![](/books_files/covers/thumbs_240/karera-iz-minusa-v-plyus-kak-polyubit-svoyu-professionalnuyu-nestandartnost-i-nayti-resurs-v-atipichnoy-karere-rukovodstvo-dlya-teh-komu-slozhno-samorealizovatsya-iz-za-postoyannyh-peremen-278792.jpg)
Автор книги: Ольга Басай
Жанр: Поиск работы и карьера, Бизнес-Книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
Глава 5
Ступор, или Когда всё кажется излишне запутанным и непонятным
Всё, что нас не убивает, даёт нам материал для истории.
Лилия Ким, сценарист кино и телевидения, член Американской гильдии писателей
На распутье всё непросто, И настолько риск велик, Что для многих перекрёсток Превращается в тупик.
Вячеслав Щедрин
Прежде чем любая цепочка выстроится во вдохновляющую и окрыляющую идею, водоворот разрозненных профессиональных событий может ввести нас в ступор, когда нет ясности в мыслях, действиях и намерениях.
Так было и со мной.
Моментов, когда не контролируемые мной обстоятельства вмешивались и не позволяли реализовать мечты и планы, у меня было много. Моментов, когда казалось, что достигнут потолок и было непонятно, чем заняться дальше, было столько же.
Поэтому начинать всё снова приходилось много раз.
С высоты опыта могу сказать, что одни начинания были более болезненные, другие – менее. Уровень болезненности определялся не сложностью задачи, а тем, насколько долго длился процесс, когда я не понимала, как дальше действовать.
Студенчество во Франции было очень непростым: мне пришлось подстраиваться под новую систему общества, заново учиться, пытаться заработать деньги и как-то выжить. Через некоторое время я стала специалистом в области исследования
рынка, имела диплом, который давал мне много надежд, но мало возможностей устроиться на работу по профессии.
2003 год для меня был не самым простым. То я попала к мошенникам, то работала по краткосрочным контрактам и поэтому не могла глубоко погрузиться в суть новой профессии исследователя рынка.
– Надоело! – воскликнула я однажды утром. Купила билет в один конец и улетела в Москву.
За неделю прошла два собеседования в крупных институтах, получила два предложения и приступила к работе в новой должности.
Радуюсь, а коллективчик, смотрю, грустный сидит, смотрит на меня сурово, не разговаривает. «Уж я к ним и так и эдак, со словами и без слов», а они всё суровее и суровее.
Однажды утром прихожу, а коллеги загадочно улыбаются. Пока я куртку снимала, подходит ко мне самая опытная сотрудница и сладким голосом мяукает:
– Мур! У нас новый серьезный клиент появился. Я предложила руководству, чтобы ты вела этот проект самостоятельно. Будут вопросы, обращайся.
– Как самостоятельно?! Я же еще не всё умею делать и не знаю специфику клиента, – хотела ответить я, но кошечка уже удалилась, оставив меня наедине с моими страхами.
Что делать? Проект начался. Наступил назначенный день глубинных интервью. Я принимаю первых респондентов. Провожу интервью и с ужасом осознаю, что видеозапись не сработала и всё пошло насмарку.
Сразу сообщаю кошечке. Улыбнувшись, она предложила не расстраиваться и подготовить анализ по заметкам, сделанным от руки. Дальше был большой скандал, и, чтобы утихомирить яростного клиента, меня попросили уйти.
Я спускалась в лифте с 17-го этажа, перед глазами пронеслись: кошечка, мой диплом, оценка рисков смены профессии,
все за и против, нагрянувшие сложности, огорчения и обиды. Но не было прострации. Вскоре заветный Грааль был найден.
После двух лет дополнительного обучения в бизнес– школе на факультете международного управления персоналом я стала обладательницей «распространенной и востребованной профессии» и устроилась HR-менеджером в международную компанию. На тот момент я была уверена, что смогла реализовать свои мечты о работе. Плавно и уверенно я занимала позиции в новой развивающейся компании, нарабатывая профессиональные компетенции HR. Почувствовав, что потенциал компании для меня иссяк, я решила начать новый поиск. Но он не понадобился, так как одним майским утром моя жизнь начала выстраиваться по не запланированному мною сценарию.
– Меня приглашают на работу в Китай! – радостно объявил муж после неожиданного телефонного звонка президента компании.
– Когда вылетаем? – без промедления спросила я.
– Через месяц.
Именно этот первый опыт экспатриации в Китай оказался предвестником новых профессиональных изменений.
И именно в этот раз я впервые испытала состояние временного отсутствия ясности в понимании, куда двигаться и что делать в новой стране. За плечами я оставляла многообещающую карьеру HR во Франции, а также стабильность, к которой я так долго шла. Впереди была неизвестность: новая страна, два младенца на руках, отсутствие работы, невладение китайским языком. Но это совсем не пугало. Я с рвением учила китайский язык и пользовалась любой возможностью продолжать свою профессиональную деятельность в Поднебесной империи.
После трех лет жизни в Китае я говорила на сносном китайском языке, руководила филиалом французского агентства
по рекрутингу, строила планы развития и продвижения. Младенцы чирикали по-китайски лучше, чем я со своим честно заработанным дипломом HSK 3, лопали за обе щеки китайские пельмени, приготовленные няней, и жизнь казалась легкой и беззаботной.
И именно в этот момент, когда я заново обрела профессиональную стабильность в чужой стране (уже второй после Франции!), жизнь преподнесла новый сюрприз.
Нас ждал Бангалор, Силиконовая долина Индии, а меня – новая волна профессиональной неопределенности.
Переезд в Индию и уровень болезненности, связанный с новыми переменами в жизни, был более ощутимым. Это был период временной прострации, период пустоты в мыслях, который давал возможность расслабиться и увидеть то, на что раньше не было времени или желания. С ним я тоже достаточно «легко» справилась. На тот момент мне казалось, что найден стержень, дающий уверенность и ощущение смысла в построении моей новой профессиональной деятельности.
Но кто бы мог предположить, что это был всего лишь новый виток цикла перемен.
Эта попытка примерить на себя новую профессиональную роль оказалась настолько сложной, что после первых трех лет практики в профессии коуча я испытывала лишь чувство отчаяния от невозможности быть востребованным профессионалом. Однажды муж невзначай пошутил над моей работой. Я от души посмеялась, а затем так же от души расплакалась.
Каждый раз пытаюсь распутать этот клубок нелепых ощущений.
Грустно смеяться над собой, точнее, над ситуацией, когда чувствуешь свою невостребованность.
Голая правда моей новой профессии коуча была в том, что я могла работать сидя на кухне, в домашних тапочках, поставив за собой ширму и делая вид, что нахожусь в профессиональном
деловом центре. От наличия ширмы подташнивало: если представить ее прозрачной, то можно было увидеть немытые кастрюли, овощи на столе, а если это была спальня, то тут вообще пипец.
На какой-то момент вся профессиональная деятельность свелась к наличию ширмы. Ширма нелепых ситуаций, какой-то незаконченности, недоделанности, недопрофессии, недо… Становилось немного легче от осознанности и самокритики, но тяжело было на душе от очередной неопределенности и столь знакомого чувства безысходности.
Этот новый виток осознания совпал с нашим возвращением во Францию после 10-летнего отсутствия. Именно в этот период я стала ощущать некий blank space – полную и затяжную пустоту в голове, в идеях, в понимании того, что и как следует делать и зачем. Я перестала чувствовать, чего я хочу. Перестала намеренно искать выход из этой ситуации, так как не знала и не понимала, как к ней подступиться. Я ощущала, как проходит время, а я до сих пор не знаю, что мне делать. Очень хотелось обязательно чем-то заполнить эту пустоту, ощутить её форму, наполненность, найти смысл и ясность в сознании и понимание в действиях.
Кто бы мог предположить, что ощущение пустоты было только начальной стадией этого процесса, некое затишье перед бурей.
Время шло, через несколько месяцев после нашего возвращения я ощущала себя герметично закрытым сосудом, наполненным разноатомным газом, температуру которого постоянно повышали.
Как и следовало ожидать, результат изменения внутренней энергии газа в закрытом сосуде произвел эффект взрыва. Шум от взрыва был сильным, он оглушил. Падение осколков было очень болезненно, боль ощущалась в каждой частичке тела. Когда я, набравшись сил, поднялась с земли, меня качало как моряков в открытом море.
Помню, в Керале, одном из красивейших штатов на юге Индии, я поймала свою «Большую волну близ Канагавы»[2]2
Гравюра на дереве. Автор – Кацусика Хокусай (1760–1849), один из крупнейших японских художников.
[Закрыть]. Остановившись на пару дней в маленьком отеле на берегу Индийского океана, я наслаждалась солнцем, прыгала на волнах. Вдруг сильный толчок в спину перевернул меня с ног на голову. Я попыталась смягчить удар, выставив руки вперед. Выйдя на берег, обнаружила, что по лицу течет кровь, а всё тело в ссадинах.
![](i_003.jpg)
Как писала Маргарет Этвуд в романе «Она же Грейс»: «Когда доходишь до середины рассказа, начинается сплошная неразбериха: мрачный рёв, слепота, осколки разбитого стекла и деревянные щепки, словно захваченный ураганом дом или корабль, раздавленный айсбергами либо налетевший на рифы, поскольку люди на борту не смогли его остановить. Лишь со временем это становится похоже на историю. Когда пересказываешь ее себе самой или кому-нибудь другому».
Что-то похожее происходило и со мной. Я искала баланс, но не находила. На автопилоте продолжала выполнять свои ежедневные обязательства, связанные с домом, работой и семьёй. И только намного позже, исследуя атипичность, я обнаружила, что мое состояние напоминало то чувство, которое описывали атипичные кандидаты в беседе со мной.
Леся
– медсестра,
– руководитель центра реабилитации детей с ДЦП,
– руководитель службы доставки,
– продажа рекламы,
– учитель украинского языка,
– медсестра в детском лагере,
– консультант по грудному вскармливанию.
«Первый раз со мной такое. Раньше всё отталкивалось от возможности и моего дальнейшего принятия решения нырять или не нырять в эту стихию. Не было паузы и непонимания, что дальше делать и кто я. У меня это длится уже два года. Происходит обесценивание себя».
Людмила
– гид,
– преподаватель,
– исполнительный директор туристического агентства,
– в момент интервью – на распутье.
«У меня был сильный эмоциональный стресс. Несмотря на то, что я пережила много критических ситуаций, в этот раз я абсолютно не понимала, что дальше делать. У меня пропало желание вообще что-то делать, я стала забывать важные вещи, стала чувствовать себя как выжатый лимон. Просто тупо сижу, и меня все бесят, не хочется ни с кем разговаривать».
Юлия
– ученик токаря,
– специалист рекламного агентства,
– сотрудник типографии,
– кинезиолог,
– коуч.
«Ступор, когда не знаешь, что делать и какое решение принять, случался со мной периодически и сопровождал переход в новую деятельность».
Моё окружение не замечало, что происходило со мной, и настойчиво требовало от меня должного внимания, заботы и адекватной реакции в поведении и при принятии решений. Чтобы показать заботу, мне усердно советовали заняться интересными делами, строить новые планы, заниматься бизнесом.
– Тебе не хватает общения.
– Сходи в кино.
– Запишись на курсы вождения.
– Ты не можешь принять элементарных решений.
– Ты ничего не предлагаешь.
– Ты перестала планировать.
– Если ты не способна принять простое решение, то приму его я.
– Ты ничего не хочешь.
Я игнорировала предложения и нелепые упреки. Наблюдала за происходящим и училась быть терпеливой. Я чувствовала, что решение найдется, надо просто быть готовой, чтобы распознать его.
Вывод: точно так же, как ощущение дискомфорта – характерная реакция в период профессионального поиска, ступор – естественное состояние, которое следует принять и прожить, чтобы найти энергию, необходимую для новых путей развития.
Для меня ступор оказался именно тем моментом, когда жизнь преподносила мне урок, который следовало не игнорировать, а понять и поступить так, как положено, а не так, как получается.
Глава 6
Чувствовать себя на распутье
Ничто так не сбивает с пути, как состояние на перепутье.
Дон-Аминадо
Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича, я бы тогда тотчас же решилась. А теперь поди подумай! просто голова даже стала болеть.
Н. В. Гоголь «Женитьба»
Точно так же, как Агафья Тихоновна в пьесе Гоголя, в профессиональной жизни мы часто стоим перед необходимостью выбора в пользу той ли иной ситуации. Нас терзают сомнения, и, прежде чем предпринять хоть какое-либо действие, приходится помучаться.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?