Текст книги "Водяные, лешие, русалки. Духи заповедного леса"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vodyanye-leshie-rusalki-duhi-zapovednogolesa-295714.jpg)
Автор книги: Любовь Сушко
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
И когда Кеша появился, русалка не проронила ни слова. Но как оказалось вскоре – это был не минутный порыв, она объявила ему бойкот. Он, конечно, догадывался о том, что это было связанно с последними событиями, происходившими у Банника. Но он не считал себя в чем-то виноватым, и потому старался держаться невозмутимым. Это ее право говорить с кем-то или нет, но если она так хочет, то он ничего не имел против, потому что знал всегда, что общаться надо только тогда, когда этого хочется и с теми, с кем хочется, и никак по-другому.
№№№№№№
И все бы это прошло незаметно, если бы в тот момент бес Федор не заглянул к нему. То ли он сам пожаловал по доброй воле на дно озеро, то ли его остальные черти послали, как – знать, Только он озирался вокруг воровато, словно что-то или кого-то отыскать хотел, заглядывал во все углы, и не сообщал о цели своего визита.
– Ты слишком мягок, Кеша, – говорил он потом, когда они уже уселись, потягивая пиво из кубков.
– Попробовала бы она со мной не разговаривать. Я бы ей показал бойкот, забыла бы дорогу в мое болото.
– Вот потому у тебя ни озера, ни русалок нет, – осторожно заметил Кеша.
Он не хотел обидеть собеседника, но просто старался пояснить ему, почему такое с ним случилось. Вдруг это поможет, и бес исправится.
– И ни кола, ни двор нет, ты уж говори прямо, – вмешалась вторая русалка Анфиса, которая никогда ни с кем в молчанку не играла, это было слишком суровым наказанием, даже когда все остальные ей бойкот объявляли.
– Но Кикимору надо освободить, вернее замуж за Банника выдать, вот и покажи на что ты способен, – обратилась она к Федору, – все равно никакого прока от тебя нет, так может хоть какое-то доброе дело сотворишь.
Она хотел защитить Кешу и услужить ему, и немного поиздеваться не помешает и над бесом и над Кикиморой, они вполне того заслужили. А Анфиса всегда была за справедливость.
– Хорошо, но я что-то другого не пойму, почему ты так со своей подругой верной поступаешь, что готова ее замуж за любого самого злобного банника выдать? Вот и верь после этого в вашу дружбу, – возмущался бес, ему надо было хоть как-то пнуть справедливую русалку.
Собственно сам он знал подлую натуру русалки, но ему хотелось показать Кеше, с кем он в одном озере находится. Чем меньше таких добрых подружек рядом, тем спокойнее и проще всем живется, в этом Федор был уверен.
– А по какому праву русалка, еще одна моя подруга верная, живого князя на землю не отпускала и за мертвого выдавала, этой подлости ты не замечал? – не унималась Анфиса.
Она увлеклась, и сказала то, что было известно всем, кроме Водяного.
И в тот момент они оба взглянули на Кешу, и поняли, что он единственный в собственном озере еще не знал о том, что было известно всем остальным – княжич не был мертв, и к Яге он со своими просьбами ходил напрасно. Но почему же все трое: и бес, и русалка, и яга не заикнулись даже об этом. Понятно, что у каждого из них были на то свои причины. Но как бы добр и терпелив он не был, но в глубине души Кеши с той минуты поселилась обида. Он не мог терпеть открытую ложь, когда на тебя глядят и говорят неправду, но если просто молчат и не говорят правды, это так же подло и скверно. Хотя он терпеть не мог и доносов. И когда подумал здраво, то понял, что не стоит обвинять других, это ему нельзя быть таким беспечным. Ведь это он сам даже не взглянул на него, не поинтересовался, доверился только тому, что о нем сказали, а разве не знает он золотое правило, что надо не только доверять, но и проверять, тем более что не все похожи на него, у них могут быть свои соображения и интересы.
№№№№№№
И Кикимора знала все, что сказал о ней и о замужестве Банник, в ярости она решила пробраться в его баню и устроить там небольшенький пожар. Он так и не успел ее поймать, она бежала без оглядки, пока он тушил огонь, охвативший часть бани. Поймать ее в тот миг он не мог, но ей по-прежнему грозила опасность, в отличие от Кеши, тот никому никогда ничего не прощал, тем более такой дерзости.
Она только на минуту заглянула в дом, где и обитала и сказала на ход Домовому о том, что на время ей надо укрыться подальше. Она не сказала, куда отправляется. Тот, скорее всего не выдаст ее, но чем меньше знаешь, тем лучше спишь. Она заботилась о его спокойствии, потому что в хозяйстве ему придется оставаться за двоих.
Сначала она хотела нырнуть в болото к чертям, но потом решила, что в озере у Кеши ей будет все-таки уютнее и удобнее, и он уже защищал ее, и дальше защитит. Кеша не допустит такого безобразия, да и сам Банник сунется к нему в последнюю очередь. Он как раз у чертей ее и будет искать.
Она помнила о том, что там была и русалка, она и советом поможет и все сделает, что можно. А в других местах друзей-приятелей у нее не было совсем.
С ходу она бросилась в озеро, как недавно княжич, и оказалась в гостях у Кеши в один миг. Правда, не соверши она этого пожара, ей и прятаться бы не надо было, но что сделано, то сделано, а о том, что делала импульсивно Кикимора, она думала, в лучшем случае только после совершенного, и жила по принципу: ввяжемся в драку, а там видно будет, что делать дальше. Часто видно было, что бежать надо без оглядки, как и на этот раз.
Кеша обрадовался ее появлению, хотя и догадывался, что она не просто в гости зашла, но спасается бегством, от своего обожаемого Банника, но если она у него найдет защиту и спасение, то и его совесть немного успокоится.
– Признаюсь, что я поступила дурно, – вопила Кикимора, столкнувшись с русалкой, – но ты в руках Беса и Банника одновременно никогда не бывала, не знаешь даже, что это такое, и ничего особенного я не сказала, кроме того, что этот придурок старый в тебя влюблен, – тут же стала оправдываться она. – Меня вон вообще со всех сторон оскорбляли, как только могли. Но ты можешь княжичу, которому я вина забвения подсунула, о себе напомнить. Как только он тебя узрит, так сразу и припомнит все, – говорила она.
Так русалка узнала истинную причину того, почему она с тех пор Изяслава ни разу не видела. Она понимала, что он просто обманут, он только человек, и при таком окружении спрос с него не велик. И на душе у нее после этого стало немного легче. Оправдание так легко найти, особенно для того, кого ты любишь.
Она даже обрадовалась тому, что так вышло, и Кикимора у них оказалась, потому что она еще долго могла бы пребывать в неизвестности, а это совсем скверно.
– Ты можешь о себе напомнить, – снова затараторила Кикимора, – против брата своего он должен в сражение идти, вот и пойди к Царю Морскому, попроси, чтобы дружина его помогла ему в этом сражении победить. Силы у них не равны далеко, только ты и можешь это сделать.
№№№№№№
Все, даже Кикимора, которая в море никогда не была, прекрасно знала, что у Морского царя была дружина, состояла она из погибших на море воинов, которые, немного отдышавшись, и стали охранять и дозором обходить морские просторы. Иногда, по особенному повелению Морского царя, они выходили на сушу и сражались вместе с живыми, и тогда воины, которым они помогали, непременно побеждали. Потому что при поддержке предков своих, не только проще побеждать, но и поражение невозможно.
Когда Кики напомнила об этом, она хитрила немного. Она знала, от Банника, встречавшегося с Царем Морским, что тот свою дружину уже приготовил для того, чтобы она сражалась на стороне молодого князя, потому что отец его в жертвах щедр был. Но ведь главное – создать иллюзию того, что сделала это именно ты, а не кто-то другой, тем более что это сделать было так легко. Пусть русалка обманывается и думает, что она помогла ему и еще раз спасла от верной погибели, кто там потом станет разбираться, что и как было на самом деле. И ей приятно такое чувство, и делу это повредить никак не могло.
№№№№№
Обрадованная и благодарная Кики за такие советы, Русалка отправилась во владения морского Царя. И встретили ее там великодушно и ласково. И сам Царь принял ее, не заставляя ожидать долго, внимательно выслушал. Он знал, что с ее судьбой играет кто-то из духов, скорее всего Банник, который, говорят, влюблен в нее, и, зная обо всем, хочет выглядеть в лучшем свете.
– Я подумаю об этом, наверное, так мы и поступим, как ты хочешь, раз все мы перед твоим князем виноваты, каждый в чем-то, то ему следует помочь.
Он не мог слишком легко и быстро согласиться, каким же он царем будет, если любая русалка может требовать то, что ей вздумается. Нет, такого допускать он не собирался. Но настроение у русалки с появлением Кикиморы резко улучшилось. Она снова любила весь мир, и быстро и легко простила Кешу.
№№№№№№№
Дружина была готова к сражению, в любую минуту она могла выйти на встречу противнику, это видела русалка, когда она возвращалась домой в свое озеро.
Слишком поздно понял князь Олег – вечный противник князя Изяслава, что, верно, служит ему дружина Морского царя. И как он мог не догадаться об этом еще во время того, как хотел на него двигаться. Недаром он побывал на дне озера.
Но богатыри сражались вместе с живыми, и чтобы не погубить свою дружину, повернулись войска противника Изяслава, и приказал он им отступать.
Не стал за ними гнаться князь. Он пошел к воинам Морского Царя, чтобы поблагодарить их от всей душе. И пригласил их на пир победный. Они же поблагодарили за честь, но сообщили о том, что им пора возвращаться назад, потому что задыхались они на земле.
– Тяжела нам земля и воздух ее тяжел, – говорили ратники, прощаясь с князем-победителем.
На том они и простились в тот славный день.
И задумался князь о том, кого же ему поблагодарить стоит, кроме Царя Морского, за то, что все так славно получилось.
И дурман на него бес навел, и было ему видение – он увидел русалку на дне озера, которая ему приветливо улыбалась. И какие– то странные воспоминания затомились в душе его и в памяти. Но сколько не силился, он никак не мог вспомнить.
– Но кто она такая? – воскликнул, наконец, удивленный князь.
Они ничего не помнил, и ему было странновато узнать, что какая-то девица, безнадежно в него влюбленная, утонула из-за него. Он и прежде слышал немало подобных историй, но так не хотелось, чтобы что-то такое было и с ним самим связанно.
– Не бойся, – стал успокаивать его бес, – это не совсем то, о чем ты думаешь, история, конечно, была, но это другая история. Со временем ты вспомнишь все сам, а я не могу тебе рассказать этого, не положено.
Так твердо произнес он, что князь не решился его еще о чем-то спрашивать.
– А пока не стоит об этом думать даже. Только знай, что в глухом лесу, куда редко захаживает нога человека, есть такое озеро и такая русалка.
И запомнились князю Изяславу слова беса, не мог он с той поры забыть их.
№№№№№№
В то самое время Банник и заметил пропажу. Когда он напрасно ждал Кикимору, и нагрянул в ее владения, чтобы поддать ей хорошенько за то, что она чуть не сотворила с его баней, то выяснилось, что ее давно след простыл.
Кикимора по заверениям правдивого Домового и лживого Овинника исчезла куда-то бесследно. Его это разозлило еще сильнее, и он бросился в болото к чертям. Хотя никогда не рискнул бы перед ними в одиночестве появляться, и не понаслышке знал об их коварстве диком и необузданных нравах. Но в тот момент от ярости он потерял свой страх, и ринулся туда.
Черти знали об исчезновении Кикиморы, но не думали даже, что он у них ее искать станет, потому и решили высказать Баннику все, что они о нем думают. И разговор этот оказался долгим и очень содержательным. Понял Банник, напрасно он по болоту шатался и молил старую кожу свою зря, но где могла быть его Кикимора, если не у чертей болотных.
№№№№№№№№
А Кикиморе к тому времени надоело сидеть в чистом и ухоженном озере. Тем паче, что никакой угрозы ни откуда не последовало, насколько она могла о том судить. Слово за слово, она разругалась с Водяным, вернее ругалась она, а он молчаливо слушал все упреки, которые сыпались на его голову, и грешным делом подумал, что Банник вероятно, во многом был прав, когда ругал ее, на чем свет стоит.
Она возмущалась против всех заведенных тут порядков, и решила заглянуть на болото к чертям, о чем и сообщила своему гостеприимному хозяину.
– Пусть там не такой порядок, – твердила она, – зато тепло и вполне уютно.
Кеша видел, что Кикимора хитрила. При всей ее непутевости, то, что творилось в болоте, ей было глубоко противно. Но ей хотелось только одного – заполучить в помощники шустрых, деловых чертей, которых, если хорошо организовать, можно было заставить делать, что угодно, и направить куда хочется. Она самодовольно полагала, что с этим справится и явно переоценивала собственную хитрость. Не собирались они ей подчиняться и быть у нее на посылках, но это ей предстояло выяснить позднее. И не думала в тот миг прыткая Кикимора, что такого шума они могли наделать просто из вредности, что мало не покажется. Но если умело ими руководить, какую-то схватку вместе с ними вполне можно было выиграть. Может не такую, как хотелось бы, но все-таки.
Водяной пожалел о том, что она все-таки рассердилась на него и знал, что Кики не оставит этого просто так, но разыскивать ее, возвращать, за что-то извиняться он тоже не собирался.
– Пусть будет то, что будет, – успокаивал он себя.
№№№№№№
В то самое время князь Изяслав подошел к озеру, о котором ему говорил бес на пиру. Ему хотелось за все поблагодарить русалку. Правда, он был уверен в том, что ничего такого с ним не бывало. Он знал, что останавливался около этого озера когда-то прежде, мимо часто проезжал, и только – вода забвения сделала свое дело. Но ему хотелось вспомнить что-то, хотя воспоминания эти казались такими тревожными.
Водяной видел и знал, что он и на самом деле ничего не помнит. И не собирался его в том обвинять, ведь духи, если они захотят, могут творить над людьми все, что им вздумается, и любые веревки из них вить, у них не бывает сочувствия и жалости, даже глазом они при этом не моргнут, вводя человека в любую беду.
А вот люди, которые объявляют себя князьями да королями перед ними чаще всего бессильны и беззащитны, и находятся в полной их власти. Хотя они сами никому и ни за что в этом не признаются, но факты упрямая вещь, а случалось такое сплошь и рядом. И он мог много рассказывать о поделках духов и о том, какие козни они способны при желании строить.
№№№№№
В тот момент на берегу появился жрец. И сказал он князю, что тот должен будет после смерти своей вернуться в это самое озеро, потому что так прозвучали слова клятвы им же и данной. И он там навсегда останется, по собственному велению и хотению.
– Надеюсь, это случится не нынче? – только и спросил князь, – потому что у меня много дел на земле, все только начинается.
Кто знает, как обидно было слышать русалке такие слова. Она подплыла к поверхности озера, но даже не показалась перед ним, понимая, что от ее светлой любви– страсти одни брызги и круги на воде остались, да и те скоро исчезнут без следа. Но это не только горько, а еще и несправедливо. И вдруг такая обида и ярость в душе ее с новой силой вспыхнули, что она бросилась к водяному, только хвостом махнула.
– Не пускай сюда Изяслава, и после смерти его, не хочу я его видеть и случайно с ним встречаться не желаю, пусть он даже и не мечтает о том, что снова сможет так просто обмануть меня. Что бы он ни пил, это страшное предательство. Нет, и не может быть ему прощения.
Плохо ее капризы понимал Водяной, но чтобы немного успокоить ее, обещал исполнить все, как она этого хочет. Он знал, что не сможет нарушить зарока, если князь его сам не нарушит, но при этом решил, что со временем все будет видно. А до ухода Изяслава еще не один год пройдет, немало воды утечет.
Спешка – это дело не особенно приятное, она чаще всего бывает даже очень вредной. Русалка еще десять раз передумает, станет просить об обратном, и он останется в полных дураках.
Но расстроенной и разгневанной русалке он говорить всего этого не стал.
– Даже если он не по собственной вине клятву нарушит, на что нам нужен такой слабак? – между тем продолжала она, и в те минуты казалась во всем права. Но что у нее на самом деле было в душе, кто мог знать о том? Потому и решил Кеша, что лучше от всех этих любовных чувств и переживаний оставаться в стороне. Часто в критические минуты он принимал очень разумные решения.
№№№№№№№
Не зря водяной был терпелив. Совсем заскучав, не в силах побороть в израненной душе обиду, однажды русалка объявила ему о том, что уплывает в море.
– Там есть один из воинов, и стану я его верной и любимо женой. Сколько себя помню, он меня любил, и все время знаки внимания мне оказывал, – говорила она, – души во мне не чаял, давно пора была согласиться на все, да я только хвостом вертела и князя своего ждала, а князь каков подлец оказался. Но это было мое наказание за то, что хорошего не замечала и рада была обманываться.
Кеша хотел напомнить ей и о самом главном обмане, о том, что она живого князя за мертвого выдала, даже глазом не моргнув. Но в последний момент не стал этого делать, да и она, понимая, что он много чего сказать ей может, хвостом махнула и умчалась прочь, только ее в этом озере и видели. Русалка знала, что уплывает навсегда и никогда больше не вернется сюда.
Водяной после ее исчезновения, долго не раздумывая, стал искать новую русалку, потому что он знал, как горько и трудно оставаться в одиночестве. Но в те самые дни из леса мертвых к ним на озеро пожаловала прекрасная белая лебедь.
Сначала она казалась обычной птицей, невесть откуда прилетевшей вдруг. Но знали и Водяной и Леший, что обычные Лебеди в такую глушь не залетают. Им всегда нравиться оставаться там, где люди захаживают, чтобы полюбовались они на их красоту и грацию. А оставаться среди духов в глухомани ни один нормальный лебедь бы не захотел.
И догадки их скоро подтвердились, потому что видели они как в полночь, снимала свое оперение лебедь, сбрасывала его на берегу и превращалась она в прекрасную девицу. И такой сиятельной была ее красота, что глаз от нее не оторвать. Но она оставалась холодной и безжизненной. Русалка первой решилась спросить у нее, кто она такая, и что ей здесь надо.
– Я из леса мертвых, Яга послала меня сюда, потому что должен появиться в один прекрасный день мой суженый и ряженый Михаил. Влюбится он в меня с первого взгляда, и в жены меня возьмет. Очень хочется еще какое-то время среди людей побыть, а потом уж в лес Мертвых навсегда вернуться.
Очень мягко и ласково говорила лебедь, но русалку нельзя было провести тихими речами, она чувствовала, что не обо всем говорила Лебедь, есть у нее от Яги какое-то задание еще, и, скорее всего, с человеком этим что-то скверное случиться должно.
Но как же предупредить его, что нельзя жениться на тех, кто из мира мертвых вернулся, не только счастья не будет им, но и погубят они себя, потому что она – то знала, что живые должны быть с живыми, а мертвые с мертвыми.
Она знала, и другое – не стоит вмешиваться в дела, которые Яга творила, только чего ей бояться и что терять – убить ее она все равно не сможет, боли причинить ей тоже не в силах старая ведьма, но, наверное, что-то в отместку все-таки сделает.
Зная, что она разговаривала с Лебедью, Кеша стал расспрашивать ее, кто она такая, и что ее привело сюда. Он был как всегда деликатен, но не скрывал своей тревоги. Она еще больше усилилась, когда он рассказ Анфисы услышал.
Но возражать не стал, а предупредил ее, чтобы та была осторожна, и если будет что-то подозрительное, то ему сообщала.
Русалка обещала так и поступать, только знала она, что Кеша слишком добр и хорош, чтобы против Яги с ее колдуньей что-то предпринять мог. Нет, видно ей самой придется за дело браться.
№№№№№№
Не только русалку подыскивал Кеша и о Лебеди справку наводил, именно в те дни, узнав обо всем, что предприняла первая его русалка, он вдруг понял, что и ему тоже пора жениться. Он знал, как хорошо жить с семьей большой и дружной. Рядом с ним должна быть заботливая хозяйка. И детишки у них должны появиться свои или приемные обязательно. И так он размечтался, что ни о чем другом, кроме собственной женитьбы думать не мог.
Обо всех его планах узнал первым Леший. Он расхохотался так, что деревья стали сотрясаться. А когда перестал смеяться (Кеша терпеливо ждал), тот понял, что это не такая уж плохая и не такая смешная идея. Рано или поздно и ему придется предпринять какие-то шаги, чтобы наследники у него и жена любимая появились. Если люди даже на свой короткий век семьей обзаводятся, то, что о них с их бессмертием говорить?
Были они в расцвете сил, и потому не могли не думать о семьях, которыми как-то все еще не обзаводились. И о детях думали оба в тот день. Не отдавать же родное озеро и родной лес в чужие, невесть чьи руки. Рано или поздно настанет время на покой уходить, или в путешествие по миру отправиться, тогда и должен он быть спокоен и уверен, что все будет еще лучше, чем при нем было.
Так все стало меняться в привычном укладе духов заповедного леса, и ничего удивительного не было в том, что пример для этого подал именно Водяной Кеша. А заразительным бывает не только дурной, но и добрый пример.
№№№№№№
Как только заговорил о женитьбе Кеша, заметил он не только Лебедь белую, но и девушку незнакомую на берегу своего озера. Правда, она приходила сюда и прежде, но не обращал на нее Кеша внимания, мало ли кто в раздумьях по чащам лесными бродит. В тот же день она как раз ему под руку и подвернулась. Он разглядел ее, и понял, что нужно было отправляться и знакомиться с ней.
Алена была сиротой, а когда Иван, ее жених, объявил о том, что он ее, конечно, любит, но не стоит нищету плодить, и есть у него хорошая и пригожая невеста, с которой вместе он получит богатое приданное, не дослушала она даже речей его, куда глаза глядят, побежала. Он ничего говорить не стал, только в след ей посмотрел и решил, что каждый в жизни устраивается, как может, и хорошо, что она не особенно на шею вешалась, не умоляла, ни в чем его не упрекала.
Но черт Федор, все это слышавший, про себя решил, что он еще покажет этому молодцу, где раки зимуют. И тот пожалеет о выборе своем и не один раз пожалеет. Но пока он погнал Алену к тому самому озеру, в которое княжича они столкнули, правда, здесь какой-то гадости он творить не собирался, но про себя решил, что никто лучше, чем Кеша ее проблемы не разрешит. Ведь и Кикимора недавно у него приют нашла, а потом, сколько еще в болоте их над ними же измывалась да свои порядки устраивала, по образу и подобию Кешиного озера. Правда, долго терпеть черти ее капризов не стали, и погнали ее назад к Баннику, который уже присмирел к тому моменту и даже заскучал без нее – они оба были одного поля ягоды, а у чертей и своих таких Кикимор хватало.
– Если не находится для сиротинки жениха на земле, – думал он по дороге к озеру, – то вполне возможно, что для Водяного она и сгодится. Парень он миролюбивый и жалостливый, и приберет то, что никому больше не надобно.
Черт Федор был немного циничен, но при этом шел он все-таки самым правильным путем из всех возможных. И хотя в помыслах его явная ирония проступала, но ведь главное не слова, а дела. И все он сделал на этот раз довольно правильно.
Обернулся Водяной тем самым княжичем, который недавно у них обитал и предстал перед ней торопливо, боясь, что она уйдет. Алена и без того уже оглянулась и испугалась того, что она в такую даль забежала, словно черт ее занес, но она даже не догадывалась, что так это и было.
№№№№№№
И стал ласковую беседу вести Водяной – княжич. Говорил он о том и о сем. Конечно, любой на месте Алены почувствовал бы неладное. С чего это княжичу в такой час, в таком месте одному без свиты появляться? Что он вообще тут может делать? Не ее же дожидается – велика радость. Но ни о чем таком думать она не стала, потому что страх огромный большой радостью в один миг сменился. В ее положении не стоило слишком разборчивой становиться. Вот она и ответила с радостью на речи ласковые. И к черту полосатому бы в объятия бросилась в тот момент бедная девушка, а тут пригожий княжич перед ней был. Впрочем, и от черта она не так далеко в тот момент ушла, как вскоре стало ясно – понятно ей, что уж об этом говорить, если оказался в глухом лесу на нехоженой тропинке, будь готов ко всему.
Княжич сразу заговорил о сватовстве, что удивило ее еще сильнее, обрадовало еще больше, пообещал появиться в ее доме на следующий день. Но после этих слов встрепенулась Алена, представив себе, как он нищий и пустой ее дом увидит, так всякое желание пропадет. И он так же, а может еще быстрее убежит, чем ее жених недавний.
А может до утра еще и передумает, и рухнет все, что так хорошо начиналось вдруг. Потому и заговорила она поспешно:
– Нет, не стоит откладывать, кто бы ты ни был, я за тобой на край света пойду, везде с тобой останусь, буду там, где ты живешь самой верной и преданной спутницей твоей. Ты никогда не пожалеешь о том, что в жены меня решился взять, – пылко и страстно говорила она.
– Может, ты подумаешь еще, – тихо спросил он.
Но ни о чем больше не хотела думать новоиспеченная невеста, которой час назад впору топиться было.
– Хорошо, закрой глаза, и все сама увидишь, – усмехнулся он, решив, что больше тянуть не стоит, пусть она знает, на что решилась и куда сама напрашивается так упорно.
Она старательно закрыла глаза, а когда он попросил их открыть, оказалась она во дворце на дне того самого озера, около которого недавно стояла. В первый момент показалось ей, что никогда больше она не сможет дышать. Но девица оказалась не промах, сразу же опомнилась, и проходить стало разочарование ее. Она помнила о том, что жених ее ни к чему не неволил, это она сама упорно хотела за ним на край света, или на дно озера идти, так и вышло.
Видно такова ее судьба. Но как только присмотрелась девица внимательнее, то сразу увидела, как там все аккуратно и ухожено было, какие рыбки золотистые и веселые вокруг плавали, и русалка перед ней склонила голову. Так все необычно и интересно и красиво оказалось, что расхохоталась она от радости великой, и приняла все это царство подводное в дар от жениха своего. Все не так скверно, а даже распрекрасно оказалось, вскоре она была уверенна в этом.
№№№№№№
Так Алена и узнала в тот же вечер, что вышла она замуж за Водяного. И свадьба у них была веселая и шумная, черти болотные постарались. А на самом почетном месте черт Федор восседал. И она уже знала, что мог ее муж кем угодно, даже князем русским оборачиваться. И обещал ей, что и на земле они на празднике вместе появятся, пусть видят соседи ее, за какого красавца она вышла замуж. И будет она в самых распрекрасных украшениях.
И был он при этом таким обаятельным, заботливым и внимательным, что любой король или царь ему в подметки не годился. Любо дорого было на него посмотреть. Никто с ним сравниться не мог.
Так счастливо и продолжалась грустно начавшаяся история. И рассказала ей русалка о том, что она от Кикиморы слышала, а та в свою очередь от Яги, что недолго оставалось их озеру таким пустым быть. Яга говорила, что очень скоро город на дне их озера появится. Настоящий город с дворцами и храмами. Такое решение уже царь Морской принял. И только сам Водяной еще о том не знает, это подарок для него, потому что лучшего озера в их округе не нашлось.
– И тогда станешь ты княгиней подводного мира, и князья русские да бояре их тебе подчиняться станут, – говорила она восторженно.
Растерялась Алена, но только в первый момент, а вскоре она уже радовалась и песенки напевала.
Не лгала русалка. И это оказалось не пустыми мечтаниями. Скоро так все и случилось.
№№№№№
Во всем остальном мире в то время жизнь текла своим чередом, и только Кеша, проснувшись раньше обычного часа, огляделся вокруг, и так тяжело вздохнул, что невольный стон его, словно эхо, пронесся под водой. И многие, и вблизи и вдали могли слышать его, хотя понятия не имели о том, отчего он мог грустить.
А снился ему замечательный, просто великолепный сон. Видел он себя прекрасным юным принцем на белом коне. И позвал его отец– король и приказал ему отправляться в дорогу. Должен он был посвататься к дочери соседнего короля. И отправился он. Но по дороге к невесте своей и пробудился Кеша.
И сразу же понял, что никакой он не принц, а просто-напросто обычный водяной, но если и не обычный, то все-таки только водяной. А значит, никогда в жизни его не появится ни принцессы-красавицы, ни своего королевства, ни древнего замка с привидениями, а так хотелось ему все это в наследство получить, что мочи не было терпеть.
Но не так уж и нищ он был, потому что озеро с двумя русалками и рыбами разными, и очень даже культурное и ухоженное, у него все-таки было, а это не так уж и мало.
Правда, иногда во владения его сам Царь Морской заглядывал, и утопленники разные появлялись, и со всем этим хозяйством управляться надо было достойно. Ведь никто за него его дела творить не станет. Потому почти никогда не мечтал он о перемене своей участи, только в сны такие мечтания порой, помимо его воли и прорывались вдруг.
Но даже когда он пробудился, и день тот оказался необычным. Появился и на этот раз не Царь Морской, которого он уважал, но не боялся вовсе, а грозный бог подземного мира, сын Чернобога Ний. Весь в черном одеянии, на черном коне своем, въехал он прямо в озеро. Хотя воду не особенно праздновал, все-таки дальше не пошел и приказал русалке, чтобы она тащила срочно к нему Кешу – их хозяина озера.
– Пусть он пред моими очами предстанет, – слышал сам Кеша глухой и грозный голос его.
Конечно, он был у себя дома, но решил все-таки исполнить повеление его. Хоть бог и подземный, но если что-то важное, греха потом не обоберещься.
– Я по поручению Перуна самого, – вместо приветствия заявил Ний.
Удивленно молчал Кеша. Никогда прежде Ний не исполнял приказаний Громовержца, у него был свой грозный повелитель. Но коли он здесь, то затевает что-то, и как-то совпало это с его интересами, иначе бы он пальцем о палец не ударил. Они давно и хорошо знали повадки грозного бога тьмы.
– И что же здесь такое затевается, – Кеша старался казаться совершенно спокойным, хотя это было не просто для него сделать.
– Решил наш грозный бог чудо расчудесное получить. А для этого велел озеро подходящее подобрать, – пояснил тот.
Помолчали немного. В догадках терялся Водяной, понимая, какая ответственность ложится на его вовсе не богатырские плечи.
В тот момент бес Федор выглянул из-за звездного плаща Ния, то понял он, что это не наказание какой-то строптивой девицы, а что-то иное, странное. И почему накануне этот хитрец ничего ему не поведал, даже не намекнул на то, что происходить могло?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?