Читать книгу "Право на любовь. Грешница-2"

Глава 21

Наталья, женщина с приятным, но измождённым лицом, сидела за швейной машинкой и ловко прокладывала строчки по ткани с красивым цветочным принтом. Она зарабатывала на жизнь тем, что шила и продавала постельное бельё, кухонный текстиль, женские халаты и вообще всё, о чём её просили заказчики. Наталья не отказывала никому и, чтобы прокормить своих детей, могла не подниматься от машинки днями и ночами, забывая про здоровье, еду и сон. Конечно, теперь, когда Рома стал совершеннолетним и мог помогать матери, берясь за любую подработку, ей стало немного легче. Но мальчику получить бы образование, а не разгружать вагоны, надрываясь с тяжестями с утра и до вечера.

Невесёлые мысли женщины прервал громкий крик дочери:

– Мама-а-а! Мы с Тузом сейчас ходили гулять туда, где железная дорога, и он нашёл в кустах на земле красивую незнакомую тётю. Она лежит и совсем не шевелится…

Анюта зажмурилась, а потом снова посмотрела на мать:

– Там с ней Туз остался, поэтому она никуда не уйдёт. Хочешь, я покажу тебе, где она?

Наталья кивнула, но, прежде чем идти за дочерью, взяла чистое полотенце и перекинула его через плечо, а ещё захватила с собой бутылку воды, уверенная в том, что она обязательно там понадобится.

До места они шли около пятнадцати минут, и Наталья не раз бросала на дочь недовольный взгляд: слишком далеко от дома девочка уходила без спроса. И даже то, что она гуляла в компании огромного пса, нисколько не успокаивало Наталью. Но Анюта предпочитала не замечать взглядов матери и весело шагала вприпрыжку, радуясь такому интересному приключению, которое не часто выпадало на её долю.

Услышав, что кто-то приближается, Туз угрожающе зарычал, но Анюта окликнула его и он сразу же успокоился, подставив громадную голову под маленькую ладошку своей хозяйки.

А Наталья, качая головой, склонилась над Дарьей и осторожно ощупала её, проверяя, нет ли переломов. Потом, удовлетворённо кивнув, смочила полотенце водой и принялась обтирать лицо несчастной, слегка похлопывая ладонью по её щекам.

Когда же Дарья пошевелила губами, Наталья осторожно промокнула их водой и очень обрадовалась, когда та сделала несколько маленьких глотков.

Вода немного привела Дарью в чувство, и она приоткрыла глаза, но тут же почувствовала острый приступ тошноты, с которой не смогла справиться.

А потом прижала ладони к вискам, простонав сквозь слёзы:

– Голова болит... не могу... Раскалывается просто.

Наталья, сочувственно вздохнув, помогла ей умыться.

– Спасибо, – прошептала Даша и попыталась встать, но резкий приступ новый головной боли, заставил её застонать и снова потерять сознание, правда теперь уже ненадолго.

Наталье пришлось ещё не раз брызгать в лицо Дарьи водой и осторожно поить её, прежде чем она смогла подняться. А потом добрая женщина практически на себе дотащила её до самого дома и там уложила в постель, запретив Анюте шуметь, чтобы не беспокоить пострадавшую.

Однако прошло двое суток, прежде чем Дарья почувствовала себя немного лучше. Она села на постели и осмотрелась, не понимая, где находится. Такого бедного жилья она не видела никогда, но за стенкой спокойно разговаривали люди и слышался тихий девчоночий смех, а значит, дом был обитаем.

– Ой, здрасте! – округлила глаза Анюта, увидев появившуюся в дверях Дарью.

И в тот же миг к ней повернулись женщина в белой косынке и симпатичный худощавый паренёк, очень похожий на свою мать и сестру.

– Доброе утро, – сказала им Даша.

– Скорее вечер, – улыбнулся парень, принимая от матери миску с супом и ставя её перед девочкой. – Уже половина восьмого. Садитесь с нами ужинать. Как вас зовут?

– Дарья...

– Очень приятно. Я Рома, это моя мама Наталья Фёдоровна и сестра Анюта. Как вы себя чувствуете, Дарья? Когда мама с Анютой вас нашли, вам было очень плохо. Всё это время мама ухаживала за вами, молоком отпаивала, бульоном, активированный уголь в воде разводила и тоже давала вам пить. А вы всё равно долго бредили и не приходили в себя...

– Спасибо вам большое, Наталья, – поблагодарила Дарья женщину за её заботу. – Если бы не вы, я, наверное, просто умерла бы.

Наталья не ответила ей, только мягко улыбнулась и покачала головой, а потом жестом пригласила Дарью к столу.

– Мама от рождения немая, – пояснил Даше Рома, уловив в её глазах искорку растерянности и удивления. – Но слышит она хорошо и всё прекрасно понимает. Поэтому вы можете разговаривать с ней, а мы с Анютой переведём, что она отвечает.

– Простите, я не знала, – проговорила Даша, присаживаясь рядом с девочкой.

– Вообще-то, всё было немного не так. Вас нашёл Туз, это моя собака, – заявила Анюта. – Я вас потом познакомлю. Он вам очень понравится. Так вот. Туз показал вас мне и тогда я позвала маму. А Рома уже потом пришёл с работы.

– Я очень-очень тебе благодарна, – улыбнулась Даша девчушке и приняла из рук Натальи свою порцию супа. Но, несмотря на страшный голод, который она вдруг почувствовала, есть не стала, пока хозяйка дома тоже не села к столу.

– Что с вами случилось? – спросил Дашу Рома. – Вы выпали из поезда?

– Да, наверное, – кивнула Дарья и сказала задумчиво. – Я помню, что вышла в тамбур, а потом... потом всё. Следующий момент, это когда ваша мама склонилась надо мной.

Даша снова с благодарностью посмотрела на Наталью, и та улыбнулась ей.

– А где ваша семья? – продолжал свои расспросы Рома. – С кем вы ехали в поезде и куда? Вас, наверное, ищут. Может быть, вы помните чей-нибудь номер телефона? Мамы или мужа?

– У меня никого нет, – покачала головой Дарья. – Я ехала одна и никто искать меня не будет. Есть Ксюша, подруга. Но я не знаю её номер наизусть, а свой телефон, похоже, потеряла.

– Да, при вас не было никаких вещей, – подтвердил Роман и, поймав взгляд матери и неуловимое движение её рук, спохватился: – Ой, вы ешьте, пожалуйста. А потом мы еще поговорим...

***

Нервно ломая руки, Алевтина ходила по коридору больницы, ожидая, когда к ней выйдет доктор и скажет, что произошло с Алиной. Вячеслав дожидаться не стал и уехал домой сразу после того, как передал девушку врачам. Алевтина тоже хотела помыться, поесть и просто выспаться, но оставить дочь не решилась, хотя была уверена, что у Алины, конечно же, простое переутомление. Да, так и есть. Всё-таки срок у неё уже приличный, а поезд трясло немилосердно, ещё этот Слава всю дорогу трепал им нервы. В суд грозился пойти за клевету. Алину довёл до слёз. Потом вместо того, чтобы дать ей отдохнуть, потащил на этот чёртов тест...

Дверь кабинета вдруг распахнулась и оттуда выбежала медсестра. Алевтина с удивлением посмотрела ей вслед, а еще через минуту округлившимися глазами смотрела, как еще две женщины в белых халатах вывозят на каталке бесчувственную Алину.

– Доктор, что? – Алевтина бросилась к появившемуся врачу.

– Не могу сказать определённо, – ответил он. – Сердце ребёнка не прослушивается. Показатели вашей дочери тоже плохие. Требуется срочная операция.

– Ой... – прижала руку к сердцу Алевтина. – Как это, почему?

– У Алины сильное физическое и нервное истощение, отсюда угнетённое состояние и все остальные последствия. А теперь извините, мне нужно спешить... Все подробности после, как и разговоры.

***

Операция длилась несколько часов и всё это время Алевтина находилась как будто в каком-то ступоре. Неужели Алина потеряет ребёнка? Тогда она ничего не получит от Славы, не сможет претендовать на его жильё и все возможные выплаты, которые ей полагались бы при подтверждении отцовства. И что же теперь получается? После больницы Алина опять поселится у неё или будет клянчить деньги на отдельную квартиру? Но у Алевтины уже почти не осталось никаких средств, из-за проблем с этой мерзавкой она слишком давно не встречалась со своими покровителями, да и выглядит сейчас не очень. Ей нужно будет потратить немало времени на то, чтобы привести себя в полный порядок, посетить пару раз СПА, побывать у массажиста и косметолога. Но для начала надо просто поесть и хорошо выспаться. А потом уже думать про деньги и всё остальное. Хотя... с деньгами можно решить всё прямо сейчас.

Достав из сумочки телефон, Алевтина набрала номер Вячеслава, который потребовала у него ещё в поезде.

– Алину оперируют! – закричала она в трубку, забыв, где находится. Но поймав взгляд проходившей мимо медсестры, понизила голос: – Срочно нужны деньги! Гурьев, ты слышишь меня?!

– Что вы несете, какая ещё операция? – сонным голосом ответил ей Вячеслав.

– Ребёнок замер, – прошипела Алевтина. – Так сказал врач! Его сердце не бьётся...

– Вот и хорошо, – усмехнулся Вячеслав и добавил циничным тоном: – Как говорится нет тела – нет дела. Всё, не мешайте мне спать.

Он отключил вызов и бросил телефон на кровать, но он зазвонил снова.

– Я же сказал, чтобы вы оставили меня в покое! – закричал он в трубку, думая, что это снова Алевтина.

– Слав, ты же сам просил позвонить тебе, когда будут готовы анализы, – послышался из динамика удивлённый мужской голос.

– А, Юр, извини, – спохватился Вячеслав. – Достали тут просто всякие. Ну что там по результатам? Отцовство не подтверждено?

– Подтверждено, Слава, – спокойно ответил ему тот же голос. – Бумагу сможешь забрать завтра. Но ребенок точно твой. Так что я тебя поздравляю...

Глава 22

– Да иду я, иду!!! – недовольным голосом отозвалась Надежда на настойчивую трель дверного звонка, выбралась из ванной и стала натягивать старенький выцветший халат прямо на мокрое, распаренное тело. На голову она накрутила тюрбан из полотенца и, нисколько не заботясь о том, как выглядит, отправилась открывать дверь.

Она была уверена, что это мальчишки, ещё два часа назад ушедшие гулять, забыли дома ключи и теперь не могли попасть в квартиру.

– А вот нечего шляться, где ни попадя, – ворчала она. – Говорила же вам! Лучше бы отдохнули после поезда, как все нормальные люди, поели нормально и поспали. Нет, надо шататься по всяким там друзьям. Да, сейчас! Открываю уже!

Красная от недовольства и горячей воды, Надежда распахнула дверь:

– Ещё раз забудете ключи… – начала она и запнулась, несколько раз открыв рот, как рыба, выброшенная на песок.

Перед ней стоял высокий темноволосый мужчина в джинсах и футболке, под которой бугрились упругие мышцы. Короткая, красиво подстриженная борода подчёркивала волевой подбородок незнакомца, а темно-синие глаза смотрели внимательно и строго:

– Здравствуйте, вы Надежда? – сказал он, прерывая затянувшуюся паузу. – Меня зовут Егор, я разговаривал с вами по телефону Дарьи.

– Его-о-р, – выдохнула Надежда, раньше видевшая таких мужчин только на страницах модных журналов. – Здравствуйте… Да, это я. Можно просто Надя.

– Вы позволите войти, Надя?

– А! Да, конечно, пожалуйста, – она отступила в сторону и махнула рукой на дверь, которая вела в кухню. – Проходите туда. Я сейчас принесу телефон Даши.

– Спасибо, – кивком поблагодарил он её. – Надежда, мне нужно задать вам ещё несколько вопросов. Буду вам очень благодарен, если вы ответите на них.

– Да ничего не надо, – Надежда вышла и вскоре вернулась на кухню с телефоном Дарьи в руках. – Вот. Пожалуйста. И зарядка к нему. Она оставила всё это под подушкой, а мой сын нашёл…

Егор потёр ладонью глаза и Надежда, поняв, что он очень устал, спросила:

– Может быть, вы хотите отдохнуть? Вы, наверное, давно не спали. Могу сварить кофе…

– Спасибо, сейчас не до отдыха, а от кофе не откажусь. И, если можно, покрепче, – Егор взглянул на неё с благодарностью, отчего Надежда зарделась как девчонка, а потом приступил к ней с обещанными расспросами.

Надежда рассказала ему всё, что знала, не забыв передать и тот разговор, что состоялся между Дарьей и Вячеславом. Потом Егор заставил её вспомнить, после какой станции Даша ещё была в купе и перед какой её уже не стало. Спросил он и о том, как звали проводницу их вагона.

– Наталья, – сказала ему Надежда. – Волосы у неё под каре подстрижены и оттенок такой темно-каштановый. А над губой родинка.

– Спасибо вам большое, Надя, – поднялся Егор и с трудом подавил улыбку, деликатно делая вид, что не замечает, как нечаянно распахнулся халат на полной груди женщины. А когда она первая вышла из кухни, чтобы проводить его, положил под чашку с недопитым кофе крупную купюру.

Он ушёл, оставив после себя запах дорогого парфюма с тонкими древесно-пряными нотками, и Надежда с наслаждением вдохнула его, подумав с сожалением, что все её мужчины пахли почему-то только хвоей и табаком.

А когда повернулась к зеркалу, висевшему в прихожей, ахнула, увидев в нем своё отражение. На голове съехавший тюрбан из полотенца, лицо без косметики блёклое и невыразительное, халат неопрятно распахнут чуть ли не до пояса.

– Ой, мамочки… – Надежда прижала ладонь к губам. – Надо же было так опозориться. Ну, хоть плачь. Егор такой мужчина, а я… Эх, и повезло же этой Дарье. Хоть бы он её не нашёл, что ли…

***

После ужина, когда Анюта ушла спать, Наталья быстрыми жестами показала что-то сыну, и он повернулся к Дарье.

– Мама спрашивает, как вы себя чувствуете?

– Если честно, у меня болит голова, всё ещё сильно подташнивает, и эта слабость... – ничего не стала скрывать от своих новых друзей Даша. – Спасибо вам за ужин и, если вы не против, я снова прилягу.

Наталья жестом удержала её, и Роме снова пришлось переводить то, что она хотела сказать:

– Вам нужно обратиться в больницу, но мы не можем вызвать скорую помощь сюда. Как и полицию. Простите, но у нас есть на это свои причины. Если вы не против, завтра я провожу вас на остановку, откуда вы сможете уехать в город и там уже рассказать о том, что с вами произошло. Вы ведь не сами упали с поезда, так не бывает. Вас кто-то столкнул оттуда. И ещё. Моя мама по образованию медик. Она больше десяти лет работала лаборантом и, когда нашла вас, почувствовала в вашем дыхании странную примесь. Она говорит, что так может пахнуть хлороформ.