Текст книги "Шаманархия и ее нагвали"

[a-pathy]

 
Войди один/выйди один:
Мир полон цвета и полон Дыхания;
Тем негативы на моментальном
Снимке с реальности —
Том, что в себе организует сознание
В его каждодневном отрицании данности.
 
 
Карта не свята —
смирения точки, координаты интерпретации —
Ложные зеркала изнанки Контроля,
Кодов, диктующих дезинтеграцию и
Сегрегацию.
Программу объявленной «нормы»,
задающей искажения поле.
 
 
Принимать свою любовь и в одном
Наблюдать Единое во всех его продолжениях…
Выйди один/войди один —
воплоти вселенное движение
Наперекор всем догматам любой из дисциплин.
 

[сады]

 
Вот то, что выстроила осень
Над крышами и криком детворы:
Пустые замки, шелест листьев.
Помню.
К сводам небесной кирхи – спящие столбы
Деревьев.
Обнажены их кроны.
 

[дыхательные практики рыб]

 
на берегу млечного пути я изучаю
дыхательные практики рыб;
сезоны
плодоношения молочая,
нечаянные молчания…
чужие тризны.
в очередном отражении от_жизни и
вне_жизни
ты
каждому из самого себя отшельник,
лудильщик и
проводник.
 
 
на десять тысяч лье вперед
и под/
воду,
в любое из следующих продолжений,
опережений,
перерождений
(тем тех, из/вне плоти и крови) —
вылупления за вылуплением из скорлупы,
к которой привык
 
 
и где гневы, обиды,
за-висть
зависшести
в паутине за-висимости… засим
я научаюсь тысячи способов ум-молчания,
технике извлечения из шерсти
звериной
электричества:
так реальность меня постигает
и в зазоры коры входит
точно в полость клин.
 

[Подвижности рага]

 
Между «объективным» «знанием» и субъективной интерпретацией конфликт —
На повседневное так_пребывание виртуальной реальности выдан ярлык;
Мышление следует навязанной линейности сценария,
С собственной подлинностью чаще избегая свидания.
 
 
Многомерность замкнута в плоскости разрешённых трактовок:
Человек обречён в текущих условиях на постоянный свободы голод.
Официоз общепринятых сфер диктует шаблон восприятия и реакции;
Действующие правила обеспечивают надежность любой многомерности/инаковости фильтрации.
 
 
Мозг способен созидать реальности; мозг способен отражать «реальность»;
Каждая из них динамична, но может застывать как данность.
Что тело, в грунт догмата запускающее корни,
Я каменеет и прежней зрячести не помнит.
 
 
Человек – порождение и агент информации,
Генерирующий каждого «в начале было слово» точки бифуркации:
Восхождение от корня к плодам его положено через подлинность свободы;
Все, что осталось вне – в ловушке гравитаций замкнутые воды.
 

[душиМаШина]

 
Машина разрушена, обездвижена, обездушена;
Мне душа дана, скорее, как отдушина;
Падал перьями и дёготью анимации
Из информационного хаоса посредством трансформации —
В анатомию, физиологию, механизма пластику:
Замкнута волна движением без цели, но по азимуту;
Ом-нама-то-нам дай дыма/
Самоходным планетарным машинам
Грудины впитать вдох/выдох-механику;
Глазам к нёбу неб вбирать неуловимость, архаику.
Лететь, о-без-долие
Над долом долин и продоль магнитного поля. Я
В металл и пластик новые души влагаю,
Преодоление эго границ полагая
Тем.
 

[великий поход детей]

 
когда дети отменили город. когда
время невозвращения и исхода
с детских площадок, паутинок, качелей
(помнишь, тех, в форме радуги?), состоялось,
моя тень взбиралась
на самую верхнюю ветку не_дуба, туда,
где уже куковал разум, растративший зрение,
годы, разуверившийся в собственном уродстве/
совершенстве… убедившийся в неизменности
неприкаянности и сиротства…
и постигший тайны каждого из растений.
 
 
я растратил его на рассудок.
и годы мне выдали ссуду —
на_вы_рост
…мой самый юный кошмар, в котором я – ребенок,
а все прочие – взрослеют.
питер пен наизнанку,
не сумевший взлететь:
и джанковый нетинебудет тлеет,
что твой планетарный погост,
справа от солнца
(прикрой глаза, чтобы уберечь
хотя бы их цвет)
 
 
вот две картинки по памяти, без звука.
звук остался под тем же мостом, где: шаги,
поезд, предчувствие горизонта,
который близок настолько, насколько же неулови…
 

[… и о жирафах]

 
я хочу видеть сон/
я хочу видеть тон/
облачные жирафы с земли напоминают птиц;
то, что я осязаю, никогда не касалось десниц.
перья алые падают в атмосферы безбрежность;
здесь, на дне всех небес – безмятежность.
мой корабль спит/
мой корабль тих/
если ветер, то – во всех искажениях плоскости:
созидаемые измерения, постижение времени, взрослости…
тела механикой упоение порождает собою движение,
то ли к ангелам осью, то ли на кончик иглы – умещение.
каждая из вселенных все еще превыше моего разумения.
 

[zoom]

 
Наши уважительные колебания со временем
Все чаще напоминают вояж по обочине
Вдоль огромной мусорной кучи почитаемой за местоимение
Истины/принципа/жизни/прочее…
Я собираю тактильность и акцентированность языка,
Поджигаю виртуальных газет и пленок ворох
Пламенем беспамятства, сиюминутного и обыденного, точно веха:
Из повторения и интерпретации выстроен пресыщения город.
Так себя полагает страх принятия чужой идентичности:
В рамки «освобождения» постоянно вводится мето'да подавления Другого.
Построение реальности на подчинении авторитету свидетельствует не о практичности,
О готовности к стигматизации и принятии авторитаризма очередного.
 

[iv]

 
Диссипативные структуры сообщества в его отступлении от идолов
Стремятся к пределу, за которым либо
Деконструкция, либо предела преодоление
Посредством в хаос / в высшую степень упорядоченности радикального преображения.
Каждый идол в его догматичном истолковании
Остается фильтром для «выпуска пара» либо внимания
Переключения во воплощение иллюзорной стабильности
Системы, предрасположенной к лабильности.
Последовательное и бескомпромиссное преобразование
Себя-и-среды – первейшее наших сознаний задание.
 

[s¥^^b@l]

 
Мы не познаём мир, не узнаём его, но каждый миг
Перекодируем в виртуальную систему иллюзии, тупик,
Замкнутый уже только по той причине,
Что допускает единственную магистральную трактовку – личину
Данности, допустимой для обитания Я:
В «реальности» есть небо, и есть земля,
Материя пространства доступная глазу, в которую каждый инструмент
Включает слой за слоем свой градиент, —
В разрешённых границах.
Мир покоится в коме, един во многия лицех,
Неодушевлён: в рамках сценария строится цепь
И завершает контроля локальную сеть.
 

[v]

 
Мой проводник слеп, нем, чертовски глуп.
Земля есть межзвездный корабль, полный уставших душ.
Его болтает в пространстве и времени,
Но в нашей власти получить над ним волю и управление.
Здесь Я ищу методу преодоления
Собственных уныния и смирения.
Благодатная почва баюкает все мои растения,
Анархические семена прорастают из сомнения и сопротивления.
Подвешены во времени на сорной информации крючок
Реальностей частности, сознание в них – ярлычок,
Активирующий и саму камеру, и ее замкнутости принятие.
Человек в лабиринте – не агент, но функция, а чаще – ее восприятие.
Существующих систем контроля вольно перемещаются церебрумофаги,
Дефрагментации сознания поглощая раги:
Радужные заводы радости им. Куэрнаваке
Великого устремления к жизни поднимают флаги.
Космос наполнен вселенным смехом
И, как идея и путь, постижим человеком.
 

[vi]

 
Последовательная диктатура культуры
И ее разночинные суб-карикатуры
Подчинение и контроль предпочитают критике и противостоянию
И облекают мыслящего молчанием.
Централизованная и догматичная анархия
Немногим лучше деспотии и монархии:
В дроблении идеологий псевдо» – эгалитарности
Стремится выстроить систему новой элитарности.
Любая – частная – практика децентрализации
Суть – исключения из эго тирании гена акция.
Власть подавляет, низводя простую схему —
Двоичный код вины-и-правоты – в мышления систему.
 

[Vinter ön raga]

 
Эфиопия – мой воплощенный бред.
Я расставляю солнечные маяки и собираю свет:
Антенна бес_сознания – та, которой доверен ответ
И прием сигнала, теряет связь
С реальностью, данностью, целью,
Деталью, отвечающую за целое,
То, общее, что рационализирует каждое дело,
И, как итог, не дает упасть.
 
 
У кассы в жизнь толпится голь,
Каждый лелеет какую-то боль,
Как оправдание – в том и соль,
И – в массе – пе'стует умолчание.
Вселенское А Бао А Ку
Грезит свободой, что на верху
Башни, привидевшийся в пылу
Не восхождения, но заклания.
 
 
Мы распространяем сигналы тепла,
Точечно. Что остается – зола
По силуэту имаго, крыла:
Огонь и полет – завершение цикла.
С тем просыпаюсь ни свет, ни заря,
Чувствуя плотность янтаря,
Густую и вязкую, точно Я —
Разгаданный ключ шифра.
 

[vii]

 
Я тот маленький сумасшедший слон в посудной лавке звуков,
которому биполярный медведь спросонья наступил на ухо,
когда мы вместе ИЫ шли по лыком вышитому полю,
где гнезда вили соловьи и звезды плыли над тесьмою…
и млечный берег вел рассвет, попутав все лесные карты.
я убегал первее всех за утренней звездой в азарте,
и считывал сомнения нег; и наг был бел меж трав и весен
тот дух, что мир лепил на'спех, и, в целом, оказался тесен.
 

[конус]

 
Острие ума – мистический автомат обессмысл,
Нацеленный в великое Ом-облако, в радужное коромысло
Реальности, разбодяженной установками и принуждением
Вплоть до исчезновения живого пространства и времени.
Каждый бог-солнце, генерируемый сознанием
Се-человечества, устремляется к отрицанию
Правил сконструированного лабиринта,
И после сам не отступает ни от надуманных догм, ни от взятого ритма.
Эгрегор во многом близок к гравитации
Вселенного тела и разумо-станции,
Увязшей в колее репетативности темы.
Каждый бог-солнце уничтожает собственную планетарную систему —
Заключен и центр и его периферия в коридоры познания;
Социум замыкает и кокон морали и общежития здание.
Бездумные муравьи снуют по конструкции
Мысле-имения и псевдо-институции.
 

[светадетитьмы]

 
Поток застревает в статике,
Манас: я-человек толкует застоя геральдику
С позиции рационального —
Как эмпирического узнавания.
 
 
Свет рассудочного не преодолеет помутнения марева:
Освещенная камера заключения – по-прежнему камера,
И, в то же время, – угол зрения,
Соскальзывающий в иллюзии помрачения.
 
 
«Единица» я – застывший осколок монады,
В раковине суждения вытачивающий личного ада
Жемчужные стены.
Сердце-ветер гонит густейшую кровь по вселенным венам.
 
 
После: Город раскалывается на фрагменты,
По эту сторону трещин приходят агенты —
Вестники абсолютов, усмиряющие привратника,
Обозначая полюс экстатики.
 

[Цадик глазеет на измерения из носика летающего чайника]

 
Чем руководствуется лабиринт, задавая постоянные параметры деструкции
Каждого своего коридора, каждого кода
Незавершенной контроля конструкции?:
Саморазвертывающаяся система испепеляет как разум, так и волю человеков/народов —
 
 
Что в этой версии оси родится из нас
В так-движении из неосознанной бездны в коллапс
Галактического обессилия?
Если разум способен создать изобилие,
То лишь – изобилие ненависти
(От бесконечности тупиков скверные вести
Создают популяции глупых невротиков);
Мы – коллективное эго эмпатии дистрофиков —
Помойка вселенного подсознания:
Каждая матрица ненависти есть код преодоления и самопознания.
Лабиринт существует в четырех измерениях:
Прочие – шанс на спонтанное изменение,
Когда система становится подобной взорванному муравейнику,
Но в нигде, лишенном пространства и времени
И текучем, пребывающем всегда и повсюду.
Я замыкает цепь и запускает всяческую летающую посуду.
 

[zoom ii]

 
Внутренний диалог – форма самогипноза, подчиненная божеству Времени:
Бесконечные галереи масок, шепчущих банальные «истины»
Замкнуты мягкой машинерией тела, манифестирующего собственное сомнение
С позиции конечного застывшему и присному.
Само тело в частностях – галлюцинация установления пределов;
Мозг – объект манипуляций и алхимии:
Лунные ведьмы и зеркала, отражающие фронтиры преходящих наделов,
Побуждают к сумеркам мысли в её бессилии.
«Я» – ретранслятор «блага», подчиненный муршида диктату;
Система выводится из дуальностей тирании-подчинения.
Есть в причинении собственной воли Другому-в-себе точки возврата,
Способствующие со_творению и пробуждению.
 

[Шагающие по облакам]

 
Сакральная геометрия, начертанная в облачном атласе
Цифровым пером, отводящем прямые от полюса,
Подстраивает реальность под градусы
Склонения и интерпретации, доступной логосу.
Мудрость – точка, оставленная предложению
Мира, не склонного к опознанию;
Познание – мера безостановочного движения
И скорость вечного убегания.
Вожделение разума рождает душу и ее бремя;
Жажда святости благословляет [само] убийцу…
Когда-нибудь наследует землю иное племя,
Преодолевшее страсть к разрушению и ее десницу.
 

[nexOzz]

 
Воображаемые сообщества, межпланетные племена;
Мы все идём из единого семени мудрости и сеем собственные семена.
Маленькие звёздные человечки в большой вселенной песочнице,
Деактивируем большого б-га, и ждём, когда _время_ кончится.
Климатические узоры вторят желаниям мира…
Вот, что важно, мой друг: психоделическая революция! происходила!
В таковой обращенности к жизни и её местоимениям.
Однажды человек просыпается богом в своём становлении.
Конечность пространства-идеи имеет свой код:
Из замкнутости и цикличности есть выход.
Каждый взрослый – лжец, в заблуждении и в сновидении,
Но разум стремится к совершенству и пробуждению.
 

[…колодцы рекламных стендов]

 
Колодцы рекламных стендов, ускоряющиеся в атмосферу/
Пожиратели воли и ее свободы, разрастающиеся ризомой:
Каждый встреченный взгляд – загнанный и знакомый —
В списке потенциальных порталов из-вне лабиринта первый.
 
 
Встречные носят вместо зрачков экраны,
Не оставляя повода просто прослыть отражением;
Серые взгляды в серый асфальт – замещение
Живого тепла/тела – нового века программы.
 
 
Космические танцоры над плоскостями по грани
Гравитационной волны ступают, едва заметны:
Конечны в каждом сознании, но  в то же время не _смертны,
Транслируют собственный разум не_чаянный.
 
 
Пространство с его концов ведомо контролерам;
Движение-принцип – табу для ведо'мых.
Границы и точки – остов очертаний комфорта знакомых.
Мы замыкаемся в терминах на пути к горизонтам искомым.
 

[методы замещения]

 
Мы не понимаем сострадания, милосердия;
Ненависть/не_любовь как базовые потребности
Ни на единый миг не прекращают страдания: усердие
В достижении позиций господ запускает механизмы мести.
Религиозность анархии и тирания праведности
Не устранят границ лабиринта даже на мельчайшую из единиц времени;
Двойственность не приемлема. В мире тотальности и беспамятства
Анархия пробуждается как знание и как откровение.
Нудные не знают любви, но зависят от схем противопоставлений
И подчинения, обрекая живое на шаблоны реакции:
Меж массивов мертвой информации жизни утверждение
Сродни онтологической [терр] провокации.
 

[приЗнаки ускользания]

 
мое истощение точно сумка, вымоченная в пошаговом эквиваленте/
дождя, выпростанного из-под одеяла жестом как жестокий и невыявленный/
недуг недруг; над дугами города бетонные плиты, летящие в сторону/
от горизонта и накрывающие тенями ямами ядами нами не выговариваемыми/
мысленные перевоплощения от бельевой веревки в проволочный лабиринт/
над темечком где час, и'кры, чакры, ссохшиеся рамы, держащие не-стекла/
балконов, комнат, кухонь – где черно и – тише – точно в звуках/
запутавшаяся колыбель акцентом скрипа расщепляет детство юность плоскос-/
ти,
волокна, части
знак
и
…время
 

[алфавиты]

 
Человеческое озабочено статусностью:
Альфы, беты, гаммы
Организуют структуры неодолимой стадности
В пределах подчинения программы.
Варикозное расширение пространства
Над планетарной погрешностью точно
Дыры, залатанные ментальным пьянством
И хриплыми окликами в тишину, источно.
Мои инопланетные фрустрации
В кипящем котелке доставлены на землю,
Где, причащенный присной флуктуации,
Я только бесам отрицаний внемлю.
Коптящая земля во'лит пустой анархии.
В чем тот источник, что питает плотство?
Смирение и власть – этапы иерархии:
И в святости из них нисходит скотство.
 

[облако-дом]

 
Так льнет к мостовым твоей окраины,
Пока я землю шлепаю
асфальтовою перчаткою,
Ладный космический корабль, несущий моё сердце;
Космосы каждой вселенной в паре глаз упрятаны —
На выбор сознанию быстротечному и шаткому,
Пытающему память звездную и зверьеву.
 
 
Бледные клоуны лу'ны собирали в пеналы,
Точно монетки жестя'ные,
И человеческие детали звякали в карманах неба;
Вечера отражали солнечное – алое,
От копоти и смога грязное
И со спиц его, многоокое, стекало эго.
 
 
Внебогляды постылые хватали облако
За мясца его белокожие,
Потешаясь над тихоходом;
Облако небо выло, само волоокое,
Пытаясь казаться прохожим,
И о землю брюшиной терлось, точь-в-точь белокаменный дом.
 
 
Облако'дом, облако'дым блокадом
Головы моей волнует волосы вольные,
Скользя по позвонку то ли мысль_ю, то ли мысию;
Выпрастаюсь всякого своего сознания ядом,
Останусь пред окоразным голым
И меж собою всяк-возвышенным,
 
 
будто всех августов гром.
 

[…as above]

 
Все (и каждый) находятся в одном фундаментальном поле,
Конструируют его, и, в равной мере, – подчиняются диктуемой им воле;
Космические кресты, обозначающие вселенные крайности,
Отмеряют потенциальные границы _конечной_ дуги реальности.
Время нарушает иллюзией направления пространства целостности:
Человечьи разумения размываются о грани собственной бесцельности.
Повсюду вокруг – те'ла каждого множимые продолжения
В собственной материи любое души воплощают движение.
Коды анархии прорастают пространства корнями,
Воплощая сверх самости каждого смысла яви.
Я наблюдает межзвездных туманностей перемещения,
Каждой из душ восхищая себя-воплощения.
 

[halcyohm]

 
Мы – ассасины новой эры
В песках Геи, мыслящие себя не единственным, но первым
И единым разумом, жаждущим и разнообразия, и Абсолюта:
Дефрагментации пространства и времени по ту сторону пребывания, рассудка, звука.
 

[шифры]

 
Мои инопланетяне-чужие-хранители берегут меня
От плотности воды и притяжения огня,
Отменяя каждого материального тела предел,
Сам мир, его идею, великий раздел,
Точнее, разлом между поверхностью и ее дележом,
Осуществляемый Не-Человеком с ножом,
Разделяющим плоть и ее нутро, статиста и игрока,
Разводящим брата и брата, да отсохнет его рука.
«Преступление» и вина внедрены в подсознание, близится страшный суд.
Отрицай. Thamam Shud.
Не-Человек в звездном чреве, не-мудрец, близнец,
Он двулик и в тебе не свободен.
Конец.
 

[познанная среда]

 
Реальность равна восприятию через призму субъекта;
Картина мира объективного наблюдателя введена в перспективу
Шаблона, описывающего одну из граней объекта,
Но претендующего на Абсолюта прерогативу.
Трансформация сознания прежде материи тела – необходимость;
Следуя познаваемой сиддхи – вне территории и ее границ, —
Разделяешь иллюзии Целостность и Делимость:
Объект создается множеством нервной системы как принцип.
 

[инструментарии]

 
Я – свидетель и проекция, склонная к разности интерпретации;
Виртуальная реальность, перцепция, выстроенная импульсами через химические трансакции.
Искусственный инструментарий заданной реальности постижения
Конструирует границы разума и условия невозможности их преодоления.
Кажущаяся стабильность наблюдения и восприятия
Гарантирует плоскость и её из объема изъятие.
Свойство мышления – возможность интеграции в шаблон поведения
Полученного через увеличение резкости результата наблюдения.
 

[?]

 
Отчуждение и фрагментированность – свойства стареющего мышления,
Зажатого в тесных тисках общепринятых шаблонов, не помнящих ни верного вопроса, ни предшествующего ему ответа:
Инструментарий и восприятия, предельно кодифицированные и разнесенные друг с другом – завершение
Живого соучастия движению мира в каждой его части/в каждой вибрации вне очевидной схемы абстракции: тактильности-вкуса-звука-запаха-цвета.
 

[коридоры забвения]

 
Состояниями ума
Генерируется стена;
Замкнутый коридор,
Лишенный окон и пор.
В любом направленьи пойдешь —
Так ни к чему не придешь.
Беспрекословное подчинение —
Заданные направления.
Цадик чертит окно,
Цадик молвит: темно.
Что остается вовне —
Замкнуто в этой стене;
То, что скисло во мне —
Тоньше лучины в огне.
Но если разум не спит,
Значит, огонь горит.
Цадик рисует огонь,
Шепчет огню: не тронь!
Так
За стеною пылает закат
Реальнее солнца стократ.
Я сферу агапэ-эрос храню
И тем созидаю зарю.
 

[?/!]

 
исключение бесконечности из местничества:
разведанное пространство, распыленное по сознаниям,
привлекает трехмерностью и иллюзией понимания
ограниченности каждого нового человечества.
 
 
преодоление навязанных воли и догмы
сродни выходу за пределы до'лжного круга,
как в игре детей, узнавших друг друга,
и понарошку взломавших структуру шаблона.
 
 
внешний свидетель, задавая ответы,
тасует прерывистый опыт и смыслы вопросов;
поток информации – данность и коммуникации способ
вне граней системы и полярности меты.
 

[innerglide]

 
Закрытая система, закрытая ячейка, закрытое тело, закрытый разум.
Человек – коробочное решение, генерируемое медийным экстазом.
Органы Свидетеля, воспринимающего информационные потоки,
Прописаны в новую среду цифровой эклоги.
Фантазии и памяти внешние устройства
Дают однополярность избыточного свойства.
Алчные свидетели агхори виртуальности,
Утрачивают гибкость пространства интегральности.
 
 
Множимые Я так заселяют внутренние спутники,
Дозволенных реальностей потешные отступники.