Читать книгу "Право на любовь. Грешница-2"

Глава 7

Приняв от Софии Карловны пустой стакан, Марина улыбнулась ей самой вежливой из своих улыбок:

– София Карловна, мне кажется, что вы взволнованы и Вячеслав будет этим очень недоволен. Может быть, Дарье не следовало обременять вас неприятными разговорами, особенно в такой ранний час?

– Ну что вы, Мариночка, – слегка покачала головой пожилая женщина. – Дарья здесь ни при чём. Она просто пришла пожелать мне доброго утра, а я уже сама пригласила её к разговору.

– Хорошо, – кивнула Марина. – Однако на месте Дарьи я не стала бы беспокоить вас, потому что это вредно для вашего здоровья. А теперь позвольте, я провожу вас в массажный кабинет. Вы ведь готовы к утренним процедурам?

– Да, Мариночка, пожалуйста, – благосклонно согласилась София Карловна. – Как приятно, что меня окружают такие внимательные люди. Даша, ты можешь пока пойти к себе. Подумай над моими предложениями: я имею в виду иностранные языки и какое-нибудь подходящее увлечение. Потом мы с тобой всё обсудим.

Дарья улыбнулась ей и поспешила в комнату, радуясь появившейся возможности собраться с мыслями. Но в коридоре с такой силой налетела на Вячеслава, что тот, подхватив её, вместе с ней закружился на месте.

– Кто за тобой гонится?! – воскликнул он удивлённо. – Эй! Дашунь, ты что, не в себе?

– Я никуда не поеду, – чётко выделяя каждое слово, проговорила Дарья. – Скажи ей сам об этом, Слава. Ты слышишь меня?! Сейчас же скажи ей об этом!

– Послушай, – Вячеслав обеими ладонями потёр плечи Дарьи. – Давай мы с тобой успокоимся, вдохнём, выдохнем. Ещё раз. Вот, видишь, тебе уже лучше. Пока я ничего тебе не могу обещать, потому что не знаю, что у вас там произошло. Но я выберу сегодня время для разговора с тобой, ты мне всё расскажешь, и решим, что делать дальше.

– Я никуда не поеду, – упрямо повторила Дарья.

– Сейчас никто не заставляет тебя делать это, – успокаивающим тоном заговорил Вячеслав. – Просто дождись меня. Хорошо? Обещаешь?

– Ладно, иди, – махнула рукой Дарья.

– Вот и умница, – он наклонился и поцеловал её в макушку как ребёнка, и тут же скрылся за дверью, торопясь к хозяйке, которая, наверняка, уже дожидалась его.

В массажный кабинет они вошли одновременно: только Вячеслав в одну дверь, а Марина и София Карловна в другую.

– Спасибо, Мариночка, – поблагодарил свою помощницу Вячеслав. – Ну что, София Карловна, приступим? Вот так, располагайтесь удобнее...

– Слава, поговори со своей женой, – приглушённым голосом проговорила Марина, уверенная в том, что София Карловна её прекрасно слышит. – Я понимаю, что ей не терпится получить наследство, но совесть тоже надо иметь.

– Что случилось? – спокойно поинтересовался Вячеслав.

– Я не собираюсь вмешиваться в ваши семейные дела, – всё тем же тоном ответила ему Марина. – Расспроси свою супругу сам и заодно объясни ей, что в возрасте Софии Карловны опасны любые волнения. Неизвестно к чему привёл бы разговор Дарьи, если бы я не вошла к ним...

Вячеслав бросил внимательный взгляд на свою пациентку, которая сидела с закрытыми глазами и ждала начала процедур. Потом махнул Марине:

– Давай поговорим об этом потом... А сейчас займись делом.

София Карловна плотно сомкнула губы, когда Марина начала наносить ей на лицо увлажняющую маску, но закрытые веки пожилой женщины нервно подёргивались: она явно думала о чём-то очень неприятном…

***

Приехав вечером домой и отказавшись ужинать без Ксении, Константин вышел на улицу, где его дожидался верный железный конь, и занялся мелким ремонтом мотоцикла: тут нужно было подтянуть, там смазать, здесь заизолировать проводок.

Он так увлёкся своей работой, что совсем не услышал лёгких шагов по высушенной солнцем тропинке и вздрогнул, когда над ухом кто-то сказал тонким, но громким голоском:

– Привет! Что делаешь?

Удивленный Костя обернулся и увидел перед собой мальчишку лет пяти. Он был одет в голубую рубашку с короткими рукавами, шорты и сланцы – вполне себе приличный вид для городского мальчика, деревенские ребята одевались намного проще.

– Привет, – прищурился Константин. – Меня дядя Костя зовут. А ты кто такой и откуда здесь взялся?

– Я – Юрасик, меня мама так называет, – улыбнулся мальчишка, показывая Косте дырку между зубов. – А маму зовут Олеся.

– Ух ты, а зуб куда дел? – заинтересовался Костя, решив поддержать разговор со скучающим ребёнком.

– Ещё вчера выпал, – махнул рукой мальчик. – Баба Таня дала мне морковку, я укусил и вот.

Юра приподнял пальцем губу и снова показал чернеющую дырку среди ряда маленьких беленьких зубов.

– Болит? – с сочувствием спросил его Костя.

– Не-а! Я только вчера испугался сильно, а сегодня уже было не страшно, – сообщил ему Юра.

– А ты, значит, у бабы Тани живёшь, – продолжил свои расспросы Константин, усаживаясь на мотоцикл. – А это где?

– Вон там, где куча песка насыпана, – охотно пояснил мальчик. – Мы теперь с мамой всегда тут жить будем. Потому что раньше мы жили в городе и у нас был папа. А теперь папы нет. Он больше не наш. Так мама сказала. А разве так бывает, что сначала наш, а потом не наш?

Константин растерянно пожал плечами:

– Наверное, по-всякому бывает, – проговорил он неуверенно. – Хотя, если честно, я не знаю.

– А ты меня покатаешь на своём мотоцикле? – задал Юра волнующий его вопрос.

– Если твоя мама тебе разрешит, то покатаю, – пообещал Костя.

– А у меня сегодня день рождения, – сказал вдруг Юра. – А папа не поздравил меня. Я ждал-ждал. Только он забыл. А мама сказала, что мне не надо ждать и он всё равно не поздравит. Он же теперь не наш...

В голосе мальчика послышалась такая тоска, что у Константина защемило сердце. И если бы ему сейчас попался безответственный отец этого славного мальчугана, Костя сумел бы ему объяснить, как нужно любить своих детей.

– А что ты любишь? – вырвалось вдруг у Кости. – Шоколадки, наверное?

– Я мороженое люблю и конфеты разные, – мечтательно проговорил Юрасик, но его глаза по-прежнему оставались грустными.

– Хорошо, – кивнул Константин. – Тогда ты подожди меня здесь, ладно? Никуда не уходи. Я скоро.

Он завёл мотоцикл и отправился в магазин Ксении, а там, рассказав ей историю своего нового знакомого, накупил целый пакет сладостей, не забыв прихватить маленький грузовичок с полки, где были кое-какие игрушки и бакалея.

– Добрый ты у меня, – поцеловала Константина Ксения. – Через полчасика приедешь за мной? Я уже скоро закрываюсь.

– Конечно, Ксюша, – кивнул он и помчался домой, где его с нетерпением поджидал Юра.

***

– Сынок! – Олеся выглянула на улицу и поманила к себе мальчика, сидевшего на скамейке у дома Константина: – Ну что же ты, я тебя зову-зову, а ты не идёшь?

– Подожди, мама, мне нужно подождать, – махнул рукой Юра и снова заболтал ногами. – Так дядя Костя сказал. Надо подождать и никуда не уходить.

– Что ещё за дядя Костя? – нахмурилась Олеся. – Не выдумывай, Юрасик, пойдём, у меня уже ужин готов. А потом я почитаю тебе книжку.

– Ну, дядя Костя, у него есть большой мотоцикл! – в отчаянии воскликнул Юра, когда мать взяла его за руку и попыталась увести домой. – Смотри, смотри, вот он!

Костя подъехал ближе и заглушил двигатель:

– Ну, брат, как хорошо, что ты меня дождался, – обратился он к мальчику, протягивая ему пакет со сладостями и машинку: – С днём рождения тебя, Юра!

– Спасибо! – мальчик был в таком восторге, что странное тепло разлилось по сердцу Кости.

– А это, значит, твоя мама? – спросил он мальчика, и посмотрел в глаза стоявшей перед ним женщины: – Олеся... Простите, не знаю, как вас по отчеству.

– Владимировна, – натянуто улыбнулась та, – но можно без отчества. Просто Олеся.

– Тогда я просто Костя, – протянул ей руку Константин для рукопожатия.

– Вы простите нас, Костя, – виновато заговорила Олеся. – Я не знала, что Юра будет докучать вам. Тем более напрашиваться на подарки. Скажите, сколько мы вам должны?

– Ну что вы! – воскликнул Константин. – Я же от чистого сердца. У меня своих детей нет, но если бы они были, я бы очень хотел чтобы они походили на вашего сына. Он у вас славный.

– Спасибо, Костя, – улыбнулась Олеся. – Послушайте, а может быть, зайдёте к нам на чашку чая? Юре будет очень приятно. И мне тоже.

– Как-нибудь в другой раз, – пообещал Константин. – Меня ждёт Ксения. Я должен забрать её из магазина. Она работает там продавцом.

– Ксения – ваша жена? – понимающе кивнула ему Олеся.

– Ну, официально мы не расписаны, но собираемся сделать это, – почему-то смутился Костя.

– Хорошо, простите, мы не будем вас задерживать, – сказала Олеся. – Спасибо вам ещё раз.

Константин помахал рукой мальчику, сел на мотоцикл и отъехал от дома, направляясь за Ксюшей. Но вдруг обернулся, сам не зная зачем. Словно почувствовав это, Олеся остановилась и тоже вдруг обернулась.

– Пока! – махнул Косте Юра.

– Пока, – прошептал Константин, как будто мальчик мог услышать его.

Глава 8

Эвелина стремительно ворвалась в кабинет отца, на несколько шагов опережая Егора, который размеренно и безо всякой суеты следовал за ней, как и полагается профессиональному телохранителю.

– Что? Что такое?! – приподнялся с места Георгий Максимович, увидев, в каком состоянии находится его дочь.

А Эвелина, сверкая глазами, оперлась о стол обеими ладонями и не проговорила, а прорычала, не собираясь скрывать клокотавшую в ней злость:

– Папа! Ты знал?! Вы что, оба решили это, да? За моей спиной?!

– О чём ты? – Марьянов перехватил невозмутимый взгляд Егора и тут же снова овладел собой: если бы произошло что-то серьёзное, Климов не выглядел бы таким спокойным, а значит, вся буря бушует только вокруг Эвелины. Ну что ж, сейчас всё выяснится. Георгий Максимович посмотрел на дочь: – Сядь. Вот. А теперь говори.

– Я никуда не поеду! – воскликнула Эвелина. – Папа, ты вообще в курсе, что Егор собирается вернуться в свою деревню?!

– Да, он говорил.

– И что? Папа, и что???

– Ничего, – пожал плечами Марьянов. – Что ты так переживаешь? Если ты не хочешь ехать с ним, не надо. Пусть отправляется туда сам.

– Но, папа! Я не хочу, чтобы Егор уезжал. Скажи ему, пусть остаётся здесь.

– Дочь, давайте вы не будете впутывать меня в свои разборки, – строго и серьёзно произнёс Георгий Максимович. – Вас двое, а значит у вас две головы и третья вам не нужна. Знакомы вы тоже не первый год, так что посредник вам не нужен. Эля, ну в самом деле! Ты в последнее время не раз вспоминала Егора. Он, как видишь, сам приехал сюда, чтобы встретиться с тобой. Я говорю правду, Климов?

– У меня никогда не было причин сомневаться в ваших словах, – ответил тот.

– Вот и прекрасно, – усмехнулся Марьянов, поняв, что Егор просто ушёл от ответа. – Кстати, завтра вечером прошу вас ничего не планировать. Я бы хотел поужинать вместе с вами, если вы не против, конечно, составить мне компанию. А ты, Эвелиночка, можешь не переживать, если Егор снова рядом с тобой, значит он сам хочет этого. И это главное, не так ли?

– Ты хочешь этого? – Эвелина подняла глаза на Егора.

– Очень, – кивнул он и, совсем как в детстве, незаметно скрестил пальцы за спиной.

***

– Даша, ну честное слово, чего ты добиваешься своим упрямством? – Вячеслав вошёл в комнату Дарьи без стука и, резко повернув стул, сел на него верхом. – Хочешь, чтобы Софию Карловну разбил инсульт? Или желаешь сразу заколотить её в гроб? Давай, объясни мне, что тебе это даст? Думаешь, что если ваше родство доказано, значит, наследство у тебя в кармане? Я бы на твоём месте не рассчитывал на это. Тебе нужно очень постараться, чтобы София Карловна смогла тебе доверять.

– Слава! Ты вообще себя слышишь?! – воскликнула Дарья, больше не желая сдерживаться. – Я уже сто раз говорила вам всем – мне не нужно её наследство. Я хочу домой. Хочу просто жить тихо и спокойно, как раньше. И сейчас честно сказала об этом София Карловне. Потому что это всё не моё: светский этикет, правила, гламур. А тот вечер, когда здесь собрались гости, Слава! Я думала, что он никогда не закончится.

– Ну не надо, не так уж всё и печально, – пожал плечами Вячеслав. – И вообще, ради того, чтобы потом вообще никогда и ни в чём не нуждаться, можно немного потерпеть такие э-э-э «неудобства». Согласись?

– Не соглашусь. Потому что хочу быть девушкой в простом сарафане…

– В смысле? – удивлённо приподнял брови Вячеслав.

– Ты не поймёшь! – махнула рукой Дарья. – И если ты, Славочка, рассчитывал, что через меня сможешь приблизиться к деньгам, Софии Карловны, я тебя разочарую. Ничего этого не может быть. А ещё, как только я вернусь домой, мы разведёмся. Других вариантов просто нет и не будет.

– Малыш, послушай, я совсем не дурак, – усмехнулся Вячеслав. – И адекватно оцениваю своё место, а потому не гонюсь за чем-то масштабным. Поверь мне, я буду в шоколаде, даже если просто поеду с Софией Карловной за границу в качестве её личного доктора. Она довольно-таки благодарный пациент и мне намного приятнее работать с ней, чем со старухами и стариками, которых я вынужден лечить в больнице. Может быть, именно поэтому меня удивляет то, как ты относишься к своему близкому человеку. Единственному родственнику, между прочим. Я был сейчас у Софии Карловны, и она очень расстроена твоими словами.

– Да? Ну что же мне делать?! – в отчаянии воскликнула Дарья.

– Маленькая моя, прежде всего тебе нужно расслабиться, и я помогу тебе в этом. Иди ко мне. Я знаю один чудесный способ привести нервы в полный порядок. Я, кстати, и сам устал, а потому не отказался бы от такой процедуры. Да не бойся, я говорю о массаже. Ты так напряжена. А я, помимо всего прочего, профессиональный массажист, – Вячеслав взял с полки тюбик с кремом и, растирая руки, повернулся к жене, спросив её насмешливо: – Дашуля, мне кажется, или ты меня боишься?

Дарья и в самом деле чувствовала себя разбитой, но, услышав его последние слова, покачала головой:

– Я не боюсь тебя, Слава, не выдумывай. С какой стати я должна тебя бояться?

– Тогда ложись, закрой глаза и ни о чём не думай, – Вячеслав показал широким жестом на кровать.

А когда Дарья сделала то, что он просил, склонился над ней и, приподняв её майку, принялся умело растирать спину ладонями. Его руки плавно скользили по её спине, нащупывая напряжённые участки. И постепенно Дарья начала ощущать, как усталость начинает покидать её тело. Её дыхание стало ровнее, серое облако усталости рассеивалось, уступая место лёгкости. Руки Вячеслава с мягкими, почти женскими ладонями, согрели кожу, и это тепло стало проникать глубже в мышцы, доставляя Дарье удовольствие от массажа, и она едва не уснула, убаюканная этими ощущениями.

Ей вдруг вспомнились сильные, жёсткие руки Егора, но разве они были менее нежными? Нет. Он всегда так осторожно прикасался к ней, но в то же время крепко прижимал к себе. О, Егор, ну почему так всё получилось? И как ты мог подумать, что она приехала сюда ради каких-то денег…

А руки, гладившие её, стали более требовательными и настойчивыми.

– Я люблю тебя, – забывшись, прошептала Дарья и тут же ощутила, как к ней прижимается мужское тело.

– Я тоже тебя люблю, – машинально ответил ей Вячеслав, перевернул её и подмял под себя. – Дашка, ну наконец-то ты растаяла, моя ледяная королева.

Дарья мгновенно пришла в себя и попыталась оттолкнуть его. Она хотела крикнуть ему: «Слава, нет! Отпусти меня!!!», но вместо этого с губ сорвалось имя, которое она только что повторяла в своих мыслях:

– Егор…

Вячеслав отшатнулся от неё так, будто увидел перед собой змею:

– Какой я тебе Егор? – воскликнул он, а потом, не сдержав охватившего его порыва, хлестнул Дарью по щеке: – Ты что, изменяла мне? Дрянь!

– Не смей трогать меня! – Даша вскочила с постели и принялась поправлять одежду: – и даже приближаться ко мне. – Слышишь?

– Ты пока ещё моя жена, и я хотел помириться с тобой, несмотря ни на что! А ты!!! Кто этот Егор? Какой-то деревенский мужлан, который оприходовал тебя? И что, он лучше меня? Так вот почему ты рвёшься в свою проклятую деревню?!

– Пошёл вон! Или я подниму крик! – воскликнула Дарья. – Я не собираюсь отчитываться перед тобой. Понятно? Мы расстались и больше никогда не будем вместе.

– Дура! Несчастная потаскушка! – прошипел ей в лицо Вячеслав. – Строишь из себя недотрогу, а на самой проб ставить негде! И я тоже хорош! На что надеялся, когда столько времени ждал тебя...

Он вышел из комнаты Дарьи и прошёл к себе, не заметив спрятавшуюся за портьеру Марину. А она, не пропустившая ни слова из ссоры супругов, надолго задумалась, решая, как же ей поступить в этой ситуации. Она обязана обыграть не только Дарью и Славу. Ей нужно сделать это даже с самой Софией Карловной. Она должна взять в свою поездку её. А вот Слава и Дарья пусть остаются здесь, чтобы там не мешать добиваться полного расположения старухи. Конечно, ей не светят её миллионы. Но если она поможет навсегда остаться в Европе, Марина не пропадёт. Главное сейчас убедить Софию Карловну, что доверять она может только ей.

Она подошла к двери Дарьи и осторожно постучала:

– Даша, можно?

– Что случилось? – Дарья вскинула голову, ожидая опять какой-нибудь подлости.

– София Карловна спрашивает, может быть, ты хочешь как-нибудь развлечься? – спокойно заговорила Марина. – Она очень переживает, что ты заперта в четырёх стенах и никуда не выходишь. Если что, я могу составить тебе компанию. Давай вечером сходим в какой-нибудь клуб и там отдохнём. Если честно, я сама очень устала и просто мечтаю об отдыхе.

– Я не знаю, – нахмурилась Дарья. – Это предложила сама София Карловна?

– Хочешь пойди, спроси у неё сама, если ты мне не доверяешь, – пожала плечами Марина.

– Ладно, я подумаю, – сказала Дарья.

– Хорошо, – спокойно кивнула ей Марина, а потом отправилась к её прабабушке и виновато улыбнулась ей:

– София Карловна, Дарья просит, чтобы вы отпустили её на сегодняшний вечер. Она хочет прогуляться, посмотреть город, просто отдохнуть.

– Почему она сама не попросила меня об этом? – поинтересовалась пожилая женщина.

– Я не знаю, наверное, стесняется... Так что ей передать?

– Пусть идет, конечно, – подумав, ответила София. – Она собирается пойти одна?

– Звала меня с собой, – смущённо проговорила Ксения.

– Хорошо, тебя я тоже отпускаю... Можешь идти. И передай Вячеславу, что сегодня мы будем ужинать с ним вдвоём...

Глава 9

Егор остановил машину у дома, где жила Эвелина, и вместе с ней поднялся в её квартиру, чтобы убедиться, что с ней всё будет в порядке.

– Ну, Эля, я поехал, – сказал он ей, поцеловал в щеку на прощание и направился к выходу, но она только поцокала языком и помахала указательным пальчиком:

– Тц, тц, тц! Не так! Ты бы меня ещё в лоб поцеловал, Климов. Ну-ка, иди сюда. В конце концов, тебя ещё никто не отпускал. Сейчас мы с тобой немного развлечёмся, а потом махнём в клуб, где нас уже ждут девчонки.

– Какой клуб? – Егор приподнял правую бровь.

– В самый обыкновенный, туда, где грохочет музыка, и коктейли льются рекой. Очнись, Климов, ты совсем одичал в своей глуши... Лучший клуб в городе – это Манхэттен. И как раз туда мы с тобой отправимся. Через час. Да? Часа ведь нам хватит?

Она рассмеялась и за руку потащила Егора к постели.

– Сейчас я буду тебя соблазнять, мой милый. Ты ведь всегда так любил любить меня. Покажи же мне ещё раз, каким ты стал... Сначала потанцуем тут, а потом в клубе.

– Эля, – усмехнулся Егор. – Ты же знаешь, что я никогда не ценил твоих развлечений. Помнится, мы немало ссорились из-за этого. Думаешь, сейчас что-то изменилось?

– Конечно, – кивнула Эвелина. – Мы оба изменились, и ты и я. Между прочим, я долго думала и решила, что готова поехать с тобой в твою деревню. В обмен на твою любовь. Я пока что не насытилась ею и постоянно хочу большего. А ещё мне очень хочется напоследок оторваться с девчонками. Заодно расскажу им, что скоро я снова выйду за тебя замуж и превращусь в деревенскую затворницу. Ты купишь мне козу и двух поросят, я повяжу голову платком и буду ухаживать за ними, кормить, поить, доить. Что там ещё с ними делают? А вечерами на скамейке у дома буду щелкать семечки и слушать бабские пересуды. Шикарная жизнь, не находишь? Интересно, через сколько я сбегу оттуда, роняя тапки?

Егор рассмеялся, представив себе эту картину, но говорить ничего не стал. Что ж: пожалуй, Эвелина раскусила его. Он и сам думал, что она надолго там не задержится и вся ситуация сойдет на нет сама собой. У Марьянова к нему претензий не будет, ведь со своей стороны он выполнит все, что от него требуется – будет жить с Эвелиной ровно столько, сколько она сможет выдержать это. Правда, в их с Марьяновым разговоре было ещё одно требование – ребёнок. Но тут уже лучше решать всё по факту. В любом случае, своего малыша он не бросит, даже если ради этого ему придётся всю оставшуюся жизнь терпеть капризы и выкрутасы навязанной ему дочери Марьянова.

Как и планировала Эвелина, в клуб они приехали примерно через час. Но всё это время Эля потратила только на себя: она делала причёску и макияж, подбирала наряд и обувь. Потом они вместе поехали к Егору, где она сама выбрала, что ему надеть.

А когда он переодевался, нисколько не стесняясь, сидела в кресле и наблюдала за ним, закинув ногу на ногу и подбрасывая носком туфлю.

– Надеюсь, ты не думаешь, что я забыла о своём главном условии? – усмехнулась она, вызывающе разглядывая кубики его пресса и красивые, словно слепленные скульптором плечи и руки. – Я просто его перенесла на время после клуба. Сначала оторвусь с девчонками, а потом с тобой.

– Вот как? – усмехнулся Егор.

– Да, я просто побоялась, что мне не хватит часа для того, чтобы насытиться твоей любовью, милый...

***

Манхэттен, как всегда шумный и оживлённый, встретил их сиянием огней, навязчивой, грохочущей музыкой, восторженными и пьяными криками гостей. Всё вокруг Егора и Эвелины сияло, разбрасывая брызги света на пол, стены, потолок, фигуры и лица людей, отражаясь в их глазах.

– Наверное, так выглядит ад, – усмехнулся Егор, провожая Эвелину к столику, где её подруги сразу подняли такой визг, будто кто-то невидимый кусал и щекотал их изо всех сил.

– А-а-а!!! Элька!!! Это и есть твой деревенский медведь?!

– Боже мой, какая силища!

– Это же просто потрясающе! Эля, как только ты решишь бросить его, сразу же позвони мне. Я тоже хочу развлечься с таким экземпляром! В прошлом году я встречалась с одним скандинавом и думала, что брутальнее моего Ларса нет никого на свете. Но ты переплюнула меня, подруга! Поздравляю!

Эвелина рассмеялась:

– Знакомься, Егор. Это Лика, Альбина и Натали. Мои заклятые подруги, которые готовы прямо сейчас прыгнуть к тебе в постель!

– Какая прекрасная мысль! – всплеснула руками Альбина. – Ради этого я даже не прочь свалить отсюда. Сегодня тут такая скукота...

– Остынь, крошка! – отмахнулась от неё Эля. – Во-первых я только пришла и, поверь мне, раньше часа ночи отсюда не уйду. А во-вторых, постель Егора принадлежит только мне, и я бы попросила вас не соблазнять моего мужчину, по крайней мере так нагло и открыто.

– Егор, вы закажете нам коктейли? – повернулась к нему Лика и погладила его по плечу. – Железный Егор...

– Без проблем, – усмехнулся он и, узнав, кто что любит, направился к бару, решив, что сразу после этого уедет домой, потому что оставаться здесь до часу ночи у него не было никакого желания.

Однако, пробираясь к нему через толпу танцующих людей, больше напоминавших ему бесноватых, он внезапно остановился, не замечая, что его толкают со всех сторон. В трёх шагах от Егора танцевала девушка. Она двигалась так пластично и изящно, что выглядела ланью, попавшей в стадо коров.

– О нет, только не это, – простонал Климов, с первого взгляда узнав Дарью.

А она не смотрела ни на кого и, прикрыв глаза, вся отдавалась музыке, чувствуя её невероятно тонко.

– Да ну, в самом деле! Откуда ты опять взялась на мою голову? – взорвалась в голове Егора нелепая мысль. – Чёрт! Ну и вот как теперь уйти? Ты подумай, она ещё и пьёт!!!

А Дарья, в самом деле, приняла бокал из рук какой-то девушки и поднесла его к губам, выпив прохладительный напиток практически залпом. Девушка, угостившая её коктейлем, весело рассмеялась и, немного потанцевав с ней, оставила Дашу. А ещё через минуту Егор, проводивший её взглядом, увидел, как она фотографирует Дарью, в то время как к той прижимаются сразу двое мужчин.

– Опять ты куда-то вляпалась, – вздохнул Егор и, напрочь забыв об Эвелине и её подругах, направился к Дарье, а там, оттолкнув её навязчивых ухажёров, взял её за руку и повёл с танцпола.

К его удивлению, Даша начала вырываться и требовать заплетающимся языком, чтобы он отпустил её.

– Я не хочу! Куда вы меня тащите! Отпустите! Больно же! И вообще, я хочу танцевать! Мне там хорошо!

– Тебе хорошо от того, что ты напилась до чёртиков, – огрызнулся он.

– А вы кто тако-о-ой?! – возмутилась Дарья. – Кто вам дал право таскать меня туда-сюда? Я не пойду!

Она и вправду принялась сильно упираться и тогда Егор, подхватив девушку, перекинул её через плечо и зашагал к выходу, не обращая внимания на то, что она колотит его кулаками по спине.

– В чём дело, брат? – шагнул к нему охранник, преграждая дорогу.

– Жена с подругами загулялась, – спокойно ответил ему Климов. – Вот не хочет идти домой, приходится нести.

– Не хочу, – подтвердила Дарья. – Я танцевать хочу! Des-pа-cito...

Охранник сочувственно улыбнулся Егору:

– Проходите...

– Спасибо, – Климов перехватил поудобнее поющую Дарью и зашагал к стоянке, где оставил свою машину.

***

Ехать им было не так далеко, но за время пути Даша успела уснуть, и Егору снова пришлось взять её на руки.

– Сколько же ты выпила, чудо в перьях? – ворчал он, поднимаясь на нужный этаж, а потом, придерживая одной рукой девушку, второй никак не мог попасть ключом в замок, потому что Даша то и дело норовила упасть.

Наконец ему удалось справиться и с тем и с другим, и он уложил Дарью в постель, облегчённо выдохнув.

– Так. Здесь, кажется, уже полный порядок. Осталось выяснить, кто та девица, которая так напоила её, а потом ещё и фотографировала на долгую и светлую память.

Егор прекрасно запомнил её, но возвращаться сейчас в клуб не было никакой возможности, потому что оставлять здесь Дарью одну было попросту опасно. Эти тридцать три несчастья способны натворить, что угодно. А значит нужно дождаться, когда она проспится, и тогда поговорить с ней.

Егор вышел в кухню, чтобы сварить себе кофе, когда услышал какое-то движение в спальне.

– Ну что там ещё? – вышел он к Дарье и увидел, что она, бледная как стена, стоит в дверях и зажимает ладошкой рот.

– Сюда! – Егор открыл дверь в ванную комнату, и едва успел отскочить в сторону, потому что Дарья чуть не сбила его с ног.

– Да-а-а, – глубокомысленно сказал он потом, наклонив Дашу над ванной и поливая её голову холодной водой, – я думал, что ты больше ничем не сможешь удивить меня. Но ошибся. Ты просто как шляпа фокусника. Никогда не знаешь, что и в какой момент оттуда может вылезти.

– Хватит уже, я замёрзла... – простонала девушка.

Тогда Егор сделал воду теплее, намылил ладонь, и принялся умывать Дашу, освежая её лицо. Потом снял с крючка полотенце и, обмотав голову девушки, снова отвёл её в спальню, где сам снял с неё мокрую одежду и, уложив в кровать, укрыл одеялом. В спальне горел только ночник, и Даша никак не могла разглядеть лицо склонившегося над ней человека.

– Вот только не надо быть похожим на Егора, – сказала она, наконец, закрывая глаза. – Это ЕГО я люблю, а тебя нет. Он моя любовь. А ты уходи и не снись мне больше...

– Час от часу не легче, – усмехнулся Егор, поправляя одеяло. – Ладно, спи уже... любовь моя. Или всё-таки наказание...

В тишине квартиры послышался щелчок дверного замка.

– Милый, я вернулась! Ты дома?

– Эвелина...– выдохнул Егор...