![](/books_files/covers/thumbs_240/vremya-darit-lyubov-lyubov-ili-nevydumannaya-istoriya-na-kachelyah-mezhdu-holmami-109545.jpg)
Автор книги: Михаил Самарский
Жанр: Книги для детей: прочее, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
«Как обидно, как страшно обидно! – мысленно рассуждал Андрей. – Ну, почему так? Что теперь делать? Отбросить эти мысли навсегда или бороться? Но за что бороться? Это же глупо. Как можно бороться за любовь, если тебя не любят?»
Глава 4
Мать, вернувшись домой, взглянула на сына и сразу поняла, что у того случилась беда.
– Я не настаиваю, Андрей, – сказал она, – но лучше расскажи, что там у тебя случилось? Хуже не будет. Может, я что-то посоветую, а не смогу посоветовать, так вместе погрустим. Все ведь легче будет. – Она подошла к сыну и обняла его, затем поцеловала в висок и пригласила Андрея на кухню.
– Может, не стоит грузить, – скривился Андрей. – Зачем тебе мои проблемы?
– Дурачок ты, – улыбнулась Анна Андреевна, – разве могут у тебя быть проблемы, которые я могу назвать не своими? Эх, Андрюшка-Андрюшка, да ладно тебе, давай не стесняйся, рассказывай. Мы же родные люди. Понимаю, что у каждого человека есть секреты, но матери можно все рассказывать. Меня уже трудно чем-то удивить.
В тот вечер мать и сын засиделись на кухне глубоко за полночь. Видеописьмо, правда, матери он демонстрировать не стал, да и та не настаивала, но совет дала мудрый:
– Ты знаешь, сын, – сказала она, – не торопись с выводами, не обижай девчонку…
– Ну с чего ты взяла, что я собираюсь ее обидеть? – перебил Андрей. – Это ее личное дело…
– Да я не то имела в виду, – поправилась мать, – извини, неправильно выразилась. Я говорю о том, чтобы ты не подал ей вида, что обижаешься на нее или держишь зло… понимаешь?
– Понимаю, – вздохнул Андрей. – Но и улыбаться ей я не намерен.
– У тебя же были с ней какие-то отношения до твоего объяснения? Верно? Вот и продолжай их…
– Не получится, – снова перебил Андрей. – Мам, ну какие могут быть у меня отношения с человеком, который записал меня там в какой-то список недостойных, нищих, неблагородных людей.
– Хорошо, – согласилась мать, – решай сам, только прошу об одном: не груби, не мсти, не хами.
– Об этом могла бы и не предупреждать, – усмехнулся Андрей. – Да и зачем мне это? Ты же сама всегда учила меня, что унижая женщину, мужчина унижает в первую очередь сам себя.
– Молодец, – похвалила мать и, подойдя к сыну, поцеловала его. – Хорошо, что ты не забываешь материнские советы. Ой, – Анна Андреевна кивнула на часы, висевшие над холодильником, – засиделись мы.
– Да ладно, – махнул рукой Андрей, – все равно уже поздно.
– Ну, пораньше ляжешь, лучше выспишься, – возразила мать.
– Мама, – улыбнулся сын, – сколько раз я тебе уже говорил: чтобы выспаться, нужно не раньше лечь спать, а на следующий день позже встать.
– Да жалко же тебя, будешь завтра зевать на уроках.
– Ничего страшного! Ты знаешь, как наш физрук говорит? Человек одну треть своей жизни спит, а две трети мечтает выспаться.
– Шутник! – улыбнулась мама.
Образовалась неловкая тишина. Иногда такое случается, когда беседуют два человека. Андрей задумался и вдруг спросил:
– Мам, а почему ты никогда не рассказываешь мне об отце?
Анна Андреевна вздрогнула. Она уже давно ждала этого вопроса, но все как-то не решалась заговорить на эту тему. И вот, кажется, время пришло. Мать тяжело вздохнула и тихо сказала:
– То, что случилось, не исправить, а мне не хотелось травмировать твою душу. Понимаешь, это все так сложно… Да, это теперь ты уже повзрослел… И… в общем, мы можем поговорить спокойно, вспомнить… ну, ты понял…
– Ничего я не понял, – признался сын. – Давай, мам, с тобой договоримся: все по-взрослому, без секретов и недоговоренностей. Я ведь хочу знать, почему я у тебя Неверов, а не Мокроусов, как Кирилл и Ксюха. Нет, я понимаю, что у меня был другой отец, потому и фамилия другая, но хочется знать подробнее. Расскажи, а!
– Хорошо, – кивнула мать, – надеюсь, ты не осудишь меня и поймешь. Ты ведь знаешь, что отец твой погиб, когда тебя еще и на свете не было. Я так до сих пор и сама не знаю подробностей. Случилось это на охоте, их там было несколько человек. Был суд, я, кстати, на нем даже не присутствовала – пришло время тебя рожать. Писали потом в районной газете, что одного товарища осудили за убийство по неосторожности. Словом, был человек и не стало.
– Ты любила его? – заметив слезы в глазах матери, спросил сын.
– Не то слово, сынок, – мать рукой смахнула слезу. – Это, наверное, даже не любовь была, а какое-то безумие. Я без него не могла ни есть, ни пить, ни спать, настолько он вошел в мое сердце, что казалось, он – это я, а я – это он, словно мы с ним превратились в одно целое.
– Муж и жена – одна сатана, так говорит наша соседка, – улыбнулся Андрей.
– Нет, здесь эта поговорка не подходит, – возразила мать. – Мы с твоим отцом, скорее, были не одним сатаной, а одним таким божьим ангелом. Мне хотелось при одной мысли об этом человеке улыбаться и радоваться. Однажды я подумала: если с ним что-то случится, я не смогу без него жить, но…
– Наверное, так все влюбленные думают, – ухмыльнулся Андрей.
– Ты знаешь, – продолжила мать, – может быть, так и случилось бы, да один человек помог мне выстоять.
– Что за человек? – вздернул брови Андрей. – Отчим, что ли?
– Да какой отчим? – сквозь слезы улыбнулась мать. – Я его тогда и знать не знала.
– А кто же? – удивленно переспросил Андрей.
– Тот, который сейчас напротив меня сидит…
– Я, что ли? – изумленно спросил сын.
– Да, – ответила мать. – Нужно было тогда выбирать: или страдать по мужу, или сына рожать. Я выбрала второе. Переборола в себе все горести…
– Мам, а вот скажи, мой отец был у тебя первой любовью или ты кого-то раньше тоже любила, в школе, например?
– Так мы же с ним и учились в одной школе, только он на год был старше меня. А что касается первой любви, то знаешь, в чем ее волшебство?
– Не знаю, – замотал головой сын. – Скажи, очень любопытно.
– Волшебство первой любви заключается в том, что никто не знает, что она первая.
– Это ты сейчас на что намекаешь? – спросил Андрей. – Возможно, я заблуждаюсь?
– Все может быть, – уклончиво ответила мать. – Так что, дальше рассказывать или о любви будем говорить?
– Рассказывай, – кивнул Андрей. – Мне интересно, почему ты раньше молчала и никогда ничего не говорила.
– Наверное, я была не права, – вздохнула Анна Андреевна. – Хотя, с другой стороны, верни все сначала, наверное, точно так же поступила. Сам посуди. Ты же помнишь, как у нас в семье появился папа Веня? Ты был еще маленьким, он с первого дня согласился, чтобы ты называл его папой. Ну а дальше я старалась, чтобы у тебя не было такого двойного чувства. Даже не знаю, как это объяснить. Мы одно время обсуждали возможность твоего усыновления, чтобы поменять у тебя в «Свидетельстве о рождении» фамилию и отчество.
– Это еще зачем? – стиснув зубы, спросил сын.
– Ну, я же тебе объясняю, изменить уже ничего не изменишь, а мне хотелось, чтобы у тебя был отец. Пока ребенок маленький, он об этом и не задумывается, а подрастая, начинает задавать вопросы: почему у меня фамилия другая, отчество непонятное и так далее. Для этого и существует институт усыновления.
– И что? – удивился Андрей. – Ты бы всю жизнь скрывала от меня имя и фамилию родного отца?
– Вряд ли это получилось бы делать всю жизнь, но до совершеннолетия, наверное, скрывала бы.
– И ты считаешь, это справедливо? – возмущенно спросил сын. – Это по-честному?
– Андрюш, – взмолилась мама, – не суди сгоряча. Это очень сложная тема, ее невозможно вот так, сидя на кухне, в один вечер охватить. Ты уж поверь мне на слово. Усыновление, удочерение придумано не просто так. Это судьбы людей, это вся жизнь и человека, и даже жизнь его потомков.
– Но как же так получилось, что я остался с фамилией и отчеством родного отца? – язвительно спросил Андрей. – Вениамин Львович передумал?
– Да, – призналась мать. – Ты прав. Он передумал.
– Почему? Чем же я ему не угодил?
– Мы на эту тему никогда подробно не говорили, – сказала мать, – но все были какие-то отговорки, то командировка, то болезнь, то выходные. Ведь все за один день не сделаешь. Целый ворох бумаг нужно подготовить, собрать всякие справки, потом обратиться в суд – словом, морока еще та. А тут Ксюша родилась, потом Кирилл…
– Стало не до меня, – наигранно рассмеялся Андрей.
– Скорее всего, так, – кивнула мать. – Вот и посуди сам: разве в такой обстановке могла я говорить о твоем отце. Мне ведь хотелось, чтобы он, в смысле Вениамин, считал тебя своим родным сыном. Тем более что Ксюша и Кирилл твои родные брат и сестра по матери, но… Дальше ты сам видишь, что вышло.
– Ну а ты, когда замуж выходила, видела? Он и тогда выпивал? – нахмурился Андрей.
– Как все, – тяжело вздохнула Анна Андреевна. – По праздникам, иногда в выходной.
– А что же потом произошло? Что с ним случилось?
– Ты знаешь, сынок, все начинается с малого.
– Но не все же спиваются? – развел руками сын. – Почему другие живут вместе и не уходят из семьи.
– Зависит от характера человека. Один умеет контролировать себя, а другой не знает меры. Сила воли у людей разная. Один сказал: точка! И держит слово, а другой размазня. Как сейчас говорят, «хозяин слова» – сегодня взял, завтра забрал. Вот таким «хозяином» оказался папа Веня. А ведь как мечтал о детях, сначала души не чаял, ночью вставал, нянчил. Но… Вредные привычки сгубили не одну жизнь. Последние два года перед разводом просто превратил нашу жизнь в ад. Ты сам уже помнишь, крики, ночные скандалы, ругань, истерики.
– Вырасту, к бутылке не прикоснусь, – Андрей ударил себя в грудь. – И пусть, что хотят, говорят.
– Вот это правильно, сын! Скажу тебе, нормальные люди умеют отдыхать и без бутылок, баночек всяких. Лучше заварить хороший чай, да с лимоном, медом, баранками. Или сиди попивай соки, минералку. Милое дело. Сейчас многие отказываются от всякой гадости. Знаешь, как мой начальник говорит? Нужно выбирать жизнь, а не ее суррогаты. И он прав. Надеюсь, ты курить не начал?
– Не собирался, – усмехнулся Андрей. – А почему ты спросила?
– Ну, если ты говоришь, что выпивать не будешь, то курить тем более не надо. Зачем тебе вредные привычки? Верно я говорю?
– Верно! – согласился Андрей.
– Тут все просто, – продолжила Анна Андреевна, – не нужно начинать! Не стоит даже пробовать. Потому что раз попробуешь, два, три, а потом бах! – и привычка. Не начинай, сын. Договорились?
– Договорились, – Андрей неожиданно рассмеялся, – вот так с вами, родителями, всегда. Начали об отце, а закончили агитацией за здоровый образ жизни.
– Между прочим, – мать подняла указательный палец вверх, – твой отец не пил, не курил. Вот так! Так что тебе есть с кого брать пример.
– Ну-ну-ну! Осторожно, мамуля, – съехидничал Андрей, – следуя твоей логике, Ксюхе с Кириллом тогда с кого брать пример?
– Как – с кого? – тут же нашлась мать. – Со старшего брата.
– Точно, – обрадовался сын, встал и, подойдя к матери, обнял ее, – вот за что я тебя люблю – ты за словом в карман не лезешь. Спасибо тебе. Не подведу, верь мне.
– И тебе спасибо, сынок, – Анна Андреевна погладила сына. – Иди уже отдыхай. А то мы с тобой до утра тут просидим.
– А я не жалею, – заключил Андрей. – Ради такого вечера можно и не выспаться. Наверстаем в выходные.
Глава 5
Андрей никогда не прогуливал школу. Да и в этот день не собирался. Но, вспомнив вчерашнее видеописьмо, решил просто побродить по городу. Какие только мысли не лезли ему в голову: и школу бросить да устроиться куда-нибудь на работу, и уехать куда глаза глядят, и… Иными словами, мысли, мягко говоря, странноватые. В конце концов все эти глупости Неверов отбросил. И то дело, как же мама, как брат и сестра? Поступить, как отчим поступил? Нет, на такое Андрей не способен.
«Бросить мать с двумя детьми – как это назвать? – Андрей мысленно задавал сам себе вопросы. – Непорядочность, коварство? Нет, это будет слишком мягкое определение. Тут слова нужно похлеще искать. Это, скорее, будет подлость и предательство. Вот и сейчас – чем я занимаюсь? Не пошел в школу, завтра оправдываться, врать, сочинять, искать какие-то отговорки. А вот не стану юлить, скажу прямо: да, прогулял. Интересно, если не врать, как поступит классная? Потащит к директору? Напишет докладную? Начнет матери названивать да приглашать в школу? Интересная штука получается: придумаешь отмазку, тебе охотно верят. А если начинаешь говорить правду, могут такую трагедию устроить, что и не рад будешь этой правде».
– Андрюха, ты, что ли? – за спиной раздался знакомый голос.
Неверов резко обернулся, перед ним, улыбаясь во весь рот, стоял Паша Пятницкий – давний знакомый, раньше он жил на одной площадке с Неверовым, потом женился и переехал в другой район.
– Здорово, Паш! – Андрей радостно протянул руку. – Неожиданно как.
– Что ж тут неожиданного? – крепко пожимая руку, рассмеялся Павел. – Я тут недалеко живу. А ты-то как тут оказался? В гости к кому-то приезжал?
– Да так, – махнул рукой Андрей. – Случайно забрел.
– Как это «случайно»? – удивился Пятницкий. – Что-то ты недоговариваешь! Сюда от твоего дома минимум час добираться. Ничего себе, случайно.
– Ну так вот и добрался, – смущенно ответил Андрей. – Сначала на трамвае ехал, потом пересел на троллейбус, и… вот…
– Так-так-так! – нахмурился Павел. – Все с тобой ясно. А рюкзак зачем?
– Это вместо портфеля, – буркнул, не поднимая глаз, Андрей. Павел мельком взглянул на часы и спросил:
– Ты сюда из школы приехал или прогулял?
– Прогулял, – ответил Неверов.
– И часто прогуливаешь?
– Ты, наверное, не поверишь, – ухмыльнулся Андрей, – но сегодня первый раз.
– Почему не поверю? Какой смысл тебе врать? – Павел легонько ударил Андрея кулаком в плечо. – Верно?
– Угу!
– Ладно, приглашаю тебя на чай, – неожиданно предложил Пятницкий. – Пошли ко мне. Я как раз один на хозяйстве, жена с Сашкой уехала к матери. Завтра вернутся. Пойдем, посидим, потолкуем.
Андрей согласился. Несмотря на то что Павел был лет на десять старше Андрея, он его уважал и любил с ним поболтать. Не раз Пятницкий брал его с собой на рыбалку, научил его многому полезному – от того как правильно насаживать червя на крючок, до того как варить вкусную и ароматную уху. Через некоторое время парни чаевничали на просторной кухне. Павел не стал заходить издалека, начал сразу:
– Ну, рассказывай, что случилось? Дома что-то или в школе?
– Да, в общем-то, и дома, и в школе… все хорошо.
– Поссорился с кем? – предположил Пятницкий.
Андрей тяжело вздохнул и отвернулся. В это мгновение на него такая тоска напала, что захотелось даже расплакаться, но, конечно, он сдержался. Павел подошел к нему, положил руку на плечо и спросил:
– Любовь?
– Да, – признался Андрей и улыбнулся.
«Надо же, – мысленно произнес он, – наверное, у меня на лбу хэштег написан «#любовь», вот и Паша сразу догадался. Ни фига не получится из меня разведчик…»
– Делись, – добродушно улыбаясь, предложил Павел, – может, что умное посоветую.
– Да тут особенно и советовать нечего. Понимаешь, Павлик…
– Стоп! – замахал руками Пятницкий. – Как ты меня назвал?
– Павлик, – удивленно повторил Андрей.
– Никогда меня так не называй, – Павел постучал указательным пальцем по краю стола. – Понял? Какой я тебе Павлик? Чтобы я такого больше не слышал. Для меня это звучит оскорбительно.
– Да ладно тебе, – попытался оправдаться Андрей, – у нас есть родственник, мы все его называем Павликом, и ничего…
– Родственника своего можешь как угодно называть, хоть Луисом Корваланом, а меня не смей.
– Ты же никогда мне об этом не говорил, – развел руками Андрей.
– А ты никогда меня так раньше не называл. Откуда это у тебя?
– Откуда. Говорю же, родственник есть… Ладно-ладно, – согласился Неверов, – не буду. Извини, я не знал, что тебя это напрягает.
– Ты знаешь, сколько раз мне в школе приходилось драться из-за этого «Павлика».
– Ты хоть объясни, почему так реагируешь? – попросил Андрей.
– Просто мне не нравится такое… такое, как бы тебе сказать, в общем, не называй меня так.
– А-а-а! Из-за Павлика Морозова, наверное? – догадался Андрей.
– Наверное, – буркнул Павел и добавил: – Давай сменим тему. Не порти мне настроение. Лучше поговорим о любви.
– Тут тоже говорить нечего, – усмехнулся Андрей. – Девчонка мне от ворот поворот выписала.
– В смысле, не понравился? – вздернул брови Пятницкий.
– Об этом ни слова, – ответил Андрей.
– Парень уже есть? – предположил Пятницкий.
– Нет у нее никакого парня, – вздохнул Андрей.
– А что тогда? – удивленно спросил Пятницкий.
– Нищий я для нее!
– Чего? – Пятницкий подскочил со стула. – Прямо так и сказала?
– Ну, не прямо, но с таким намеком.
– Может, тебе показалось? В таком деле нужно трезво смотреть на вещи, а не фантазиями руководствоваться. Тут можно до чего угодно дофантазироваться. Расскажи подробнее.
– Комп есть? Или ноутбук? – спросил Неверов.
– Зачем тебе? – удивленно спросил Пятницкий.
– Сам послушаешь.
– Ты что, записал разговор с девчонкой? Ну ты даешь! Шпион, что ли?
– Да ничего я не писал, – возмутился Андрей. – Паш, ну что ты сразу такие выводы делаешь? Какой шпион?
– Так ты же говоришь…
– Говорю, но ничего я не записывал. Просто она мне написала видеописьмо.
– Вот так? Да? До чего дошел прогресс! – Павел присвистнул и кулаком ударил себя по внутренней стороне ладони. – Пушкин, наверное, от зависти переворачивается в гробу. Доверяешь мне?
– В каком смысле? – спросил Андрей.
– В прямом, – ответил Павел. – Чужое письмо все-таки, понимаешь…
– Да брось ты, – усмехнулся Андрей, – мы же друзья. Я знаю, что дальше никуда не уйдет.
– Это железно, – заверил Павел.
Через несколько минут, после того как Настя на видео произнесла последнее слово, Павел воскликнул:
– Да, Андрюха, тут ловить нечего. В голове каша. Хотя… ты знаешь, а ну еще раз дай посмотреть.
Они снова внимательно посмотрели видеоролик, на этот раз Павел был не столь категоричен.
– Андрей, что-то мне не понравилось в этом видео.
– Что ты говоришь? – съязвил Неверов. – Ты знаешь, Павл… то есть Павел, мне тоже.
– Что тебе не нравится? – спросил Пятницкий.
– Ну, прежде всего, содержание! – ухмыльнулся Андрей.
– Это понятно, – махнул рукой Павел, – это само собой, но я о другом. Ты не заметил, как-то она неестественно говорит, даже не говорит, а словно… как бы правильно выразиться… во! Выдавливает из себя фразы. Такое впечатление, что она где-то на сцене выступает.
– А чего ты хотел? – усмехнулся Неверов. – В театральное училище поступает. Актриса.
– Вон оно в чем дело, – Павел почесал затылок, – тогда понятно. А то мне показалось, что она как будто это все наигранно говорила или под чьим-то давлением.
– Да какое давление! В глаза, видимо, духу не хватило сказать, файл через подружку передала. Вот и все давление.
– Сильно расстроился? – спросил Паша.
– Если честно, да – любил ее сильно.
– Что значит «любил»? – хмыкнул Павел. – Ты когда это получил?
– Вчера вечером.
– И уже успел разлюбить? Ты чего, парень? Так ты решил сдаться?
– Ну, если она прямо говорит, что я не из ее круга человек, что мне дальше добиваться любви?
– Да! – твердо произнес Павел и громко повторил: – Да! Добиваться! Только так. И не кисни! Улыбайся, а вдруг она завтра влюбится в твою улыбку. Да и кто тебе сказал, что она тебя не любит? Может, она и не виновата в том, что наговорила тебе вот этой пошлой банальщины: «разный уровень», «положение», «значимость»… тьфу!
– А кто же виноват? – возмущенно спросил Андрей. – У нее своей головы нет?
– Может, и нет! – согласился Пятницкий. – Разве ты не допускаешь такого варианта, что она поделилась с мамой или папой, или с обоими родителями, а те, решив, что доченьке еще рано думать о любви, отговорили ее и порекомендовали вот таким оригинальным способом тебя отшить. Пойми, не всякий ребенок, тем более девчонка, пойдет против родителей. Такие дерзкие дети только у Шекспира бывают. А тут…
– Не могу в это поверить, – обхватив руками голову, произнес Андрей. – Это похоже на какое-то кино.
– А ты поверь, – настаивал Пятницкий, – и не делай поспешных выводов. – Скажу тебе прямо, мне видео не понравилось, в смысле, я сомневаюсь в искренности ее слов. Она говорит одно, а глаза светятся другим.
– Ты прям как поэт, – неожиданно рассмеялся Неверов. – Глаза у него светятся.
– Не у меня, а у твоей невесты, – поправил Паша.
– Какая она теперь мне невеста?
– Погоди, еще посмотрим, что она запоет. Ты, главное, слушай меня. Я плохого не посоветую. Я так понял, что вы еще не виделись с ней после этого кино? – Павел кивнул в сторону компьютера.
– Она болеет, в школу не ходит.
– И хорошо, – Павел потер ладони. – Это очень хорошо. Ну, не в смысле, что болеет, а что не виделись еще. Запоминай. Тут главное – правильно себя повести в этой ситуации. Только без интерпретаций. Встретившись с ней в школе, сделай вид, что ничего не произошло. Так, словно ты никогда и не видел ее обращение. Привет-привет! И все. Если она вдруг попытается заговорить, найди сто отмазок, но в разговор не вступай. Скажи, что торопишься и так далее. Запомнил?
– Да.
– Полное равнодушие. Конечно, если ты с такой кислой рожей нарисуешься, как сегодня, она будет торжествовать. Им только это и нужно. Врубился? Запомни: полное равнодушие. Вот тогда и посмотрим, что она запоет. Для девчонки равнодушие пацана – это как… это… даже не знаю, с чем сравнить. Ну, типа как кино без звука. Ни разу не смотрел кино без звука?
– Зачем? – изумленно спросил Андрей. – Зачем смотреть кино без звука?
– Э, брат! – рассмеялся Павел. – Это очень полезное занятие. Меня в армии научил один офицер. Сначала смотришь фильм без звука и пытаешься понять, о чем там говорят, что происходит и так далее. А потом пересматриваешь повторно уже со звуком и сам себя проверяешь. Можно так натренироваться, что в конце концов тебе звук совсем не нужен будет, все и так будет понятно. Я частенько так смотрю. И тебе советую. В жизни иногда очень может пригодиться. Я тебе тоже сейчас кое-что покажу.
Пятницкий принялся искать пульт от телевизора, но, как это обычно бывает, нигде его не находил.
– Елы-палы, – возмущался он. – Опять куда-то пульт припрятала.
– Может, на кухне? – предположил Андрей.
– Айн момент! Сейчас найдем. – Павел взял в руки мобильник и стал набирать номер.
– Ты жене, что ли, звонишь? – язвительно спросил Андрей.
Но тут произошло то, о чем Андрей никогда бы даже не догадался. На одной из полок с книгами раздался звонок.
– Вот он, наш пультик, – радостно воскликнул Павел и, показывая прибор Андрею, добавил: – Мое изобретение!
Оказывается, к пульту от телевизора с обратной стороны скотчем был прикреплен небольшой мобильный телефон.
– Вот такое впервые вижу! – вытаращил глаза Андрей.
– Устаревшие модели мешками продают за копейки, – пояснил Павел. – Ну, я и решил приспособить, чтобы, если вдруг пульт безнадежно утерян, позвонил и без труда нашел. Вот у тебя пульт теряется?
– Спрашиваешь, – улыбнулся гость. – Поиск пульта в нашей семье – каждодневная процедура. Где я его только не находил. И у мелких под кроватью, и в платяном шкафу, и в ванной, а мама постоянно норовит его на кухню уволочь. Один раз нашел на полке с крупами.
– Во-во! – рассмеялся Паша. – А недавно вообще под раковиной в ведре обнаружил. С этими пультами просто беда.
– Нужно твое изобретение запатентовать, – предложил Неверов.
– А это идея! – согласился Пятницкий. – А что, вставил симку в пульт, и дело с концом. Потерялся, звони.
– Можно пойти дальше, – сказал Андрей, – например, не можешь найти пульт, включаешь телевизор вручную, и в этот момент пульт начинает пиликать и вибрировать.
– Голь на выдумки хитра, – произнес Пятницкий и включил телевизор. – Ладно, вот смотри: давай проведем эксперимент. Ставь любой диск, – он кивнул в сторону стойки, – сейчас я тебе покажу, что умею. Только звук отключи.
Андрей выбрал эпизод какого-то художественного фильма и выключил звук.
– Только не отвлекай меня, – предупредил Павел и впился взглядом в телевизор.
Через несколько минут Пятницкий рассказал, о чем говорили герои, и предложил перемотать эпизод назад. Все совпало. Андрей аж присвистнул от удивления.
– Не свисти, и так живу от получки до получки, а то совсем денег не будет. Ну как? Ты так сможешь?
– Получается, ты по губам вычислил? – спросил Андрей.
– Ну да! – гордо ответил Пятницкий. – Только такой номер с иностранными фильмами не проходит, где есть дублирование. Они ведь там на своем родном языке говорят, а дубляж на русском…
– Слушай, я вот что подумал! – воскликнул Неверов. – Это что же получается? Если тебе вручить бинокль, и ты будешь наблюдать издалека за беседующими людьми, ты можешь все понять, о чем они говорят?
– Сто процентов! – подтвердил Пятницкий.
– Ты настоящий разведчик! – покачал головой Андрей. – Такое только в кино можно увидеть.
– И у меня, – добавил Пятницкий.
– Ладно, Паш, пойду я. Спасибо тебе за все, пойду домой, а то мать будет волноваться.
Павел проводил товарища до двери и сказал:
– Скоро на рыбалку собираюсь! Приглашаю. Поедешь?
– С удовольствием, – согласился Неверов.
– Наверное, в эту субботу. Я позвоню. Пока. И напоследок пару слов о любви можно?
– Прикалываешься, что ли? – с кислой миной спросил Андрей.
– Нет, – серьезно ответил Павел. – Это не прикол, это правда жизни. Запомни: ты никогда не сможешь отказаться от девушки, которую любишь. Даже если сам очень сильно этого пожелаешь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?