Читать книгу "Повелитель дронов – 7"

Я с чувством хлопнул в ладоши.

– Бинго, то что доктор прописал! Сириус, срочно загружай ресурсы в конструкторские матрицы Куба Власти, а создание легких патрульных мы пока отложим до лучших времен. Нам позарез нужна принципиально новая модификация тяжелых грузовых дронов.

– Водные? – механически отозвался голос. – Но у нас совершенно нет гидроизолированных двигателей подходящей мощности, чтобы поднимать со дна такие суда, Повелитель.

– А мы и не собираемся лепить туда стандартные роторы, потому что прямо сейчас мы делаем тяжеломодульных гигантов! – я прикидывал в уме чертеж, на ходу внося в него откровенно безумные правки. – Усиливай крепления по максимуму. На раму вообще не скупись, пускай дроны жрут материалы. Этим аппаратам предстоит выдерживать на глубине колоссальное давление, поэтому вместо привычной аэродинамики ставь силовые экраны. Затем пропитывай всё руникой плавучести. Прикручивай винты от боевых подлодок и смотри не забудь про магнитные манипуляторы с гравитационной подъемной тягой! В довесок отправь с ними эскадрилью мелкой техники – выдай каждому лазерный резак для подводных работ.

Ольга выслушала меня и часто-часто заморгала. С тем же успехом я мог предложить ей вручную нашинковать атомный ледокол. Девушка явно зависла на пару секунд, пытаясь осознать масштаб плана. Для такого проекта требовались гигантские аппаратные мощности и откровенное издевательство над законами физики.

– Феликс, ты реально собрался доставать корабли с морского дна? – наконец отмерла она. – Это же тонны ржавого железа. С ними целые флотилии спасательных судов справиться не могут даже современными лебедками.

– Твои спасатели просто ничего не смыслят в прикладной магокинетике, а в техномагии и подавно.

Я поднялся со стула и окинул взглядом тесную каморку штаба. Заваленные хламом столы, парочка искрящих стендов в углу… Скоро здесь закрутится настоящая индустриальная мясорубка, и о сне придется забыть минимум на сутки.

– Работать! У нас мало времени. Сириус, переводи свободные ресурсы Куба на этот заказ. Присвой новому классу название «Кальмары» и готовь их к глубокому погружению.

Глава 6

Петербург, Российская Империя

Отделение Тайной Канцелярии, аналитический сектор

Младший аналитик Илья Фильшин выровнял стопку бумаг о столешницу. За пять грёбаных лет работы в душном кабинете-пенале он вконец посадил глаза, постоянно просеивая терабайты информационного мусора. Парню приходилось выстраивать сложные логические цепочки и складировать в архивы бесконечные массивы данных, пока желторотые сынки столичных графов да князей после Имперской академии со свистом пролетали мимо него прямиком к руководящим должностям. Добиться справедливости здесь было невозможно.

Илья шумно выдохнул. Взял собранный по крупицам за последние полгода тяжелый пластиковый том и потащился к начальнику отдела.

Сидевшая в приёмной на должности секретарши баронесса с перекачанными губами лениво скользнула по визитеру равнодушным взглядом.

– Ожидайте, Фильшин, Аркадий Павлович сейчас занят.

Аналитик осел на жёсткий стул возле стены и заставил себя проглотить злость от того, насколько жёстко местная иерархия расставляла людей по своим местам. Уборщик и рядовой соцработник в графе «родители» не обещали в коридорах Канцелярии радушного приёма, поэтому каждый встречный сослуживец считал своим долгом смотреть на него исключительно как на залетевшее в окно насекомое, которому по какому-то недоразумению позволили копаться в местных бумагах. Давно умершие старики не зря уговаривали его топать инженером на завод подальше от гнилого столичного болота. «Сожрут они тебя, Илюша».

А он в своё время насмерть упёрся, поклялся доказать превосходство мозгов над дворянской кровью и пробил себе кресло в аналитическом секторе благодаря феноменальным тестам, подкреплённым отмороженной усидчивостью. И ради чего? Ради беспросветной задницы.

Массивная дверь наконец-то соизволила приоткрыться. Оттуда вальяжно, посвистывая на ходу, выплыл работавший в их отделе без году неделю молодой щёголь Шаталов, одарил Илью снисходительным взглядом и растворился в коридоре.

– Проходите, Фильшин, – скривила губы секретарша.

Обрюзгший и вечно всем недовольный начальник сектора Храпунов неохотно оторвал взгляд от светящегося экрана монитора.

– Ну, что там у тебя опять, Илья? Надеюсь, что-то стоящее?

Фильшин сделал шаг вперёд и грохнул папкой прямо перед носом руководства.

– Аркадий Павлович, я могу раскрутить это дело до конца, – ровно произнёс он. – Посмотрите на финансовые проводки. Граф Вересов... – Илья постучал костяшками пальцев по пластиковой обложке, – точно занимается, мягко говоря, незаконным бизнесом. Здесь не просто совпадения: стоит в его имении пройти закрытому приёму, как бесследно исчезают работавшие там девушки из эскорта, после чего следователь, рискнувший копнуть в ту сторону, внезапно отъезжает от сердечного приступа вместе с парочкой слишком болтливых горничных. У меня собрана полная схема движения транспорта и распечатки биллинга, никаких догадок. Всё тут.

Храпунов лениво раскрыл дело. Скучающе полистал страницы, выдал тяжёлый театральный вздох и одним движением задвинул том обратно на край столешницы.

– Подожди, Фильшин. Твоё рвение, конечно, похвально, и мы всё это изучим. Но бросаться обвинениями нельзя. Вересов – важная шишка с родственниками в Министерстве Энергетики. Понимаешь? Это тонкие материи. Так что давай пока подождём. Как только окончательно убедимся в неопровержимости фактов, займёшься реализацией. А сейчас... – начальник пренебрежительно махнул пухлой ладонью. – Ты у нас кто? Младший аналитик. Вот и иди, раскладывай бумажки без всякой самодеятельности.

От злости у Ильи натурально заныли скулы.

– Но Аркадий Павлович, здесь достаточно улик для ордера на обыск поместья! Там ведь люди гибнут!

– Фильшин! – рявкнул начальник. – Я сказал: в долгий ящик! Свободен!

Илья покинул кабинет, хотя больше всего хотелось вынести дверь ногой вместе с косяком. Первостатейный ублюдок Вересов, от чьего грязного Дара буквально несло свежей мертвечиной и пытками, впервые в жизни оказался в уязвимом положении благодаря сшитой Фильшиным доказательной базе. И теперь Храпунов нагло хоронит расследование ради сохранения связей в высших эшелонах.

– Твари, – процедил аналитик сквозь зубы.

Дальше рутина сожрала его с головой. Илья несколько суток подряд исключительно на автомате заполнял дежурные формуляры и сортировал скучные сводки по кражам, уверившись в полнейшей бессмысленности собственного существования, пока ровно через неделю по отделу не шарахнуло новостями.

С самого раннего утра сектор стоял на ушах. Аналитики носились по коридорам ошпаренными стаями, баронесса в приёмной срывала голос на двух телефонах одновременно, а господин Храпунов семенил между столами с таким выражением лица, будто ему подложили в штаны осиное гнездо.

– Фильшин! Прикинь! – налетел на него в коридоре пухлый аналитик Сёмин из соседнего кабинета. – У нас тут такое! С самого утра запущены обыски у графа Вересова! Доказательства прилетели железобетонные, там жопа полная, вся Канцелярия гудит!

Илья резко притормозил.

– Вересова начали колоть?

– А то! Операция «Мотылёк»! И курирует всё лично виконт Шаталов. Его за эту тему прямо на утренней летучке повысили до старшего оперуполномоченного, говорят, у парня звезда во лбу горит!

Фильшин уставился на болтуна немигающим взглядом.

– Кто? Шаталов?

Пижон, который на прошлой неделе не смог с первой попытки запустить в комнате отдыха кофеварку?

Отодвинув Сёмина плечом, он рванул прямиком по коридору, пересёк приёмную под визги баронессы и рывком распахнул начальственную дверь.

– Аркадий Павлович! – выпалил Фильшин прямо в лицо ошарашенному Храпунову. – Какого чёрта Шаталов?! Это же моё производство! Я всё собрал, пробил проводки и нарисовал схему!

Босс пошёл красными пятнами, но быстро взял себя в руки, сменив гнев на надменную усталость взрослого, отчитывающего не в меру буйного студента.

– Слушай, Фильшин, ты бы унял амбиции. Твоё дело лежало в заморозке, пока виконт Шаталов не задействовал свои каналы влияния. Парень нашёл отличных свидетелей и вытащил новые факты.

Илья опёрся об инкрустированное дерево стола.

– В смысле, «он нашёл»?! Координаты всех людей были прописаны в приложениях внутри той самой папки, которую я лично положил вам на подпись ровно семь дней назад!

Храпунов насупился и как-то криво скосил глаза в сторону шкафов.

– И где же это было? Я в упор такого не припомню. Возьми свою папку и покажи мне.

По столешнице скользнула оригинальная обложка дела. Илья вцепился в неё пальцами и зашуршал распечатками, отматывая таблицы биллинга и транспортные рапорты, чтобы мгновенно обнаружить недостачу. Листы с профайлами двух охранников Вересова, которых он планировал довести до сделки со следствием на почве их диких долгов по микрозаймам, испарились без следа.

Картина была до боли прозрачной. Храпунов тупо выдернул наводки и торжественно вручил их малолетнему дворянчику, чтобы свежеиспечённый виконт преподнёс генералам готовых людей на серебряном блюдечке, обеспечив себе карьерный лифт в обмен на долю бюджета для руководства.

– У виконта Шаталова серьёзный личный вклад в процесс, Фильшин, – ледяным тоном процедил Храпунов, глубже вкапываясь в кожаное кресло. – Соответственно, разработку ведёт он. Тему мы закрываем прямо сейчас.

Илья просто молча вышел в коридор. Толкаться лбом в бетонную переборку не имело смысла, потому что выстроенная на родовых гербах и министерских связях махина постоянно перемалывала наивных выскочек в топливо для заправки элитных жизней.

Он добрался до своего пыльного закутка, рухнул на жёсткий стул и со злостью впечатал кулак в ламинированную поверхность, заставив скрепочницу жалобно подпрыгнуть на кипе бумаг.

Хотелось выгрести личные вещи в мусорный пакет. Заодно обоссать начищенный паркет в секторе и свалить в самый дешёвый окраинный бар до утра. Перед глазами навязчиво плыло лицо покойного отца с его извечным старческим брюзжанием про шапку не по Сеньке. Илья тогда почти до хрипоты доказывал старику возможность пробиться честными мозгами, однако система регулярно напоминала выскочке о врождённом цвете штанов.

– Ну и хрен с вами, – выдохнул аналитик.

Он с силой дёрнул к себе залитую кофе клавиатуру, и липкую апатию мигом смыло предельно расчётливой злостью. Раз им нравится играть грязными картами, Илья закопается в базу по самые уши. Пусть даже придётся сдохнуть прямо здесь от недосыпа, он докажет свой профессиональный вес. Вывернет наружу такую грандиозную столичную грязь, что местное дворянство начнет выть от ужаса прямо в своих особняках. А продажный Храпунов за скомпрометированные решения и торговлю правосудием гарантированно улетит в общую камеру.

Фильшин наглухо отгородился от кабинета муниципальными сводками. Аналитик без перерыва сличал мутные тендерные потоки и гонял базы данных через серверный анализатор, давно перестав обращать внимание на растущую резь в глазах. Электронные цифры на мониторе лениво отмеряли половину второго ночи, Управление полностью вымерло ещё вечером, оставив единственным фоном противное жужжание забитого пылью компьютерного кулера.

Раздался глухой щелчок.

Светодиоды в лампах моргнули и дружно сдохли. Сервер в углу подавился электричеством, обрушив мониторы в кромешную тьму. Полная изоляция и давящая тишина в здании с тремя независимыми контурами автономного питания противоречили здравому смыслу. Илья озадаченно потёр лицо руками.

Он успел полезть в карман за телефоном ради встроенного фонаря, как мёртвую тишину разорвал истошный треск дискового телефонного аппарата правительственной спецсвязи на краю тумбы. Пластиковый кусок окаменелости за пять лет не издал здесь ни одного звука. Аналитик потянулся на источник шума и сорвал трубку.

– Слушаю, – хрипло отозвался он.

– Это точно Илья Фильшин? – раздался в динамике спокойный мужской голос.

Илья нахмурился.

– Документы зачитать?

– Обойдёмся на доверии, – рассмеялся незнакомец. – Я – Феликс Бездушный. Знакомо имя?

В желудке мгновенно ухнуло. Князь Феликс Бездушный числился новым правителем Приморья и самым страшным сном всей верхушки Канцелярии за последние недели. И вот он прямо сейчас беседовал по древнему кабелю с заштатным лейтенантом.

Илья подобрался, пальцы сами намертво обхватили спиральный шнур.

– Знакомо. Чем обязан?

– Забудь ты про скрипты, – отмахнулся Бездушный на том конце провода. – Скажи мне лучше вот что: ты человек в принципе азартный? Ставки делаешь, в казино играешь?

– Никакие игры на удачу не интересуют, – сухо ответил Илья.

– Правильная политика. Тебе кроме цифр в архивах ничего не нужно, хотя начальство твою любовь почему-то в упор не ценит. Но сегодня, можешь считать, судьба отгрузила тебе невероятно выигрышный лотерейный билет. Понимаешь, Фильшин, из всех крыс в вашем ведомстве твоё досье меня зацепило. Расследования ты шьёшь изумительно, откатов не берёшь принципиально, даже когда бумажки на столе начинают стоить состояние. Сплошной стержень из морали и правильного воспитания.

Илья напряжённо дышал в мембрану.

– Вот мне интересно, у тебя с головой всё хорошо? – поинтересовался князь. – Год назад Храпунов закинул тебя дежурить на перекрёстки, и ты тормознул там упоротого мажора. Мужик совал тебе в руки пять тысяч чистыми прямо у капота, что для постового является шикарным кушем. Но ты не взял. Ты испортил протокол, залез в рамки закона, после чего мажора на утро один хрен вытащили родственники, а тебя выпнули со съёмной квартиры за неуплату аренды к какому-то приятелю на диван. И смысл страдать?

Илья нервно дёрнул кадыком. Вытащить детали того бытового унижения из базы Канцелярии было невозможно технически.

– Свои поступки я считаю правильными, – выдавил Фильшин. – И не имею понятия, откуда у вас детали моей жизни, Ваше Сиятельство, но мы это выясним в ближайшее время. Разговор фиксируется.

Собеседник расхохотался, словно услышал великолепную армейскую байку.

– Ищи-свищи, ищейка! Пиши хоть в три канала на золотые диски. В общем, слушай сюда, Фильшин. Пора забирать приз. Поднимай свой правильный зад, спускайся на улицу перед главным фасадом и забирай подарки от спонсора.

Связь прервалась, послышались гудки.

Топать во двор во время тотального блэкаута, хоть и по личной указке князя Приморья, было грандиозной тупостью, но въевшееся под корку сыскное любопытство давно атрофировало в Фильшине здоровый инстинкт выживания.

Он быстро вогнал патроны в магазин служебного ствола. Прихватил армейский фонарь и быстрым шагом направился на лестницу. Коридоры встретили его абсолютным мраком без единого пятна аварийных указателей, а вечно загруженный охраной КПП в холле пустовал, будто дежурных смены просто распылили в воздухе. Илья пинком распахнул массивные входные двери.

Прямо над площадью в зловещей тишине висели громоздкие матово-чёрные беспилотники совершенно неизвестной аэродинамики. Днища машин с механическим скрежетом раздвинулись, скинув прямо на дворцовую брусчатку целый ряд массивных цилиндрических контейнеров с укреплённым пластиковым стеклом наверху.

Их было ровно двадцать штук. Уронив груз, дроны-доставщики свечой ушли в слоистую облачность и испарились из реальности за секунду. Илья боком начал спускаться по гранитным ступеням, держа на мушке ближайший блестящий саркофаг, внутренности которого тускло подсвечивались зелёными диодами.

Под слоем акрила неподвижно валялся скрученный стяжками мускулистый мужик. Аналитик бросился к соседней ёмкости, сорвав свет фонаря на следующую рожу. Везде люди. Два десятка живых, мирно посапывающих под качественной дозой транквилизаторов, сложенных в ряд, как дрова перед печкой. Фильшин опустил пистолет. На крышках контейнеров он заметил вмонтированные простенькие гражданские планшеты.

Разблокировал экран, и увидел структурированное цифрового досье со вложенными стенограммами перехватов и сканами теневых транзакций.

Глаза пробежались по тексту. В первой банке дремал координатор экстремистской ячейки, спаливший сеть вокзалов в прошлом десятилетии, которого департамент безопасности похоронил в отчётах из-за отсутствия зацепок. Чуть правее мариновался великий и неуловимый Одарённый-взрывник, а всю остальную коллекцию заботливо составили из разномастных теневиков, годами сливавших секреты военных заводов, штатных палачей для неудобных политиков и хладнокровных виртуозов отмывания бюджетных траншей на нужды мятежников, причём к каждому фигуранту намертво прикрутили такую пудовую базу улик, что расстрел с гарантией штамповался бы даже в наглухо парализованном государственном суде. Смертники под ключ.

– Господи... – глухо прохрипел Фильшин, спиной впечатываясь в холодный бронированный угол ближайшей ёмкости.

Неожиданная вибрация в кармане куртки заставила его вздрогнуть. Илья тупо и на одних рефлексах вытянул личный мобильник, вообще не переставая гипнотизировать взглядом спящих в полимерной жиже уголовников.

– Ну, с днём рождения, Илья, – жизнерадостно сообщил Феликс из динамика. – Хотя оно и прошло пару недель назад. Как у вас говорится... Лучше поздно, чем никогда?

Вместо осмысленного ответа Фильшин молча давился воздухом, до побеления суставов стискивая пластик телефона и чувствуя мелкий предательский озноб на кончиках пальцев от попыток осознать реальные габариты открывшегося ему подпольного зверинца.

– Считай эту подарочную коробку личным карьерным экспрессом до самого верха. Мог бы расписать инструкцию по применению – кому занести бумаги в обход толстяка Храпунова, чтобы прогреметь на всю контору, но у тебя вроде мозги на месте. Удачи в работе.

Вызов прервался.

Илья стоял на брусчатке с потухшим телефоном в руке. Эта куча человеческого мусора являлась термоядерным джекпотом, способным полностью перекопать местную административную почву. Никаких транзитов через Храпунова или Шаталова. Хватит работать ступенькой для золотых мальчиков. Он сам дозвонится напрямую до шефа столичного Управления по личной линии, выдернет из постелей генералитет и проследит за штампом на каждом листе протокола задержания. Такой подарок от парня с подвала вызовет настолько гигантские чистки на его этаже, что нынешнее руководство аналитического сектора отправится разгребать архивы где-нибудь за Уралом.

Он задрал голову вверх и с удовольствием втянул сырой воздух.

– От души, – еле слышно произнес он.

Воздух в нескольких метрах над головой искривился, выдав сбой оптического камуфляжа и показав крошечную сферу наблюдателя. Лазерный проектор с щелчком нарисовал перед ним объёмную голограмму Феликса Бездушного в человеческий рост. Электронный князь издевательски ухмылялся, скрестив руки на груди.

– За тобой в любом случае должок, принципиальный ты наш, – сообщила копия. – Обживай новое кресло.

Проекция моргнула и осыпалась каскадом тускнеющих цифр. Дрон заложил крутую петлю в ночном небе и снова ушёл в маскировку.

Фильшин остался один среди контейнеров с живым товаром. Где-то за пару кварталов уже нарастал вой сирен быстрого реагирования. Судя по всему, автоматика подстанции успела сбросить сигнал тревоги внешним городским службам.

Илья усмехнулся. Быть правильным до тошноты оказалось действительно тяжело. Зато теперь он с огромным удовольствием пересчитает зубы этой системе за каждую убитую нервную клетку.

* * *

На следующее утро мы с сёстрами и Арни уже топтали гальку дикого пляжа. Место оказалось глухим, со стороны материка его надежно отсекали отвесные скалы. Туристы сюда не совались. Холодное море вяло накатывало на берег.

Эльвира зябко куталась в куртку от резкого ветра с воды, пока Маргарита высматривала что-то в белеющих вдалеке барашках. Арни торчал рядом натуральным монолитом и намертво прижимал к груди любимый дробовик.

– Феликс, – недовольно начала Эльвира, – а мы здесь зачем? Подышать солёным воздухом?

– Я хотел кое-что показать, – улыбнулся я, кивнув в сторону моря. – Обещаю крайне масштабное зрелище.

– Картинку с дрона мы могли бы глянуть и из теплого кабинета, – пробурчала Эльвира.

– Экран не передаст габаритов. Смотрите внимательно.

Я мысленно активировал сеть «Кальмаров», дремлющих на дне залива уже пару часов.

Первое время над тёмной гладью не происходило ровным счётом ничего.

А затем метрах в двухстах от берега вода закипела. Поверхность вспучилась крупными пузырями под аккомпанемент нарастающего низкого гула, от которого ощутимо завибрировал причал. Волны закрутились, сбиваясь в широкое пенное кольцо.

Маргарита ахнула и вцепилась мне в рукав.

Расталкивая море, из глубины с тяжёлым рокотом стала подниматься исполинская махина, сбрасывая с широких бортов настоящие водопады. Это была чёрная, изъеденная ржавчиной, поросшая ракушками и длинными бородами водорослей носовая часть огромного корабля. Ржавый якорь свисал с её борта, как огромный крюк. Судно стонало, скрипя покорёженным металлом, с него стекали тонны морской воды.

– Матерь божья... – выдохнула Эльвира, отступая на шаг назад. – Это что такое?!

Огромный сухогруз, пролежавший на дне, возможно, лет пятьдесят, буквально вынырнул из воды. Его днище всё ещё было в иле, но он летел по воздуху!

Поднимали этого монстра десять новеньких тяжёлых «Кальмаров» – огромных чёрных дронов с утолщёнными, похожими на турбины двигателями, от которых исходило яркое фиолетовое свечение. Мощнейшие гравитационные экраны, интегрированные в их манипуляторы, вцепились в обшивку корабля мёртвой хваткой.

Эскадрилья дронов потянула сухогруз к берегу, зависнув всего в паре метров над пляжем. С днища отваливались куски ржавчины и морского дна, шлёпаясь в воду.

За ними впрягся и Арни. Я оснастил его броню дополнительными антиграв-якорями, и киборг буквально потащил этого «левиафана» на себе.

И вот этот стометровый остов грузно рухнул на гальку прямо перед нами.

– Впечатляет, да? – самодовольно произнёс я, наслаждаясь отвисшими челюстями сестёр.

Тут же из воды выскочила туча дронов-резчиков поменьше. Оснащённые сверхмощными плазменными лазерами, они с диким шипением и снопами искр, ослепляющих даже днём, начали вгрызаться в металлическую тушу корабля. Они распиливали его на ровные куски с такой скоростью, что казалось, судно тает на глазах, распадаясь на ровные штабеля сырья, готового к транспортировке. Грузовые юниты тут же начали цеплять нарезанные балки и тащить их прочь – к ожидающим у трассы машинам барона Пивцаева.

Следом за сухогрузом из воды с тем же утробным гулом взлетел облепленный полипами старый военный катер, за ним – огромные противокорабельные морские ежи, похожие на жутких пауков, вырванные с бетонными основаниями со дна, а затем и вовсе какие-то гигантские цистерны. Берег превратился в гигантскую перевалочную базу, пылающую искрами плазмы. Арни молча складировал стокилограммовые куски, подкидывая их как картонные коробки.

Эльвира наконец смогла совладать с дыханием.

– Феликс, ты... ты больной, – с уважительной хрипотцой в голосе произнесла она. – Ты просто взял и поднял кладбище кораблей. У нас есть металл! У нас реально есть целый чёртов океан металла!

Я улыбнулся и перевёл взгляд на Маргариту.

– Марго. Твой дядюшка Бьёрден... ты ведь поддерживаешь с ним связь?

– Генерал Айварс? Ну да, конечно, – она быстро закивала, не отрывая глаз от того, как лазер отсекает носовую пушку катера.

– Знаешь, я думаю, нам стоит как-то сблизиться с нашими... заграничными родственниками, – задумчиво протянул я, делая вид, что меня внезапно пробило на семейные ценности. Впрочем, мужик он неплохой. Отправил нам кучу дорогостоящего оборудования на своём дирижабле без лишних вопросов, даже впрягся за нас в этом конфликте. Такую родню грех терять. Тем более, у его Королевства огромные проблемы на их северных рубежах, им срочно нужны ресурсы.

– Ты хочешь ему помочь?

– Конечно! И, между делом, заключить потрясающую экономическую сделку. Свяжись с генералом. – Объясни ситуацию так. Приморье сейчас отрезано. Местным поставщикам гнать сырьё с других концов страны крайне накладно, вся логистика ложится мёртвым грузом на себестоимость, поэтому материалы стоят дурных бабок. Эта блокада, организованная барышниковскими подсиралами, создаёт жесткий дефицит. Ну а мы... – я указал на дымящиеся горы нарезанного металла. – Мы выступим в роли щедрых союзников. Предложим ему, эм-м-м, списанный военный лом на выгодных условиях. В Скандинавии у него простаивают промышленные узлы и судоремонтные заводы, а на фронте против орков сталь сейчас отрывают с руками. Цену дадим копеечную. Нам-то это добро достаётся даром. Мои дроны на собственной тяге всё поднимают и режут, Арни занимается сортировкой. Затраты равны нулю. Если он пришлет грузовые корабли сюда в обход столиц, мы оперативно погрузим металлолом. Сделка выходит на редкость удачной. Северяне берут дешёвую сталь под военные нужды. Приморский край вместе с нами получает живые деньги плюс реальный политический вес на международной арене.

Эльвира слушала меня, прищурив глаза.

– Феликс, а ты умеешь зарабатывать на мёртвых вещах, да? Ты достаешь хлам со дна, продаёшь это собственному дяде и выглядишь при этом как меценат-благодетель! Я свяжусь с ним. Дядя Айварс будет в восторге от перспектив.

Через два часа, когда берег окончательно зачистили от шестого по счёту корабля и горы арматуры, и гул дронов стих, переключившись на погрузку в лесу, я остался доволен результатом. Заводские печи не остановятся, сырьевой коллапс, на который уповали столичные интриганы, лопнул, как мыльный пузырь. Теперь нужно решить третью, самую масштабную задачу.

Мы с Сириусом зависли на пустом берегу. Дроны дорезали последние куски якорей. Я потянулся и устало выдохнул.

– Ладно, Сириус, – сказал я. – С поставкой лома мы временно дыру заткнули. Заводы выживут. Башатовские стройки обеспечены арматурой. А теперь, друг мой, нам пора думать над тем, как отбить шахты и привести их в порядок. Это уже не просто сброс мин, там зеленокожие окопались под землёй, затопили штреки, заминировали входы и устроили в туннелях свои норы.

– Очистка шахт в закрытом подземном пространстве, где эффективность авиации сведена к нулю, потребует принципиально иного подхода, Повелитель, – отрапортовал Сириус. – Согласно алгоритмам штурмовых подземных операций, нам потребуется собрать целую новую бригаду. Тяжёлые проходчики. Бурильщики с лазерной заточкой, способные разрушать базальт. Штурмовые модули для ближнего боя с орками в замкнутых галереях. То есть... Шахтёры! Механизированный отряд гномов. Целая автономная бригада подземного реагирования.

– Шахтёры... – усмехнулся я. – Знаешь, звучит мощно. Но есть ма-а-а-аленькая проблема. Мы с тобой достали со дна хренову тучу стали. Но на производство «Штурм-Кротов» этого добра недостаточно. Их корпуса должны выдерживать давление пород и удары орочьих кувалд в темноте, плюс нам нужны вольфрамовые наконечники, электроника и системы термозащиты. Для их создания нам не хватит одного металлолома.

– Значит, проект нереализуем в краткосрочной перспективе?

– Да всё можно сделать, – улыбнулся я. – Будем импровизировать и комбинировать. Куб уже пережрал кучу техники, у него накопился хороший потенциал. Если я сплету магию уплотнения с той хернёй, что мы срезали с имперских крейсеров... Знаешь, мы кое-что придумаем.