Читать книгу "Выжившая из Ходо. Эльфийский турнир"

Глава 4. Вечер неприятностей

В холле общежития меня встретил озабоченный Шоннерт. Лицо Винсента было непроницаемым, но я чувствовала его недовольство. Ястер о чем-то сосредоточенно думал, в мою сторону он почти не глядел.

– Что ему было нужно? – требовательно спросил брат.

Я стянула капюшон и неохотно ответила:

– Пригласил на ужин завтра. Придется идти.

Брови моих друзей взлетели вверх.

– Пригласил на ужин? – переспросил Шон. – И все?

– Ну… да, – пожала плечами я.

– Ты согласилась, – сразу понял Винсент.

Я молча кивнула и выразительно посмотрела на него. Ястер задумчиво сказал:

– Интересно, что ему нужно?

– Завтра узнаем, – постаралась как можно беззаботнее проговорить.

– Я пойду с тобой, – решительно произнес Шон. – Подожду неподалеку.

– Мы все пойдем с тобой, – поддержал его Винсент.

Я покачала головой:

– Не стоит. Это следователь Ордена Святого Альбана. И в прошлый раз он помог мне.

– Вот именно, – наставительно поднял палец Шон. – Наверняка в этот раз предъявит счет.

– И что? – иронично уточнила я. – То, что вы трое будете мерзнуть за углом, меня от этого спасет?

Со стороны лестницы донеслись голоса. Винсент огляделся и тихо сказал:

– Здесь не место для этого разговора. Утром решим, что делать. Шиясса права.

После этого мы разошлись по комнатам.

Я с облегчением сбросила куртку и отправилась в ванную. Долго плескалась в чане с горячей водой, пытаясь смыть с себя события этого вечера, а затем села за домашнюю работу.

Тьен пришел, когда я уже заканчивала писать конспект по магической истории. На очереди лежал один пухлый сборник межгосударственных актов, который мне предстояло проштудировать. Пес запрыгнул в комнату, обдав меня ледяным ветром с улицы, и поспешно закрыл окно. Его лапы были снова испрещены медленно заживающими ранами.

– Совсем Стэндиш не щадит тебя, – я вздохнула и поставила в конспекте жирную точку.

Пес вытянулся у стола и ответил:

«А должен? Я пленный демон, а не его любимая собака».

Я отложила перо, подперла голову рукой и посмотрела на пса сквозь полуопущенные ресницы.

– Ты так и не рассказал мне, как стал пленником Святого.

«Ты сама об этом догадываешься, верно? Ты знаешь, с помощью чего он пленил меня».

Я подняла со стола шероховатый камешек с иероглифом «говорить» и признала:

– Да, примерно представляю. В деталях, к сожалению, не разбираюсь, но именно в них, как говорят местные, и кроется дьявол.

«Они не важны. Способ привязать к себе демона без Договора тебе известен. Рэйман использовал его, и с тех пор мы вместе».

– «Мы вместе»… – задумчиво повторила я, но расспрашивать дальше не стала.

Тьен сообщил мне достаточно. Интересно, он сам это понял?

Подхватив сборник межгосударственных актов, я пересела на кровать. Раны демона уже затянулись, и он поспешил перебраться ко мне. Постель прогнулась под его весом, и тяжелая голова легла мне на колени. Я распахнула книгу и одной рукой рассеянно погладила пса.

«В этой книге что-то важное?» – спросил он.

– Да. Соглашения между Линьином и Нуамьенном. Их я совсем не знаю, приходится учить наравне со всеми.

«Ложись спать, завтра магическая практика».

– Сначала меня ждет ужин с Аккеро, – вздохнула я.

Пес напрягся:

«Ужин с Аккеро? Сейчас?»

– Завтра.

«Он был здесь? – продолжил спрашивать пес. – Что ему нужно?»

Я прикрыла книгу и призналась:

– Похоже, я ему интересна. Точнее, ему интересна Шиясса.

«Он видел темную искру и то, как ты используешь некромантию. Так что интересна ему именно ты».

Я поспешила перевести разговор на другую тему:

– Он сказал, что в очередной раз прикрыл меня от чего-то. И расскажет об этом только при личной встрече.

«За ужином?»

– Да. Так что придется идти. Радует одно: задержаться не получится, потому что вечером магическая практика.

«Этот человек опасен».

Я вспомнила взгляд Аккеро и согласилась:

– Ты прав. Он силен, родовит, наделен полномочиями. Но при этом меня не выдал и не выдает. Так что с ним придется дружить. Хотя совсем не хочется.

Тьен закрыл глаза и добавил:

«Не думаю, что дружба с Риваем Аккеро – это хорошая идея».

Больше пес ничего не стал говорить, и я вернулась к учебнику. После того, как я заучила основные положения кодексов, которые мы разбирали на уроке, Тьен внезапно встряхнулся, спрыгнул с кровати и потрусил к окну.

– Ты куда? – спросила я.

Если пес приходил, то обычно оставался до утра.

«Дело есть. Увидимся на практике. Спи».

На мгновение вокруг тела пса вспыхнул зеленый ореол. Задвижка окна поднялась сама, и створка распахнулась. Меня снова обдало волной холодного воздуха, и Тьен скрылся. Окно точно так же закрылось за ним. Я пожала плечами, погасила магическую лампу и легла в постель.

Следующий день пролетел незаметно. Академию быстро облетела новость о том, что мы отправляемся на турнир в Лиансин. Утаить такое было невозможно. За обедом в столовой нас сверлили ненавидящими взглядами Фирремы. Рядом с ними терся рыжий приятель Ильрема, и это мне не понравилось. Я еще помнила, как они мутузили друг друга осенью. Так просто это не забывается. Так что после смерти главы рода у Фирремов наверняка появилась причина держаться поближе к могущественным родам, чтобы отомстить нам. И на эту месть у них оставались считанные дни.

Все это не прибавляло спокойствия ни мне, ни моим товарищам. Винсент старался выглядеть невозмутимым, но я замечала, что он не сводил с меня глаз и все время ненавязчиво держался рядом.

С большим трудом я уговорила своих товарищей не провожать меня на встречу с Аккеро. Катана духа была при мне, окарина тоже. Давать в обиду я себя не собиралась, было еще не поздно, улицы города полны народа. Кроме того, Винсент высказал мысль, что Аккеро не последний человек из Ордена. И, вероятно, его люди присмотрят за мной в городе, раз он просил меня быть одной. Поэтому товарищи проводили меня только до города. У ворот Шон стиснул меня в объятиях на прощание, и мы расстались.

На улицах горели фонари, и было людно. До того трактира, где мы с Аккеро были в прошлый раз, я дошла быстро. Тот уже ждал меня неподалеку от входа, и на лице его была маска невозмутимости.

Он любезно приветствовал меня и предложил руку. Но я отступила на шаг, настороженно глядя ему в глаза. Настаивать следователь не стал. Тогда Аккеро распахнул дверь и сделал приглашающий жест.

Я первой вошла в людный зал, полный дивных ароматов еды. Расторопный слуга снова проводил нас в ту же комнатку, где уже был накрыт стол на двоих. Я оценила количество снеди и спросила:

– Вы хотите, чтобы на магической практике я не могла пошевелиться?

Аккеро отодвинул стул, пригашая меня сесть, и улыбнулся:

– Хочу, чтобы вы могли выбрать себе блюдо по душе и насладиться едой.

Я сбросила куртку и послушно опустилась на стул. Аккеро сел напротив и бросил на меня долгий взгляд, полный откровенного любования. Я нервно накрутила на палец белую прядь, не глядя, ткнула вилкой в какую-то из закусок и перешла сразу к делу:

– Так о чем вы хотели мне рассказать?

Следователь пригубил вино из своего кубка. Он все еще смотрел только на меня. Больше всего хотелось встать и уйти, но приходилось сидеть и терпеливо ждать его ответа. Аккеро мастерски тянул время. Я не скрывала своего нетерпения и ерзала на стуле, наблюдая за тем, как тот накладывает в свою тарелку деликатесы. Наконец, мужчина откинулся на спинку стула и заговорил:

– Думаю, вам уже известно, что на прошлых выходных здесь гостил некто Гвидо Гемхен.

– Разумеется, – бесстрастно ответила я.

На всякий случай о письме я говорить не стала. Но Аккеро тут же спросил:

– Дядя как-то связывался с вами?

Я нехотя поделилась:

– Прислал письмо. Шон сжег его сразу, как только прочел.

– И не поделился с вами его содержанием?

В голосе орденца проскользнули нотки недоверия.

– Сказал, что дядя в городе и предлагает встретиться.

Взгляд Аккеро стал задумчивым. Он сделал еще один глоток вина и сказал:

– Что ж, брат солгал вам, леди. Ваш дядя не просил о встрече, а предлагал вам обратиться к нему в случае неприятностей. И как вы, думаю, догадались, эти неприятности он создал сам.

С этими словами следователь достал из кармана небольшой сверток. Осторожно опустил комок белого шелка на стол передо мной и бесстрастно приказал:

– Разворачивайте.

Ничего не понимая, я взялась за уголок свертка и потянула за него. Узел развязался, и смогла рассмотреть то, что принес мой сегодняшний спутник. Это оказался крупный топаз в вычурной серебристой оправе, внутри которого переливались нити заклинания. Я прикрыла глаза и уверенно заявила:

– Артефакт шестого ранга, с уклоном в стихию воздуха.

Мои познания приятно удивили Аккеро. Он вскинул бровь и подтвердил:

– Вы совершенно правы, леди. А теперь переверните этот предмет.

Я послушно взяла в руки камень и увидела на обратной стороне знакомую гравировку.

– Род Фиррем, – тихо произнесла я.

– Верно. Это должны были найти у вас. Думаю, не нужно рассказывать, кто должен был вам это подбросить и когда.

Я отложила вилку и нахмурилась:

– Получается, роды Гемхен и Фиррем действуют заодно. Дядя Гвидо сговорился с Фирремами, чтобы подставить меня. Но зачем?

– Этого мы уже не узнаем, – с сожалением сказал Аккеро. – Я перехватил курьера, и он поведал мне о плане своих господ, но цели их не были ясны простому посыльному.

Несколько минут я молчала, собираясь с мыслями. Он не торопил меня, продолжая наслаждаться ужином. Наконец, я подняла на него взгляд и задала самый важный вопрос:

– Вы в очередной раз спасаете меня от больших неприятностей. Зачем вы это делаете? Что хотите взамен?

Аккеро усмехнулся:

– Чего хочу? Пока что поужинать с вами в приятном месте и отпраздновать ваше благополучное избавление от проблем. А дальше… посмотрим.

Ответить я не успела. В этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял Тьен. Зеленые глаза пса сверкали, а в зубах он держал белый конверт.

В первый момент я испытала облегчение. Появление пса обещало избавление от общества Аккеро. Но в тот же миг облегчение сменилось тревогой. Я не сомневалась, что Тьен пришел не просто так. Если он решился прервать ужин, значит, что-то случилось.

К моему удивлению, пес потрусил не ко мне, а к моему спутнику. Аккеро нехотя взял из его пасти белый конверт. Пока следователь, хмурясь, читал письмо, Тьен сел возле меня и положил голову мне на колени. Выглядел он при этом очень довольным.

«Все хорошо, – сказал пес. – Сейчас мы уйдем отсюда».

Уйдем отсюда? Что он имеет в виду?

Аккеро смял письмо в руке, и на его лице появилось неудовольствие. Он с досадой посмотрел на пса, но быстро справился с собой. Перевел взгляд на меня и улыбнулся:

– Ваш… Руководитель практики требует, чтобы вы срочно прибыли к городским воротам.

Я оттолкнула пса и вскочила со стула.

– Тогда мне нужно идти! Может быть, что-то случилось.

Аккеро поднялся следом и тут же оказался рядом со мной. Я вскинула голову, заглядывая в серые глаза. Он негромко сказал:

– В конюшне Ордена стоит мой конь. Я довезу вас, так будет быстрее.

– Не стоит, – отказалась я. – Вы можете дать мне лошадь. Думаю, стражники с удовольствием приведут коня обратно.

Аккеро ответил тоном, не терпящим возражений:

– Поедем вместе. С учетом того, что творится вокруг, отпускать вас одну небезопасно.

Я открыто взглянула ему в глаза и проговорила:

– Думаю, вам есть чем заняться, кроме как провожать простую студентку.

– С учетом того, что я собирался посвятить этой простой студентке вечер? – иронично спросил он. – Шиясса, ты едешь со мной, и это не обсуждается.

Мне много чего хотелось ему сказать, но пришлось подчиниться. Время шло. Я торопливо накинула куртку и вышла на улицу следом за Аккеро. Я ожидала, что мы направимся к воротам того здания с крестами, где находилась Обитель Ордена Святого Альбана. Но, к моему удивлению, следователь свернул в переулок и пошел вдоль высокого забора. Вскоре в ней обнаружилась неприметная калитка. Мой спутник отворил ее с помощью заклинания и отошел в сторону, пропуская меня. Тьен первым нырнул в проем, я шагнула следом. Мы оказались во дворе все того же здания, в котором находилось представительство Ордена.

Аккеро запер калитку и решительно направился к конюшне. Мальчишка-конюх в рубахе с вышитым крестом быстро оседлал крупного саврасого жеребца. Конь косил на меня глазом и храпел. Тьен сидел у моих ног, вывалив из пасти язык, и наблюдал за сборами. Аккеро не обращал на него никакого внимания. Следователь погладил коня по морде и что-то шепнул ему. Затем помог мне забраться в седло и сам сел за моей спиной. Мы выехали со двора и помчались по улицам. Тьен бежал рядом.

Я молча смотрела вперед, зажатая с двух сторон сильными руками Аккеро. Стараясь выкинуть из головы неудобное положение, в котором оказалась, я думала о том, что же произошло.

«Ничего, – внезапно ответил Тьен. – Вас ждет практика. Я сказал Стэндишу, будто подслушал твой разговор с Аккеро. Дальше он все сделал сам».

Я бросила недоверчивый взгляд на демона. Он что, решил избавить меня от общества представителя Ордена Святого Альбана?

«Тебе он не нравится, – спокойно подтвердил пес. – И Рэйману тоже».

Он, конечно, был прав, но мысль о том, что Святой и его пес придумали эту затею с письмом только для того, чтобы мне не пришлось целый час провести вместе с Аккеро, не укладывалась в голове.

Наконец, мы подъехали к воротам. Там меня ждали обеспокоенные друзья и мрачный Святой. Орденец спешился первым и подал мне руку. Я не обратила на нее внимания и спрыгнула с лошади сама.

Стэндиш холодно сказал:

– Благодарю за то, что помогли моей ученице добраться, господин Аккеро.

– Не стоит благодарности, всегда рад помочь леди Гемхен, – так же холодно ответил следователь

Две пары серых глаз несколько мгновений сверлили друг друга. Затем оба нехотя отвернулись и сделали шаг ко мне. Я сама не поняла, как оказалась рядом с Винсентом, вцепилась в его руку и одарила Святого и Аккеро своей самой милой улыбкой. На лице обоих явственно промелькнула досада. Но оба быстро справились с собой. Стэндиш равнодушно отвернулся, а второй мужчина многообещающе проговорил:

– Доброй ночи, леди Гемхен, и удачной охоты. Продолжим наш ужин в другой день.

С этими словами он вскочил на коня и поехал прочь. Вслед за охотником мы вышли за ворота, и я задала вопрос:

– Что происходит? Зачем вы меня вызвали?

Святой пожал плечами:

– Раньше начнем – раньше закончим. Он успел тебе рассказать, что хотел?

Я кивнула и вспомнила про артефакт:

– Похоже, Фирремы хотели меня подставить, подбросив родовой артефакт. Аккеро каким-то образом узнал об этом и забрал его раньше. А дядя Гвидо ждал, что мы прибежим к нему, чтобы просить помощи.

– Кажется, один из родственников его жены вступил в Орден Святого Альбана, – припомнил Шон и сжал кулаки. – Вот гады! Гемхенам-то что от нас стало нужно?

– То же, что нужно было остальным, – пожал плечами Святой. – По официальной версии браслет все еще не найден. Все, кто его искали, уже в ином мире. Но если Фиррем успел проболтаться кому-то еще…

– Или это сделали Фирремы младшие, – добавила я. – Они спят и видят, как поквитаться за отца.

Тропа повернула к кладбищу, и я замолчала. Мерзкий ветер швырял в лицо хлопья снега.

К тому времени, как мы дошли до ворот, я была согласна даже на компанию остроухих – лишь бы покинуть это царство холода. Хотя мысль о том, что я окажусь на земле своих врагов, внушала тревогу.

На этот раз заходить на кладбище мы не стали. Стэндиш остановился в нескольких шагах от ворот и развернулся к нам.

– Сегодня мы охотиться не будем, – объявил он.

Святой с видимым удовольствием оглядел наши удивленные лица и снисходительно добавил:

– Будем ставить ловушку на плитраса.

– Плитраса? – переспросила я, вспоминая, как эту нежить звали в Рибене.

– Да. Судя по всему, по ночам он выходит подпитываться энергией мертвых. Если тварь подрастет – уйдет в город, а там они прячутся еще искуснее.

– Значит, сейчас мы будем искать его следы, чтобы поставить ловушку? – уточнил Шон.

– Именно, – кивнул Святой. – Это дело долгое. Обычно. Но у нас есть определенное преимущество.

Он выразительно посмотрел на меня. Я вздохнула и начала стягивать перчатки. Шон недовольно спросил:

– Это обязательно?

Юноши уже знали, что я пробуждаю свой дар, только когда проливается кровь. Я достала кинжал и быстро проколола палец. Ночь окрасилась в зеленый, а воздух наполнили запахи. Даже через снег я чувствовала кружащий голову сладковатый аромат тления, к которому примешивалась лёгкая цветочная нота.

– Он уже выходил сегодня, – сообщила я взглянула на небо.

Тучи скрывали луну, и было невозможно понять, сколько времени.

– Рановато, – будто прочел мои мысли Стэндиш.

Я развела руками:

– Как есть. Возможно, ловушка не понадобится.

– Если вылезет – не подходите, – предупредил Стэндиш. – Это работа для меня и Тьена. Разделяться не будем. Будьте начеку. Веди, Шиясса.

Я вытянула вперед палец, с которого капала кровь, и шумно втянула носом воздух. Зеленые нити вибрировали, сила струилась вокруг меня. Да, где-то впереди ходит ахато. Плитрас, как его здесь звали. Хитрая тварь, что напитывалась силой мертвых тел, а затем уходила в город, чтобы резать живых.

Я пошла вперед между крестов, по цепочке из одной мне видимых следов и цветочного запаха. Тварь уже была здесь и собрала силу. Тьен бежал чуть в стороне, а за моей спиной шагал Стэндиш с мечом на изготовку.

На небольшом пятачке между сгнившим крестом и почти новым я замерла. Запах обрывался.

– Что такое? – спросил Святой.

– Похоже, он насытился и залег снова, – медленно сообщила я. – Ставьте ловушку здесь.

Охотник удовлетворенно кивнул. Я отошла в сторону, чтобы дать ему место. И в этот момент тварь напала. Черная крысоподобная тень вылетела из тени ближайшего креста и вцепилась в ту руку, на которой был порез. Тьен не терял времени даром. Пес почти сразу оказался рядом и оторвал от меня тварь. Почти сразу…

Место укуса стало ледяным, и холод стремительно бежал по моему телу. Я, как подкошенная, рухнула в снег. Последним, что я увидела, был странный камень на шее твари, и черные клыки с красной каемкой. Мы застали финальную стадию перерождения. Плитрас собрал силу и выпустил свой первый яд.

Глава 5. Побег

Мне снился холод. Снег и лед были повсюду. Я отчаянно пыталась сотворить заклинание огня, но руки не слушались, и ничего не выходило. Все тело было до ужаса тяжелым. И мне не оставалось ничего, кроме как парить в ледяной тьме.

Из мрака меня выдернуло прикосновение собачьего языка, которое на этот раз казалось теплым. И голоса:

– Убери от нее свою тварь.

– Эта тварь ей нравится.

– Демону не место в госпитале.

– Герцог Бейтан разрешил. Он хозяин этих земель.

– Лекари здесь служат Церкви. Именно они, а не герцог Бейтан спасли ей жизнь. И то, что я не уехал, а пошел следом за вами.

– Это еще вопрос, для чего вы это сделали.

Тьен еще раз лизнул меня в лицо и тихо позвал:

«Мия?»

Я распахнула глаза и обнаружила, что лежу в просторной, светлой комнате. Солнце ярко светило за окном. Аккеро стоял, оперевшись на подоконник. Тьен сидел прямо передо мной на полу, а его хозяин примостился на стуле рядом с моей постелью. Если в палате был кто-то еще, то я их не видела, потому что по-прежнему чувствовала тяжесть во всем теле. Я попробовала шевельнуться, но тело не слушалось.

Только в этот момент мужчины поняли, что я пришла в себя. Аккеро впился взглядом в мое лицо, а Стэндиш спросил:

– Как себя чувствуешь, Шия?

Я с трудом разлепила губы и пробормотала:

– Что случилось?

– Тебя укусил плитрас. Первый яд – самый сильный. Мы едва успели тебя спасти.

Аккеро холодно напомнил:

– Вы и не смогли бы ее спасти. Моя магия помогла ей протянуть до госпиталя.

– Потому что в кровь попало мало еда. Тьен отодрал от нее эту тварь раньше, чем я сообразил, что происходит.

Я прикрыла глаза и застонала в голос. Мужчины тут же замолчали. Аккеро участливо сказал:

– Раз ты очнулась, скоро действие яда закончится, Шия. Тебе чего-нибудь хочется?

Я снова открыла глаза и выдавила из себя:

– Да.

– Чего же? – он задал вопрос.

Я обвела взглядом мужчин и призналась:

– Чтобы вы оба ушли.

После этого я, наконец, смогла вытащить из-под одеяла руку и обвить ей шею Тьена. На несколько мгновений и Аккеро, и Святой потеряли дар речи. Я уткнулась лицом в черную шерсть.

Стэндиш деликатно спросил:

– А кого тогда ты хочешь видеть?

– Тьена, – глухо сообщила я.

– И все?

– И все.

Открывать глаза ужасно не хотелось. Тело ломило, на языке разливалась противная горечь, пошевелиться было невозможно. Холод медленно отступал. Я услышала, как хлопнула входная дверь, и вздохнула с облегчением. В моей голове снова зазвучал голос пса:

«Как ты?»

– Плохо. Что со мной было?

«Тебя укусил плитрас. Ахато. Не помнишь?»

Я хотела уже мотнуть головой, но в памяти медленно начали всплывать картины вечера. Ужин с Аккеро, кладбище, охота на тварь, укус… И камень у нее на шее.

– Амулет, – пробормотала я. – У плитраса был амулет, который не дал ей уснуть до следующей ночи. Кто-то позаботился о том, чтобы тварь напала именно этой ночью. Когда проходит магическая практика.

«Верно, – подтвердил мои догадки пес. – Если бы не Аккеро и одна из местных монашек, ты бы умерла. Хотя, если бы не Аккеро, тебя не взяли бы сюда, вы с Шоном некрещеные полуэльфы, а в городском госпитале нет противоядия».

– А это что за госпиталь?

«При монастыре Святой Марты».

Я поняла, что не помню, что такое монастырь. Кажется, это как-то связано с местной верой… Словно в ответ на мои мысли, дверь отворилась, и в палату вошла девушка в черном балахоне, из которого торчало только лицо. Более нелепой одежды я еще в жизни не видела. На миловидном лице с яркими зелеными глазами расцвела улыбка.

– Как я рада, что вы проснулись, – затараторила она. – Когда господин Аккеро принес вас, я думала, что уже не успею.

– Не успеете что? – не поняла я.

– Спасти вас, – любезно пояснила девушка. – Меня Руола зовут. Я здесь специалист по ядам всех видов. Лечить полуэльфов мне не доводилось. Я так боялась, что господин Аккеро не уговорит мать-настоятельницу. Но он убедил ее принять вас. Раз вы пришли в себя, волноваться не о чем. Сейчас я дам вам еще одну дозу противоядия, и уже завтра вам станет легче.

Руола помогла мне сесть и протянула лекарства. Сначала горькую микстуру, а затем легкий травяной отвар. Я послушно выпила все. Девушка улыбнулась:

– Ну вот. Сейчас станет легче. Юношам сюда входить нельзя, но ваш брат и друзья приходят к воротам каждый день.

Только после этих слов я поняла, что принесли меня сюда отнюдь не этой ночью.

– Сколько дней я здесь нахожусь? – встревоженно спросила я, почесывая за ухом Тьена, которого моя новая знакомая совсем не боялась.

– Сегодня четвертый, – сообщила девушка.

Я пересчитала дни и схватилась за голову:

– Мне нужно уходить. Мы должны ехать в Линьин, иначе опоздаем на турнир.

Руола покачала головой:

– Это невозможно. Вам придется провести в постели не меньше недели. Вы едва не простились с жизнью, какое путешествие!

Я не стала с ней спорить, а крепко задумалась.

До конца дня я не видела никого, кроме монашки. Тьен, как мог, разъяснил мне, что такое монастырь. Теперь на Руолу я смотрела со смесью восхищения и сочувствия. Наконец, наступила ночь. Руола погасила лампу и ушла. К этому времени я почувствовала себя лучше. Выждав, пока в коридоре наступит тишина, я осторожно сползла с постели. Тьен встрепенулся и задал вопрос:

«Что ты делаешь?»

Я торопливо сбросила больничную рубаху и начала натягивать свою одежду, которая обнаружилась на стуле, вычищенная и отглаженная. Тут же рядом висела куртка. Застегивая сапоги, я пробурчала:

– Собираюсь бежать отсюда, что же еще?

«Ты больна», – возразил пес.

– Турнир в Линьине ждать не будет. Вылечусь по дороге. К тому же не нравится мне это место. Не могу объяснить, почему, но оставаться здесь мучительно.

«Церковь потому что. Таких, как ты, здесь не любят».

– Вот пусть и дальше не любят, а я не буду любить их. На расстоянии.

Больше пес не пытался меня отговорить. Уходить через дверь я не рискнула. Ничего не оставалось, кроме как подойти к окну и распахнуть створки. На улице стоял мороз. Я поежилась и посмотрела вниз. На мое счастье здесь было невысоко. Я прикинула, что по барельефу смогу приблизиться к раскидистому вязу, и залезла на подоконник. В этот момент за моей спиной раздалось деликатное покашливание.

Я резко обернулась и увидела, что на пороге стоит Руола, а над головой девушки летает тусклый магический светлячок.

Я оглядела девушку с ног до головы и предупредила:

– Не подходи. Я все равно уйду.

Монашка вошла в комнату и тихо притворила дверь. Магический светлячок вспыхнул ярче. Руола с сожалением покачала головой:

– Это плохо для вашего здоровья.

– Убить меня пытались в Лукаше. Так что для моего здоровья полезнее покинуть этот гостеприимный край и отправиться к остроухим.

Несколько мгновений девушка смотрела на меня со странным выражением лица, а затем напряженно спросила:

– Значит, это правда? Вы собираетесь за Великую Стену?

– Да, разумеется. Мы едем на турнир в Лиансине.

Руола резко приблизилась и проникновенно сказала:

– Я помогу вам выбраться отсюда, если вы исполните одну мою просьбу.

Я не смогла сдержать удивления:

– Просьбу? Какую просьбу?

Девушка торопливо достала из своего необъятного балахона конверт.

– Передайте это письмо эльфу. Он живет в Лиансине на улице Пятого Лепестка Зари. Его зовут Кианфан Сиа-Лун.

Я продолжала настороженно смотреть на нее:

– И что же в этом письме?

– Последние слова моей сестры Иоланты. Она была влюблена в эльфа. Он оставил ей свое имя и адрес, прежде чем улетел за стену. Иоланта умерла, рожая его бастарда… Ребенок тоже погиб. Я записала ее последние слова и поклялась передать их. Но отец и слышать об этом не хочет, а я не могу покинуть монастырь.

Отчего-то я сразу поверила ей. На ее лице лежала тень утраты. Тьен подошел к монашке и тщательно обнюхал конверт.

«Враждебной магии нет, – сообщил пес. – Никакой нет. Просто бумага».

Становиться вестницей несчастья мне хотелось меньше всего, но в этот момент у меня в голове вспыхнул план, как извлечь выгоду из ситуации. Я торопливо сунула конверт за пазуху и кивнула:

– Идет. А теперь не мешай мне.

Руола улыбнулась и сообщила:

– Задняя калитка в течение получаса будет не заперта, барахлит запирающий амулет. Не используйте во дворе магию – иначе вас схватит охрана. И вот, возьмите снадобья.

С этими словами она протянула мне мешочек, в котором глухо звякнуло стекло.

– Эликсиры для восстановления после яда, – пояснила монашка. – Поклянись именем Господа, что исполнишь мою просьбу.

– Клянусь богом, что доставлю твое письмо, – торопливо проговорила я, привязывая к поясу мешочек с лекарствами.

На этом мы распрощались. Монашка ушла. А я, следуя своему плану, начала спускаться.

Барельеф, изображающий деяния каких-то местных святых, оказался очень удобным. Опираясь на выпуклые части камней, я перебралась на дерево и спустилась во двор. Меня слегка пошатывало, но, скрываясь в тени, я довольно быстро добралась до калитки позади громады монастыря. С охраной здесь было плохо. Но сегодня это было мне на руку. Как и обещала Руола, калитка оказалась не заперта. Мы с Тьеном беспрепятственно покинули монастырь и ушли в морозную ночь.

Через час я всей душой ненавидела Нуамьенн и местную зиму. Вместе с псом мы брели по сугробам, стоял мороз, ночь была безлунной, с неба медленно падали хлопья снега. Я снова чувствовала наползающий изнутри холод и слабость. Ладони я засунула в рукава куртки, мои перчатки остались там, на кладбище.

В тот момент, когда я почувствовала, что уже едва могу идти, Тьен ткнулся мне в колени лбом и сказал:

«Отдохни. Я вызвал Рэймана, он скоро будет».

Я покачала головой:

– Если остановлюсь, точно замерзну. Ты не человек и не настоящая собака и не сможешь меня согреть.

Он опустил голову и позволил мне идти дальше. К счастью, долго ждать не пришлось. Вскоре на дороге появился всадник. Им оказался Стэндиш. Святой спешился и остановился рядом со мной, заглядывая в мои уставшие глаза.

– Зря, – коротко бросил он.

Но отчитывать не стал. Вместо этого, подвел мне лошадь и помог вскарабкаться на нее, а сам сел сзади. Я чувствовала себя ужасно, но нашла силы заявить:

– Нам надо на кладбище.

Над моим ухом прозвучал удивленный голос Святого:

– Зачем?

Пришлось пояснить:

– Заберем шкатулку из тайника. Нужно завтра же отправиться в Лиансин. Иначе мы опоздаем на турнир.

Я ждала суровой отповеди, но охотник снова меня удивил. Он не произнес ни слова, только подстегнул коня. Я уже ждала, что охотник также молча увезет меня туда, куда надо ему. Но не нашла в себе сил сопротивляться.

К моей несказанной радости, вскоре впереди замаячили кресты. У ворот кладбища Стэндиш спешился и протянул мне руку. На этот раз пришлось ей воспользоваться. Я кое-как сползла с лошади, снова спрятала ладони в рукава и пошла вперед.

– Погоди, – окликнул меня Стэндиш.

Я непонимающе оглянулась. Охотник протянул мне варежки:

– Возьми. Ледяными руками много не сделаешь. Тебе понадобится темная магия, верно?

Отказываться я не стала. Поблагодарила и торопливо натянула меховые рукавицы. Мы бодро прошли по кладбищу до одного из склепов, печально знакомому Стэндишу по битве с Фирремом. Именно там он с моими друзьями прятался в тот раз.

– Здесь? – удивленно спросил охотник.

Я пожала плечами:

– А что такого? Я использовала «покров мертвых», никто из местных неспособен распознать это заклинание.

– Даже Аккеро?

– Даже Аккеро. Надеюсь, он скоро вернется в столицу.

– Не совсем, – уклончиво ответил Святой.

Я стянула одну из варежек, и охотник подал мне кинжал. Слабость накатывала волнами, и я дрожащей рукой чиркнула себе по ладони. Стэндиш ругнулся и уточнил:

– Ну почему не палец?

– По нему еще попасть надо, – огрызнулась я и вдохнула запах тления.

Цветочные нотки в нем исчезли. Я долго разглядывала зеленоватые нити, которые связывали наш мир с миром духов, но ничего подозрительного в итоге не увидела. Опустилась на колени перед склепом и легким жестом развеяла свое же заклинание.

Затем сунула руку в снег по локоть и достала черную узкую шкатулку. Я неспешно убрала ее за пазуху и поднялась на ноги. Стэндиш проводил ее глазами и спросил:

– Как ты собираешься прятать ее в путешествии? С нами будет представитель Ордена Святого Альбана.

Я пожала плечами:

– Пока не знаю. Придумаю что-нибудь.

Святой нахмурился, а Тьен подошел и начал зализывать порез на моей ладони. В молчании мы дошли до ворот, и охотник снова помог мне вскарабкаться на лошадь. Кажется, на обратном пути я задремала. А когда открыла глаза, то перед нами темнел замок герцога Бейтана.