Читать книгу "Космический принц и его заложница"

– Странно, – пожала плечами я. – Вроде ничего не изменилось, а ощущение какое-то другое.

– Ну да, я уже почти сорок лет женат, а все равно ощущение какое-то другое.

– Я люблю Александра.

– И он тебя любит, – кивнул император. – И мы тоже. И однажды наступит время, когда вы будете жить во дворце, носить эти короны, а мы будем нянчить внуков и копать грядки от скуки.

– С вашей медициной вы проживете еще долго.

– Это и удручает.

Он с тоской на меня посмотрел:

– Не хочешь стать императрицей? Нет, ты не пойми меня неправильно, я не то чтобы устал. Просто, знаешь, иногда возникает острое желание взять в охапку жену, годдера и коробку с едой и рвануть в кругосветку. Давайте сначала вы покатаетесь, а потом мы полетим?

– Идет, – легко согласилась я, размышляя, убьет меня за это муж или пожалеет.

Он-то явно не планировал становиться правителем так скоро. А я вообще… если кто-то узнает, что империей управляет робот, нам всем конец!

В очередной раз Аднар подкинул шарик и… не поймал.

Он с грохотом упал на поверхность стола и вдруг раскололся на несколько частей. Я ахнула, император нахмурился.

– Как жалко… это ведь память…

– Да, Бриллиана, ты совершенно права. Память.

Мне почудилось в его голосе веселье? Что так позабавило Аднара в разбитом украшении?

Потом я заметила среди осколков небольшой, размером с ноготок мизинца, золотистый кристалл.

– Что это?

– Память, – повторил Аднар. – Естественный носитель памяти. Этот камень был сделан из цветка ойлы. Есть особый сорт этого растения, камни в которых являются естественными – биологическими – носителями информации.

– Это что, растительная флешка? – не нашла ничего лучше, как спросить я.

Что такое флешка, император или не знал, или давно забыл. Но общий смысл я поняла, носитель, накопитель. Флешка из цветочка.

– Интересная была планета. Жалко.

Аднар продолжал смотреть на осколки с таким видом, словно перед нами вдруг появилось привидение.

– Что такое? – спросила я.

– Он заполнен. Кристалл. Там что-то есть.

Дыхание сбилось от волнения.

– Там? От дгнарнов?! А как… как посмотреть?

Пока мужчина колдовал над эмиртом и кристаллом, подтянулись Паулина и Александр. Императрица тепло мне улыбнулась, муж чмокнул в макушку. Следом за ними вошли император Денебский Тамир с сонной и задумчивой женой Таяной. Я познакомилась с ними лишь на свадьбе, но сочла удивительно приятными людьми. А уж какие у них были дети! Чего стоила только дочурка: вкупе с черными шипами она обладала тонкими изящными рожками.

– Всем доброго утра, – поздоровался Тамир. – Алекс, Брилл, поздравляю с первым днем в статусе императорской четы. Как настроение? Не терпится сбежать подальше от нашего бардака?

Паулина меж тем заметила осколки на столе и напряженный взгляд мужа, который осторожно вкладывал кристалл в нутро распотрошенного эмирта.

– Аднар? Что-то случилось? Брилл?

– В «Сердце Шератана» мы нашли какой-то кристалл. Его Величество говорит, на нем есть информация…

Мои последние слова потонули в шуме и треске, доносившемся от эмирта. Ничего связного в этой чехарде я не различала, пожалуй, звуки, которые издавал кристалл, больше напоминали помехи или испорченный телефон. Должно быть, эта флешка давно испорчена, ведь прошло столько лет, да и на планете, измученной радиацией, ни одно растение не сохранит свои свойства.

А потом вдруг эмирт ожил и привычная светло-сиреневая голограмма показала нам девушку. На вид ей можно было дать лет двадцать, может, чуть больше. Кудрявые светлые волосы были собраны в причудливую сложную прическу, но несколько непослушных прядок выбились из нее. Девушка была красивой, но при этом ее красота в корне отличалась от привычной нам. Ну и конечно, изящные тонкие руки дгнарны украшали шипы. Чуть более тонкие, чем у Аднара и Александра.

– Мое имя Асме Айлин-ри, – голос дгнарны оказался мелодичный, чистый и твердый. – Если вы видите это сообщение, значит, самое страшное все-таки случилось и Шератан сейчас лежит в руинах. А вы – последние выжившие. Я не питаю надежд на спасение, но больше мы не можем оставаться во дворце. Мы вынуждены увести немногочисленных выживших после атаки на город в убежище. Оно находится в горах, к юго-востоку от столицы. У меня нет точных координат, но вход в убежище расположен под тремя скалами с черными жемчужинами на пиках. Это убежище – последняя надежда для нас выжить и вырастить детей, чтобы когда-нибудь Шератан получил второй шанс. Кто бы ты ни был, дгнарн, получивший это сообщение, если снаружи безопасно – разыщи убежище. Если жить снаружи невозможно, сохрани это сообщение так долго, как сможешь. «Сердце Шератана» – это мое сердце. Это я виновата в том, что случилось. Я уничтожила дгнарнов. Попросить о помощи – единственное, что я могу сделать для нашего мира.

Голос стих, изображение погасло. Воцарилась гнетущая тишина.

– Сколько лет сообщению? – наконец спросила Паулина.

– Больше семидесяти, – ответил Фортем. – Если это начало войны, то намного больше.

– Она может быть еще жива?

– Нет, от планеты ничего не осталось. Никто бы там не выжил.

– Неправда! – воскликнула я. – Александр! Скажи им! Да, там есть радиация, но мы видели зверей, растения, там все заросло зеленью! Если они ушли в убежище, если растили там детей, то, возможно, дгнарны еще живы!

– Тогда почему они не выбрались наружу? Не провели разведку? – спросила Таяна.

– За такое время могло случиться что угодно, – ответил ей Тамир. – Вход могло завалить. Они могли запереться изнутри и не суметь открыть. На худой конец…

– На худой конец, – прервал его Фортем, – они деградировали настолько, что жрут подземных крыс и не выносят солнечного света.

Меня передернуло от всплывших в голове жутких картин.

– Не придумывайте того, чего нет. – Паулина жестом заставила всех умолкнуть. – Мы должны исходить из имеющейся информации. Эта девушка, Асме, сказала нам, как найти координаты убежища. Она попросила помочь им выбраться, если на планете безопасно. Это не так, но если есть выжившие, мы можем им помочь. Увезти их в новый мир.

– Паулина, – поморщился Аднар, – это бред, я не буду тратить ресурсы…

Я думала, императрица взорвется. В моей голове было немыслимо вот так оборвать королевскую особу назвав ее мысли бредом. Но она вдруг поднялась и ласково обняла мужа.

– Я знаю, что это тяжело. Но если есть хоть какой-то шанс… я хочу сохранить дгнарнов. Дать им возможность не терять любимых из-за необходимости татуировок. Если есть хоть небольшой шанс…

– Я вам как человек, побывавший на Шератане, говорю, что затея бредовая, – подал голос Александр. – Там все в этих горах! Ни координат, ни точных указаний. Три скалы, серьезно? Да мы будем искать их вечность! И дождемся, что радиация пробьет нам щиты.

– Ты сам сказал, что нельзя помочь тому, кто этой помощи не просит. Дгнарны – просят. Надо вмешаться! – воскликнула я. – Аднар! Это ведь ваш народ!

– Не так-то просто смириться с тем, что ты последний, – усмехнулся он. – А с тем, что ты, возможно, не последний, смириться еще сложнее. Но я не против. Если вы считаете, что в этом есть смысл, – действуйте. Хотя, как по мне, это трата времени.

– Принцесса дело говорит, – склонил голову Тамир. – Мы всегда приходили на помощь тем, кто о ней просит.

– Я хочу участвовать в операции, – тут же сказала Таяна. – Я должна.

Александр повернулся ко мне.

– Ну и что? Начнем путешествие с Шератана?

– Говорил про неприятности и сглазил, – хихикнула я.

– Хорошо. – Паулина выпрямилась. – Александр, Бриллиана, Таяна, соберите команду – вы летите на Шератан.

Принцессам можно все

Самым большим секретом Адрианы Фортем была любовь. Ни за какие блага она не призналась бы в своем чувстве ни одной живой душе. Даже брату, который был ей ближе прочих родных, даже маме, казалось, способной принять любой проступок своих обожаемых детей. Когда Александр хотел отказаться от трона, мама только вздохнула и смирилась с его желанием. И у Адрианы спросила, не против ли она стать однажды императрицей.

Тогда Адри была еще ребенком, и корона казалась ей пределом мечтаний. К пятнадцати она уже поняла, что ничего хорошего в троне нет, а когда ей было шестнадцать, Александра все-таки удалось уговорить не отказываться от трона.

– Нагулялся, – хмыкнул отец.

Но даже несмотря на то что Адриане теперь грозила лишь роль принцессы, она ни за что бы не призналась в своем секрете никому. Особенно отцу.

Жизнь принцессы учит с малых лет трезво оценивать ситуацию. И когда сердечко впервые дрогнуло, а в привычные девичьи мысли вклинился совершенно нежеланный, но такой притягательный образ, она списала все на первую идиотскую влюбленность. Которая проходит так же быстро, как и наступает. Об этом писали в книгах, об этом говорили родители. Мол, первое детское чувство – оно не навсегда. Посмотри на Тамира и его жену, а ведь сначала они оба были влюблены в совершенно других людей! Каких других, Адриана не знала, но хранила эту мудрость и ждала, что вот-вот все пройдет.

А оно не проходило и не проходило. Она и видела-то его всего несколько раз, но за шестнадцатым днем рождения следовал семнадцатый, за ним – восемнадцатый. А в ее мыслях прочно засел один-единственный образ. И даже мама заметила, что с младшей принцессой что-то не то. Только чудом ей удалось отговориться растерянностью перед выбором образования. Мама вроде поверила… или тактично сделала вид.

Иногда Адриане казалось, что вроде все утихло, но затем чувства вспыхивали с новой силой. Она не знала его лично, а он ее ни разу не видел. Он был старше, намного старше, но если бы дело было только в возрасте! С долголетием и здоровьем, которые способна обеспечить современная медицина, и у Адрианы впереди были добрые две сотни лет. Куда сложнее было смириться с историей…

Это была любовь к картинке, но какая ж, фаргх раздери, сильная и опустошающая! Чтобы не сойти с ума от тоски в четырех стенах дворца, она все силы пускала в учебу. И бережно хранила свою тайну, лишь однажды ее раскрыв…

Дива была кем-то вроде старшей сестры, только никаких родственных связей с Адри не имела. Но в детстве всем няням, и даже Мирне, Адриана предпочитала эту скромную и тихую сотрудницу научного отдела. Даже просто сидеть рядом, пока Дива работала, было интересно. Свою привязанность Адриана пронесла до взрослой жизни. Именно Диве она рискнула признаться, что влюбилась. Давно и необратимо.

Точнее, Дива заметила сама:

– Что с тобой такое? Ты уже час смотришь на сад и, кажется, меня не слушаешь.

– Извини, – вздохнула Адриана. – Задумалась.

– Уж не влюбилась ли наша принцесса?

Дива сказала это в шутку и, сама того не понимая, попала в цель. Оправдываться и врать Адри не любила, поэтому молча пожала плечами.

– Да ладно! – восхищенно выдохнула подруга. – В кого?

– Ты его, наверное, не знаешь…

Не любила, но иногда лгала. Скорее всего, Дива, как и все остальные, прекрасно знала это имя.

– Кто-то из Ортесов?

Она имела в виду, разумеется, детей Его Величества Тамира Денебского, дети которого носили фамилию Ортес. Там подрастали два сумасбродных и веселых парня, с которыми Адриане и впрямь было легко и интересно. Она часто ездила на Денеб.

– Ну… в какой-то степени да.

– Я так понимаю, это не принцы?

Дива задумалась и с подозрением посмотрела на девушку:

– Это же не император?

– Нет, – отмахнулась Адри. – Тамир почти родственник, я бы не смогла.

– Да говори уже! Я сейчас от любопытства съем собственный эмирт!

Никто не знал, чего ей стоило раскрыть тайну, которая мучила ее так долго. Но рано или поздно это должно было случиться. Адриана вздохнула и произнесла:

– Грессен Денебский.

– Что?! – ахнула Дива. – Ты с ума сошла!

– Прекрати кричать, пожалуйста! – взмолилась Адри. – Думаешь, я не понимаю? Если папа узнает, мне конец! Но я ничего с собой поделать не могу! Ничего, понимаешь?!

– Ох, ну и дела. И что ты будешь делать?

Адриана невесело рассмеялась, задрав голову и посмотрев на россыпь звезд.

– Ничего. Что-то делать – наивысшая глупость, ты ведь знаешь, кто он. Буду ждать… не навечно же это, в конце концов!

– Где ты вообще его увидела? Я думала, Грессен живет где-то без права полетов.

– В репортаже, посвященном годовщине войны с прим– жинами. Какая-то журналистка сняла о нем ролик.

– Да… пришла беда, откуда не ждали.

Было уже поздно, поэтому Адриана поднялась. Отчасти она и вправду хотела лечь спать пораньше, но по большей части ее напрягал этот разговор. Она уже жалела, что согласилась поделиться с Дивой. Слишком большая цена, слишком велики последствия.

– Ты извини, я пойду, – улыбнулась она. – Не волнуйся за меня, ладно? Все проходит, и это пройдет.

Убеждать Диву было проще, чем поверить в это самой.

На следующее утро ей предстояло лететь на Денеб, об этом мама говорила уже давно:

– Учеба закончилась, никаких официальных мероприятий не предвидится. Тебя будут рады там видеть. Отдохни, побесись с мальчишками. И заодно проведешь пару встреч, мы давно не светились на приемах Тамира.

– Так и скажи, что отправляешь меня в командировку, а не в отпуск, – улыбнулась Адриана.

Но разве может быть что-то лучше долгой поездки? А уж гостеприимство старых друзей семьи в огромном замке посреди снежных гор… Адри обожала снег, зиму и все, что было с ними связано. Снежки, горки, ароматное горячее вино вечерами. Да, пожалуй, это то, что нужно.

А еще можно успеть кое-что сделать. Правда, собираясь, Адриана и представить не могла, чем обернется с виду простая поездка.

* * *

А вот ранним утром о любви не думаешь. Только о том, как бы поспать да, может, раздобыть чего-нибудь вкусного. Адриана старалась следить за питанием, она прекрасно знала, какое впечатление производит на всех, с кем встречается. Хрупкая, стройная, практически копия матери, только куда более… холодная, что ли. Паулина производила впечатление светлой и солнечной женщины, на всех фото она улыбалась, тепло общалась с послами.

Адриана открывалась лишь избранным, а остальных могла заморозить взглядом. Ценное качество для спокойствия нервов, но не слишком удобное для императорских обязанностей. А еще оно никак не спасло от влюбленности, которая совсем не нравилась холодной принцессе.

– Ваше Высочество, – сказал капитан корабля, – ступайте, отдыхайте, вылет ранний.

– Спасибо, Уоттер, но мне хочется посмотреть. Сейчас принесут чай, а потом пойду.

– Как пожелаете.

Адри несколько раз покружилась в кресле. Нет, все же ощущение неприятностей ее не отпускало и никак не было связано с голодом и недосыпом. Поэтому она осталась на мостике, и когда принесли чай, и позже, вплоть до момента, когда «Тетна» приблизилась к поясу астероидов.

Сначала ничего не происходило, экипаж привычно прокладывал курс. Затем корабль тряхнуло, и свет погас, осталось только аварийное освещение.

– Капитан, электроника молчит!

Уоттер, старый пилот, прослуживший Канопусу больше тридцати лет и не раз возивший членов императорской семьи, впервые в своей практике выглядел озадаченным. Такого, чтобы вся электроника на корабле молчала, не случалось ни разу!

– Ваше Высочество, пройдите в защитную капсулу…

Но Адриана остановила его, подняв руку. Никогда она не пряталась от опасностей за крепкими стенами бронированного гроба, способного выдержать прямой ядерный удар, в то время как экипаж подвергается опасности.

– Ждите, – приказала Адриана.

– Но чего, Ваше Высочество?

– Гостей, разумеется.

Сам по себе корабль из строя выйти не может. А вот под воздействием извне… что ж, принцесса – лакомый кусочек. И хоть все передвижения тщательно засекречены, утечек не избежать.

Они недолго сидели в темноте, вскоре на главном экране показался корабль, уверенно идущий на стыковку.

– Сирианцы? – удивился Уоттер.

– Корабль может быть чьим угодно, – заметила Адри. – А вот кто внутри…

– Ваше Высочество, может, стоит укрыться? Мы отправили сигнальный маяк, но он достигнет цели не раньше, чем через час! Даже не можем послать срочное сообщение вашим родителям…

– Пошлете потом, – улыбнулась Адриана.

Она направилась к входному коридору, за прочными дверями которого уже началась стыковка. Махнула охране:

– Оружие убрать. Расходитесь по местам.

– Но…

– Расходитесь! – привычно показала ладонь, и охрана мгновенно послушалась.

Осталось лишь ждать. Мучительно, напряженно, всматриваясь в застывшие створки шлюза, которые никак не хотели открываться. Адриана не знала, кого увидит, когда двери откроются. У нее не было прямых врагов, но короне угрожали многие. Она даже готова была к предательству кого-то близкого. И не сказать, что боялась.

Только бесилась внутренне от того, что мысли все время сворачивают куда-то не туда, внешне оставаясь спокойной.

Наконец шлюз открылся. Наверное, нападавшие не ожидали, что принцесса встретит их лично, да еще и в полном одиночестве. И, возможно, человека, шедшего впереди, этот факт насторожил. Но что могла противопоставить юная девчонка десятку опытных головорезов и четверке совершенных дроидов, вооруженных до зубов?

– Ваше Высочество, – улыбнулся один из мужчин.

Бесстрастно, словно выполняя заранее предписанный алгоритм.

– Ваше Высочество… я удивлен. Но обрадован, что вы избавили меня от совершенно излишней бойни.

– Оставьте в покое мой корабль и экипаж, если вам нужно, я пойду с вами.

– А если бы я хотел вас убить?

– То уже сделали бы это, у корабля отключено защитное поле.

– Что ж…

Он выглядел так, как выглядит человек, готовившийся к бою, а получивший приглашение на чаепитие.

– Тогда прошу в мой корабль.

– Вы человек слова? – вдруг спросила Адриана.

– Рядом с принцессой я просто обязан им быть.

– Тогда дайте слово, что мой экипаж беспрепятственно доберется до пункта назначения.

– А если я это слово нарушу?

– Я вас уничтожу.

Он засмеялся:

– Да, мне очень верно вас описали. Я даю вам слово, Адриана. Ваш экипаж нам совершенно не нужен, а потери личного состава не входят в мои планы.

– Вот и замечательно. – Губы Адри тронула улыбка. – Тогда я вся ваша. Кстати, не поделитесь знанием, зачем же вам принцесса в плену? Мне правда очень интересно. Мотивы похитителей, знаете ли, каждый раз удивляют.

– О, Ваше Высочество, мои мотивы исключительно денежные – я наемник. А вы – подарок, который заказал один уважаемый господин для своего друга.

– Подарок, – задумчиво протянула Адриана. – Подарком я еще не была. Будет интересно взглянуть на вашего господина.

В кают-компании сирианского корабля, на вкус Адрианы, было немного тесно и грязно. К ее приходу стол, стулья, пол и иллюминаторы тщательно вымыли, а вот в углу принцесса заметила застарелую паутину. Даже усмехнулась про себя: бедный паучок, заполз в корабль на одной планете, а выйдет совершенно на другой. Она тоже чувствовала себя таким паучком.

Только ядовитым.

– Прошу, присаживайтесь, Ваше Высочество. Давайте позавтракаем, вы не против?

– Совершено нет, я как раз собиралась сделать это.

Капитан махнул рукой роботу, и тот живо унесся выполнять давно заготовленный приказ.

– Позволите узнать, кто заказчик?

– Этого вам знать не нужно, Ваше Высочество. Я всего лишь проводник.

– И дорого обошелся подарок? Сколько я стою, капитан?

– Очень много. Гораздо больше, чем я себе мог представить. Вы можете быть спокойны, Ваше Высочество, цена за вас достойная.

– Сколько нам лететь?

Принесли завтрак, любимый Адрианин: омлет без корочек, аппетитный кругляш звира и большую чашку кофе с молоком.

– Как завтрак? – спросил капитан.

– Благодарю, все отменного качества. Как я привыкла. Интересно, ваш заказчик будет столь же заботлив?

– Мне кажется, хозяин такой девушки просто обязан ее баловать.

– Хозяин, капитан, у меня только один – император. Он же отец. А это… – она обвела взглядом кают-компанию, –  так, временные трудности.

– Рад, что вы не теряете присутствия духа.

– Так сколько нам лететь?

– О, недолго. Меньше двенадцати часов плюс прыжок. Но если желаете отдохнуть – для вас приготовлена каюта.

– Да, я бы вздремнула. А у вас не найдется какой-нибудь чистой пижамы или рубашки? Не люблю спать в одежде, а без нее, кажется, будет прохладно.

Капитан смотрел на пленницу со смесью недоверия, восхищения и подозрения. Но Адриану мало волновали чужие сомнения, она не видела смысла бегать в панике по кораблю, а перед таинственным заказчиком надо было выглядеть по меньшей мере достойно. В конце концов, она и вправду не выспалась, а следующий шанс может представиться ой как не скоро.

– Честно сказать, Ваше Высочество, я разных видел и возил девиц, но такое хладнокровие вижу впервые.

– Если вам будет легче, – уголки губ девушки чуть приподнялись, словно она не позволила улыбке проявиться, – я могу устроить короткую истерику с катанием по полу и показательным обмороком. Если разницы никакой, то все же предпочту вздремнуть.

Вот так, хочу вздремнуть – и все. Переодеться в услужливо предоставленную рубашку, сложить костюм так, чтобы не помялся, причесать послушные светлые волосы, собрав их в хвост. А дальше… в общем-то, проще сказать, чем сделать.

Адриана не сомневалась, что за ней тщательно наблюдают. И не только наблюдают, но и отслеживают активность на всякий случай. Если принцессу не удастся привезти живой, капитан этой развалюхи рискует стать желанной добычей сразу для двух разъяренных сторон. И какая из них опаснее, принцесса вряд ли смогла бы сказать.

Поэтому пришлось усилием воли заставить себя уснуть. На самом деле Адриана думала, это будет сложнее. Но она действительно не выспалась и минут через двадцать погрузилась в поверхностный, но очень расслабляющий сон.

* * *

– Ваше Высочество, просыпайтесь, мы почти у цели.

Сначала она подумала, что это сон. И голос капитана говорит исключительно в ее голове, ведь не могла же она проспать всю дорогу! Но когда принцесса окончательно проснулась, голос никуда не исчез:

– Через час посадка, Ваше Высочество. Пожалуйста, приготовьтесь.

Зевая и пытаясь вспомнить, как давно она в последний раз получала возможность поспать, сколько влезет, Адриана наспех умылась, переоделась в привычный черный дорожный костюм и села в уже заготовленное кресло для посадки.

Ни иллюминатора, ни экрана – каюта была словно создана для перевозки пленников. Поэтому об активной фазе посадки Адриана догадалась, лишь когда системы корабля начали убирать всю мебель в каюте, а ремни надежно зафиксировали ее в кресле.

Посадка вышла на удивление мягкой, практически незаметной. Лишь один толчок отозвался болезненно впившимися в кожу ремнями – самый последний, когда корабль сел на опоры.

Адриана приготовилась выходить, но ремни не спешили освобождать ее, как это проходило обычно. Принцесса нахмурилась. Что еще такое?

– Ваше Высочество, – двери впустили капитана, – вот мы и на месте. Прошу меня простить, но я должен надеть на вас вот это.

Он показал тонкие обручи наручников и повязку. Адриана лишь закатила глаза. Как все серьезно.

– Позволите?

– Разве я могу не подчиниться?

– Что-то мне подсказывает, – усмехнулся капитан, склоняясь над девушкой, – вы опаснее, чем мне показалось. Не стоит трогать ваши шипы, верно?

Адриана улыбнулась.

– А повязка не защитит от телепатического удара. Но можете не волноваться, пока что мне куда интереснее узнать, кому же я так сильно приглянулась, чем устраивать здесь бойню.

– Ценю вашу доброту.

Они шли довольно долго, причем при выходе из корабля не надели ни скафандр, ни защитное поле. Значит, планета из обитаемых. В двенадцати часах лету таких было много, и естественного происхождения, и искусственного, и даже космическая станция вполне могла радушно принять свою принцессу в роли пленницы.

Воздух казался свежим, чувствовались цветочные нотки. Здесь, судя по температуре, вовсю разгулялось лето.

Адриана споткнулась, наступив на скользкий камень, и капитан не дал ей упасть. Наручники, словно специально стянутые чуть сильнее, чем требовалось, обжигали кожу. Чем дольше они шли, тем меньше принцессе нравилось происходящее. Она вообще ненавидела дискомфорт.

– Что ж, вот мы и пришли, Ваше Высочество.

Капитан сказал кому-то пару слов на неизвестном Адриане языке, на слух похожем на адарский. Девушка услышала шаги и мельком попыталась оценить обстановку с помощью своих способностей. Они все еще находились вне помещения, но рядом она почувствовала двоих гуманоидов и одного негуманоида. Могла бы, наверное, определить, к какому виду он относится, если бы копнула глубже, но решила не тратить время и силы. Успеется.

Затем раздался неприятный высокий стрекот. Адриана никогда такого не слышала и почему-то ощутила неясный страх. Даже поморщилась, хотя обычно не позволяла себе проявления эмоций.

– И что это? – услышала она голос, от которого сердце снова дрогнуло, но теперь уже по-другому.

Да… сколько еще сюрпризов таит эта поездка?

С нее сдернули маску. Помимо трех живых существ в саду перед небольшим домом оказались еще два робота, которые явно служили для того, чтобы пленница не сбежала. Взгляд Адрианы тут же метнулся к негуманоиду, но ничего особенного она не увидела – низкая фигура в темном плаще.

– Подарок, – прострекотал он.

Негуманоид махнул роботу, и тот ударил по ногам девушки, вынуждая опуститься на колени. Надо будет не забыть приказать его разобрать на запчасти, подумалось Адриане.

Она смотрела на мужчину, который словно оказался в этой сценке случайно. Будто к обычному загородному жителю на лужайку вдруг приземлились инопланетяне. Собственно, он и смотрел на присутствующих так же. То, что дом принадлежал ему, принцесса поняла сразу. И то, куда именно ее привели и кому решили подарить, – тоже.

Осталось выяснить, зачем Грессену Денебскому в хозяйстве принцесса, ну и сохранить бесстрастное выражение лица. Адриане много раз приходилось скрывать эмоции, но никогда еще она не имела дела с дурацкой, наивной и выматывающей влюбленностью. С рабством разобраться проще, чем с романтикой.

– Подарок, – задумчиво протянул Грессен. – Мило.

– Это принцесса, – поспешил пояснить негуманоид. – Дочь лорда Фортема.

– Ты что, дурак? – Грессен возвел глаза к небу. – Ты хоть представляешь, что тут будет, когда ее найдут?!

– Мы сделали все тихо.

– А, ну да, Фортем же в маразме и не догадается проверить дом подозреваемого номер один в заговорах против короны. Что мне с ней делать-то ты предлагаешь?

– Это твой подарок, Грес-с-сен. Ты сказал, твои услуги будут дорого стоить. Это, – он кивнул на Адриану, – достойная цена.

– Вообще я имел в виду твердые металлы, на худой конец алкоголь. А еще больше имел в виду «отвяжись»!

– Она красива, молода и любима родителями. Это дос-с-стойный подарок, – настаивал незнакомец, и даже Адриане, которая вообще себя подарком не считала, он уже начал надоедать.

– Радость моя, – хмыкнул Грессен, – это только в кино они все такие сопротивляются и умоляют их не насиловать, а потом расслабляются, обнимают героя и красиво изгибаются.

Он изобразил руками нечто витиеватое и больше похожее на баранку, чем на женщину.

– В реальности она сначала орет, потом царапается, а потом ее на тебя тошнит. Так что бери эту принцессу и вези откуда взял. Целее будешь.

На минуту Адриана погрузилась в себя, прислушиваясь к ощущениям. И с удивлением поняла, что чувствует… не обиду, но легкую досаду. В ее жизненном плане не было пункта «хочу стать игрушкой богатенькой сволоты», но такое явное пренебрежение от человека, который в последние годы не выходил у нее из головы, раздражало.

Значит, принцесса для Грессена Денебского недостаточно хороша, чтобы рискнуть. Ладно… Адри не злопамятная, поэтому месть откладывать не будет.

Из размышлений ее вывел голос незнакомца в плаще:

– Везти ее обратно дорого и опасно. Я разберусь с этим здесь.

Он сбросил капюшон, и Адриана впервые за последние сутки не смогла остаться бесстрастной. Жуткая мерзко-розовая мандибула с желтоватыми острыми зубами и подвижным черным языком. Ничего больше на отвратительной морде твари не было, но в том, что негуманоид за считаные секунды перекусит ей глотку, принцесса не сомневалась.

Она даже отшатнулась и позже кляла себя за неуместное проявление слабости.

– Э, не-не, Прим-Грант, мы так не договаривались.

Оставшийся совершенно спокойным Грессен выступил вперед и рукой словно оградил Адриану от твари.

– Не надо устраивать в моем саду бойню. Ладно, давай сюда. Будет мне кофе утром приносить.

– Я отвратительно готовлю. – Адриана не удержалась от комментария, ей нужно было снова почувствовать уверенность после кратковременного всплеска страха.

Негуманоид протянул лапу и, схватившись за шип на руке девушки, сильно вывернул его. Боль была адская, Адриана не выдержала и вскрикнула.

– Молчать! – прошипела тварь. – Значит, ты ее забираешь и мы можем обсудить наши договоренности?

Ответить Грессену помешал низкий гул, сначала доносившийся словно издалека, затем нараставший сильнее и сильнее. Присутствующие заметно заволновались.

– Вы что, привели хвост? – прищурился Грессен.

Адриана поднялась с колен и, пока похитители недоуменно переглядывались, немного размяла затекшие ноги.

– Вы же сказали, было чисто! – рявкнул негуманоид на капитана наемников, но тот только развел руками.

А вот Грессен Денебский хоть и провел последние несколько десятков лет в заключении на отдаленной планете, не растерял способность быстро соображать. Правда, не то повредился умом, не то начисто лишился инстинкта самосохранения – расхохотался.

А когда в небе появились пять кораблей альянса, даже привалился спиной к ближайшему дереву, чтобы не свалиться от смеха.

Что ж, Адриана была просто вынуждена признать: образ, в который она была влюблена годами, рассыпался вдребезги. Так бывает, воображение рисует тебе человека, ты думаешь, что знаешь его очень хорошо, ведь любовь не может ошибаться. А потом оказывается, что он совершенно другой. И стоишь, понятия не имеешь, что с этим делать.

А он сначала от принцессы в подарок отказывается, а потом еще и ржет над ней.

Из-за наручников девушке не удалось сложить руки на груди, так что образ получился менее впечатляющий, чем обычно. Но загоревшуюся печать службы безопасности альянса на ладони она все же продемонстрировала, а Грессен незнамо для кого пояснил:

– Да она из разведки. Идиоты.

К ним уже направлялись стража и офицер Деннигз – напарник Адрианы, закончивший учебу лет на двадцать раньше. Эдакий компромисс с матерью, которая согласилась отпустить ребенка на службу лишь в компании с опытным офицером.

– Именем альянса, всем оставаться на своих местах, – сказала Адриана. – Вы арестованы по обвинению в измене.

Тварь не собиралась сдаваться, в яростном прыжке она взвилась с места, намереваясь не просто погибнуть, но и забрать с собой ненавистную принцессу. Но сразу четыре выстрела отбросили негуманоида в сторону, а последний оставил от него лишь горстку пепла.