Читать книгу "Занимательная некромантия. Сердце демона"

– Что? – нахмурившись, он вновь посмотрел на меня так, будто не мог понять, о чем я его спрашиваю.

– Ну, рука, – указала я взглядом на его левую руку, которая заметно покраснела от встречи с носом Брайана Верто.

Казалось, только теперь Кристиан понял, о чем я его спрашиваю. Он вдруг замер посреди лестницы и с каким-то недоумением уставился на повреждённую кисть.

– Болит?

– Тебе стоит быть осторожнее, – вместо ответа сказал он, вновь начиная спускаться по лестнице.

– Мне? Со мной всё в порядке, и спасибо, что ты так вовремя там оказался…

Я старалась быть как можно более дружелюбной и приветливой. Мне казалось, что это мой шанс подружиться с ним. Но когда его руки вдруг сомкнулись в жестком захвате на моих предплечьях, а совершенно темный взгляд точно пронзил насквозь, я осеклась и замолчала. Он повернулся ко мне всем корпусом, так близко, что я вдруг ощутила его дыхание на своих губах.

– Я сказал: тебе стоит быть осторожнее, Элизабет, – как-то особенно вкрадчиво, почти прошептал он, отчего стало совершенно не по себе.

Я коротко кивнула, и прежде чем мне представился шанс сказать ещё хоть что-нибудь, он повернулся ко мне спиной и, уже отпустив мою руку, решительно направился вниз.

Какое-то время я продолжала смотреть ему вслед, ощущая странную пустоту и гнетущую безысходность от того, что он так просто уходит.

– Очнись, Элизабет, просто приди в себя и пойми наконец, как это глупо, – пробормотала я себе под нос.

Перевела дыхание, натянула на лицо дежурную улыбку и решительно направилась в класс, где, как ни в чем не бывало, продолжал решать задачи Джесси. Кристиана в классе не оказалось.

На фоне всего того, что творилось у меня в душе, я совершенно позабыла слова отца о том, что мне следует готовиться к поступлению в Академию. Надо сказать, я не просто забыла о них, я и минуты не думала о том, что он говорил это всерьёз. Со своим будущим я определилась уже достаточно давно, и двоюродный брат мамы, Майкл, был моим главным соратником в этом выборе. Дядя Майкл возглавлял департамент полиции на севере королевства. Он жил в Ривдэйле, фактически северной столице Роаны, и именно туда я собиралась поступать в колледж, по завершении которого могла начать работать следователем по телу и попутно доучиваться, чтобы развивать свои минимальные магические способности, которые смогли бы помочь мне в работе. Там же можно было выбрать дополнительную специализацию в виде артефакторики, что я и собиралась сделать.

Некромантов в Роане было не так уж и много, а тех, кто желал бы служить в полиции, и того меньше. Одним словом, именно в этой отрасли я могла бы стать специалистом, которого бы ценили и который смог бы стать действительно полезным. По окончании школы я планировала переехать и за все эти годы ни разу не усомнилась в своем выборе. Единственным человеком, которого мне никак не хотелось оставлять, был Джесси. И именно он был тем, кто однажды сказал мне то, что окончательно убедило меня в правильности моего выбора.

– Тебе нет места в этой семье, Лиз, ты должна это понимать, – голос брата тогда казался каким-то глухим и печальным. – Как бы сильно я ни желал расставаться с тобой, но ты не моя вещь, которую я должен носить везде за собой, чтобы мне было удобно, и просто выбросить, когда необходимость в тебе отпадёт. Ни один из нас не будет от этого счастлив. Я смогу стать собой, лишь поняв, что больше не могу рассчитывать на тебя. Ты сможешь начать по-настоящему сиять, лишь выйдя из тени семьи. Иногда людям надо расставаться, чтобы продолжать любить друг друга…

Порой Джесси говорил такие вещи, которые никак не вязались с образом подростка пятнадцати лет. Я всегда поражалась, сколь глубокой была его душа! Сколько мыслей бродило в его голове! И как сильно он умел чувствовать, толком не осознавая этого и не показывая никому.

Собственно, когда через несколько дней после инцидента на крыше, отец позвал меня к себе для беседы, я шла, готовясь заступаться уже за Криса и объяснять то, что произошло, но никак не ждала услышать то, что он сказал:

– Как продвигается подготовка к экзаменам? – сидя за своим огромным столом, спросил он.

– Хорошо, – пробормотала я, стоя в самом центре кабинета.

Я не так уж часто бывала здесь. Мой отец предпочитал компанию Алана или Джесси, но никак не меня. Поэтому всегда испытывала чувство неловкости и смущения, находясь под прицелом его пронзительных ясно-голубых глаз.

– Надеюсь, ты понимаешь, что для поступления в Магическую Академию нужны только высшие баллы? – изогнув бровь, холодно поинтересовался он.

– Но… я не собираюсь поступать туда, – кое-как борясь с внутренним ступором, пробормотала я.

– Что это значит, Элизабет?! – вдруг резко повысил он голос, а я вздрогнула. – Я думал, мы всё уже обсудили!

– Обсудили? – нахмурилась я. – О чем…

– Что за непозволительная непосредственность в твоем возрасте?! – резко ударил он открытой ладонью по столешнице. Звук получился хлестким и пугающим. – Я не для того пошел на всё это, чтобы услышать подобное! Что за чушь?!

Я молча слушала его отповедь, в то время как на самом деле меня интересовало лишь одно.

– Пошел на что? – нахмурилась я, прежде чем поняла, что спросила вслух.

Отец тут же осекся и как-то хищно прищурился.

– А ты полагаешь, твое воспитание и содержание – это пустой звук? Если мои вложения не окупаются, то разве это не повод для того, чтобы я чувствовал себя обманутым? – изогнув бровь, посмотрел он на меня. – Разговор окончен. И, – взяв в руку бокал с бренди, откинулся на спинку кресла, – ты будешь поступать в Академию. Не обсуждается.

Выйдя из кабинета, я нерешительно замерла, глупо хлопая глазами и пытаясь понять, что вообще происходит. Моё обучение в Академии будет стоить приличных денег, а что семья получит на выходе? Никчемного некроманта с потрясающим образованием. Что за глупости?!

ГЛАВА 5.

– Представляешь? Клянусь тебе, он говорил это совершенно серьёзно! – лепетала я в тот же вечер, сидя на подоконнике в комнате брата и пересказывая ему детали разговора с отцом.

На первый взгляд казалось, что Джесси меня совсем не слушает и ничто в целом свете не способно отвлечь его от книги Фридриха Ульвэ «Некромантия, как она есть, или несерьёзный взгляд на серьёзные вещи». Надо же, какое название придумал для книги о мертвых этот писака! Почему не «Забавные умертвия» или «Чем занять себя на кладбище, если у вас хорошее настроение»? Но Джесси, похоже, был в восторге от этого чтива.

– И что ты ответила? – всё же поинтересовался он, не утруждаясь хотя бы встать с постели и взглянуть на меня.

– Ну, что… – вздохнула я. – Ничего, – обреченно пробормотала я.

– В этом твоя проблема, – перевернув страницу, выдал брат, а на его губах расцвела скупая улыбка.

Стало быть, книга была и впрямь смешная. Хотя порой то, что забавляло Джесси, многие считали жутковатым.

– И это говорит Мистер Беспроблемная Коммуникация, – фыркнула я.

– Я не сожалею о том, что не сказал, – пожал он плечами. – Мне всё равно, узнает ли кто-то о том, что я на самом деле думаю. Пока моя судьба не расходится с моими интересами, и меня это устраивает. Мне вполне достаточно того, что я могу говорить с тобой. Общение с другими было бы обременительным.

– Если так подумать, то и я могу говорить только с тобой… – задумчиво сказала я, вдруг понимая, каким на самом деле замкнутым является мой мир.

– Именно, только для тебя это проблема. Для меня нет, – пожал он плечами. – Я не сожалею, что так происходит.

– Хочешь сказать, что я должна быть более решительной и ни о чем не сожалеть? – засунув в рот сразу несколько печений, что заботливо прихватила с собой с кухни для беседы с братом, захрустела я, заставляя себя проглотить их.

Быть может, хотя бы рядом с ним получится?

Джесси немного нахмурился и на мгновение оторвался от книги.

– Почему, когда об этом говорю я, то это звучит как добрый совет, а когда повторяешь за мной ты, то попахивает уже безрассудством?

– Ты прав, – серьёзно кивнула я, пропустив то, что он сказал, мимо ушей. – Я сдам экзамены, скажу отцу, что уеду в Ривдэйл и стану следователем по телу, чего бы мне это ни стоило! Начну глубже изучать артефакторику, и мои изобретения заполнят все отделения полиции Роаны! Признаюсь Кристиану и раз и навсегда покончу со всеми недомолвками, чтобы начать сначала! Да, так и сделаю!

–Я не то имел в виду! – попытался урезонить меня брат.

Он даже книгу отложил и сел на постели.

– Нет, Джесси, ты прав. Надо учиться говорить то, что у меня на душе, чтобы однажды быть услышанной и ни о чем не жалеть!

– Только дураки орут о том, что им в голову взбредет. Ты должна же это понимать?! – посмотрел он на меня так, словно из последних сил пытался успокоить. – Поговори с отцом, и для начала этого будет достаточно. Ну, сама подумай, какому парню понравится девчонка, что сама припрёт его к стенке? «Женись или умри», так что ли?

Всё, что говорил мой брат, было правдой. Это было сумасбродством, но… Я вдруг сгорбилась, точно древняя старуха, и обняла себя руками за плечи.

– Я совсем не сплю, Джесси, – прошептала я, признаваясь в том, о чем не говорила до этого момента никому. – А если засыпаю ненадолго, то вижу лишь его глаза в своих снах. Я не могу есть. Каждый раз заставляю себя. Не могу думать ни о чем и ни о ком так, как постоянно думаю о нем. У меня такое чувство, что меня выкинули посреди океана, и я отчаянно пытаюсь доплыть до берега, но всякий раз меня сносит всё новой и новой волной. Я не знаю, что это? Любовь? Увлечение? Одержимость? Но это убивает меня… Это притяжение сводит с ума! Точно на меня нацепили невидимые наручники, приковав к нему, и с каждым днём звеньев между нами становится всё меньше и меньше. А когда они исчезнут совсем? Что тогда? – посмотрела я на брата, уже не скрывая отчаянья во взгляде. – Я сделаю это после экзаменов. Просто сделаю, и плевать, что будет потом.

Казалось, мир вокруг меня остался прежним. В нём всё так же присутствовала семья, Джесси, безбедное существование, лучшая школа столицы. Я всё так же могла позволить себе практически всё, что угодно девичьему сердцу. Но в то же самое время, если раньше мне казалось, что я смотрю навстречу яркому летнему дню, что краски вокруг так ярки и радостны, что порой невозможно сдержать смех, то теперь, с каждым новым днём, кто-то всё плотнее зашторивал окна в моей комнате, сантиметр за сантиметром задвигая плотные шторы, оставляя меня наедине с пустотой каменных стен. Неужели всё дело в чувстве, к которому я оказалась совершенно не готова? Зачем этот мальчишка только появился в нашем доме?!

Я как могла, старалась погрузиться в учебу. Мне всё ещё нужны были хорошие баллы для поступления в колледж, и я всё ещё не могла решиться на разговор с отцом. Просто не чувствовала в себе моральной силы противостоять ему. Я была измотана. Что уж говорить о том, что не представляла, как именно будет происходить разговор с Кристианом? В моём сердце поселились несвойственные мне сомнения и нерешительность. И я знала единственное спасение от того, чтобы не утонуть в этой пучине…

– Ну, сегодня ты превзошла даже саму себя, – негромко заметила мама, стоило мне спуститься в гостиную.

Это было воскресное утро, и я намеревалась наведаться в библиотеку, скорее больше для того, чтобы проветриться, нежели для того, чтобы впрямь найти полезные книги. Наша домашняя библиотека могла бы легко дать фору городской по качеству подобранной литературы.

Но мама не смогла проигнорировать мою розовую шифоновую кофточку с высоким воротником, лиловый пиджак и ярко-малиновую юбку в пол. Конечно же, от нее не укрылись и нежно-розовые лакированные туфли.

– Однажды тебя просто заметут, ты ведь в курсе? – фыркнул Алан, бросив на меня насмешливый взгляд. В это утро он с увлечением читал свежую газету, сидя за чашечкой крепкого ароматного кофе. – Нам придётся заплатить немалый залог, чтобы вытащить тебя?

– Полагаю, вы сможете найти деньги, – изогнув бровь, буркнула я.

Алан ничего не ответил, но улыбка его стала шире, и, казалось, он едва сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос.

– Куда ты собралась в таком виде? – игнорируя насмешки моего брата, поинтересовалась как всегда безупречная с головы до ног миссис Ро.

– В библиотеку, – гордо заявила я, на что получила порцию уже не скрываемого смеха со стороны старшего брата.

– В таком ви…

Мама не успела закончить, как из-за моей спины послышался голос отца.

– Замечательно! Полагаю, Кристиан не откажется тебя сопроводить.

Слова отца, словно тонким лезвием, рассекли моё самообладание.

Я резко обернулась, чтобы сперва встретиться с ничего не выражающим взглядом отца и обжигающе-колючим взглядом Кристиана. Он не выглядел воодушевлённым этой идеей. Это так легко читалось в отражении его глаз и так больно отражалось у меня в душе.

– Не думаю, – попыталась я возразить, но, как и обычно, мои возражения никого не интересовали.

– Не так ли? – с нажимом спросил отец, а Кристиан механически кивнул, направляясь к двери, ведущей к выходу.

Я немного замешкалась, смотря ему вслед, подавила тяжелый вздох и последовала за ним.

То, что задумывалось как способ побыть одной и привести в порядок свои мысли, превратилось в пытку тишиной в наполненном голосами и звуками городе. Он не спешил заговорить со мной. Я не спешила пытаться. Мне казалось это бесполезным. Потому я просто шла рядом. Мимо сновали спешащие куда-то прохожие, влюблённые пары, весело щебечущие друзья. То и дело проносились мобили с сидящими в них пассажирами. А мы просто молча брели вперёд.

На кой мне сдалась эта библиотека? Может быть, просто вернуться домой? Сказать, что у меня разболелась голова, и закончить эту неуместную прогулку?

– Ты знаешь, мне не обязательно идти в библиотеку сегодня, так что, может, вернёмся домой? – собравшись с духом, всё же озвучила я свои мысли вслух.

Некоторое время он не спешил с ответом, а потом вдруг остановился и повернулся ко мне всем корпусом.

– Мы не можем так быстро вернуться.

– В каком смысле, не можем? – нахмурилась я.

– Я думал сходить кое-куда, пока ты будешь заниматься, но если ты не хочешь идти туда, то не могла бы ты просто подождать меня в этом кафе? – указал он на первое попавшееся кафе, которое было к нам ближе всего.

Обычная чайная. Ничего особенного. Простое место, где проводят время женщины после того, как завершат свои покупки. Чай, горячий шоколад, пирожные – безупречная формула, обозначающая успешный день состоятельной женщины в большом городе.

Кристиан улыбнулся, и эта улыбка непостижимым образом преобразила его лицо, заставляя моё сердце наполниться волнением и счастьем одновременно.

– Понимаешь, мне кажется, я нашел своего друга из Ос-сбурна, – запнулся он на названии родного города, точно произносил его впервые, – хотел бы с ним увидеться и переговорить. Это не займет много времени.

Я была так безобразно взволнована тем, что он вновь заговорил со мной, улыбнулся именно мне, что тут же согласилась и отправилась в то самое кафе, на которое он указал. Расположившись за столиком у окна, сделала нехитрый заказ из темного чая и малинового пирога и принялась ждать. Лишь спустя несколько часов я вдруг поняла, как глупо себя веду! Сменялись посетительницы, которые, по сути своей, щебетали об одном и том же. На меня то и дело бросали жалостливые взгляды официантки, которые, судя по всему, решили, что моё свидание закончилось тем, что меня просто бросили. Я же продолжала смотреть, как улицы города заливает алый закат. Потихоньку начинали включать газовые фонари, и витрины магазинов и кафе расцвечивались разноцветными фонариками, а я, как полная идиотка, пила чай и ждала парня, который просто использовал меня, желая прикрыть свой уход из нашего дома! Куда он мог пойти? Вдруг с ним что-то произошло? Беспокойство за Кристиана тут же сменилось ненавистью и презрением к себе.

Жалкая дура!

Бросив на стол достаточно крупную купюру, я резко встала и поспешила на выход.

Хотелось убраться как можно дальше отсюда! Поверить не могу, что весь день просто просидела, ожидая его, словно верная псина, не в силах ослушаться приказа хозяина! Просто потому, что он попросил! Просто потому, что я такая жалкая!

Я неслась по вечерней улице, смахивая с глаз злые слёзы и мечтая лишь об одном – поскорее уехать раз и навсегда из этого города! Та, что просидела целый день в ожидании, по сути, совершенно постороннего парня, не была мной! Та, что постоянно скатывалась к мыслям о ком-то, кто этого никоем образом не заслуживал, не была мной! Та, что не могла спокойно спать, есть, жить и находить радость даже в самой скверной ситуации, не была мной! Я задыхалась от этого чувства! И я безумно устала вариться в этой одержимости и одиночестве.

– Прошу вас, – тихий оклик коснулся моего слуха, и я невольно замерла.

Даже сама толком не поняла, как смогла услышать этот писк посреди шумной вечерней улицы и не пройти мимо.

– Помогите мне, – раздалось откуда-то снизу, и я тут же начала вертеть головой вокруг себя, пытаясь определить источник среди множества мужских ног и пышных женских юбок. В центре Эйвери, столицы Роаны, в вечернее время суток было не протолкнуться от количества желающих взглянуть на ночную жизнь города. Потому я не сразу заметила маленькую девочку, что стояла, прижавшись спиной к одному из домов и кутаясь в давно изношенную серую шаль.

– Что случилось? – поинтересовалась я, приблизившись к малышке.

Возможность переключиться с собственных удушливых дум на заботу о ком-то, кто в этом действительно нуждался, была благодатью сейчас.

– Моя мама больна, помогите, – пролепетала девочка, а из её глаз брызнули слёзы. – Она упала в переулке, пожалуйста, помогите…

Её огромные ясно-голубые глаза показались отражением моих, а плескавшееся на их дне отчаянье не давало и шанса пройти мимо.

– Не плачь, я помогу, – прошептала я. – Покажи, где она? Пойдём, – сказала я, протянув ей руку.

Малышка осторожно приняла мою ладонь и потянула меня в сторону ближайшей арки, ведущей во двор одного из домов. Я шла за ней, искренне желая оказаться полезной и хотя бы как-то облегчить жизнь этой девочки, которая казалась слишком худой для своего возраста. Её пальцы были ледяными, а сами руки чересчур грубыми, чтобы принадлежать ребёнку. В голове и мысли не было, что это может быть опасно – идти за ребёнком в подворотню в вечернее время суток. Ведь она такая маленькая…

Но стоило нам уйти с освещённой улицы, как девочка неожиданно встала на месте.

– Мы пришли? – поинтересовалась я, пытаясь присмотреться.

– Пришли, – грубый мужской голос стал мне ответом, а оглушающая боль в затылке была последним, что я запомнила в этот вечер.

Казалось, я провалилась в пустоту, где растворились все звуки, голоса и окружающий мир. В этой оглушающей тьме не было ничего и никого, лишь холод и какое-то гнетущее одиночество. Так было ровно до тех самых пор, пока вокруг меня не сомкнулся какой-то удивительный огненный кокон. Он не обжигал, лишь заботливо согревал и защищал. Я чувствовала его странную заботу. Возможно, я на миг открыла глаза, но то, что увидела, было слишком странным, чтобы оказаться правдой.

Меня нёс на руках сияющий золотом мужской силуэт прямиком в серебряную дверь, что парила во тьме. Мы прошли сквозь неё, и мир вновь перевернулся. Вскоре тепло исчезло, а моя голова оказалась на чем-то мягком и привычном. Появилось иное тепло, дающее чувство комфорта родного очага. И вновь пришла тьма, но только теперь она больше всего напоминала просто сон.

Я пришла в себя резко, словно меня кто-то толкнул. Просто открыла глаза и села… на собственной постели. У изголовья кровати тускло светила лампа, так что сомнений не было – я была дома. Попытавшись обернуться, почувствовала тупую боль в затылке. Тут же потерла ушибленное место, чтобы убедиться, что произошедшее не приснилось. Меня оглушили в подворотне. Как банально! Сколько раз Алан зачитывал нам с Джесси сводки криминальных новостей из газеты, что стоило мне оказаться одной в родном городе, как меня тут же ограбили! Других повреждений на себе я не обнаружила. Одежда, чулки, пиджак – всё было целым, так что это несомненно порадовало меня и принесло облегчение. Но…

– Как я здесь оказалась? – прошептала я себе под нос, а в голове сразу закружились мысли.

Если бы меня обнаружила полиция, то поднялся бы шум. Сначала выясняли бы мою личность, потом доставили в госпиталь, а уже оттуда меня смогли бы забрать родители. Но, судя по тому, что я тихонько сплю в своей комнате, никто и понятия не имеет, что стряслось! А единственный человек, кто был хотя бы примерно в курсе моего местоположения, – это Кристиан. Опять же, это странно! Как он смог найти меня в сумерках на улицах неродного города? Как доставил домой, не вызвав вопросов у родителей?

От мыслей и вопросов разболелась голова. Неважно, сколько сейчас времени и насколько это прилично, но я собиралась выяснить всё. Потому, поднявшись с постели, сняла туфли, которые могли привлечь внимание в тишине спящего дома, и направилась прямиком в коридор. На секунду замерла возле двери Кристиана и уже готова была постучать, как из-за неё послышался знакомый и крайне неуместный голос в это время суток.

– Я сдержала обещание, – пролепетала мисс Каил, а моё сердце болезненно сжалось.

Что всё это могло значить? Откуда столько неприкрытого кокетства в голосе у этой женщины, что сейчас, ночью, находилась в комнате моего ровесника!?

– Разве я не заслужила награду? – промурлыкала она. – Почему я чувствую, как ты недоволен?

– Сдержала, – сквозь зубы процедил Кристиан, – но результат не тот, на который я рассчитывал…

– Хм, – наигранно возмутилась она, – а на что ты рассчитывал? Ты думал, зацепиться в этом мире так легко? Каждый получает то, что ему нужно. Это взаимовыгодное сотрудничество. Посмотри на меня, – хохотнула она, – старик имеет меня, когда вздумается. Ему почти шестьдесят, но разве для человека он не выглядит моложе? Благодаря мне у него есть всё: деньги, положение, власть… В этом мире он король. Я не обижаю его и хорошо кормлю, плохо ли? Зато, когда его время иссякнет тут, то настанет уже моя очередь вкусить плоды, что даст он мне. Он станет покорным рабом… Эх, – сладко вздохнула она, – хотя и тут тоже здорово, иногда мне не хочется возвращаться.

– Не все такие, как ты, – в голосе Кристиана звенел лёд. – И мне не нужна эта пища…

– Нужна, – промурлыкала Леса. – Если хочешь найти его и утащить обратно, ещё как нужна. Здесь твоя власть и сила в прямой зависимости от неё. Тебе понадобится хороший некромант… Хотя, не просто хороший, а под стать тебе. Сильный, с огромным потенциалом души, которая сумеет вместить всего тебя без остатка и отразить в этот мир. И потом, вы уже связаны. Посмотри на неё. Она уже готова принять тебя. Смотрит, точно преданный щеночек. Так трогательно… – засюсюкала Лесса, тогда как я замерла, не в силах пошевелиться.

– Она всего лишь ребёнок, – отрезал Кристиан.

– Ну, прости уж, призыв надо делать именно на перекрёстке взросления. Только тогда можно привязать как следует. И потом, ты сам выбрал её и не всегда ей быть ребёнком. Ну, хватит о ней. Я не для этого пришла к тебе.

– Серьёзно? – в голосе Кристиана звенела неприкрытая насмешка.

Я не до конца понимала, для чего именно Лесса пришла, но почему-то от одной только мысли об этом мне стало не по себе. Осторожно, шаг за шагом, я пятилась в сторону своей двери. Растерянная и потерянная, совершенно не понимающая, что всё это значит, я, словно рыба, выброшенная на берег, открывала и закрывала рот, но воздух почему-то отказывался проникать в сжавшиеся лёгкие.

Оказавшись в своей комнате, опустилась на краешек постели. Казалось, даже воздух вокруг обрёл неподъёмную тяжесть, отчего я сгорбилась, словно древняя старуха. Сколько я так просидела? Не знаю. Очнулась лишь когда стены моей комнаты окрасили малиновые всполохи восходящего солнца. Я вдруг встрепенулась, точно вынырнув из какого-то глубокого колодца. Поднялась с постели, тяжело перевела дыхание и направилась к шкафу. Это было утро понедельника, а стало быть, неважно, какой ужасный оттенок приобретала жизнь, пора было идти в школу.

Я надевала своё бесцветное платье, впервые радуясь ему. Этот ненавистный мышастый оттенок вдруг превратился в броню, которой по силам скрыть меня от мира вокруг. Что я думала об услышанном в комнате Кристиана? Слишком многое, чтобы быть готовой облечь это в слова. Даже наедине с самой собой, в тишине собственных мыслей, я боялась думать об этом и сломаться.

ГЛАВА 6.

В это утро я вышла из комнаты в положенное время. Напротив моей двери уже стоял Кристиан, но я не собиралась ни здороваться, ни заговаривать с ним. Такое ощущение, что внутри меня назревала невиданная доселе буря, и то, как скоро она обрушится на окружающих, зависело от того, сколь долго я смогу избегать его, отца, Лессу…

Я почти дошла до комнаты брата, как на моем запястье сомкнулась рука Кристиана, и он потянул меня на себя. Точно механическая кукла, я посмотрела на него, боясь лишний раз пошевелиться.

– Кажется, я просил тебя быть осторожнее, – его огненно-черный взгляд говорил о том, насколько он недоволен, но сейчас мне было решительно всё равно, что он испытывает.

Я просто освободила своё запястье и молча повернулась к двери брата. Он не успел остановить меня или вновь попытаться вернуть моё внимание, так как Джесси открыл дверь.

Брат привычно взял мой портфель, не стараясь изображать из себя джентльмена и не пытаясь приветствовать нас, как того требовали правила хорошего тона. Кристиан тут же прошествовал мимо, а мы неспешно отправились следом.

В это утро я отказалась от завтрака. Джесси тоже не изъявил желания сесть за стол. Мы почти дошли до входной двери, как нас остановил оклик Алана.

– Будьте осторожны, – вдруг сказал он и тут же пояснил, заметив наш удивленный взгляд, – банды лютуют. Этим утром был обнаружен труп мужчины недалеко от чайной Катин, – покачал он головой, встряхнув утренней газетой. – С ума сойти, куда только полиция смотрит! Самый центр города ведь, – покачал он головой, перевернув страницу.

Лишь когда Джесси потянул меня за рукав, я поняла, что смотрю не отрываясь на старшего брата. «Катин» – так называлась чайная, где я вчера целый день ждала Кристиана.

– Пойдем? – тихо спросил Джесси.

Я немного судорожно кивнула и последовала за ним.

Мы шли вперёд, Кристиан привычно держался на удалении от нас немного впереди, а я время от времени замечала, что забываю моргать.

– Что-то случилось? – голос Джесси выдернул меня из странной задумчивости.

Я нервно моргнула. Взглянула на брата, намереваясь привычно поделиться тем, что тревожило меня, и вдруг онемела.

«Труп мужчины рядом с чайной», вдруг всплыли слова Алана.

«Я не обижаю его и хорошо кормлю», слова мисс Каил, которые могли стать роковыми для нашей семьи.

Впервые я молчала, понимая, что это единственный способ защитить того, кого люблю. Я всё ещё боялась осмыслить услышанное, но понимала, что всё это значит.

– Нет, – сквозь силу улыбнулась я, – всё хорошо, – покивала я, борясь с удушливым комом в горле.

Всё совсем не хорошо, Джесси!

И я очень надеялась, что он не станет допытываться до того, что со мной происходит сквозь нашу связь. Я умела глушить свои эмоции для него, а вот брат всегда был как на ладони: то ли не зная, как сделать связь менее ощутимой, то ли не видя в этом необходимости.

Если кто-то узнает о том, что происходит в нашей семье… Я была не готова говорить об этом даже с братом.

Дни вновь потянулись невнятной чередой. Я задыхалась, пытаясь найти хоть какую-то информацию, сложить, казалось, очевидные факты, но при этом не находя ни единой зацепки даже в нашей необычайно богатой библиотеке. Наш мир существовал в гармонии со стремительно развивающимися технологиями и магией. Люди научились преобразовывать энергию, получая блага, которые заставляли двигаться повозки без лошадей, приносили свет и тепло в наши дома, поднимали в воздух дирижабли… Казалось, для магии в купе с технологией нет ничего невозможного! Но! Было кое-что, о чем старались даже не говорить вслух. Никогда! Ни под каким предлогом нельзя было нарушать грани пространства и открывать врата, ведущие в параллельные миры, которые населяли существа нам неведомые, опасные и запретные. Всё, что мы знали с самого детства: что открытие таких врат однажды едва не стоило нашему миру существования. Мы называли тех, кто пришёл с той стороны, из мира духов и иной материи, демонами. Кем считали себя они? Что за мир они населяли и как проникали в наш? Я не знала об этом ничего. Ни единого упоминания, ни в одной из книг, по которым учились некроманты Роаны. Были лишь сказки и страх, что пропитывал каждую страницу, в которой хотя бы вскользь упоминались они.

– Что ты знаешь о демонах? – однажды вечером, спросила я у Джесси, сидя на широком подоконнике в его комнате и стараясь придать своему голосу как можно более беззаботный тон.

Джесси в этот момент сражался с литературой, а именно пытался прочитать заданный нам роман с глубокой психологической подоплекой. Таким сосредоточенным он никогда не бывал ни на одном из предметов.

– Я не понимаю, – отбросил он книгу на постель и взглянул на меня. – Это какая-то чушь!

– Почему? – изогнув бровь, поинтересовалась я, думая, что это он отвечает на мой вопрос.

– Самоубийство? – пренебрежительно фыркнул он. – Серьёзно?! Из-за чего? Я не понимаю!

Только теперь, догадавшись, что он возмущен финалом книги, я попыталась ему объяснить:

– Ну, герой потерял свою возлюбленную и своё состояние, лишился друзей… у него ничего не осталось…

– Раз у него ничего не осталось, значит, изначально ничего не было, – зло фыркнул брат. – Это самая глупая книга из всех, что нас заставляли читать. Почему не нашёл другую? Не пошёл работать снова? Не завел новых друзей, раз они ему так нужны? Герой – лентяй и паразит, – подытожил он.

Не выдержав, я широко улыбнулась.

– Такие истории не для тебя? Так ведь?

– Совершенно точно, – кивнул он. – Ты моя единственная ценность, но я не могу сказать с уверенностью, что не смогу без тебя жить, – задумчиво пробормотал он. – В конце концов, я стану некромантом, а значит, я буду точно знать, что ты продолжаешь существовать, пусть и в другом измерении. Это всё равно как если бы ты эмигрировала.

– Спасибо, – фыркнула я.

– Пожалуйста, – кивнул он. – Так, а почему тебя интересуют вопросы эмиграции?

– Прости? – растерялась я от такого перепада в теме разговора.

– Демоны, – трепливо пояснил брат, – это та тема, которая может лишить тебя жизни. Не знала?