Читать книгу "Дом некромантов"

Красный гвардеец, уронив лук, бросился наутек, истошно выкрикивая:

– Ревенанты!

Глава 7

Рен развернулась, потянувшись за клинками, которых у нее не было.

От осколка кости, который она откопала в палатке, было мало проку, но она все равно решила его оставить. Вокруг было полно костей, но ни за одну из них Рен не могла ухватиться магией.

Только не без кольца. С ним она могла поднять целые скелеты. Могла контролировать кости живых и души мертвых.

– Мое оружие, – сказала она. Раздались новые крики, и несколько трупов материализовались позади первого. Они находились на более знакомой стадии разложения, с гниющей плотью и обнаженными костями. – Сейчас же.

На этот раз Джулиан спорить не стал.

Позабыв о Якобе, троица бросилась к повозке.

Вокруг них некогда сражавшиеся друг с другом сплотились против нового, гораздо более могущественного врага. Слышался звон стали, а стрелы попадали точно в цель, но солдаты столкнулись с необычными противниками. При каждом попадании оружия в цель ревенант вспыхивал ослепительным белым светом, заливая лагерь болезненным сиянием. Однако трупы продолжали двигаться. Ничто не причиняло им боль.

Но она, Рен, могла.

Девушка наслаждалась этой мыслью. Ей надоело прятаться и убегать. Она жаждала битвы.

Повозка была буквально в шаге от них, но Якоб, схватив обеими руками (которые, кстати, дрожали) кинжал, преградил им путь.

– Я не могу. Не могу потерять эту должность. Мне нужно кормить семью, – выдавил он и огляделся по сторонам, на солдат Железной Крепости, на Красных гвардейцев и всадников Крепости на границе Пролома, а потом, наконец, на ревенантов, которые надвигались на них с медленной жестокой неизбежностью. Он заколебался и с трудом сглотнул, прежде чем снова обратить внимание на троицу. – Если позволю вам уйти, – начал парень, слегка покачав головой. – Если кто-то увидит, как я позволяю вам уйти…

Послышался стук копыт, и Рен обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть приближающегося всадника с поднятым луком. Она растерялась, пока не вспомнила, что этих солдат послали привести ее обратно, а не убить.

Стрела просвистела прямо над головой Рен, и на секунду у нее перехватило дыхание от страха за Лео и Джулиана, но когда она обернулась, то увидела, как принц сделал резкое движение в воздухе. Якоб рухнул на колени, а стрела со свистом вонзилась в повозку– как раз в том месте, где совсем недавно была голова солдата.

Всадник из Крепости опустил лук и вытащил меч.

– Я нашел…

Рен подняла осколок кости, как кинжал, и вонзила его всаднику в ногу. Джулиан стянул преследователя с лошади и обрушил на него железный кулак.

Лео тем временем помог Якобу подняться. Парень потер шею, на которой поблескивала потускневшая цепочка. Золото? Так вот как Лео спас его? Падая, Якоб уронил кинжал, но, похоже, больше не собирался снова брать его в руки.

– Говоришь, семья рассчитывает на тебя, – заметил принц, внимательно рассматривая солдата. – Интересно, что они получат, если ты умрешь?

Молчание стало достойным ответом.

Лео понял, что Якоб напуган, так что запрыгнул в повозку, а Рен поспешила последовать его примеру. У нее бешено колотилось сердце, пока она не нашла свои вещи и не сжала кольцо в руке. Девушка надела его, ощутив долгожданный прилив магии. Следом настал черед доспехов и клинков. Джулиан в это время с отработанной точностью застегивал металлические пластины, затем перешел к шлему, оружию и, наконец, счастливому браслету, который ему подарила Бекка. Лео тем временем поспешно надевал свои личные вещи и вытаскивал оставшиеся припасы. Когда все трое вооружились и были готовы отправиться в путь, они спрыгнули с повозки навстречу развернувшейся битве.

– Спрячься в храме, – сказала Рен, сжалившись над Якобом, которого все еще трясло. Она не знала, испугало ли его то, что он едва избежал смерти, или же бродившая вокруг нежить, а может, тот факт, что, отпуская их, он рисковал своей должностью. Последнее, что ей было нужно, – чтобы он передумал и снова начал вставлять им палки в колеса. – Прихвати с собой кого сможешь. Там самая сильная защита.

И они скрылись в ночи. На бегу Рен уверенно разила обнаженными клинками всех мертвецов, что посмели подойти слишком близко. Горло чесалось от желания командовать ими, но она боялась израсходовать магию, хранившуюся в усилителе. Им еще предстояло добраться до Одержимых Земель, так что она нуждалась во всей силе, которую только могла получить.

Огибая поле боя, они устремились на север, надеясь бесследно раствориться в темноте.

Сначала путь был открыт…

Пока перед Рен не выросло таинственное облако, снова напомнившее ей о Проломе. Она бежала слишком быстро, чтобы вовремя остановиться, но стоило ей коснуться возникшего препятствия, как она тут же поняла, с чем имеет дело.

Костяная пыль?

Рен закашлялась и замахала рукой в попытке разогнать облако. Без конца моргая, она вглядывалась в ночь, чтобы найти того, кто его создал.

Широкими шагами к ним приближалась Инара Фелл. Выглядела она взбешенной.

– Какого черта ты творишь? – пропыхтела Рен, вытирая лицо, в то время как Джулиан и Лео давились и отплевывались.

– Нет, это ты что творишь! – сердито воскликнула Инара. Рен еще никогда не видела кузину такой растрепанной: черную краску под глазами размазала кровь из пореза на щеке, в темных косах застряли кусочки грязи и травы, а бледная костяная броня помялась и истерлась. – Во что ты ввязалась, Грейвен? Я помогла тебе освободить вот этого, – указала она пальцем на Джулиана, – и теперь твой отец отправил за тобой целую крепость? Я и полдюжины костоломов охраняем патрули, выпущенные на Земли Пролома. Я всегда думала, что ты ненормальная, но после того как ты сунулась сюда дважды, сомнений вообще не осталось! Призраки гнались за нами, стоило только пересечь Частокол. Я истратила все запасы, чтобы удержать их на расстоянии, а вчера мы наткнулись на, мать вашу, бандитов. Соня просто дала деру, а теперь еще и это? – Инара в ярости указала на поле битвы, усеянное призрачным светом. То тут, то там виднелись тела, либо застреленные вражеским огнем, либо погибшие в смертельной схватке. Инара сделала глубокий вздох, пытаясь успокоиться. – Не для этого меня тренировали. Так что, будь добра, объясни, что ты задумала.

Рен не сразу нашла подходящие слова. Она никогда не слышала, чтобы Инара так много ругалась или выглядела такой встревоженной. Это выбивало из колеи.

– Даже не знаю, с чего начать. К тому же у нас совсем нет на это времени.

Инара сделала шаг вперед, оказавшись лицом к лицу с Рен.

– Я два дня вела солдат по фальшивому следу. Замедляла их, выдумывала ложную информацию. Короче говоря, защищала тебя. Мы здесь только потому, что я посчитала, что с нами ты будешь в большей безопасности, чем с Красной гвардией. Так расскажи мне, чего ради.

– Я не просила тебя об этом, – бросила Рен, которой все же было приятно.

Инара уже открыла рот, чтобы возразить, когда ее взгляд упал на что-то за плечом Рен.

– Вот ты где! – в раздражении воскликнула она, обходя кузину и направляясь к фигуре, что появилась из темноты.

Рен не могла разглядеть лица, но по характерному взмаху мантии жнеца поняла, что это, должно быть, Соня.

Только что-то было не так. Походка Сони была неуверенной, движения– неестественными, и когда ее мантия вздымалась от ветра, взгляду открывалась стрела, торчащая из груди.

С такой раной она ни за что не смогла бы передвигаться, и Рен с неприятным ощущением в животе поняла, что обнаружит, если вытащит стрелу. Не кровь, а вспышку призрачного света.

– Инара, – резко позвала Рен, потянувшись к валькирии, но та оттолкнула ее.

– Где тебя носило, Соня? Я искала тебя… – Она замолчала.

Что-то, скорее всего палатка, упало в костер позади них, вызвав вспышку золотистого света. Пламя осветило лицо Сони. Бесцветную плоть. Мертвые, немигающие глаза… и скрытое внутри болезненное зеленое сияние.

Инара замерла на полпути, но Соня продолжала приближаться. А в ее руке, свисающей вдоль тела, виднелся блестящий металлический серп… с которого капала кровь.

– Что ты делаешь? – спросила Инара, хотя по ее тону Рен поняла, что кузина не ожидала ответа. Валькирия знала, во что превратилась Соня, но ее разум, похоже, отказывался это принять.

Инара подняла свое любимое оружие, цепь с покрытым шипами черепом на конце, но не спешила атаковать.

Впервые на памяти Рен Инара Фелл впала в ступор.

Рен бросилась вперед, отодвигая Инару, заслоняя ее от жнеца, который теперь превратился в нежить. Она вложила клинки в ножны и подняла руку, на которую надела кольцо-усилитель.

– Остановись!

На мгновение Рен показалось, что это не сработает, что магия исчезла, а может, ее никогда и не было. Но то было всего лишь мгновение.

Ее голос отдался тем же знакомым эхом. И она ощутила притяжение, пульс магии.

Соня, которая теперь находилась всего в нескольких шагах, резко остановилась.

Рен взглянула на Инару, которая рухнула на землю позади нее, и увидела, как светлые глаза кузины округлились от ужаса. Она знала, что нежить не подчиняется приказам костоломов, но… Рен не была обычным костоломом.

Со вздохом девушка хотела помочь Инаре подняться, но Джулиан и Лео оказались быстрее.

Тогда Рен повернулась к ревенанту– к Соне– и сглотнула ком в горле. Пусть Соня никогда ей особо не нравилась, ведь она предала ее во время испытания в Костяном лесу, тем не менее такой участи Рен не пожелала бы никому. Но хуже всего было то, что они не могли ей помочь. Ни посреди сражения. Ни когда ее труп был таким свежим и так хорошо защищал привязанную кость. Печальная правда заключалась в том, что Соню могла освободить только она сама, но она была мертва.

– Возвращайся, – выдавила Рен. – Назад… – Она заколебалась, не зная, как точно сформулировать команду. – Назад, откуда пришла.

Оставалось надеяться, что приказ уведет ее от живых, от них. Это лучшее решение, которое Рен смогла придумать в данный момент.

Ревенант захромал обратно, пока не исчез в ночи.

Рен повернулась к Инаре, задыхаясь от напряжения и чего-то похожего на страх, но более глубокого. Более печального.

– Так вот зачем ты ему, – пробормотала Инара скорее себе самой. – Но это значит… – Она заколебалась. – Что это значит?

– Я… некромант, – умудрилась выговорить Рен, ненавидя это слово на вкус. Она всегда испытывала к нему отвращение, но теперь даже больше, потому что приходилось произносить его для Инары. Она не знала никого, кому бы так же, как и ей, нравилось быть костоломом… Кроме кузины. Рен ожидала, что та осудит ее.

Но Инара сначала нахмурилась, а потом вскинула брови.

– Твоя мать?

Рен кивнула, радуясь, что сообразительная Инара была куда умнее тех, кто ее окружал.

– Одиль знала. Она рассказала об этом отцу, но тому не понравилось. Точнее, ему не понравилась перспектива того, что об этом узнает Светлана. Он хочет использовать меня, использовать эту магию…

Инара уставилась в пустоту, но Рен знала– она смотрела туда, где совсем недавно стояла Соня.

– Не знала, что они настолько сильные. Я о некромантах.

Рен посмотрела на свое кольцо.

– Это только начало. В самом сердце Пролома есть колодец. Я была там, видела его. Именно он помогает ревенантам восстать, придает сил здешней нежити. С доступом к такому количеству магии можно творить…

– Бесчеловечные вещи, – мягко вставил Джулиан.

– Да, – произнесла Рен. – Именно с помощью колодца Локк одолел Дом Железа во время Восстания. И уничтожил все наши войска, включая самого себя.

Выражение лица Инары, которое до этого было таким же отстраненным, как и ее взгляд, ожесточилось, когда она посмотрела Рен в глаза.

– Мы планируем разрушить колодец, прежде чем мой отец успеет им воспользоваться. Прежде чем кто-то еще похуже сможет до него добраться. Соня– наименьшая наша проблема. Железный регент и Королева Трупов уже собирают армию в самом центре Пролома. Ревенанты в железных доспехах.

Инара сглотнула, но их разговор был прерван возобновившимся шумом в лагере. Кажется, обе стороны приняли решение отступить перед лицом непобедимой нежити, но из-за этого Красная гвардия наконец заметила пропажу пленников. Послышались злые выкрики, ржание лошадей и топот копыт.

Решимость Инары, которая в лучшие времена была твердой, как кость, теперь превратилась в железо.

– Скажи мне, что делать.

– То же, что и раньше. Помоги нам выиграть время. Что бы Вэнс ни пытался сделать… убедись, что у него ничего не выйдет. У нас и без него полно хлопот.

Инара кивнула, готовясь к битве. Расправив плечи, она подняла цепь.

– Поняла. А теперь уходите.

И вот так просто она снова ринулась в бой. Уклонилась от нескольких ударов Красных гвардейцев, пока не добралась до ближайшей неоседланной лошади.

Рен затаила дыхание, пока Инара не скрылась с места побоища.

– Эй, Рен? – послышался позади нее неуверенный голос Лео. Затем раздался лязг меча о ножны– Джулиан обнажил свое оружие.

Рен обернулась, держа наготове клинки.

Перед ними, шагах в десяти, из темноты, окутывающей лагерь, показалась фигура.

Кто-то живой.

Не только живой, но и знакомый, в маске из бараньего черепа с загнутыми рогами, превращающими силуэт в героя ночных кошмаров. Из-под темной костяной облицовки светились зеленые, как у призрака, глаза.

Некромант, которого они с Джулианом видели тогда на руинах.

Ее брат.

Глава 8

При виде него в груди Рен зародилась паника.

Он выглядел так же, как и в прошлый раз, но теперь в глаза бросились детали, которые она не заметила раньше. Как и их мать, он носил на запястьях и шее кости, нанизанные на бечевку. Одеяние его было скудным, потрепанным и представляло собой смесь кожи, меха и шерсти. Будто он собирал их с трупов. В руке некромант держал высокий посох, увенчанный черепом животного, а с плеч его ниспадал плащ.

Рен была не готова к встрече. Еще нет. Она понимала, что ей предстояло увидеться с ним, причем совсем скоро, но полагала, что это произойдет в Проломе. Она думала, что у нее еще есть время определиться, что сказать, или понять, какие чувства она испытывает.

Хотя Рен подозревала, что и через два дня, и через двадцать она все равно не сможет в себе разобраться.

Какая-то ее часть боялась юноши (да и маска из бараньего черепа не упрощала задачу), а другая умирала от любопытства. Кто он? В прошлый раз, когда его лицо было открыто, он определенно выглядел как она. Те же белые волосы и кожа цвета слоновой кости, аккуратный нос и нахмуренные брови… но какой у него характер? Был ли он таким же упрямым и наглым, как Рен? Или же он составлял полную ей противоположность– был спокойным и собранным?

Когда Рен узнала правду о своей семье, у нее сложилось ощущение, будто они разбились на два лагеря: мать и сын на одной стороне, а отец и дочь на другой. Их разделяла самая настоящая стена, не говоря уже о времени, пространстве и магии.

Но все могло измениться. В конце концов, сейчас Рен делала все возможное, чтобы помешать отцу. К тому же она не знала, кому верен ее брат.

Пришло время это выяснить.

Рен подняла клинок.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она. Не было смысла ходить вокруг да около.

Юноша вскинул руки– в темноте сверкнуло кольцо-усилитель– точная копия ее собственного– и открыл рот. Прежде чем он успел ответить, Рен прижала кончик кинжала к его горлу.

– Осторожнее, – выдохнула она, опасаясь появления призраков и ревенантов. – Я тоже могу ими командовать. Отрублю тебе голову до того, как успеешь использовать против меня кольцо.

Юноша растерялся, но кивнул, насколько позволял прижатый к горлу кинжал. Рен отодвинула лезвие, позволив ему говорить.

– Я… – начал он, но Рен нетерпеливо ткнула кинжалом ему в лоб. Юноша понял намек и снял маску. – Я пришел за тобой.

Его голос был таким же низким, как она помнила, с характерной хрипотцой. Хотя теперь он не резал слух, как тогда, когда она услышала, как он командует нежитью.

– Зачем?

От агрессии, что звучала в голосе Рен, от каждого звука, доносившегося с поля боя позади нее, юноша вздрагивал. От лязга металла и криков боли, топота сапог, фырканья и ржания лошадей. От нежити, молчаливой, но неумолимой, заставляющей людей съеживаться в страхе или безрассудно бежать назад только для того, чтобы упасть замертво и навсегда замолкнуть.

– Меня послали за тобой.

– Она послала, – добавила Рен. Это не было вопросом.

– Д-да, она.

Юноша отличался стеснительностью, которой Рен не заметила раньше. Хрупкостью. Будто не привыкший к такому шуму, он отпрянул, услышав еще один громкий звук, который донесся из лагеря.

Рен подумала, что по сравнению с живыми мертвецы были куда более тихой компанией… даже если некоторые из них могли говорить.

– Ты знаешь, кто я? – Она едва не сказала «что я», но они оба принадлежали к одному виду.

– Рен Грейвен, – разом выдал он, и в его словах слышалось что-то похожее на благоговейный трепет. – Моя сестра.

Так он знал. С самого начала? Хотя неважно. В данный момент это не имело значения.

– Почему тебя послали за мной?

– Я должен был встретить людей регента. Отвести их и тебя к ней.

– Зачем? Что ей от меня нужно?

– Ты ее дочь.

Рен моргнула. Дело явно было не только в этом.

– А мы? – спросил Джулиан, указав на себя и Лео.

Зеленые глаза юноши сверкнули.

– Принца отправят туда, где он будет в безопасности. Только не знаю, куда именно.

– А я? – надавил Джулиан.

– Тебя планировали передать регенту… – Юноша замялся. – Или, скорее, твое тело.

– И ты собирался поспособствовать этому? – в ярости спросила Рен. – Если бы они убили его здесь, он восстал бы ревенантом задолго до того, как его успели бы передать регенту. – Рен с болью подумала о Соне. Всего за день она успела умереть и восстать из мертвых. Магия в этом месте была гораздо могущественнее, чем они предполагали. И это за много миль от колодца. – Только ты смог бы не позволить его призраку перерезать их всех.

Выражение лица Джулиана было таким свирепым, что Рен поняла: если бы его действительно убили, он бы с удовольствием отомстил.

Ее брат же, напротив, равнодушно пожал плечами:

– Это их проблема, а не моя.

– Раз уж ты собирался встретиться с ними здесь, – начал Лео, – почему прячешься в тени? Все эти ревенанты– твоих рук дело?

– Эти мертвецы не мои, – скривил он губы. – И я не прятался, – возмутился некромант. Румянец залил его скулы в том месте, где обычно краснела и Рен. – Услышал, что развернулась битва, и… Я не люблю сражаться.

– Не любишь сражаться, но я видела, как ты создаешь ревенантов, закованных в железные доспехи. Они будут делать именно это– сражаться.

Румянец на его щеках тут же исчез.

– Ты знаешь, кому я служу. У меня нет выбора.

– Потому что она провозгласила себя королевой? – усмехнулась Рен.

С мрачным выражением лица юноша покачал головой.

– Потому что она моя мать.

– Но это не значит, что ты должен ей подчиняться, – возразила Рен, но когда слова сорвались с губ, она почувствовала себя обманщицей. До недавнего времени она выполняла все приказы отца, угождала любому его капризу, удовлетворяла любое его желание.

– Ты права, – ответил некромант, облизнув губы. – Вот почему я хочу вам помочь.

– Что ты хочешь?

Он сглотнул.

– Ты сказала тому костолому правду?

– Тому… Инаре? – Рен вопросительно посмотрела на Джулиана и Лео, но те выглядели такими же удивленными, как и она. Девушка окинула брата оценивающим взглядом. – Да, все верно. Тот колодец с магией… мы планируем его уничтожить. Чтобы остановить то, что задумали ты и твоя так называемая королева. Все еще хочешь нам помочь?

– Да, – отозвался юноша, энергично кивая.

– Помочь, значит, – задумчиво протянула Рен и решительно продолжила – Еще минуту назад ты пришел сюда по поручению твоей матери, а несколько дней назад– создавал для нее железных ревенантов. А теперь ни с того ни с сего решил ее предать?

– Нашей матери, – мягко поправил он, прежде чем уже громче добавить – Да. Я же не знал, зачем ты сюда пришла… Может, ты планировала что-то еще более ужасное. Но если ты хочешь это остановить и разрушить колодец, тогда мы хотим одного и того же. Они… Я… Я их ненавижу, – выплюнул он.

– Кого? – растерянно уточнил Джулиан.

– Тех, кого вы называете железными ревенантами. Человеческую нежить. Они ужасны и жестоки. Они следуют за мной повсюду, цепляются как паутина, а я вынужден приказывать им оставаться, уходить… или убивать. Если колодец разрушат, я стану свободным. – В его глазах загорелась надежда.

Слова, искренние и непродуманные, давались юноше легко, но Рен все равно было трудно поверить в них. Он был некромантом. Это же как если бы Джулиан причитал, как ненавидит железо, или Лео– золото.

Как если бы Рен терпеть не могла кости.

Несуразица какая-то.

Хотя… железо и золото не разгуливали повсюду, не разговаривали и не набрасывались на других. Даже кости умудрялись доставлять Рен хлопоты только на Землях Пролома. И то потому, что к ним был привязан призрак.

Поскольку никто не прервал юношу, он, кажется, приободрился. Выпрямил спину и вздернул подбородок.

– Я вам нужен. Ведь я знаю, как добраться до колодца. Тайный подземный ход. Там Красная гвардия, патрули из Крепости и… костоломы, посланные твоим отцом, вас не побеспокоят.

– Нашим отцом, – машинально поправила Рен. Им нужно было поторопиться: шум позади становился все тише, а небо на востоке светлело. Им следовало исчезнуть до восхода солнца. – А как же наша мать? Она нас не побеспокоит?

– Она не узнает, где мы.

Рен раздосадовано вздохнула, но все же опустила кинжал.

– Как мы вообще можем тебе доверять?

– Не уверен, что у нас есть выбор, – рассудительно заметил Лео. – Он… я даже имени твоего не знаю, – обратился он к брату Рен.

Чувство вины пронзило ее. Ведь и она понятия не имела, как его зовут.

– Хоук, – прохрипел юноша. – Меня зовут Хоук.

– Хоук и Рен, разве не очаровательно?[1]1
  Речь о том, что Королева Трупов назвала своих детей в честь птиц. Hawk значит «ястреб», а Wren– «крапивник».


[Закрыть]– заметил Лео, и последняя бросила на него сердитый взгляд. Она подумала об их кольцах, на которых изображались певчая птица и хищная. Крапивник и ястреб.

– Ага, прямо сказка, – огрызнулась Рен. – Мы можем сосредоточиться на деле? Возможно, Хоук заведет нас в ловушку. Прямо к ней, как и планировалось изначально.

– Мне также было поручено привести Красных гвардейцев, – отметил юноша. – Но оставив, позволив встретить такую судьбу… – Он указал на призрачное поле битвы. – Уже нарушил приказ.

– И спрятался в кустах, – сказала Рен. – Это совсем не внушает доверия.

– Я справлюсь, – тихо произнес Хоук, будто хотел убедить в этом не только их, но и себя самого. – Пожалуйста. Ты же моя сестра. Я хочу тебе помочь.

У Рен пропал дар речи, но, к счастью, Джулиану было что сказать.

– Даже если ради этого придется предать свою мать? – спросил он. – Одно дело игнорировать приказы, и совсем другое– открыто выступить против нее.

Хоук поджал губы, в его глазах блеснул гнев.

– Можно ли назвать предательством то, когда ты идешь против тех, кто уже тебя предал?

– Нет, – ответил Джулиан, и его губы растянулись в коварной улыбке. – Это зовется местью.