Текст книги "Невеста на ночь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nevesta-na-noch-29850.jpg)
Автор книги: Патти Берг
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 2
Да, черт возьми, деньги ему не помешали бы! Дункан размышлял об этом, пробираясь по узкому туннелю. Однако даже ради денег он не собирался работать вместе с бывшей женой, какой бы обольстительной она ни была, как бы аппетитно ни выглядели изгибы ее бедер, манящие его за собой… куда угодно.
Кэйро Макнайт в совершенстве владела искусством флирта. Эта сирена целых пять лет дразнила и соблазняла Дункана, а потом, вскоре после свадьбы, разбила ему сердце. Нет, впредь он не поддастся ее чарам.
Никогда.
Зачем она вообще вернулась? Если она решила в очередной раз унизить его, то потерпела фиаско.
Откуда она узнала, что ему нужны деньги? О Дункане часто писали в журналах, но не упоминали про его финансовые дела. Очевидно, с тех пор как они расстались, Кэйро пристально следила за всеми поворотами судьбы Дункана и уже успела выведать, что его банковский счет представляет собой всего-навсего четырехзначную цифру. А еще она наверняка знает, что ему пришлось оплачивать лечение отца, специальную аппаратуру, сеансы физиотерапии и все прочие расходы, на которые не распространялся страховой полис. Но если бы она не вернула нераспечатанным одно из его писем, в котором он сообщал о лобовом столкновении машин, о смерти своей матери и травме позвоночника у отца, Кэйро не пришлось бы узнавать о подробностях жизни мужа через третьих лиц.
Если бы Кэйро прочла хотя бы одно из его писем, они до сих пор были бы мужем и женой. Но она пренебрегла письмами, а до этого не удосужилась даже проведать Дункана в забытой Богом египетской тюрьме. Возможно, он и вправду порой совершал ошибки, но Кэйро ни разу не дала ему шанса объясниться или исправиться.
А может, это и к лучшему. Меньше всего ему нужна такая обуза, как Кэйро – женщина, способная свести его с ума. Пусть даже у нее самые аппетитные ягодицы в мире, самые обольстительные глаза, самая сексуальная улыбка и жаркое, тесное…
Фонарик на шлеме Дункана уперся в какое-то препятствие, и только тогда Дункан сообразил, что Кэйро замерла на месте. Он протянул руку и коснулся бедра, обтянутого джинсовой тканью. Ему не сразу удалось отвести взгляд от двойного шва на джинсах, проходящего между ягодицами и скрывающегося в промежности. Медленно повернув голову, Дункан увидел, что Кэйро нахмурилась.
Она опустила руку и сбросила с бедра левую ладонь Дункана, а потом многозначительно перевела взгляд на его правую ладонь, поддерживающую ее снизу.
Кэйро нахмурилась сильнее, и Дункан нехотя отвел руку.
– Что с тобой? – спросила она, пристально и вопросительно глядя ему в лицо. – Последние пять минут ты что-то бормочешь себе под нос.
– Просто пытаюсь понять, что ты задумала.
– Я же объяснила.
– Да, конечно. Ты хочешь, чтобы я развлекал ораву богатых, избалованных туристов, которые не в состоянии отличить настоящего археолога от персонажа из приключенческого фильма, а руины майя – от дешевой студийной декорации. Не пойму только, зачем ты потащилась за мной в Сэнктуари? Гораздо проще было бы отправиться прямиком в Голливуд и нанять какого-нибудь красавца киноактера.
– Видишь ли, это чертовски трудно – найти себялюбца, похожего на тебя, воображающего себя величайшим из археологов современности, хотя на самом деле он не кто иной, как неудачливый авантюрист, над которым потешаются все ученые мира!
– Откровенный ответ.
– А ты хотел услышать, как уважительно относятся к тебе светила науки? Как все музеи мира от Америки до Тимбукту мечтают только об одном – финансировать твою следующую экспедицию?
Дункан пожал плечами и почувствовал, как его губы невольно растягиваются в улыбке.
– Терпеть не могу грубую лесть.
– Да неужели?
И она снова поползла вперед.
– Итак, – продолжал Дункан, – ты наняла частного детектива, чтобы выяснить, что произошло со мной с тех пор, как мы расстались?
– Нет, – отозвалась Кэйро, не останавливаясь и даже не пытаясь обернуться. – Как я уже говорила, я читала о тебе в журналах и даже в Интернете. А о том, что ты в Монтане, я узнала от твоего давнего друга.
Этого не может быть! Дункан сообщил о том, куда отправляется, только своему отцу.
– Какого?
Дрогнувшим голосом она ответила:
– От Джима Грегори.
– От Джима? – Сердце Дункана сжалось при воспоминании о друге, погибшем в Боливии при аварии самолета. – Но он умер.
Кэйро замерла, ее плечи обмякли. Она повернулась к Дункану.
– Знаю, – тихо подтвердила она. – В том самолете я сидела рядом с ним.
При свете фонаря Дункан увидел, как увлажнились ее глаза. Кэйро прикусила нижнюю губу.
– Он рассказывал о тебе незадолго до…
Дункану хотелось сказать, что ей незачем вспоминать об аварии, незачем вдаваться в подробности, если это причиняет ей душевную боль, но по опыту общения с отцом он знал: лучше дать Кэйро выговориться, не перебивая и не выказывая сочувствия.
– В самолете Джим развлекал меня разговорами, – продолжала Кэйро. Она села на пол туннеля, лицом к Дункану. – Рассказывал о Копане и о твоей экспедиции в Гондурас, даже о ваших подвигах в джунглях Колумбии.
– Какие там подвиги! – отмахнулся Дункан, стараясь поудобнее устроиться на холодной твердой земле. Ему не терпелось выбраться из туннеля, но слова Кэйро остановили его.
– Джим объяснил, что поездку в Колумбию задумал ты. И что из вас двоих ты был главным генератором идей.
– Он тоже внес свою лепту.
– Если верить ему, дело обстояло иначе. А еще, – улыбка осветила ее лицо, – он сказал, что такого полоумного чудака, как ты, еще никогда не встречал.
– И ты согласилась с ним.
Кэйро уставилась в пол.
– Я не сказала ему, что знакома с тобой.
Значит, из болтливой девчушки она превратилась в весьма скрытную особу.
– Почему?
– Мне хотелось послушать его, а если бы он знал, что мы с тобой когда-то были женаты, то попытался бы приукрасить истину.
– Думаю, его рассказы и без того были приукрашены. Нам с Джимом было о чем вспомнить.
Кэйро вскинула голову, их взгляды встретились.
– И о женщинах тоже?
Дункан не собирался затрагивать эту тему и сообщать Кэйро, что за последние пять лет у него было несколько мимолетных, ни к чему не обязывающих романов. Он ответил уклончиво:
– Мы вдвоем совершили несколько экспедиций. Несколько раз мы попадали в серьезные переделки, выбирались из них, а потом наши пути разошлись. Он рассказывал тебе об этом?
– Он объяснил, что ты предложил ему искать неизвестно что в Монтане, а он ответил, что ты совсем помешался на приключениях. – Кэйро усмехнулась. – Правда, Джим выразился иначе, гораздо энергичнее.
Дункан засмеялся:
– Да, это он умел.
– Потому и понравился мне.
– Джима все любили. – Он припомнил душную ночь в Гватемале, когда они с Джимом попивали вино и смеялись. – Незадолго до гибели у него появилась новая подружка, – добавил он. По описанию Джима, девушка с крепкой попкой, большой грудью и жаркими губами. Дункан невольно перевел взгляд на тело Кэйро и вспомнил, какой она была в их брачную ночь. Внезапно у него пересохло в горле. – Случайно, не про тебя он говорил?
Кэйро покачала головой, и Дункан не сдержал вздох облегчения.
– Джим сидел с краю, а его подруга Анжелика по другую сторону от прохода. – Кэйро снова прикусила губу. – Господи, как это было ужасно! Джим погиб, Анжелика погибла, а вместе с ними вся моя группа и пилот. – Она прерывисто вздохнула. – Мне следовало заметить, что от пилота несет перегаром, следовало отказаться от его услуг, но мой постоянный пилот куда-то исчез, а больше никого не удалось найти. Надо было отменить полет в последнюю минуту, но мы уже настроились, а потом появились Джим и Анжелика и спросили, не найдется ли в самолете два свободных места…
Дункан приложил ладонь к ее щеке и почувствовал на ней влагу.
– Не вини себя, Кэйро.
– Больше мне некого винить. Меня замучили судебными исками. Страховая компания повысила взносы, выплаты отменили бы вообще, если бы не моя настойчивость. Ценой одной моей глупой, нелепой ошибки стали жизни восемнадцати человек, моему бизнесу грозит полный крах!
– Поэтому ты и решила предложить мне работу гида?
Кэйро метнула в него взгляд из-под намокших, слипшихся ресниц.
– В то время идея показалась мне блестящей.
На миг Дункан решил, что Кэйро выдумала всю эту историю, лишь бы переубедить его. И расплакалась тоже с умыслом. Но тут он заметил, как она дрожит, и понял, что она говорит чистую правду.
– Ты действительно нужен мне, Дункан.
Он вспомнил о расторжении брака и о том, как Кэйро игнорировала все его попытки связаться с ней. А еще о золотом городе, о длительных поисках, о будущем великом открытии. Он еще раз взглянул в глаза Кэйро, умоляющие его принять предложение, и покачал головой:
– Я уже дал ответ.
– Знаю, но у тебя есть одна скверная привычка: говорить одно, а делать совсем другое.
– Только не на этот раз.
Она недоверчиво улыбнулась. Дункан и сам не верил себе.
Кэйро протиснулась между валунами, преграждавшими путь в пещеру, и вышла на свежий вечерний воздух. Она сделала глубокий, продолжительный вздох, втянула аромат сосен и полыни, которой порос каменистый склон. На необозримом голубом небе виднелось несколько пушистых облаков, отбрасывающих тени на золотистую от летнего солнца прерию.
– Как здесь красиво! – сказала Кэйро подошедшему Дункану, который сразу принялся маскировать вход в пещеру охапкой полыни. – Теперь я понимаю, что привлекло тебя сюда.
Он встал рядом с ней, и на миг обоим показалось, что они стоят на вершине пирамиды, над раскаленными песками.
– А ты хотел бы когда-нибудь вернуться в Египет? – спросила Кэйро.
– Когда-нибудь – пожалуй, да, но с годами у меня появились новые увлечения.
– Какие? Сталактиты и сталагмиты?
– Может быть.
– Вижу, ты не намерен объяснять, чем ты здесь занимаешься.
– Если я объясню, ты захочешь остаться здесь. – Он усмехнулся. – А мы оба знаем: ни к чему хорошему это не приведет.
– Тебе не терпится отделаться от меня?
– Мне не терпится вернуться к работе.
Упрямец! Болван! За пять лет он ничуть не изменился. Круто развернувшись, Кэйро торопливо зашагала вниз по склону. Как ей могло прийти в голову, что Дункан согласится поработать гидом, постарается помочь ей? Напрасно она приехала сюда: идея с самого начала была безумной.
– Сбавь шаг, Кэйро, – окликнул ее Дункан, – иначе поскользнешься и упадешь.
Как ни странно, он не утратил стремления оберегать ее. Если бы он проявил такую же заботу о Дилане, Кэйро простила бы ему все. Но с какой стати Дункан будет опекать Дилана? Откуда ему знать, как следует обращаться с одаренным ребенком, четырехлетним мальчуганом с коэффициентом умственного развития, близким к гениальности? С ребенком, с которым хлопот не оберешься?
– Ты слышишь меня, Кэйро? Осторожнее!
Она слышала его, но смутно, поглощенная множеством своих мыслей, охваченная чувством вины за то, что Дункан не подозревает о существовании Дилана. По крайней мере она могла бы послать Дункану открытку, какие рассылала родным Фиби, или пригласить на один из четырех дней рождения мальчика. Но Кэйро ничего не отправила бывшему мужу. И ни разу не позвонила ему.
Господи, что же ей делать, если Дункан, узнав правду, попытается отнять у нее Дилана?
И она зашагала еще быстрее, оступаясь на камнях.
Дилану необходим отец. Она поняла это, пока самолет пикировал к земле. С тех пор главным для нее стали заботы о будущем сына.
Но согласится ли Дункан бросить бессмысленные и бесконечные скитания теперь, когда у него есть сын? Будет ли любить Дилана так, как любит его она?
– Глупая девчонка! – послышалось у нее за спиной приглушенное бормотание Дункана. Он быстро догонял ее, собираясь схватить за руку, повернуть к себе. Стоит ему увидеть ее лицо, и он сразу поймет, что ее мучает.
Разоблачений Кэйро не желала. Ей хотелось только одного – вернуться в Сэнктуари, оказаться подальше от Дункана, успокоиться и заново обдумать свой план.
Кэйро перепрыгнула широкую трещину в опаленной солнцем земле Монтаны, и узкая тропа вдруг подалась в сторону под ее ногами. Секунду спустя она уже лежала на животе и скользила вперед ногами по склону. Ей не хватило времени закричать, испугаться или хотя бы прикрыть глаза, защищая их от града мелких камешков и клубов пыли, но каким-то чудом она сумела уцепиться за что-то колючее, что больно впилось ей в ладони.
А потом она почувствовала, как пальцы Дункана сжались на ее запястьях и потащили ее вверх.
– Я же говорил: иди помедленнее! – рявкнул он. Слава Богу, он и не подумал утешать ее – в ответ на добрые слова Кэйро могла бы разрыдаться.
Она попыталась ответить, объяснить, что ей пора домой, но во рту у нее пересохло от пыли и песка. Дункан смочил платок водой из фляжки и осторожно провел им сначала по губам, а потом по векам Кэйро, стараясь не втирать в них песок.
– Вот, выпей, – предложил он, поднося к ее губам фляжку.
Вода была прохладной, но первый глоток имел противный привкус. Следующий оказался приятнее. Медленно открыв глаза, Кэйро обнаружила, что сидит на коленях Дункана, а он обнимает ее одной рукой. Он снял с нее шлем и положил ее голову к себе на плечо. Их лица оказались совсем рядом. Впервые за весь день Дункан снял шлем, и Кэйро смогла рассмотреть его при свете заходящего солнца. Его голубые глаза казались особенно яркими на фоне загорелой кожи, в углах глаз появилось несколько мелких морщинок. Он стал выглядеть старше, мудрее – если такое возможно – и гораздо привлекательнее, чем пять лет назад.
Сидеть у него на коленях Кэйро было неловко. Она попыталась встать, но он обхватил ее за талию:
– Сиди смирно, Кэйро.
– Со мной все в порядке. Уже поздно, и я…
– И у тебя все ладони утыканы колючками от кактуса.
Она перевела взгляд на собственные ладони: из десятков мелких ранок сочилась кровь. Занятая своими мыслями и опасениями, она до сих пор не чувствовала боли, но теперь ощутила нестерпимое жжение. Она прижалась головой к крепкой груди Дункана, бросила боязливый взгляд на пузырек с антисептиком и зажмурилась:
– Только побыстрее, пожалуйста!
Грудь Дункана задрожала от смеха. Похоже, он злорадствовал при виде ее страданий, щедро поливая жгучей, скверно пахнущей жидкостью ее ладони и вытаскивая из них острые шипы.
– Кэйро, – заговорил он, и она открыла глаза, наблюдая, как он умело перевязывает ей руки, – а кто спасает тебя, когда меня нет рядом?
Кэйро гневно нахмурилась, глядя в его смеющиеся глаза, и вскочила, поморщившись от боли в ладонях. На этот раз Дункан и не подумал удерживать ее.
Она подхватила с земли свой шлем.
– Не обольщайся, Дункан: я давно привыкла обходиться без такого спасителя, как ты!
Глава 3
Они прошли пешком целую милю по обожженной солнцем прерии, такой безлюдной, что Дункан перестал бояться, что его пещеру кто-нибудь обнаружит. Но на всякий случай он принял меры предосторожности. Неподалеку от своего лагеря он обозначил колышками два квадрата для раскопок и разбросал по ним пожелтевшие кости, создавая видимость, будто ищет останки динозавров. Уходя на поиски золотого города, он заметал следы, если видел, что они слишком заметны на песке.
И все-таки Кэйро нашла его.
Улыбка тронула губы Дункана. Он наблюдал, как ее длинный светлый хвост раскачивается из стороны в сторону, словно маятник, поверх запыленного рюкзака. Свой шлем вместе с фонарем она пристегнула к ремню, козырек зеленой бейсболки с эмблемой «Окленд» опустила пониже, чтобы заходящее солнце не слепило глаза.
В такой же бейсболке Дункан впервые увидел ее в Египте. В то время ее волосы доставали до талии, а не до лопаток, но имели все тот же оттенок песка пустыни Сахары. Тогда Кэйро была пятнадцатилетней девчонкой с пухлыми щечками и плоской грудью. За двадцатидвухлетним Дунканом она ходила по пятам, и он втайне восхищался ее упорством, энтузиазмом и неослабевающим интересом к истории Египта. Он даже заскучал по Кэйро, когда к началу учебного года она вернулась в Штаты.
Он испытывал щемящее чувство тоски каждый раз, когда она покидала лагерь и опять исчезала из его жизни. Но иначе и быть не могло. Однажды они расстались навсегда. Всепоглощающая страсть, связавшая их, угасла, пусть и не совсем, ни одному из них не хватило терпения строить длительные отношения. Дункан доказал это, когда бросил Кэйро, а она – когда расторгла их брак.
Да, им лучше жить порознь. И как можно дальше друг от друга.
Кэйро остановилась, и Дункан тоже застыл на месте. Ему не терпелось расстаться с ней, но все же он не настолько спешил, чтобы не наслаждаться моментом, не восхищаться ее длинными стройными ногами и изящным профилем. Легкий ветер развевал ее волосы. Кэйро нагнулась и провела пальцем по песчаной почве.
Отвести от нее взгляд стало совершенно невозможно. Красная рубашка Кэйро оттянулась на спине, обнажив стройную шею, покрытую легким загаром, а когда она наклонилась вперед, Дункан разглядел округлость ее груди – роскошной, упругой, которую он однажды облил шампанским.
У него перехватило дыхание. Пришлось глотнуть воды из фляжки.
Кэйро подняла козырек бейсболки, выпрямилась и показала Дункану облепленную землей раковину земли.
– Она понравится Дилану.
– Кто такой Дилан? – спросил Дункан, невольно ощутив прилив ревности. – Твой приятель? Муж?
Кэйро перевела взгляд на раковину и смущенно засмеялась:
– Ни того, ни другого у меня нет. А Дилан – просто друг.
Черта с два! Дункан не поверил ей, но допытываться не стал. Все равно через час они расстанутся.
Кэйро осторожно обтерла раковину, то и дело поглядывая на Дункана.
– У него целая коллекция мезозойских раковин, но такого наутилуса в ней нет. – Ее голос дрогнул, и Дункан сразу пожелал узнать, в чем дело.
– Побудь здесь пару недель, и еще не то найдешь – кости тесцелозавров, эдмонтозавров, трицератопсов.
Она снова метнула на него взгляд из-под густых ресниц:
– Это приглашение задержаться?
Дункан решительно покачал головой, не попавшись в ловушку:
– Просто замечание.
Она улыбнулась:
– Так я и думала. Так или иначе, через неделю мне надо быть в Белизе. – Она сунула наутилуса в боковой карман рюкзака. – Ты когда-нибудь бывал в Белизе в такое время года?
– Там жарко, как в аду. Ни один человек в здравом уме не рискнет отправиться туда в сентябре.
Лазурные глаза Кэйро заблестели, улыбка стала шире – та самая ослепительная улыбка, которая несколько лет назад пленила Дункана.
– Мне всегда нравилось ходить по краю пропасти, совершать безумства. И тебе тоже. Вот почему я думала, что ты согласишься составить мне компанию.
– У меня свои планы.
Она поморщилась:
– Ты уже говорил. – Перебросив хвост за спину, она снова зашагала по тропе.
Дьявол! Ей опять удалось вскружить ему голову, как тогда, в Египте. Первые несколько лет знакомства они были просто друзьями, но к тому времени как Кэйро исполнилось восемнадцать, Дункан уже мечтал посвятить ее в тайны высокого искусства безумной, страстной, опустошающей, не знающей запретов любви.
Он сгорал от желания, но выждал еще три бесконечных года, пока Кэйро не исполнился двадцать один. А потом, как законченный болван, он счел своим долгом сначала жениться на ней. Он уговорил Кэйро сбежать с выпускной вечеринки в Сан-Франциско и привез ее в Лас-Вегас, в часовню с неоновой вывеской, где она послушно встала рядом с ним перед священником, преподобным Лавом, и ответила «да» на все его вопросы.
Похоже, она солгала священнику… и самому Дункану.
А может, и он солгал. Наверное, он ощущал только похоть – как сейчас, когда смотрел вслед уходящей Кэйро.
Как она могла совершить такую досадную ошибку? Кэйро корила себя, поспешно удаляясь от пытливых глаз Дункана. Она пока не собиралась рассказывать ему о Дилане, но имя сына само сорвалось с ее губ, и в Дункане мгновенно пробудилось любопытство. Хорошо еще, что он принял Дилана за ее мужа или приятеля, а не сына. Пусть и дальше так считает.
Дункан обогнал ее, когда они приблизились к обнесенному веревками участку, который Кэйро видела по пути к пещере. Она замедлила шаг, всматриваясь в кучи земли и камней.
– Это и есть твой раскоп? – спросила она.
К этому моменту Дункан успел опередить ее шагов на двадцать. Услышав вопрос, он остановился, обернулся и усмехнулся:
– Может, надо было разбросать вокруг инструменты? Или обозначить место важной находки?
– Похоже, ты кого-то пытался одурачить. Отвлечь от того, что ты ищешь на самом деле.
Медленно расплывшись в улыбке, он направился к Кэйро. Он стер пот со лба тыльной стороной ладони, и впервые за день Кэйро заметила, как завиваются на концах его влажные иссиня-черные волосы. Его походка осталась прежней – размеренной и методичной. Этот человек излучал сексуальный магнетизм, от которого зашкалило бы сейсмограф со шкалой Рихтера.
Впервые Кэйро увидела Дункана, когда он вышел из древней гробницы, щуря глаза от яркого света. Его глаза были такими светлыми, что он казался человеком из другого мира, божеством с небес, заворожившим и обольстившим Кэйро. Она знала, что и теперь станет жертвой его чар – конечно, если допустит такое.
Она отвернулась, не желая, чтобы ее гипнотизировал этот голубоглазый дьявол, и все-таки ощутила его мужскую притягательность, когда он подошел и встал рядом, глядя на раскоп.
– Я пробыл здесь пять месяцев, и до сих пор никто не выследил меня.
– Значит, этот раскоп – маскировка?
Он кивнул:
– И этот, и второй, соседний, с костями динозавров и парой окаменелостей.
– А что ты ищешь в той пещере?
Он устремил взгляд вдаль, его губы дрогнули, ямочка на щеке стала глубже, глаза заволокла мечтательная дымка.
– Пока я еще ничего не нашел.
Кэйро рассмеялась:
– Расскажи это тем, кто тебя не знает. Они охотно поверят, что этот раскоп – настоящий. Но мы-то с тобой давно знакомы, Дункан. – Ей вспомнилось, как несколько лет подряд они целое лето были неразлучны. – Когда-то ты говорил, что я умею читать твои мысли почти так же хорошо, как ты читаешь мои. По-моему, я еще не разучилась.
– И о чем же я сейчас думаю?
– Что ты нашел нечто очень важное – такое, чего еще никто не находил. Что ты подступил к находке вплотную и что тебе не терпится вернуться к ней, потому что самое главное ты еще не успел обнаружить.
Долгое время Дункан молчал, а Кэйро гадала, скажет ли он ей правду. Наконец он повернулся к ней.
– Ничего я не нашел, – снова сказал он.
– Раньше ты подробно рассказывал мне о поисках.
– Это было давно. Зачем тебе теперь выслушивать меня?
– А если я сумею тебе помочь? – предположила Кэйро, охваченная внезапным любопытством.
Дункан засмеялся:
– Ты гид, Кэйро, а не искатель приключений и не археолог. И потом, ты уезжаешь в Белиз.
Кэйро скрипнула зубами, раздосадованная его упрямством, и бросила торопливый взгляд на часы:
– Да, и мне пора в путь. Предстоит еще много работы, и Дилан ждет…
– Дилан? – Дункан поднял бровь. – Твой друг здесь, в Сэнктуари?
– Со мной в Сэнктуари приехала моя тетя, и я обещала ей вернуться к ужину.
– А что ты пообещала Дилану?
– Позвонить. – Кэйро потерла ладонями виски, стараясь прогнать нарастающую головную боль. Напрасно она забыла об осторожности. Еще одна такая ошибка – и Дункан засыплет ее вопросами.
Она торопливо зашагала к лагерю, но Дункан быстро догнал ее.
– Можешь не спешить, Кэйро.
– Почему?
– Что бы я ни говорил раньше, сегодня ты никуда не уедешь.
– Несколько часов ты твердишь, что тебе не терпится отделаться от меня, а теперь заявляешь, что я никуда не уеду. Может, объяснишь, с какой стати?
– Солнце уже село, дороги не видно.
– Мне достаточно просто ехать прямо на север.
– Конечно, но в таком случае ты снова свалишься с холма. И цепляться будет не за что – кактусов поблизости нет.
– Тогда поезжай вперед на своей машине, а я поеду следом.
Дункан покачал головой:
– Я останусь в лагере до утра. Утром ты отправишься домой, а я займусь делом.
– Мне пора, Дункан. – Кэйро пообещала Дилану и Фиби погулять по городу и посмотреть самых настоящих ковбоев. Но до города час езды; к тому времени как она вернется, выполнять обещание будет уже слишком поздно. И все-таки она должна быть рядом с сыном. Или в пути, но только не с Дунканом. – Остаться здесь я не могу.
– Ты останешься, хочешь ты этого или нет.
Ночь наедине с Дунканом? Это немыслимо. Совершенно невозможно. А если Дилану приснится страшный сон и он позовет ее? Или во сне она пробормочет имя сына?
Метнув в Дункана быстрый взгляд, Кэйро заметила его довольную усмешку. Нет, оставаться с ним нельзя. Кэйро не доверяла самой себе: Дункан казался ей то надменным упрямцем, то неотразимым красавцем.
Боже упаси! Ей вспомнилась их брачная ночь, ванна в форме сердца, наполненная пеной, и два теплых тела. Прохлада шелковых простыней и вкус шоколадно-мятных конфет, которые таяли от тепла тел и которые было так приятно слизывать.
А еще ей вспомнился жар объятий Дункана и его шепот, обещания вечной любви.
Нет, с Дунканом она не останется. Слишком уж он опасен, слишком соблазнителен. Кэйро вовсе не желала проснуться утром и обнаружить, что он бросил ее. В очередной раз.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?