Текст книги "Разрешите влюбиться. Теория поцелуя"
![](/books_files/covers/thumbs_240/razreshite-vlyubitsya-teoriya-poceluya-291054.jpg)
Автор книги: Лена Сокол
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
– Кто-кто, Гай в пальто! – Рассердилась Олька. – Он минут десять назад ворвался сюда и требовал у меня, чтобы я дала ему явки и пароли.
Сглотнув, я полезла в сумку. Нашла телефон. Три пропущенных от него. И фотография Сережика. На душе сразу потеплело. «Нашелся все-таки».
– Так он тебя не нашел?
Сразу вспомнилось, как Рома прошел по коридору, не удостоив меня и взглядом. Не хотел, наверное, позориться перед друзьями. Тогда почему вчера мое присутствие рядом со своими гостями Гая ни сколь не смущало? Был пьян? Или они тоже все уже были в курсе жестокого спора?
– Настя, возвращаю твою ручку. – Прошептал Женя.
Обернулась. Он, искренне улыбаясь, протягивал мне шариковую ручку, взятую накануне. Приняла ее и улыбнулась ему в ответ. «А очки Женьке определенно идут» – подумала, спешно отворачиваясь. И смущенно уставилась в тетрадь.
15
Роман
После третьей пары решил подкараулить ее возле раздевалки. Обычно я и до второй пары не досиживал в последнее время, но ради того, чтобы увидеть ее, решил все же сделать исключение. Девушка спустилась по лестнице и как раз подошла к гардеробу, когда мне пришлось притормозить, потому что она заговорила с работавшей там старушенцией. Наблюдая за ней из-за угла, я злился и кусал губы.
«Такая же, как все. Ничем не лучше. Ничем. И я это докажу».
Помахав на прощание старушке рукой, Ежова огляделась в поисках кого-то из своих знакомых. Прищурилась, как крот, всматриваясь в толпу. Нахмурила лоб. На память пришли разбитые вчера очки – должно быть, ей нелегко приходилось без них. Девушка потопталась на месте, вцепившись в сумку, повытягивала шею, но так никого не различив из своих в общем потоке студентов, опустила взгляд в пол и полезла за телефоном.
Самое время мне было появиться.
Отделился от стены и направился к ней, продолжая покусывать губы. Каждый мускул напрягся в моем теле. Впервые в жизни я плохо понимал и свои желания, и сомневался насчет намерений. Хотелось сделать ей больнее за то, что она вчера прикидывалась передо мной белой овечкой в то время, как у самой был парень – очкастый олух, который возил ее в университет и мог беспрепятственно касаться ее тела всякий раз, как ему этого хочется. Интересно, он знал, что вчера его девушка была на моей вечеринке?
– Трудно было ответить на мои звонки? – Я бросился с места и сразу в карьер. Плевать я хотел на нее и на невинные глазки, что она таращила. – Или ты хотела скрыть от кого-то, что я тебе звонил?
Настя вся разом напряженно собралась. Точно как ее ежик. Нервно дернув плечами, осторожно подняла на меня взгляд. Лицо ее было бледным, почти изможденным, а еще очень напуганным. Она явно не ожидала на меня здесь нарваться. Светло-синие глаза скользнули по моей груди и остановились на лице. В них был столько печали, невысказанной боли – целый ураган чувств, что по моей спине от увиденного тут же побежали мелкие мурашки.
– Вижу, с правилами этикета ты не знаком. – Губы Ежовой задрожали. – Здороваться тебя не учили?
Я опешил. Но смутили меня не ее слова, а темные круги, пролегшие под ее глазами. Да и веки девушки были воспаленными и настолько красными, что это говорило либо о том, что она только что плакала, либо, что очень устала и не выспалась.
– Было бы с кем здороваться. – Воздух с шумом вырвался из моих легких. – Рубашку мою верни.
Она хлопала ресницами, а ее грудь вздымалась ритмично и высоко.
– Слабо было при своих друзьях поздороваться со мной? – Лицо Насти искривилось гримасой разочарования. Она полезла в сумку, достала рубашку и буквально впечатала ее в мою грудную клетку. – Или с чернью при них не здороваются? – Отпустила руки и сложила их в замок на своей груди. – Сделал вид, что не знаешь меня. Ты ужасно жалок, Гай. Мне-то ведь от тебя ничего не нужно. Просто хотела, чтобы ты вернул мне моего ежа. Отдай мне его и можешь дальше делать вид, что таких, как я, не существует.
Дрожащей рукой повесил рубашку на свое плечо.
– Каких? Лживых стерв, прикидывающихся забитыми и жалкими? Все верно, не ломанись ты мне вчера под ноги, я тебя никогда в жизни бы не заметил!
Настя смотрела на меня, открыв рот. И часто моргала, пытаясь прийти в себя. Задыхалась, точно от удара под дых.
– Что?
Ее глаза заблестели от слез, а лицо побагровело, и тут я почувствовал себя полным кретином, спятившим от ревности к девушке, которая не должна была мне абсолютно ничего.
– Ну, ты и урод… – Развернувшись, она понеслась по фойе в сторону выхода.
Молодец. Пять с плюсом. Ты ее довел.
«Блин…»
– Настя! – Крикнул.
Но она и не думала останавливаться. Бежала на негнущихся ногах, в ужасе прижав руку ко рту.
– Настя, подожди!
Догнал ее уже на крыльце, остановил, схватив за плечи, рывком развернул к себе и обомлел: по ее пылающим щекам текли слезы. Целые ручьи слез. Она вся сжалась, втянув голову в плечи, и опустила взгляд, чтобы я не видел влаги на ее лице. Но уже было поздно. Я был ошарашен тем, что сотворил с ней.
– Какое право ты имеешь говорить гадости посторонним людям? – Она выдохнула и снова лихорадочно вдохнула, шмыгнув носом. – Кем ты себя возомнил? Я же тебя совершенно не знаю. Мы с тобой и больше десяти минут никогда не общались, но ты почему-то думаешь, что можешь делать обо мне какие-то выводы! Думаешь, что ты пуп земли? А ты просто избалованный, обозленный мальчишка, вот ты кто! Пустое место для меня! – Дернулась, высвобождаясь из захвата. – Убери свои лапы и дай мне пройти!
– Нет. Настя… – Моя ярость превратилась в пыль. Я понял, каким идиотом выставил себя перед ней. Каким грубым и неотесанным был, и мне стало жутко стыдно. – Подожди.
– Верни мне моего ежа. – Она сглотнула. – И больше я не хочу слышать о тебе никогда!
Отвернула голову так, чтобы я не мог взглянуть ей в лицо. Спряталась за светлыми волосами и тяжело вздохнула.
– Прости меня, Ёжа. – Сам от себя не ожидал. Осторожно отпустил ее плечи, взялся правой рукой за ее тонкое запястье и потянул, заставляя посмотреть на меня. Она была такой хрупкой, почти воздушной, и у меня сердце застучало, как бешеное. Чуть не задохнулся от этой близости. С рваным вздохом втянул в легкие побольше воздуха и выдавил: – Извини, Насть. – Свободной левой рукой нежно коснулся ее лица. Тыльной стороной ладони стер горячую дорожку из слез. – Не знаю, что на меня нашло…
Она распахнула навстречу моему взгляду свои невозможно яркие, бездонные сине-голубые глаза и замерла. Я засомневался на секунду, обожженный ее этим испуганным взглядом, а потом все же продолжил: стер влагу с другой ее щеки и аккуратным робким движением убрал несколько прилипших к коже кудрявых локонов ей за уши.
– Что тебе нужно? – Прерывисто выдохнула она.
Я собирался прочистить горло, но чуть не подавился. В горле забулькало, изо рта вырвался лишь кашель, похожий на хрипловатый смешок. Сердце болезненно сжалось. Что же это такое со мной?
– Ничего. – Вытер оставшиеся слезинки с ее щеки.
Виновато улыбнулся, заставив ее недоверчиво нахмуриться в ответ.
– Тогда можешь меня уже отпустить. – Потянула руку.
– Нет. – Вдруг сорвалось с губ.
– Почему? – Большие, синие, лучистые глаза вспыхнули удивлением.
– Потому что не хочу.
Иначе, как мне было еще объяснить то, чего я и сам в себе не понимал?
Настя облизнула губы и взволнованно оглянулась на проходящих мимо студентов. А мне было все равно, кто нас сейчас здесь мог видеть.
– Ты выглядишь уставшей. – Сказал вместо этого.
А сам засмотрелся на мягкие, вьющиеся, спадающие волнами по плечам светлые волосы Ёжки. И в груди так противно зажгло: «Не хочу, чтобы кто-то другой вдыхал их запах. Только я. Они мои». И вся эта ее тощая фигурка, нескладная походка, насмешливые губы и перепуганные глаза – ни с кем ими не хотел бы делиться.
– Просто не было возможности выспаться. – Всхлипнула она и перестала дышать, когда я снова прикоснулся к ее щеке.
– Ты хоть завтракала сегодня? Обедала?
Покачала головой. Пошатнулась обессиленно.
– Ясно.
Зря я приблизился к ней так тесно. Мир потерял меня на мгновение. Я одурел от запаха ее волос, которые почти касались моего носа, и от нежного, молочного тепла, исходившего от ее кожи.
– Я пойду? – Спросила робко, но не отошла.
Мои пальцы все еще сжимали ее запястье.
– Нет. – Ответил, согретый ее дыханием. – Мы поедем.
Развернулся и потащил ее за собой, не спрашивая разрешения. Мое тело горело. Мне не хотелось, чтобы она видела сейчас мое лицо, оставшееся без маски холодности и безразличия. Я словно получил то, что так долго искал. И боялся отпустить от себя это, боялся потерять. Уже не представлял, как могу причинить ей боль, ощущал лишь захлестывающую разум потребность находиться с ней рядом.
Не понимал себя. И не знал, что делаю.
– Куда?
– Тебе нужно поесть.
Настя что-то то ли щебетала, то ли шипела себе под нос, сопротивляясь, а я про себя улыбался тому, как они с Сергуней были похожи – сразу и не разберешь, довольны ли или ужасно злы.
– Кто учил тебя манерам? – Наконец, взвилась она, с опаской оглядывая салон, когда я усадил-таки ее в свою машину.
Вежливо закрыл дверцу, обошел спорткар и сел на водительское сидение. Ёжа как раз рассматривала обивку потолка – сегодня я позаботился о том, чтобы не замерзнуть, и установил съемную крышу в закрытое положение.
– Пристегнись, – предупредил.
Не хотелось ее напугать. И очень скоро девушка поняла, почему. Я с ветерком прокатил ее по улицам города до одного очень приятного кафе, которое держали сестра Паши Сурикова, Маша, и ее муж Дима.
– Куда мы приехали? – Глаза Насти снова испуганно расширились.
Видно было, что ей неуютно.
– В одно очень хорошее место. Тебе нужно пообедать, восстановить силы, а потом мы обсудим условия сделки.
Она недоверчиво покосилась на фасад заведения, а затем повернулась ко мне. Ее щеки зарделись.
– Сделки?
– Ну, да. – Пожал плечами, глуша мотор. – Ты же хочешь получить Серегу обратно?
– Хочу. – Дрожащей рукой освободилась от ремня безопасности и снова посмотрела на меня.
– Так вот. Он у меня в заложниках. – Обворожительно, как мне казалось, улыбнулся ей. – И если хочешь увидеть его живым, ты должна выполнять все мои требования.
Вышел из машины, открыл пассажирскую дверцу и протянул ей руку. Ежова тяжело вздохнула и выбралась из тачки, проигнорировав предложенную ей помощь:
– Тогда ты должен знать. – Замялась возле входа в кафе. – Я не веду переговоров с террористами.
– Отлично. – Закрыл автомобиль и повернулся. – Тогда вчера ты видела Сергея живым и здоровым в последний раз. – Указал на вход. – Прошу.
Девушка напряженно втянула голову в плечи. Будто не знала, стоит ли идти или лучше остаться здесь.
– Так что, видишь, я не шучу. – Набравшись наглости, взял ее мягкую ладонь в свою. – Если откажешься выполнять мои условия, получишь его по частям. – Потянул за собой к входу. – В первой посылке будет крохотный пальчик, во второй ушко. Или сразу два. В третьей иголки. Я буду выдирать их по одной и без обезболивания.
– Ты ужасный человек… – Поморщилась она.
От меня не скрылась ее смущенная улыбка.
– В четвертой будет то самое, из-за чего Сергей больше никогда не сможет стать отцом.
– Еще и извращенец…
Открыл перед ней дверь и вынужденно отпустил руку. Чувствовать в своей ладони ее горячие, согревающие пальцы было чем-то особенным и захватывающим.
– Десять маленьких посылочек. По одной каждый день. – Усмехнулся, входя за ней следом. И куда делась ледяная корка на моем сердце? Мне срочно нужно было занавесить свое лицо раздраженной ухмылкой и презрением, но адреналин начисто стер все эти эмоции из моей головы, оставив в ней лишь насыщенное ощущение странной, пьяной эйфории. – Не стесняйся, проходи.
– Я не… стесняюсь… – Настя одернула свитшот, облизнула губы. Ей абсолютно точно было здесь некомфортно.
– Вот. Падай за свободный столик.
Она вцепилась в сумку. Пришлось ее легонько подтолкнуть, и от нового легкого касания у меня закружилась голова.
– Я угощаю, не переживай. – Пытаясь угадать ее мысли, произнес с глухой хрипотой в голосе.
Ежова забралась за столик и села так, как учили нас, наверное, в первом классе. В спину, будто кол вбит – прямая, руки на столе, верхом друг на дружке, взгляд внимателен – будто ждет, что ее к доске вызовут.
Сел напротив девушки и понял, что в голове у меня было пусто, как в поле. Раздетым под ее взглядом себя почувствовал.
– Официант! – Позвал девушку в фирменном фартуке.
Воспользовавшись паузой, в течение которой можно было не смотреть в Настины глаза, по-быстрому надиктовал официантке заказ и снова посмотрел на Настю. Она подняла голову и медленно взглянула на меня из-под упавших на лицо волос. Словно пыталась рассмотреть во мне что-то такое, что я прятал ото всех, и что никому прежде не удавалось вытащить наружу. Мы оказались лицом к лицу, фактически наедине, и я не был готов к тому, что окажусь настолько слаб перед ее очарованием.
– Ты можешь оставить ежа себе. – После недолгой паузы произнесла она. – Забота о ком-то вполне вероятно благоприятно скажется на твоем поведении.
– Что? – Опешил.
– Я к тому, что тебе придется кормить его и убирать за ним какашки. Это как развивающее занятие для законченных эгоистов. Ты, конечно, можешь нанять для этого специально обученного человека…
– Значит, ты такого обо мне мнения, да? – Я откинулся на спинку диванчика.
– Я делаю выводы исключительно по тому, как ты себя ведешь, зазнайка. – Она не выбирала выражений. – И по тому, какое впечатление стараешься о себе произвести. Наверное, ты ощущаешь себя наследным принцем или кем-то вроде того? А все вокруг – твои подданные, да? И, конечно же, любая девушка из свиты мечтает стать твоей фавориткой? А уж простая замарашка и вовсе должна умереть от счастья, что ты обратил на нее внимание? Упс, – она картинно развела руками, – не всегда всё бывает так, как мы себе намечтали.
Я рассмеялся:
– А ты мне нравишься.
Настя, наконец-то, расслабилась. Села удобнее.
– Но это не взаимно. – Пожала плечами.
– Ну, да-да. – Не мог не съязвить в ответ: – Тебе ведь нравятся щуплые очкарики?
Она задумалась, наморщив лоб, а затем на выдохе усмехнулась:
– Пожалуй, да. Особенно если они не бросают слов на ветер и не ведут себя, как последние потаскуны.
– Это ты на меня сейчас намекнула? – Чуть не закашлялся.
Выпрямился и поправил прическу.
Ежова подождала, пока официантка расставит на нашем столе тарелки и кружки, а затем, улыбнувшись, нагнулась ко мне и сказала:
– Ты вчера вывалил на меня весь свой арсенал охмурителя. И красивой назвал, и облапать пытался. Это же дилетантство. Дешевые фокусы. Кто-то еще ведется на такое, Гай? – Обвела пытливым взглядом мое ошарашенное лицо. – Хотя, наверное, ведется. Ты ведь никогда не скучаешь. Отбоя от второсортных женщин, жаждущих получить немного страсти, похожей на любовь, у тебя нет. – Она отвлеклась, чтобы провести пальцем по гладкой стали вилки, которая теперь лежала напротив нее. – Хм… А интересно у вас, у мужчин, все устроено. Девушка с одним встречается, а потом вдруг с другим – уже шлюха. Зато вы можете девиц менять хоть каждый день, и при этом всегда остаетесь «чистенькими», сколько бы грязи через вас не прошло. Бабник, ловелас, кобель, мужик! Только, на самом деле, это всё та же шлюшность, как ее не назови. Только мужская.
– Это… только твоя точка зрения, – парировал я.
– Разумеется. – Настя улыбнулась мне одними уголками губ.
Она никак не решалась приступить к еде. И, как бы не покоробили меня ее слова, как бы я не хотел высказаться в ответ, мне пришлось сдержаться:
– Ешь, пока не остыло, Ёжка. И не бухти. – Сказал миролюбиво.
– Я не люблю есть, когда на меня смотрят. – Тихо проговорила она.
– Хорошо. – Рассмеялся. Удивительно, что она с одинаковой легкостью заставляла меня и смеяться, и чувствовать себя дураком. – Я тоже буду есть. Видишь? – Взял вилку, подтянул к себе чашку. – Не смотрю на тебя. Ешь.
Но, пока она ела, все равно исподлобья пялился на ее красные щеки. И удивлялся тому, что у меня снова появился аппетит.
– Скажешь, почему не выспалась? – Спросил, подвигая к ней тарелку с большим куском шоколадного торта.
– Не-а. – Качнула головой, пряча взгляд.
– Я все равно узнаю.
Пушистые ресницы взметнулись вверх, обнажая глаза моего любимого цвета.
– Зачем тебе?
– Беспокоюсь о твоей благонадежности. Я должен знать, с кем оставляю Серегу. Мы с ним… в общем, прикипели друг к другу за ночь. И я хотел быть уверенным, что ты будешь заботиться о нем. И… – Прочистил горло, теряясь от смущения. – И еще я желаю обсудить график посещений. Хочу с ним видеться.
Девушка застыла с вилкой в руке, на которой с трудом удерживался здоровенный кусок торта.
– Гай, – сглотнула, – он не наш сын, и мы не разводимся. Это просто ёжик. Я сказала, что ты можешь оставить его себе, если хочешь.
– И ты так легко откажешься от Серёни?
Она улыбнулась, и весь мир сразу стал светлее.
– Я сама только его вчера забрала из приюта, куда его сдали прежние неблагонадежные хозяева. Так что ты с ним знаком даже дольше моего.
– Черт. – Выдохнул я с досады. – Расчет был на то, что ты очень привязана к нему, и я смогу видеться с ним, а заодно и с тобой.
Неужели, я только что сказал это?
– Все еще подбиваешь ко мне клинья? – Усмехнулась она, отправив в рот кусок торта. Прожевала, затем слизнула с губы шоколадную крошку и пожала плечами: – Тогда тебе начать бы с хороших манер, Гай. Засунуть свое высокомерие и хамствокуда-нибудь подальше.
– Так… у меня есть шансы? – В желудке перехватило.
Настя тоже, кажется, сама испугалась того, что сказала.
– Я этого не говорила. – И улыбнулась, опустив взгляд на дымок, поднимающийся от ароматного кофе в ее кружке.
– Привет, дружище! – Вдруг оторвал нас от разговора голос Дениса.
Я раздраженно посмотрел на него. Друг стоял возле нашего столика и хитро улыбался.
– Привет, Дэн.
– Ух, ты… а кто это, Гай? – Он посмотрел на Настю таким взглядом, за который мне тут же захотелось сломать ему челюсть. – Твоя девушка?
– Нет! – Прежде, чем я успел ответить, возразила Ежова.
И, явно чувствуя неловкость, натянула рукава свитшота на свои пальцы.
– Не скромничайте. – Денис положил ладонь на мое плечо. – Не хочу торопить события, просто вы двое очень хорошо смотритесь вместе. Простите, если ляпнул лишнего, уж очень рад видеть друга. – Насмешливо оглядев мою спутницу, он поднял руки. Будто и не при делах. Перевел взгляд на меня: – На этот раз у тебя все серьезно, да, Ром?
Забыв о правилах приличия, я вскочил и впился глазами в его лицо.
– Идем-ка, – потащил его за рукав к выходу.
Ошибкой было привозить Настю в то место, куда частенько заглядывали мои друзья.
– Ты чего? – Денис убрал с себя мои руки, когда мы остановились у выхода. – Я просто хотел тебе помочь. Тридцать дней, забыл?
– Не забыл. – Я дышал тяжело, с трудом удерживая кулаки подальше от его лица. – Просто не лезь, ладно? Не мешай.
– Понял, понял. – Пропел он и, натянув улыбочку, махнул Насте на прощание. – Пока, красотка!
Девушка боязливо поежилась и отвернулась.
– Вали уже отсюда. – Толкнул его к двери, развернулся и отправился обратно к столику.
– Ты закончила? – Спросил, усаживаясь обратно.
Вдох, выдох, нужно успокоиться.
– Угу. – Девушка промокнула салфеткой пухлые губки.
– Тогда идем.
– Куда? – Встревоженно.
– Нужно купить Сереге все необходимое. – Бросил несколько купюр на стол и встал. – Где ты планируешь его держать? У себя дома?
– Эм… Нет… – Она подскочила, взяла сумку, повесила на плечо. – Я живу в общежитии, там животных держать нельзя. Но у моего дяди есть спортивный зал, где он тренирует ребят. Я хотела, чтобы Сережик жил в тренерской, там будет кому о нем заботится. Там есть небольшая клетка, раньше в ней держали крысу. Да и я каждый день в зал хожу – работать на компьютере. А по окончании учебы могу забрать его к себе в… – Девушка запнулась.
– Ежу нужна большая клетка, крысиная не пойдет. – Заявил я решительно. Указал жестом на выход. – Клетка, а также все необходимое. Еще корм и наполнитель.
– Но…
Обернулся и посмотрел на Настю:
– Я всё куплю сам. Это мой вклад в его воспитание.
– Вклад?
– Считай, алименты. – Подмигнул, бережно беря ее руку в свою. – Я чувствую за него ответственность.
Сердце забилось быстрее.
– Вот как…
Подвел девушку к своей машине, усадил, закрыл дверцу. Сел на водительское сидение, завел двигатель.
– Спасибо за обед. – Тихо, как птичка, прощебетала Настя, когда автомобиль сорвался с места.
– Пожалуйста. – Улыбнулся я, чувствуя, как пульс отдается эхом в ушах.
Мы купили огромную клетку, колесо, живой и сухой корма, наполнитель и все необходимое. Съездили, забрали Серегу из моего дома, отвезли в спортивный зал и устроили его в тренерской. Немного поиграли с ним, затем Настя познакомила меня со своим дядей. Тот немного удивился новому питомцу, но все же был рад. Ежу. Не мне. На меня он косился недоверчиво, но виду, что недоволен, открыто не подавал.
А потом, когда уже смеркалось, я отвез Ежову в общагу. Высадил возле входа.
– И только попробуй не ответить, когда в следующий раз я позвоню. – Бросил ей с усмешкой.
Напряжение между нами почти сошло на нет.
– Я подумаю. – Залилась краской она.
Закрыла дверцу и торопливо пошла к зданию.
Я наблюдал, как она удаляется, и мне казалось, что она уносит с собой что-то важное, без чего мне теперь будет очень трудно. Но не понимал, что. Из головы всё не выходили ее слова про бабников. Идиотизм какой-то. Нет же, идиотизм, определенно. Бессмыслица.
Конечно, у нее, как и у каждой женщины, могла быть своя точка зрения. Но в данном случае она была несусветно глупой. Да, я использовал девушек для своего удовольствия, но при этом никто никогда не использовал меня. Про какую шлюшность эта козявка вообще могла рассуждать?
И у меня все было в порядке. И без ее морали и нудных нравоучений. Что я и собирался сейчас себе доказать, поехав к Лиде.
– Ого, какие люди, – удивилась она, открыв мне дверь в коротком топе и игривых шортиках. Откинула назад длинные темные волосы и положила ладонь на талию.
То, что нужно.
– Не говори, пожалуйста, ничего. – Вошел, захлопнул дверь, приник к ее губам и начал яростно целовать.
Лида попробовала сопротивляться, даже легонько ударила меня по спине, но мои настойчивые пальцы, заметавшиеся по ее телу и впившиеся в кожу упругих ягодиц, быстро выбили из девушки безропотное согласие.
Мне нужно было, чтобы она просто молчала. И так же просто отзывалась на мои бесхитростные, жадные ласки. Мне нужно было противоядие от Ежовой. Хоть какое-нибудь. Срочно.
И я жаждал снова почувствовать контроль над своим разумом. Снова стать холодным, бездушным мерзавцем, каким меня все считали.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?