Электронная библиотека » Миранда Дикинсон » » онлайн чтение - страница 2

Текст книги "Лучик надежды"


  • Текст добавлен: 5 февраля 2018, 11:40


Автор книги: Миранда Дикинсон


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Громкий стук в дверь оборвал ее на полуслове. В кабинет ворвалась Эйлин с чаем. Ее высокомерие на этот раз пугало. Мэтти поблагодарила женщину-птицу. Эйлин чуть ли не силой всунула ей дымящуюся кружку с логотипом Боувела. Учтивость с ее стороны даже не предполагалась.

Когда она ушла, Гейнора улыбнулась Мэтти.

– Ну и что вы на этот счет думаете?

– Как по мне, то это хорошее начинание. А от меня вам что нужно?

– Для начала мне нужны вы. Мне кажется, что вы могли бы привезти кое-какие вещи из вашего магазинчика… так сказать, позаимствовать на время. Боувел покроет все возможные издержки в случае каких-либо повреждений. Вероятно, вы сможете прочесть перед ними небольшую речь… Двадцать минут, не больше. Пришедшие послушать вас смогут прикоснуться к привезенным вами вещам. Мы оплатим затраченное вами время, и, вполне возможно, после этой встречи у вас появятся новые покупатели.

Мэтти не возражала против того, чтобы привезти товар из магазина, а вот перспектива выступления в набитой пенсионерами комнате ее, признаться, немного пугала. Она никогда не стремилась очутиться в свете рампы на сцене, в отличие от двоюродного брата Джека, который с легкостью умел завоевать внимание зала.

– Я с удовольствием привезу вещи, а вот насчет речи… не уверена…

– Ерунда, мисс Белл, вы само очарование!

– Мэтти, пожалуйста.

Гейнора потянулась и взяла Мэтти за руку. Жест был почти материнским, скорее трогательным, чем излишне свободным в общении двух малознакомых людей.

– Просто расскажите им о своем магазинчике и о любимом периоде своей жизни. Не забывайте, что большинство наших постояльцев в пятидесятые были подростками. То было незабываемое для них время. Как только старики увидят ваше красивое платье и узнают, что вы – владелица винтажного магазина, они тотчас вернутся мыслями в прошлое. Как вам мое предложение?


– Ну и что ты скажешь? – спросила Лори с набитым ртом.

Мэтти подозревала, что сейчас ее собеседница доедает пятничную китайскую еду на вынос. Лори в своих предпочтениях была привержена рутине.

– Руфус! Лежать! Извини, Мэтти! Я сейчас отбиваю свой последний китайский рулет у шоколадного лабрадора.

Мэтти улыбнулась, прижимая мобильник к уху. Она смотрела в темноту сельской дороги, на обочине которой остановилась после посещения Боувела. До этого женщина купила себе рыбу с картошкой фри в «Капитане Немо». Так красочно назывался в Кингс-Санбери специализированный магазинчик, торгующий этим кушаньем. Мэтти наблюдала, как поднимающийся от еды пар постепенно оседает конденсатом на стекле автофургона. Когда она закончит есть, придется возвращаться в свою неказистую квартирку, занимающую полдома в дальнем конце деревни. А ей этого не хотелось. Квартирка, которую она снимала, так и не смогла стать для нее домом. Поглощать ужин, взятый на вынос, Мэтти предпочла в знакомой обстановке Ржавчика.

– Я согласилась. Ты тоже, если хочешь, можешь поехать.

– А как же магазин?

– Это в воскресенье, так что без проблем.

– Г-м-м-м… Не уверена… Руфус! Чертов пес! Он меня в могилу сведет… Извини, Мэтти! Я не хотела…

– Ничего страшного.

Интересно, в ее окружении когда-нибудь перестанут придавать этому столько внимания? После смерти дедушки Джо люди почему-то беспрестанно смущались и старались избегать слов, имеющих отношение к смерти, что было даже хуже, чем если бы ей ежедневно напоминали об утрате. Нет, разумеется, они хотели как лучше, вот только их предупредительность привела к тому, что после смерти дедушки Джо она чувствовала себя еще более одинокой, чем вследствие всех тех потрясений, которые ей довелось пережить в последние недели. Мэтти представляла себе, как у нее за спиной люди переговариваются, пока она старается жить так, как может: «Слышала, что у нее умер дед? После того, что случилось с ее парнемЯ слышала, что Джо Белл даже не разговаривал с ней перед смертью»

Больше всего на свете Мэтти хотелось вернуться к нормальной жизни. Ей хотелось вновь обрести способность смеяться вместе с подругами в пабе, в кафе Кингс-Санбери или на улице, свободно болтать о погоде, о том, что показывали по телевизору вчера вечером, сплетничать о последних деревенских новостях без той ужасной навязчивой серьезности, которая витала над всяким, с кем бы она ни повстречалась. Люди не знали, о чем говорить. Мэтти не могла их винить. Поменяйся они местами, сама Матильда, вполне возможно, страдала бы косноязычием и проявляла бы излишнюю обходительность.

Жители Кингс-Санбери отличались добротой и предупредительностью, вот только с излишней готовностью произносили слова утешения, а еще могли появиться на пороге твоего дома с фразой: «Я испекла слишком много пирожков и хлеба». В первую неделю, последовавшую за утратой, Мэтти потеряла счет кастрюлькам из жаропрочного стекла, которые приносили к порогу ее нового дома и которых было куда больше того, что помещалось в ее маленький холодильник, и определенно больше того, что она могла бы съесть. Мэтти теперь держала у дверей упаковку наклеек для посылок и канцелярский маркер «Шарпи», чтобы впоследствии вернуть пустую посуду их владелицам. К сожалению, все эти подношения и банальные фразы, какими бы благожелательными они ни были, снова и снова напоминали Мэтти о ее утрате.

– Когда ты собираешься устроить День памяти?

Мэтти смахнула одинокую слезу, катившуюся по щеке.

– В воскресенье на следующей неделе. Мы соберем подходящие вещи из магазина. Я возьму компакт-диск с записями британского рок-н-ролла, чтобы проиграть их старикам. Полагаю, что Томми Стил, Майкл Холлидэй, Адам Фейс и Альма Коган создадут подходящую атмосферу. Думаю, будет прикольно.

– Мне нравится тот диск. Удивляюсь, что мы еще не стерли его до дыр, учитывая, сколько раз проигрывали записи в магазине. Ты будешь толкать речь?

– Я постараюсь как-нибудь без этого.

– Почему? Мне кажется, тебе это не повредит, – заявила Лори.

В ее голосе неожиданно прозвучала серьезная нотка. Сердце Мэтти сжалось в груди.

– Выскажись. Поделись воспоминаниями о дедушке Джо, его влиянии на тебя… Я имею в виду… Ну, ты понимаешь…

Она, разумеется, была права. Было просто немыслимо рассказывать о магазине «Белл Бибоп», не объясняя, с какой стати она влюбилась в пятидесятые годы. Все в магазинчике имело непосредственное отношение к рассказам, которые внучка слышала от своего дедушки Джо задолго до того, как между ними пробежала черная кошка. Мэтти ужасно сожалела о том, что не может рассказать дедушке, как хорошо теперь она ведет дела. В то время, когда они перестали разговаривать, Мэтти серьезно подумывала о том, чтобы отказаться от магазина, а всю торговлю перевести в Интернет. Вот только все в этом маленьком магазинчике, выходящем витриной на утопающую в зелени деревню Кингс-Санбери, напоминало ей о дедушке Джо. Первые пластинки, проданные здесь, были из большой коробки, которую дед подарил ей на шестнадцатилетие. Она помнила корешки книг с запыленных полок в кабинете деда. Радиоприемники, телефоны и фаянсовая посуда были зеркальным отражением того, что он показывал ей в магазинчиках старых вещей в Бриджнорте, Айронбридже и Ладлоу. У меня был такой в моем первом домеО-о-о, я помню это так ясно, словно это было вчера

Дело не только в том, что старики в Боувеле будут счастливы, получив возможность прикоснуться к старым вещам из магазина «Белл Бибоп», которые она привезет в День памяти. Это шанс для самой Мэтти, шанс снова стать ближе к дедушке Джо, хотя бы на один шаг приблизиться к выполнению обещания, данного на его могиле.

Глава 3
Бинг Кросби[12]12
  Гáрри Ли́ллис «Бинг» Крóсби (1903–1977) – американский певец и актер, один из самых успешных исполнителей в США, зачинатель и мастер эстрадно-джазовой крунерской манеры пения. Известен как исполнитель многих джазовых шлягеров и хитов в стилях свинг и диксиленд.


[Закрыть]
и оркестр Виктора Янга

«Узнать тебя»

В День памяти Ржавчик, утробно ворча, остановился на автостоянке возле дома престарелых. Мэтти перевела дыхание, успокаиваясь.

– Как ты? – спросила Лори и пригнулась, чтобы в зеркале заднего вида поправить свою прическу «бедные завитки»[13]13
  Прическа, была популярна в сороковые годы ХХ века в Великобритании.


[Закрыть]
.

– Нормально… кажется.

– Ну, значит, ты покрепче меня. Мое сердцебиение заметно участилось, а ведь мне даже речь толкать не надо.

Мэтти скривилась.

– Спасибо, что напомнила.

– Расслабься. Там будут несколько старых бабулек, которые после всего угостят тебя чашечкой вкусного чая. – Выпрямив спину, она взглянула на Мэтти: – Сколько старичков, по словам Гейноры, ожидается?

– Около тридцати. По воскресеньям кое-кого отвозят к своим семьям обедать, поэтому полного набора не будет, – ответила она своей помощнице и улыбнулась. – Все будет отлично. Я ничуть в этом не сомневаюсь.

– Так держать! – Лори выскочила из автофургона и, обойдя машину, подошла к Мэтти.

Вместе они вытащили через боковую дверь большую коробку со старыми вещами, а затем большой чемодан на колесиках.

– Черт возьми! Ты что, запаковала сюда Перси? Тонну весит!

– Подумай о тех деньгах, которые ты сэкономишь, не посещая спортзал, – рассмеялась Мэтти, когда они направились к главному зданию.

Она слышала сопение и кряхтение Лори, тащившей позади огромный чемодан.

Войдя в помещение, обе женщины остолбенели.

Ярко освещенный, хорошо отапливаемый амбар с дубовыми стропилами, превращенный в зал для собраний, гудел от громких голосов тех, кто собрался в его стенах.

– Их здесь сотни! – прошипела Лори. – Где они все тут живут? Не по десять же в одной комнате!

– Наверное, у них тут двухъярусные койки, – улыбнулась Мэтти.

Лори была права. Людей оказалось куда больше, чем, по ее мнению, могло уместиться в переоборудованных зданиях и коттеджах на территории дома престарелых. Все внутри у нее сжалось при мысли, что придется выступать перед такой толпой. Надо было попросить Джека помочь ей. Ему-то наверняка понравилось бы выступать перед подобной аудиторией.

– Где нам все разложить? – шепотом спросила Лори, встревоженно окидывая взглядом рассевшихся стариков, нетерпеливо и громко болтающих между собой.

– Гейнора скажет. А вот и она! Иди за мной.

Мэтти быстрым шагом направилась к дальней стене здания, покрытого остроконечной дубовой крышей. Там, нарядившаяся в желтое, усеянное маргаритками платье с длинной юбкой и блестящий оранжевый шарф, суетилась вокруг столика с легкими закусками Гейнора.

– Привет, Гейнора!

– Мэтти! Вы здесь! Замечательно! А вы, должно быть, Лаура?

Улыбка Лори казалась больше похожей на оскал.

– Лори.

– Вот и чудненько! Только представьте: у нас аншлаг! Просто не верится! Моя коллега Нэнси из Спрингхиллского дома престарелых в Стоун-Ярдли сагитировала кучу своих подопечных, так ей понравилась идея Дня памяти. Теперь у нас аншлаг. Вон там мы поставили два стола на козлах. Они застелены белыми скатертями. Видите? Разложите на них все привезенное вами, и через десять минут будем начинать. Хорошо?

Мэтти поймала себя на том, что у нее дрожат руки, пока она и Лори раскладывали на демонстрационных столах книги, предметы одежды, журналы, грампластинки, старые телефоны, кофейники, чашки с блюдцами, радиоаппараты и старые парфюмерные флаконы для духов. Со стороны сидевших впереди пожилых леди, которые начали узнавать те или иные вещи из своего прошлого, стали доноситься охи и ахи. Гомон в помещении постепенно усиливался.

– Я так нервничаю, – призналась Мэтти своей помощнице.

– И я. На твоем месте я бы сейчас превратилась в каменный столб.

Лори протянула ей компакт-проигрыватель, сделанный в стиле проигрывателя грампластинок пятидесятых, а потом поспешила прочь, чтобы отыскать указатель на то место, где в стену вделана электрическая розетка.

Когда все предметы были разложены, Мэтти спрятала пустые коробки под свисающими почти до пола краями белых скатертей и встала. Глядя на собравшихся, она расправила складки на черно-белой плиссированной юбке колокольчиком, выдержанной в стиле от Диора. Прохлада сатиновой ткани успокаивала, и женщина перевела дыхание.

– У меня такая же была.

Мэтти, оглядевшись, заметила невысокую ясноглазую пожилую леди, опиравшуюся на богато выглядевшую резную тросточку красного дерева.

– Что?

– У меня была вот такая же юбка, как на вас. Стиль «новый облик от Диора». В те времена одежду для женщин шили так, чтобы они выглядели очень женственно. Ее купили мне в самом Париже, вот только лично я выглядела в ней легкомысленной вертихвосткой.

Ярко выраженный ливерпульский акцент выделялся на фоне речи уроженцев Стаффордшира так же сильно, как внешний вид его обладательницы. Пожилая женщина была одета не в серые, бежевые или бледно-пастельные тона, как большинство собравшихся здесь. Ее свитер, юбка и туфли с невысокими каблуками-рюмочками были ярко-красного цвета. Удивительный выбор для женщины ее лет. Что до прически леди, то она выглядела безупречно. Единственная уступка возрасту заключалась в том, что завитые седые волосы были подкрашены и имели бледно-сиреневый оттенок. Шею оплетали две нитки больших жемчужин. Ансамбль дополняли большие золотые серьги-кольца. На запястье красовались дорогие золотые часики, которые поблескивали в свете галогеновых ламп, подвешенных к высокому потолку.

Мэтти тотчас же прониклась к ней симпатией.

– Боюсь, это не настоящая, – чуть понизив голос, призналась она. – Настоящая от Диора мне не по карману.

– Я никому не разглашу эту тайну, детка. – Улыбнувшись, старушка подняла вверх палец с ярко-красным ногтем и добавила: – Мы же не миллионеры.

– Весьма признательна. – Вспомнив о вежливости, Мэтти протянула ей руку: – Мэтти Белл. Рада познакомиться.

Глаза женщины сверкнули, как у шаловливой девчушки.

– Рэни Сильвер. Взаимно.

– Эй! Пожалуйста! Чуть тише!

По помещению разнесся громкий голос Гейноры, призывая ворчащих и болтающих стариков к порядку. Она направилась к Мэтти. Рэни Сильвер закатила глаза и пошла к первому ряду, явно намереваясь заявить свои права на одно из мест. Мэтти с удивлением заметила, что несколько стариков, сидевших рядом с ней, подмигнули пожилой леди.

– Мило. Чудненько. Ладно… Сегодня мы решили порадовать вас кое-чем интересненьким. Честно-честно. С огромным удовольствием я представляю вам Матильду Белл из винтажного магазина «Белл Бибоп» в нашей деревне. Она приехала сегодня к нам, чтобы рассказать о том, чем занимается. Вижу, многие из вас уже заметила вещи, которые мисс Белл любезно привезла с собой из своего магазина. После того как вы ее послушаете, у вас будет предостаточно времени, чтобы подойти и рассмотреть эти вещи, пока мы подадим чай и кофе. А еще в качестве дополнительного угощения наша Винни сейчас на кухне печет ваши любимые булочки «бабочки».

Последняя фраза была встречена более громкими возгласами одобрения, чем остальная речь Гейноры. Это помогло Мэтти немного расслабиться. В соревновании по популярности между нею и сладостями Матильда не имела ничего против того, чтобы быть второй. Гейнора наконец отошла в сторону, предоставляя Мэтти возможность действовать…


Речь прошла как в тумане. Мэтти обрела второе дыхание, когда ее всецело охватил энтузиазм в отношении того, чем она занимается. Гейнора верно оценила аудиторию. Во время своей речи Мэтти заметила, что взгляды стариков останавливаются на вещах, разложенных на столах позади нее. А потом она услышала далеко не приглушенную болтовню насчет того, что они видят. Когда Мэтти закончила, раздались вежливые аплодисменты, а доктор Уильям Ланкастер, директор Боувела, подошел к ней и поблагодарил. Мэтти ощутила немалое облегчение, наблюдая за тем, как постояльцы и гости, поднявшись со своих мест, направились к столам.

Рэни Сильвер направилась прямиком к Мэтти.

– Вы были бесподобны, что ни говори…

– Вы так считаете?

– Я знаю. Трудно решиться встать перед толпой лицом к лицу. Я это хорошо знаю. Вы всем понравились. Я уже несколько месяцев тут, но ничего подобного до сих пор не видела. У нас здесь что-то вроде приемной Всевышнего. Большую часть времени мы проводим в ожидании. Когда проживешь такую долгую жизнь, как я, это начинает действовать угнетающе.

Мэтти поймала себя на том, что с трудом сдерживает улыбку, разговаривая с этой деятельной пожилой леди. Во время своей речи взгляд Матильды то и дело невольно останавливался на этой старушке в красном, которая с необычайным изяществом сидела на стуле, хотя, честно говоря, в этом перестроенном амбаре было немало других пожилых людей, которые с таким же вниманием слушали гостью.

– Ну да ладно… Не буду вас задерживать. Выпейте чашечку чая. Думаю, у вас пересохло в горле. Приятно было с вами познакомиться, Мэтти Белл.

Матильда наблюдала за тем, как толпа стариков расступилась, словно воды Красного моря, пропуская Рэни к столам с вещами из «Белл Бибопа».

«Хотелось бы мне в ее возрасте оставаться настолько же уверенной в себе», – пронеслось в голове у Матильды.

– Превосходная презентация, мисс Белл.

К ней, улыбаясь, шел Уильям Ланкастер, неся две чашки на блюдцах.

– Я взял на себя смелость принести вам чашечку чая.

– Очень мило с вашей стороны, спасибо.

– Вижу, вы познакомились с нашей знаменитостью.

Мужчина кивнул в сторону пожилой леди в красном.

– Яркая личность, – сказала Мэтти.

– Рэни куда больше этого. В свое время она была довольно знаменита. Певица. В пятидесятые годы выступала вместе с «Серебряной пятеркой». Вы слышали об этом ансамбле?

Мэтти показалось, что все вокруг замерло.

– «Серебряная пятерка»?

Ошибочно приняв ее заминку за непонимание, доктор Ланкастер продолжил:

– Их сейчас не так часто вспоминают, как иные ансамбли того же периода, хотя некоторые из их песен впоследствии исполняли другие певцы. Кажется, Том Джонс[14]14
  Сэр Том Джонс (род. 1940) – британский эстрадный певец родом из Уэльса, чьи красочные шоу и эмоциональные песни принесли ему в середине 60-х широкую популярность. К концу 80-х гг. было продано уже более 100 миллионов пластинок.


[Закрыть]
когда-то пел «Ты любишь меня». Их помнят главным образом благодаря этой песне. В пятидесятых наша Рэни была восходящей звездой британского рок-н-ролла. В семидесятые, помнится, она работала на телевидении в разных шоу с Силлой Блэк и Лулу[15]15
  Силла Блэк (1943–2015) – британская певица, актриса и телеведущая. Несмотря на большой успех на родине, за ее пределами певица была известна мало. Лулу (род. 1948) – британская певица и актриса, победительница конкурса песни «Евровидение-1969».


[Закрыть]
.

Мэтти столько раз слышала историю «Серебряной пятерки», что могла бы рассказать ее наизусть. Дедушка Джо влюбился в их музыку, когда был двадцатилетним парнем, и на протяжении долгих лет оставался одним из немногих истинных поклонников этой группы. Виниловые пластинки с записями их песен он считал одним из самых больших своих достояний. Если бы он не порвал все связи с Мэтти незадолго до своей смерти, эти пластинки сейчас наверняка достались бы ей. «Я был самым большим их фанатом», – вспомнила она его слова. Сердце женщины сжалось в груди, когда в памяти зазвучал его голос: «Если бы мне удалось хоть раз увидеть их вживую! Я не смог попасть на концерт «Серебряной пятерки», а потом оказалось, что это было их последнее выступление». Говоря это, дед выглядел ужасно несчастным. В его бледно-голубых глазах мелькала тень разочарования, пережитого молодым человеком, каким он когда-то был. Потом дедушка успокаивался, ставил одну из пластинок на поскрипывающую при движении вертушку своего обожаемого проигрывателя и, взяв Мэтти за руку, вел внучку в танце, сливаясь в гармонии со сладкими звуками музыки и веселыми, озорными ритмами песен.

Матильда перевела взгляд на пожилых людей, которые рассматривали вещи из магазина. Рэни ярко выделялась на их фоне, но дело было не только в ее одежде. Казалось, что она купается в свете. За каждым ее движением внимательно наблюдали окружающие. Дедушка Джо называл подобное свойство человеческой личности «заревом “Рэди-Брэйк”»[16]16
  Торговая марка овсяных завтраков.


[Закрыть]
. Воспоминание о дедушке отдалось болью в сердце. Она быстро опустила глаза, уставившись на свой недопитый чай.

– Э-э-э… Позвольте я принесу вам еще чашечку? После произнесенной вами чудесной речи вы, должно быть, испытываете жажду, – предложил доктор Ланкастер, решив, что странность ее поведения вызвана жаждой.

Он взял чашку у Мэтти из рук и поспешил к толпящимся постояльцам дома престарелых. Матильда вздохнула и пнула невидимый камушек носком своей цветастой туфли на невысоком каблуке. Неужели память о дедушке Джо будет вечно ее терзать?

– Уступите за пенни?

К ней через амбар с впечатляющей скоростью приближалась энергичная пожилая леди. Когда Мэтти подняла голову, то Рэни оказалась совсем близко.

– Что?

– Извините, что говорю такое, но вы сейчас выглядите так, словно вас повело от чая, дорогуша.

Мэтти подавила смешок.

– Все нормально, извините.

Рэни пожала плечами.

– Не стоит извиняться. На всех нас иногда находит.

– Доктор Ланкастер сказал мне, что вы были известной певицей.

Пожилая леди цокнула своими вставными челюстями за поджатыми ярко-рубиновыми губами.

– Если уж начистоту, то мне следовало бы стать куда более знаменитой, но это история для моих мемуаров. – В бледно-серых глазах ее засветились озорные огоньки. – Наш ансамбль «Серебряная пятерка», разумеется, был назван в честь меня. Мы выступали с 1951 по 1956 год. Сама я пела до 1980 года. Едва не добилась собственного шоу на телевидении. В 1971 году я пять недель была ведущей певицей у «Сэндс»[17]17
  Имеется в виду ведущая игорная корпорация США, привлекающая для выступлений в своих казино популярных артистов.


[Закрыть]
в Лас-Вегасе. После этого – чертовы круизы на лайнерах, скучные до смерти. Но в те дни меня называли британской Конни Фрэнсис[18]18
  Конни Фрэнсис (род. 1938) – американская певица итальянского происхождения, одна из самых популярных певиц ХХ века.


[Закрыть]
. А теперь я очутилась вот здесь, став знаменитостью деревенского дома престарелых Боувел. Хрюшка Лулу не может таким похвастаться. Или я не права?

Мэтти уже хотела рассказать Рэни о дедушке Джо, но потом решила, что так будет неправильно. К тому же чувство утраты сегодня было настолько свежо в памяти, что женщина боялась, что не подберет подходящих слов. Вместо этого Мэтти с интересом смотрела на Рэни Сильвер, стараясь представить ее красивой черноволосой певицей, которая вела свой ансамбль к славе и успеху, по праву им принадлежащим. Много лет назад она похитила сердце ее дедушки.

Одно было несомненным: Рэни не утратила способности покорять зал. Она выделялась на фоне других пожилых людей. Ее чуть вульгарная прямолинейность совсем не вязалась с ее возрастом. Когда джентльмен, которому, судя по всему, было под девяносто, шаркающей походкой подковылял к Рэни и предложил провести ее к столу с закусками, та гневно ему отказала.

– Гуляй себе, Стэн Масси. В последний раз, когда я приняла твою руку, ты меня облапал. Только не надо возражать. У меня было три мужа. Последний, когда попробовал провернуть такое, отделался разбитым носом!

Пенсионер поспешил ретироваться. Из стоящей вблизи группки застенчивого вида пожилых леди донесся приглушенный смешок. Мэтти заприметила их раньше, когда эти старушки следовали за Рэни, расхаживающей по амбару, но при этом всегда держались на небольшом расстоянии. Было видно, что они ловят каждое произнесенное ею слово.

– Пожалуйста, я не хочу отрывать вас от ваших подруг, – сказала Мэтти, вдруг решив, что злоупотребляет вниманием знаменитости Боувела.

– От кого? От этих? Они мне не подруги, девушка, – насмешливо произнесла Рэни, придвинувшись к Мэтти, но при этом не понизив голос, чтобы другие леди могли ее расслышать. – Я называю их тремя гарпиями. Меня при виде их аж трясет от злости.

– Вам здесь нравится? – спросила Мэтти.

Вопрос слетел с ее губ прежде, чем она успела хорошенько подумать. Рэни казалась здесь не к месту, пусть даже она правит, как выражаются, курятником. В ее голове крутились слова дедушки Джо насчет домов престарелых: «Это просто красиво оформленная тюрьма для пожилых ворчунов. Я никогда не позволю загнать меня туда»

– Не могу жаловаться. Персонал – нормальный, еда никого еще не убила… – Она бросила косой взгляд на Мэтти и издала подчеркнуто тяжелый вздох. – Жаль только, что у меня нет семьи и некому навещать.

– Вообще никакой семьи?

– Я не говорю, что вообще никогда не было. Я прожила дольше, чем большинство людей. Три брака и больше денег, чем я могу потратить, но что они значат, когда тебя никто не навещает?

– У вас не осталось живых родственников?

– Есть, но они далеки от меня во всех смыслах этого слова.

– А друзья?

– Здесь у меня много друзей, но никого, кто знал меня в прошлом. Такова жизнь, Мэтти. Не я придумываю правила, но все равно стыдно. Каждые выходные я вынуждена наблюдать, как к другим печальным затворникам приезжают их родные и близкие. Признаюсь, я немного им завидую и чувствую себя паршивой овцой. Со временем, впрочем, ко всему привыкаешь. Этому тебя учит жизнь, проведенная в дороге.

Рэни повернула голову и посмотрела на Мэтти. На ее губах играла блаженная улыбка. К своему ужасу, Мэтти заметила одинокую слезинку, блеснувшую в уголке ее левого глаза.

Было очень грустно. Несмотря на все ее славное прошлое и немалые материальные возможности, Рэни Сильвер была одинока. Мэтти до слез было ее жалко. Сама она никогда не чувствовала себя одинокой, хотя дедушка Джо и оборвал с ней все связи. Когда семь лет назад умерла бабушка Белл, вся семья сплотилась вокруг любимого патриарха, окружив его вниманием и заботой. Мысль о том, что можно бросить дедушку Джо, позволить, чтобы он чувствовал себя одиноким, даже не приходила в голову членам семьи. Он всегда находился в самом сердце семьи. Как можно не приезжать в гости к пожилому родственнику? В последние месяцы жизни дедушки Джо Мэтти немного утешала мысль, что он постоянно был окружен любящими родными и близкими. Хотя Матильда и отказала себе в возможности навещать старика, она знала, что все остальные в семье Белл не оставят его никогда.

Мысль пришла так же естественно, как дыхание. Впоследствии женщина удивлялась спонтанности своего решения, особенно если учесть, насколько сдержанной она была в последнее время.

– Я приеду к вам в гости, если вы не против, хорошо?

Рэни Сильвер пристально посмотрела на нее. На секунду Мэтти испугалась, что ее предложение может оскорбить пожилую леди.

– Вы действительно этого хотите?

– Да. – Мэтти тяжело сглотнула, борясь со своими чувствами. – У меня в прошлом месяце умер дедушка. Я до сих пор не оправилась после утраты. Его рассказы о пятидесятых подкинули мне мысль начать собственное дело. Я с удовольствием вас послушаю, если вы не будете возражать.

«Может, рассказы о его любимой группе снова сблизят меня с дедом»

Рэни скрестила руки на груди.

– Значит, заключим сделку: я заполучу гостью, а вы заполните пустоту, вызванную кончиной вашего деда?

Мэтти думала несколько иначе, но мысль показалась ей вполне здравой.

– Можно и так сказать.

– Вы наверняка услышите кое-что любопытное для себя…

Глаза Рэни вновь влажно заблестели. Старушка вытащила из кармана своего свитера кружевной платочек и вытерла им непрошеную слезинку.

– Но у меня есть одно условие.

– Какое?

Рэни потянула Мэтти за локоть, оттаскивая от трех гарпий, которые взирали на них с интересом луговых собачек.

– Привезите мне те замечательные шоколадные конфеты с фиалковым кремом, которые продаются в местной кондитерской. Ладно? Медсестры не разрешают мне сладости – очевидно, из-за холестерина… Но мне уже восемьдесят четыре года, так что уже поздно беспокоиться о холестерине. Куда больше шансов сыграть в ящик от вина, которое я прячу в моем гардеробе.

Обдумав все хорошенько, Мэтти сочла, что упаковка шоколада ручной работы – небольшая цена, если она снова почувствует свою близость к дедушке Джо. Всю свою жизнь она слышала рассказы о старом ансамбле Рэни, но при этом почти ничего не знала о членах когда-то популярной музыкальной группы. Когда она будет говорить с Рэни о пятидесятых, в мыслях ей удастся вернуться к тому времени, когда не было ни ультиматума, ни ссоры, когда она могла часами сидеть и слушать интересные и весьма подробные рассказы дедушки о прошлом. Бывшая певица произвела на нее сильное впечатление, и она просто не могла упустить шанс узнать о блистательном прошлом этой пожилой леди.

– Идет, – согласилась Мэтти.

Рэни крепко пожала ей руку. Они обменялись улыбками.

– Когда мы начнем?

– В следующее воскресенье, – ответила без заминки Рэни. – И не забудьте пронести контрабанду.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации