Текст книги "12 жертв"
![](/books_files/covers/thumbs_240/12-zhertv-33442.jpg)
Автор книги: Мария Жукова-Гладкова
Жанр: Современные детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 8
Мой начальник Иван Иванович Загорулько выслушал меня с интересом.
– Что ж это такое было в вашей семье, из-за чего наследники могли бы начать драку?
Потом Иван Иванович резво вскочил из-за своего стола и схватил один из стульев, стоявших вокруг стола для переговоров, составлявшего букву «Т» с его собственным. По форме этот стул напоминал продемонстрированный мне на фотографиях.
– Что сюда может поместиться? – задумчиво произнес мой начальник, держа в руках стул.
Икона на самом деле могла. И бриллианты могли. И золото. Но насколько я поняла, это была одна «вещь».
– А если твой папаша всех надул? – вдруг посмотрел на меня Иван Иванович, ставя стул на место. – Мог он всех надуть? Кира, я с ним лично не знаком. Я о нем сужу только по его деяниям. А судя по его отношению к тебе, вообще всем дочерям, которых он за людей не считает, у меня о нем сложилось не самое лучшее мнение.
– Отношение к нам – это одно, а попытка обмануть известных в деловом мире Петербурга, богатых людей – совсем другое. Ведь люди могли на самом деле взяться за топорики и при всех вскрыть стулья.
Иван Иванович покачал головой.
– Я бы лично не стал дразнить гусей. Если вещь на самом деле ценная, то это может создать проблемы. А вещь, скорее, коллекционная и старинная. Люди не захотели вызывать зависть и не захотели создавать себе лишние проблемы. Твой отец же сказал, что наследники могли бы передраться. Соответственно новый владелец может стать мишенью для воров. Серьезных воров. А проверить двенадцать человек нереально. Влезать к ним в дома и искать неизвестно что? Кто будет связываться?
– Вообще-то у них в домах наверняка много интересного, – рассмеялась я. – А ценную вещь можно поместить в банковскую ячейку.
– Все это, конечно, так, но с двенадцатью потенциальными владельцами никто не будет связываться. И твой отец это понимал, устраивая аукцион. И они это понимают. И целью твоего отца, как я думаю, была безопасность наследников. Он все сделал правильно. Но ты жди новых приглашений от любопытных, – хохотнул Иван Иванович. – Хотя, если они по ходу дела будут покупать у нас квартиры, я готов отправлять тебя на встречи с ними с утра и до вечера.
Я тоже рассмеялась.
Но угольный король с приятелем на самом деле купили квартиры в новом загородном комплексе.
Следующий неожиданный звонок был от моего родственника, партнера отца и мужа старшей сестры, Андрея Степановича Ступникова.
– Кира, я хотел бы с вами встретиться и поговорить, – заявил родственник сразу же после того, как представился. – Вы не согласитесь со мной поужинать?
Я согласилась, не задавая по телефону никаких ненужных вопросов. Все скажет при встрече.
Мы встретились в тихом ресторанчике и пожали друг другу руки.
– Про отца уже слышали? – спросил Андрей Степанович.
Выглядел он измученным, темные круги под глазами сразу же привлекали внимание. На голове осталось мало волос, все – седые. Я не представляла, как сейчас выглядит мой отец. Но отец всегда был холеным и молодящимся, выглядел значительно моложе своих лет. Андрей Степанович выглядел старше, и создавалось такое впечатление, что он устал от всего.
Я не видела необходимости отрицать, что мне уже известно об отце, и сказала, что узнала новость от мамы.
– Вам он ничего не оставляет. Но вы можете оспорить завещание…
– Я не буду этого делать. Что вы на самом деле хотите, Андрей Степанович? Узнать, не собираюсь ли я взять управление фирмой на себя? Нет. Буду ли я голосовать…
Родственник предупредительно поднял руку, ладонью ко мне. Я замолчала.
– Я хочу купить квартиру, – сказал он.
Это было последнее, что я ожидала услышать.
– Да-да, не удивляйтесь. Мне нужен ваш совет. Я не прошу делать мне скидку, как родственнику. Но я хочу купить квартиру в доме, который не начнет осыпаться через пару лет. В том, в котором положен нормальный утеплитель, а не строительный мусор. Вы же наверняка знаете, про эту новую «технологию»? Мне нужна хорошая квартира для себя и сына.
– А… моя сестра?
– Я не собираюсь с ней больше жить. Меня достали ее выходки. И необходимости это все терпеть у меня больше нет. Наверное, несколько поздновато, но я решил начать новую жизнь. И в ней из старого есть место только моему сыну.
Андрей Степанович улыбнулся.
– Вы уйдете из фирмы отца после… – я не договорила.
– Вероятно, уйду в самое ближайшее время. У меня есть несколько предложений.
– Я слышала, что вас готовы нанять известные в нашем городе люди, – заметила я, но не стала называть имен.
– Для начала я собираюсь решить семейные проблемы. Я продал акции фирмы вашего отца, Кира.
Признаться, меня это удивило.
– Вы считаете, что она пойдет прахом?
– Ее подомнут под себя конкуренты. Вашему отцу несколько раз угрожали. Угрожали моему сыну, что меня, признаться, волнует гораздо больше. Было два покушения на вашего отца, к счастью, неудачные. А может, лучше умереть сразу, от пули… Я бы лично предпочел сразу, а не мучиться от страшных болей, которые не лечат никакие препараты. Моего сына пытались выкрасть, теперь его в школу провожает охрана. Я не хочу жить в таких условиях.
Все, сказанное Андреем Степановичем, было для меня новостью. С другой стороны, откуда я могла все это знать? Отец не сообщал, с двумя старшими сестрами не общаемся, мама большую часть времени «на свободе» пребывала в пьяном угаре, а остальное время – в клинике. Ольга тоже ничего этого не знала.
– Вы, я думаю, в безопасности, – сказал родственник, с которым мы были на «вы», а я еще и звала его по имени-отчеству. – Все знают о ваших отношениях с отцом – или их полном отсутствии. И вам он ничего не оставляет. Я рад был услышать, что вы не претендуете на фирму. Это лишняя головная боль.
– Отец что, перешел кому-то дорогу? Влез, куда не просили?
– Нет, просто у нас в стране периодически происходит передел собственности. Это он и есть.
– Отец продал свои акции?
– Точно не знаю, но, по-моему, да. Хотя мы оба продолжаем управлять компанией. Я планирую сейчас купить квартиру и оформить ее на сына, немного отдохнуть и приступать к работе на новом месте. Правда, еще не определился на каком.
– Я могу спросить, кому вы продали акции?
– Одной кипрской компании. Кто истинный владелец – не знаю и знать не хочу. Мне дали хорошую цену. Вот хочу вложить в недвижимость, потом, вероятно, куплю какие-то другие акции.
– Сколько акций у моего отца? То есть сколько их было?
Андрей Степанович пояснил, что изначальных владельцев было четверо и каждому принадлежало двадцать пять процентов. Потом один товарищ вышел из дела, перейдя в другую сферу, и его акции выкупил мой отец. Затем оставшиеся трое разделили деятельность на два направления, и отец опять выкупил двадцать пять процентов акций, став обладателем семидесяти пяти. В принципе, я это все знала, но тут уточнила еще раз. Мало ли какие были продажи, перепродажи и передачи…
– Чем занимается моя сестра? – поинтересовалась я.
– Ничем.
При упоминании жены Андрей Степанович скривился.
– Она пьет, курит травку, нюхает кокс, развлекается с молодыми мальчиками. Она истеричка и потаскуха. На сына она давно не обращает внимания. На меня то совсем не обращает, то закатывает истерики. Я пытался со всем этим бороться. Я предлагал ей лечь в клинику, но она об этом даже слышать не хочет. Она не считает себя ни алкоголичкой, ни наркоманкой. Я не хочу, чтобы сын все это видел. Он все понимает, и у них в классе не одна такая мама.
– Простите, вы живете в одной квартире?
– У нас две соседние объединены в одну. Два выхода. Полина сейчас живет на своей половине, мы с Павликом – на своей. То есть это уже давно так. Но я вообще хочу оттуда уехать. Полина же периодически заходит «в гости», да и звукоизоляции у нас нет… Сын знает про пьянки и оргии, устраиваемые матерью. Это не дело. Раньше мне было не выделить нужную сумму для покупки квартиры, то есть не выделить единовременно, а в долги, ипотеку влезать не хочется. А сейчас я сразу могу выложить сумму на покупку квартиры.
Я задала родственнику несколько конкретных вопросов о его предпочтениях и требованиях к будущему жилью, потом предложила тот же загородный комплекс, в котором купили квартиры «для баб» угольный король и его приятель.
– У нас квартиры дороже, чем в среднем по городу, – сказала я.
– Я в курсе. Но у вас можно посмотреть весь процесс строительства и прийти со своими консультантами. А другие ничего не демонстрируют. В общем, покажите мне несколько вариантов, а там я решу. Пусть меня повозит кто-то из ваших менеджеров. Я понимаю, что это не ваша работа, Кира, и не прошу особого отношения.
В результате и Андрей Степанович купил у нас большую четырехкомнатную квартиру с отделкой ВИП-класса, правда, не в том комплексе, который я изначально имела в виду.
Когда я рассказала своему начальнику о семейных новостях, Иван Иванович задумался и произнес:
– Твой отец вовремя заболел. Если, конечно, какая-то болезнь бывает вовремя. Опасность угрожает наследникам.
– Но если он продал акции…
– А если не продал? – Иван Иванович очень серьезно посмотрел на меня. – А если именно он купил акции зятя? В таком случае, если не ошибаюсь, он становится единоличным владельцем.
Я кивнула.
– Андрей Степанович сказал, что на отца были совершены покушения, ему угрожали, Павлику угрожали…
Мой начальник пожал плечами.
– Для угроз и покушений может быть несколько причин, – заметил он. – И мы с тобой, Кира, их не знаем. А если дело не в нефтяной компании, а в таинственной вещи, которую на аукционе продал твой отец? Андрей Степанович может быть не в курсе. Что думают люди, узнав о покушении и угрозах владельцу нефтяной компании? Что дело в компании. Это первое, что приходит в голову. Кстати, а про изобретателя-то мы забыли!
Я хлопнула себя по лбу. Иван Иванович прав! Ведь мой отец знает имя и местонахождение изобретателя, который в случае успеха разорит мировые наркокартели. Какая нефть? Нефть-то не должна вскоре кончиться. И продажи ее не должны прекратиться. А если будет изобретено универсальное средство от любой зависимости…
Нефтяной рынок у нас все-таки более или менее поделен. И сейчас не девяностые годы. Навряд ли кто-то из нефтяников стал бы устраивать покушения на отца, пытаться выкрасть его любимого внука и наследника. И наверняка у папы на этом рынке со всеми достигнута договоренность – в большей или меньшей степени.
Иван Иванович явно следил за изменениями выражения моего лица.
– Вот тебе и ответ, Кира. Радуйся, что ты – нелюбимая и отвергнутая дочь, и все это знают. Но насчет вещички у мамы спроси. Мне тоже интересно.
Я улыбнулась. Папа все-таки сумел заинтриговать немало людей.
Глава 9
В пятницу вечером мы наконец договорились встретиться с Ольгой. Сестра пригласила меня к себе после работы. У нее в тот день не было съемок, она планировала полдня спать, потом съездить в спа-центр «ублажить тело», как она любит говорить, заехать в какой-нибудь ресторан, взять еды в коробочках и вернуться как раз ко времени, когда я смогу приехать с работы.
На звонок домофона сестра не ответила. Неужели еще не вернулась? Ключи от ее квартиры (в которой мы когда-то проживали вместе) у меня есть, только лежат дома, мне не пришло в голову сегодня взять их с собой. Я запустила набор номера сестры на мобильном. Она не взяла трубку! Может, в ванной? Пойти проверить машину? Охраняемая стоянка для жильцов не просматривалась от входа. Я свою машину поставила перед ближайшим супермаркетом, зная, что у дома в пятницу вечером обычно нет места для гостевых машин.
Тут, на мое счастье, появилась соседка, которая меня знает, и мы вместе вошли в подъезд.
– Ольга недавно приехала, – сообщила мне соседка. – Я как раз в магазин выходила, а она со стоянки шла с пакетами. Может, не слышит домофон? Или опять сломался.
– Домофон плохо работает?
– Кира, все, что делала ваша фирма, сделано хорошо. А домофон-то ставили какие-то типы, которых нашел председатель ТСЖ. Вот и поставили через одно место.
Мы доехали на лифте до нужного мне этажа, я вышла, соседка поехала выше. Я подошла к Ольгиной двери, дернула, дверь была заперта. Я нажала на звонок.
Мне показалось, что в квартире происходит какое-то движение… Потом все смолкло. Мне никто не открыл. Я позвонила еще раз. Никаких шумов. Мне стало не по себе. Почему я не взяла с собой ключи?!
До моего дома отсюда двадцать минут на машине. Пока поднимусь в квартиру, пока вернусь… И ведь коты меня просто так не отпустят! И я не смогу уйти, не почесав своих сокровищ за ушками и не покормив (хотя они должны быть сыты, не зря же я домработницу нанимаю!). То есть вернусь я в лучшем случае через час…
Я опять позвонила. Внезапно дверь распахнулась, чуть не ударив меня по лбу (я вовремя отпрыгнула), из квартиры вытянулась (фактически вылетела, словно змея бросалась) рука, схватила меня за грудки и одним движением втащила в квартиру. Дверь за моей спиной захлопнулась, щелкнул замок, а я, раскрыв рот, уставилась на человека, который таким образом втянул меня в квартиру.
Это был поп. В рясе, с бородой, с большим металлическим крестом на простой толстой цепочке, висевшим на груди…
Я ожидала увидеть у Ольги кого угодно, но только не попа. Хотя она не так давно снялась в порнофильме о жизни католического монастыря и сыграла там монашку, которая ведет совсем не монашеский образ жизни. Правда, не только их студия делала такие фильмы.
Может, поп пришел наставлять Ольгу на путь истинный? Бесов изгонять? Хотя разве наши попы ходят по квартирам оступившихся граждан? Тем более Ольга не является прихожанкой никакой церкви, мы с ней просто в свое время окрестились… на всякий случай. Ольга сказала, что одной ее коллеге по порнобизнесу во сне является муж, убитый в подворотне, и говорит, что его т а м куда-то не пускают, потому что он некрещеный. Все некрещеные коллеги Ольги по порнобизнесу бросились креститься. Ну и я пошла.
Но тот фильм был про католический монастырь. И денежки на него выделили любовницы католических священников. Эти западные дамы вышли на русского владельца студии порнофильмов, уже известных на Западе и пользующихся большим спросом из-за красоты съемок, и сделали вполне конкретный заказ. В фильме четко говорится и показывается, к чему может привести целибат. Священник, который должен быть добрым и понимающим, становится раздражительным, его мучают бессонница и депрессия. Еще один просто сходит с ума. В фильме, конечно, соответствующим образом показано, как герой выходит из депрессии, как становится добрым и счастливым. В прошлом в монастырях неоднократно фиксировались вспышки безумия. За последние полвека более ста пятидесяти тысяч католических священников были вынуждены уйти со службы по единственной причине – нарушение обета безбрачия. Это зафиксированный факт. Есть данные, что ряд римских католических священников даже официально женаты, но Ватикан об этом вроде бы не знает – или делает вид, что не знает. Педофилические скандалы прокатились по разным странам. Заказчицы фильма утверждали, что большинство католических священников обет безбрачия не соблюдает и имеет любовниц – или по крайней мере редкий секс.
В общем, деньги были заплачены, фильм о вреде безбрачия и решении вопроса с его последствиями снят, и в настоящее время, как говорила Ольга, пользуется бешеным успехом на Западе.
Но католические священники вроде бы не носят бороду… и одеваются как-то по-другому.
Внезапно я поняла, что поп смотрит на меня не менее удивленно, чем я на него.
И тут я узнала его. Это был мой таинственный пассажир, которого я подобрала на шоссе, возвращаясь от мамы, а потом отвезла в клинику Рубена Саркисовича Авакяна.
И он понял, что я его узнала.
Но у него не могла вырасти такая борода за те дни, пока мы не виделись. Я подняла руку и дернула.
Одновременно заорали двое – Ольга из комнаты и поп. Последний оттолкнул меня и рванул в комнату. Я врезалась в вешалку, на меня попадали какие-то вещи, а к тому времени, как я освободилась из-под них, поп стоял уже рядом со мной. Он помог мне вылезти из-под вещей, жестко прихватил под локоток и повел на кухню. Борода осталась валяться на полу в прихожей.
Я дернулась, желая отправиться в комнату к Ольге, но поп сжал мой локоток еще крепче и тихо сказал:
– Давай для начала побеседуем. Я тебе жизнью обязан, поэтому не хочу применять насилие. Но если ты меня вынудишь, все-таки применю.
– Что с моей сестрой?
– Связана. Во рту кляп. Ей его как-то удалось выплюнуть. Наверное, я наспех вставил после того, как ты стала рваться в квартиру. С ней ничего не случится, если ты не будешь проявлять ненужного геройства.
– Как твое плечо?
– Спасибо. Твоими молитвами. На мне все заживает, как на собаке.
– Спасибо за розу. Очень мило с твоей стороны было послать куст. И оригинально.
– Не за что. Рад был сделать тебе приятное.
– Ты имеешь какое-то отношение к какой-нибудь церкви?
– Нет. Но это – лучший маскарадный костюм, который я мог придумать. По крайней мере, никто из знакомых меня пока не узнал.
– Значит, ты не сталкивался с ними лицом к лицу. Даже я…
– Не сталкивался.
Мужчина усадил меня на табурет в углу и спросил, желаю ли я чая или кофе. Я сказала, что вообще-то была приглашена на ужин и сестра собиралась закупить продукты в ресторане. Где-то должны лежать блюда в коробках.
– Поешь потом. Сейчас только чай или кофе. Или ничего.
Мужчина поставил чайник. Я указала ему, где у Ольги стоят чашки, и он достал две и коробку с пакетиками чая.
Я спросила, как его зовут. Он задумался, отвечать или нет.
– Мне надо к тебе как-то обращаться.
– Олег.
– А меня – Кира.
– Знаю.
– Что тебе нужно от моей сестры?
– Задать ей несколько вопросов. Пока она не желала на них отвечать. Не исключаю, что ты сможешь на них ответить.
– Ты, вообще, кто такой?
Олег усмехнулся.
– Ты в самом деле рассчитываешь получить ответ на этот вопрос?
– Ну, я же вроде как твоя крестная мать – в некотором роде. Должна знать, что у меня за крестничек.
– Обойдешься. Лишняя информация бывает вредна для здоровья. Я – живой пример. То есть выживший.
У Олега был очень приятный тембр голоса, и вообще он был очень приятный. Мне хотелось до него дотронуться. И хотелось, чтобы он до меня дотронулся. Значит, я созрела для устройства личной жизни? Вот только нужна ли я этому Олегу? Как женщина – скорее всего нет. А вот как источник информации…
Олег достал откуда-то из складок рясы визитку и положил на стол передо мной. Я взяла ее в руки. Это была визитка какого-то немецкого режиссера из Мюнхена. Имя мне совершенно ничего не говорило.
– Ты знаешь, кто это?
Я покачала головой.
– Очень известный на Западе режиссер порнофильмов. Снимает самые дорогие ленты.
– Тогда про него тебе лучше Ольга расскажет. Тебе на самом деле нужно ее спрашивать. Я далека от этого бизнеса.
– Он на прошлой неделе приезжал в Россию, к нам в город, встречался с твоей сестрой.
Я неотрывно смотрела на мужчину, ожидая продолжения. Ольга даже не упоминала встречу с этим немцем.
– И что? – спросила я, когда Олег замолчал. – Я лично не вижу ничего странного в том, что известный немецкий режиссер порнофильмов встречался с известной русской порноактрисой. Вообще-то Ольга давно хотела попробовать себя на Западе. Но там сложно пробиться. Своих порнодив полно. И конкуренция огромная – девчонки из бывшей Югославии много и успешно снимаются, а также…
– Что эта визитка могла делать рядом с машиной моего убитого друга? И неподалеку от моего убитого друга и его девушки?
Я хлопнула глазами, потом стала быстро соображать.
Значит, мы с Ольгой нашли то самое место, где на Олега и его друга с девушкой напали какие-то злоумышленники. Но как Ольга могла выронить эту визитку?! И как мы это не заметили?!
– Что тебе нужно от Ольги? Почему ты приехал к ней, а не ко мне?
– Должен был к тебе? Если ты даже не знаешь, кто это такой? – Олег кивнул на визитку, продолжавшую лежать на столе. – Я выяснил, кто ты, то есть мне в клинике это сестрички сами рассказали. А твоя сестра…
– Мы вместе ездили на место, где тебя ранили. То есть я думаю, что это место, где тебя ранили и убили твоего друга с девушкой, – сказала я и его описала.
– Зачем вас туда понесло?!
– Хотели выяснить, кто ты такой и что случилось.
– Как вы это могли выяснить в том районе?!
– А с чего нам было начинать? При тебе не оказалось никаких документов, ты фактически сбежал из клиники, не оставив о себе никаких данных, не долечившись. Мужик, который за тобой приехал, заплатил по самому высокому тарифу за конфиденциальность. Мы испугались. Ольга за меня испугалась! Лучше знать, в чем дело, чем не знать. Мало ли кто ты такой?
– Я считаю, что лучше не знать.
– А я наоборот! – рявкнула я и шлепнула ладонью по столу. Чай из чашки Олега расплескался. У меня самой уже было на донышке. – Кто ты такой?!
– Ты не с рабочими на стройке разговариваешь, – невозмутимо заметил Олег и закинул ногу на ногу под рясой. Показались черные брюки.
– В рясе удобно ходить? – спокойно спросила я.
– Непривычно. Но ради пользы дела человек идет на многое. И ради спасения своей жизни.
– Угроза твоей жизни так и имеет место быть?
Олег кивнул и попросил меня рассказать, что мы нашли на месте преступления, а также назвать точное время нашего появления там. Время я назвала только примерное, но остальное честно описала. А ведь Иван Иванович собирался пробить номер «Ланд Крузера»… Явно закрутился с делами. И я закрутилась и забыла про эту машину.
– Где мой телефон?
– Надо у Ольги спрашивать.
– Что еще вы там нашли?
– Ничего. Мы не рылись в рюкзаках. Знаешь ли, хотелось побыстрее покинуть то место. А ты знаешь, кто хотел тебя убить?
– Догадываюсь. Пойдем с твоей сестрой побеседуем.
Олег поднялся первым, повернулся ко мне спиной и пошел в комнату. Я последовала за ним.
Ольга лежала на тахте, связанная по рукам и ногам, изо рта торчала какая-то тряпка. При виде нас с Олегом выпучила глаза и замычала. Олег спросил, где телефон, найденный у озера, и вырвал кляп изо рта моей сестры. В ответ получил отборную порцию мата. Я даже не знала, что моя сестра умеет ругаться не хуже мужиков-строителей. Потом сестра повернулась ко мне и, сверкая глазами, рявкнула:
– Ты – дура, Кира! Зачем ты ему все рассказала?
– А что такого?
– Нельзя вообще никому было говорить, что мы были на том месте! Больше ты никому не растрепала?
Я на всякий случай покачала головой. Незачем упоминать Ивана Ивановича.
– Кире нечего бояться, – спокойно заметил Олег, потом нехорошо прищурился. – А тебе есть?
Мне очень не понравился его взгляд. На меня он так не смотрел. Или это просто отношение мужчины к порноактрисе?
– Телефона в квартире нет, – сказала Ольга. – Я его знакомому отдала, чтобы попробовал зарядить.
– Имя, фамилия, адрес, номер телефона знакомого, – потребовал Олег, стоя посреди комнаты и глядя на мою связанную сестру сверху вниз. Я стояла у двери.
– Завтра верну, – процедила Ольга. – Нечего еще и его впутывать. С твоими-то методами. Развяжи меня!
Олег не пошевелился. Ольга посмотрела на меня и заорала:
– А ты что встала? Растаяла при виде мужика? На все готова, чтобы замуж взял?
– Оля, что ты несешь?!
Я на самом деле была в шоке. Ольга никогда на меня не орала. Она никогда не говорила мне ничего подобного, причем с такой злостью. И я никогда не была готова «на все», чтобы выйти замуж! Или Ольга сразу же поняла, что этот мужчина мне нравится? Но в любом случае почему она себя так ведет?!
– Я повторяю, что мне нужны имя, фамилия, адрес и телефон человека, у которого находится моя трубка, – процедил Олег совсем другим голосом.
Ольга сказала, куда ему пойти. Последовал звук удара. У Ольги мгновенно покраснела щека – Олег дал ей пощечину. Я не знала, что мне делать. Я все еще не вышла из шока. Олег повернулся ко мне.
– К кому из своих мужиков она могла обратиться?
– Не знаю, – честно ответила я.
– Она не знает никого из моих мужиков! – рявкнула Ольга. – Незачем ей их знать!
– Почему? – спокойно спросил Олег. – Боишься, что они сразу же перекинутся на нее?
Ольга опять выматерилась. Я никогда не видела ее в таком состоянии! Что произошло?
– Ну, в таком случае придется пообщаться со всеми твоими мужиками, – усмехнулся Олег, взял сумочку моей сестры, брошенную в кресло, извлек из нее мобильный телефон и повернулся ко мне. – Закрой за мной дверь, Кира.
Он вышел из комнаты, в коридоре подобрал бороду, поплевал на часть, прилегающую к коже, прицепил перед зеркалом, осмотрел себя и улыбнулся.
– Клей многоразовый? – уточнила я.
– Ага. Как здорово, что наука и техника все время идут вперед.
– Олег…
Он вопросительно посмотрел на меня.
– А что… с твоим другом и девушкой?
– Их уже похоронили.
– А…
– Меньше знаешь – крепче спишь. Пока, Кира.
Я закрыла за ним дверь и прислонилась к ней. Я не могла описать своих ощущений. Наверное, я все еще пребывала в шоке – от всего вместе. Из оцепенения меня вывел крик сестры, которая требовала ее развязать.
Я вернулась в комнату.
– Ты – дура, – сказала мне Ольга. – Тебе срочно нужен мужик, который будет тебя трахать до звона в ушах. Ты этому выболтала все, что знала!
– Ну и что такого?
– Да на нас могут убийство повесить!
– Каким образом?!
– Мы там были, какие-то следы остались.
– Осталась твоя визитка, то есть визитка, выпавшая из твоего кармана, – напомнила я.
– И ты тоже не отмоешься!
– От чего?
Ольга отвернулась к стене. Я взяла ножницы и перерезала веревки. Ольга стала разминать затекшие руки.
– Я поеду, Оля, – сказала я. – Сегодня ужина у нас не получится.
– Коробки возьми. Мне столько не сожрать.
Поскольку у меня просто не было сил что-то готовить, даже из купленных домработницей продуктов, я взяла две, оставив две другие Ольге. Настроение было ниже плинтуса. Я теряла самого близкого мне человека и не понимала почему. В чем я виновата?
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?