Текст книги "Сияние смерти"

Отпустив будущих коллег Буран прикинул, сколько им времени на уборку потребуется и обустройство, и решил, что успеет навестить Самойлову Киру. Может недостающие детали её биографии удастся выяснить. Вспомнив, что сегодня придут студенты для опознания товарища перепоручил эту процедуру Андрею, и вызвав такси, уехал.

Лечебница встретила оглушающей тишиной. Это было необычно, вчера здесь слышны были разнообразные звуки. Подойдя к стойке неулыбчивого администратора, Павел представился, и сообщил цель визита.

Недовольно и пристально рассмотрев документы взрослая дама с выражением глубочайшего неприятия, в униформе больницы, набрала внутренний номер. Тихо пошептав по телефону, она неожиданно приятным и вовсе не сочетающимся с её внешностью голосом обратилась к капитану: – К сожалению сегодня вы не сможете навестить нашу пациентку. Её лечащий врач, а так же главврач нашей клиники отсутствует, а без его разрешения я не могу вас пропустить. Приходите в понедельник, в послеобеденные часы. Все утренние процедуры будут закончены, врач будет на месте и сможет вас принять. Он же, если сочтёт нужным, проводит вас к пациентке.

– Почему сегодня здесь так тихо? – спросил Паша.

– Пятница. Многих пациентов, чье состояние не представляет опасности для них самих и окружающих забирают на выходные домой. Эту практику клиника ввела недавно, но она оказывает положительное влияние на лечащихся в ней.

– А Кира Самойлова? Тоже на выходных?

– Она поступила только вчера, даже если бы её было кому забрать – это нецелесообразно и слишком рано. Приходите в понедельник, Алексей Викторович примет вас.

Значит Кира совершенно одинока, размышлял Павел, выходя из лечебницы. Родители, по словам врача, погибли, когда она была ребёнком, и если нет родственников, значит воспитывалась она в интернате. Не всё же время она лежала здесь? Дав себе задание ещё раз просмотреть все файлы, касающиеся Самойловой Киры, он вызвал такси и направился в управление. Решив по дороге купить еды для Петровича, который сутки провёл в своём морге, он остановил машину у «Семи гномов», и вошёл в кафе, оказавшись едва не сбитым выбегающими посетителями.

У барной стойки с совершенно белым, но невозмутимым лицом стоял Григорий, а перед ним верзила, покачиваясь и размахивая пистолетом выкрикивал угрозы. На полу, в луже крови от полученного ранения, но ещё живой лежал, зажимая руками рану на животе один из карликов – официантов. Сильно хромая, опираясь на трость Паша подкрадывался сзади, надеясь, что верзила сосредоточил внимание лишь на деньгах, которые вынимал из кассы бармен. Но ведь надо быть полным идиотом, чтобы совершать вооружённое нападение практически напротив управления уголовного розыска. Или наркоманом. У них тоже нет мозга.

Опираясь на здоровую ногу капитан вскинул трость, со всей силы ударил верзилу по руке, выбивая оружие, тот резко обернулся и получил тростью сначала в подбородок, потом между ног, и согнувшись от боли был вырублен сильным ударом по голове сверху. Свалившись на красивый и дорогой мраморный пол он забавно хрюкнул и затих.

Григорий кинулся вызывать скорую для товарища, а Павел тем временем вызвал оперов, чтобы составили протокол и забрали преступника. Покончив с формальностями, он подошёл к Грише, справиться об официанте.

– По мнению фельдшеров скорой помощи рана не смертельна, но я всё же сильно волнуюсь, Павел Аркадьевич! Это всё немыслимый стресс для нас. Мы, признаться, втайне надеялись быть в безопасности, учитывая место нашего расположения.

– Не волнуйтесь, Григорий! Организм молодой и крепкий у вашего парнишки. Преступникам нет разницы, где совершать нападение. Но мы справились, – и Павел улыбнулся.

– Ох, благодарствую, Павел Аркадьевич, вы не только ему жизнь спасли своим вмешательством, но и мне. Ведь неизвестно, как бы поступил этот невменяемый, получив деньги. Вероятнее всего, убил бы нас, – руки бармена дрожали, испуг его не отпускал, хотя он во время нападения держался более чем достойно.

– Всё обошлось, Гриша! Всё обошлось. Послушайте, не к месту может, но у меня Петрович сутки не ел, найдётся с собой для него обед? – Паша надеялся, что привычная суета Гришу отвлечёт и поможет собраться. Так и вышло. Григорий тут же распрямил плечи, и начал отдавать распоряжения на кухню. У капитана зазвонил телефон, Кирьянов сообщил, что есть информация, и что он в скором времени будет в отделе. Паша попрощался с барменом, договорившись, что еду для Петровича занесёт один из сотрудников кафе, и покинул заведение.

Андрей поджидал капитана у дверей кабинета, недоумевая, почему по коридору с ведром и тряпкой пробежал Смирнов, а напарник его Лёша с мусорным пакетом и какими–то драными коробками поспешил из запертой ранее комнатушки во двор к помойкам.

Неужели такое наказание им Никодим назначил? Забавно. Они точно этот урок не забудут. Как бы их отдел не назывался, и какой бы смысл не имел, но насмехаться так открыто над коллегами, которые при спасении чужих жизней пострадали некрасиво, не по мужски как–то. Поделом, хоть оба явно недовольны. Конечно, старый, забытый прежними поколениями хлам разбирать удовольствия мало.

Завидев Бурана, стажёр приосанился. Устал он, конечно, бегать, но доволен был чрезвычайно. Лучше так, чем в старых делах копаться.

– Докладывай, Андрей! Что разузнал?

– Немного, Павел Аркадьевич! Подростков я нашёл, они там в парке частенько после школы тусуются, и сегодня были. Только не видели ничего и не слышали. Об убийстве Петрова узнали из новостей. Никаких крупных собак, бездомных или диких животных в парке ни разу не встречали. С ботиночками дело так обстоит. В нашем Старославянске нет мастерских, которые обувь на заказ изготовляют, была одна в старом центре, но закрылась давно. В ремонтной мастерской по соседству мне сказали, что у мастера этого был ученик, и обувь они делали очень дорогую и качественную, из хорошей кожи. Но мастера не стало, об ученике его тоже никто и ничего давно не слышал, может и работает он в частном порядке на дому, только вот найти его не просто будет.

– А кто у нас в городе выделкой занимается? Найди–ка предприятие, ведь был какой–то заводик, и узнай, кто у них закупает кожу хорошей выделки небольшими партиями. Может там выстрелит? А ещё у нас производство сумок и рюкзаков есть. Уточни, они сами кожу выделывают, если нет, где берут. Там тоже поищи. Если у мастера был ученик и толковый, то не бросил он дело, где–то сидит и заказы выполняет. Ему нужны материалы, – Павел посмотрел на часы, – твоё задание – найти ботинки. Этим и занимайся. Четыре уже, на опознание приходили студенты?

– Нет, товарищ капитан, должны скоро подойти, учёба у них.

– Закончишь с ними и до понедельника свободен. Если по ботинкам раньше найдёшь информацию, сразу звони. А, будешь уходить – Смирнова ко мне позови.

– А надолго к нам Смирнов с Лёшей?

– Теперь навсегда, Андрей, – улыбнулся Паша и уткнулся в компьютер.

Через некоторое время за дверью в коридоре послышался топот и улюлюканье. Буран выглянул и обомлел: трое работников из «Семи гномов» несли пакеты с коробками, из которых доносился вкуснейший аромат еды. Шли целенаправленно к кабинету капитана, а за ними толкаясь и хихикая тянулись опера из убойного.

– Глядите–ка, Смирнов повышение отмечает! – смеялись они, и бодро тянулись на запах.

Капитан пропустил официантов в кабинет, и улыбаясь, захлопнул дверь перед носом шутников. Расставив пакеты на столе, они передали привет от Григория, вручили термос с горячим и любимым чаем специально для капитана, категорически отказались принять оплату, и откланялись. Паша только развёл руками. Позвал Андрея, Анну, позвонил Петровичу, велел тому прихватить Марину и зайти к нему. Когда они все явились, в кабинете Павла пахло, как в дорогом ресторане. Объяснив вкратце, откуда эти прекрасные дары, Буран предложил всем поесть от души и закончить, наконец, этот день. В разгар трапезы явился Смирнов. Понурые плечи и несчастный вид вызвали у всех улыбку.

– Денис, вы закончили в кабинете?

– Если эту, захламлённую с прошлого века кладовку вы называете кабинетом, то да, как раз закончили. Целый день на неё убили.

– Ну уж что Бог послал, Денис, – хитро улыбаясь провозгласил капитан, – гробов, у нас, знаешь ли нет!

Все засмеялись, а Денис насупился, понял, что шутку про вампиров припоминать ему ещё долго будут.

– Компьютеры установили, подключили?

– Так точно. Всё заработало.

– Вот и отлично. Есть для вас с напарником пара заданий. Во–первых, возьмите себе еды!

При этих словах Денис оживился и сглотнул голодную слюну. За целый день поесть не удалось, а здесь такие ароматы витали.

– Вот спасибо, Павел Аркадьевич! Есть охота, сил нет, – Денис тут же выглянул из кабинета и позвал Лёшу Иванова.

– Во–вторых, когда закончите трапезничать, изучите эту папку. В ней сведения об одной, интересующей следствие особе. В полицейских файлах нужной информации я не нашёл, а вы найдите. Ищите в соседних районах, соседних областях, но сложите мне два плюс два. В её недолгой биографии полно пробелов. Устраните их.

– А теперь о главном. В понедельник возвращается Васёк. За выходные в помещении будут выполнены некоторые работы, чтобы он мог функционировать здесь полноценно, не смотря на инвалидное кресло. Вход в наш цоколь будет перенесён туда, где дверь черного хода. Замок закодируют. Дверь, сообщающаяся с управлением будет закрыта. Войти и выйти сюда смогут только члены оперативной группы, они же сотрудники отдела. Понимаю, что есть вопросы, но совещание проведем в понедельник. До понедельника постарайтесь выполнить поручения. И ещё. Подписанный вами документ о неразглашении вступил в силу. И это крайне важно.

Глава 4

Зная, что бюджет не увеличивали, а наоборот урезали, Павел недоумевал, откуда Никодим, их шеф и отец–основатель непонятного и таинственного отдела, который, видимо, вскорости оправдает своё название, изыскал средства на реорганизацию рабочего пространства.

Но выходные капитан провёл, контролирую процесс ремонта и благоустройства их помещения. Работы велись скоропалительно, буквально на глазах помещение преображалось, которое, кстати сказать, оказалось значительно больше, чем представлял Паша.

Он думал, что владеет парочкой кабинетов вдоль небольшого коридора, а на деле за одной из дверей нашлись ещё коридоры и комнаты, часть которых была переоборудована в конференц–зал для совещаний, часть под камеры для задержанных, назначение прочих он даже узнавать не хотел.

Было ощущение, что не всё ему известно, но вот то, что Петрович обрёл целую лабораторию для своих изысканий, оборудованную по последнему слову техники его порадовало. Исчезли лесенки и ступеньки, полы приобрели совершенно ровную поверхность и Ваську здесь гонять можно было, как на ледовой арене. Ни сучка, ни задоринки.

Денис Смирнов, который, к слову сказать, имел диплом политехнического института, полученный перед поступлением на службу в полицию, носился по новым коридорам как весёлый щенок, высунув язык за плечи, и вникал во все технические нюансы, кодировал ключи, замки, и помогал с установкой дверей, перегородок, экранов и компьютеров. Сейчас ему было наплевать, придётся ли ему охотиться на привидения, если он будет иметь дело с таким оборудованием.

Анна тоже не дремала на выходных и занималась кабинетом, оснастив его, одной ей ведомыми приборами и датчиками, непонятно откуда взявшимся.

Петрович с Мариночкой вовсю колдовали в новой лаборатории, и переносили из старого, общего с уголовкой помещения свои сокровища. Судя по их количеству кое–что хранилось у Петровича дома. Чему Паша вовсе не удивился.

Кирьянов и Иванов взяли на себя организацию архива, и комнаты для хранения улик. Оборудование для улик было совершенно фантастическим. На каждом из контейнеров установленные датчики измеряли вообще всё, включая уровень радиации. Как дети малые они прыгали возле контейнеров, укладывая в них поочерёдно всё, что попадалось им на глаза.

Когда у новых дверей появился бронированный автомобиль, напичканный всевозможной техникой, в которой ещё следовало разобраться, вмещающий их всех, и даже Васька с его креслом, для чего была приспособлена специальная подножка, коллеги аплодировали стоя. Шофёром тут же назначили Иванова, так как он до службы занимался автомобильным спортом и участвовал в ралли.

Буран видел, что его отдел воодушевился, несмотря на то, что коллеги не обладали всей информацией, которой владели они с Петровичем и Васьком, но все рассуждали одинаково: если в них столько вложено, значит кому–то это нужно. Нехитрая логика плюс новые игрушки вызывали восторг у всех членов опергруппы. Они трудились в свои выходные. И очень ждали понедельника.

В рабочее утро в отделе творилась неразбериха. Там суетливо заканчивали начатое в выходные, разбирались со своими кодированными ключами, осваивали новые компьютеры и прочее оборудование.

Андрей занялся поиском мастера, Денис с напарником собирали по крохам информацию о Самойловой, Анна торопила районных коллег с отчётами, Петрович корпел над своими колбами в лаборатории, а Паша вышел встречать Васька. Краем глаза заметил ремонтные работы на той стороне дороги у кафе «Семь гномов».

Сначала решил, что из соображений безопасности Гриша старается, но потом понял, что именно происходит, и на душе потеплело. Григорий оборудовал пандус при входе. Ох, дружище. Прознал, что Васёк возвращается. Радость и глубокое уважение затопили сердце капитана. Вот ведь человечище!

Такси остановилось прямо у дверей управления. Водитель, увидев что встречающий сам с тростью, помог достать коляску и пересесть в неё Ваську. Паша, покатил друга во двор, где и располагался их новый вход в отдел, и вручил тому ключ карту. Оказавшись внутри помещения Васёк оторопел.

– Пашка, я же просто пандус попросил, – потрясённо произнёс он, – а ты ремонт сделал?

– Так ведь для друга ничего не жалко, да Васёк? – заулыбался Паша, видя такую реакцию. Они–то всем отделом уже успели переварить стремительные перемены. Из–за угла показался Петрович.

– Васёк! Наконец–то! – воскликнул он, и подошёл обнять товарища, в руке держа колбу с голубой жидкостью.

– Это не опасная штука? – показывая на колбу, спросил Паша.

Петрович отпил из неё, улыбнулся во весь рот, и сообщил: – Нет. Это вроде энергетика, я сам изобрёл! Как, по–вашему я здесь сутками торчу?

Мужики обменялись хитрыми взглядами. Ну Петрович же, что с него взять. Гений химии и судмедэкспертизы.

– Ладно, дружище, осваивайся, Петрович тебе всё покажет, а мне надо на встречу одну съездить, после проведём совещание, суммируем всё, что удалось раскопать. И будем думать.

Подъезжая к лечебнице, Павел ещё раз в уме прогнал вопросы, которые собирался задать Самойловой Кире. Помня предостережение врача о погибших родителях, решил эту тему пока не затрагивать, дождаться информации от Смирнова, может и не придётся девушку травмировать напоминанием.

Предъявив удостоверение, он в сопровождении дежурного администратора прошёл уже знакомым коридором и поприветствовал главврача. Тот укорил капитана за ранний приход, но проводил в палату Самойловой.

Девушка сидела на койке спиной к вошедшим. «Хрупкая, тоненькая вся, плечи опущены», – отметил про себя Павел, прошёл вперёд и повернулся к Кире лицом. Взгляд больших, необычного, фиолетового оттенка глаз пронзил Пашу насквозь. Таких красивых он даже в кино не встречал. Сморгнув некоторое потрясение, он принял невозмутимый вид и поздоровался.

– Кира Юрьевна! Капитан Буран Павел Аркадьевич желает задать вам несколько вопросов, если желаете, я могу остаться, – заявил Алексей Викторович, несколько поспешно, как показалось Павлу. Дав себе мысленное задание покопаться в файлах врача, он снова посмотрел на Киру.

– Нет необходимости, Алексей Викторович, я в состоянии побеседовать с капитаном, – мелодичный голосок девушки, был на удивление твёрдым, и вовсе не испуганным, как её внешний вид. Хорошо держится.

– Как пожелаете, я буду у себя в кабинете, если понадоблюсь! – и снова Павлу послышалось неудовольствие. Звоночек. Не намеренно ли врач препятствовал его беседе с Самойловой?

– Кира Юрьевна! Я видел вас на месте происшествия в парке. Хотел поговорить сразу, но вы уже ушли, – сказал Павел, когда за врачом закрылась дверь.

– Да, я нехорошо себя чувствовала. Это печальное событие застало меня врасплох.

– Что вы делали в парке в такой ранний час?

– Там часть моей работы. В дальнем углу парка есть оранжерея, если вы знаете. А я работаю ландшафтным дизайнером. Звучит, конечно, круто, – невесело усмехнулась Кира, – но по факту я обустраиваю дачные территории. Небольшие участки земли нынешние современные владельцы не всегда хотят отдать под грядки, наоборот, стараются облагородить и создать себе красоту и эстетику, насколько позволяет земля. Для этого требуются растения. Их беру в оранжерее. Многие. Я там частый гость.

– Были ли вы знакомы с потерпевшим? Я видел, что вы плакали, и были очень огорчены.

– Нет, я его не знала. Просто это происшествие всколыхнуло другие воспоминания неожиданно для меня самой. Я ведь практически ничего не помню о событиях, которые предшествовали моему попаданию в больницу и интернат в раннем детстве. Так, отрывками. Причём не уверена в их правдивости, – грустно добавила она.

– Дело в том, что Петров Игорь был студентом лесотехнической академии, и по долгу учёбы так же мог посещать парк и оранжерею.

– Возможно. Но я, знаете ли, практически ни с кем не общаюсь и не завожу знакомств, жизнь в этом заведении не способствует развитию подобного стремления. В оранжерее много людей, и действительно, бывают студенты. Но никого из них не знаю, увы.

– Ну что же, я очень вам благодарен, что согласились поговорить. Конечно, помня ваше состояние в парке я втайне надеялся, что вы сумеете пролить свет на детали происшествия, но не предполагал, что оно связано с личной трагедией. Прошу меня извинить, но такая уж у нас работа.

– Мне жаль, что я не смогла вам ничем помочь, – в глазах девушки на мгновение мелькнул страх, – у меня нет нужной вам информации.

– Поправляйтесь, Кира Юрьевна! Всего вам наилучшего. – Буран выскочил из палаты так резво, как позволила покалеченная нога. Эта девушка вызывала в нём совершенно непонятное желание, обнять, погладить по голове, спрятать от всех горестей. Защитить одним словом. А глаза эти, невозможные. «Непрофессионально, Паша!» – укорил он сам себя.

Конечно её внешний вид был совершенно удивительным, какая–то неземная красота и хрупкость в сочетании с твёрдым, уверенным голосом храбрящегося ребёнка. Опасный коктейль. Рассуждая таким образом и анализируя ситуацию в целом, капитан не заметил, как вернулся в управление. Ну что же, девушке он сочувствовал сильно, но выстрел оказался холостым. Неужели чутье подводить стало?

В его кабинете суетились рабочие, подключая прибор, похожий на небольшую радиостанцию. Контролировал процесс Никодим, и завидев Павла, радостно провозгласил, цитируя главного героя из известного и любимого многими фильма: – Принимай аппарат, махнул не глядя!

– Что за аппарат, Дим Димыч? У нас и так теперь аппаратуры полно, с ней бы разобраться.

– Это, Паша, аппарат, который сильно упростит тебе жизнь. Благодаря этой станции ты сможешь быть на связи с любым членом опергруппы, где бы тот не находился.

– Так телефоны у всех, и рации, Дим Димыч, стоило ли городить? – улыбнулся капитан.

– Это хорошо защищённая станция с новейшей системой шифрования. Связываться сможешь как с каждым, так и со всеми одновременно, где бы сам не находился. Считай, что это и рация, и телефон, и компьютер в одном устройстве, но для вашего отдела лично. Никем не прослушивается. При нынешних обстоятельствах, Павел, незаменимая в хозяйстве вещь.

– Даже спрашивать не стану, где вы всё это раздобыли. Чувствую себя героем фантастического фильма, – пошутил капитан.

– Поглядим, такого ли уж фантастического. Совещание назначил?

– Да, сегодня в пять. Сначала вам слово дам, после озвучу всё, что есть.

– Вот и славно. Только ты ещё Анне слово дай, ей тоже есть что сказать.

– Непременно. Все выступят.

– Значит в пять. Ребята закончат, приборы всем раздадут, пользоваться научат. Ну, пошёл я, – попрощался Никодим, и ушёл.

Паша задумался. В управлении лишнюю скрепку было не выпросить, а тут и ремонт, и оборудование, и машина, каких они и не видели никогда. Темнит Никодим, ей богу, темнит. Дают – бери, но вопросов подобные траты вызывали много.

– Павел Аркадьевич, можно? – в кабинет заглянула Анна.

– Давайте у вас побеседуем, Анна? – кивком головы указав на рабочих, предложил Павел.

Расположившись в Аниных владениях и поудобнее пристроив ногу Павел приготовился слушать.

– Я получила первые ответы от наших коллег из соседних с нами районов, – Анна развернула географическую карту области, – в Семёновке, небольшом посёлке к югу от нас летом погиб местный житель. По заключению экспертизы – смерть наступила в результате нападения дикого зверя. Вот фотографии с места происшествия. Ранения такие же, как и у наших жертв. И такой же случай в Акуловке. Аналогичное заключение. Такие же снимки. Акуловка дальше на юг в сорока километрах от Семёновки. Между этими смертями прошло полтора месяца. Обе жертвы найдены в лесу, первая в конце июня, вторая в середине августа. Остальные районы пока не дали информации.

– Хорошая работа, а главное своевременная. Перекиньте файлы на мой компьютер, и похожие случаи незамедлительно отправляйте мне.

– Значит всё–таки зверь, Павел Аркадьевич?

– Всё на совещании, Анна. Осталось три часа, потерпите уж, – сказал Павел и направился в лабораторию Петровича. Тот всё нарадоваться не мог новому, просторному помещению, и своему оборудованию. Но освоился, и какие–то процессы, судя по жужжанию техники и пыхтящим колбам шли своим чередом. Петрович рассматривал что–то в микроскоп, и периодически отвлекался на записи в блокнот.