Электронная библиотека » Марина Серова » » онлайн чтение - страница 2

Текст книги "Невидимый враг"


  • Текст добавлен: 25 января 2016, 02:40


Автор книги: Марина Серова


Жанр: Крутой детектив, Детективы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Шрифт:
- 100% +

– Да, конечно, время позднее. Спасибо, Максим, отправляйся отдыхать. Для Евгении уже приготовили комнату. Мы остановили выбор на гостевой спальне, что находится через дверь от комнаты Маргариты. Будь добр, попроси кого-нибудь из охранников отнести туда багаж Евгении. Горничные уже разошлись.

Макс согласно кивнул, простился и вышел.

– Давайте присядем на кресла, вон возле того столика, – продолжила Валентина, – я просила накрыть нам легкий ужин и чай, на случай, если вы проголодались с дороги. И простите, что, не обсуждая с вами, решила вопрос жилья. Если это неприемлемо, я готова оплатить номер в гостинице.

– То, как вы распорядились, действительно гораздо удобнее. Не нужно тратить лишнее время на переезды. Так что, если мое круглосуточное присутствие не стеснит обитателей дома, предпочитаю быть рядом с подопечными.

– Хорошо. Что насчет ужина?

– Если можно, только чаю.

– Да, я, пожалуй, составлю вам компанию, – Валентина разлила напиток по чашкам, – последнее время совсем плохо сплю. Ирина, наш повар, добавляет в обычную заварку немного ромашки, мяты и уверяет, что это успокаивает нервы, – женщина вымученно улыбнулась.

– Хотела бы я заверить, что все будет хорошо. Но пока не ознакомилась со всеми материалами уголовного дела, от радужных прогнозов воздержусь. Вы же понимаете, что, возможно, мне придется провести самостоятельное расследование?

– Да, конечно, делайте все, что нужно.

– И для этого требуется абсолютная свобода действий, четко поставленная задача. Плюс ваше полное доверие.

– Свобода в каком плане?

– Во-первых, в процессуальном. Первое, что нужно сделать утром, это составить и подписать договор. Вы наймете меня как представителя интересов сына, серию и номер адвокатского удостоверения я предоставлю. Это нужно, чтобы получить полный доступ к материалам следствия. Протоколы допросов, доказательная база, экспертизы, все, что может понадобиться. Для меня в уголовном деле не должно оставаться неясных моментов.

– Хорошо. А во-вторых?

– Вы должны понимать, что я берусь установить истину и гарантирую только это, – я покрутила в руках чашку с недопитым чаем, решительно поставила ее на стол и взглянула в глаза Валентины, – освободить Романа, если его обвиняют незаконно или безосновательно. Но если в ходе расследования выяснится, что ваш сын действительно виновен в убийстве…

– Не станете скрывать этого от полиции?

– Да. Не стану.

– Я понимаю. И абсолютно уверена в невиновности Романа. Он хороший мальчик, умный, талантливый. Несмотря на то, что в последнее время усиленно проверяет на прочность мою к нему любовь. Это просто такой период, рано или поздно через него проходят все подростки. Но поверьте, на жестокое, хладнокровное убийство мой сын неспособен! Я его хорошо, правильно воспитала! – Женщина всхлипнула. И какое-то время казалось, сейчас разрыдается. Потом невероятным усилием воли Валентина сдержала уже блестевшие на глазах слезы.

– Значит, мы договорились. И не расстраивайтесь, если Роман не виноват, я докажу это. Но есть еще один вопрос, который нужно прояснить.

– Да, конечно.

– Максим сказал, вы хотели оформить меня телохранителем обоих детей. У вас есть серьезные основания опасаться за жизнь Маргариты? Меня обычно нанимают, когда угроза велика и реальна.

– Нет, нет, Евгения, ничего такого. Просто Григорий неожиданно попросил отпуск, со спиной у него там что-то, на лечебный курорт отправился. А нанимать еще одного человека в штат, Максим сказал, не имеет смысла. Потом увольнять придется. Вот он и предложил немного совместить. У Риты простой график: утром в колледж, потом домой. Репетиторы, учителя танцев и музыки приезжают на дом. Во время ее занятий вы можете спокойно заниматься расследованием. Но если это по какой-либо причине неудобно, только скажите. Максим временно повысит одного из охранников, поручит ему должность телохранителя.

– Не нужно. Меня это действительно не затруднит. Тем более что вести расследование придется и среди сокурсников Романа и Риты. И простите, если мои вопросы кажутся вам немного неуместными, но, приступая к расследованию, я должна все уточнить. В последнее время вам никто не угрожал? На жизнь детей никто не покушался?

– Мне понятно их происхождение, – усмехнулась женщина, – вы кое-что видели, кое-что слышали. И находите меры безопасности немного чрезмерными?

– Ну, разве что немного, – улыбнулась я.

– У всех бизнесменов есть недоброжелатели или завистники. По-другому просто не бывает. Но никаких угроз или конфликтов не было никогда. Просто я могу себе это все позволить, – Валентина повела рукой, – и предпочитаю перестраховаться.

– Понятно, тогда вопросов пока больше нет.

– Я дам распоряжение юристам, они подготовят договор к утру. А сейчас провожу вас в вашу комнату.

* * *

Мы прошлись по коридору, миновали просторный холл с огромной люстрой, поднялись по широкой лестнице на второй этаж и свернули в правый коридор.

– Сейчас в этом крыле только комнаты детей и гостевые спальни, которые частенько пустуют. Когда Роман и Рита были маленькие, рядом с ними постоянно проживала гувернантка.

– А где она сейчас? – Я подумала, что о характере детей, их стремлениях и склонностях лучше всех может рассказать тот, кто воспитывал их, в течение многих лет находился рядом.

– Наталья? Я дала ей хорошие рекомендации и помогла найти работу в приличной семье с двумя маленькими детьми. Если вы, Евгения, пожелаете с ней пообщаться, чуть позже организую встречу. Насколько я знаю, семья банкира Николая Сомова сейчас находится на отдыхе, за границей. Разумеется, няня уехала с ними.

– Мама? Я услышала голоса… – неожиданно дверь ближайшей комнаты отворилась. На пороге стояла растрепанная девушка в легком халатике, наброшенном поверх пижамы.

– Рита? Дорогая, ты почему еще не спишь? Евгения, позвольте представить вам мою дочь Маргариту.

– А это знаменитая…

– Евгения Охотникова, – Валентина перебила дочь, – будет твоим телохранителем. Временно заменит Григория.

– Прикольно.

– Будь добра, раз уж до сих пор не спишь, согласуй с Евгенией свой график на завтра и ближайшие дни.

– Хорошо, мама. Я могу заодно проводить Женю в ее комнату. Все там показать.

– Ладно. Доброй ночи, Евгения.

– Доброй ночи.

– Ты тоже, – женщина бросила на дочь строгий взгляд, – особо не задерживайся. Не надоедай. И сразу же отправляйся спать.

– Ладно. Пока, мам, – девочка поцеловала мать в подставленную щеку, улыбнулась, – пойдемте, – кивнула она мне.

Мы прошли немного вперед по коридору.

– Вот ваша комната, – девушка толкнула дверь, – я слышала, как охранник приносил багаж.

Мы прошли внутрь. Средних размеров уютное помещение. Приятная, светлая отделка, есть вся необходимая мебель. Кровать, тумбочки, шкаф, пара удобных кресел, небольшой столик. По правую сторону расположена дверь в ванную комнату.

– Можно я посижу тут, пока вы вещи разбирать станете? – Рита плюхнулась в кресло.

– Конечно, можешь называть меня Женя и на «ты».

– Здорово! Это вообще так здорово, что телохранителем будет девушка!

– Почему? – Я сдержанно улыбнулась.

– Ну, ты такая стильная, красивая. Меня все сразу зауважают! А Гришка всегда нос воротил и дружил с Ромкой, они же мальчики! А мальчикам нужно держаться вместе, и все такое. Та дверь, – сама себя перебила бойкая девушка, вспомнив, что взяла на себя обязанности гида, – туалет и ванная. Санузел совмещен с другой гостевой спальней, поэтому там, внутри, проход в следующую по коридору комнату. Но сейчас в ней никого нет, пусто и заперто. Раньше, когда здесь жила Наталья, мы все вместе часто в прятки играли. Я в закрытую гостевую спальню пробиралась и пряталась в шкаф или под кровать, не нашли ни разу.

– Ты скучаешь по ней? – Я слушала болтовню девушки, одновременно распаковывая и раскладывая по полкам вещи, косметику и прочие необходимые мелочи.

– Наверное. Няня жила здесь много лет. Но не подумайте, мама ее не выгоняла. Наталья сама как-то сказала, что мы выросли, у нас другие интересы появляются. Глядишь, дети выучатся, будут работать. Рита замуж выскочит, а в доме гувернантка живет. Смешно. Вот мама ей другую семью и помогла подыскать. Мы созваниваемся, видимся, правда, редко. Наталья все время работает, а мы с Ромкой учимся. Плюс мама постоянно нагружает: теннис, верховая езда, музыка. Хорошо, мне от уроков рисования кое-как удалось отбиться. Полтора года ушло на то, чтобы убедить учителя и, главное, маму, что у меня обе руки левые.

– Не любишь живопись? – хмыкнула я.

– У мамы много времени и средств ушло на то, чтобы привить нам с братом чувство прекрасного. И во мне оно развилось ровно настолько, чтобы ясно понимать: из-под моей кисти выходит откровенная мазня. Вот танцы – это совсем другое дело.

– А чем увлекается брат?

– Ромка? Математикой и всем, что так или иначе с ней связано. Логика, анализ, в шахматы играть любит, головоломки разгадывать. У нас в колледже вообще в прошлом году тест провели, решили уровень интеллекта измерить, анонимно, чтобы детей не травмировать. Так Ромка базу взломал и выложил результаты в Сеть. А куратор потом маму вызывала на беседу.

– И каковы были ваши результаты, если не секрет?

– Я сто пятнадцать едва набрала, – пожала плечами девушка.

– Но это хороший показатель, а ты вроде расстроилась.

– Ага. У Ромки сто девяносто пять! Учитывая возраст и то, что мы еще в процессе развития, это значит…

– Что твой брат гений!

– Математический, – уточнила девушка, – несмотря на природную болтливость Ромки, его лингвистические способности стремятся к нулю. Правда, он иногда слова, падежи путает, а ударение – это вообще его слабое место.

– Ну, вы еще подростки, сама заметила, развитие идет полным ходом, так что со временем этот небольшой перекос выровняется.

– Или останется! Говорят, Эйнштейна все окружающие считали придурком. А у него айкью равнялся двумстам.

– Это верно. И в младших классах он считался отстающим учеником и позже, во взрослом возрасте, производил на собеседников странное впечатление. И тем не менее являлся гениальным ученым.

– И Ромка таким станет! Если не изменит мир, то внесет значительные поправки!

– Значит, ты веришь в брата?

– Конечно! Ведь будущее за продвинутым интеллектом!

Я не стала убеждать подростка, что множество умных и талантливых людей сгорели быстро, как падающие звезды, и не оставили существенного следа. Или блеснули на миг и исчезли, не выдержав конкуренции, давления, быта, не справившись с пристрастием к алкоголю или по множеству других объективных или субъективных причин. Девушка еще слишком юна, чтобы понять и осмыслить такие слова.

– Рита, скажи, а что ты думаешь об убийстве?

– Тебе правда интересно мое мнение?

– Конечно. Вы с братом учитесь в одном колледже. И погибшую девушку ты знала, и с Романом вы большую часть времени вместе.

– Полицейские просто дураки! Или хватаются за соломинку. Главное, выдумывают ерунду! Откуда только что берут?! Ромка вовсе на Машку внимания не обращал, никогда. И вообще мама нас просто в ежовых рукавицах держит. «Никаких излишеств!» – это ее жизненный девиз. И, пожалуй, еще один: «Ни минуты свободного времени!» Ведь если детей хорошенько загрузить, тогда совершенно точно у них не останется сил или желания делать пакости.

– А теперь?

– Что?

– Вы уже не дети, подростки.

– Теперь тем более нужен глаз да глаз! Вот, взять хотя бы мою группу в колледже. Ребята учатся разные. У пятерых родители на заводе, «Сельмаше», работают, остальные из более обеспеченных семей. Но есть дочь банкира и сын известного ростовского оперного тенора. И только нас с Ромкой утром привозит и забирает после занятий телохранитель.

– Уверена, что поначалу это активно обсуждалось всеми. А сейчас никто не обращает внимания. Привыкли и не замечают.

– Ну, вроде того. Только все равно: позор, стыдобища! Хотя ты стильная, красивая, с тобой появиться не стыдно!

Не успела я подивиться такой гибкой логике, как девушка продолжила:

– Жалко, в колледж завтра не надо. Потом два дня выходных. До понедельника так долго!

– Я хотела спросить, а почему вы учитесь в середине августа?

– А, – отмахнулась Рита, – в нашем учебном заведении все не как у людей. Сессию перенесли, каникулы и практику тоже. Завтра как раз последний день, но «хвостов» у меня не было, а лабораторные и практические работы я уже почти все сдала. Основные занятия начинаются в понедельник.

– Значит, завтра ты свободна?

– Как же! С утра урок верховой езды. Потом игра на фортепиано, затем небольшой перерыв, после обеда танцы. Закончить две лабораторные работы по физике. И написать эссе по литературе.

– Завтра утром я должна тебя отвезти…

– К сожалению, никуда. Тренер приезжает в усадьбу, конюшня и лошади свои имеются.

– Хорошо, значит, сразу отправлюсь в полицию и СИЗО. Рита, а ты хорошо знала погибшую девушку?

– Машу Титову? Мы учились на одном курсе: «Гостиничный менеджмент». Так что были знакомы, но не более того. С Машей нас ничего не связывало, интересы разные, образ жизни отличается кардинально.

– Вы же обе студентки, – аккуратно подначила я.

– Да. Вроде и так. Но это только на первый взгляд. Мой день расписан и плотно загружен. Из развлечений – только интеллектуальные.

Я вопросительно приподняла бровь.

– Музеи, театры, выставки, филармония, – начала перечислять девушка в ответ на немой вопрос, – можно еще книжку почитать. Серьезную, разумеется, беллетристика не приветствуется. Никаких тусовок, клубов или дискотек. Изредка разрешались посещения школьных мероприятий или, сейчас, тех, что в колледже проводятся.

– А тебе бы очень хотелось отправиться на дискотеку или в клуб?

– Теперь даже и не скажу. Уверена: попади я в одно из подобных мест, просто не знала бы, как себя правильно вести. Ощущение скованности и неуместности не покидало бы меня весь вечер. Вот, кстати, Маша, по слухам, вела гораздо более свободный образ жизни. И чувствовала себя во многих ночных заведениях города как рыба в воде.

– Правда?

– Да. Но подробностей я не знаю. Титова с Леной Розаевой вроде бы дружила, по крайней мере, я видела пару раз, как они шептались и хихикали. Ведь так обычно поступают подружки.

Умненький, воспитанный, открытый и очень одинокий ребенок, подумала я, когда Маргарита, попрощавшись, отправилась в свою комнату. Вероятно, поэтому она так обрадовалась моему появлению в их жизни.

* * *

Утро следующего дня я по многолетней привычке начала с пробежки и небольшой силовой тренировки. Выбирая маршрут, мудрствовать особо не стала, просто пробежалась по периметру огромной территории. Заодно устроила себе обзорную экскурсию при свете дня.

Макс был абсолютно прав: усадьба обширная. И безопасности тут уделяется много внимания и средств. Я насчитала шесть постов охраны и пару дюжин видеокамер. Обитатели дома могут чувствовать себя спокойно, хотя, если задаться целью, в любой, даже четко отлаженной, системе можно выискать слабые места.

Мои утренние занятия не остались незамеченными. Как только я закончила последнее упражнение на растяжку, раздался звонок мобильного телефона.

– Привет, Женька. Валентина вчера забыла обменяться с тобой номерами, – раздался в трубке бодрый голос Макса, – она говорит, раз ты такая ранняя пташка, можешь, когда закончишь, зайти к ней в кабинет. Договор уже готов к подписанию.

– Привет. Спасибо, приму душ, переоденусь и зайду.

Хозяйку дома я застала свежей, собранной и готовой к рабочему дню. Ничто во внешнем облике Валентины не указывало на сильные душевные переживания, которые, несомненно, мучили женщину.

Особо не мешкая, мы обменялись номерами телефонов. Подписали договор, тут же Валентина сделала копию для предъявления полицейским. Размер моего гонорара и возможные условия выплаты премии мы обговорили еще вчера.

Женщина любезно предложила мне воспользоваться ее старой машиной, «Ниссаном» две тысячи пятого года выпуска. Автомобиль был в отличном техническом состоянии, просто Полянская последнее время предпочитала более престижные и дорогие марки машин. Валентина еще вчера отдала распоряжение приготовить, проверить и заправить «Ниссан» к моему приезду, как и составить доверенность на вождение. Это сэкономит массу сил и времени. Валентина выдала мне некую сумму на расходы, и мы простились до вечера.

Сотников рассказал, что дело по убийству девушки находится в седьмом отделении полиции города Ростова-на-Дону, которое расположено в Железнодорожном районе на проспекте Стачки. Немного в стороне, ближе к выезду из города, около станции «Первомайская» находится СИЗО, где содержится Роман Полянский. Я в кратчайшие сроки изучила карту города и была готова к любым свершениям.

* * *

Проспект Стачки оказался одним из самых длинных в городе. Магистраль пересекала практически весь мегаполис и упиралась в набережную реки. Отделение полиции располагалось в небольшом белом трехэтажном старинной постройки здании с колоннами.

Дело об убийстве Марии Титовой находилось в производстве у старшего лейтенанта Ильи Никоненко. Дежурный не стал чинить мне препятствий, просто проверил удостоверение и выписал пропуск. Кабинет следователя располагался на втором этаже. Его я нашла быстро и без труда.

– Я так понимаю, что вы ко мне? – Старлей оказался шатеном, примерно тридцати лет, щуплого телосложения и, видимо, приятной внешности. Сейчас правильные черты его лица исказила недовольная гримаса.

О, вот и осложнения! Люди, конечно, ко мне по-разному относятся. Но чтобы так встречали! Обычно подобным взглядом смотрят на злобную, противную, надоедливую муху. Некая смесь брезгливости, отвращения и опаски.

– Меня зовут Евгения Охотникова, – протянула я удостоверение и договор, – из этих документов следует, что я представляю интересы Романа Полянского и имею право затребовать все материалы дела для ознакомления. Также мне необходим от вас документ, позволяющий получить пропуск для посещений задержанного в СИЗО.

– Из Тарасова? – Старлей покрутил корочку адвоката. – А что в Ростове юристов не осталось? Или госпожа Полянская решила бросить в бой все возможные силы? Значит, репутация у вас должна быть определенная.

– Если желаете, можете навести справки. Телефончик дать?

– Благодарю, у меня свои источники.

– Как желаете, – я повела плечом. В полицейском управлении Генка всегда организует мне прикрытие. А если вдруг «источник» старшего лейтенанта окажется способным копать глубже, что ж, на здоровье. В послужном списке Евгении Охотниковой нет фактов, порочащих ее репутацию.

– Ладно. Вы можете ознакомиться с материалами дела. Но только в моем кабинете, – нехотя проговорил старлей, – разрешение на свидания с подследственным тоже выпишу, в конце рабочего дня. У меня куча дел в производстве и писанины – море, зашиваюсь.

– Прежде чем создавать мне препятствия в работе и вызывать праведный гнев, обратитесь, Илья Петрович, к своему источнику, – ласково улыбаясь, выдала я совет, открыла папку и углубилась в чтение материалов дела.

Никоненко некоторое время бесцельно слонялся по кабинету, садился, перекладывал на столе пару бумажек, снова вставал. С озабоченным видом рылся в огромном полупустом сейфе. Я внимательно изучала протоколы, исподволь наблюдая за маневрами старлея. Наконец он не выдержал, пробормотав, что вернется через пару минут, выскочил из кабинета.

Через некоторое время я закончила читать протоколы допросов, проделала парочку полезных манипуляций и мысленно подвела итог. Роман свою вину отрицал. Говорил, что тело обнаружил случайно и наклонился, чтобы помочь, хотел прощупать пульс, перевернул. Потом, когда понял, что девушка мертва, начал кричать и звать на помощь. В полицию позвонил кто-то из преподавателей. Следователь зафиксировал в протоколе, что Полянский передвигал тело, и усматривал в этом порыве скрытый мотив. И даже тот факт, что полицию вызвали не сразу, а через двадцать минут после того, как поднялся переполох, был истолкован как свидетельство злого умысла Романа Полянского.

В протоколе места происшествия было зафиксировано следующее: «Тело девушки обнаружено лежащим на спине. Судя по странгуляционной борозде, погибшая была задушена. (Предположительно, веревкой или тонким поясом.) Смерть наступила несколько часов назад. Все предметы одежды погибшей на месте, находятся в порядке, что позволяет предположить отсутствие сексуального насилия или борьбы. Рядом с телом обнаружена дамская сумочка из коричневого материала, похожего на кожу. Опись предметов и протокол опознания матерью потерпевшей прилагается». Так, а это уже интересно: «На одежде потерпевшей обнаружен волос пшеничного цвета, средней длины. Предположительно, принадлежащий подозреваемому. Образец отправлен на дальнейшее исследование».

Я внимательно просмотрела все материалы дела и уже начала томиться от безделья, когда в кабинет вернулся Илья. Он, странно косясь, аккуратно обошел меня, молча уселся за свой стол, достал бланк и стал заполнять.

– Вот, – старлей достал из верхнего ящика печать, шлепнул по бумаге и протянул мне, – пропуск в СИЗО.

– Спасибо. Я так понимаю, волосок с трупа девушки – это ваше единственное доказательство?

– Экспертиза подтвердит, что он принадлежит Полянскому.

– Даже если и так. Доказательство все равно косвенное.

– И внятного алиби у парня не имеется. Сидел в своей комнате, читал. Кто это может подтвердить?

– Вся площадь усадьбы Полянских оснащена видеокамерами. Ведется круглосуточная запись.

– Покинуть такую громадную территорию, минуя видеокамеры, особенно зная их расположение, можно десятком различных способов. Так что запись, когда Роман въезжает в ворота поместья, не является доказательством того, что он его не покидал всю ночь.

– Ладно, – согласилась я с приведенным аргументом, – моя миссия не только защитить Романа Полянского. Раскрытие убийства девушки, установление истины является приоритетной задачей.

– Допустим, – осторожно согласился старлей.

– И я готова сотрудничать со следствием.

– От реальной помощи не откажусь.

– Отлично. Тогда до встречи. Да, Илья, будь добр, подготовь мне копии всех материалов дела, вскрытия, экспертиз, протоколы допросов. Всего, что имеется.

– Предлагаешь помощь, а сама станешь недочеты выискивать? – криво усмехнулся старлей.

– Я не собираюсь твою работу инспектировать. Но чтобы разобраться, должна свободно ориентироваться во всех аспектах уголовного дела. И еще…

– Что?

– Илья, ты такой симпатичный, когда рожицы не корчишь.

– Да? Я сильно гримасничаю? Не замечал, учту.

На этой почти дружественной ноте мы простились со старшим лейтенантом.

* * *

Следственный изолятор – это, как правило, мрачное и жутковатое место. Даже если опустить визуальные раздражители: грязно-серое обшарпанное здание и высокий забор с колючей проволокой. Строгий пропускной режим для редких посетителей. Визг и лязганье многочисленных решеток. И стены внутренних помещений, окрашенные в жуткий зеленый цвет. Заведение производило неприятное впечатление даже на такую нечувствительную особу, как я.

С пропуском и организацией свидания проблем не возникло, если не брать во внимание обычную тоскливую бюрократическую волокиту, которую у нас любят и практикуют повсеместно. Лишь около полудня охранник проводил меня в комнату для свиданий. Узкое, темное и мрачноватое помещение.

– Эти решетки просто повсюду. Привыкнуть оказалось сложнее всего, – вместо приветствия выдал подросток. Он сидел на привинченном к полу стуле, опирался руками на грубо сколоченный стол.

– Мне казалось, самое худшее – спертый воздух, плохое питание, теснота и прочие условия содержания, – во внешности паренька было заметно сходство с сестрой и матерью. Светлые волосы, стильная модельная стрижка еще не утратила форму. Правильные черты лица, излишняя бледность, как следствие переживаний и заключения. Стальные глаза смотрят настороженно и колюче.

– Много времени провели в тюрьме? – сузил глаза паренек.

– Я бывала в разных местах. И видела многое, если ты сейчас на свой горький опыт намекаешь.

– Простите. Я что-то нервный стал и злюсь постоянно. А вы вообще кто? Новый следователь? Повезло. Местные обитатели сочтут огромной удачей возможность общаться с такой красавицей, даже для проведения процессуальных действий.

– За красавицу спасибо. Я частный телохранитель Евгения Охотникова. Буду представлять твои интересы во время следствия. Нечто вроде адвоката, но свободного от пут юстиции.

– У следователя и адвоката совершенно разные задачи, – резонно заметил Роман.

– Я докажу твою невиновность, если ты действительно не убивал девушку. И предлагаю времени зря не терять, так как наши свидания регламентированы.

– Хорошо, что вы желаете знать?

– Я читала протоколы. Но хочу слышать подробный рассказ о том утре с твоих слов.

– Гриша привез нас с Ритой в колледж. Сестра отправилась к лабораторному корпусу, я в другую сторону. Прошел стадион, завернул за угол, там между спортивным корпусом и учебными зданиями есть пятачок, он не просматривается ниоткуда, в том числе из окон верхних этажей. Хотел спокойно покурить, – Роман замолчал на несколько мгновений, тяжело сглотнул и продолжил: – Девушка лежала лицом вниз на земле.

– Давай я буду задавать вопросы сразу по ходу повествования.

– Хорошо.

– Ты узнал Марию?

– Нет. По крайней мере, не сразу. Просто бросился к ней, перевернул. Я даже не понял, что она уже мертвая! Думал, стало плохо человеку и нужна помощь.

– Как переворачивал?

– Что за вопрос, не пойму? Руками, естественно! – Роман нервно провел пальцами правой руки по волосам.

– Наклонился, встал на колени, присел… – терпеливо перечислила я варианты.

– А менты об этом не спрашивали, – протянул подросток.

– Я более дотошная обычно.

– Сейчас, припомню, так все быстро… Да, стал на колени, перевернул, пощупал пульс.

– Где?

– На шее. Но, кажется, уже тогда я понял, что Машка мертва. Вернее, когда еще переворачивал, меня царапнула мысль: что-то не так. Но я не сразу понял, что. Она была холодная и…

– Мертва уже некоторое время, – подсказала я, – началось трупное окоченение.

– Да. Честно говоря, я испугался, отпрянул и дико завопил, – щеки молодого человека стали наливаться краской.

– И что еще?!

– Все! Народ сбежался, все собрались вокруг, галдели и топтались на месте. Кто-то вызвал полицию. А менты потом заявили, что я специально устроил переполох, чтобы толпа следы затоптала.

– Роман! Вернемся немного назад. Ты уверен, что все мне рассказал?

– Что еще? – Паренек насупился, дернул шеей, опустил глаза в стол и замолчал.

– Давай рассказывай! Вижу, хочешь о чем-то умолчать!

– От испуга я заверещал визгливо, как девчонка! Ясно вам?! Еще сестру всегда высмеивал, что трусиха. А сам! Но народ решил, что это кто-то из девиц на мой крик прибежал и поднял визг. – Роман снова запустил пальцы в волосы.

– Понятно. Никто не знает заранее, как поведет себя в стрессовой ситуации. Ты выдал реакцию, неожиданную для себя, но не самую худшую. И стыдиться здесь нечего.

– Если в колледже узнают, засмеют.

– У тебя красивая стрижка, – решила я сменить тему.

– Спасибо. Мне тоже нравится, сейчас модно, когда виски коротко острижены, почти что выбриты, а остальные волосы длинные, вроде ирокеза, но ровные. Мама только периодически грозится остричь всю красоту.

– Почему? В колледже запрещают?

– У меня появилась манера волосы теребить, особенно если задумаюсь или нервничаю. Мама считает эту привычку раздражающей и недостойной воспитанного молодого человека.

– На теле девушки нашли твой волосок.

– Это же любимая улика обвинения! Чего следаки только не предполагали! Любовь, поцелуи, секс, драку.

– Наличие лишь волоса не достаточное основание для подобных предположений. Они тебя просто разговорить пытались.

– Я примерно так и сказал.

– А следователь что ответил?

– Что много таких умных видал. И ни чрезмерная наглость, ни деньги матери не спасут меня от наказания.

В этот момент заглянул охранник:

– Время свидания окончено, закругляйтесь.

– Одну секундочку, – кивнула я парню, – Рома, возможно, нам удастся изменить меру пресечения. Или вообще снять обвинения, если докажем наличие алиби. Продумай детально вечер, когда произошло убийство. В следующий мой визит разберем его по минутам, поищу, за что зацепиться. Пока идет следствие, тебе не дадут свидания с родными. Им что-нибудь передать?

– Скажи маме, что я не убивал, – на лице паренька появилась страдальческая гримаса.

– Она в этом и не сомневается.

– Пора! – настаивал охранник.

– Хорошо. Рома, пока! До встречи.

– Спасибо, до свидания.

* * *

Похоже, что молодой человек говорил правду и он действительно не убивал Марию Титову, размышляла я, ведя автомобиль улицами Ростова.

Даже беглого просмотра материалов дела достаточно, чтобы сделать вывод: следователь просто ухватился за первого попавшегося подозреваемого. Он собирается добиться осуждения именно Романа Полянского в суде. И теперь расследование ведется, что называется, «спустя рукава». Протоколы опроса родителей и сокурсников погибшей девушки скудные и формальные. С куратором группы вообще не поговорили. Совершенно не отработаны связи Марии вне колледжа, а также места, где девушка любила проводить свободное время. Это недопустимо.

Следователь довольствуется косвенными доказательствами, такими, как наличие волоска на теле жертвы или отсутствие алиби у подозреваемого. Грамотный адвокат в суде не оставит от таких доказательств камня на камне.

Честно говоря, совершенно непонятно, на что рассчитывает старший лейтенант? Почему он так уверен в виновности Романа Полянского? И каким образом судья выдал ордер на арест на основании таких скудных доказательств? Разве что Илья Никоненко предоставил мне не все материалы. Придержал, как туза в рукаве, убойную улику. Я бросила взгляд на часы. Рабочий день близится к концу, но застать старлея на рабочем месте, возможно, успею. Еще нужно пообщаться с экспертами и патологоанатомом, который делал вскрытие потерпевшей. Вдруг всплывут нюансы, которые не были включены в официальный отчет.

Я перестроила «Ниссан» в другой ряд и на ближайшем повороте свернула к нужному проспекту. Примерно через двадцать минут подъехала к отделению полиции. Как оказалось, вовремя. Паркуя автомобиль у входа, я заметила старлея, выходящего через проходную.

– Симпатичная машинка, – притормозил он, заметив меня.

– Взяла напрокат. Рано покидаете рабочее место, товарищ старший лейтенант.

– Нужно еще заскочить в пару мест, – замялся Илья, – вы за документами, – он порылся в портфеле и протянул мне папку, – вот, как договаривались, скопировал.

– Спасибо. Интересно, в намеченном тобой маршруте имеется ростовский морг?

– Да, нужно пару запросов завезти, отчет забрать. А что?


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 | Следующая
  • 3.4 Оценок: 5

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации