Читать книгу "Турецкие мифы"

Луи Ле Бретон. Эрлик или Эрлиг. 1863 г. Цифровой архив Национальной библиотеки Франции. Париж, Франция

Известно, что у повелителя тьмы была жена, сыгравшая не последнюю роль в алтайском варианте мифа о Ноевом ковчеге, а также множество сыновей и дочерей, помогавших ему распоряжаться попавшими в преисподнюю людьми. Точное количество его потомков неизвестно, но в некоторых источниках ему приписывают до девяти дочерей. Согласно этим источникам, главной забавой наследниц Эрлика было предаваться блуду с черными камами, попадающими в мир мертвых во время проводимых ими ритуалов.

КАЙРАКАН – БОГ-СОЗДАТЕЛЬ

Кайракан почитался многими тюркскими народами как бог-создатель и властитель Вселенной. Он был одновременно и отцом и матерью и, по мнению некоторых религиоведов, являлся одной из причин того, что тюрки легко приняли ислам – веру в единого Бога-Создателя. Считается, что он существовал с самого начала времен, когда на свете еще не было ничего, кроме воды и пустоты. Именно он герой алтайского мифа о сотворении мира. Согласно некоторым мифам, его отцом был Великий Дух Неба Тенгри, но личность его матери нигде не упоминается. Он обитал на самом высоком, семнадцатом ярусе неба и у некоторых народов считался равным самому Тенгри.

В некоторых мифах его образ сливался с образом Ульгеня, в которого он превращался после изгнания людей с Древа Жизни, а в других – являлся его отцом. Ему приписывали и других небесных сыновей – бога мудрости Мергена и бога войны Кызагана. Более того, сыновья Кайракана иногда считались тремя его ипостасями: Ульгень олицетворял его доброту, Мерген воплощал его мудрость, а Кызаган брал на себя роль его гнева. В отличие от таких божеств, как Ульгень или Эрлик, его редко изображали в образе человека.

Считается, что, сотворив мир, Кайракан также создал остальных богов. Даже существует версия, согласно которой все остальные боги выступали в роли ангелов, выполнявших поручения Кайракана, но, учитывая тот факт, что в доисламских тюркских верованиях отсутствовало понятие «ангел», эту теорию вряд ли можно назвать основательной.

Тюрки верили, что Кайракан проводил лето на небе, а зиму – среди людей. Они наделяли его способностью насылать на землю разноцветные молнии, а люди, в которых они попадали, по их мнению, становились шаманами.

УЛЬГЕНЬ – БОГ ДОБРА

Сын Кайракана пребывал на шестнадцатом ярусе неба и восседал на золотом троне, который находился в золотом дворце, стоявшем на золотой горе. В некоторых верованиях именно он, а не Кайракан, создал Вселенную, Древо Жизни и первых людей и сослал Эрлика в подземный мир. Считалось, что он повелевал небесными телами и что каждое из них было препятствием для шамана, желающего «достучаться до небес». В поверьях древних тюркских народов даже самый просветленный шаман мог «дотянуться» лишь до Северной звезды.

Ульгеня иногда называли Кудаем и считали братом Эрлика, вместе с которым он, согласно отдельным мифам, создал этот мир. В человеческом обличье его изображали длинноволосым и длиннобородым старцем со щитом и луком, с помощью которого он стрелял молниями. Места, в которые попадала молния Ульгеня, считались священными. Согласно легенде, именно он научил людей добывать огонь и поручил богу животных Ахаге заботиться о братьях наших меньших.

Известно, что у Ульгеня было семь или девять детей, но об их матерях ничего не говорится. У него было семеро сыновей, которые символизировали семь ярусов неба и покровительствовали семи алтайским племенам. Среди них были бог лошадей, бог птиц, бог природы и бог богатства. Дочери бога-демиурга именовались чистыми девами и вдохновляли людей на творчество, искусство и красоту. В отличие от братьев, они не имели собственных имен, вследствие чего не могли быть вызваны шаманами против своей воли.

КЫЗАГАН – БОГ ВОЙНЫ

Бог войны обитал на девятом ярусе неба и всячески содействовал храбрым воинам во время сражений. Он отличался богатырской силой, ею он охотно делился с воителями, которых брал под свое мощное крыло, обладал радужным посохом и передвигался верхом на красном верблюде.

МЕРГЕН – БОГ РАЗУМА И МУДРОСТИ

Обитающий на седьмом ярусе неба Мерген был богом мудрости, даровал людям знания и покровительствовал науке и философии. Считалось, что он знал все на свете, а поэтому мог все на свете. Чаще всего он изображался с луком и стрелами и был метким стрелком. Стрелы, к слову, нередко встречались в древнетюркских легендах и турецких народных сказках. Считалось, что выпущенная мудрым человеком стрела всегда достигает своей цели.

Каменные головы божеств тюркского пантеона на Немрут-Даге. Турция

АК АНА – БОГИНЯ РЕК И МОРЕЙ

В древнетюркской мифологии Ак Ана была богиней рек и морей. Она оберегала не только эти водоемы, но и всех живущих в них существ. Считалось, что она запустила цикл жизни в начале времен: в одном из мифов о сотворении мира именно она вдохновила одинокого Кайракана на сотворение первого живого существа – Эрлика. В других версиях мифа она подтолкнула к сотворению мира не Кайракана, а Ульгеня.

Описания богини сильно разнятся: в некоторых мифах она представала как бестелесное существо, сотканное из света, а в других была наделена русалочьим хвостом и изящными рогами, символизирующими власть и изображающими нечто похожее на корону. У якутов и анатолийцев она была известна под именем Ака, а в монгольской мифологии носила имя Эхе Уренг. Согласно древнему монгольскому мифу, она создала сушу из земли, поднятой со дна морского черепахой.

Другие фигуры древнетюркского пантеона

Уделить каждому древнетюркскому божеству полагающееся ему внимание попросту невозможно: в каждом отдельно взятом тюркском пантеоне их насчитывается несколько десятков! Помимо описанных выше богов и богинь, можно лишь вскользь упомянуть о покровителе путешественников, богине сна, повелителе охоты, боге пастухов, защитнике коней, богине дорог и духе – хранителе лесов.

– Адаган – бог гор. Адаган покровительствовал горам и населявшим их существам, в том числе живущим в них коням и рогатому скоту. С этим божеством лучше было не шутить: вооружившись мечом, Адаган бдительно следил за благополучием горных животных и растений и беспощадно наказывал тех, кто умышленно наносил им вред.

– Ай Ата – бог луны. «Отец луны» обитал на шестом ярусе неба, а представители некоторых тюркских племен считали себя его потомками. Старинная легенда гласит, что он появился на свет в священной пещере. При этом некоторые считают, что пещера – своего рода метафора, указывающая на материнское чрево. Примечательно, что в турецком мировоззрении луна относится к мужскому роду.

– Айсыт – богиня красоты. Прекрасная Айсыт олицетворяла собой любовь и красоту, обитала на небесах и спускалась на землю в облике серебристой кобылы. Ее главными символами были белый журавль и лебедь, а ее дочери могли обернуться лебедями, накинув на себя волшебную вуаль. Айсыт вселяла в людей привязанность и любовь, покровительствовала детям и детенышам животных.

– Алтан – бог золота. Облаченный в сияющие доспехи, бог золота властвовал над Золотой горой, восседая на ее вершине. Золотая гора – не что иное, как расположенная чуть западнее южного берега Телецкого озера гора Алтын-Туу. Считалось, что именно на ее вершине находился трон творца Вселенной.

– Аяз – бог мороза. Древние тюрки связывали холод с луной, считая, что бог мороза Аяз был рожден из лунного света. Они верили, что Плеяды были отверстиями в небе, через которые в наш мир проникал ниспосланный Аязом холод. Со временем Аяз Ата («ата» переводится с турецкого как «отец») стал чем-то вроде казахского Деда Мороза. У него есть внучка-помощница по имени Акшакар, вместе с которой он навещает детишек и дарит им подарки.

– Зарлык – богиня правосудия. Правосудие играло в тюркско-монгольском обществе важнейшую роль. Несправедливых правителей проклинали, навлекая на них всевозможные беды.

Вид на Телецкое озеро с кордона Беле на Алтын-Туу. Алтай, Сибирь, Россия

– Куара – бог грома. Булгарский бог грома был сыном верховного божества Тенгри и считался аналогом скандинавского бога Тора. Некоторые племена называли этим именем Кайракана.

– Кубай – богиня детей и деторождения. В определенных племенах ее образ сливался с образом Умай или она перенимала часть ее обязанностей. Совмещая функции богини женственности, чистоты и деторождения, она присутствовала при родах и заботилась о малышах до и после их рождения.

– Талай – бог океанов. Белоусый старец следил за океанами и их обитателями и при желании мог превратиться в кита.

– Урен – бог урожая. Ему молились земледельцы, надеясь на щедрый урожай, а он в свою очередь следил за плодородием земель и посылал людям в помощь своих духов-хранителей.

Персонификация божественной природы

Жизнь кочевников была тесно переплетена с природой. От таких стихий, как вода и огонь, зависело выживание племени, поэтому древние тюрки относились к ним с большим почтением, совершая в их честь жертвоприношения и прославляя их во время священных праздничных церемоний. Божества природных стихий были тесно связаны между собой, враждовали и создавали альянсы.

ПОТОМКИ СВЕТА

Тюркские народы верили, что отец – основатель племени или народа рождался не от привычного союза мужчины и женщины, а в результате вмешательства священных сил, чаще всего природных. В их число входили вода, деревья и божественный свет, а также разного рода животные. Так, родоначальниками племен часто становились бык, пес, орел, лебедь, волк или дерево, оплодотворенное чудесным светом.

В поверьях некоторых древних тюрков Вселенной правил не один только Тенгри: власть над ней делили между собой семнадцать божеств, в число которых, помимо Тенгри, Йер-Суб, Умай и Эрлика, также входили Земля, Вода, Огонь, Солнце, Луна, Звезды, Воздух, Облака, Ветер, Смерч, Гром и Молния, Дождь и Радуга. Природные стихии, такие как Дождь, Огонь, Ветер и Вода, были братьями и сестрами, прародителем которых был сам Великий Дух Неба Тенгри.

ЗЕМЛЯ

Главенствуя над всеми остальными стихиями и природными божествами, Мать-Земля состояла в священном союзе с богом неба Тенгри и считалась прародительницей всего человечества. В одном из мифов о сотворении мира первые люди появились из корней Древа Жизни, а в Орхонских надписях о появлении людей говорилось так: «Вначале было вверху голубое небо, а внизу – темная земля, и появились между ними сыны человеческие»[2]2
  Гумилев Л. Н. Древние тюрки. М.: ФТМ, 1993. С. 7.


[Закрыть]. В любом случаеЗемля играла в их сотворении ключевую роль.

Тюрки верили, что душу человеку дарует Тенгри, а тело – Земля. Рождаясь от Земли, человек проживал на ней свою жизнь и возвращался в нее после смерти, чтобы вернуться к своему Создателю. Земля не только рождала его, но и заботилась о нем, делясь с ним неиссякаемыми природными дарами. Тенгри делился с ним божественной искрой, а Мать-Земля заботилась о его материальном, чисто физическом благополучии. В благодарность за ее попечительство Земле совершали жертвоприношения в начале и конце сельскохозяйственного сезона, преподнося в том числе чай и молоко.

ОГОНЬ

Будучи сыном Солнца, братом Молнии и внуком самого Тенгри, Огонь занимал почетное место в пантеоне древних тюрков и почитался некоторыми племенами наравне с Небом. Огонь в каком-то смысле путешествовал между мирами: рождаясь на Земле, он мог подниматься в Небо в виде дыма и спускаться с него в виде молнии. Некоторые тюрки представляли Огонь в виде красного быка или петуха, а другие – в образе доброй богини Огонь-матери Ут-Аны. В честь богини раз в год проводили специальный обряд, в ходе которого ее молили о защите, просили уберечь скот и приносили в жертву черноголового белого барана.

В понимании древних тюрков божественная сила Огня жила своей жизнью: ей порой не требовалась посторонняя помощь, чтобы родиться и умереть, а полыхание пламени воспринималось как ее священное дыхание. Без Огня не могло быть и жизни, ведь он не только освещал путь человека во тьме, но и согревал его в холодное время года. Он также наделялся магическими способностями: с его помощью лечили разные болезни и очищали предметы и людей, а также давали священные клятвы. Известно, что некоторые племена сжигали своих покойников, считая, что Огонь избавит их от всех совершенных на земле грехов и позволит быстрее «достучаться до небес».

Огонь занимал в жизни кочевых племен центральное место в прямом и переносном смысле этого слова. Очаг строился в самом центре жилища и чаще всего имел округлую форму, отсылающую к образу солнцa. Будучи частицей божественного солнца и родовым божеством, Огонь у каждой семьи был свой, его нельзя было занимать или каким-либо другим способом пользоваться «чужим» Огнем, а невеста, приходя в дом мужа, поклонялась Огню его семьи.

Проявив к нему неуважение, можно было навсегда лишиться его покровительства и защиты от темных духов или накликать на домашних разные хвори. Более того, разгневанный Огонь мог забрать в свое пламенное царство предметы быта или даже весь дом. Чтобы «умаслить» божество и поддержать с ним хорошие отношения, ему чаще всего приносили в жертву жир. Огонь также играл важную роль в подношениях другим богам: приготовленное на нем мясо съедалось людьми, а его ароматом, поднимающимся в небо вместе с дымом, угощались боги и природные духи.

За Огнем домашнего очага, по традиции, приглядывал младший сын, носящий почетное звание Князя Огня. К Огню относились с большим почтением, ежедневно кормили его пищей со своего стола и соблюдали целый ряд правил и запретов, чтобы не осквернить его. Древние обычаи восточных славян, прыгающих через костер в Купалов день и сжигающих в нем мусор перед наступлением Нового года, скорее всего, привели бы тюрков в ужас.

Считалось, что Огонь по-своему разговаривал с людьми, и к его священному шепоту прислушивались очень внимательно, желая понять, доволен он или рассержен. Потрескивание и посвистывание считалось благоприятным знаком и предвещало хорошие вести, а несчастные случаи, связанные с Огнем, расценивались как знак недовольства стихии.

ВОДА

В древнетюркском мифе о сотворении мира Вода существовала еще до появления Земли, поэтому в понимании кочевых племен она была ее старшей сестрой. Детьми Воды на земле были моря, озера, реки и источники, которые заботливо взращивал живительный Дождь и благодаря которым жизнь на земле была возможна в принципе. Считалось, что она по вполне объяснимым причинам находилась в состоянии противостояния со стихией Огня.

Ярослав Пстрак. Русалка. 1916 г.

Вода вызывала у древних тюрков противоречивые чувства. Если Дождь расценивался ими в качестве доброго помощника, то Вода чаще всего представлялась им чем-то неизведанным и враждебным. Она была не только началом, но и концом: олицетворяя собой первобытный хаос, из которого Богом-Создателем был сотворен мир, она также ассоциировалась со смертью. Согласно поверьям некоторых шаманских племен, смерть утопленника считалась благородной. По другим поверьям, мертвые воды населяли нечистые духи вроде славянских русалок и водяных, и в морских глубинах были сокрыты врата в их мир. Во многих древнетюркских мифах образное выражение «умыть лицо водой» означало перейти в мир иной.

Вместе с тем Вода, будучи источником жизни, уважалась и почиталась. Она сопровождала человека по жизни еще до его рождения, защищая его в утробе матери, и считалась живительной. Осознавая важность играемой ею роли в своей жизни, люди приносили ей жертвы и просили о содействии. У рек и озер были свои духи-хранители, во многом напоминающие славянских русалок. Обнаженные девушки мирно расчесывали волосы на берегах водоемов и зачастую не представляли для людей опасности, но, рассердившись, могли утащить человека с собой на дно.

ВОЗДУХ

Воздух замыкал пятерку стихий, без которых тюрки не представляли себе возможной жизнь на земле и в которую, помимо него, входили Небо, Земля, Огонь и Вода. Олицетворяя дыхание и жизненную силу, Воздух был связующим звеном между Небом и Землей. Без него, так же как и без остальных божественных стихий, не могло быть и человека.

СОЛНЦЕ

Солнце, оно же Кояш, было центральным божеством во многих религиях мира, и тюрки не были в этом смысле исключением. Они считали его сыном Неба и Земли и относились к нему со всем почтением, которое полагалось потомку верховных богов. Его восход встречали с почестями, а при молитве к нему обязательно вставали лицом.

Изображение Аментет и Ра в гробнице царицы Нефертари Меренмут. Около 1298–1235 гг. до н. э. Долина Цариц, Египет

Египтяне считали, что движением Солнца повелевал бог Ра, совершая вместе с ним ежедневное путешествие по небу в солнечной ладье, а древние тюркские народы сравнивали его с полетом огненной птицы или крылатых коней. Его лучи обожествляли, представляя их нитями, связывающими небесное светило и земные растения, и считали великой оплодотворяющей силой. Так, во многих легендах зачатие ребенка происходило при участии луча яркого света.

ЛУНА

Луну почитали наравне с ее братом Солнцем и планетами, хотя записи об этом культе датируются преимущественно X веком нашей эры. Древние тюрки называли ее Ай и в равной степени любили и боялись. Она появлялась на небе лишь ночью, когда на землю опускался мрак и совершались страшные колдовские обряды и разного рода преступления, но она также была добрым светом, освещающим непроглядную ночь.

В тюркском мировоззрении Луна часто ассоциировалась с женским началом и таинствами женских циклов, а малышей, рожденных в полнолуние, называли в честь Луны, используя приставку Ай-. Во время раФранция стущей Луны нельзя было ничего начинать – особенно военные действия. Ее животным считался медведь, ведь его жизненный ритм во многом зависит именно от нее.

Стефан Мaлларме. Геката. Триединый образ. 1880 г. Париж,

Представление древних тюрков о Луне перекликалось с концепцией Триединой богини, встречающейся у кельтов. Молодая луна символизировала деву, юную и непорочную, полная луна олицетворяла мать, полную сил и божественной энергии, а убывающая луна представляла собой старуху, мудрую, но своенравную, подходящую к концу своего жизненного цикла. Лунные фазы играли роль метафоры круговорота жизни: угасая и полностью скрываясь в ночном небе, Луна возрождалась, росла и вновь угасала, повторяя цикличность жизни до бесконечности.

Согласно кипчакскому мифу о сотворении мира, первого человека, созданного из нагретой солнцем глины, звали Ай Атамом, то есть «отцом луны». Эта тема прослеживается во многих других мифах, в которых Солнце рождает Луну своими животворящими лучами. Современные турки считают Луну символом счастья и удачи.

ЗВЕЗДЫ

В древние времена звезды помогали людям ориентироваться в пространстве и времени, а помимо этого влияли и на их благополучие на земле. Для представителей тюркских племен «родиться под счастливой звездой» не пустые слова. Они верили, что звездные боги распоряжались удачей людей и что у каждого человека была своя собственная звезда, которая в момент его смерти срывалась с небесного купола и исчезала во тьме, оставляя за собой искрящийся след в ночном небе. А о тех, кому особенно везло по жизни, говорили, что они «со звездой».

Стремясь попасть под покровительство звездных богов, люди приносили им, как и всем остальным природным божествам, жертвы, в том числе животных и молоко. Самой почитаемой звездой была Полярная, или Железный кол, о рождении которой даже была сложена легенда. Согласно этой легенде, настало время, когда равновесие между Небом и Землей было нарушено и Вселенная погрузилась в невообразимый хаос. Природные стихии разбушевались, люди и животные падали замертво, Земля стонала от боли и страха, а Солнце, Луна и Звезды потеряли все свои ориентиры и бессмысленно блуждали по небосклону.

И длился этот кошмар людей и богов на протяжении трех долгих лет.

Хаосу пришел конец, когда бог неба Тенгри вбил во Вселенную золотой кол, благодаря которому Небо и Земля закрепились на своих местах. Отчаянный поступок Духа Неба вернул Луну и Солнце на свои места и усмирил гнев стихий, восстановив во Вселенной гармонию и порядок. С тех пор люди считают Полярную звезду концом того кола и поклоняются ей, увидев в ночном небе, ибо именно благодаря золотому колу на земле вновь воцарился покой.

ВЕТЕР

В древнетюркском пантеоне божество Ветра было наделено самым живым и непредсказуемым характером. В лексиконе кочевых народов существует выражение для обозначения беспечных, ветреных людей: про таких людей до сих пор говорят, что они «рождены от ветра». Если требовалось изобразить это своевольное божество, то оно чаще всего представало в образе необузданного коня.

Считалось, что неукротимый нрав Ветра не позволял ему мирно уживаться с более размеренными стихиями и что, расшалившись, Ветер приносил людям немало бед в виде бурь и ураганов. Его также считали виновным во многих болезнях и опасались встретить во время рыбалки или охоты, так как его внезапное появление сулило неудачу. Несмотря на свою дурную славу, легкий, едва ощутимый Ветер также ассоциировался с появлением вызываемых духов.

С коварством Ветра связана древняя легенда, повествующая о несчастной любви прекрасной принцессы и бедного пастуха. Давным-давно, когда деревья еще перешептывались между собой, а пери весело плескались в горных ручьях, жил да был богатый бей. Была у того бея одна-единственная дочь, о красоте которой слагали легенды. И хоть он и мечтал о появлении сына, бей сильно любил дочь и всячески пытался уберечь ее от горестей и разочарований.

У юной принцессы было много ухажеров, но бей считал, что ни один из них не достоин ее руки. Желая оградить наследницу от назойливого внимания беспутных претендентов, бей увез ее в горы, облачил в мужское одеяние и обучил верховой езде и искусству метания копья. Занятия не прошли даром: принцесса превосходно держалась в седле и вскоре стала искусной лучницей, обойдя по ловкости всех местных мужчин.

Одной лунной весенней ночью принцессу разбудила чудесная мелодия. Очарованная звуками флейты, девушка вскочила на своего коня и отправилась в горы вслед за ее пленительным пением. Вскоре принцесса повстречала молодого пастуха, игравшего на флейте в ночи. Принцесса и пастушок мгновенно влюбились друг в друга и проговорили всю ночь, но, осознав, что отец никогда не даст разрешение на неравный брак, девушка запрыгнула на своего верного скакуна и умчалась прочь.

Люсьен Леви-Дюрмэ. Жила-была принцесса. 1896 г. Франция. Частная коллекция

Безутешный пастух всюду искал свою возлюбленную, блуждая по городам и деревням в поисках прекрасной принцессы, но так и не смог ее разыскать. Его тоска по второй половине была взаимной: принцесса тоже постоянно вспоминала о загадочном молодом человеке, и бывало так, что она просыпалась по ночам, услышав во сне звуки его флейты. Спустя год все повторилось: пастух повел животных в горы и, тоскуя по принцессе, снова взялся за инструмент.

Услышав знакомую мелодию, девушка поспешила навстречу любимому, но вскоре оказалась в ловушке: разбушевавшийся ветер уносил звуки флейты то вправо, то влево, беспрестанно сбивая принцессу с пути, и юная дочь бея в конце концов сорвалась с обрыва и угодила в бушующую реку, в которой вскоре утонула. О том, что случилось с пастушком, ничего не известно: после гибели принцессы он будто бы исчез с поверхности земли.

ГРОМ И МОЛНИЯ

Божество Грома и Молнии прислуживало Великому Духу Неба Тенгри, обрушивая божественный гнев на тех, кто пренебрегал его законами и позволял злу овладеть его душой. Древние народы считали, что Гром и Молния были внешним проявлением гнева Тенгри, ассоциируя сверкающие молнии со стрелами, которыми верховный бог поражал провинившихся.

Волжские булгары покидали дом, в который попала молния, и без сожаления расставались со всем, что в нем было. Они считали, что он справедливо навлек на себя божий гнев, расценивая это как своего рода черную метку. Подобные дома не пытались спасти и как можно быстрее потушить, предпочитая не вмешиваться в божественный замысел. Даже если дом сгорал дотла, на его месте больше ничего не строили, так как это место считалось непригодным для счастливой жизни. А вот к человеку, ставшему жертвой удара молнии, было совсем другое отношение – его считали благословенным.

СМЕРЧ

Разрушительная сила Смерча издревле вызывала в древних тюрках трепет и опасение. В отличие от животворящего Огня и заботливой Земли, могущественный Смерч не созидал, а уничтожал, и поэтому был уважаем, но нелюбим.

ОБЛАКА

Облако тоже считалось древними тюрками божеством и, будучи братом Молнии, также состояло в родстве с Духом Неба Тенгри. По облакам судили о предстоящей погоде: белоснежные предвещали обилие солнца, темные тучи предостерегали о дожде, а безоблачное небо – о засухе.

ДОЖДЬ

Дождь, так же как и Огонь, был источником жизни, ведь именно благодаря ему земли напитывались влагой и становились плодородными. Он был одним из немногих божеств, которого наделяли человеческим обликом. Желая умилостивить Дождь, в его честь весной совершали жертвоприношения перед началом праздника дождя. Древние тюркские племена считали первый весенний дождь – Лэйсэн – священным и наделяли его лечебными свойствами.

РАДУГА

В Орхонских надписях ее называли «мостом в небо», с помощью которого шаманы поднимались на небеса, а с ее появлением на небе после дождя было связано любопытное поверье: считалось, что у Радуги было стадо овец, связанных в ряд веревкой за шею, и что после дождя она обязательно доила их, формируя в небе цветные полукруги. Согласно другой легенде, матушка Умай спускалась по ней на землю.

… И НЕМНОГО О ГОРАХ

Немаловажную роль играли в тюркских верованиях и горы. Некоторые из них считались священными: в горы часто отправлялись в паломничество или с целью совершить жертвоприношение. Правда, исследователи затрудняются сказать, предназначались ли эти жертвоприношения самой горе или же она была местом обитания богов или других священных существ, которым приносили вышеупомянутые жертвы.

Особо важными для тюрков считались Алтайские горы и гора Арарат, к которой в свое время пристал Ноев ковчег. Примечательно, что в некоторых тюркских легендах роль Ноя исполнял тюркский «золотой отец» Аран, или Арак: когда весь мир был под водой, именно он соорудил плот и спас людей и животных от гибели, а затем создал землю с помощью утки. Эта часть повествования чем-то напоминает миф о сотворении мира Кайраканом, где утка исполнила роль коварного Эрлика.

Желая заручиться защитой обитающих в горах духов, алтайские народы повязывали на ветки деревьев ленточки, сооружали пирамидки из камней и веток или орошали камни молоком или ритуальным напитком араком. Уважив духов, к ним направляли молитву, в которой просили о защите или содействии в делах.

В мифах о сотворении мира или о происхождении племен и народов часто упоминалась гора или пещера, в глубинах которой герой уединялся, словно совершая путешествие внутрь себя, и из которой выходил помудревшим, нередко в сопровождении животногопроводника.