Читать книгу "Желание волка"

–Не готова признать своё желание?

–Послушайте, Денис, мы с вами не о том говорим. Это не тема для обсуждения между людьми…

–…оборотнями, – поправил он её.

–…встретившимися на дороге, – она сознательно проигнорировала его поправку. – Отпустите меня и, пожалуйста, отойдите.

У Дениса снова дернулась верхняя губа, и Соня поняла, что он пытается сдержать гневное рычание. Её сердце сжалось в предчувствии новой беды. Если он не отойдет в течение десяти секунд, от него надо бежать. Бежать без оглядки. Доверять не стоит однозначно.

Денис отошёл и демонстративно поднял руки вверх.

–Не трогаю.

–Спасибо, – поблагодарила Соня на автомате.

–За что? За то, что не задрал юбку и не взял тебя? – съязвил мужчина.

–Вы… вы грубы.

–А ты, наверное, давно не общалась с сородичами, раз столь щепетильно реагируешь на мои движения и слова, – заметил он. – Я прав?

Соня прикусила верхнюю губу. Что ему сказать в ответ?

Правду?

–Я вообще не общалась с оборотнями. Лишь с мамой.

Лицо мужчины застыло, потом он демонстративно медленно изогнул брови.

–Правда?

–Да.

–Как интересно…

–Ничего интересного, – пробормотала Соня, опуская голову. Она чувствовала себя последней идиоткой. Вся ситуация напоминала ей дешевый фарс.

–Ладно, извини, я погорячился, – сказал мужчина, но по интонации нельзя было сказать, что он раскаивается в содеянном. – В одном ты права, не место и не время вести разговоры на дороге. К тому же, волки могут вернуться. И в большем количестве.

Упоминание о волках заставило Соню вскинуть голову. На её лице снова отразился испуг, и она услышала приглушенное ругательство Дениса.

–Вернуться? – выдохнула она и прижала сумку к груди.

–Ты для них не более чем самка. Пойми – полнолуние, другого поведения от молодых самцов, не имеющих пары, ждать не приходится. Они голодные, и они вышли на дорогу. Пойдем в машину. Хватит тебе мерзнуть.

Соня плотнее укуталась в его куртку и снова повела носом, вдыхая запах. Денис в корне отличался от всех мужчин, ранее ею встречаемых. Соня предпочитала общаться с "офисным планктоном" и типаж Дениса – грубоватых, сильных, брутальных, – предпочитала обходить стороной.

Сейчас же ломались все её стереотипы. Да, она попала в окружение сородичей, и не стоит забывать, что у них свои правила, с которыми ей придется познакомиться.

–Нравится куртка? – ироничный голос Дениса вернул её из раздумий и заставил покраснеть. О, нет, он видел, как она вдыхает его запах. Стыд-то какой!

–Теплая.

–Ты не должна мерзнуть. А мерзнешь. Метаболизм волка позволяет нам не замерзать даже зимой, почему же тебя сотрясает дрожь?

Они шли к его джипу. Соня с настороженностью поглядывала в сторону леса. Ей всё казалось, что сейчас от туда снова выпрыгнут волки.

–Я всегда была мерзлячкой. С детства куталась в тридцать три одежки.

Денис бросил на неё быстрый взгляд, значение которого она не поняла.

–Это-то и странно.

Соня могла ему рассказать о многих странных аспектах жизни, но промолчала. Незнакомец вызывал у неё самые противоречивые чувства. Волчица страстно тянулась к нему, испытывала потребность прикоснуться к его зверю. И да, она была бы не против, если бы он задрал её юбку.

Девушка споткнулась, и сразу же почувствовала, как крепкая рука поддержала её за руку чуть повыше локтя. Волчица взвыла от какой-то щенячьей радости. Он прикоснулся…

–Осторожнее, что ж ты какая не внимательная, – насмешливо заметил Денис и с явной неохотой убрал руку.

Как человек, Соня продолжала относиться к нему с легким недоверием. Интуиция затаилась, присматриваясь к ночному спасителю.

–Неуклюжая от природы, – девушка постаралась обернуть слова в шутку.

Они подошли к внедорожнику, и Денис распахнул перед ней дверь.

–Помочь?

И снова в голосе мужчины прозвучали вибрирующие интонации.

И снова воображение Сони мгновенно нарисовало яркую картину, как он подхватывает её за бедра… как ткань юбки скользит вверх, обнажая кружево чулок…

Живот судорожно сжался, а за спиной девушки раздалось сердитое бормотание:

–Ты в курсе, что я чувствую не только твой испуг, но и твоё возбуждение?

Глава 3

Фары внедорожника разрезали ночную мглу. Соня сидела, вжавшись в сиденье и вцепившись обеими руками в сумочку с пистолетом. Она, косясь, посматривала на четкий профиль водителя и гадала, куда он её везет. То, что домой, она знала, но где именно находится его дом?

–Ты очень напряжена, – заметил Денис, нарушив затянувшееся молчание. – Давай поговорим. Твоя неразговорчивость напрягает меня. Даже не меня, а моего зверя. Будешь молчать, я начну представлять, что хочу с тобой сделать. И поверь, сдержаться я смогу, но захочу ли?

Откровенность Дениса повергла девушку в шок. Что ни слово, так намёк о сексе.

–Меня смущает твоя… прямолинейность , – честно призналась Соня.

–О чем ты?

–О…, – начала Соня, но замолчала, пытаясь правильно сформулировать мысль. – О желании волка.

Денис бросил на неё взгляд, и она пожалела, что полумрак салона не позволил ей рассмотреть его выражение.

–Это естественно, Соня. Полнолуние влияет. Оборотням без пары трудно устоять перед искушением, особенно, когда он встречает… – Денис оборвал себя на полуслове и нахмурился. – Ты не шутила, когда сказала, что никогда не общалась с оборотнями?

–Нет, – Соня покачала головой.

–А что же тогда ты делаешь на их территории?

–В смысле – их территории?

–Это земля волков. Здесь проживает сразу несколько стай. Одно из самых крупных поселений оборотней на континенте.

–Не знала. Но это естественно. Северный край…тайга, – Соня постаралась улыбнуться и суетливо разгладила складки на юбке. Не смотря на то, что в машине работала печка, и было тепло, куртку девушка не сняла. Она давала ей ощущение некой защиты.

–Куда ты направлялась? – задал следующий вопрос Денис.

И Соня с готовностью ответила. В ней нарастала потребность выговориться, снять внутреннее напряжение. А что может быть лучше и безопаснее чем беззаботный разговор?

Только будет ли он беззаботным…

–Пару месяцев назад мне пришло письмо от бабушки. Ей удалось меня разыскать, и она пригласила в гости. Я последний раз её видела, когда мне было два года, поэтому с радостью согласилась. Мне захотелось познакомиться с родственниками и понять, кем я являюсь на самом деле, – последние слова она произнесла чуть тише, засмущавшись.

–Я так понял, у тебя есть некоторые проблемы с волчицей? – мужчина уж точно не был тактичен.

–Не то чтобы проблемы…Но сейчас я бы не хотела говорить об этом.

–Понял. Незнакомому мужчине не стоит раскрывать все тайны?

–Что-то в этом роде.

–Тогда ещё поинтересоваться можно?

–Попробуйте, – полушутливо заметила Соня, на что ей ответили уже другим тоном, с более низкой интонацией:

–Соня, ты бы была поосторожнее с подобными предложениями. Я могу попробовать не только задавать вопросы.

Девушку мгновенно кинуло в жар. Он накрыл её с головой, и окутал всё тело. Пришлось высвободить руки из рукавов куртки и положить её на колени.

–Вам нравиться надо мной подтрунивать? – негромко поинтересовалась она, почувствовав легкую досаду на собственную предательскую реакцию, и отвернулась к окну. Да что с ней происходит? Неужели на самом деле действует луна?

–Ничего не могу с собой поделать. Ты рядом, и мой зверь чувствует тебя. К тому же…твоя юбка…Она… – мужчина коротко кашлянул, прочистив горло. – Я люблю женщин с формами, а у тебя очень аппетитная попка!

Вот это откровенность!

–Вы хотели о чем-то спросить? – Соня постаралась не обращать внимания на вибрацию, зарождающуюся между ног. Внизу живота сладко заныло.

–Мои слова тебя возбуждают? – следующее откровение не заставило себя долго ждать.

–Денис, мне кажется, вы говорите не о том! – Соня тяжело задышала. Становилось всё жарче, и работающая печка тут была ни при чем.

–Почему? Я говорю то, что думаю, – из его горла вырвался звук, напоминающий утробный рык. – Ты должна быть в курсе, что оборотни обладают сильным обонянием…Я чувствую тебя…

Что он имел в виду, Соня не стала уточнять. Странным было другое. Никогда ранее на подобные замечания она не реагировала усиливающейся томящей негой. Напротив, шуточки с клубничкой вызывали у неё раздражение, и она стремилась покинуть общество похабника.

Тут же....

–Вы меня смущаете. И я очень хочу пить. У вас нет воды? – может быть, удастся изменить так тревожащий ход беседы.

–Есть минералка без газа.

Продолжая уверенно гнать огромный внедорожник по ночной дороге, Денис достал полулитровую бутылку с водой и протянул Соне.

Их руки мимолетно соприкоснулись, и девушка вздрогнула, почувствовав легкое покалывание. Да что ж это такое!

–Вижу, ты не готова принимать происходящее в нужном мне ключе, – загадочно заметил мужчина, сделав акцент на слове "мне". – Тогда вернемся к тому, на чем прервали диалог. Ты сказала, что бабушке удалось разыскать тебя. Она не знала, где ты проживаешь?

–Мы часто переезжали, – у Сони вырвался приглушенный вздох облегчения, когда она поняла, что разговор о влиянии луны на их гормоны отложили на потом. А потом, как известно, может и забыться.

–Работа? – не унимался ночной спаситель.

Соня невольно вспомнила зверя, преследовавшего её мать. И слова, однажды произнесенные ей, после его ухода, когда она лежала на кровати и ждала, когда начнется процесс регенерации, чтобы глубокие кровавые ссадины бесследно исчезли: "Он считает меня своей парой".

Пораженная до глубины души, Соня никак не могла понять, почему зверь столь жестоко обращается с матерью. Если она его пара – девочка к тому времени просмотрела заметки в интернете про обычаи и повадки оборотней, – то почему он раз за разом причиняет ей боль? Почему они дерутся, едва не калеча друг друга, впиваясь в тела смертоносными клыками и острыми когтями? Почему не могут поговорить?

Она задала эти вопросы матери. Мила покачал головой. "Потом, Соня, не сейчас"…

–Вынужденная мера, – Соня так же уклонилась от ответа. Она готова была вести диалог с Денисом, лишь бы он снова не возвращался к теме их странного реагирования друг на друга.

–Не хочешь говорить?

–Нет.

Он свернул с дороги федерального значения, и теперь внедорожник несся по широкой асфальтированной дороге, скрытой в лесу.

–А разве в лесу прокладывают асфальт? – теперь девушка решила удовлетворить своё любопытство.

–Нет.

–Тогда....

–Мы прокладывали сами, – последовал категоричный ответ.

–Вы имеете в виду – ваша… стая? – Соне до сих пор было сложно принять тот факт, что она разговаривает не просто с мужчиной, а с оборотнем.

–Совершенно верно.

Соня замолчала, стараясь осмыслить полученную информацию. Она знала, что проложить асфальт стоит баснословных денег. В маленьких городках, где им с матерью доводилось жить, жители десятилетиями мечтали об асфальтированных дорогах, и очень часто мечты так и оставались мечтами.

Получалось, что стаи обладали собственными средствами? И, судя по дорогому внедорожнику и асфальтированной дороге, средства были не маленькими.

Но Соня с ранних лет была отучена считать чужие деньги, поэтому следующий вопрос она задала по другой теме.

–Денис, а когда вы вызовете эвакуатор? Я беспокоюсь о машине.

–Не стоит, – последовал незамедлительный ответ. – О твоем "матизике" уже позаботились.

Соня нахмурилась.

–Как позаботились?

Денис усмехнулся.

–Будет лучше, если ты доверишься мне. Тебе пора привыкать.

Привыкать к чему?

–Денис… Вы говорите загадками, и они не всегда мне нравятся, – призналась Соня, не замечая, как пальцы поглаживают кожу его куртки. – Вы говорите, как…

–…мужчина, который привык принимать решения. И только, Соня. В городах мужчины становятся слабыми, зачастую перекладывая свои прямые обязанности на хрупкие плечи женщин. Соня, неужели ни разу у тебя не возникало мысли, как было бы здорово, если все вопросы, касающиеся жизнеобеспечения и защиты решал близкий тебе человек? – вопрос, видимо, был риторическим, потому что Денис, не дождавшись ответа, резко нажал на тормоза: – Мы приехали. Добро пожаловать в мою "берлогу".

У Сони засосало под ложечкой, когда она увидела дом, пренебрежительно названный мужчиной "берлогой". Добротный, сделанный из камня и дерева, с пологой двускатной крышей и тонированными панорамными окнами. На фоне леса он выглядел сказочным. Несмотря на отсутствие хозяина, подъезд к дому освещался несколькими фонарями. Соня на днях читала объемную статью про архитектурные стили, и безошибочно определила, что дом выполнен в модном стиле "шале". Его ещё называли альпийским.

–Красивый.

–Спасибо. Но для меня главное не красота, а комфорт и качество.

Последние слова мужчины растворились в ночи, потому что он уже открыл дверку машины и спрыгнул на землю. Соня невольно отметила его ловкость.

Зверь. Опасный хищник. Ни дорогая одежда, ни человеческая личина не могла в нем скрыть сущности обитателя леса.

И снова внизу живота что-то сжалось в тугой комочек.

Соня с затаившим дыханием наблюдала, как Денис обогнул машину и подошёл к её двери. Открыл, окинул её пристальным взглядом и хрипло проговорил:

–Соня, ты и боишься меня, и одновременно не понимаешь, что происходит с твоим телом. Могу сказать лишь одно: без твоего желания и согласия тебя никто не тронет. Ни мои волки, ни я.

Внутри дома было просторно. Минимум мебели, камин с настоящим огнем, тяжелые занавеси, пробковый паркет и ни одной женской вещи. На отсутствие женских вещей Соня сразу же обратила внимание и почему-то обрадовалась. Холост. Или имеет постоянную подругу, но та не остается у него ночевать. Женщинам дай волю, и они, не хуже мужчины, быстро обозначат свою территорию, как бы случайно забыв пару безделушек.

–Чай? Кофе? Или что-нибудь покрепче? – голос Дениса раздался с кухни, куда он отправился первым делом. Соня осталась стоять в гостиной, не понимая, как вести себя дальше.

Она в доме мужчины, с которым познакомилась менее часа назад. И этот мужчина заставляет её женскую и звериную сущность испытывать эмоции, о существовании которых она не подозревала.

–Наверное, кофе, – чуть громче, чем следовало, ответила она, позабыв, что представители их расы обладают идеальным слухом.

–Черный? Со сливками? Сахар?

Соня медленно положила куртку Дениса на диван, обитый серебряным бархатом, и, поколебавшись, оставила на нем и сумку. Не будет же она использовать пневматический пистолет. Хозяин дома рассмеется, узнав, что она таскает его с собой.

–Черный со сливками, но без сахара, – Соня прошла на кухню и тихо ахнула.

Не кухня, а мечта хозяйки. Большая, не менее двадцати метров, с преобладанием стального и светло-бежевого цвета. Современный гарнитур с встроенной техникой был отделен небольшой перегородкой. Дубовый стол на шесть персон и снова панорамные окна с римскими шторами.

–Надо же, я предпочитаю такой же, – Денис включил кофеварку и повернулся к Соне, застывшей в дверном проеме.

Сейчас они оба имели возможность отчетливо рассмотреть друг друга. Чем Денис и занялся. Взгляд карих глаз бесстыдно прошелся по телу Сони, и та готова была поклясться, что едва ли не осязаемо чувствует его на своей коже.

–Не смотрите на меня так, – попросила Соня, покраснев.

–Как так? – чуть насмешливо поинтересовался Денис и достал две фарфоровые чашечки.

–Вы смотрите…слишком пристально. И…вызывающе!

Мужчина засмеялся, откинув голову назад.

–Вызывающе? Интересное определение, – и добавил уже более серьезно. – Соня, ты очень красивая девушка. И полностью соответствуешь моим запросам. Лицо, волосы, фигура. Всё, как я люблю. Скажи, как я должен смотреть на тебя в таком случае? Я не привык скрывать своих желаний. Да и тебе пора прекращать смущаться! Ты среди своих.

–Всё равно, – продолжала настаивать Соня. – Для меня такие взгляды…

Она не договорила, разволновалась и провела рукой по волосам, отчего заколка, и так с трудом державшаяся, расстегнулась с глухим щелчком, и волосы рассыпались по плечам девушки.

Денис, и так, пристально смотревший на Соню, сейчас подался вперед. Но, вспомнив о приличиях, остановился.

–У тебя очень красивые волосы… Шелковистые… Ты совершаешь преступление, собирая их в хвост…

От комплимента Соня зарделась. Почему он не может говорить на отвлеченные темы? Всё время разговор сводит к сексуальным намёкам.

–Когда за рулем, удобнее с хвостом, – ответила она и откинула волосы назад. – И…спасибо за комплимент.

–Софья, ты неподражаема! – засмеялся Денис. – Невероятна просто! Пообщаешься с другими девушками из стаи и пойдешь, как сильно отличаешься от них!

–Почему я сильно отличаюсь? – сразу же насторожилась Соня. Она не любила пристального внимания со стороны других людей и предпочитала не выделяться из толпы.

–Девушки-оборотни смелые, рисковые, и куда более раскованные. Они привыкли жить в закрытой общине, следуют лишь нашим правилам. К тому же, с периода поры полового созревания на них начинает влиять луна.

–То есть? – решила уточнить Соня, потому что она прекрасно помнила, как скручивало её тело от непонятных ноющих болей, когда у неё начинались особые дни.

–Н-да…, – задумчиво протянул Денис и выключил кофеварку. – Вижу, ты совсем не подготовлена к жизни в стае. У нас есть обычай. В полнолуние парень или девушка могут свободно заниматься любовью, даже если они не состоят в паре. И никто никого не осудит. Природа. Если у тебя есть пара, тогда лучше вовсе не заглядываться на противоположный пол. Оборотни очень ревнивы. А что ты испытываешь в полнолуние, Соня?

Её имя он произнес чувственно, точно смакуя, пробуя на вкус.

Она помедлила с ответом. С одной стороны, ей было странно и непривычно обсуждать интимные моменты жизни с мужчиной, которого она знала не больше часа, с другой стороны, он – оборотень, рожденный и выросший в стае.

И девушка решилась:

–Томление. Непреодолимое желание…быть с мужчиной. Я… – она нервно облизнула пересохшие губы, не заметив, каким жадным, голодным взглядом впился в них мужчина, он даже перестал делать кофе, -…долгое время не понимала, что со мной происходит, думала, с нервами проблемы или с дефектом каким. Даже книги про нимфоманию читала.

–Чтооооо? – рык Дениса был не обоснован. – То есть ты со всеми…

От возмущения Соня поперхнулась, а потом подняла руки вверх.

–Так, стоп, стоп! Закругляемся с этой темой! Я сейчас наговорю лишнего, потом буду сожалеть. Вы меня не правильно понимаете, я – вас. Не хочу. Вы извините меня. Правда, не стоило затевать расспросы. Потом… Всё потом узнаю у бабушки.

Мужчина тяжело задышал, точно пытался сдержать бушующие эмоции. Соне даже на мгновение показалось, что он стал увеличиваться в размерах, она моргнула, и наваждение пропало.

–Садись…пить…кофе, – он тщательно проговаривал каждое слово, и, отойдя от кухонной столешницы, направился к столу, на который не совсем аккуратно поставил чашки с напитком. Постоял несколько минут к Соне спиной, а когда обернулся, то не менее четко заметил: – Соня, на будущее. Не стоит разговаривать с мужчиной-оборотнем в резком тоне, если ты не готова держать удар. Я пропущу твою интонацию. На первый раз.

От замечания мужчины Соня испытала легкий шок. А что она, собственно говоря, сказала? И где он увидел резкость? И кто бы говорил?..

Настаивать и подробно расспрашивать не решилась. Прошла к столу, отодвинула стул и села. Сложила руки перед собой, как школьница. Внезапно изменившаяся атмосфера в кухне стала её напрягать.

–Я запомню ваши слова, спасибо, – официальным тоном заметила Соня. – Вы можете вызвать мне такси? Я не знаю номера.

Лицо Дениса изменилось, появились суровые морщины вокруг глаз и рта.

–Оскорбилась?

Чтобы скрыть нарастающее волнение и тревогу, Соня взяла чашку с кофе и сделала глоток. Горячий напиток обжёг горло, но вкус самого кофе был изумительным – терпким с горчинкой.

–Мы с вами изначально начали вести диалог не о том, – не смотря на мужчину, заметила девушка. – Поэтому, прошу, вызовите мне такси.

–Нет.

Простое категоричное слово заставило Софью недоуменно вскинуть голову.

–Как нет? – с сомнение переспросила она.

–Нет. Не хочу, чтобы ты уезжала, затаив на меня обиду, – глаза мужчины из карих превратились почти в черные и теперь выделялись на лице пылающими точками. – Я признаю, что был чересчур резковат…Твои слова об изучение нимфомании я воспринял излишне… эмоционально. И очень лично.

Лучше бы он молчал. Стоило волчице внутри Сони услышать, что мужчина воспринял её слова личностно, она заметалась, ей захотелось вырваться на свободу и явиться перед этим волком во всей своей звериной красе.

Поманить.

Позволить себя преследовать.

И догнать…

Соня вдохнула и забыла выдохнуть. Незнакомец, в чьем доме она сейчас пила кофе, был феноменально откровенен. Одновременно его слова будоражили и шокировали девушку. А ещё она отчетливо поняла, что услышь она нечто подобное от кого-то из знакомых, давно бы развернулась и ушла, бросив презрительный взгляд в его сторону.

Её же волчица приходила в дикий первобытный восторг от его слов.

–Время позднее, и я не хочу вас обременять, – Соня, не обращая внимания на протест внутреннего зверя, решила сохранить дистанцию.

Первое мнение о ночном спасителе было верным – он был очень опасен. Для её душевного спокойствия.

Денис одним прыжком пересек расстояние, отделяющее его до кухонного стола, и встал напротив девушки.

–Соня… Давай сделаем следующее. Я хочу, чтобы ты осталась в моем доме. Очень хочу. Приставать к тебе не буду. Пугать тоже. Сейчас я тебя познакомлю с еще одной стороной жизни оборотней. И если твоя волчица не откликнется, и ты все равно захочешь уехать, я вызову такси.

Соблазн был слишком велик. Соня, практически ничего не знавшая о жизни сородичей, о взаимоотношениях среди волков, кивнула.

Глаза мужчины торжествующе заблестели.

И он одним резким ловким движением снял с себя тенниску.

Глава 4

Соня осталась.

Она, наверное, сошла с ума, но она осталась.

А теперь лежала на широкой кровати на шелковых простынях и пыталась уснуть. Сна не было. Она несколько раз меняла положение тела, переворачивалась на спину, зарывалась лицом в подушку, натягивала одеяло на голову – всё бесполезно. Возбужденное присутствием самца сознание отказывалось подчиняться.

Соня привыкла спать в чужих кроватях, за свою жизнь она их видела бесчисленное количество. Иногда девушка думала, что её жизнь это бесконечные дорожные сумки, машины и поезда. Лишь бы убежать… Лишь бы затеряться. Как-то Соня постаралась припомнить сколько они с мамой поменяли городов и школ. Получилось больше двадцати. Мужчина, зверь, каждый раз находил их. Мила с горечью шутила, что волчье чутье никогда его не подведет. Он преследовал их с маниакальной страстью.

Будучи пятнадцатилетним подростком Софья поинтересовалась у Милы, почему они не могут договориться, почему он никак не оставит их в покое.

Мила подошла к окну и уперлась лбом в стекло.

–С Павлом невозможно договориться. Ты думаешь, я не просила оставить нас в покое? Не преследовать? Мои слова его не волнует. У него есть желание, тяга. Этим всё сказано.

–А если ты и он… – робко заметила Соня.

Мать резко обернулась, и её глаза заполонила ненависть.

–Никогда! Ни за что! – с жаром воскликнула она. – Он меня не подчинит! Не заставит прогнуться под него!! Лучше сдохну, но не соглашусь с ним жить и дня! Пусть бегает за мной по стране! Придет день – устанет!

Соня вовремя прикусила язык, с которого готово было сорваться замечание, что она не маленький ребенок и знает, чем заканчиваются их встречи. После ругани, рычания, угрожающих рыков приходило время стонов наслаждения. Она промолчала, потому что знала, что Мила разозлится, если она скажет нечто подобное вслух.

–Мама, я устала от переездов. Я ни один год полностью не проучилась в одной школе. Я не верю, что Павел когда-то нас оставит в покое.

–Оставит, Соня, непременно, оставит.

Мужчина-зверь пропал три года назад.

А через полгода умерла Мила.

И Соня видела, как мать тосковала. Как на её лице всё чаще появлялось сожаление, как глаза, которые раньше горели огнем яростной борьбы, потухли. Она всё чаще стала смотреть на дверь, оглядываться. Точно ждала.

Он не приходил.

Если бы Мила была помягче, чуть открытие для дочери, Соня непременно бы спросила у неё, почему она не радуется долгожданному освобождению? Теперь не надо паковать сумки и искать очередную съемную квартиру. Она свободна.

Только… хотела ли этой свободы Мила? Не привыкла ли она за долгие годы к обжигающей страсти Павла? К его охоте на неё? К его одержимому влечению?

Соня снова перевернулась на бок? Зачем она сейчас вспоминает Милу и Павла? Их отношения были сложными, не поддающимися логическому обоснованию. Но это были их отношения.

Ей бы самой разобраться в своей жизни. А конкретно в том, что происходит в данный момент.

Соня крепко зажмурилась, вспомнив сцену на кухне. Как нелепо она себя повела! Точно школьница какая-то, которая никогда не видела полуобнаженного мужчину.

Когда Денис сообщил, что хочет продемонстрировать ей ещё одну сторону жизни оборотней и принялся раздеваться, на Соню точно наваждение нашло. Она, замерев, принялась наблюдать, как обнажается бронзовое от загара натренированное тело. Рельефный живот с темной полоской волос, убегающей в джинсы, грудная клетка с тремя глубокими полосками шрамов, широкие атлетические плечи. У Сони пересохло во рту, не смотря на то, что она только что выпила кофе.

Тело Дениса было безупречным. Красивым. Диким. Мощным.

Волчица взбунтовалась. Заметалась. Пожелала вырваться на свободу.

И увидеть его волка. Ощутить. Увлечь.

Соню затрясло. Заколотило. Волна дрожи прокатилась по телу. Произошёл чувственный взрыв ощущений, о существовании которых девушка даже не подозревала.

Чем была обусловлена столь бурная реакция – не понятно. Она всегда спокойно относилась к мужскому телу, любовалась им, оценивала как эстет, отмечая физическую силу или, напротив, немощь, но никогда не попадала в зависимость от него.

Сейчас же…Сейчас же Соне пришлось сжать руки в кулаки, предварительно спрятав их под столом. Она опустила взгляд и негромко спросила:

–Зачем вы разделись?

–Соня, не опускай глаза. Мне нравится смотреть на твоё лицо. Ты забавно смущаешься. Ещё я знаю…Вернее, мой волк чувствует твою волчицу, её волнение. А разделся я по простой причине – привык ходить дома полуобнаженным. Это естественно для оборотней.

Мужчина выдержал паузу, в течение которой ждал ответа от Софьи.

Но девушка продолжала упорно молчать. Да и что она могла сказать? Что чувствует себя последней идиоткой? Что готова пялиться на его обнаженный торс, точно никогда не видела полуголого мужчину? Что между ног стало влажно от одной мысли, что он может прикоснуться к ней? Что она может коснуться его?

Он же зверь…волк…для него человеческая мораль – ничтожная преграда.

–Ты останешься на ночь? – между тем, продолжал давить на неё Денис. Она не видела, как он прищурил глаза, а взгляд стал колким, нетерпеливым. – Мои слова остаются в силе. Я тебя не трону.

И Соня осталась.

Она убеждала себя, что осталась в целях безопасности. Да-да, именно в целях безопасности. Где гарантия того, что, отправляясь с таксистом в гостиницу, она снова не столкнется с сексуально озабоченными оборотнями, для которых напасть на беззащитную девушку – плевое дело? И гостиница, расположенная в краю оборотней, тоже могла быть не безопасной.

Всё-таки ей надо было выбрать другое время для поездки к бабушке. После полнолуния.

Соня откинула покрывало прочь и встала с кровати. Всё равно не уснет. Не стоит себя мучить. Возращение домой оказалось более опасным, чем она предполагала.

Девушка вспомнила волков с дороги, и мерзкий страх снова вернулся. А если бы не появился Денис, чтобы они с ней сделали? Изнасиловали, это самое малое. Воображение Сони быстро нарисовало картину, где с неё сдирают одежду, швыряя от одного мужчины к другому, где жестокие руки с когтями царапают нежную кожу, где члены – чужие, отвратительные, – жестоко врываются в лоно, разрывая его.

Соня поежилась и шумно задышала. Прочь! Прочь подобные мысли! Всё обошлось!

Чтобы сгладить неприятный осадок, возникший в душе, Соня подошла к столику, стоящему у окна. Она поставила на него бутылку с минеральной водой, которую любезно одолжил Денис. Именно, любезно. С легкой ироничной улыбкой.

Потому что, как только она приняла решение остаться в его доме на ночь, то сразу же сказала, что дорога вымотала её, и она хотела бы лечь спать.

Он проводил её до спальни, расположенной на втором этаже и всё в той же ироничной форме пожелал спокойной ночи.

Какая уж тут спокойная ночь…

Поскорее бы утро.

Соня открыла бутылку и прямо из горлышка сделала пару жадных глотков. Она стояла рядом с окном, которое выходило во двор, и ей показалось, что там – снаружи – мелькнула тень. Сердце пропустило удар. Соня, отчего-то встав на цыпочки, прижалась вплотную к стеклу. Картина, которую она увидела, заставила её волчицу жалобно заскулить.

Денис, в одних белых боксерских плавках, расположившись на кафеле рядом с бассейном, качал пресс. Его движения были быстрыми, уверенными. Он с легкостью опускался и поднимался, сложив руки за головой.

Лунный свет падал на его тело, играя бликами на увитых мышцами руках и отбрасывая причудливые тени.

Кровь ударила в голову Сони, по телу точно прошёлся электрический разряд, в области затылка запульсировало. Девушка поняла, что готова перекинуться и выпрыгнуть прямо в окно. Пришлось часто задышать и сконцентрироваться, чтобы удержать волчицу внутри себя. Весь парадокс заключался в том, что девушка практически не помнила, что с ней происходит, когда она обращалась в зверя, поэтому опасалась лишний раз перекидываться. А уж в данных обстоятельствах…

Волчица внутри бесновалась, и Софья не могла найти причину ее поведения. Нет, вернее, причина как раз занималась тем, что совершенствовала и без того совершенное тело. Загвоздка заключалась в том, что девушка не могла понять, почему она столь остро реагирует на Дениса, к которому, по-прежнему, обращалась на "вы"…

В голове мелькнула сумасшедшая мысль. А вдруг он её пара? Пара её волчицы? Не поэтому ли она так отчаянно рвется к нему? Страстно желает прикоснуться… да чего уж скрывать от себя – отдаться? Хочет снова почувствовать, как его напрягшейся член упирается в её попу.

И Соня не выдержала.

В конце концов, она не девочка. Пусть, у неё, конечно, мало сексуального опыта, но сейчас не те времена, когда секс на первом свидании порицается. Хотя, какое тут свидание… Но у нее есть оправдание для себя – луна и отсутствие всякой морали в среде сородичей!

Больше Соня не раздумывала. Уже потом, оглядываясь назад, она попытается проанализировать, что же с ней происходило в тот роковой день и придет к выводам, что она руководствовалась инстинктами. Самыми древними. Основными. Звериными.