Текст книги "Секреты молодости звезд"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sekrety-molodosti-zvezd-103938.jpg)
Автор книги: Наталья Корнеева
Жанр: Здоровье, Дом и Семья
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Наталия Антонова
![](_057.jpg)
Она такая разная и на экране и на сцене. То умная и деятельная Саша – героиня чеховской драмы «Иванов», то княгиня Долгорукая – любимая женщина царя Александра II, то современная девчонка, такая, как все. А в сериале «Другая жизнь», который смотрела, не отрываясь, вся лучшая часть человечества, то есть женщины, она – Полина. Красивая, тщеславная и недобрая. Именно эта роль и сделала актрису Театра имени Гоголя Наталию Антонову известной.
Наташа, ваша героиня персонаж отрицательный, наказанный по сюжету жизнью, тем не менее за судьбой Полины все пристально следили. Как реагируют теперь на вас зрители, осуждают или нет?
– Мою Полину многие оправдывают и сопереживают ей. Женщины говорят, что все, как в жизни. Теперь мне стало трудно ездить в метро и ходить на рынок – узнают.
– При выборе профессии у вас никаких сомнений не было, вы хотели быть именно актрисой?
– Нет, я металась: то на исторический хотела идти, то на юридический. В конце концов поступила в Гуманитарный университет на культуроведческий факультет. Тогда я еще не думала, что могу стать актрисой, потому что была очень стеснительной, у классной доски боялась отвечать, а профессия актрисы – публичная профессия. Я не была публичным человеком и не стремилась быть в центре внимания. Да и родители были против. Но в 19 лет все вдруг перевернулось. Я пошла с подругой в «Ленком» на спектакль, и меня поразила на сцене молодежь – такая раскованная, смелая, красивая. Я поняла, что тоже так хочу, что тоже смогла бы, ведь я играла на гитаре и писала стихи, мне только не хватало какого-то толчка извне. И вот этот толчок произошел. Я пересмотрела тогда все ленкомовские спектакли. И еще меня поразил Евгений Павлович Леонов, которого я всегда обожала в кино, но на сцене увидела первый раз. Это было потрясающе! Через год поступила в театральное, но все равно продолжала учиться и в Гуманитарном университете, для папы.
– Странно, что у родителей была такая реакция, ведь ваша сестра Светлана тоже актриса.
– Но она моложе меня на пять лет и пошла уже по дорожке, проторенной мною.
– Когда первый раз вы увидели себя на экране, какое было у вас впечатление?
– Это было в 1996 году. В фильме о поэте Кольцове «На заре туманной юности» я играла его любимую. Премьера проходила в Доме кино. Я пригласила своих родных и знакомых. Впечатление было, если честно, не очень. По натуре я самоед и для себя – всегда бездарность, поэтому ничему не удивлялась. Родные радовались за меня, но, надо сказать, что и мама с папой достаточно критичны по отношению ко мне.
– Вы говорите, вас поразили на сцене артисты, а когда столкнулись с профессией изнутри, какой вывод сделали – трудно быть актрисой?
– Профессия трудная, но такая сладкая! Под ее влиянием я сильно изменилась: избавилась от комплексов, смелее стала, увереннее в себе и себя узнала глубже. Мне все время достаются роли, по характеру на меня не похожие. Я играю то любовниц, то разлучниц, и не будь у меня таких ролей – до конца себя так и не узнала бы, потому что заглянуть внутрь себя самой очень трудно. Каждый человек ведь старается перед собой и людьми себя оправдать. Кроме того, стала лучше разбираться в людях и понимать, что ими движет в жизни, какие у них проблемы. Острее стала интуиция, и смотреть на жизнь научилась не бытово, а иначе.
Наша жизнь очень красивая, если к ней присмотреться, и ничего случайного или ненужного в ней не бывает. Правда, когда влюбляюсь – весь мой опыт куда-то девается и мудрость тоже – и я вообще перестаю что-либо понимать.
– Любовь – это созидание или разрушение?
– Любовь такая разная бывает, очень трудно сказать определенно, что это такое на самом деле. Но я отказываюсь понимать, когда из-за любви сходят с ума или накладывают на себя руки. Не понимаю, когда ревнуют и мстят. И не верю, что от любви до ненависти – один шаг.
– У вашей профессии есть одна привлекательная сторона – переодевания в разные костюмы. В любой женщине, кажется, дремлет актриса, кто же не любит каждый день одеваться в новое, если есть такая возможность, а у вас она есть вдвойне. Вы любите переодеват ься?
– У меня и в кино и в театре много было костюмных ролей. И еще мне повезло с художниками, которые создавали эти красивые платья специально для меня. Например, в фильме «Любовь императора», где я играю княгиню Екатерину Долгорукую, у меня были платья, созданные художником Катей Михайловской. Одна из моделей была с кринолином. Ходить в таком наряде было поначалу непривычно.
– А что это такое – платье с кринолином?
– Это юбка, сделанная из металлических спиц, на которые натянута материя. По углам внизу пришиты мешочки, в которые кладется грузик металлический в виде гайки, чтобы юбка не задиралась. А поверх нее надеваются еще четыре: три нижних и платье. Вот уж не позавидуешь модницам того времени. У меня уставали ноги от такой тяжести, да еще нужно было уметь ходить, а я не сразу научилась и набивала себе синяки на лодыжках этими гаечками. А ходить нужно так: во-первых, маленькими шагами, а во-вторых, носком туфли толкать юбку вперед, иначе наступишь на подол и упадешь.
– Зато в роли Полины вы были одеты «просто супер».
– Да. Мы ездили по бутикам и подбирали вещи. Костюмы у Полины действительно были очень модные. А провинциальный наряд, в котором она приезжает Москву покорять, я сочинила сама: отыскала у себя на даче старые вещи – рубашку, шлепанцы и юбку, и художник по костюмам утвердила это. Поскольку в профессии так много возможностей выглядеть всякий раз по-разному, в разном стиле, в жизни к шмоткам я довольно равнодушна, не болею этим. Люблю одеваться так, чтобы чувствовать себя прежде всего удобно, в разную «хламидомонаду».
– Во что?
– В балахонистую, просторную одежду. Мама меня за это все время ругает, мол, ты такая стройненькая, складненькая, а одеваешься так, будто скрываешь недостатки. Но у меня и правда нет такой потребности – непременно показать, что и стройные ноги, и талия, и декольте – все в наличии имеется.
– В нынешнем сезоне в моду вошло мини. Вы мимо моды?
– Нет, не мимо. У меня в гардеробе есть мини. За модой я поглядываю, не пускаю это на самотек. Просто не люблю ездить в поисках обновки по магазинам, так жалко тратить на это время.
– Во времена Пушкина дамы носили декольте. А сейчас оголяют пупок. Как вы на это смотрите?
– Спокойно. Сейчас, кстати, и декольте в моде. У меня тоже есть короткая маечка и джинсы на бедрах, и почему бы не одеться так, если фигура позволяет? Единственное, не одобряю, когда девушки вставляют в нос, в пупок или прикрепляют на веки глаз металлические украшения. По-моему, у них какие-то проблемы с самодостаточностью. Я вообще не люблю носить украшения. Отчасти потому, что легко могу потерять, ведь во время съемок или спектакля приходится их снимать и оставлять где-нибудь, а потом забываешь надеть. И еще мне кажется, что когда женщины надевают на себя много металла – будь то золото, или серебро, или еще что-то, – то они таким образом как-то хотят привести в норму тот дисбаланс, который у них внутри. Иногда я надеваю совсем крохотные серьги, просто капельки.
– А если очень красивые украшения – произведение искусства, почему не поносить?
– Опять же в роли Екатерины Долгорукой по три пары серег меняла ежедневно.
– У вас сын, ну а если бы была дочь – наряжали бы ее?
– Девочку, скорее всего, наряжала бы, потому что у меня перед глазами пример моей подруги, у которой трехлетняя дочка с утра смотрится в зеркало и выбирает, в чем пойти в садик. И капризничает, если ей не нравится платье. Мой маленький Артем тоже иногда смотрится в зеркало и хочет понять себя, какой он, как он выглядит, но носит то, во что я его одеваю, и пока ничего не требует. Я не жалею на него денег, одеваю его хорошо и люблю покупать обновки больше ему, чем себе.
– Наташа, после родов проблемы с весом у вас были? Как вы восстанавливали форму и как можно сделать это быстро?
– До родов я была худой и очень спортивной, поэтому таких проблем у меня не возникло. Набрала всего десять килограммов. Некоторые женщины, родив, сразу перетягивают живот тугим бандажом. Я и этого не делала, потому что у меня был хороший пресс, хотя все-таки после родов я боялась посмотреть на свой живот, мне казалось, он большой.
Еще могу дать совет, как быстро похудеть после родов, – это кормить ребенка грудью. Я кормила Артема до полутора лет, он из меня все соки вытягивал.
– А как же бюст, ведь ребенок все отсосет?
– Да все нормально. Грех было бы не кормить – молока было вдоволь, да и обделять и себя и ребенка не хотелось, ведь это такое наслаждение – кормить грудью! Нужно, чтобы все в жизни было естественно.
– Посоветуйте, пожалуйста, что-нибудь эффективное для пресса.
– В театральном училище педагог по танцам учила нас не вываливать живот, держать спину прямо и втягивать зад. Великая Ваганова учила своих балерин ходить так, будто между ягодицами у них зажат пятак – это пять копеек по-старому. Нужно выработать в себе привычку держаться так всегда, тогда будет правильная осанка и не будет живота. Нужно следить за собой. И еще очень эффективно плавание и бег. При беге все группы мышц включены в работу. А если плавать, то никогда не будет живота, дряблых рук и ног, даже в старости.
– Вы сами спортом занимаетесь или просто знаете?
– Минимум четыре дня в неделю посвящаю спорту. Занимаюсь в фитнес-клубе, бегаю по утрам и хожу в бассейн. Мы с сыном ходим в один клуб. Он купается в своем лягушатнике, а я в своем бассейне. Лицо, ноги и живот быстро поправляются, а для моей профессии это плохо, поэтому нужно следить за собой все время.
– От чего еще можно быстро похудеть?
– Не есть на ночь. Нужно взять себе за правило – после 7 вечера ничего не есть. Я, например, запрещаю себе есть после спектакля. Голодная играть не могу, некоторые артисты, наоборот, предпочитают играть налегке, у меня же не будет сил, поэтому за час до спектакля я ужинаю. Еще нужно исключить из рациона картофель и все мучное. Ну и, конечно, сладкое. Безумно люблю шоколад, но ограничиваю себя. Если жить в таком режиме, то пять килограммов за неделю сбросить вполне реально. И появится такая легкость внутри, и смысл, ради чего все это делаешь, почувствуешь тоже.
– У вас существует какая-то диета?
– Раньше я ела преимущественно фрукты и йогурты и считала, что это как раз самое что ни на есть здоровое питание. А потом возникли проблемы с поджелудочной железой. Врач мне сказала, что я истощена и чтобы я исключила все кисломолочные продукты и начала есть мясо и рыбу. Времени нет на обед, и я думала, что ничего страшного, если перекушу кусочком сыра или йогуртом. Самое идеальное, конечно, раздельное питание, но иногда в холодильнике просто не оказывается нужных продуктов и комбинируешь из того, что есть, а, например, рыбу с рисом есть нельзя, нельзя есть и картошку с мясом.
И нужно побольше пить жидкости: соки, минеральную воду, зеленый чай. Единственное, от чего не могу отучить себя, так это от кофе. Знаю, что вредно, но просто не могу без него жить. Когда утром встаю, выхожу на кухню, а на столе стоит баночка с кофе – настроение сразу поднимается, самочувствие улучшается, значит, день задался. Пью кофе большими кружками, но, правда, с молоком.
– Наташа, вы сказали о своей профессии, что она сладкая, это без лукавства?
– Сладкая она, когда есть работа. Когда работы нет – то депрессия. Много работы – кажется, свалюсь, не дотяну, ну когда же выходной – но не болею. А как только без работы – так заболеваю. В году один месяц обязательно оказывается пустым, и тогда у меня внутри возникает острое ощущение, как перед прыжком. Я накупаю кучу всякой косметики из жалости к себе или ударяюсь в спорт, до изнеможения. Иногда плачусь в жилетку маме или мужу. Иногда думаю: «Буду бабушкой, тогда и отдохну». И мне рисуется такая картина: сижу на даче в нашем старом саду, в кресле, а вокруг меня многочисленные внуки. А то вдруг возникает паника: мне уже скоро тридцать, а потом сорок – и жизнь кончена! Смешно, конечно, но это, прежде всего, связано с ролями, которые ждешь и не знаешь, дождешься ли.
– Сейчас снимается так много сериалов, что, кажется, жизни не хватит все переиграть?
– На самом деле актерская судьба – это лотерея. Я, например, думать не думала, что мне выпадет такая удача – сыграть Екатерину Долгорукую. Бывает, кто блистал в институте – оказался после окончания невостребованным, а кто был серой мышкой – наоборот, пошел и делает карьеру. Ничего наперед не известно. Когда подкатывает страх, я говорю себе: «Все будет!» Нужно притягивать к себе успех и много работать. Мне кажется, в каждой женщине заключена огромная сила притяжения, и если она будет настраиваться только на позитив, то любое ее желание, любая мечта может исполниться.
Со стороны кажется, что эта профессия сплошной праздник. Фестивали, премьеры, интервью…
– Это только мгновения. А все остальное – работа. Самый кайф для меня, когда меня ждут на съемочной площадке, это – счастье.
– Наташа, мы все о работе да о работе. А о личном?
– Недавно у меня родился второй ребенок, сын. Самый глубокий смысл жизни заключается даже не в работе, а в детях. Они – наше продолжение, они – самое большое чудо, какое только бывает на свете.
Алена Хмельницкая
![](_067.jpg)
Актриса Алена Хмельницкая свою карьеру в кино начала с фильма «Сердца трех», но сегодня ее все знают и по другим работам – фильмам ее мужа, кинорежиссера Тиграна Кеосаяна, таким, как «Ландыш серебристый», «Внучка президента», «Мужская работа-1», «Мужская работа-2», а также по сериалам «Марш Турецкого», «Русские амазонки», «Остановка по требованию-2», «Ундина».
– Алена, когда вас спрашивают «как дела?», что вы обычно отвечаете?
– Обычно отвечаю «замечательно», если люди больше ничего не хотят от меня услышать. А дальше – по обстоятельствам: близкий человек меня об этом спрашивает или посторонний. И в зависимости от этого уже следуют подробности, так ли все замечательно на самом деле. Это не то чтобы какая-то форма защиты от внешнего мира и желание закрыться, сказав: «Все замечательно, все о'кей», – чтобы поскорее убежать, нет. Я жизнерадостная от природы и не очень концентрируюсь на плохом. Стараюсь во всем увидеть больше хорошего. Плохое, конечно, тоже вижу, но стараюсь обойти.
Видимо, с таким характером легко решать проблемы?
– Мне повезло. Решать проблемы в одиночку почти не приходилось. Сначала была рядом семья, в которой я выросла, а потом уже появилась моя собственная семья. Я живу в окружении родных и близких. Например, до сих пор еще в добром здравии находится моя бабушка, которой уже 90 лет. Это мамина мама. Я помню и прабабушку, которая дожила почти до ста лет.
– Алена, раз у вас такая наследственность, то вероятно, что и вы можете прожить не менее ста лет, а может, и более. Ведь академик Мечников считал, что люди живут слишком мало. На самом деле человек может легко дожить до ста пятидесяти лет. Но это, конечно, при соблюдении ряда условий: образ жизни, питание и прочее. Но генетически у вас такой шанс есть. Интересно, чем вы будете заниматься, когда вам стукнет сто лет?
– Мне трудно пока об этом задумываться, гораздо важнее для меня, чем я буду заниматься завтра. И потом, я другая, я не похожа на свою бабушку. И образ жизни у меня другой. Бабушка всю свою жизнь посвятила семье. Сначала своим детям, затем внукам, сейчас уже растит правнучку, мою дочку Сашу. Даже Тигран воспринимает ее как свою собственную бабушку, а она называет его «мой внучатый зять».
В молодости бабушка попробовала было пойти работать, а через месяц дома все сошли с ума, потому что семья держалась на ней. Но бабушка не приносила себя в жертву семье, она действительно всю душу всю себя нам отдавала. Я же существую для работы.
– Вот именно: занимайся тем, к чему у тебя призвание, и проживешь долго.
– Да, но хорошо бы еще и до конца себя понять, что именно тебе нужно. Некоторые умеют менять род занятий себе во благо, принимая порой кардинальные решения. Я же стабильна.
Правда, однажды тоже попробовала свои силы в другом деле: около трех с половиной лет была исполнительным директором бутика. На определенном этапе мне это очень нравилось. Интересно было ездить в разные страны, выбирать коллекции одежды, продавать. И так приятно, когда у тебя покупают, когда угадываешь, что людям нужно. Но на этом творчество заканчивалось и начиналась рутина – бухгалтерия и головная боль, куда девать то, что не продалось. Слава богу, я быстро поняла, что это не мое, зато узнала что-то новое. И хорошо, что параллельно с этим снималась в кино, так что все прошло безболезненно.
– В вашей профессии нет рутины?
– Самое страшное в актерской профессии, наверное, ожидание. Постоянное ожидание ролей. Для меня это самое ужасное. Мало что можешь сделать для себя в этой ситуации. Можно, конечно, аккумулировать вокруг себя всякие идеи, заниматься своей карьерой, действовать, а не ждать, если умеешь это делать. Я же по натуре фаталист, поэтому инертна. Я жду предложения, а дальше уже сделаю все, что от меня зависит. И кроме одного – постоянно находиться в хорошей творческой и физической форме – не представляю, что могу сделать еще.
– Но вы получаете все же удовольствие от того, чем занимаетесь, или все куда сложнее?
– И просто и сложно одновременно. Во-первых, я училась, я хотела быть актрисой, поэтому профессию свою воспринимаю как данность. Это моя специальность. Но тем не менее отношения у меня с ней сложные: все очень непостоянно, нет тыла, нет уверенности в завтрашнем дне. Если в театре – а одно время я служила в театре – все-таки какая-то стабильность – постоянное место, куда ты ежедневно приходишь, репертуар, привычка, то жизнь свободного художника, которую я теперь веду, совершенно от меня не зависит. Временами меня это просто бесит. Ужасно зависимая у меня профессия. Когда есть возможность что-то воплотить в жизнь, у меня появляется уверенность в себе, но выразить себя до конца почти невозможно. И тогда становится обидно и возникает беспокойство, и я даже задумываюсь, правильно ли я живу.
Вы сказали, что у вас в профессии нет тыла, но ведь муж, Тигран Кеосаян – кинорежиссер? Разве это не тыл? Он мог бы вас снимать.
– Он сам мучается! Конечно, у него возможностей больше, чем у меня, но у него столько замечательных идей, которые он не может реализовать. У нас с ним совершенно нормальные отношения в смысле творчества. Если у него что-то получается, я рада за него, если у меня – он за меня радуется. Конечно, было бы идеально, если бы он меня снимал, как снимал свою жену Любовь Орлову режиссер Александров, как Колосов – Касаткину, Панфилов – Чурикову. Я только «за», потому что так, как тебя знает твой любимый и близкий человек, который поможет тебе раскрыться, и как ты его знаешь – лучшего придумать невозможно. Но, когда Тигран снимает кино, я никогда не ставлю ему условие, чтобы он кино делал под меня. От этого он только проиграет и я ничего не выиграю, а люди будут говорить: «Муж снимает жену». Нужно, чтобы все совпало: замысел режиссера, роль, которая действительно будет моя.
– Алена, как вы стали актрисой?
– Хотите сказать, как меня угораздило? Моя мама, Валентина Савина, была солисткой кордебалета Большого театра. Она часто брала меня в театр. Но балет меня не манил, а однажды, когда она с Владимиром Васильевым ставила хореографию в ленкомовском спектакле «Юнона» и «Авось», взяла меня на репетицию. Ленком меня поразил. Мне было десять лет тогда, и я поняла, что ужасно хочу быть актрисой. Цель была поставлена.
– Как вы познакомились с Тиграном?
– Поскольку мы вращались в одном и том же актерском кругу, который довольно тесен, то уже были знакомы. А отношения у нас начались однажды, когда Тигран случайно встретил меня на улице и пригласил сниматься в рекламе, которой он тогда занимался. Я, конечно, согласилась, интересно. С этого все и началось. Вскоре мы стали жить вместе.
– Много поклонниц пришлось «разметать» на пути к сердцу Тиграна?
– Ни мне, ни ему совсем не пришлось никого «разметывать». Между нами не было недомолвок, никакой интриги. Безусловно, у каждого из нас было какое-то прошлое, ведь нам было не по семнадцать лет, когда мы встретились, но он сумел меня оградить от всего, и мы ничего друг от друга не скрывали. Конечно, если спросить его, он наверняка скажет, что я его захомутала, такого красивого и свободного (смеется). Но это не так.
– Вы вошли в легендарную семью Кеосаяна-старшего, автора замечательного приключенческого фильма «Неуловимые мстители». Как вас приняли в этой семье? Что за человек был ваш свекор?
– Меня очень хорошо встретили, когда первый раз Тигран привел меня домой к родителям. Помню, у них были гости. И мама, и папа Тиграна отнеслись ко мне как-то сразу серьезно. К сожалению, всего только полтора года я знала свекра, он рано от нас ушел. Жаль, что он не увидел внучки, которую очень ждал. Я была в положении, когда его не стало. Это был настолько интересный человек, завораживающий своим темпераментом, обаянием. Где бы он ни появлялся, под его обаяние попадали сразу все. Обаял он и меня. Это был талантливый человек, очень щедро одаренный человеческими качествами. Личность.
– Правда, что свой фильм «Бедная Саша» Тигран посвятил дочери?
– Да.
– Почему?
– Потому что она как раз родилась, когда он начал снимать картину. Фильм сначала назывался «Девочка и вор». В процессе работы стали обсуждать детали, кто-то спросил: «А как будут звать девочку?» Стали думать как. А Тигран сказал: «Саша». Так появилась «Бедная Саша». Она любит этот фильм, часто его смотрит.
– Многие сейчас жалуются на тяжелую жизнь. Похоже, что люди разочаровались в своих идеалах. У вас есть идеалы?
– Есть. Это те вечные истины, на которых меня воспитывали в семье. Дело ведь не только во времени, но еще и в людях. Как раньше хорошие люди были и в идеалах того времени тоже много было хорошего, так и сейчас. Меня в жизни поддерживает то, что я привыкла верить в людей. Конечно, я часто обманываюсь, а потом заново очаровываюсь. Но от обмана не становлюсь злее и жестче. Когда сталкиваешься с чем-то жестоким и страшным, еще сильнее ценишь жизнь, хочется еще сильнее любить своих родных, больше говорить им приятных слов и делать для них что-то хорошее. Нас с Тиграном окружают хорошие друзья, которые думают и чувствуют одинаково с нами, поэтому нам с ними хорошо.
– Что вы любите читать?
– У нас очень много книг, и Тигран все время покупает новые. Он так любит читать, что его можно было бы назвать книгоголиком. Мне в этом смысле повезло: он читает все, а я вслед за ним – только хорошее. Мы очень любим Довлатова, сейчас мне нравится Улицкая. Часто тянет перечитать классику. Мы интересуемся творчеством Димы Липскерова, он наш приятель.
– Вы сказали, что живете для работы. А как жили ваши родители?
– Отец Александр Хмельницкий, солист балета, и мама все время работали. Растила меня бабушка. Я не то чтобы не видела своих родителей и была брошена, нет, все свободное время они посвящали мне, но у меня перед глазами в их лице все время был пример святого отношения к работе.
– Когда вы выйти замуж;, Тиграм не захотел посадить вас дома?
– Думаю, что, когда мы познакомились, уже тогда он, наверное, понял, что сажать меня дома – да он на самом деле этого и не хотел – абсолютно бессмысленно, я становлюсь тогда просто невыносимой для окружающих и для себя самой. А когда я на работе – все успеваю и настроение нормальное, и депрессии не бывает.
– Когда вы снимаетесь, то заняты каждый день до позднего вечера. Муж; часто звонит и спрашивает: «Когда придешь домой?»
– В пределах разумного, раза два за день, не чаще.
– А вы сколько раз в течение дня звоните ему?
– Если я не занята, могу доставать его достаточно часто, а если же при деле, то реже, раза два-три всего.
– Скучно без него?
– Конечно!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?