Читать книгу "Случайности не случайны. Комплект из 2 романов Мари Милас"

Леви

В очередной раз Бель пробралась мне под кожу.

Коснулась годами проработанного архитектурного проекта моей души, стирая и изменяя детали чертежа. Я даже не понял, как это произошло, но на время в моем разуме впервые за столько лет промелькнула мысль: никто не виноват.

Взгляд стал яснее, показывая ситуацию прошлого под разными углами. Мне кажется, что я на верном пути, но возникает вопрос: смогу ли на нем устоять или опять провалюсь в пучину ненависти к себе?

Аврора машет мне из окна Бель, возвращая меня из глубокого психоанализа личности. Она прикладывает указательный палец к губам, приказывая быть тише.

Мне пришлось подкупить Аврору, чтобы воплотить в жизнь сюрприз, который я хочу сделать для Бель. Из ее сестры вышел бы отличный предприниматель, потому что она выставила мне прайс в десять пачек кислого мармелада, подписку на «Нетфликс» и поездку в Диснейленд, когда мы с Бель поженимся. Если что, это дословная формулировка. Первые два пункта вполне реальны, а вот над последним придется очень долго работать.

Как можно тише я перелезаю через окно и стараюсь не упасть, чтобы не сотрясти весом своего тела стены дома.

– Что делает отец? – спрашиваю я у Авроры. Находясь в логове дракона, начинаю думать, что это самоубийственный поступок.

– Он смотрит хоккей, поэтому ближайший час точно не будет замечать ничего вокруг себя, – шепчет в ответ она.

– Отлично. – Я начинаю доставать из рюкзака все, что мне нужно. – Я же могу тебе доверять?

– Конечно. На кону стоит Диснейленд! – Она вскидывает руки.

– Точно.

– А где Аннабель, как ты от нее избавился? – спрашивает Аврора, хмуря брови.

– Она тренируется с Лиамом.

Мне и его пришлось подкупить. Мы даже разыграли неплохой спектакль, когда он позвонил Бель, чтобы перенести тренировку. Цена услуг Лиама оказалась более приземленной: оставить в покое его лосины. Что ж, с этим я могу справиться.

Сняв обувь, встаю на стул и начинаю прикреплять детали, которые хотя бы немного смогут скрасить одиночество Бель в ее темнице. Аврора подает мне кусочки двухстороннего скотча и подсказывает места, где элементов слишком много, а где, наоборот, мало.

– Ты любишь ее? – спрашивает Аврора, и я застываю на месте, прикрепляя последнюю деталь для воплощения своего сюрприза.

Поворачиваюсь к ней лицом и вижу ее грозный взгляд, направленный на меня. Серьезно, в этой семье талант к допросам.

– Да, – отвечаю я честно.

Мне бы, конечно, хотелось признаться в этом сначала Бель. Но если обстоятельства вынуждают, то я не собираюсь врать ее сестре. Да и вообще кому-либо.

Я не могу вспомнить, когда осознал этот факт. Такое ощущение, что это чувство было во мне всегда. Жило внутри и ждало часа выйти наружу. Кажется, я полюбил ее с того дня, когда мы в детстве сидели на нашем месте. Она ослепила и обожгла меня, как солнце. Как звезда.

Я полюбил ее улыбку, нежный голос, изящные руки и ключицы, которые сводили меня с ума. Но самое главное – я любил и видел истинную Бель, которая не должна была соответствовать моим ожиданиям.

– Так и быть, поверю тебе, – все еще угрожающе хмурясь, отвечает она.

– Проследи, чтобы в комнате был включен свет, когда придет Бель, – инструктирую я. – Спасибо тебе большое. Даже того, что я тебе пообещал, мало, ведь ты пошла на большой риск, проворачивая все это, – усмехаюсь я, обводя рукой комнату.

Приобняв немного Аврору в знак благодарности, чувствую, как все ее тело каменеет. Я отстраняюсь. Возможно, мне не стоило этого делать. Ее лицо как белый лист. Что с ней? Бель оторвет мне яйца, если окажется, что я сломал ее сестру.

– Прости. – Я отступаю на шаг. Замешательство овладевает мной.

– Все в порядке. – Аврора возвращается из своего транса, прилепляя на лицо явно фальшивую улыбку. Да что, мать вашу, творится с этими девочками в их доме?

– Хорошо, – медленно говорю я, наблюдая за ней.

– Все, давай, уходи скорее. – Она толкает меня, хихикая. И сейчас ее совершенно не смущает, что она прикасается ко мне. Интересно.

– Спасибо еще раз. – Я встречаюсь с ней взглядом. – Если что, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, – серьезным тоном произношу я.

Аврора смотрит на меня пару секунд, а затем кивает.

Бель со своей сестрой очень похожи, и дело даже не во внешности, хотя и в ней схожесть бросается в глаза. Суть в какой-то невероятной силе, которая исходит от них. Они приковывают к себе внимание, даже не делая этого специально. От этих двух девушек исходят волны чего-то потрясающего, и вы не сможете это потрогать или увидеть, лишь почувствовать. Надеюсь, когда-нибудь Аврора встретит человека, который увидит в ней то же самое, что я вижу в Бель. Она всегда была очень общительной и порой даже забавной девочкой. Поэтому на обратном пути у меня не выходит из головы выражение ее лица.

Я возвращаюсь домой как раз к тому моменту, когда Лиам появляется в коридоре между спортзалом и бассейном.

– Ты успел? – шепчет он, словно Бель притаилась где-то за углом.

– Да, все прошло отлично. Где Бель? – спрашиваю я, заглядывая ему за плечо.

– Она репетирует сольную партию.

– Хорошо, – киваю я. – Спасибо за помощь. – Протягиваю ему руку, и он, не колеблясь, пожимает ее.

– Я был не лучшего мнения о тебе, но… – Он смотрит на наши руки, которые все еще сцеплены. Это уже странно. Мы резко отдергиваем их. – Но ты отличный парень.

– Спасибо? – усмехаюсь я. Он проходит мимо меня. – Лиам, – окликаю его. – Ты хороший друг.

– Спасибо? – смеется он, уходя.

Как можно аккуратнее я открываю дверь спортзала, чтобы понаблюдать за Бель. У меня перехватывает дыхание, как только передо мной открывается вид на нее.

Ее движения такие четкие, но не лишены легкости и изящности. Она двигается словно по воздуху. Мой взгляд прикован к каждому ее движению и лицу, которое излучает энергетику и сияние, сбивающее меня с ног.

Бель останавливается и поворачивается ко мне, встречаясь взглядом. Я не могу дышать, моя кровь бежит по венам со скоростью света, заставляя работать сердце на износ. Она пытается отдышаться, и ее грудь вздымается, приковывая мое внимание к изгибам. Член тут же реагирует, все внутри трепещет от желания наброситься на Бель прямо здесь и сейчас.

Кто знал, что балет так возбуждает? Но если бы дело было только в нем.

Причина в этой девушке. Моей девушке. Моей Бель, которая смотрит на меня своими большими зелеными глазами из-под длинных и густых ресниц. Это так женственно. Из меня чуть ли не вырывается стон только от одного ее вида.

– Нравится? – спрашивает она меня, а я не могу отвести взгляд.

Бель смотрит на меня с улыбкой. Я качаю головой, пытаясь прийти в себя. Она подходит ко мне и протягивает руку, дотрагиваясь до моей щеки. Я чувствую тепло ее ладони на своей коже. Мои губы открываются, я пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в горле. Это и есть единение душ? Когда вы просто смотрите глаза в глаза и становитесь одним целым. Потерянный пазл встает на свое место в картине. Вы соединяетесь, потому что ваши чувства отражают друг друга.

Она улыбается мне, ее глаза сияют. Я обнимаю Бель за талию, прижимая ее к своему возбуждению, и из нее вырывается дрожащий вздох. Мне кажется, сейчас это красноречивее всех слов. Она поднимает другую руку и опускает вниз по моей спине, словно в танце.

– Ты прекрасна, – говорю я, наклонившись к ней. Я беру ее за руку и веду в свою комнату. Мы проходим по коридорам, не произнося ни слова, не решаясь нарушить этот момент. Я оглядываюсь на нее, когда дверь комнаты захлопывается, чтобы убедиться, что она не испытывает страха.

– Я хочу тебя! – выпаливает она, опять лишая меня дара речи. – Я хочу, чтобы мы занялись сексом. – Она смотрит на меня с выражением крайней наивности и смущения, что полностью противоречит ее решительности. – Ты и я, прямо сейчас. Ты хочешь этого?

Мой член отвечает за меня, дергаясь как сумасшедший на каждое ее слово. Я подхватываю ее на руки и буквально бегу к кровати. Она сводит меня с ума, и главное – мне не хочется возвращать свой рассудок.

– Я мечтал об этом, – произношу я и целую ее.

Бель страстно отвечает мне, и наконец-то мы сливаемся в один поток. Я перехожу на ее шею и ключицы, когда она обхватывает мое лицо руками, заставляя встретиться с ней взглядом.

– Я влюблена в тебя, Леви Кеннет. – Если можно еще больше погрузить мой разум в эйфорию, то она только что это сделала.

Смотря ей в глаза, я признаюсь в чувствах, которые укоренились во мне слишком давно.

– Я влюблен в тебя, Аннабель Андерсон.

Бель целует меня. Нежно, неторопливо, чувственно, отдавая мне всю себя. Это наполняет светом каждую клетку во мне, и будь мы в другой реальности, мое тело было бы похоже на звездное небо, которое она зажгла.

– Скажи мне хоть одно слово, и мы прекратим все, что начали. Этот выбор полностью за тобой. – Я серьезно смотрю на нее, но про себя молю всех богов, чтобы она этого не делала.

В ее глазах нет неуверенности и страха, лишь полное доверие, которое я видел уже с первой нашей поездки, после встречи на ущелье.

– Мне не хочется это прекращать. Единственное – что я хочу, – это ты.

Эта девушка ставит меня на колени одними словами. Она лежит на моей кровати с зацелованными губами, но это лишь увертюра[15]15
  Увертюра – развернутая пьеса, инструментальное вступление к театральному спектаклю, чаще – музыкальному (опере, балету, оперетте).


[Закрыть]. Либретто[16]16
  Либретто – текст музыкально-сценического произведения, например оперы, балета, оперетты и т. п.


[Закрыть] – вся она, начиная с души и заканчивая кончиками пальцев.

Аннабель

– Либретто? – переспрашиваю я у Леви то, что он пробормотал в тишине.

Он смотрит на меня в недоумении, словно не ожидал, что мне удастся это расслышать.

– Да. Я думал, что сказал это про себя. Но, видимо, рядом с тобой мои мысли слишком громкие.

Он прижимается ко мне всем своим телом. И я чувствую, как его возбуждение упирается в мой центр, в котором уже жарко, как в аду.

– Ты – либретто, то, на чем строятся все сценические произведения. То, на чем строюсь я. Без тебя всего было бы недостаточно.

Щекотливое ощущение появляется в носу, а в глазах начинают скапливаться слезы от его слов. Без меня всего недостаточно, а не меня для всего. Мое сердце готово разорваться от искренности слов, которых я никогда не слышала. Первая слеза стекает, и мне даже не хочется ее вытирать. Потому что впервые это слеза счастья при слове «недостаточно». И все благодаря ему, человеку, нависающему надо мной как ангел, который готов закрыть меня своими крыльями и забрать все страхи.

– Эй, что такое? – Он испуганно смотрит на меня, вытирая ладонью мою щеку. – Я что-то не то сказал?

– Нет. – Я обвиваю его шею руками, а талию – ногами. – Ты сказал то, в чем я нуждалась всю жизнь.

Я прокладываю дорожку поцелуев по его шее и чувствую, как его кожа покрывается мурашками под моими губами. Руки путешествуют по телу Леви, изучая, как топографическую карту. Его ладони обводят мою грудь сквозь ткань боди, нежно задевая нервные окончания сосков. И даже от такого мимолетного прикосновения низ моего живота сводит, отдавая еще большим жаром между бедер.

– Давай наконец-то снимем все это, – шепчет Леви мне на ухо.

Я киваю ему, не в силах произнести ни слова.

– Покажи мне, как избавиться от этого антиманьячного наряда. До тебя слишком трудно добраться, – усмехается он, и я рада, что наш первый раз хоть и неловкий, но у нас нет напряжения или страха.

Он встает на колени по обе стороны от моих бедер и наблюдает за мной.

– Нужно снять сначала юбку, – руковожу я.

Он просовывает кончики пальцев под пояс и стягивает ее, не сводя с меня голодного взгляда. Леви выглядит как хищник, но это меня не пугает, а распаляет каждый незажженный уголек внутри.

– Теперь… – Мне приходится прерваться, чтобы обдумать свои слова и действия. – Я сама это сделаю.

Моя рука тянется к застежке боди между ног, но Леви перехватывает ее.

– Скажи мне, я хочу сам.

Он наклоняется и целует мою ладонь и каждый палец по очереди. Вау, я не знала, что это может быть так эротично. Настолько, что каждый участок моей кожи гудит от возбуждения.

Леви тянется к застежке, и костяшки его пальцев задевают мой клитор, побуждая меня выгнуть спину дугой и задержать дыхание.

Боже, помоги мне. Почему все ощущения такие острые?

Леви видит реакцию моего тела, и ему явно это нравится. С удивительной ловкостью расстегнув боди, он еще раз проводит костяшками по клитору сквозь ткань моего супертонкого балетного нижнего белья, которое буквально ни на долю не притупляет ощущения. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, и стон сам собой слетает с моих губ.

– Черт, можно я сниму их? – спрашивает Леви и смотрит на меня как загипнотизированный, запуская руку в волосы.

– Да, – удается проговорить мне с придыханием.

– Господи, спасибо, – говорит он то ли с облегчением, то ли с предвкушением.

Он поддевает края трусиков по бокам моих бедер и стягивает их вниз, аккуратно освобождая каждую ногу, придерживая за лодыжку. Леви поднимает обе моих ноги на уровень своего лица, снимает пуанты и прокладывает дорожку поцелуев от ступни к колену. Затем его взгляд обращается ко мне в немом вопросе. Я отвечаю ему тем, что приподнимаюсь и стягиваю собранное на моей талии боди через голову, оставаясь перед ним полностью обнаженной, но у меня нет ощущения незащищенности.

– Это тело сведет меня с ума, – стонет он, запрокидывая голову.

Затем резко отбрасывает мою ногу, наклоняется к груди и втягивает в рот сосок. Я вздрагиваю от внезапного электрического разряда, пробегающего по моей коже. Леви перемещается поцелуями по моему телу вниз, скручивая мои нервные окончания в тугой жгут. Он нежен и осторожен, и это вселяет еще больше уверенности. Его губы достигают низа моего живота, а пальцы пробегают от одной тазовой кости к другой. Я вся дрожу, словно меня опустили в ледяную ванну, но кожа пылает огнем. Моя поясница отрывается от кровати сама собой, как будто подзывая его опустить свои губы ниже. В то место, где ранее была только моя рука. Абсолютно в целях повышения сексуальной грамотности.

– Скажи мне, если передумаешь. – Он поднимает голову, смотря мне в глаза. – Если тебе будет неприятно.

Это так искренне сказано. Не для того, чтобы показать себя со стороны джентльмена, а действительно для того, чтобы я чувствовала себя комфортно.

– Сделай это, – уверенно отвечаю я на выдохе.

Леви не нужно упрашивать или повторять, потому что в следующую секунду его рот оказывается ровно там, где мне и хотелось. Я вскрикиваю от ощущений, которые как лоза распространяются по моему телу.

– Все хорошо, – произношу я, чтобы он не испугался моей реакции.

Леви раздвигает мои ноги шире, а рукой обхватывает бедро, медленно ведя по нему снизу вверх. Каждое движение его языка лишает меня кислорода в легких. Стон за стоном слетает с моих губ, и смерть кажется ближе, чем я думала.

Леви протягивает руку и сжимает мой сосок, когда его язык совершает очередной пируэт на клиторе. Я так сильно прикусываю губу, что вот-вот может пойти кровь, иначе стон, который зарождается внутри меня, услышит весь чертов Бристоль.

– Отпусти губу, я хочу тебя слышать, – требует Леви рокочущим тоном и вводит в меня средний палец, надавливая подушечкой большого на мой центр.

Эта сексуальная атака отключает меня от всего остального мира, громкий стон или даже крик заполняет пространство. Горячая, как лава, кровь приливает вниз моего живота, и тело вытягивается в струну. Я падаю, рассыпаюсь на тысячу осколков, но чувствую лишь жар и сладость.

– Считаю твой первый оргазм моей самой главной наградой. – Голос Леви доносится до моего затуманенного сознания.

И вот он уже надо мной, смотрит глазами, в которых нет ничего, кроме желания и любви. Я целую его. Страстно, обжигающе. Не стесняясь своей дикости и возбуждения.

Я стягиваю его футболку и провожу ладонями по каждому участку торса. Достигнув шрама под его сердцем, отрываюсь от поцелуя и заставляю Леви лечь на спину. Переместившись на него сверху, наклоняюсь и провожу дорожку носом от его уха и до груди. Я чувствую, как его мощное возбуждение упирается в клитор, но Леви не торопится, а продолжает вглядываться в мое лицо.

– Я уверена. – Моя рука прикасается к его эрекции, и он стискивает зубы.

– В чем уверена? – Хитрая улыбка появляется на его лице.

Я не отвечаю, а расстегиваю его джинсы, стягивая их вниз. Перед моим лицом сразу же появляется огромная выпуклость, спрятанная под белыми боксерами Calvin Klein. Хорошо, что фамилия и имя моего отца не являются брендом какой-нибудь одежды. Иначе в таких ситуациях было бы очень неловко.

– Уверена в этом.

Я аккуратно запускаю пальцы под резинку боксеров и опускаю их вниз. Леви помогает мне, приподнимая таз и сбрасывая всю одежду с ног.

Матерь Божья. Не знаю, можно ли упоминать ее во время секса, но других слов у меня нет.

– Я… – Не знаю, что сказать. Не то чтобы я раньше видела мужские достоинства, но это определенно идеально спроектированное архитектурное произведение искусства.

– Это красиво, – наконец-то говорю я, наклоняя голову и рассматривая его.

Леви сотрясается от смеха.

– Только ты могла сказать такое о члене, Бель.

Я провожу рукой по всей его длине. Резкий вздох и хриплый стон исходят от Леви, и он накрывает мою руку своей.

– Еще пару движений и все закончится, не успев начаться. Поэтому возьми презерватив с подставки чертежного инструмента и не задавай вопросов, почему он лежит именно там, – приказывает он.

Я встаю и беру презерватив именно там, где он сказал, затем возвращаюсь к нему.

– Полагаю, ты просто детально изучал этот вопрос, – хихикаю я.

– Ты даже не представляешь насколько.

Я протягиваю ему презерватив, потому что, сколько бы я ни изучала и ни погружалась в последовательность действий во всех просмотренных мной сексуальных пособиях, ни за что на свете не смогу сделать это правильно.

Леви разрывает упаковку и, достав заветный латексный барьер, берет мою руку в свою.

– Вместе, – шепчет он и располагает мои и свои пальцы на презервативе, поднося его к головке члена.

Мы смотрим друг другу в глаза, когда опускаем руки вниз и презерватив скользит по всей длине его члена. Я наклоняюсь к груди Леви и целую шрам, он вздрагивает. Целую еще раз, и его кожа покрывается мурашками.

– Это не поцелуй смерти, – шепчу я. – Это поцелуй жизни.

Он перекатывается на меня, накрывая собой и располагаясь между бедер. Крепко взявшись за колени, Леви разводит мои ноги в стороны. Его рука перемещается и обхватывает меня чуть ниже талии, притягивая ближе.

– Благодаря тебе, да. – Он закрепляет свои слова, медленно погружаясь в меня и не прерывая зрительного контакта.

Я чувствую сильное давление внизу живота, сменяющееся резким жжением. Шипение, вырывающееся из меня, заполняет тишину.

– Сейчас станет лучше. – Леви целует меня в шею. – Надеюсь… Не знаю. Но я не переживу, если тебе будет больно, хотя это и нормально.

– Все хорошо, – я глажу его щеку, – продолжай.

Он медленно погружается в меня маятниковыми движениями. Мы соприкасаемся лбами, вдыхая друг друга. Видя друг друга. Мне хочется плакать не только от тянущей боли, но и от чувств, переполняющих меня, однако я стараюсь сдержать слезы, чтобы не напугать Леви.

– Тебе неприятно. – Он останавливается. – Привыкни. – Его губы покрывают мелкими нежными поцелуями мое лицо. – Мы не будем спешить.

Я стараюсь успокоить свое дыхание и расслабить напряженные мышцы. Леви просовывает ладонь между нашими телами, прикладывая ее к низу моего живота. Его пальцы аккуратно и почти невесомо рисуют круги, звезды и другие узоры. Мне кажется, он готов нарисовать что угодно, лишь бы мне полегчало. Я покрываюсь мурашками, дрожу, но чувствую себя счастливой. Мы неотрывно смотрим друг на друга, и эмоции, горящие в наших глазах, делают этот первый неловкий и болезненный секс самым прекрасным событием.

– Бель… – произносит он тоном, полным восхищения. – Ты необыкновенна.

Наши губы сливаются в поцелуе, и от моих неприятных ощущений не остается и следа. Только желание и нарастающее томление внизу живота.

Леви ощущает мое возбуждение и начинает входить в меня чуть быстрее. Я чувствую, как он напрягается, стараясь не дать волю своим желаниям.

– Не сдерживайся, мне приятно. Все замечательно, – хриплю я.

Он захватывает мой сосок, сжимая в руке другую грудь, и его движения тазом становятся лихорадочными. Наши стоны и хриплое дыхание сливаются в унисон, создавая самую прекрасную мелодию. Одна нота сменяется другой в крещендо.

– Боже, я в раю. – Леви удается сохранять речевые навыки, когда я распадаюсь под ним на части.

Его зубы царапают мой сосок, а рука находит клитор, выписывая приятные круги. Волна адреналина пронзает меня.

– Леви… – Его имя звучит как кантата[17]17
  Кантата – вокально-инструментальное произведение для солистов, хора и оркестра.


[Закрыть] на моих устах.

– Кончай.

Как только он произносит эти слова и делает два последних толчка, я с громким стоном впиваюсь ногтями в его спину.

Оргазм разливается в нас одновременно, и мы ставим последний аккорд.

Леви падает, удерживая свой вес локтями по обе стороны от меня.

Пару минут мы лежим в умиротворенной тишине, переводя дыхание и наслаждаясь теплом друг друга. Потом Леви шевелится и, притянув меня к себе за бок, перекатывается на спину, утягивая за собой.

– Все было прекрасно, я рада, что ты стал тем, кто подарил мне мой первый оргазм. И вообще, стал первым во всем. Первым другом и любовью, – произношу я на одном дыхании.

– Я тоже рад, что ты первая. И хочу, чтобы была единственной.

В горле пересыхает от его слов, но, заставив себя говорить, я произношу:

– Буду.

Надеюсь.

Мы приводим себя в порядок. Когда Леви возвращается из ванной, я стою около чертежного инструмента.

– Ты закончил? – киваю на чертеж.

У меня не было времени рассмотреть его ранее, когда подходила к нему. Но сейчас я вижу множество новых деталей, появившихся на чертеже. Теперь даже невооруженным глазом видно, что это театр. Зрительный зал разделен четырьмя лестницами так, что при взгляде на чертеж с разного угла все равно понятна каждая деталь. Бросается в глаза четко выраженная каноническая картина оркестровой ямы. Появились даже колонны, балюстрады и арки.

Боже, это великолепно!

Я провожу рукой по каждой детали, словно могу дотронуться до нее не на чертеже, а в реальности. Представляю, как нахожусь в этом месте. Стою на сцене. Есть только один известный мне способ попасть туда.

– Да. – Голос Леви прерывает мое погружение. – Вчера.

– Ты очень талантлив. – Я разворачиваюсь к нему. – Как думаешь, когда-нибудь мне удастся выступить в театре, спроектированном тобой? – Прикусив губу, смотрю на него из-под ресниц.

– Определенно. Думаю, из нас выйдет отличный тандем. Я создаю сосуд, ты наполняешь его жизнью, – размышляет он.

Запретите ему говорить такие вещи.

– Ты родился не в том веке, слишком романтичен для современного мира. Но мне это безумно нравится. – Я обнимаю его и целую в грудь.

Леви такой теплый, он дарит умиротворение. Мне так хорошо в его объятиях, что я уже ничего не боюсь и, раскинув руки в стороны, лечу в бездну.

– Почему презерватив лежал тут?

Мой вопрос повисает в воздухе, но затем Леви широко улыбается.

– Я просто кое-что гуглил по этой теме, когда занимался чертежом, и забыл его тут.

– Гуглил, – повторяю я, словно эхо.

– Да.

– Что же ты гуглил, стесняюсь спросить…

Я прикусываю щеку, чтобы не рассмеяться. Ведь я занималась тем же самым.

– Ох… тебе лучше не знать, – вздыхает он.

– Это многое объясняет. – Я все еще пытаюсь сдержать улыбку, разговаривая с полной серьезностью. – Ты был очень уверен в себе, и не сказать, что неопытен.

– Ну… Скажем так: я быстро учусь, и в наше время много… видеопособий. Подробных.

Я открываю рот, не зная, что на это ответить. Но Леви быстро разбирает смех, и мне не удается сдержаться, чтобы не присоединиться к нему.

– Боже, мне стало слишком жарко, – хохочу я.

* * *

Леви провожает меня до дома, крепко целуя на прощание. Я быстро поднимаюсь в свою комнату, не желая ни с кем встречаться и разговаривать после того, как потеряла девственность. Мне кажется, это написано у меня на лбу огромными красными буквами.

Я захожу в свою комнату, и в ней горит свет. Странно. Может, тут была Аврора? Но обычно она не заходит сюда, когда меня нет.

Я готовлюсь к завтрашнему дню и повторяю материал для подготовки к итоговому тестированию. Пару раз ко мне в комнату заглядывает папа, напоминая мне, чтобы я завтра не облажалась. Никаких «У тебя все получится!», «Не переживай!», «Я верю в тебя, ты справишься». А лишь строгое и едкое «Не подведи меня».

Время пролетает незаметно, оглянувшись на часы, я вижу, что уже без десяти двенадцать. Быстро готовлюсь ко сну и ложусь в кровать, смотря в потолок и погружаясь в сегодняшний день. Лучший в моей жизни. Улыбка не прекращает танцевать на лице. Я собираюсь погасить свет, когда на телефон приходит уведомление о новом сообщении.

Мой принц:

Выключи свет.

Что? Откуда он знает, что у меня в комнате горит свет?

Я подбегаю к окну, отодвигаю штору. Леви стоит, прислонившись к забору, не сводя глаз с моего окна, затем печатает что-то на телефоне, и звук уведомления опять разносится по комнате.

Мой принц:

У тебя осталась минута!

Ложись в постель и выключи свет.

Не задавай вопросов.

Это все суперстранно, но я делаю, как он говорит. Погрузившись в тепло постели, я протягиваю руку и нажимаю выключатель.

Матерь Божья!

Вся моя комната – это звездное небо. Маленькие и большие звезды разбросаны по всему потолку и боковым стенам. Они излучают легкое голубое сияние, но их так много, что комната вся залита светом. Прямо над кроватью расположена огромная звезда оттенка ближе к желтому.

Я встаю на кровать и подпрыгиваю, пытаясь дотянуться до нее, но ничего не выходит. Восторженный смех льется из меня. Упав в мягкий плен постели, пытаюсь привести дыхание в норму. Мне хочется выпрыгнуть из окна и кинуться в объятия Леви. Мое сердце разрывается от эмоций. От любви. Это все лишает меня остатков разума, и я даже не могу сформулировать ни единого связного сообщения, когда беру в руки телефон.

Леви опережает меня.

Мой принц:

Ты зажгла звезды.

С днем рождения,

Бель.

Следом приходит сообщение с эмодзи ладони и звезды.

Я глубоко вдыхаю через нос, голова кружится. Руки дрожат от нахлынувших чувств, но мне удается попадать по буквам на клавиатуре.

Я:

Ты зажег их. Это восхитительно. Самое красивое, что я видела в жизни. Спасибо. Я готова спрыгнуть к тебе и зацеловать.

Мой принц:

Мы зажгли их вместе. Твое предложение очень заманчиво, и я бы все отдал для этого, но потерпи до завтра.

Я подбегаю к окну – Леви все еще там. Наши взгляды встречаются, и мне удается прочитать по его губам, когда он говорит:

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – шепчу я и надеюсь, что он обладает таким же талантом чтения по губам.