Читать книгу "Дом некромантов"

Глава 9

Инара спешила через Земли Пролома к Пограничной Стене и расположенной рядом с ней Крепости.

К безопасности.

Раз или два она, кажется, видела позади себя всадников, но не знала, были ли это друзья или враги, стражники Крепости или же бандиты, люди или нежить. Поэтому она изо всех сил подгоняла коня, чтобы оторваться от погони.

Хуже всего было ехать ночью.

Инара провела годы, сражаясь в тени, разыскивая ужасы, от которых большинство бежало бы прочь, так что бояться темноты было для нее в новинку.

Но она все же боялась.

Тренировки не подготовили ее к тому, что она повидала за последние несколько дней. Хотя, если верить слухам, это была лишь малая доля того, что скрывалось на Землях Пролома. Увидеть ходячих ревенантов после всех историй, что она слышала… Что ж, сказки, книги и то, что им преподавали на уроках, не отдавало этим существам должного.

Инара была взвинчена, хруст камня или раскачивающееся дерево тут же превращались в сгорбленный труп или затаившуюся, готовую к прыжку нежить.

И у всех ее воображаемых кошмаров было лицо Сони.

Ей нужно время, чтобы справиться с произошедшим, но она подумает об этом после.

Сначала ей следовало выжить, а после использовать на полную мощность свои интеллектуальные способности.

Инара подъехала к Крепости еще до рассвета, поскольку скакала без перерыва почти целые сутки.

Ее тело ломило от времени, проведенного в седле, но также от напряжения, что сковало плечи, и от упрямого желания всегда держать наготове оружие.

Она приблизилась к Крепости, и откуда-то сверху донесся крик, но когда ворота широко распахнулись, Инару встретили растерянные лица. Они все смотрели ей за спину, будто бы ожидая, что остальные всадники появятся прямо из воздуха.

Мрачное выражение ее лица, похоже, ответило на все невысказанные вопросы. Патруль, с которым выехала Инара, должен был вернуться еще вчера, но, поскольку она прискакала одна, остальные части головоломки складывались сами собой.

– Лорд-Мастер Вэнс приказал немедленно доложить ему, если хоть кто-то из выжив… из патруля вернется, – запинаясь, сказал один из стражников.

– Где он? – спросила Инара, неуклюже выпрыгивая из седла и передавая поводья конюху.

– В кабинете Мастера Одиль.

Инара спустилась по лестнице в расположенный в подвале храма кабинет и постучала в дверь, из-за которой доносились голоса.

По дороге Инара чувствовала себя так, словно попала в неприятности… А их у нее никогда не было. Никто не вызывал ее в кабинет поздно ночью. Она никогда не мчалась по темным коридорам, чувствуя растущую с каждым шагом обреченность.

Ну кроме того единственного раза. Ночь перед испытанием в Костяном лесу. Тогда Лорд Вэнс Грейвен приказал явиться к нему достаточно поздно. И вот опять она стояла у его дверей.

Как будто она все еще была готова на все, лишь бы ему угодить. Лишь бы услужить. И в том и в другом ее часто обвиняли– особенно Рен, – но все было не так. Особенно теперь. Она больше не собиралась участвовать в очередном хитроумном плане Вэнса. Она вернулась, чтобы остановить его.

Или, по крайней мере, попытаться.

Вполне в духе Рен– поручить ей невыполнимое задание так, словно ничего проще и нельзя было и придумать.

Что бы Вэнс ни пытался сделать… Убедись, что у него ничего не выйдет.

С тем же успехом могла бы попросить не позволить луне взойти или снегу выпасть зимой.

В отличие от дочери, Вэнс Грейвен делал что хотел и когда хотел. Теперь, когда он управлял Крепостью без бдительного присмотра требовательной мамаши, было трудно найти что-то или кого-то, кто посмел бы встать у него на пути.

Такой же самоуверенный и бездумно дерзкий, как его дочь. Но, как выяснилось– и Инаре было неприятно это признавать, – Рен оказалась особенной. Ее кузина могла контролировать призраков, и, если она исполнит обещанное– а обычно, как бы это ни раздражало, Рен слов на ветер не бросала, – это положит конец нежити пятого уровня. Ради этого стоило побороться. Дом Костей существовал, чтобы поддерживать баланс между живыми и мертвыми, а волшебный колодец его нарушал. Нужно было уравновесить чаши весов.

Рен, может, и была упрямой и бесстрашной, но Инара отличалась умом и решительностью.

Она прижалась ухом к двери. Голоса были приглушенными, но она уловила присутствие командира Дункана, который, судя по громкости и интонации, пребывал не в лучшем расположении духа.

Инара не могла его в этом винить.

С самого своего появления Лорд-Мастер Вэнс захватил в Крепости власть. Он пренебрег приказами командира и отправил патрули в сопровождении парочки костоломов, чтобы те поймали его дочь и пленников, которых она с собой увела. Он также открыл мастерскую в храме костоломов, бесцеремонно завладел кабинетом мертвого жнеца и занял должность самого высокопоставленного костолома Крепости.

И все происходило… так быстро и сумбурно.

Теперь Инара понимала, откуда у Рен привычка сначала действовать, а потом уже думать. Атаковать вслепую. Бросать все силы на решение каждой неурядицы, попутно создавая еще больше проблем. Но Вэнс творил особый вид хаоса, такой, с которым даже королева беспорядка Рен Грейвен справиться не смогла бы.

Он был способен на уловки– испытание в Костяном лесу тому доказательство, – но стоило припереть Вэнса к стенке, как все его планы летели коту под хвост. Отец Рен был на коне, когда все шло так, как задумано, но когда все разваливалось, он совершал ошибку за ошибкой.

Такому человеку нельзя было стоять во главе, ведь он распоряжался властью так, как считал нужным, не думая о последствиях.

Но Вэнсу осталось недолго. Если, конечно, Инара справится с заданием.

Отпрянув от двери, она снова постучала. В этот раз сильнее.

Послышались тяжелые шаги. Дверь широко распахнулась, открыв встревоженное лицо Лорда Вэнса. Его вьющиеся волосы были растрепаны, словно он не раз нервно теребил их руками.

– Мастер Инара, – сказал он, и удивление сменилось раздражением на его лице. Он схватил ее за плечо и втянул в комнату. – Как видите, командир Дункан, появились срочные дела, которые требуют моего немедленного вмешательства. Мы продолжим наш разговор позже.

Командир стоял, скрестив руки на своей бочкообразной груди, и сердито смотрел на него. Вэнс годами оттачивал навык уклоняться от ответов, поскольку был легкомысленным наследником и никудышным отцом. Вот и теперь он делал то же самое. Инара наблюдала, как Вэнс раз за разом отворачивался как от Рен, так и от обязанностей, которые считал неинтересными и недостойными его усилий.

Но от нее ему так просто отделаться не удастся.

– Еще как продолжим, Лорд-Мастер Вэнс, – с серьезным видом произнес командир. – Король Август был раздосадован, узнав, что вы позволили похитить его сына. Опять.

– Вот почему я попросил вас подождать, – процедил сквозь зубы Вэнс. – Я могу вернуть принца. Он с ней, а я знаю, как с ней справиться.

– Можете вернуть принца, значит? – уточнил командир, бросив мрачный взгляд на Инару. – Сколько человек было с вами, Мастер?

Инара посмотрела на Вэнса. Смысла лгать не было– все детали можно легко проверить.

– Двадцать стражников и два костолома.

– Двадцать два человека уехали, а вернулся всего один, – сделал вывод командир, поворачиваясь к Вэнсу. – Вы не можете вернуть принца. Вы даже собственных солдат вернуть не смогли.

– Я получу то, что действительно имеет значение.

Командир ощетинился.

– Вы, может, и не цените жизни моего гарнизона, зато я ценю. И я решил, что королю следует знать, что его сын в опасности. Предполагалось, что его посыльный обсудит условия, выставленные жителями Пролома, но в связи с последними событиями вместо него приедет его старший сын и наследник. Вам придется отвечать перед ним.

– Я могу справиться с избалованным наследником, – в ответ бросил Вэнс.

Уголки губ командира изогнулись в усмешке.

– Готов поспорить, так и есть. – Он уже собирался уходить, но замер в дверном проеме. – Ах да, еще кое-что. Из Брайтона пришло письмо. Ваша матушка тоже скоро прибудет.

Все самодовольство тут же сошло с лица Вэнса.

– Когда?

Усмешка командира переросла в широкую улыбку.

– Уже послезавтра. – И он вышел из комнаты. – Не вешайте нос, Лорд-Мастер, – послышалось из коридора. – Уверен, с ней вы тоже умеете справляться.

Покрасневший Вэнс проводил командира взглядом.

– Мастер Инара, – хрипло сказал он, опускаясь на свое место. – Докладывайте. Что там случилось? Где она?

Инара сказала правду… в большинстве своем. Она объяснила, что они отследили Рен и остальных до Южного моста, но их опередили Красные гвардейцы. После встречи с бандитами и бродячими мертвецами они напали на вражеские войска в надежде вернуть Рен, Джулиана и принца. Но им это не удалось.

– Мы бы справились, если бы не ревенанты. Около дюжины мертвецов ворвались в лагерь, привлеченные таким количеством живых. Мы оказались в меньшинстве, растерянные и окруженные… – Она сглотнула, холодок пробежал по ее спине при воспоминании о застывшем лице Сони… о том, как Рен приказала ей уходить, и о том, как восставшая из мертвых Соня подчинилась. – Мне едва удалось спастись. Я не видела других выживших.

Инара не знала, чего ожидать, может, Вэнс хотя бы притворится раскаявшимся? Вместо этого наследник в отчаянии оскалил зубы, и это настолько напомнило Инаре Рен, что ей пришлось отвести взгляд.

Вэнс снова вскочил на ноги и начал расхаживать по кабинету.

– Значит, они все еще у людей регента?

Именно с этого момента Инара начала лгать. Она все обдумала, и убедить Вэнса в том, что Рен находится в руках его врага, несомненно, было лучшей стратегией, чтобы выиграть время и не позволить ему ей помешать.

– Да, мой лорд. Подозреваю, что они на полпути в Железную Крепость.

Даже если Вэнс решит броситься вдогонку, он поедет по ложному следу, в неправильном направлении. А к тому моменту, когда он поймет, что Рен там нет, будет уже слишком поздно.

По крайней мере, Инара на это надеялась.

За дверью послышались шаги, и во все еще открытую дверь вошел перепачканный стражник.

– Мой лорд, – неуверенно произнес мужчина, склонив голову. Грязный и измотанный дорогой, он прикрывал куском ткани рану на предплечье. Но даже так он показался Инаре знакомым. Член ее патрульного отряда. Должно быть, именно его она видела скачущим позади. – Мне велели немедленно доложить.

– Да-да, – с готовностью отозвался Вэнс. – Входи, солдат. Мастер Инара только что сообщила об атаке нежити, но, возможно, ты можешь что-то добавить? Где ты в последний раз видел беглецов?

Инара задержала дыхание.

– Я их не видел, – начал мужчина, и Инара медленно выпустила воздух через приоткрытые губы. – Поначалу. Вокруг царил настоящий кошмар, повсюду были ходячие мертвецы, так что я не отличал наваждение от реальности.

Вэнс нетерпеливо кивнул, а Инара сжала кулаки от внезапно охватившего ее страха.

– Но затем, как раз когда меня ранили, я увидел их. Вдалеке от сражения, уходящими в ночь. Все четверо. Принц, кузнец, ваша дочь… и еще один. Не смог разглядеть его из-за маски в виде черепа с рогами. Сначала я принял его за одного из наших костоломов. – Он бросил взгляд на Инару. – Но потом они исчезли.

– В каком направлении? – поспешил уточнить Вэнс. – Куда они пошли?

– На север, – сказал мужчина. – К Одержимым Землям.

Пока Вэнс с горящими глазами выпытывал у мужчины подробности, Инара изо всех сил старалась сохранить самообладание. Рен поставила перед ней простую, хоть и невыполнимую задачу, а она провалила задание.

Инара не любила проигрывать.

Вэнс отпустил стражника, чтобы тот получил необходимую медицинскую помощь, а после снова уселся на свое место. Инара ждала.

– Нам придется последовать за ней. В полной боевой готовности.

– На Одержимые Земли? – уточнила Инара, подыскивая слова, которые могли бы заставить его передумать. Хоть какие-то возражения. У нее их было около дюжины, но Вэнса было не так легко переубедить. Как и его дочь. Инаре вспомнилась ночь перед испытанием в Костяном лесу. Тогда все ее логичные и совершенно разумные доводы Вэнс пропустил мимо ушей.

Тогда она была простой послушницей, а сейчас– совсем недавно ставшей валькирией без звания, должности или опыта. Феллы занимали высокое положение в Доме Костей. Высокое, но недостаточно значимое. Потому мнение Инары вряд ли будет учитываться.

– У нас недостаточно солдат, – заметил Вэнс и, покачав головой, опустил взгляд на стол. Эти слова зародили в Инаре проблеск надежды, но Вэнс принялся перебирать бумаги, пока не нашел что-то вроде расписания или списка дежурств. – Еще два патруля должны вот-вот вернуться с Земель Пролома. Два десятка солдат, которые скоро прибудут. Если, конечно, они не наткнулись на ту же проблему, что и ваш отряд. Плюс те, что остались в гарнизоне, и получится такое же количество, с каким я отправился на Одержимые Земли во время Железного восстания.

Инара пораженно уставилась на него. Тот самый отряд, который был зверски убит, судя по всему, его собственным братом? Значит, он не только собирался отправить на смертельно опасную территорию, вести на убой десятки солдат, но и оставить Крепость без защиты?

– А мы пока что займемся приготовлениями. Я вызвал костоломов из Брайтона и еще нескольких солдат, которые прибудут уже сегодня. Отдохни немного, Мастер Инара. Нам понадобится любая помощь, которую мы только можем получить, раз уж завтра в это же время мы отправимся к Пролому.

Завтра в это же время. За день до предполагаемого приезда его матери. Инара покинула храм костоломов, но отдыхать она не собиралась.

Она вернулась в свою комнату и поспешно разделась, старательно игнорируя кровать Сони и разбросанные на ней вещи. Инара отполировала свои доспехи, переоделась в чистый кожаный наряд и аккуратным отработанным движением подвела глаза черным. Пристегнув оружие, Инара направилась к конюшням.

Конюх, похоже, был удивлен ее скорому возвращению. Еще даже не рассвело, но девушка не могла зря тратить время. Оставив отдыхать бедное животное, на котором приехала, Инара попросила приготовить новую лошадь и тут же вскочила в седло.

Как и конюх, стражники на воротах нахмурились при ее появлении. Инара вздернула подбородок и сделала ставки на единственную вещь, в которой была уверена, – эго Вэнса Грейвена.

С момента его приезда в Крепость он тут же занял доминирующую позицию, показав, что его распоряжения преобладают над приказами командира Дункана. Как ему это удалось? Благодаря постоянным напоминаниям о том, что он наследник Дома Костей.

Теперь гарнизон Крепости подчинялся ему.

Его хитроумные действия привели к нарушению внутреннего порядка. Теперь солдаты не знали, кто кого превосходит по званию. По их мнению, приказ от любой валькирии исходил от высокопоставленного костолома. Ну, по крайней мере, именно в этом Инара собиралась их убедить.

– Откройте ворота, – сказала она со всем ленивым презрением, на которое была способна, хотя сердце бешено колотилось в груди.

– Зачем?

Она обратила внимание на стражника, задавшего вопрос.

– Приказ Лорда-Мастера Вэнса Грейвена, вот зачем.

Они открыли ворота.

Солнце уже поднималось, когда Инара подъехала к краю Частокола и замерла. План Вэнса зависел от двух патрулей, которые должны были вернуться в Крепость.

Ей всего-то нужно было убедиться, что этого не произойдет.

Глава 10

Рен это не нравилось. Совсем не нравилось… и она этого не скрывала.

Девушка нахмурилась, насупилась, скрестила руки на груди и свирепо смотрела на мир вокруг.

Последнее, что им следовало сделать, – это отдать себя на милость ее брата, но, несмотря на опасения, она согласилась. В конце концов, дело касалось не только ее, а Рен старалась об этом не забывать.

Предполагалось, что мы– команда. Команда, которая справляется со всем сообща.

Она не просто предала доверие Джулиана, когда связала его на мельнице. Она лишила его права выбора. Лео тоже слишком долго был пешкой в чужой игре.

Так что Рен спросила, чего они хотят, и ответ оказался предсказуемым.

Лео был довольно мил и признал, что помощь ее брата была их лучшим вариантом. Джулиан же долго сверлил ее взглядом, прежде чем сказать:

– Ты действительно спрашиваешь мое мнение?

– Да пошел ты, – раздраженно буркнула Рен. Она старалась быть любезной. Как умелый, вдумчивый лидер. Вместо этого ей просто захотелось врезать как следует по его красивому угловатому подбородку.

Джулиан даже слегка ухмыльнулся, хотя Рен не находила в этом ничего веселого. Больше походило на то, что он смеется над ней.

Как бы то ни было, он согласился с Лео, и поэтому они прихватили сумки и попросили ее брата показать им дорогу.

Некоторое время группа шла в сгущающейся темноте– украшения Хоука гремели, плащ развевался, – пока не добрались до черной, точно чернила, расщелины, слегка возвышающейся над землей. Им казалось, что они направляются в зияющую пасть самой смерти, но и на земле для спутников было небезопасно.

Хоук щелкнул по черепу животного на посохе, и внутри него вспыхнул призрачный свет. Там был дух, пойманный в ловушку костей… точно так же, как железные ревенанты. В мерцающем зеленом отблеске Рен разглядела темный шип, торчащий из его лба.

– Следуйте за мной, – сказал Хоук, шагнув в темноту.

Они шли вот уже несколько часов, а призрачный свет едва-едва пробивался сквозь всепоглощающий мрак.

Был слышен слабый звук капающей воды, и что-то, возможно, ветер, завывало в отдаленных узких каменных проходах. В остальном мир сосредоточился в этом тесном пространстве: хруст их шагов и дыхание, громко отдающееся в ушах Рен.

Тем не менее недостаточно громко, чтобы заглушить чувство, будто она шла наперекор всем своим инстинктам. Мозг приказывал ей развернуться, убежать, отдалиться от этого юноши… от этой семьи. Как в последнее время, так и на протяжении всей жизни семейные узы не приносили ей ничего, кроме боли. И последнее, что ей следовало делать, – это довериться тому, в чьих венах текла такая же испорченная кровь.

Но все же…

Если она хотела уничтожить колодец, если хотела перехитрить отца и обойти мать, если хотела помешать регенту начать войну… ей была необходима помощь. Чтобы добраться до места и все разрушить. И у ее брата, возможно, имелись ответы на все вопросы.

Тем не менее она относилась к нему с настороженностью. Пока что. Ему еще предстояло заслужить ее доверие. Сейчас она лишь брала то, что ей предлагали. Но Рен оставалась начеку. Всегда.

В конце концов земля выровнялась, и Рен наступила на отполированный камень. Было сложно сказать, стал ли он таким гладким благодаря чьей-то кропотливой работе или же благодаря тем, кто прошелся по нему за все это время. Подняв глаза, Рен увидела, что Хоук остановился в нескольких шагах впереди.

Снова раздался тихий постукивающий звук, и еще один череп озарился светом. Прикрепленный к грубо обтесанной стене справа, он принадлежал человеку… и был не один.

Звук, с которым Хоук постукивал пальцем по кости, казалось, растягивался и нарастал, отдаваясь эхом, вместе с тихим словом, которое некромант шептал снова и снова.

– Восстаньте.

Один за другим черепа оживали– разных размеров и степени разложения, сплавленные с природным камнем и установленные на уровне глаз, как канделябры в коридорах замка.

Все дальше и дальше они освещали длинный низкий туннель, конец которого терялся из виду.

– Что это? – спросил Лео настолько же изумленно, насколько чувствовала себя Рен. Они все еще были в днях пути от Пролома и руин некромантов.

– Проход, – пояснил Хоук. Когда он повернулся к ним лицом, призрачный свет окрасил его тело в оттенки болезненного зеленого, отчего он перестал казаться человеком. – Такие туннели есть у всех подножий Несокрушимых гор. Позволяют безопасно передвигаться мантам и их рабам.

– Кому-кому? – с беспокойством спросил Джулиан.

– Он имеет в виду некромантов, – объяснила Рен, ощущая неприятный привкус во рту. – Некромантов и их рабов… то есть нежить.

– Все верно, – отозвался Хоук, с легким отвращением разглядывая ближайшую лампу-череп. – Нежити не нравится солнечный свет, и мы вынуждены все время прятаться.

– Потому что вас изгнали, – раздраженно заметила Рен. Некроманты не были жертвами. Они совершали ужасные вещи, разоряли могилы. За это другие мастера и решили изгнать их. – Достойное наказание за то, что вы сделали. За то, чем вы, очевидно, занимаетесь и по сей день.

Пусть слова Рен и звучали как обвинение, они относились не только к Хоуку. Но к ней тоже. И неважно, как старательно она пыталась это отрицать.

В этом-то и заключалась суть. Отвергая амбиции отца и планы матери, она отвергала эту магию. Она отвергала ту часть себя, которую не желала признавать.

Разрушением колодца она не только собиралась отказаться от его силы, но и уничтожить его наследие… лишить его возможности пустить корни в настоящем.

Если ей удастся, она сотрет все это с лица земли. Тогда она снова сможет быть Рен Грейвен.

Костоломом. Лучшей валькирией своего поколения.

Непризнанной дочерью наследника Дома Костей.

Хотя теперь это уже не казалось таким притягательным.

Рен хотелось стать новой версией себя. Не зависящей от одобрения отца или от того, изгнали ли ее из Дома Костей или нет.

Она собиралась выбрать свой собственный путь.

Хоук, который стоял впереди, поднял руку и обратился к своему кольцу-усилителю. Из кости вырвался луч призрачного света, собравшийся в форму птицы, которая уселась на вытянутую руку юноши. Ястреб.

Мысль о том, что подобное вообще возможно, буквально разрывала Рен мозг. Призраки не ходили, не стояли и не летали… Они парили. Но ястреб, переступавший с лапки на лапку, расправляющий огромные крылья, завораживал своей пугающей красотой.

Неожиданно Рен почувствовала непреодолимое желание убежать. Эта магия была слишком необычной, слишком странной, но в то же время… Рен не могла отвести глаз.

Хоук сказал что-то еще, и птица, поднявшись в воздух, понеслась по туннелю, пока наконец не скрылась из виду.

Призраки не летают. Этому Рен учили всю ее жизнь, но все потому, что она изучала только человеческих призраков. В Костяном лесу она встречала духов летучих мышей и знала, что теоретически существа, которые летали при жизни, могли делать это и после смерти. Однако духи животных обычно были настолько слабы, что в форме призраков пребывали недолго. Поэтому-то Рен никогда не уделяла им должного внимания. Теперь же увиденное тревожило ее.

– Куда ты послал птицу… то есть призрака? – спросила она.

– Моего фамильяра? – уточнил Хоук. Рен никогда раньше о таком не слышала. Фамильяр-призрак? Как домашний питомец? – Я отправил Когтя на разведку.

Он что, даже дал ему имя? Ну точно, домашний питомец. Пусть Рен все еще относилась к брату с подозрением, отправить ястреба на разведку казалось вполне логичным решением. Хотя весь скептицизм окончательно покинул ее, когда она осознала, что призрак мог преодолевать подобное расстояние. Что он вообще был способен пойти на разведку. То, что осталось от его тела, Хоук теперь носил на пальце. Поэтому ястреб не мог отдаляться от него больше чем на несколько футов.

В темноте было трудно определить, сколько времени прошло, но Хоук точно остановил их отряд спустя несколько часов.

Туннель стал достаточно просторным, чтобы их шаги отдавались эхом высоко наверху. Призрачные светильники освещали то, что казалось перекрестком, поскольку светящиеся черепа расходились в трех разных направлениях. И прямо здесь на сталагмите сидела птица-призрак.

Судя по всему, Рен слишком таращилась на него, потому что когда ястреб снова воспарил и опустился на руку Хоука, тот обернулся и спросил:

– Хочешь его погладить? Ты же некромант, смертельная инфекция тебе не грозит.

– Что… нет, – в ужасе отпрянула Рен, но таращиться на ястреба не перестала.

Хоук задумчиво кивнул и нежно погладил птицу по макушке. С этим призраком ее брат взаимодействовал совершенно спокойно, в отличие от остальной нежити.

Было полезно узнать, что она не могла заразиться смертельной инфекцией, но это еще не значило, что Рен хотела дотронуться до этого существа… Хотя девушка все же задумалась, каково это. Был ли ястреб холодным как лед, какими, по ее мнению, являлись все призраки? Или она могла почувствовать какую-то текстуру? Жесткие перья под шелковистым пушком? Но нет, речь же шла о призраке. О духе. Перья принадлежали миру живых, его телу.

– Как? – спросила Рен. – Привязанная… Как они могут настолько отдаляться от своих костей? Я полагала, что шипы нужны, чтобы этого избежать. Поэтому ты и вставлял их в железных ревенантов.

– Стержни, – поправил Хоук. – Да, они привязывают духов к телам. Но весь смысл в глифах[2]2
  В археологии глиф – это вырезанный или начертанный на камне или дереве (а в случае данной истории – кости) символ.


[Закрыть]. В командах, которые они передают. При желании некромант может позволить своему фамильяру преодолевать более длинные расстояния. На железных ревенантах, как на этих светильниках, это не работает.

– А человек может стать фамильяром? – настороженно поинтересовался Лео, разглядывая черепа на стенах.

– Это не фамильяры, нет.

– Из людей они делают факелы, освещающие наш путь, – хмыкнул Джулиан, мотнув подбородком в сторону вызывающих опасения источников света.

– Или солдат, закованных в железные доспехи и призванных развязать войну, – добавила Рен. Джулиан и Рен встретились взглядами и на мгновение будто снова оказались в Проломе… когда наконец позабыли об осторожности. Когда были заодно.

Джулиан первым нарушил магию момента и отвел глаза.

Они снова воздвигли вокруг себя крепости, прочнее, чем когда-либо, с высокими стенами и глубокими канавами. Возможно, даже рвами.

Хоук между тем, нахмурившись, переводил взгляд со своего фамильяра на призрачные факелы и обратно.

– А разве это не то же самое, что запрягать волов в плуг?

– Нет, – ответила Рен. – Мы же говорим о людях, а не о животных.

– А как же слуги? Я видел, как им приказывают. И рабочие, трудящиеся в шахтах.

– Они выполняют приказы за деньги.

– Даже волы за свой труд получают пищу и кров, – добавил Лео.

– Вот именно, – согласилась Рен. – А что перепадает призраку за то, что он освещает твой путь? Что получает ревенант, когда по твоему приказу размахивает мечом? Ничего. Беднягам не дают упокоиться с миром.

– Зато они могут жить вечно.

– Это, – Рен ткнула пальцем в ближайший факел, – не жизнь. Нельзя назвать жизнью существование ради того, чтобы служить другим.

Хоук задумался над ее словами.

– Ученые Дома Некромантов с тобой не согласились бы. Цель каждого некроманта– служить своему Дому как при жизни, так и после смерти.

– Так это черепа некромантов? – спросил Лео, неловко оглядываясь по сторонам.

– Тех, кто низкого ранга. Представители высшей касты занимали более достойные должности, некоторые даже выступали в роли учителей и советников.

Нежить, раздающая советы живым? Безумие.

– А как насчет железных ревенантов? – спросила Рен.

– Для их создания нужны хорошо сохранившиеся тела. Это важнее, чем их происхождение. В определенных случаях некроманты могут использовать любое тело, но предпочтение всегда отдается нашему виду. Служить Дому после смерти считается наивысшей честью, которая только может быть оказана некроманту.

Рен захотелось хорошенько встряхнуть Хоука. Накричать на него. Но что она могла сделать, если так его учили. Он не понимал, что становиться нежитью значило испытывать вечную боль. Если Равенна или кто-то еще из правящей семьи Некрос знал об этом, они явно не спешили делиться подобным фактом. Раболепие их народа основывалось на ошибочной вере.

После нескольких мгновений неловкого молчания Хоук прошептал что-то себе под нос, и Коготь исчез, обратившись в бесформенный туман, который засосало обратно в кольцо-усилитель.

– Сделаем привал здесь, – сообщил юноша, привлекая внимание к встроенному в камень зданию, которое Рен не заметила.

Вокруг входа стояли колонны, вырезанные аналогично тем, что она видела в Проломе, – с повторяющимися узорами из скелетов, обрамляющих камень. Внутри также находились призрачные факелы, которые, стоило Хоуку пробудить их к жизни, осветили небольшую квадратную комнату с очагом у дальней стены. Здесь не было ни мебели, ни каких-либо признаков недавнего пребывания, но в соседней комнате Рен заметила груду дров, стопки одеял и прочий хлам.

– Кто всем этим пользовался? – спросил Джулиан, с интересом рассматривая их находки. Рен подозревала, что он думает о тайнике бандитов, который они разграбили наверху.

– Я, – просто ответил Хоук, откладывая в сторону посох и устраиваясь поудобнее. Он полностью стянул с головы маску, так что бараний череп теперь болтался вверх тормашками у него на спине, и скинул ботинки. Странный выбор, учитывая, что было настолько холодно, что дыхание Рен вырывалось клубами пара, а костер они еще не развели. Порывшись в продуктах, юноша нашел банку с чем-то похожим на маринованную сельдь и грязными пальцами выудил кусочек. – Такие стоянки расположены на всем протяжении туннеля, но именно я набил их припасами. В любом случае только мне они и нужны. У мамы нет необходимости… – Он замолк и поднял взгляд на Рен, как будто боялся, что та не сможет вынести упоминания об их матери. – Она о них не беспокоится. Насколько я могу судить, пирую здесь только я и волки.

– Что, прости? Волки? – переспросил Лео, окидывая взглядом темный туннель.

Хоук, полностью сосредоточенный на своем ужине, лишь пожал плечами.

– Кто-то точно подворовывает еду.

– Забудь о стоянках или еде, – начала Рен, бросив сумку на пол. – Как далеко мы от колодца?

Хоук проглотил то, что жевал.

– Два дня. Может, три.

– Тебе известно, из чего он сделан… как он функционирует?

– Думаю, да.

– Тогда расскажи мне, – скомандовала Рен. – Расскажи мне все.