Текст книги "Если проткнуть глобус. Том 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/esli-protknut-globus-tom-2-262915.jpg)
Автор книги: Ольга Гронская
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Танго в Веллингтоне
Ну вот, в Веллингтоне ориентируемся. Вчера после недолгих поисков нашли в интернете танго-школу, потому что набранная в Аргентине скорость, понятно, начинает снижаться, и хоть и понимаешь, что это неизбежно в наших условиях, но замедлить процесс отлучения хочется. Поэтому мы, загребая задними ногами, мчимся по указанным в анонсе координатам.
– И русская преподавательница там есть, Елена! – мы с Людочкой прям прыгаем от радости в предвкушении…
От Лены, миловидной и спокойной женщины за сорок, узнаем, что она замужем за киви, то есть за местным уроженцем. Жить здесь можно, и неплохо можно, хотя есть свои нюансы. Женщин уважают, в семьях равноправие. Можно не работать, но она предпочитает быть занятой, помогая мужу в бизнесе.
– Не скучно? – сразу интересуемся мы. Лена, подумав, говорит:
– Да нет, день занят, расписан, дел хватает. Сегодня, например, еще надо к вечеринке подготовиться. Мы сегодня принимаем с мужем. «Зеленая» вечеринка.
– В смысле, зеленая? – не зная точно, что подумать, уточняем мы.
– Это все выдержано в зеленом цвете. И еда, и одежда, и интерьер.
– А зачем?…
Лена смеется, изображая легкую степень безнадежности:
– Тут так принято! Придумывают сами, сами организовывают, сами веселятся, вот такие обычные развлечения.
– Так действительно интересно? – переспрашиваю непривычная я.
– Вполне. Забавно даже, народ приятный, образованный, – и, посмотрев время, озабоченно прикидывает, – К пяти дома обещала быть, опоздаю.
– И что будет, что муж скажет? – желая прочувствовать истинную картину отношений в зеландских семьях, заинтересованно спрашивает Люда.
Лена, не меняя выражения лица, по-учительски вздернув брови, строго поясняет:
– Подождет! – и подмигивает.
И мы понимаем, что все здесь на острове в плане домостроя нормально. По-нашему.
Новой знакомой не терпится рассказать, как она вышла замуж, нам это тоже вполне интересно.
Была по делам работы, познакомились, переписывались, и он женился по-быстрому. Чтоб такое сокровище не упустить. Здесь тоже, оказывается, женщин не лишка. Леночка добавляет:
– Все легко. Если с языком все более или менее в порядке, то устроиться не проблема – расхватают сразу. У вас ведь наверняка в порядке? – интересуется она, как будто познакомиться с кем-то мы должны прямо сегодня, на зеленой киви-вечеринке.
Мне вдруг становится смешно, и я, адекватно оценивая свои знания языка, представив ситуацию знакомства, едва сдерживаю хохот и горестно констатирую:
– Вот, Люд, тебя расхватают. А меня нет… Опять мимо кассы. Люда, подхватив игру, успокаивает:
– Ничего, Оля, в этом деле язык не главное.
– Ты думаешь?… – с озабоченным видом, уточняю я.
И через секунду мы все грохаем, заходясь от собственного остроумия.
Атмосфера в клубе доброжелательная, партнеров, правда, уже не хватает, но парочка есть, плюс сам преподаватель участвует, и хорошо танцующие за мужчин опытные танцовщицы помогают.
Елена вскоре убегает, мы тепло машем ей издалека, счастья желаем и
продолжаем новозеландское танго-занятие. Бальзам.
Уф, вот теперь хорошо. Вытанцевались, туфли проветрили. И мозги. А то наши аргентинские знакомые периодически подбрасывают онлайн фото с милонг, гады. Здорово, конечно, но как серпом по одному месту.
Да и когда оно, следующее занятие, будет? Неизвестно. Скорее всего, на родине осенью. Не так легко все это охватить и совместить в путешествии. Хорошо, здесь городок маленький, все рядом. Временной фактор позволил посетить.
Olga Tango: Освальдо, как ты пришел к танго? Можешь мне рассказать?
Освальдо Танго: Да, дорогая. Очень здорово, что ты спросила об этом! Это касается нас.
Освальдо Танго: Я всегда любил двигаться под музыку. Это дает мне энергию. И всегда изучал новый стили.
Освальдо Танго: На самом деле я тоже из другой музыкальной области, такой как болеро, кумбиас. А 15 лет назад я начал заниматься танго. Мне было очень трудно разучивать шаги, я пришел к выводу, что мне это не понравилось, не подошло. И я прекратил тренировки. Потом это случилось однажды днем: я был дома, подметал пол щеткой, и радио начало играть eltango la cumparcita sung, я начал танцевать со щеткой, и произошло волшебство: эмоции танго были такими, что оно окутало меня так, что я парил в воздухе, и мое лицо было покрыто слезами счастья и радости. У меня были крылья на ногах. Танго танцевало сквозь меня!!!! В ностальгии о прошлом, настоящем и будущем я танцевал с метлой, это была моя первая любовь и страстная встреча с танго. И с этого момента… я больше «не танцую» танго ** Я есть танго.**
Освальдо Танго: В последствии я никогда больше не испытывал такого всепоглощающего растворения. И вот однажды… на метле в Аргентину прилетела ты. Я не мог спутать этого чувства. Ты моя первая страстная встреча в танго после escobillon.
Olga Tango: Я думаю, мы должны обменяться в письменной форме полными почтовыми и электронными адресами, документальными данными, аккаунтами в сетях. Наша нить еще очень тонкая. Я вдруг испугалась, что телефон и компьютер могут украсть, а я хочу быть уверенной, что несмотря ни на что, я смогу найти тебя на этой земле.
Освальдо Танго: Это очень толковая мысль. Мне тоже невыносимо думать, что я могу потерять тебя. Но я знаю, мы не можем потеряться.
Из ПЗ. А не махнуть ли нам на Южный остров?
Долго в Веллингтоне не насидишь и по танго не находишься. Тут у нас график посещений страны, с точной датой обратного вылета.
Поэтому едем дальше, на Южный остров. Сейчас на паром. Поплывем через пролив Кука в Южную Зеландию. Маршрут Веллингтон-Пиктон. С переправой проблем нет, океанские паромы Interislan der и Bluebridge, огромные, вместительные, надежные курсируют величественно туда-сюда, бери билет и вперед.
Опять здорово, что и морской вокзал, откуда эти махины отчаливают, находится прямо через дорогу от нашего столичного обиталища.
И вот, оставив на хранение в демократичном хостеле лишние пожитки, на радостном «легке», предвкушая путешествие, мы воодушевленно грузимся на гигантское судно, просто не зная, где притулиться. Не потому, что нет мест, а потому, что интересно везде! И по началу хочется не сидеть, а оббегать территорию маленького паромного государства, чтобы ничего не упустить, везде заглянуть: и в бары, и в зоны отдыха, и во всякие отсеки для удобной работы с ноутбуками. Потом уже выбрать, где понравится, прильнуть к круглому иллюминатору и наблюдать, как мимо проплывают, удаляясь в монохромность, холмистые берега.
Пролив Кука в самом узком месте имеет ширину всего двадцать два километра. Но поскольку переправа между островами начинается и заканчивается не в крайних географических точках островов, то морской путь увеличивается до ста восьмидесяти километров.
Если описать маршрут, то это звучит гордо и заманчиво: из бухты Веллингтон выходим в открытое море, потом ложимся на курс по проливу Тори и заход в залив королевы Шарлотты. Кстати, именно в этом самом проливе, затонул «Михаил Лермонтов». Наш круизный лайнер в 1986 году. Но хоть тресни, находясь на этой махине, перевозящей железнодорожные составы, никакой опасности или волнения я не чувствую. Только одно пьянящее удовольствие от масштаба и комфорта. Кстати, а розетки в стенах около удобных кресел в носовой части, где дивный обзор, расшатаны, и телефон не заряжают.
Недоработка, товарищи новозеландцы! Да, забываю сказать, что в Новой Зеландии модно ходить босиком!
Реально, в любую погоду. И по городским улицам, и по магазинам, и по жилью. И, конечно, по таким мягким пароходам. Босоногая тема. Дописываю через двадцать минут: забылась и тоже побежала босиком по паромным ковровым покрытиям. Ах, кайф. Это как свобода.
Короче, прибыли мы в Пиктон, в нем и обосновались. Маленький красивый городок. Пиктон – город в регионе Мальборо на Южном острове Новой Зеландии. Город расположен возле головы Королевы Шарлотты Саунд, в двадцати пяти километрах к северу от Бленхейма и в шестидесяти пяти километрах к западу от Веллингтона. Удобно возвращаться.
На стене хостела, где мы урвали комнату с двухъярусными кроватями не на десять человек, а всего на четверых! (и, ура, только девочки), висит карта мира, утыканная цветными булавками, кто откуда приехал. Истыкана Европа полностью, испещрена Америка, особенно западные и южные штаты, крайне много народа из любимых: Аргентины и Колумбии. Ну, Австралия и сама Зеландия, понятно – в мелкую пыль уделана, вставлять некуда.
Россия… Хм, ну да… пара «кнопочек» из Москвы, один товарищ из Питера. И Томск. Все. Во всяком случае в этом хостеле. Ну, держись Южная Зеландия!
Точно определяю место, вчитываясь в мелкие обозначения, и прикол! На этой карте, висящей в заштатном городке южной Зеландии Пиктоне, прописан латиницей, как и на моем домашнем микро-глобусе, непосредственно Череповец Великий! Cherepovets! Вот это да!
С наслаждением ввинчиваю острие кнопки с белой головкой, и еще одну с голубой за Пятачка. Вот теперь на плоском глобусе и Череповец проткнут. Удостоился. Почему-то приятно. Ухху– ху!! На пыльных тропинках далёких планет останутся наши: «Киса и Ося здесь были!».
***
Большая марина здесь. Яхты в ней – крутизна, океанские, новые, стремительные пришвартованы.
Ни с кем не спутаешь австралиек. Под и за сто восемьдесят сантиметров, светлые, здоровущие. Специфичные лица, не очень красивые, но породистые. В основном из Сиднея попадаются, это куда мы скоро полетим. В хостелах Зеландии нравится, потому что много разнообразной посуды. Именно то, что много красивых тарелок, и собраны все стопочками по ранжиру на полках. Чашку себе всегда присматриваю, какая понравится, а их всяких! Красивых, всех форм и расцветок, а вот ложек не хватает всегда и везде! Впрочем, у меня всегда своя с собой, сейчас это
Колькина из Пунта-Аренас, доставшаяся мне вследствие круговорота ложек в природе. Я почему-то очень берегу ее. Вода. Вода!!! В Новой Зеландии не вода, а песня. Чистая минеральная из-под крана. Голубая в ванной. В Нейпире даже объявление в хостеле висело советующее: «Не покупайте воду в магазине, если хотите экономить. Пейте из-под крана, потому что это замечательная и лучшая в мире вода». Согласны. Туалеты тоже блеск, тоже везде безупречно-бесплатные. Люда в восторге. Сразили, говорит, наповал. Транспорт междугородний – туши свет, бросай гранату.
То есть не сами автобусы, хотя весьма сиденья неудобные и без сан-удобств, а их расписание. У всех жителей сказочно богатой страны свои машины, автобусов мало и поэтому… битком! И один рейс в день. Как мы практиковались в hitch-hiking. Что в переводе значит автостоп, расскажу в следующей главе.
Регулярно, наконец, после Нейпира хожу смотреть Южный крест. Созвездие, как оказалось, изображено на флагах аж четырех стран! В более южном Пиктоне созерцаю его, наконец, во всей красе. Окружные холмы не заслоняют, и погода то, что надо.
Чем вспоминается слету Новая Зеландия – красотой. Красота природная, умиротворение, растекающееся в пространстве, березки, воздух – вода – запах, деревянные глаза клерков, аккуратность, регуляция всего, коровы-овечки, дивные пейзажи, шикарные машины, глаза в «кучу» от цен, и всегда голодная. И хлеб такой вкусный. Много хлеба. Вкусного.
Olga Tango: Зачем вы прислали гимн России??? Я думала, ты про танго говоришь???
Olga Tango: Ты слушал песню, которую я тебе отправил? Или все еще не смог?
Освальдо Танго: Я отправил это, потому что мне как раз понравилось танго, которое я не нашел на русском языке.
Освальдо Танго: Иногда я работаю по ночам, обслуживая панели, когда производство прекращается и когда техническое обслуживание завершено, поэтому иногда телефон остается открытым, потому что кто-то его использует, иногда обращаются к нему по этой причине не я, обычно сплю по ночам, но ложусь поздно.
Olga Tango: Я ждала твоего ответа! Спасибо!
Освальдо Танго: Спасибо за слова.
Освальдо Танго: Я говорю, что не хочу много писать, чтобы не ассоциироваться с вами, но я также привык разговаривать с вами.
Освальдо Танго: Если ты устал, хорошо отдохни night.
Olga Tango: Я не устала. Я отдыхаю, когда говорю с тобой.
Olga Tango: Я правильно поняла, что вы хотели бы писать меньше, потому что чувствуете зависимость, а это вам не подходит?
Olga Tango: Хотелось бы без ошибок разобраться в этом моменте. Это важно на будущее.
Olga Tango: Думаю, ты сейчас конечно занят, пиши, когда сможешь.
Освальдо Танго: Слово АССОЦИАЦИЯ не идет: я хотел сказать, что не хочу писать вам много, чтобы не задушить вас, подавляюще; но я люблю с тобой общаться: Даже если ты не вовремя ответишь, я засыпаю поцелуями. Ты не очень верно все поняла.
Olga Tango: такой перевод дал переводчик.
Освальдо Танго: Не верь ему сразу. Он провокатор наших собственных
оценок себя.
Освальдо Танго: Надеюсь, встретиться с нами – это наша миссия? Освальдо Танго: Прекрасно, это хорошее знамение, c комфортным.
Освальдо Танго: Пишите, когда хотите, это всегда вовремя
Освальдо Танго: Хильда – это 2-е имя или прозвище? Анатольевна? – это – сложное имя, фамилия вашего отца или имя отца? Гронская? Фамилия вашей матери? Мне интересно, потому что мое обучение техническое и собирает данные.
Olga Tango: Ольга – официальное имя. Хильда – неофициальный псевдоним, так мама звала, (наверно я напрасно упомянула об этом, ты только запутаешься). Это моя девичья фамилия. То есть это фамилия моего отца. Я не меняла фамилию, когда женилась. В России это возможно.
Olga Tango: О… давайте я попробую объяснить немного позже, моих сил просто не хватает на этот дурацкий переводчик.
***
На другой жаркий день мы обходим прекрасные, как всегда, окрестности, находим в приличном отдалении симпатичный пляж для семейного отдыха и заваливаемся позагорать и, наверно, искупаться.
Народ приезжает семьями, и многие со своими домами на колесах и славно проводит здесь, в тени прибрежных деревьев, уикэнды. Укомплектованные всем необходимым для комфортного отдыха трейлеры стоят в положенных местах рядами.
Около них расставлены столики, стулья, кое-где оборудованы навесы, новозеландцы выехали на пикники и природу. Резвятся дети, кто-то обедает, кто-то играет.
Я тоже решаю залезть в воду, хотя мне не очень заходит этот заливчик, все-таки чуть грязноват, хотя лучше городского. И купаться я люблю больше, чем не купаться из-за опасений.
А так, ещё надо перезагрузить. Сегодня просто не очень хороший день. Очень нехороший. Нервный какой-то. То ли я перманентно голодная, то ли просто так стекается. Но раздражение преследует. Бывают такие.
Я несколько раз с самого утра пыталась «завестись» на Люду, сначала мне не нравилось, что она не хочет идти на дальний пляж, потом, что опять приходится спать на верхнем ярусе кровати, а внизу не посидеть, что вчера был плохой интернет во время воскресного онлайн класса, и я пропустила половину занятия с долбанными зависаниями видео. Праведный поиск виноватых. Может в атмосфере чего или звезды сошлись, но, скорее всего, это голод.
Я просто психологически не могу два раза в день отдавать за стандартный сэндвич в Subway по шестьсот рублей! Один раз могу, два нет. А приготовить что-то удается только вечером.
И как-то вот так. Выхожу из себя и забываю дорогу обратно. Нету выдержки…
«Добром не кончится. Людке я тоже порядком надоела», – подозреваю я, видя, как сегодня она, профессионально вовлеченная мною в процесс раздражения, сопротивляется и даже отругивается.
Наконец, с периодическим успехом сохранить мир, мы все-таки до ходим до дальнего голубого пляжа, оккупированного автотуристами с домами на колесах, где решаем поваляться и насладиться прекрасными видами природы. Вроде ничего.
Ладно, сейчас окунусь в заливе Шарлотты и в магазин, за едой. Перетрется, не впервой. Чтобы не замочить ушуайскую веревочку от подарочной медали, и чтоб при купании не потерять драгоценность, перед омовением я снимаю ее и кладу Люде на подстилку:
– Приглядишь? Пожалуйста.
– Хорошо, – думая о своем наболевшем, обещает Пятачок.
Когда я выбираюсь из не такого уж в этом месте и мутного водоема, вполне удовлетворенная, и начинаю шаркаться полотенцем, Люда вдруг вспоминает, что уже очень много времени, и нам пора идти думать о хлебе насущном. В общем, оказывается, ей надоело здесь сидеть и ждать меня с омовения, и она собирается сейчас уходить.
О, ничего себе. Наверно, тоже проголодалась. Или чего-то еще разозлило. Или кто-то. Догадываюсь даже кто.
– Ок, раз надо, значит надо. Я не против сворачиваться, действительно, норма.
И я молниеносно включаюсь в процесс, чтоб поспеть за Людой, запихивающей в пакет подстилки и полотенца, шустро забрасываю в рюкзак книжки, крем и воду, и вуаля! мы организованно уходим в город. Быстрее, в какой-нибудь ближайший к дому магазин. Что-то меня смутно тревожит весь обратный путь. Тянет из души. Вот ведь привязалось сегодня до кучи.
Выйдя из магазина, я привычно касаюсь рукой грудины и неожиданно понимаю, что медальона на шее нет.
– Люда…, а где медаль?.. Я же …тебе… ты же с ней…
Людка каменеет от догадки, и неожиданно, заперев протестом лицо, заявляет:
– Наверно, выпала. Там.
Мои губы, ноги и руки прокалываются тысячами мелких парализующих иголок.
– А-а-а, – беззвучно кричу я. «Все, абзац. Потеряла». И отсеченная голова слетает с плеч: «Теперь всё». То есть может быть и не все, но скорее всего «всё». Плохая примета.
Я отчаянно смотрю на Люду: «Почему она стоит…??».
– Наверно, там выпала, я скорее всего стряхнула ее с подстилки, когда мы собирались. Да. Наверно, там и осталась, – предполагает она, каменея лицом, и поджимает в обороне губы, – А ты и сама даже не вспомнила!
Секунду я сканирую отяжелевшую подругу, в её взгляде мне мерещится мстительное злорадство. Внутри меня взрывается атомный рой мыслей и эмоций, но осознаю я их, уже сорвавшись с места, когда, оставив Пятачка дальше стоять у магазина, устремляюсь ломовым бегом назад, на место отдыха новозеландских семей. Как будто от этого зависит моя жизнь. В голове поливает только одна мысль– найдется или нет?
"Только бы она была там. Только бы была. Неужели…"
Я задыхаюсь, но не сбавляю темпа: вот декоративный мостик через пруд с лебедями, вот кусочек набережной, детская площадка, сейчас деревья, деревья, теперь цветущие кусты.
«Как же это оказывается далеко!».
Вот первый пляж, еще немного по дороге, вон трейлеры, так, где-то тут. Вон дерево, под которым мы лежали, да, это оно! Я всматриваюсь в пространство с жухлой травой, где мы предавались воздушным ваннам. Нету. Нету. Где он? Где ты?!
И вдруг, как ниточку судьбы, я вижу сливающийся по цвету с жухлой травой кончик красивого плетения шнурка.
А…, ох. Я подхватываю талисман, и сжимаю в ладони. Потом к лицу. Здесь. Все, слава богу. Дыхание еще рваное, но я быстрее надеваю амулет, и он прилипает к груди. Теперь я снова целая.
Не торопясь, походкой облегчения, созерцая прекрасную округу, я возвращаюсь к Людмиле. Она ждет у магазина.
– Нашла?..
Тревога давно сползла вместе с другими эмоциями, освободив место спокойствию и благости. Понятно, что Люда не умышленно. Просто случилось так. Отлично осознаю, что своими негативными излияниями помогла спровоцировать ситуацию. Все закономерно. Надо следить за умонастроением. Но сейчас не об этом. Мне просто неохота ничего выяснять.
– Я не специально, Оля, – сдержанно произносит Люда.
– Я знаю. Все в порядке.
– Я в таком шоке была, что не могла соображать, – признается подруга. У нее красноватые припухшие веки.
– Обошлось, – закрываю тему и, глянув на расстроенного Пятака, ухмыляюсь – Мы друг друга стоим. Пошли домой, пора подкрепиться.
Из ПЗ. Как тут у вас с автостопом?
«Кто сказал, что в Южной Зеландии даже летом не жарко??» – вопрошали мы непонятно кого, обманувшего нас в интернете, когда, вытирая пот, капающий с бровей, на солнцепеке тащились пешком вдоль трассы Пиктон – Бленхейм.
«Может, конечно, лето лету рознь, – рассуждали мы, всем телом ощущая, что эта тема самая важная сейчас, – И мы все-таки находимся в северной части южного острова». А вот если бы добрались до самого южного окончания, то, наверно, узнали бы, каким бывает летний февраль в холодных широтах.
Но туда мы не добрались. И, понятно, не узнали.
А вот узнав, что от нас на Нельсон идет только один автобусный рейс в день, и он сегодня уже ушел, решили, что мы не трусы, и все равно туда пойдем. Что, собственно, в данный момент и реализовали, озабоченно прикидывая, что проезжающих машин крайне мало. Вообще.
Еще на выходе из городка редкий прохожий на дороге, в виде пожилого рабочего, сказал, что нам тогда надо добраться до Бленхейма, а оттуда автобусы точно ходят до Нельсона, и мы отлично уедем.
– А автостопом у вас как? Пользуются? Это реально?
– Ну, да, – не очень уверенно ответил мужик, – попробуйте, думаю, могут взять.
Ясно. Как свезет. И хотя мы везучие, но для реализации этого качества нужно средство, с помощью которого это материализуется. То есть автомашина. Куда возьмут. Машин не было. Просто пустая дорога. Вернее, пара пикапов прошла, но они, во-первых, не остановились, во-вторых, были не очень пригодны, и в-третьих, далее все равно свернули не в нужную сторону.
Тогда мы решили, что надо выходить совсем за город, на трассу, по которой, если что пойдет, то это уже точно будет на Бленхейм.
Прошлепав на жаре километр, навигатор нам в помощь, до пересечения последней длиннющей безлюдной улицы, с запертыми калитками в сетчатых заборах с основной дорогой, свернули направо и прошли еще немного, потому что увидели недалеко указатель на двух столбиках, где были прописаны дорогие сердцу названия Blenheim, Nelson и Christchurch.
По крайней мере теперь, стоя под темно-зеленой официальной табличкой, мы могли заранее, по максимуму улыбаясь во весь рот, для придания себе дружелюбного вида, как две контуженные лошади, издалека кивать головами проезжающим водителям и тыкать большим пальцем в нужное название. Хорошая мысль, по-моему.
Как бы то ни было, но третья машинка остановилась, и две офигенной красоты австралийские девушки, совершенно без лишних вопросов сказали «прыгайте», если устроит до Бленхейма. Еще как устроит! Вы че!
Вот подтверждение: по данным того же интернета в Австралии автостоп развит, так они и тормознули. Взяли.
В салоне кондиционээээр, музычка, вауууу. Так бы до Нельсонаааа. Девчонки такие симпатичные, с прокачанными загорелыми руками, адекватные, едем, болтаем, любуемся. Они в погреба едут в Бленхеймские, знаменитое новозеландское вино дегустировать, оказывается, это злачное место, и город весьма этим славится, а мы не знали.
Машина из проката, сами, как оказалось, из нашего будущего Сиднея, проветриться приехали сюда на несколько дней. В порядке вещей это.
Говорят, чего вам в Нельсон, пошли с нами вино пить, утром обратно увезем. Но нет, нам надо в Нельсон. Ведь завтра мы уже сваливаем в Веллингтон, хоть и вечером, но до десяти надо кровати освободить в комнатухе, пожитки собрать свои, и там же в хостеле под лестницей, где все рюкзаки выезжающих собственно и кантуются, пристроить их до вечера, и еще погулять, искупаться, посмотреть и впитать. Вот. Никак. Хоть и хочется.
В Бленхейме нас высаживают у импозантного отдельно стоящего белоснежного здания, чем-то похожего на железнодорожный вокзал. Это рядом и с туристическим центром, и с автобусным терминалом. По-моему, это кафе. Во всяком случае мы почему-то обращаем на него пристальное внимание. Может, зайдем потом.
Собственно, в этом городке все рядышком. Еще немного покумекав, как передвигаться дальше, все ж спрашиваем в кассе билеты на автобус. Умный Пятачок, быстро и здраво прикинув по времени, сказал, что самый разумный вариант подождать час автобус и нормально доехать сразу до Нельсона, чем на авось скакать по трассе. И добавляет, как в воду глядя, что приключений хватит и на обратной дороге. Наши два билета оказались последними на этот единственный дневной рейс. И я, будто получив подтверждение, что все правильно, обрадована такой удаче.
Ах, что это оказалось за кафе! Это не кафе, не только кафе с восхитительной выпечкой и пирожными качества серебряного века, но просто музей настоящий! Действительно, здесь когда-то начинали строить железную дорогу. Но не достроили, а маленький вокзал, видимо, остался.
Тут и макеты поездов, и картины-эстампы, старинные телефоны, колокольчики и прочие артефакты, изящные столики с диванами, зеркала, позолота, и два стеклянных прилавка стилизованы точно под начало прошлого века, добротные, темно-коричневого дерева с сияющими пирожными, уложенными горками на трехъярусных вазонах.
Очередной раз отдавшись нежности диванчиков, закинувшись кофейком с пирожным, мы подумали, что «на хрена нам рыбалка».
Мы согласны просидеть здесь весь день до обратного автобуса в Пик– тон. Люда говорит, что, похоже, нашла свое место на этой земле. Городок, который мы успели немного оббежать до неизбежного захода в волшебное кафе, ей нравится безумно.
Вот так и бывает, никто не знает, где твое родное окажется, и в каком месте тебя «схватит» узнавание и безусловная любовь.
Но это лирика. Ведь нам надо в Нельсон. Что мы тут, в Новую Зеландию, на диванах лежать приехали. Надо. И чуть не облобызавшись от умиления с улыбающейся нам, разнежившимся, пожилой, ах, какой стильной строгой хозяйкой, пошли совершать следующий этап.
Крисчерч, к слову – это тот город, из которого мы могли бы грамотно улетать в Австралию, если бы вспомнили название, тогда в Сантьяго.
Люда все переживает, что не вспомнила, а я все радуюсь, что мы вылетаем не из Окленда.
Нельсон город красивый, морской, зеленый, тихий, стильный и ухоженный. Зашел. Просто ненадолго. Потому как хорошего понемногу. Когда приехали, было уже далеко за обед, а как погуляли, сколь могли, так стало уже, прям скажем, к вечеру. Вылитой на нас на станции информацией по прибытию о том, что вечернего рейса не будет «ни до куда», мы решили себе настроение не портить. Опыт автостопщиков у нас уже есть. Мне так в тайне даже было немного радостно от того, что добираться на перекладных придется. Штырит меня от такого. Люда тоже, смотрю, не грустит, вот и славно. Поэтому, ознакомившись и сделав фотографии «мы были здесь», потыкавшись для приличия на заправке около автовокзала, а вдруг «прям сейчас и возьмут», направились к океану, потому что на заправке не взяли, и именно по его берегу и идет эта наша дорогая трасса номер пять.
Когда, отойдя от города по трассе километра два, уже имея справа пейзаж, напоминающий горную степь, мы решили начать активно пытаться обратить на себя внимание, то поняли, что надо было начинать раньше. Просто чтоб войти уже в ритм и не плевать вслед не остановившимся машинам с обиженным лицом.
По дороге идем, оглядываемся периодически, руку навытяжку вбок держим с большим пальцем поднятым, ну как положено бывалым. По очереди держим, потому что тяжелое это занятие.
Результата нет. Свищут мимо эти новозеландцы недоверчивые. Чего– то уже думается, может, назад вернуться, на такси уехать. Но ушли далеко, такси как самолет стоит, и вообще, возвращаться стремно.
Еще прошли пару километров, уже усиленно махая перед носом каждой, не так часто и проезжающей тачки, «твою же мать, будьте людьми», но безрезультатно.
Тут они быстро едут, чего им останавливаться.
Вдалеке заметили еще фигурки страждущих голосующих.
– О, да мы не одни! – и дойдя до небольшой стоянки на обочине, идентифицировали их как парочку бекпекеров панковского вида, только с современным уклоном.
Сначала обрадовались, а потом через пару минут сообразили, что если мы тут все вчетвером будем пытаться кого-то тормознуть, то точно на завтрашний паром опоздаем. Надо разойтись. И мы пошли вперед. Ребята были не против. Через километр дорога завернула вправо, и конкуренты остались на более выгодных позициях, Люда сказала, что нет смысла идти, надо стоят и молотить руками. Постояли, пожестикулировали всяко. Тот же эффект. Причем мне кажется, что не умеет голосовать Люда, ну вот без энтузиазма работает, а Люде кажется, что неправильный подход у меня, слишком эмоционально, отпугиваю.
А вечер-то уже в разгаре.
Вспоминаю, что хорошо любая задумка получается, когда ты бесстрастный, без мыслей и доброту излучаешь.
«Надо попробовать излучить доброту», – решаю я и начинаю приводить себя в благостное состояние медитацией.
«Я всех прощаю, день прекрасный, добрые обычные люди едут, они дышат, улыбаются закатному солнцу, у меня внутри тепло и открытость… тепло и открытость… вот милая машинка подъезжает, она имеет право не останавливаться, я просто смиренно помашу рукой, и как водитель по– чувствует, так и будет… да, вот я улыбаюсь ему светлой улыбкой… возьми нас добрый человек..». Человек смотрит на меня, вот-вот он отреагирует и! Автомобиль проскакивает мимо. Вот сука!!
С Людой соблюдаем дистанцию, она даже идет спиной вперед, не видя меня, усиленно впиваясь в глаза потенциальных спасителей.
И, понятно, когда, о чудо, одна из машин притормаживает чуть не за полкилометра, проехав по инерции дальше моей дислокации, Пятачок этого не видит. Что у нее получилось.
Машина ждет где-то впереди на обочине, пока я ошалело понимаю, что реально кто-то остановился, пока пытаюсь окликнуть Пятачка, короче, тормоз и машина, думая, что мы тут просто развлекаемся, дает газ и тает в томном предвечернем горизонте.
Гоню к отставшему Пятачку, объясняю, тот выдыхает:
– Да ты че! Серьезно? Неужели сработало?
– Ну, относительно, теперь еще не мешало бы и сесть в то, что потенциально остановится. Должны быть готовы вприпрыжку бежать к благодетелю, если такой найдется.
То ли, действительно, что-то сдвинулось в атмосфере, то ли отвлеклись и бесстрастно посмотрели на проезжающую машину, на всякий случай махнув рукой, но она остановилась. Не так далеко, как предыдущая, но все ж. Не раздумывая, маханули стометровку, решив уже взять штурмом.
Пожилой солидный мужчина немного озабоченно, но с любопытством выглядывал со своей праворульной стороны.
– Дяденька! – завопили мы, – Возьми нас, пожалуйста, Христа ради!
Он говорит:
– Вам куда?
А мы отвечаем: – Прямо! Хоть куда! Главное, начать двигаться! А так, вообще-то в Пиктон.
И с надеждой смотрим на него, а вдруг!
– Я не в Пиктон, но до заправки на отворотке на Пиктон могу подбросить. Километров двадцать.
– О, да куда хошь! Отлично.
И мы, не особо дожидаясь второго приглашения, быстрее запихнулись в машину, пока хозяин не передумал.
– О, неужели едем?
Оказалось, что товарищ нас вообще не взял бы, если б мы были реальными бекпекерами-автостопщиками. Ни хрена они тут их не уважают. Вот тебе и раз. А остановило его чистое любопытство, что две, не самые юные, прилично одетые дамы, Люда даже с ридикюлем и в шарфике, делают на пустынной трассе. Реально просто изумился товарищ. На наше счастье.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?