сидела на нём и трахала его сама сильно и неистово, как он когда-то и говорил. Их человеческие стоны и вороньи и орлиные гортанные звуки слышались во дворе. Орлы, находящиеся в охране монастыря осознали, что тоже хотят почувствовать такую страсть. Грег сообразил, что воронам надо поскорее забирать госпожу и улетать пока они своей страстью не устроили бунт в монастыре, где боевые орлы ещё вообще не познали женщин. Он взлетел и опустился на балконе её покоев.

– Госпожа, улетайте с воронами. Я воспитаю вашего сына настоящим воином и управляющим нашим государством. Вы не можете больше здесь оставаться.

Тут он услышал звуки характерные их бурному оргазму, а через несколько минут ворон вынес её на руках, закутанную в одеяло.

– Мы улетаем.

– Женись на ней, – выпалил орёл.

– Наши законы не позволяют жениться на бесприданнице. Она будет моей главной наложницей. Сакура молчала, ей было уже всё равно в какой роли он её заберёт.

– Она не бесприданница. Я подписал бумагу кровью, где опровергаю слова госпожи о передачи всего имущества мне. Государство перейдёт её сыну в день совершеннолетия, но я написал и вторую бумагу, она получает все земли, те, что самые близкие к Морихандии и огромный трёхъярусный замок, стоящий за поселением, которое вы уничтожили.

Роланд в недоумении взглянул на орлицу.

– Поверь, ты мне нужна и без приданного, и дело не в женитьбе, ты и так жила бы как королева.

– Знаю.

– Откуда же?

– Я же целитель, и если б ты не любил меня по-настоящему моя душа и тело не исцелились. Твоя любовь дала мне второе дыхание.

Он смутился, что не укрылось от Грега. «Значит поганый ворон способен на глубокие чувства. Что ж, госпожа, будьте счастливы».

– Это ещё не всё. На тех землях есть золотой рудник, и он тоже теперь принадлежит госпоже. Так что ты получаешь богатую невесту… Невесту? – решил ещё раз прощупать почву и замер, в ожидании.

– Невесту, – ворон поцеловал сочные губы орлицы.

Глава 6. Подземный мир

– Завтра состоится наша свадьба. Ты готова? – ворон впервые слегка улыбнулся и обнял её.

– О, ты улыбаешься? А я думала, что никогда этого не увижу.

– Улыбка, как и любовные эмоции, это человеческая слабость, я – владыка воронов и не могу себе этого позволить.

– Почему? Среди твоего клана, ты сильный воин и могущественный владыка, а со мной наедине можешь же быть просто любящим мужчиной, – в доказательство своих слов она прильнула всем телом.

– Ты прямо не орлица, а лисица.

– Я люблю тебя и хочу быть любимой.

– Ты любима, а об остальном подумаю.

Они стояли у окна спальни и наблюдали, как их воронёнок бьётся на детских деревянных мечах с сыном кормилицы круглым как мяч.

– Он такой же, как и ты, боевой дух растёт вместе с ним.

– Наш сын станет сильным воином.

Тут неожиданно содрогнулась земля, да так сильно, что Роланд подхватил падающую Сакуру.

– Что это? У вас бывают землетрясения?

– Очень редко, когда жители подземного мира бунтуют.

– Кто? Варки? – её лицо отразило испуг.

– Нет, но тоже не менее кровожадные твари.

Земля снова содрогнулась и разверзлась во дворе. Воронята, жалостно закаркав, упали в расщелину, и она сразу закрылась над ними, как некая дверь.

– Вугор! – заорал владыка, а орлица от ужаса лишилась чувств. Он уложил её в постель и вылетел во двор. Вороны, находящиеся там, в качестве дворовых слуг уже носились, как угорелые, и пытались расковырять лопатами землю в том месте.

– Владыка…

– Яна и Вара сына кормилицы забрали пауки. Собирай войско, выступаем. Мы подойдём к чёрной пещере, соединяющей наши миры. Как они посмели? Что им нужно?

– Роланд, не переживай так, пауки же никогда не причиняли нам вреда, а мы им. Возможно, это какая-то ошибка и они вернут детей.

Роланд уже взлетел, кулаки сжались, мышцы напряглись, вены вздулись, лицо искажено ненавистью. Вугор сразу кинулся к воинам, отдыхающим за замком в своём поселении. Сакура пришла в себя и, подскочив к окну, увидела владыку быстро летящего куда-то вдаль. Обратилась и вылетела за ним.

– Роланд! – прокричала, но он не слышал, и она сильнее рванула за ним. Ветер неистово дул в лицо и было очень тяжело лететь за самым могучим вороном. Порывы, смешанные с метелью, пытались отбросить назад, орлица боролась с разбушевавшейся стихией, перья склеивались от влаги. Материнское сердце билось, как барабан, она летела из последних сил, как вдруг её поддержали сильные горячие тела и помогли лететь.

– Госпожа, мы с вами, – Вугор находился совсем близко, за ним полсотни воронов в боевой экипировке.

– Спасибо.

– Не переживайте мы заберём Яна.

Она кивнула, закусив от переживаний губу.

Роланд только к вечеру долетел до чёрных скал с крутыми склонами и острыми выступами. Облетел остроконечные вершины, утопающие в тумане, как и всё вокруг, и опустился у входа. Заглянул: темно, спуска нормального нет, кроме покатого и заледенелого. Обращаться в ворона и залететь, не представлялось возможным, чтобы не зацепиться за уступы и не поломать крылья.

– Никон! – проорал. – Мы никогда не воевали. Зачем ты забрал моего сына? – его рёв, смешанный с карканьем пролетел внутри пещеры, эхом, отдаваясь от стен обратно, отзванивая в голове мрачным боем.

Ему никто не ответил, и он, наступив на покатую часть, поскользнулся, завалился на спину и покатился вниз. Достигнув дна, встал и попытался выпустить боевую энергию, ничего не вышло. Он знал, что здесь силы воронов невелики, так как летать невозможно, да и подземная часть земли ещё и жёстко гасила их. «Я один здесь не справлюсь с сотней пауков – мутантов» – однако, смелости ему не занимать и медленно двинулся дальше во тьму.

Через какое-то время остальные вороны вместе с Сакурой спустились у пещеры и, быстро осмотревшись, тоже скатились вниз.

– Блин, хоть бы нормальные ступени сделали, – отряхнулся Вугор. – Владыка по идее уже далеко. Ему не стоило идти одному к ним.

– Почему? Пауки же маленькие насекомые, хоть и мерзкие, но что они могут сделать могучему ворону?

– Госпожа, это иные пауки, чем те, которых вы когда-то видели. Они боги паучьего мира. Их царство под землёй, а вход – здесь. И поверьте, выглядят так, что когда вы их увидите, вам захочется убежать.

– Они такие страшные?

– И огромные, тоже оборотни, как и мы и обращаются в человекоподобное существо, одного роста и мощи с нами или орлами. Мы не воюем с пауками, что им понадобилось пока не понятно, и зачем украли Яна.

Сакура опешила от слов Вугора. Она знала из древних рукописей, что в Морихандии есть и другие жители кроме орлов и воронов, но до сегодняшнего дня не понимала какие опасные.

– А что они могут сделать воронятам?

– Не будем думать о плохом. А воронов, находясь в паучьей ипостаси, могут укусить и сразу убить ядом. В человеческом же облике также бьются на мечах, как и мы. Я никогда не видел их, но по легендам они очень сильны под землёй, сильнее нас. Владыка однажды общался с их повелителем, так что будем надеяться, он выяснит, в чём дело.

Они вереницей двинулись дальше, стараясь не шуметь. В первом отсеке пещеры ещё не было никаких признаков жителей этого мира. Со стен тоненькой струйкой стекала вода, по бокам находились сталактиты и сталагмиты.

Роланд дошёл до широкого помещения, больше уже похожего на зал, чем на пещеру, чувствовалась рука крепкого мужчины, однако здесь на стенах висела густая паутина, спускающаяся даже с потолка прямо на нос. Достал меч и стал срезать, отбрасывая на пол, она прилипала к лезвию и ему приходилось снимать руками и ругаться себе под нос.

– Никон, твою мать, ты где?

Вскоре послышались какие-то шорохи. Он замер и оглянулся, вокруг собирались пауки с мужской кулак величиной: чёрные, мохнатые, страшные до жути, глаза алые, казалось, заглядывающие в самую душу.

Самый огромный из них выполз на каменный трон и мгновенно обратился в высокого, мощного мужчину с чёрными, как смоль, волосами и всё ещё с багровым взглядом. Роланд быстро отметил богатство его одеяния и сразу осознал, что и пауки явно добывают власть в недрах их земли в виде золота и серебра.

– Никон, какого хрена? Где мой сын?

– Не кипятись владыка воронов, с воронятами всё хорошо, с ними играют в прятки мои воины в другой части пещеры. У твоего сына удивительные огненные перья, вперемешку с чёрными. Интересное оперение. Кто его мать?

– Зачем? – проскрежетал ворон, игнорируя другой вопрос.

– Моя жена не может зачать ребёнка уже много лет. Я обратился к нашему шаману, и он указал на тебя.

– В смысле? – смоляные брови сошлись на переносице, глаза полыхнули гневом.

– Нам нужны несколько твоих длинных перьев. Шаман заговорит их и положит под наше ложе. И по его пророчеству Аманда скоро зачнёт моего наследника.

– Ясно, а по-хорошему нельзя было попросить? Зачем ты забрал детей?

– В том и дело, что по-хорошему нельзя. Ты должен быть в ярости, иначе твои перья нам будут не пригодны.

– Я уже в ярости.

– Это ещё не та ярость. Нужна другая мощная, как вулкан. Приведите воронят! – отдал приказ стоящему рядом паукоподобному существу, не в полной мере обратившемуся в человека.

Воронят привели. Никон встал, демонстративно, расправляя чёрный плащ, держащийся на плечах огромными брошами в виде тарантулов, и достал меч. Роланд напрягся и подался вперёд со своим мечом.

– Держите его! – паук пробуравил недобрым взглядом ворона и его тут же обвили густой паутиной, так, что не вдохнуть, не выдохнуть.

– Отпусти, что ты делаешь?

– Потерпи, мне нужна твоя ярость.

В этот момент в зал ввалились Сакура, Вугор и остальные вороны, сгрудившись на входе в единую чёрную массу.

– Что он хочет сделать?

Глаза Никона вспыхнули.

– Жена?

– Ещё нет, – процедил ворон. Остальные достали мечи и приготовились к атаке.

– Красивая, огненная, теперь понятно в кого у твоего наследника такое необычное оперение. Утихомирь своих птичек, а то никто отсюда живым не выйдет.

Вокруг образовались сотни пауков, умело плетущих густую паутину, заполонив все стены, светя алыми глазищами и шурша огромными мохнатыми лапами, как змеи. Вороны ещё сильнее сгрудились, тоже чувствуя, что здесь они не обладают обычными мощными силами.

– Владыка, что происходит? – Вугора также как и всех остальных окружили паутиной, которая нарастала, с каждой минутой, как поганки после обильного дождя.

– Не знаю, что он задумал, но если тронет сына, моей ярости хватит, чтобы убить сотню их пауков.

Никон ухмыльнулся хищным оскалом и, внезапно размахнувшись мечом, отрубил голову Вару. Вороны даже не сразу поняли что произошло. Воронёнок только успел слегка каркнуть. Увидев кровь, все вороны заорали, вперемешку с карканьем. Сакура позеленела, схватившись за крепкую руку Вугора. Маленький Ян вообще потерял дар речи, но стойко стоял рядом и смотрел на отрубленную голову друга и разливающуюся кровь по холодному каменному полу. Роланд негодовал, пытаясь разорвать путы из паутины.

– Сволочь, это же дитя! Я убью тебя!

– За что? – неожиданно пролепетал и посмотрел на Никона.

Повелитель пауков, не обращая внимания на крики воронов, подсел на корточки к Яну.

– Какой смелый наследник у тебя, истинный будущий владыка, вот такой и мне нужен. Иди к папе, вырви в него из крыльев два длинных пера и принеси мне. Сделаешь, отпущу вас, – его страшный вкрадчивый голос прополоскал мозги присутствующим и вывернул наизнанку. Многие вороны поморщились и замерли.

– Обратись, мне нужны перья с твоих могучих крыльев, если хочешь, чтобы твой сын и жена вышли отсюда живыми.

– И мои вороны, ты возьмёшь перья и отпустишь всех.

– Всех не могу, моим паучкам надо покушать. А питаемся мы кровью, и ваша – тоже подойдёт.

Роланд обратился, прибывая в такой ярости, что ещё бы миг и разорвал паутину. Ян подошёл. Он опустил к нему крылья. Малыш вырвал два с разных сторон и передал Никону, тот улыбнулся, обнажая белоснежные зубы с острыми клыками.

– Отпустите нас всех, – янтарно-чёрные глаза Яна умоляюще смотрели на такого же огромного дядю, как и его папа.

– Не могу, малыш, ты и твоя семья свободны, остальные останутся. Выживут не все, некоторые вырвутся, мы за ними не кинемся в погоню, других – покушаем. Иди к маме.

Ян пошёл к матери. Орлица упала на колени и, обняв его, разрыдалась.

– Госпожа, уходите, – прошептал Вугор и приготовился к бою.

Роланд, находясь в слепой ярости, уже без особого труда, разорвал паутину и бросился на Никона. Бой завязался не на жизнь, а на смерть. Паук тоже обладал недюжинной силой, а пещера ещё и усиливала его. Сакура с Яном на руках побежала обратно к выходу.

Полсотни воронов, находящихся в зале, не смогли выпутаться из липкой паутины, которая не только крепко держала, но и заползала в рот и в нос, пытаясь задушить, и они уже мысленно попрощались с жизнью, кряхтя и каркая. Однако Вугор, как и владыка, тоже смог порвать паутинные оковы и, подскочив к своим, отбрасывал ногами и мечом мутированных пауков.

– Пошли вон, твари!

Владыка всё ещё бился с Никоном, тот, осознав, что ворон сильнее даже без уникальной силы, обратился в огромного паука и быстро уполз под трон. Роланд размахнулся и перерубил камень пополам. Пауки на миг подняли головы, всматриваясь, жив ли ещё повелитель и, увидев, что он исчез в чёрной дыре под разбитым троном, тоже бегом со всех восьми лап побежали туда же, падая в воронку, как дерьмо, и утаскивая кровавые останки воронёнка. Владыка подскочил к Вугору, и они вместе разорвали мечами всю паутину, держащую его воинов.

– Благодарим, – гундосили вороны, отплёвываясь от противной паутины и даже вытягивая из ноздрей.

– Наверх! – скомандовал Роланд и широким шагом пошёл на выход. Они еле выползли по скользкому катку, постоянно скатываясь обратно.

– Как же Сакура выбралась?