Текст книги "Грешница. Связанные паутиной"
![](/books_files/covers/thumbs_240/greshnica-svyazannye-pautinoy-81524.jpg)
Автор книги: Михаил Парфенов
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3
Сплетни, сплетни, сплетни
– А я говорю, что нельзя проносить в Убежище животных! Нельзя! И не спорьте со мной, господин Саэлтов!
– Вздорная девчонка! Да ты хоть знаешь, кто я такой?!
Маленький пузатый человечек возмущенно топнул ногой. Коза за его спиной поддержала разговор громким блеянием.
– Конечно знаю. Это ведь вы давеча взорвали нижний сектор, выявляя реакцию осадочных отложений кольца нурита на селитру? – Сантера спокойно взирала на помощника мага, который на ее памяти раз шесть пытался протащить через портал запрещенные предметы.
В их список входили: и литература, и не работающие в Убежище технические устройства, различные приборы и микросхемы, а также живые организмы, не прошедшие проверку или не обладающие каким-либо видом творения. Что странно, господин Саэлтов за две недели успел пройтись по всем пунктам списка.
От гнева человечка начало раздувать.
– Да как ты… Ах вот как… я… тебя… – Слов не хватило, он начал задыхаться. Коза сочувственно боднула несчастного в поясницу, после чего была выдворена ведьмой в другую комнату.
– Успокойтесь. Выпейте водички. И идите к господину Коэлису. Он наверняка вас заждался.
Стараясь не показаться неучтивой, девушка легонько подтолкнула помощника инкантатора к запотевшему зеркалу. Тот нервно дернул плечом, отстраняясь.
– Мы с вами еще поговорим. Я это так не спущу! Помяните мое слово, милочка, вам осталось совсем немного… – С этими словами Саэлтов боднул лбом запертый портал, взвизгнул, гневно посмотрел на Сантеру, тотчас изобразившую на лице покорность и смирение, и, нарисовав знак, наконец ретировался.
Дверь в ванную комнату скрипнула и вновь показалась бородатая мордочка козы. Горизонтальные широкие зрачки с укором смотрели прямо в душу.
– Ой, да ладно тебе! – возмутилась ведьма. – Не так уж сильно я над ним поиздевалась!
Сначала она удивлялась тому, с какой легкостью доверенные лица магов могут выходить во внешний мир. Потом поняла.
Никто не станет предавать Убежище – это попросту бесполезно. Нетерпимость к нелюдям здесь была столь сильна, что предателя все равно ждала бы мучительная смерть, даже раскрой он местоположение портала. Одни круглосуточные передачи об ужасах, совершаемых Иными, чего стоили!
Началось все примерно через пару дней после того, как Сантера заступила на службу. Прознав о новой хранительнице портала и открытии города Пьеты, многие жадные, хитрые и попросту наивные жители Убежища попытались подзаработать. Потянулись дельцы.
Взятки она брала с особой охотой. Правда, действовала все равно по инструкциям Совета Власти, попросту игнорируя данные ей поручения. Деньги не возвращала. Особо настойчивые предприниматели, смеющие заикнуться о возврате, сразу получали по шее. И поток желающих легкой наживы потихоньку иссякал, пока не прекратился вовсе. Чем несказанно огорчил ведьму. Ей нравились легкие деньги.
Но не только мелкие маги и работающая на них нежить пытались извлечь пользу из присутствия Сантеры. Не так уж много времени прошло, как ее вызвал к себе инкантатор шестого уровня, Играющий с Врагом Леджер Дезире.
Оказавшись в просторном и неуютном помещении, ведьма по привычке стала искать малейшие намеки на ловушку или спрятанное оружие. Вместо этого она обнаружила на полках загадочное оборудование, приборы из серебра и латуни, огромный атлас звездного неба и спрятанный в самом углу под письменным столом сборник стихов одного из известных человеческих поэтов.
Сантера никогда не могла устоять перед книгами. А потому быстро и ловко, пока не явился хозяин, выудила сборник из тайного места. Пробежавшись взглядом по переплету, заметила на нем множество потертостей и царапин. Страницы кое-где оказались с завернутыми уголками. Складывалось впечатление, что книгу не раз брали и перечитывали.
Ведьма остановилась на понравившейся странице и прочла заголовок:
«Ода человеку.
«Не для того рожден я был, чтобы в пыли возиться! Я человек, я жив, я смел! И тем могу гордиться…»
Она несколько раз повторила про себя эти строчки и улыбнулась. Смешно гордиться тем, что от тебя не зависит: например, полом или расой. Но кто бы мог подумать, что грубый колдун, возглавляющий нынешний Совет, станет читать стихи, написанные человечишкой, прославляющие победу разума над магией.
– Я вижу, вы раскрыли мой секрет. Женщины, конечно, любопытные существа, но кто мог подумать, что настолько, – прозвучал равнодушно-презрительный голос Леджера Дезире, затем сверкнула ненатуральная молния зеленого цвета, и под потолком появился сам Дезире.
Сантера виновато опустила голову:
– Она лежала на самом видном месте. Должна заметить, очень интересная книга, благородный господин. У вас есть вкус.
– Оставь свою нелепую лесть, у меня на нее нет времени. – Он раздраженно сделал круг по комнате. – Никого не волнует, чем занимаются члены Совета в свободное от великих дум и гениальных открытий время. Я могу себе это позволить, тем более что среди простолюдинов попадаются… довольно забавные.
– Вы хотели сказать талантливые?
– Что? Нет, конечно. Вы кучка насекомых, далеких от настоящей красоты отточенного таланта. Я лишь сказал, что некоторые из ваших попыток нельзя назвать полным провалом. Вот и все. – Леджер Дезире плавно опустился с потолка в кресло и поманил к себе Сантеру. – Приступим к делу. Ты знаешь, зачем я тебя пригласил?
– Нет, господин.
– Так вот не для того, чтобы ты копалась в моих вещах. Скажем, я хочу предложить сотрудничество.
Девушка изобразила удивление. Что могло понадобиться одному из сильнейших магов мира от простой воровки и мошенницы?
Ответ прозвучал почти сразу.
– Мне нужна информация о Вечном Страннике.
– Могу я узнать, зачем она вам?
Дезире скривился:
– Когда появляется хитрый ублюдок, с легкостью находящий наше убежище и предлагающий свою безвозмездную помощь, я хочу знать, кто он, откуда пришел, о чем думает и даже, задери его танцующий баргуль, что ест на завтрак! И тебе лучше рассказать мне все.
– Простите, господин, – погрустнела Сантера, присаживаясь напротив мага. – В этом я бессильна. Я не могу удовлетворить ваше любопытство.
– А ты попробуй. Твой хозяин далеко и он ничем не сможет тебе помочь, когда на Левом и Правом побережье станет жарко. Разумнее дружить со мной.
О да. В его словах был резон. Но играть надо в обе стороны.
Сейчас главное не переборщить с раболепием и простодушием (хотя что взять с деревенщины, до этого ни разу не говорившей с великими магами?).
– Еще раз простите за дерзость. Я могу просить о помощи с вашей стороны? Может, вы расскажете, что уже известно? И тогда, возможно, я смогу дополнить ваши знания.
Из дальнего угла раздались дребезг и звяканье. Пузатый комод по мановению коротких волосатых пальцев сорвался с места и опустился между двумя креслами. Открыв дверцу, инкантатор вытащил неимоверно изогнутую бутыль зеленого стекла.
– Чую, разговор будет долгий, – буркнул он, наполняя свой бокал. – Ненавижу эти бесовские зелья. Попробовал один раз и без них уже никак: влип по самые ноздри. Почти как с женщинами.
Сантера разумно промолчала. Не предлагая ей выпить, Леджер Дезире отослал комод и хмуро уставился на содержимое бутыли.
– Значит, хочешь узнать, как нас подцепили на крючок? Так и быть: правда за правду. Он появился не так давно, может с год назад. Пришел и сразу поспешил заверить нас в своих благих намерениях. Пообещал поддержку, если мы надумаем воевать с людьми. Наивный глупец! Только не с Матисом! Каждый умеющий творить знает – связываться с этим монстром, значит, гарантированно вернуться к праотцам.
– Вы считаете его монстром?
– Тебя это удивляет? – грубовато ответили вопросом на вопрос.
Но так даже лучше. Инкантатор сам направил тему в нужное русло.
– Я много слышала о том дне… Прошу прощения, если перехожу границы, – но что на самом деле произошло в прошлом между вами и людьми?
Было видно, что члена Совета Власти терзают сомнения: отвечать или нет. Ведьма, удерживая на лице благоговейное выражение, терпеливо ждала. После недолгих раздумий Леджер решил, что вреда от сказанного не будет. Что может им сделать одно жалкое насекомое?
– Меня, тогда еще сопливого подмастерья второго уровня, не было в Арлете, – нас отправили на другой конец Дайона изучать повадки диких дахутов[4]4
Хищная тварь размером с собаку. Шесть конечностей, вытянутое ящерообразное туловище, хвоста нет. Выследив объект, дахут издает горловые звуки, похожие на хрип или вой, которые наводят страх на жертву и подавляют ее волю. Довольно воинственный хищник-одиночка, будучи загнан в угол, сражается до последнего.
[Закрыть]. Верховный магистрат во главе с Нерисом Большой Рукой долгое время считали слухи о падении башен Сторон выдумкой. Мы были не готовы к такому предательству со стороны людей. Я не знаю как, но этому мерзкому трусу удалось проникнуть в город, где он начал вырезать сонных жителей. Считалось, что защита Птичьего города абсолютна.
– Может, его кто-то впустил?
– Исключено, – отрезал Леджер, отставляя бокал. – Разве что сам ныне покойный магистр Нерис решил пригласить на аудиенцию разъяренную толпу… Матис – старое дряхлое чудовище, живущее за счет чужих жизней. И пока он дышит, мы не станем рисковать. Инкантаторов слишком мало. Слишком… – Поняв, что отвлекся, он продолжил сухим голосом: – Я говорю все это для того, чтобы твой хозяин знал наши намерения. Совет не будет плясать под его дудку.
– А в чем заключалась помощь Странника? Меня-то он спас от преследователей. Но что мог предложить вам?
– Иногда он находил нужных людей вроде тебя. Пять или шесть – любопытные такие, шустрые детишки. Мы пытались использовать их для слежки, но тайная полиция быстро раскрывала и избавлялась от них.
«Пять или шесть?! Мне же сказал об одном!» – скрипнула зубами Сантера, едва сохраняя на лице маску вежливого внимания.
– Бывало, выполнял мелкие просьбы и поручения. Доставал информацию. На этом все. Однако Странник, похоже, решил, что мы его вечные должники, и пытается нагреть руки на конфликте двух сторон. Я этого не допущу!
Колдун стукнул кулаком по деревянному подлокотнику, отчего густая ароматная жидкость плеснулась за край бокала.
– Я поняла, чего вы хотите. Мне жаль, – тихо сказала Сантера. – Я ровным счетом ничего не знаю об этом человеке. Если его вообще можно так назвать. Он умнее, сильнее и знает много того, что неподвластно моему разуму. У Вечного Странника множество сторонников как среди людей, так и среди иных существ. Но точно могу сказать, что действует он в одиночку.
– Ты разочаровываешь, девочка. Я надеялся на большее.
– Могу изложить подробности моей встречи с Вечным Странником, все, что смогу вспомнить…
– Не нужно. Стоило ожидать такого исхода. Можешь быть свободна, но не забывай о расстановке сил. Теперь ты работаешь на нас. На меня.
Ведьма кивнула, и к ней сразу потеряли интерес. Господин Дезире жестом погнал прочь, отвернулся к бутыли зеленого стекла и вплотную занялся исследованием ее глубин. Сантера неохотно, скорее для соблюдения приличий поклонилась, сделала пару шагов к выходу, где уже томились слуги мага, прежде чем ее негромко окликнули:
– Как думаешь, у него есть слабые стороны?
– Я и сама не отказалась бы их узнать… господин.
После памятного разговора с Играющим с Врагом прошел лишь день, как ее к себе вызвал Жиральд – инкантатор пятого уровня, носящий гордое имя Ищущий Ответы. Все прошло в том же русле. Сантера повторила заученные фразы, ответила на многочисленные вопросы, пообещала верой и правдой служить Убежищу и с большим трудом сумела отвязаться от настырного любвеобильного карлика.
С Юлали и Юнали – Нарушающими Законы и Творящими Новую Жизнь – все прошло еще страннее. Ей всучили мешочек со слипшимися медовыми пряниками, синхронно похлопали по плечам, ущипнули за обе щеки и заверили в вечной дружбе. Вернувшись от них, ведьма набрала полную ванну горячей воды, прикрыла глаза и поняла, что теперь Совет Власти у нее практически в когтях.
Коза тоскливо блеяла и категорически не хотела учиться летать.
– Попробуй взять ее за ноги, – предложила Ывгадэя.
Сантера отвлеклась от своего занятия – выпихивания домашней скотины с балкона в канал – и с удивлением оглянулась на смутившуюся йорнапулс.
Словоохотливая нежить повадилась наведываться к ведьме в гости, видимо проникшись к ней глубокой симпатией. От нее-то Сантера и узнавала последние свежие сплетни как об остальных жителях Убежища, так и о Совете Власти. Порой сплетни имели довольно интимный характер, за что Ывгадэя могла поплатиться головой.
Верно в народе говорят – болтливый язык сам себе могилу роет.
– Я вижу, общение со мной уже принесло свои плоды. Может, еще и поможешь, добрая душа?
– Помочь я, конечно, могу. Только животину жалко. Зачем ты с ней так?
– За дело! Эта зараза мне весь ковер загадила! Вот куда ее теперь девать? Нет уж, пускай улетает на юг вместе с птицами или срочно учится плавать!
Ывгадэя с неповторимой смесью изящества и печали поникла разноцветным гребешком, похожим на хвост жуткой птицы. Гибкие кости, соединенные тонкой яркой кожей, торчали сейчас из обнаженной спины йорнапулс, укрывая полкомнаты.
Коза протестующе уперлась лбом в пол, лягаясь и задирая куцый хвост.
Устав бороться с упрямой скотиной, Сантера села на пол и захлопнула балконную дверь. В спину дуло. Коза довольно глядела на нее сверху вниз, подчеркивая свое превосходство над остальными углеродными формами жизни. Мол, сдавайтесь, голубушка, я ваша навеки!
– Шашлык. Вот что ждет тебя в будущем, – лениво предсказала ведьма, почесывая ее за ухом.
– Жаль, что нельзя проносить в Убежище животных, – поддержала разговор Ывгадэя.
– Я еще понимаю, почему инкантаторы остерегаются людей. Но чем могут навредить звери?
– Никому сейчас нельзя доверять. То, что выглядит как обычная коза, может ею не являться, – высказала удивительно «глубокую» мысль йорнапулс, вставая с предоставленной ей табуретки. Роскошный гребень расправился, образуя полукруг вокруг грузной фигуры. – Думаю, мне пора возвращаться. Если заметят, что я вышла во внеурочный час, будет худо. В последние месяцы все такие нервные. Бегают, ругаются, у инкантаторов кто-то тайком серебро ворует, в открытых для нас городах смута, люди исчезать начали. Опасно стало.
– Иди уже. Провожать не буду, где выход – знаешь.
Ывгадэя слабо улыбнулась, поблагодарила за потраченное на нее время и, накинув на плечи вязаную шаль, спрятала под нее свой дивный гребень.
– Будь настороже, хранительница дорог Лиз.
– Обещаю.
Скучая, Сантера снова взялась за собранные материалы: газетные вырезки прошлых лет да старинные книги, повествующие о делах столетней давности. Подобной ерунды за полмесяца у нее накопилось с излишком, только пользы особой это вроде не принесло. В прошлом Кнеза присутствовало слишком много белых пятен. Правды почти не писали, лишь приторно-сладкую лесть в угоду дряхлому диктатору.
Интересно, он хотя бы представляет, что о нем пишут? Или уже не рискует здоровьем, на старости-то лет? Сердце может и не выдержать. Да и гадать: было такое с ним взаправду иль все пригрезилось, – довольно затруднительно…
Об Арлете известно и того меньше – везде его старались выставить обителью ужасных бездушных тварей, чудовищных экспериментов и всяческих издевательств над бедными людьми.
И даже сами инкантаторы не желали упрощать ей работу.
Трое пережили гибель Птичьего города – Жиральд, господин Дезире и Розмари Коум (для Сантеры стало открытием, что последняя такой же долгожитель, хотя и не член Совета). Секрет долгой жизни магов оказался прост – постоянные эксперименты с молодильными зельями и чарами «Обманной красоты».
Дела продвигались туго, с неохотой отъявленного толстобокого лентяя. Нуара, который периодически дергал с расспросами, порадовать было нечем. Казалось, что ее дело могло затянуться на долгие годы.
– Где мне искать ответы? А, Нуар? – Ведьма равнодушным взглядом сверлила потолок. – Здесь холодно и сыро. Мне постоянно хочется спать, но я вынуждена работать. Заниматься совершенно бесполезным делом вместо того, чтобы искать Продавшихся… Тоска-печаль. А ты что думаешь? – Она повернулась к козе и обняла ее за шею. Та сразу же воспротивилась такому проявлению любви и подалась назад. Противное животное.
Но все-таки что делать, если не знаешь, что делать?
Где-то за стенкой звучали уже приевшиеся крики и брань соседей. Сантера без интереса пролистала записи какого-то путешественника, зевнула так, что хрустнула челюсть, и отложила в сторону постылую тетрадь. В голове спелым яблоком уже созревал новый интересный план. Она предвкушала веселье и общую панику, которую вызовет следующий ее поступок.
Встав во весь рост посреди комнаты, девушка закрыла глаза и сосредоточилась. Тонкая, как ледяная корочка на луже, дорожка тянула ее за пределы душной квартиры. Туда, наружу, где поет ветер и разбиваются капли дождя.
Вперед, в неуютный чужой мир, вперед, карманник, человек, у которого никогда не будет дома!
Рывком распахнув дверь, впустив в квартиру слякоть и дыхание приближающейся зимы, Сантера вышла на узенький балкон. Внизу билась о сваи мутная загрязненная вода канала СенРекко.
– Да вы шутите!
Склонилась вниз, чувствуя, как кружится голова и сворачиваются в спираль внутренности, уходя к самой глади воды. Ведьма-карманница недовольно нахмурилась, топнула босой ногой и зябко потерла плечи – холодно, до чего же промозглый ветер. Вспомнив о своей «маленькой» проблемке, забежала обратно в дом.
Послышались крики, возня, звон падающей посуды.
Назад она вернулась растрепанной, счастливой, с козой на руках и сонным големом на плече. Коза отчаянно дрыгала ногами, окончательно утвердившись во мнении, что ее решили утопить. Сантера проказливо хихикала, и только глиняная болванка каталась на волнах душевной гармонии и умиротворения.
– Давай, малыш. Сейчас!
Росчерк маленьких крыльев. Шелест ветвей. Карман бесстыдно раскрылся, как губы сладострастной нимфетки.
Затем вода поглотила черноволосую девушку с белой маленькой козой на руках.
Как давно она не пользовалась карманом! Способ Урфико был вульгарен и никогда не нравился Сантере, – разрывая тонкие материи, разделяющие цепь миров друг от друга, они наносили непоправимый вред Спирали. Опасность слияния.
При проходе через карманы глазам путешествующих открывалась совершенно особенная картина. Не короткий прыжок в неизвестность, нет. Каждый видел в ней что-то свое, возможно, отражение собственной души либо тайных страхов. А Сантера просто плыла в тишине и пустоте, разрезанной сотнями алых дорожек.
Ее путеводные нити.
Главное, найти нужную и не отпускать.
Мимо проносились хрустальные шары тысяч и тысяч миров, каждый уникальный и прекрасный в своем неземном блеске. Спиной чувствовалось круговое течение вселенской энергии, создающей одну единую великую Ось Жизни. Игривое парнокопытное ошалело притихло.
Освободив одну руку, Сантера взмахнула ею, словно пробегаясь пальцами по клавишам пианино, напряглась, зрачки расширились, как у дикой кошки. Хвать! – и нужная нить влечет за собой в желанный мир.
Он открывается перед тобой внезапно. Сейчас еще далек, и вот уже перед глазами. Такой странный аквариум с людьми внутри. Ведьма потянулась всем естеством, соприкоснулась с робкой податливой материей.
Нужна лазейка, место, через которое становится возможным проникнуть в чужое пространство. Мелькают в голове пестрые образы городов и полей, тысяч домов, миллиардов разных живых существ. Все это подвластно странной, закономерной и немного безумной системе, где каждый поступок и каждое слово взаимосвязано. Огромный шумный механизм, не зависящий от времени.
Прорыв находится легко. Она проникает пальцами сквозь грань, чувства самые приятные. Захлестывает возбуждение. Еще чуть-чуть, совсем немного…
Элисенти дышал негой и уходящим прощальным теплом, ласковым, как ладони любящей матери.
Земля после дождя скорее напоминала позавчерашний суп, который так любила приносить заботливая колдунья из Гидры.
Геберт тяжело отдувался, поправляя на спине мешок со свежими раками-свистунами, необходимыми для одного крайне щекотливого зелья. Эти серебристо-синие твари, каждая с руку длиной, вяло шевелились и щелкали острыми, точно лезвия ножниц, клешнями, пытаясь обрести свободу.
Рыжий маг уже пару раз ощутимо получал укол пониже поясницы, но терпеливо и упрямо нес распоясавшиеся ингредиенты самолично, хотя мог попросить слуг. Однако он так и не привык к высокому положению, которым его наградил новый Государь – Лакарий Третий, последний из правящей династии Ральеха.
После смерти предыдущего Государя в стране начались беспорядки. Магов конечно же тотчас начали переманивать на свою сторону различные политические силы страны, и Геберт не избежал подобной участи. Он сразу же приглянулся младшему брату умершего, известного своей любовью к разным выдающимся личностям.
В окружении Лакария уже находились многие члены Высшего Круга, пара влиятельных людей теневого мира, актеры и даже представители благородных домов темных магов из Тифона. Долго думать было попросту опасно, и Геберт дал свое согласие. И ведь не прогадал! Когда посредством интриг, обещаний и угроз младший брат Государя взошел на трон, он не забыл о своих последователях.
Теперь молодой маг гильдии «Золотой лист» обитал в огромном даже по меркам Элисенти особняке в элитном районе города. Жизнь потихоньку налаживалась. Всех несогласных с нынешней властью запугивали или переманивали на свою сторону. Молодой Государь активно принялся решать государственные проблемы и налаживать отношения с соседними странами. Наступил мир.
Хотя всего полгода назад на улицах нельзя было спокойно ходить: раскол между простым и магическим сообществом вылился в полновесную холодную войну. Еще бы, сын Грегори Ешеса убил правителя! Такой скандал нелегко было замять.
Но люди, находящиеся у власти, и дома аристократов понимали важность магов в государственном плане. Позволить избавиться от владельцев Дара означало оставить страну без главного оружия, показать себя беззащитными перед любой атакой.
В дело вступили гильдии. Они принялись собирать всех, кто обладал мало-мальским талантом, дабы уберечь от рук скорых на расправу. Получив в свое распоряжение полноценную армию волшебников, гильдии находили богатого покровителя и действовали под его руководством.
Это грозило расколом страны и, если бы не нападение Киорской империи, посчитавшей, что Ральех достаточно ослаб, кончилось бы все крайне худо. Пообещав разрешить все конфликты, заручившись поддержкой большинства гильдий, Лакарий Третий успешно отразил налет, освободил плененные города и, погнав Киорскую армию на восток, отхватил часть Жемчужных гор. В тех битвах Геберт и осознал в полной мере, что такое смерть и как она выглядит.
Расширение владений страны стало основным фактором заключения мира среди недовольных сторон. Маги вновь показали себя как храбрые воины, верные престолу и правящей династии, вернув себе славное имя и симпатии простого народа. О случае на балу постарались забыть. Виновные были казнены, род Ешес опозорен и изгнан из страны. Только Геберт не мог стереть из памяти тот ужасный день.
Все произошло буквально на его глазах. Веселые голоса. Шум оркестра, топот ног десятков танцующих. Улыбающийся мужчина в простом белом мундире, пожимающий руку каждому новому члену гильдии.
Потрясенные маги кланяются, плачут, долго не отпускают его от себя, а он терпеливо сносит такое проявление любви. Так надо. Возможно, ему до сих пор приятно видеть счастливые и восхищенные лица своих подданных. А рядом вспотевший, трясущийся, как от простуды, Игнат, медленно достающий из потайного кармана вытянутый блестящий предмет. Звук выстрела, одним хлопком перекрывший все остальные шумы.
И наступила давящая тишина, словно барабанные перепонки с треском лопнули.
Государь еще недолго стоял на вмиг одеревеневших ногах. Стоял и смотрел, с удивлением таким смотрел на затихших магов, испуганных придворных дам… Затем упал. И начался шторм.
Творящееся во дворце больше всего походило на стихийное бедствие. Крики, брань, людская масса, превратившаяся в одно неуклюжее тупое шумное существо, бесполезные выстрелы в воздух.
А Геберт продолжал полулежать на носилках, не в силах пошевелиться. Сам Государь настоял на его присутствии на балу. Сказал, что не будет хорошего праздника без главного героя. И теперь этот герой, заторможенный от таблеток и лекарств, со свежими швами на ранах, закутанный, что твоя мумия, лежал в эпицентре человеческой бури, не в силах ни на что повлиять.
Рыжий маг почувствовал, как заныли старые раны, и отогнал неприятные воспоминания прочь. Показались остроконечные шпили его вычурного дворца. Сам Геберт на фоне своего дома попросту терялся. Поверить в то, что этот сгорбленный рыжий мальчишка в дешевой одежонке и есть тот самый «представитель магического сообщества и личный маг Государя» мог только умалишенный.
Мальчику подобные высокие титулы претили, хотя в глубине души он не мог не гордиться своим положением и открывшимися возможностями. Даже члены Высшего Круга кланялись теперь при встрече с ним.
Столь необычный выбор Лакария Третьего объяснялся просто – новый Государь был едва ли старше своего придворного колдуна и нуждался в общении со сверстниками.
Пыхтя, Геберт подтащил мешок с раками-свистунами к ограде, потер вспотевшие ладони и осторожно провел ими по защитному кольцу заклинаний. Потоки силы стали ластиться, как верные псы, а после разошлись с тихим шипением. Путь был свободен. Вот только…
Да. В этом он был уверен. Что-то в огромном саду перед домом изменилось. Ощущалось слабое присутствие чужака. Но кто мог проникнуть на запертую силой Искры территорию?
Тут ему в лоб влетела шишка Сметанного дерева.
– О, что я вижу! Ты встал на ноги!
– А ты по-прежнему не изменяешь своим привычкам, – с улыбкой проворчал Геберт, оглядывая периметр. Черноволосая ведьма стояла в тени Эв-дерева, опираясь о морщинистый ствол спиной и прижимая к себе какую-то белую шерстяную сумку.
Она лукаво наклонила прекрасную головку и отсалютовала ему рукой:
– Ты не бедствуешь! Похвально, что ты сумел так возвыситься с нашей последней встречи!
– Мне просто повезло, – ответил он.
Прошел целый год, и девушка заметно изменилась. Волосы отросли почти до талии, руки стали тоньше, а скулы резче выделились на бледном лице. Но не это смутило Геберта. Может, мало спит, с головой уходя в поиски? Или все дело в безнадежной усталости, так хорошо замаскированной под веселье?
– Я уже думала, что мне придется поджечь эту раскормленную избу-переростка, чтобы ты вернулся домой.
– Не все могут позволить себе вечно путешествовать. Некоторым приходится еще и работать.
– Что я слышу? Неужели это упрек в мою сторону? – Ведьма театрально всхлипнула и утерла невидимые слезы рукой. – А я в наивности своей надеялась на теплый прием и мягкую постель. Ах как сильно людей меняет власть!
Последняя фраза была произнесена с большой долей наигранной патетики. Личный маг Государя рассмеялся и заверил:
– Все мое – твое. Пошли же скорее в дом. Ты всегда в нем желанная гостья.
– Другой разговор, – быстро сменила гнев на милость Сантера. – А ведь я не с пустыми руками. Презент из другого мира. Можешь ничего не говорить.
Геберт с удивлением обнаружил, что сумка зашевелилась и превратилась в симпатичную белую козочку с умными глазами. И эту самую козочку ему буквально впихивали.
– Ты только за этим вернулась?
– Обижаешь. Я соскучилась.
Подобное заявление дорогого стоило. Мальчик растерянно кивнул, поставил рогатый подарок наземь и потянулся к мешку:
– Пускай бегает. Ей у меня понравится. А о делах, что привели тебя в мой мир, поговорим позже. Сейчас как раз на стол накрывают.
Ведьма, как ни странно, его опередила. Подхватив раков, небрежно закинула их за спину и, пожав плечами, сказала:
– Ну показывай, ваше благородие.
Вокруг роскошно убранного стола в парадной столовой уже суетилась прислуга. Кто-то сервировал, кто-то нес легкие закуски. В благородном доме Стафи имели честь принимать дорогого гостя – близкого друга хозяина.
Сантера с кислой миной на лице отказалась от вина, приказав нести ей разбавленный аммиак с глазным яблоком мертвеца в золотом кубке. Громко поинтересовалась у отдающего указания мага: «Не боится ли благородный господин беспочвенного и коварного отравления?», до икоты напугав выслуживающихся служаночек в кружевных передниках.
Уставшие и взмыленные, они были рады закончить работу до срока и уйти в свои комнаты. Геберт, привыкший к своеобразному поведению ведьмы, укоризненно качал головой и приговаривал:
– Нехорошо это, неправильно. Люди работают, стараются, а ты… Ну вот скажи, зачем искать в карманах дворецкого отравленные иглы? Никто не станет здесь в тебя стрелять. И отпусти повара – это просто соль, а не ушная сера длиннозубых крокотов, кем бы они ни были.
– Никогда не знаешь, откуда ждать нападения. С твоей нынешней работой пора бы это усвоить. – Сантера заняла оборонительную позицию на диванчике, подмяв под себя сразу все подушки.
– Давно ты… в этом мире? – понизив голос до шепота, спросил рыжий маг. Все слуги ушли, но мало ли. Пример черноволосой ведьмы был заразителен.
– Нет. Можно сказать, что вернуться меня заставил импульс.
– Импульс?.. А как же твои поиски? Ты нашла, что хотела?
– Увы, увы. Возникли непредвиденные трудности на пути к счастью. Но все поправимо.
– Жаль. Твой приход был для меня полной неожиданностью, если бы я знал…
– Нет уж, – довольно твердо оборвала его она. – Пускай о моем визите знает как можно меньше народу. Никому нельзя доверять.
– Никому так никому. Но мне-то ты доверяешь?
– Более или менее. Иначе б не пришла. Странно другое – что ты доверяешь мне! А впрочем, не обращай внимания. Мысли вслух. Просто непривычно как-то…
– Мы ведь друзья. Вроде, – неуверенно напомнил мальчик.
– Вроде, – повторила она, недовольно скривив хорошенькое личико. – Поменьше бы тебе таких друзей, как я. Во-первых, не люблю конкуренции; во-вторых, на большее количество у тебя не хватит нервов.
Уж чего у Сантеры нельзя было отнять, так трезвого взгляда на мир вообще и на себя в частности. Геберт почувствовал прилив благодарности и начал накладывать гостье деликатесов:
– Угощайся. Ты, наверно, не знаешь, что я теперь занимаю очень важный пост. Главное – Блер не может мне этого простить. Говорит, что я слишком увлекся и позабыл о ней…
Весь вечер они провели за разговорами о всякой ерунде. Геберт хвастался новыми приобретениями, последней поездкой в соседнюю страну, где он сопровождал Государя. Сантера слушала, кивала, улыбалась и лишь изредка попивала из стакана сладкий ягодный сок.
Иногда казалось, что ведьма вовсе и не слушает его, находясь мыслями где-то очень далеко, но нить разговора она каким-то чудесным образом не теряла.
Закончив с трапезой, вместе поднялись на второй этаж. Там находилось несколько спален, библиотека и небольшой зимний сад, обустроенный для благородных дум. На Геберта Стафи подобные думы нисходили нечасто, а потому помещение, застекленное дорогущим, обработанным каменной водой стеклом использовалось как кабинет для важных встреч. Засев там, они принялись кормить хищные розы с болот провинции Ба-тице.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?