Читать книгу "Горничная для Мажора"

Глава 7

Марк

Сажусь в тачку, смотря вслед торопливо убегающей девушке. И тут до меня доходит, что я даже имя у нее не спросил. И по хрену. Никогда ни за кем не бегал и не надо было начинать. Не мое это. Не люблю баб, которые набивают себе цену. Все стоят одинаково, переплачивать эмоциями я не готов.

Ну не спускать же ей с рук такие вольности.

В порыве снова хочу выйти и догнать девушку, но торможу себя. Опускаю спинку сиденья ниже, ложусь, прикрываю глаза, затягиваясь вейпом и заполняя салон густым вишневым дымом.

Зацепила, да. И вроде ничего в ней такого нет. Маленькая, миниатюрная, курносая, симпатичная, милая, как котёнок.

А когда меня привлекали котята?

Меня вставляли пантеры. Хищные. Да я в общем не парился. Главное, чтобы красивая, с фигурой и безотказная. Об остальном мне в ломы париться. Зачем тратить время на ухаживание, когда вокруг полно доступных? Да я, в принципе, никого не добивался. Все приходили в мою постель сами. С удовольствием и энтузиазмом. Смазливое лицо, статус и деньги этому способствовали.

Так зачем мне этот котенок?

Незачем. Бегать не буду.

Но все это почему-то бесит.

Отстань…

Окей, я два раза не подкатываю.

На панели вибрирует телефон. Смотрю в монитор, еще раз глубоко затягиваясь сладким дымом.

Милана.

Не отвечаю, снова прикрывая глаза.

Она сказала не подходить к ней. И я не подхожу. Надо думать над своими заявлениями. Да мне в целом плевать на Милу. Последнее время она меня больше раздражала, чем привлекала.

Телефон снова вибрирует, с психом срываю его с панели, чтобы занести Милану в чёрный список. Больше всего напрягает, когда бабы навязчивые. Но это не Милана.

Отец…

У нас прохладные отношения. Нет, раньше было хуже. Напряжение с моей стороны. Он много мне должен. И я сейчас не о деньгах. Деньгами он откупается щедро. Только не получается. Это неравнозначная цена.

Сейчас я остыл. Может, спустя время стал более сдержанный в эмоциях. Поэтому сейчас прохладно…

– Да, – отвечаю, ставя на громкую связь. Привожу кресло в вертикальное положение, завожу двигатель.

– Ничего не забыл? – в его голосе холодная претензия. Я привык, он всегда так со мной общается. Демьян Ростиславович ставит себя выше всех независимо от родства.

– Нет, – тоже холодно отвечаю я, медленно выезжаю со двора, замечая девушку, которая выходит из супермаркета. Расстроенная, озадаченная, что-то листает в телефоне, не смотря под ноги.

– Мы приглашали тебя на семейный обед. Ты обещал быть, – предъявляет отец. Семьей он называет себя и свою молодую жену. Очень молодую, почти мою ровесницу. В принципе, ничего удивительного для человека с его статусом. Рано или поздно зажравшиеся дяденьки начинают трахать девочек, годящихся им в дочери. Только умные дяденьки не женятся на них и не притаскивают в свой дом. А мой отец сыграл в благородство. Только где было его гребаное благородство, когда он сослал меня с матерью за границу, чтобы не мешали ему жить?!

– Обещал, значит, буду, – отзываюсь я.

Останавливаюсь на выезде со двора, пропуская машину, кидаю взгляд в зеркало заднего вида и вижу, как девушка, которая недавно меня послала, сидит на асфальте и морщится, держась за щиколотку. Ее телефон и рюкзак валяются рядом.

А потому что надо под ноги смотреть. Растяпа.

И вот мне бы наплевать, встанет, вон какая-то бабка уже жалеет убогую.

Меня же попросили отстать!

– А ничего, что обед сегодня? – иронично спрашивает отец.

Бля… Забыл. Смотрю на часы. Да, сегодня, сейчас.

На самом деле не забыл, а скорее забил. Я последнее время не живу в отчем доме, дабы не портить семейную идиллию своим нелицеприятным видом и ядом, которым из меня сочится. Это когда мне было пять лет, я ждал отца, как бога, и верил в семью. В ссылке, в Европе. А сейчас поздно уже прививать мне семейные ценности.

– Да ничего, я думаю, вы не расстроились моему отсутствию, – так же иронично произношу и выхожу из машины помогать убогим. Чувствую, причитание бабки никак не помогает.

– Марк… – устало выдыхает отец. – Ты вроде уже взрослый мужик, веди себя подобающе.

– Да ну прекрати, какой из меня мужик, когда отец в меня не верит.

– Не начинай, ты прекрасно знаешь почему.

– Все, некогда мне, пойду сыграю в супермена, спасу убогих, – обрываю его тираду, сбрасывая звонок.

Подхожу к девушке на асфальте, она пытается неуклюже подняться, морщась.

– Молодой человек, – обращается ко мне старушка. – Помогите девушке.

Девочка поднимает на меня глаза и тут же сжимает губы, пытаясь сделать вид, что с ней все нормально. Поднимаю с асфальта ее телефон, прячу у себя в кармане, беру рюкзак, вешая себе на плечо. Наклоняюсь, подхватываю девушку на руки.

– А! Что ты делаешь? Просто поставь меня на ноги, – пищит она.

– Уверена? – ухмыляюсь, ставлю ее на ноги.

– Ай, – поджимает больную ногу, хнычет.

Цокая, качаю головой, снова поднимаю ее на руки. Уже не дергается.

– Держись! – рявкаю на нее, потому что она не знает, куда деть руки. Послушно обхватывает мою шею холодными руками. То-то же!

– Посади ее на лавочку. Девочке в травмопункт нужно, – тараторит под ухом старушка. – Я сейчас скорую вызову.

– Не надо, я сам ее отвезу.

– Отвези, отвези. А то этих пока дождешься, помереть можно, – причитает старушка. – Какой хороший мальчик, – уже кричит мне в спину, когда я одной рукой открываю заднюю дверь машины.

Не хороший я. Не супермен. Все это скорее из корыстных побуждений. В трусы я вашей девочке хочу залезть, поставить галочку, поиметь за то, что посмела меня отшить, удовлетворить похоть и забыть. Как-то так… А не вот это все, что вы подумали.

Сажаю девушку на заднее сиденье, захлопываю дверь, обхожу машину и тоже сажусь на заднее с ней рядом. Девушка дышит глубоко, кусая губы. Ее грязная куртка испачкала мой кожаный бежевый салон. Любую другую убил бы, заставив чистить салон. Машины я люблю больше девок. Но не в этот раз… Надо же чем-то жертвовать ради цели.

– Имя? – спрашиваю я.

– Что?

– Я спрашиваю, как тебя зовут.

– Влада, – растерянно сообщает она. – Ай, – вскрикивает, когда я беру ее повреждённую ногу и кладу себе на колени. Расстёгиваю ботинок, пытаясь аккуратно его снять. – Что ты делаешь? – с возмущением спрашивает она. Сглатывает, глубоко вдыхает. Больно.

– Пользуюсь моментом, бл*дь, сейчас трахну тебя, пока ты беспомощная, – откидываю ее грязный ботинок на пол.

– Что? – распахивает глаза, пытается дернуть ногой, но тут же стонет, сжимаю ее ногу выше в месте, где нет травмы, не отпуская.

– Ничего, – качаю головой. Надо же было запасть на такую идиотку.

Влада замирает, когда я аккуратно снимаю с ее ступни носок. Щиколотка распухла.

– Можешь пошевелить пальцами?

Пробует, морщась, но пальчики шевелятся. Аккуратно прощупываю ее щиколотку.

– Ничего страшного, просто небольшой вывих. У меня таких была куча, когда занимался дзюдо. Но рентген нужно сделать, – сообщаю я, вынимая из кармана ее телефон. Экран треснул. Отдаю ей, аккуратно опускаю ее ногу на сиденье, выхожу из машины, пересаживаясь за руль.

Завожу двигатель, выезжая на трассу.

– Мы куда?

– Ну как куда? Насиловать тебя везу, – ухмыляюсь.

– Я серьезно! – фыркает. Пришла в себя. Перелома точно нет, раз включила язву.

– О, голову включила. В травмпункт мы. Или ты против?

– Нет, – уже спокойно произносит. – Спасибо, – выдыхает.

– Не нужно благодарностей, я же не за просто так тут в супермена играю.

– Гад!

– Еще одно оскорбление в твою копилку. Заметь, опять безосновательное. Ты мне уже много должна.

Глава 8

Марк

– Я сама, – противится Влада, когда я снова пытаюсь поднять ее на руки.

– Ну давай, – закатываю глаза.

Никак не могу понять, зачем вот эта демонстрация самостоятельности. В отличие от привычных мне женщин, Влада не сдается, даже когда это необходимо.

Отхожу на шаг, затягиваюсь вейпом, наблюдая со стороны, как Влада пытается натянуть носок. Долго возится, потому что ей больно шевелить ногой, с горем пополам справляется. А вот с ботинком проблема, он не налезет на ее распухшую щиколотку. Даже если Влада умудрится его натянуть, то идти сама вряд ли сможет. Я знаю, что такое растяжение. Но даю ей возможность оценить свои силы и, наконец, сдаться мне.

Усмехаюсь, когда Влада откидывает ботинок и горько вздыхает, поднимая на меня глаза.

– Все? Приступ самостоятельности закончился? – интересуюсь я. Забавно наблюдать за тем, как ломается ее упрямство.

– Да, – поджимает губы.

Прячу в кармане вейп, подхожу к девушке, подхватывая ее на руки. Захлопываю дверь ногой и несу девочку в клинику.

Мурашки по коже от касания ее пальцев к моей шее. От нее пахнет сладкой карамелью. Вкусно. Съем я тебя, Карамелька, даже не подавлюсь. Хочу. Вставляет меня ее поцелуй. Мне неожиданно зашли эмоции.

Заношу Владу в помещение.

– Это платная клиника? – шёпотом спрашивает Влада.

Киваю, иду на ресепшен.

– Стой, – снова шепчет. Ее губы нечаянно касаются моего уха. Меня неожиданно накрывает волной легкого возбуждения.

Ох, Карамелька, я не принц, расплачиваться за мое благородство придётся в постели. А я тебя туда уложу. Я умелая сволочь. Могу, когда захочу.

– Снова приступом самостоятельности накрыло? – усмехаюсь я.

– Можешь отвезти меня в простую государственную травматологию?

– А в чем проблема? Кайфуешь от грязи, очередей и бомжей вокруг?

– Нет там ничего подобного. Ну пожалуйста, – хнычет.

– Да в чем проблема? – не понимаю я. Подхожу к регистратуре, игнорируя ее пальчики, которые сжимают мое плечо. Придумала мне тут. – Девушка, нам срочно нужен травматолог и рентген.

– Острая боль?

– Нет… – мямлит Влада.

– Да! – перебиваю ее. Что за тяга к мазохизму?

– Да, конечно, проходите на рентген, документы оформим потом.

Вот поэтому мы в частной клинике, а не в каком-нибудь гадюшнике.

– Левое крыло, двадцать девятый кабинет, – указывает направление.

Киваю, несу Владу туда.

– Сколько это стоит? – спрашивает она.

– Не расплатишься, – усмехаюсь. Ах вот почему ей здесь не понравилось. Так денег с женщин не беру. Мне нужны вещи намного ценнее.

– Я серьезно! – шлепает меня по плечу.

– За побои тоже с тебя спрошу, – оскаливаюсь ей в лицо. Влада закусывает нижнюю губу. Скоро я сам искусаю эти губы. – Стучи! – велю ей я, останавливаясь возле нужной двери. Послушно стучит в дверь.

– Входите! – раздаётся по ту сторону двери.

– Отпусти меня, я сама уже допрыгаю, – шепчет мне.

– Нет, – немного грубо отрезаю я, мне надоело отшучиваться.

Толкаю дверь, заношу девочку в кабинет.

– Нога? Щиколотка? – интересуется мужчина в белом халате.

– Да, – киваю.

– Сажайте на кушетку и подождите в коридоре.

Опускаю Владу, разворачиваюсь и выхожу. Жду.

Усмехаюсь сам себе. Охренеть. Не настолько я ее хочу, чтобы таскать на руках. Но… В общем хочется и все. Совести у меня нет, поэтому не с чем договариваться.

Крейзи звонит. А вот тут я вспоминаю, где на самом деле должен быть через полчаса.

Бля. Отшибла мне все мозги эта Карамелька. Идиот здесь походу я.

– Да?

– Демыч, ну ты где? Почему я должен ждать тебя, как телку?

– Саня, я не приеду, не успею. Небольшой форс-мажор, – просматриваю на часы. И вот мне бы оставить Владу тут. Все, миссия закончена. Страждущие спасены. Она в клинике, позвонит родственникам, приедут за ней. Но, бля… Хочу награду за спасение.

Что я, просто так тут благородство изображал?

И потом, девочка испугалась, что клиника платная. Я же ни хрена не знаю ни о ней, ни о ее семье. Может, это дорого для них. Здесь, наверное, недешево. Я не могу адекватно оценивать стоимость. Моя планка дороговизны завышена. Поэтому кинуть я девочку сейчас не могу. Выбираю для себя самую адекватную причину, потому что все остальные запредельные для меня.

– А что случилось?

– Да так… Потом расскажу.

– Дёмыч, ты понимаешь, что Кот тебя нагнет? Он же подумает, что ты очканул.

– Да похрен, пусть так. Я все равно сделаю его в следующем заезде.

– Бля, только не говори, что ты с бабами, – сокрушается Саня.

– Ну почти, – закусываю губу.

– Бля, про*бать заезд из-за телки… Не разочаровывай меня.

– Да говорю же, форс-мажор. Все, в следующий раз, – сбрасываю звонок, потому что Владу уже на каталке вывозят из кабинета. – Вы куда? – интересуюсь я.

– К травматологу.

Девочка снова скрывается за дверьми кабинета.

Вот что я здесь делаю?

Ладно. Снимаю куртку, падаю на диван возле ресепшена, ухожу в телефон.

– Может, воды или кофе, пока ожидаете? – предлагает мне девушка в белом халатике.

– Можно капучино.

Девушка выходит из-за стойки. А халатик у нее нереально короткий. Засматриваюсь на упругие бедра и красивые ноги. И нет, я ее не хочу. И между нами никогда ничего не будет. Мало того, брюнетка не в моем вкусе. Но мужчины так устроены. Если женщина открыто демонстрирует себя, с помощью короткой юбки обтягивая зад, вольно-невольно полюбуешься. Так работает со всеми мужчинами, никто не исключение. Просто кто-то смотрит в открытую, а кто-то нет.

Владу вывозят минут через двадцать. На щиколотке специальный пакет со льдом. Поднимаюсь с места.

– Ну что там?

– Ничего страшного. Небольшой вывих и растяжение. Холод по пятнадцать минут, покой и тугая эластичная повязка, либо специальный фиксатор, можно приобрести у нас. Мази и обезболивающее я выписал, – сообщает мне врач, кивая на листок в руке Влады.

– Хорошо.

– Не болейте, не падать больше, смотреть под ноги. Повторный прием через неделю, – наказывает травматолог и удаляется. Пытаюсь забрать у Влады листок с назначением, но она не отдаёт. Бумажка натягивается в наших руках. Выгибаю брови?

Девочка не отвечает, вырывая из моих пальцев листок, отворачивается без комментариев. На лице вселенская тоска.

– Болит? – интересуюсь я.

– Нет, мне сделали обезболивающее, – отвечает, не смотря на меня. Вот и благодарность за заботу. Я, может, ради нее тут забил на обед с отцом, послал на хрен друга и пропустил принципиальный заезд.

– Давайте рассчитаемся, – разворачиваюсь к девушке на ресепшене.

– Да, конечно, можно паспорт девушки? – улыбается она. Разворачиваюсь назад к Владе.

– В рюкзаке, – тихо сообщает она, поглаживая пальцем треснутый экран телефона.

– Сейчас вернусь.

Иду к машине забирать её рюкзак. По дороге бесцеремонно раскрываю его и нахожу паспорт. Ничего криминального внутри нет: учебник, пара тетрадок, косметика, кошелек, меня не смущают даже прокладки.

Влада распахивает глаза, когда я отдаю ей рюкзак, оставляя у себя только паспорт. Но не комментирует, поджимая губы.

Оформляем ее визит. Решетова Владислава Евгеньевна. Скоро исполнится девятнадцать – зачем-то запоминаю дату. Через месяц мы явно уже разойдёмся по разные стороны, но… Заглядываю в прописку и адрес тоже запоминаю. А вдруг.

Мне протягивают чек к оплате, прикладываю карту.

– А у вас есть фиксатор и мази, которые нам выписали?

– Да, конечно, аптека справа от входа.

Разворачиваюсь, впихиваю в руки Влады паспорт, внаглую вырываю у нее из рук назначение и молча иду в аптеку. Ну хочется мне сегодня впечатлить девочку. Не привычно коктейлями в клубе, а заботой. Пусть останется в долгу.

Покупаю все нужное, возвращаюсь с пакетом.

– Ну что, поехали, отвезу тебя домой.

– Домой… – как-то обреченно вздыхает девочка.

– Ну не хочешь домой – поехали ко мне, – подмигиваю ей.

– Марк, дай мне чек, – просит она.

– Какой чек? – присаживаюсь рядом с ней на диван.

– Марк, сколько это стоило? Я переведу тебе деньги.

– Нет, деньгами не возьму.

– Марк, спасибо тебе большое, но отдай мне чек! – нервно настаивает она.

– Да нет чека, – вынимаю из кармана бумажку и демонстративно ее разрываю.

– Девушка! – окрикивает она. – Сколько это стоило?

Девушка открывает рот, но я ее перебиваю:

– Не смейте говорить.

Девушка усмехается и отворачивается от нас, занимаясь своими делами.

– Марк, так нечестно.

– Конечно, нечестно. Я тут в рыцаря играю, но не вижу своей заслуженной благодарности. Только оскорбления.

– Когда я тебя оскорбила? – распахивает глаза.

– Только что, когда пожелала вернуть мне деньги.

– Марк… – выдыхает, опуская глаза.

– А принципиально обсуждать это все здесь? – обвожу руками клинику. – Поехали.

– Ты поезжай, а за мной позже приедут, – отмазывается она, начиная что-то листать в телефоне.

– Кто приедет? Родители? Я подожду с тобой.

– Нет. Поезжай. Мне нужно позвонить…

Я бы свалил, конечно, но что-то мне совсем не нравится февраль в ее голосе. Такой убитый тон, словно она обречена.

Глава 9

Владислава

Домой…

Нет у меня дома. Некуда мне ехать.

Кому я нужна?

Закрываю глаза, пытаясь справиться с эмоциями. Я и правда идиотка. Умудрилась упасть и подвернуть ногу. Несколько дней точно не смогу полноценно ходить. Идти к Маше – не вариант, ее мама меня здоровую не очень жаловала, а больную тем более. И я не обижаюсь, это чужой дом и чужая семья. Карта Михаила оказалась заблокирована. Предсказуемо. Поводок затягивается. Не прошло и пары дней, как я вынуждена к нему вернуться. Словно все чудесным образом спланировано. И выбора у меня нет. Совсем.

Можно заложить серёжки, цепочку и снять ту комнату, но я не могу даже встать с места.

Самое время порыдать.

Марк, как назло, не уезжает. Не могу при нем обнажаться и показывать слабость.

Не хочуууууу!

Не хочу возвращаться к Михаилу!

Сглатываю, поглаживая экран телефона. Треснул. Как и моя жизнь. В одночасье.

Маша звонит. Поднимаю глаза на Марка. Я достала его уже, наверное. Раздражение отражается в его глазах. И мне так стрёмно от этого. Он ничего мне не должен. Но если бы не он…

Марк молча вынимает электронную сигарету и выходит на улицу.

– Да, Машуль, – отвечаю на звонок. Мне вдруг резко становится не по себе. Глаза щиплет от подступающих слез.

Ну почему… Почему все это со мной происходит?

– Ты где? Я домой уже хочу, – капризно произносит подруга.

– Ты поезжай, Маш. Спасибо, что не отказала, но я возвращаюсь к Михаилу, – выдыхаю.

– В смысле? Ты почему так быстро сдалась? – возмущается она. – Ты из-за моей мамы? Не обращай внимания. Папа не против. А ну-ка быстро подходи к кафе, я уже вызвала нам такси! Мы что-нибудь придумаем, – усмехается подруга.

– Маш. Дело не в этом… – выдыхаю я. На меня косится женщина из регистратуры. Правильно, я сижу тут, как неприкаянная. Оказалось, очень страшно остаться без жилья и средств к существованию… – Маш, я ногу подвернула. Сейчас в клинике.

– Ого! Как ты умудрилась? В какой ты клинике?

– Потому что дура неуклюжая! – ругаю саму себя. – Не нужно приезжать. Меня уже осмотрели и все сделали. Я позвоню Михаилу, он заберёт меня.

– Ну подвернула и подвернула. Что теперь. Хромую я тебя тоже люблю.

– Маш, ты не понимаешь. Я ходить пока нормально не могу, мне ближайшие дни нужен покой. Кто за мной будет ухаживать? – всхлипываю, осознавая всю свою беспомощность.

– Ооо… – только и может сказать подруга. Ну а что она сделает?

– Я ведь комнату почти нашла… А теперь…

– Нет, подожди, ну давай что-нибудь придумаем.

– Маш, ну что мы придумаем? Денег нет. Все, что было, я сейчас отдам за клинику. Жилья нет, работы нет, и еще моя беспомощность… Я телефон еще разбила… – но говорю я уже в отключающийся телефон. Батарея разрядилась. Хочется кинуть его на глянцевую плитку, чтобы разлетелся к чертовой матери.

– Все? Наговорилась? – вздрагиваю от голоса Марка позади меня. Оборачиваясь. Стоит рядом, упираясь ладонями в спинку кресла-каталки. – Поехали.

Разворачивает меня и везет на выход.

Прихожу в себя, только когда он подкатывает меня к своей машине.

– Стой! Можешь дать телефон? Я позвоню, и меня заберут, – торможу его порыв снова подхватить меня на руки.

– Кто заберет? – прищуриваясь, спрашивает он.

– Родственник.

– Тот Михаил, к которому ты не хочешь ехать?

– Ты подслушивал? – распахиваю глаза.

– Да, – кивает. – Идти тебе некуда. К родственнику, как я понял, ты совсем не хочешь, с квартирой обломалась. Так что поехали.

Внаглую выхватывает из моих рук рюкзак, пакет из аптеки и закидывает все на заднее сиденье. Подхватывает меня на руки и сажает уже на переднее сиденье, захлопывая перед моим возмущенным лицом дверь.

– Куда ты меня везешь? – спрашиваю, когда он садится за руль.

– Ко мне домой.

– Нет, так нельзя.

– Можно, – ухмыляется. – Все, успокойся. Утомила меня за сегодня, – отмахивается он.

Понимаю, возится тут со мной полдня.

– Спасибо за помощь, но все… – сдуваюсь. – Я не могу поехать к тебе.

– Да что ты такая неугомонная-то? Окей. Как я понимаю, тебе негде жить? Так?

– Так.

– А я сдаю комнату. Хороший вариант, Карамелька, соглашайся.

Карамелька… Хочется сказать, чтобы не называл меня так. Но сейчас не та ситуация, чтобы спорить.

– Квартира в центре, в большом, охраняемом комплексе. Ремонт, все условия, комфорт-плюс.

– У меня нет денег на такую комнату.

– Отдашь через месяц.

– Чтобы отдать через месяц, нужно уже сейчас где-то работать. А работы у меня тоже нет, и хромую меня вряд ли куда-то возьмут. Поэтому… – развожу руками.

– Ну живи просто так.

– О, нет. Нет и нет, – качаю головой, это уже сожительство и содержание.

Спасибо, нажилась уже на содержании у Михаила. Но его я хотя бы знала раньше, а Марка нет. Он же мерзавец высокого уровня.

– Окей, не просто так. Мне как раз нужна горничная. Клининг задолбал.

– Горничная? – свожу брови.

– Ну да, там уборка, стирка, готовка. Проживание, плюс оклад. Хорошее предложение, соглашайся.

– Я не знаю, – вздыхаю.

Вроде и хорошее предложение. Во всяком случае лучше, чем с Михаилом, который хочет жениться на мне и уложить в свою постель. Тут же начинает тошнить от такой перспективы. Тут либо Марк, либо Михаил…

Молча закрываю глаза, откидывая голову на спинку сиденья. Я так устала сегодня и морально, и физически. Пусть везет меня хоть куда. Только не к Михаилу…

Квартира у Марка на десятом этаже в огромном жилом комплексе. Необычный двухъярусный лофт. Преобладают темные и бордовые тона. Я словно в красной комнате из известного фильма. Не хватает только атрибутов для всяких непотребств.

Марк заносит меня в гостиную и сажает на большой угловой диван с множеством подушек. Вместо нормального освещения – подсветка бордовым неоновым светом на потолке и стенке с полками. Все в стиле этого мерзавца.

Я в квартире незнакомого парня. И, по ходу, собираюсь здесь жить и работать. Я сошла с ума. Теперь понятно, как жизнь заносит людей в нелепые ситуации.

Марк скидывает куртку, пиджак, оставаясь в футболке.

– Раздевайся, займись ногой, – опускает на стол пакет из аптеки. – Я сейчас, – уходит.

Осматриваюсь. М-да. Квартира шикарная, только работы здесь и правда много. У него полный бардак. Одежда разбросана, на низком чёрном глянцевом столе – кружки из-под кофе, стаканы, какие-то бумаги, пыль на полках. Ладно, не соврал, горничная ему и правда не помешает.

Выдыхаю. Черт его знает, что творится в моей жизни. Буду жить сегодняшним днем.

Стягиваю куртку, закидываю больную ногу на диван, снимаю носок. Все распухло, синяк. Я под обезболивающим, но двигать ногой и наступать на нее больно. Надеюсь, это ненадолго.

Вынимаю мазь, наношу на ногу. В рецепте указано, что фиксатор нужно надеть только утром. А сегодня – покой. То есть снова никуда не смогу двинуться с этого дивана. А я хочу в туалет. Очень хочу. Еще в клинике хотела. Помимо этого, мне нужно отмыть руки от грязи и хотя бы почистить брюки. Другой одежды у меня нет – она осталась у Машки.

Прекрасно, Влада. Ты грязная бомжиха-инвалид.

Марк возвращается, разговаривая по телефону. Кидает взгляд на мою травмированную ногу на диване. По инерции хочу ее поджать, но морщусь от боли, оставляя ногу на месте.

– Да, креветки темпура в соусе карри и чили-манго. Курицу в остром соусе, на гарнир – рис с овощами, – убирает трубку от уха, заглядывая мне в глаза. – Ты что будешь?

– Ничего, – мотаю головой. Я правда ничего не хочу. Слишком нервный день. Аппетита нет. Марк скептически цокает, снова прикладывая телефон к уху. – Да, все это в двойном объёме. И вишневый морс, – заканчивает разговор.

Падает в кресло, расслабленно откидывается, расставляя ноги.

– Ну ты как? Выглядишь не очень, – выдает он.

– Ну спасибо. Ты прям мастер тактичности и комплиментов, – усмехаюсь. Знаю я, что выгляжу так, как себя чувствую, то есть плохо. – А где ванна? – интересуюсь я, потому что больше не могу терпеть.

– Чёрная дверь направо по коридору, – сообщает он мне.

– Хорошо, – киваю. Медленно поднимаюсь на одной ноге, пытаясь встать на больную. Больно, но идти надо. Хромая, делаю несколько шагов. Всхлипываю, когда наступаю слишком сильно.

– Ты прям спринтер, куда бежишь? – стебет меня Марк.

– А мне показалось, что ты нормальный. А нет, такой же гад, – шиплю на него.

– Ну извини, такой какой есть, и прекрасно себя чувствую в этом амплуа.

– Кто бы сомневался, – огрызаюсь я, продолжая медленно хромать на выход.

На выходе из гостиной щиколотку снова простреливает боль. Шипя, поджимаю ногу, начиная глубоко дышать. В очередной раз тянет порыдать от беспомощности, но в туалет хочется больше.

– Ой, иди сюда, болезненная, – подходит ко мне Марк и снова подхватывает меня на руки.

– Да отпусти, я сама, – пытаюсь его оттолкнуть. Не может же он постоянно таскать меня на руках.

– Ой, замолчи, моя самостоятельная, – усмехается гад и заносит меня в ванную. И тут я понимаю, что туалета здесь нет.

– А… Ммм… – начинаю мямлить.

Со мной происходит самая дурацкая и стыдная ситуация в моей жизни.