Текст книги "Cказки народов России"

Ханская дочь и охотник
Кабардинская сказка

В Кавказских горах жил-был охотник Шамиль, храбрый и статный юноша, который охотой только и кормил себя и свою старушку мать. Однажды охотился он в густом лесу. Солнце уже клонилось к закату, а между тем ему ещё ничего не попадалось на глаза. Шамиль хотел уже возвращаться домой с пустыми руками, но какое счастье – он заметил на большой чинаре[10]10
      Чинара – дерево с зеленовато-серой корой и широкими листьями.


[Закрыть] орла необыкновенной величины. Шамиль прицелился и хотел уже спустить курок, как вдруг орёл молвил умоляющим голосом: «Не убивай меня, Шамиль! Я пригожусь тебе в беде. Вот тебе одно из моих перьев; когда тебе придётся плохо, согрей его на огне, и я тотчас явлюсь». Шамиль спрятал перо орла и пошёл дальше.

Немного погодя попалась ему дикая коза. Шамиль хватается опять за ружьё, но коза взмолилась человеческим голосом: «Пощади меня, Шамиль! Вот тебе волосинка от моей бороды; в случае опасности она тебе пригодится!» Шамиль взял волосинку и отправился дальше.

Сделалось уже совсем темно. Шамиль съел последний кусок хлеба, взобрался на развесистое дерево и заснул между двумя ветвями. Когда солнце встало, он соскочил с дерева и продолжал охотиться. Дичи ему не попадалось никакой, а между тем есть страх как хочется. Спустился Шамиль к морскому берегу и решил закинуть удочку. Вытащил необыкновенную рыбу с золотистой чешуёй. Золотая рыба стала его умолять человеческим голосом: «Отпусти меня, Шамиль! Я тебе пригожусь в беде. Вот тебе на всякий случай одна из моих чешуек!»

Шамиль взял чешую, отпустил рыбу и опять отправился в лес. В лесу ему попалась лиса. Шамиль прицелился, но лиса взмолилась: «Не трогай меня, Шамиль! Я тебе пригожусь в случае опасности. Возьми лучше волосинку из моего хвоста!» Сказав это, она выдернула из хвоста волосинку и отдала её Шамилю.

Голод донимает Шамиля сильнее и сильнее, и он пошёл уже по берегу моря, надеясь там что-нибудь раздобыть. Долго ли, коротко ли он шёл, но достиг незнакомого города. Войдя в городские ворота, он зашёл в бедную избёнку, в которой у очага возилась древняя старушка. Шамиль спросил у неё еды; оказалось, что и старуха сама сидит целый день без хлеба.

Недолго думая, Шамиль вынул золотой и послал её на базар за провизией. Скоро вернулась старушка и принесла всего вдоволь. Шамиль накормил и старушку, а когда оба они наелись досыта, он спросил её, что нового в их городе.

– Лучше и не спрашивай, дорогой гость! – вздохнула старушка.

Шамиль стал просить её, чтобы она рассказывала всё, о чём знает.

«В нашем городе, – начала свой рассказ старушка, – правит хан, у которого одна-единственная дочь. Есть у неё подзорная труба, в которую видит всё на земле, на небе и в море. Вот она и заявила отцу, что выйдет замуж только за того, кто сумеет так спрятаться, чтобы его нигде нельзя было найти. Прятаться можно всего три раза, а несчастный, которого она найдёт, будет казнён.

А красавица дочка хана такая, какой свет не видывал. Многие юноши из нашего города делали попытку добиться её руки, но были казнены. В городе слышны плач и стон, так как нет семьи, которая бы не лишилась одного или двух молодых людей. Вот и я оплакиваю двух сыновей, моих кормильцев. Ровно девяносто девять мужчин погубила злодейка! Одного не хватает до сотни. Как бы тебе, добрый человек, не пришлось испытать судьбу!»

– А что ж?! Попытаюсь и я, – сказал Шамиль и, простившись со старушкой, направился в ханский дворец.

Красавица-дочь хана сидела на расшитом золотом диване в окружении прислуги. Вскинув глаза на Шамиля, она надменно спросила, обращаясь к гостю:

– Сотый пожаловал?

– Поживём – увидим! – кротко ответил Шамиль.

– Если ты желаешь, – надменно сказала красавица, – рисковать из-за меня своей жизнью, то знай, что в эту ночь ты должен спрятаться куда хочешь, а днём я стану искать тебя.

В сумерки Шамиль вышел из дворца и, дойдя до окраины города, зажёг пёрышко орла. Явился к нему орёл.

– Сделай милость: спрячь меня как можно лучше! – попросил Шамиль.

Орёл, подхватив его своими когтями, поднял в поднебесье и унёс далеко в тёмные облака, где у него было гнездо; туда он посадил Шамиля и сам сел на него.

На рассвете ханская дочка стала осматривать в свою трубу всю поверхность земли. На земле нигде не оказалось Шамиля. Тогда она навела трубу на поднебесную высь, искала долго по всему воздушному пространству и, наконец, где-то далеко-далеко заметила гнездо, на котором сидел орёл; всмотревшись хорошенько, она увидела несколько шерстинок от папахи Шамиля.

– Вот он! – радостно закричала девушка.

Когда вечером явился Шамиль, ханская дочка рассказала ему в точности, где он прятался.

Опечалился Шамиль своей неудаче. Надеясь второй раз спрятаться лучше, вышел он из дворца и в кустарниках, за городом, зажёг шерстинку козы. Тут же явилась к нему коза.

– Спрячь меня как можно лучше! – попросил козу Шамиль.

Коза посадила его себе на спину и понесла с быстротой ветра чуть ли не на край света. Там она спрятала юношу за выступом в яме. Сверху улеглась сама, прикрыв его своим телом.

На следующее утро начала ханская дочь поиски. Долго искала она Шамиля, наконец, за скалой, под лежащей козой, заметила она край бешмета[11]11
     Бешмет – верхняя одежда у тюркских, монгольских и кавказских народностей в виде кафтана со стоячим воротником.


[Закрыть], который Шамиль по неосторожности забыл подвернуть.

Повторилось потом всё, как в первый раз.

«Вторая неудача!» – подумал Шамиль, грея у огня чешую золотой рыбки. Рыба, явившись к нему немедленно, повела его к берегу моря и вызвала оттуда огромную щуку; щуке она велела разинуть рот и, посадив Шамиля в её объёмистую утробу, послала её опять в морскую пучину.

На следующий день долго высматривала дочь хана в свою подзорную трубу, но всё напрасно: не было Шамиля нигде – ни на земле, ни в поднебесье. Она хотела уже признать себя побеждённой, но мать посоветовала ей направить трубу в глубину моря. Случилось так, что как раз в это время прожорливая щука, в утробе которой спрятался Шамиль, открыла пасть, чтобы поймать карася. Неудивительно, что дочка увидела беднягу.

Шамиль совсем пал духом. Злая дочь хана хотела уже приказать его повесить, как вдруг он вспомнил о волосинке лисицы:

– О, прекраснейшая дева! Я пришелец из чужой страны и гость в вашем городе, разреши мне в последний раз спрятаться – ещё раз попытать счастья!

Девушка согласилась.

Шамиль вышел за город и зажёг волосинку лисы. Прибежала лисица.

– А ну-ка, спрячь меня, да получше! – попросил лису Шамиль.

– Не беспокойся, Шамиль! Уж я так тебя спрячу, вовек никто не найдет!

Лиса уложила его под кустом и велела спать спокойно до тех пор, пока сама его не разбудит. А сама принялась рыть подземный ход до ханского дворца, в комнату ханской дочери.

На заре лиса разбудила Шамиля и велела ему ползти за собой. Вскоре они очутились в подполье комнаты ханской дочери, в таком месте, которое приходилось как раз под её ногами. Шамиль слышал каждое слово, которое произносила ханская дочь и её слуги. Было слышно даже, как шуршало её платье.

Сколько ни смотрела ханская дочь в подзорную трубу, где только ни искала храброго юношу – всё напрасно, его словно след простыл. Ей и невдомек, что он стоит под её ногами, чуть ли не в складках её платья. В отчаянии бросила она свою подзорную трубу об пол. А Шамиль слушает и знай себе посмеивается.

Когда стемнело, лисица вывела Шамиля из подземелья, и он отправился к ханской дочери.

– Однако тебе повезло, – сказала она недовольным голосом, завидев юношу, – ты так спрятался, что даже сам шайтан не смог бы тебя разыскать!

– В таком случае, могу ли я рассчитывать, что ты сменишь гнев на милость? – спросил Шамиль.

– Нет, – воскликнула ханская дочь и даже топнула от злости ногой, – прячься ещё раз, а мне позволь получше поискать тебя ещё один день!

Делать нечего. Шамиль согласился. Повторилось то же самое. Шамиль спрятался в прежнем месте. Конечно, все поиски девушки остались безуспешными. С досады она разбила свою трубу вдребезги!

Когда вечером Шамиль снова явился во дворец, недоступная красавица бросилась к нему, сказав: «Ты победил меня: я согласна быть твоей женой!»

На следующий же день отпраздновали свадьбу. Все жители города были необыкновенно рады, что избавились от тяжкого для них испытания, и таким образом свадьба ханской дочери сделалась всеобщим праздником.

Как мышонок жену искал
Осетинская сказка

Жил-был Мышонок. Жил, не тужил, но вдруг вздумал жениться. Он был очень гордым, спесивым, и ни одна мышка ему не нравилась, всех он считал недостойными себя. Он хотел взять в жёны дочь того, кто сильнее всех на свете.

Первым делом пошёл Мышонок к Месяцу, ночному светилу. Поговаривали, что нет сильнее него, раз он может развеять ночную тьму.

– Месяц! – крикнул Мышонок. – Я хочу взять себе в жёны дочь самого сильного на свете. У нас говорят, что ты всех сильнее. Давай породнимся с тобой?

– Верно говорят твои сородичи, я силён, – отвечал ему Месяц. – Везде проникает мой свет, в самые тёмные уголки и щели. Освещаю я всю землю по ночам. Но есть то, что сильнее меня. То, что заставляет мой свет тускнеть, исчезать и уступать место ему – великому светилу. Солнце сильнее меня. Иди к нему и, может, захочет оно с тобой породниться.

Отправился мышонок к солнцу.

– Солнце, – сказал Мышонок, – я хочу жениться на дочери самого сильнейшего на свете. Говорят, что ты самое сильное. Отдай свою дочь за меня!

– Правда, я могущественно, – отвечало Солнце. – Я освещаю всю планету. Ни месяц, ни звёзды не смеют светить при мне. Я дарю тепло и свет растениям, зверям и людям. Я дарю жизнь земле! Но есть то, что сильнее меня. Это Туча. Она может меня заслонить и лишить всех моего света. Отправляйся к ней.

Обратился Мышонок к Туче со своей просьбой. Думала Туча, думала и ответила:

– Верно сказало Солнце, я сильнее его. Растянусь на всё небо, покрою тёмным ковром, и мгновенно день сменится ночью. Закрою собой солнце, звёзды, месяц и луну. Я могущественна. Но сильнее меня Ветер. Налетит он, разорвёт, разбросает меня по небу… Иди к нему.

Пришёл Мышонок к Ветру. Рассказал ему о своём желании.

– Я могуч, я разрываю тучи, – заговорил Ветер. – Я властвую на просторе. Повелеваю погодой, призываю дождь. Но есть те, кто сильнее меня будут. Смотри! Видишь быков на пашне? Их всего двое, но я ничего не могу с ними поделать. Бредут они и будто не чувствуют моего дыхания, как бы я ни старался.

Прибежал Мышонок к быкам и захотел с ними породниться. Ответили быки:

– Нет животных сильнее нас, не подчиняемся мы Ветру. Но есть то, что и нас может одолеть. Зацепится Плуг за что-то, и не можем сдвинутся мы с места. Хоть четверо, хоть десяток нас. Плуг могущественнее нас будет.

Пришёл Мышонок к Плугу, поведал о поисках невесты.

– Я могучий, разрезаю сырую землю, стопорю быков, – заговорил Плуг. – Но существует то, что может и меня остановить. Это Корень. Я не в силах его перерезать. Иди к нему, Мышонок. Может там настигнет тебя счастье.

Добрался Мышонок и до Корня.

– Правду говорит Плуг, – сказал Корень, – не может он меня одолеть. Но есть то, что и мне страшно. Обыкновенная, даже самая маленькая Мышь легко перегрызает меня и может совсем со свету сжить. Она сильнее меня.

– Вот так дела! Сильнее мыши зверя нет! – воскликнул Мышонок и побежал к своим сородичам.

Вскоре состоялась весёлая мышиная свадьба самых сильных на свете зверей.

Ворон
Корякская сказка

Жил на тундре ворон – старый и жадный. Мало еды на тундре – один мох да ягоды.

Летал, летал ворон – ничего не нашёл. С пустым брюхом домой воротился.

«Полечу, – думает, – к морю. Жирной морской пищи добуду!»

Вот прилетел ворон к морю, сел на камень. Тихо на море, ни одной волны не видно. Сидит ворон на камне, добычи ждёт.

Попалась ему камбала-рыба. А что еды в камбале? Сама сухая, и глаза с одного боку.

– Не хочу тебя, кособокая, – сказал ворон, – уж очень ты суха!

Убил ворон камбалу-рыбу и бросил назад в море. Упала в воду камбала. Пошли по морю волны.

Сидит ворон на камне, ждёт добычи.

Попался ему тюлень. Молодой тюлень, спина пёстрая, брюхо белое.

– Не хочу тебя, – сказал ворон, – уж очень ты молод, жиру не нагулял!

Убил ворон тюленя и толкнул ногой назад в море. Упал тюлень в воду. Ещё выше поднялись морские волны.

Сидит ворон на камне, добычи ждёт. Попался ему морж – старый морж, усатый, оба клыка сломаны.

– Не хочу тебя, – сказал ворон, – уж очень ты стар, мясо у тебя жилистое!

Убил ворон старого моржа и спихнул его назад в море. Упал морж в воду – потемнело море, поднялись волны горами.

А ворон всё на камне сидит, добычи ждёт.

Попался ему кит – большой, жирный, на спине плавник, будто парус. Лежит кит – хвост в воде, голова на берегу и рот открыт. Заглянул ворон киту в рот, а там рыбы всякой, как в неводе, полным-полно.

– Вот это по мне добыча! – сказал ворон и прыгнул киту прямо в рот. Наелся там рыбы досыта, а самую большую рыбу, самую жирную треску, с собой про запас взял.

Потом выскочил изо рта, крыльями взмахнул и домой на тундру полетел.

Летит ворон, а навстречу ему лиса бежит.

– Откуда, ворон, треску несёшь?

А ворон и не отвечает – будто не слышит.

– Знаю тебя, старого, – говорит лиса, – подобрал на берегу дохлую рыбёшку и рад!

Рассердился ворон, разинул рот:

– Врёшь ты, рыжая плутовка! Я нынче кита живого поймал!

Только он это крикнул – выпала треска у него из клюва. Подхватила лиса треску и убежала.

«Ничего, – думает ворон, – много ещё рыбы у кита во рту. Сыт буду!»

Замахал крыльями и полетел назад к морю. Прилетел ворон к морю, а на море буря шумит.

Качается на волнах кит – хвост в воде, голова на берегу, и рот открыт.

Прыгнул ворон киту прямо в рот.

А кит ударил хвостом по волнам, распустил плавник на спине, будто парус, рот закрыл и в море ушёл.

Вот и всё.

Бедная лягушка
Нанайская сказка

На берегу большой реки стоял домик. В домике жила старуха. С ней жила девочка – внучка, собачка лохматая да зелёная лягушка.

Девочке у старухи хорошо было. Старуха её любила, жалела, в хорошее одевала, хорошим кормила.

Собачке мохнатой похуже было. Старуха её не так жалела, остатками кое-как подкармливала.

А лягушке было совсем плохо. Не любила её старуха, совсем не жалела. Работать на всех заставляла, днём и ночью воду таскать посылала, а кормить – не кормила. Когда-никогда крошек ей со стола бросит.

Вот однажды старуха лягушку целый день ругала, а поесть и крошки не дала. Весь день лягушка голодная работала. Вечером послала её старуха за водой на реку к проруби. А у лягушки и сил уж нет. Позвала она с собой собачку.

Пришли они на реку, сели у проруби и давай плакать. Смотрят на луну и плачут. Плачет лягушка, приговаривает:

– Пожалей нас хоть ты, месяц! Ква-ква-ква!…

– Спустись, месяц, к нам с неба! Ква-ква-ква!..

– Возьми нас с собачкой к себе! Ква-ква-ква!..

Вот плакали они, плакали, месяц их и услышал. Услышал, пожалел и спустился вниз с неба. Спустился он к реке, забрал лягушку с собачкой, посадил на себя и мигом наверх взлетел, на место стал.

А старуха воды ждала, ждала, – не дождалась, пошла на берег. Смотрит – нет на реке ни лягушки, ни собачки. Искала, искала их старуха, не могла найти. Смотрит на луну, – а на луне её лягушка с собачкой играют.

Стала тут старуха плакать:

– Я ли вас не кормила, я ли вас не жалела, я ли вас не любила. Ты, лягушка, дороже всех мне была!..

Сколько она ни плакала, всё же осталась без работников.

А лягушка с собакой с тех нор на луне и живут. Всегда их там видно.

Мышка
Лопарская сказка

Жила-была мышка. У самого озера жила, на берегу. А в озере том рыбаки рыбу ловили. Вот раз пообедали рыбаки и оставили корочку хлеба.

Прибежала мышка, схватила корочку да и спихнула в воду, а сама села на неё и поплыла по озеру, будто в лодке.

Плывёт мышка, а по берегу заяц бежит.

– Мышка, мышка, короткая ножка, возьми меня с собой!

Ну, мышка и взяла его. Вдвоём на корочке поплыли.

Плывут, плывут, а по берегу лисица бежит. Бежит и кричит:

– Мышка, мышка, короткая ножка, возьми и меня с собой!

Мышка и её взяла. Втроём поплыли.

Плывут, плывут, а по берегу медведь идёт. Увидел медведь корочку, остановился.

«Чьё оно, – думает, – судёнышко по морю бежит?»

Видит – мышкино. Он и закричал:

– Мышка, мышка, короткая ножка, возьми и меня с собой!

– Ну, возьмём!

И взяли. Опять поплыли. Плывут по озеру все четверо. А на берегу волк сидит.

«Чьё оно, судёнышко, по морю плывет? – думает волк. – Кто ему хозяин?»

Видит – мышкино судёнышко. Он и давай просить:

– Мышка, мышка, короткая ножка, толстое стёгнышко, возьми с собой уж и меня!

Мышка, толстое стёгнышко, всех с собой забирает. Взяла и волка. Плывут все пятеро.

Долго ли плыли, коротко ли плыли, лиса и говорит:

– Сидим, сидим, – кто похуже, того съедим!

Схватили они медведя и съели. Вчетвером дальше поплыли.

Долго ли плыли, коротко ли плыли, лиса опять говорит:

– Сидим, сидим, – кто похуже, того съедим!

Волк-то и рад:

– Кого будем есть?

А лиса ему:

– Тебя, волчище, тебя длиннохвостище!

Съели волка. Втроём остались.

Долго ли плыли, коротко ли плыли, а лиса опять своё:

– Сидим, сидим, – кто похуже, того съедим!

Ну, съели зайца.

Остались вдвоём – мышка да лиска.

Лиска и говорит:

– Мышка-хозяйка, а теперь кого будем есть?

Испугалась мышка и скорей к берегу причалила. Причалила к берегу и – шмыг в нору. А корку с собой утащила.

Сидит и ест. А как съест корку, тут сказке и конец будет.

Как рыбы в воде стали жить
Ненецкая сказка

Жила на земле рыбка. Не в воде она тогда ещё жила, на земле. Было у неё трое детей.

Один раз заболела рыбка. Лежит, бедная, в своём чуме[12]12
  Чум – переносное жилище


[Закрыть], подняться не может. Плачут её дети, день и ночь плачут. А рыбке уже совсем худо.

Вышла старшая дочка из чума, стоит, плачет да смотрит, не пройдёт ли кто, не поможет ли матери.

И вот прилетела ворона, села на дерево возле чума. Спрашивает:

– О чём ты, рыбка, плачешь?

– Заболела у нас мать, уже два месяца в чуме лежит, встать не может – вот я и плачу.

Говорит тогда ворона рыбке:

– Не плачь, я её вылечу. Выходите все из чума.

Я одна в чум пойду, лечить рыбку буду. Если закричит мать, – не слушайте, звать вас будет, – не ходите. Криком из неё болезнь выйдет, сразу станет здоровой рыбка-мать.

Послушались дети, отошли подальше на берег моря, а ворона в чум вошла.

Глядит ворона – в углу лежит больная рыбка. Стонет рыбка, худо ей.

Подскочила ворона, разинула клюв, стала клевать больную рыбку.

Закричала рыбка:

– Детки мои, где вы? Помогите, детки, клюёт меня ворона!

Услыхали дети, побежали в чум, а старшая сестра говорит им:

– Нельзя нам входить в чум. Сказала мне ворона: «Если кричать будет мать, – не слушайте, позовёт, – не приходите». Криком из неё болезнь выйдет. Вылечит её ворона.

Послушались дети, не пошли в чум. Кричит, стонет рыбка-мать:

– Помогите мне, детки! Убивает меня ворона! Скорей, детки!

Всё слышат дети. Больно их сердцу. Страшно. А в чум войти не смеют.

И вот замолчала мать, тихо стало.

Вышла из чума ворона. На дерево уселась. Клюв чистит. А дети скорей в чум побежали. Видят – лежат в углу косточки. Слышат – смеётся с дерева ворона;

– Глупые рыбы! Вот как я их обманула.

Горько заплакали рыбки. Потом кости матери на берег вынесли, в воду бросили и сами тоже в море ушли.

Только от берега отплыли, старшая рыбка выглянула из воды и говорит вороне:

– Убила ты, съела нашу родную мать. Да не радуйся! Теперь сама пропадёшь, никуда тебе не спрятаться.

Ударила хвостом по воде старшая рыбка. Поднялась вода, прибывать стала. И вот затопило море землю, затопило деревья.

Некуда сесть вороне. Летала, летала она и упала в воду.

А в воде накинулись на неё рыбки, по кускам, по косточкам растащили.

С тех пор рыбы в воде стали жить. И теперь живут.

Кошка и белка
Осетинская сказка

Подружились однажды кошка с белкой. Прожили вместе целое лето. Вот осень пришла, холодно стало. Потом снег пошёл. Говорит белка кошке:

– Холодно, дружок, стало. Пора на зиму тёплый дом делать.

– Где же мы с тобой тёплый дом будем делать? – спрашивает кошка.

– На дереве хорошо бы, – говорит белка.

– Нет, под землёй лучше, – говорит кошка. – По деревьям зимой лазить трудно, замёрзнут у меня лапки.

Так и порешили. Стала кошка землю рыть. Вырыла землянку. Вот дом и готов. Ну, а если кошка дом сделала, так она дому и хозяин.

Улеглись друзья в землянке. Тепло им. Только согрелись, вдруг слышат – какой-то тяжёлый зверь поверху ходит, в дом ломится. Посылает кошка белку:

– Выйди, – говорит, – посмотри, кто там пришёл.

Вышла белка, посмотрела. А там медведь. Испугалась белочка, однако виду не подала, спрашивает медведя:

– Ты, дедушка, что тут делаешь?

– Землю рою.

– Зачем роешь?

– А вот разрою твой дом и съем тебя.

– Ты подожди, дедушка, не рой, я пойду хозяину своему скажу.

– А хозяин твой кто такой?

– Хозяин мой, – говорит белочка, – самый важный хозяин.

– А как его звать?

– Ой, дедушка, не спрашивай! Боюсь и выговорить.

Призадумался медведь, а белка побежала в землянку и говорит кошке:

– Медведь пришёл, хочет дом наш разрыть и нас съесть. Пропали мы с тобой.

А кошка говорит:

– Ну, зачем пропадать! Ты пойди скажи медведю: хозяин велел тебе лося убить и сюда притащить. А не притащишь, – худо тебе будет.

Вышла белка из землянки и говорит медведю:

– Сердится мой хозяин, велит тебе, медведю, лося убить и сюда притащить. А не притащишь, – худо тебе будет.

– Ну, – говорит медведь, – это дело не большое.

И пошёл лося убивать. Убил лося, на спину взвалил и к землянке принёс.

Встречает его белка.

– Ты, – говорит, – здесь подожди, а я к хозяину сбегаю, скажу.

Побежала белка в землянку.

– Ну как, – спрашивает кошка, – принёс медведь лося?

– Принёс. Целого!

– Поди скажи ему: пусть ещё оленя принесёт, да побыстрее чтобы.

Вышла белка. А медведь сидит, устал.

– Ну, дедушка, хозяин тебе ещё дело делать велит.

– Какое такое дело?

– А вот какое дело: оленя принести, да поскорее.

– Ну, это дело маленькое.

Побежал медведь, торопится, вприпрыжку пустился. Убил оленя, на спину взвалил и к землянке принёс. Белка в землянку бежит.

– Ну как, – спрашивает кошка, – принёс медведь оленя?

– Принёс. Целого!

– Ну, поди теперь скажи ему: пусть уходит подальше да никогда больше сюда не показывается!

Пошла белка. Сказала. А медведь-то и рад: легко отделался. Побежал скорей прочь.

А кошка с белочкой смеются:

– Теперь нам на целый год еды хватит!