Читать книгу "Судьба, написанная кровью"

– Моя милая, мои обязанности контролировать ваши проекты, и я всегда, как и ранее, открыт по любым вопросам. – Сегодня хватит обсуждать, сейчас я налью тебе коньяка, поговорим и отметим наши назначения.

Семченко возбужденно бросал слова, по ходу общения поднялся с дивана, уступая место Черниковой, взял стул от стола и уселся напротив, а Фил налил в бокал коньяка и протянул девушке.

– Поздравляю вас, Ольга! – С обаянием Фил выдохнул ароматом французского коньяка и бокалы звонко сошлись.

– Благодарю вас за доверие, Владимир Петрович, и вас, господин Райли, за открывшиеся перспективы в моей жизни. – У меня назначена одна важная личная встреча, не примите за обиду, если я вас покину.

– У красивой женщины, как вы, Ольга, – Фил блеснул глазами, – должно быть много поклонников. Надеюсь, в ближайшее время снова увидеть вас.

Черникова попрощалась с мужчинами, ее распирало любопытство от слов, что должен был ей рассказать поверенный про ее биологического отца, о ком она никогда не слышала от матери. До окончания времени встречи, что назначил поверенный в делах Клеонского, оставалось менее двадцати минут, девушка заторопилась вниз по улице Белинского. Девушка шагнула с тротуара на проезжую часть, располосованную белыми линиями, но заметив автомобили, отступила назад. Машины притормозили перед пешеходным переходом, Ольга пересекла дорогу и ступила на первую плитку мощенной парковой дорожки.

Неожиданно Черникова почувствовала, что за ней наблюдают, пришлось обернуться и посмотреть по сторонам. Поблизости в парке прогуливающихся людей она не заметила, а через проезжую часть разглядела лишь группу подростков, спускающихся вниз по улице. Она осознавала, что опаздывает, но на часы смотреть не захотела и отдала себе команду ускориться. Каблук туфли попал между плитками, нога девушки подвернулась, то ли в туфле, то ли в стопе что-то неприятно хрустнуло, Ольга чуть было не упала в скошенную траву. Когда равновесие удалось восстановить, она поглядела на свою обувь и увидела, что каблук отломился, а сама туфля оказалась испорченной.

– Да что же это такое! – В сердцах прошептала Черникова. – Какой плохой знак.

Ольга сняла туфли, засунула в пакет, найденный в своей сумочке, печальное выражение на ее лице задержалось недолго, она вспомнила о своем назначении и благостное, легкое настроение дальнейшей успешной жизни вновь к ней вернулось. Черникова пошла дальше к ресторану, ступая босыми ногами по траве, прошло не более пяти минут с момента мелкой неприятности, она уже сидела за столиком в ожидании официанта.

Подходя к террасе, примыкающей к двухэтажному строению ресторанного комплекса, девушка рассматривала людей, сидящих за столиками по одному, пытаясь определить представительного мужчину, желая сопоставить его с услышанным ранее голосом. Из присутствующих на террасе никто по ее представлению не подходил на роль нотариуса, пришлось занять один из свободных столиков.

– Что будете заказывать? – перед Черниковой появился официант с меню в виде тонкого альбома с темно-синей обложкой.

– У меня в вашем ресторане назначена встреча, – сообщила посетительница, – но мужчину, что пригласил меня, среди ваших гостей я не вижу.

– Выберите что-либо, – недовольно выговорил официант, – тогда мы сможем поговорить.

– Принесите мне шоколадный чизкейк и ягодный чай. – Потребовала Ольга спустя полминуты после изучения меню.

– Через несколько минут я вас обслужу.

 Ольгу привлекла девушка, сидящая слева через столик, что-то в ней показалось цепляющим и необычным, для себя Черникова отметила явную схожесть с незнакомкой, как между родными сестрами. В какой-то момент девушка повернула голову к Ольге и несколько секунд неотрывно смотрела на нее своими льдистыми светло-голубыми глазами. Черникова вздрогнула от колючего взгляда, словно предупреждающего о грозящей опасности, вспомнила про мобильный телефон, достала его из сумочки и нашла среди последних звонков номер нотариуса, нажала на вызов, а сама, развернулась на стуле в сторону парковой дорожки. Сначала она расслышала долгие длинные гудки, а потом мужской голос предложил оставить сообщение после сигнала.

– Нужно будет сам меня найдешь! – Сердито пробормотала девушка.

– Простите, я вас не понял? – Ольга повернулась и увидела официанта, расставляющего заказ на стол.

– Это я о своем! – Ольга на мгновение задумалась. – Извините, не могли бы вы ответить на пару моих вопросов?

– Заказ выполнен, поэтому могу недолго поговорить с вами. – Парень опустил поднос в левой руке и невольно поправил свои темно-каштановые волосы. – Мне жаль, что ваш кавалер не пришел на свидание.

– Мужчина, не дождавшийся меня, мне вовсе не кавалер. – Поморщилась Ольга. – Мне в вашем ресторане назначил встречу мой юрист и, хотя я его никогда раньше не видела, мне показалось по его голосу, это мужчина старше пятидесяти лет невысокого роста.

– Да, вы правы, примерно час назад к нам приходил такой гость. – Вспомнил официант. – Этот мужчина заказал полный обед, попросил принести побыстрее салат из сезонных овощей без соли. Когда я его рассчитал, он еще долго сидел и посматривал на часы. Возможно, мужчина не смог вас дождаться, так как куда-то торопился.

– Спасибо вам, – Черникова улыбнулась попросила рассчитать ее и принялась за десерт, запивая его ароматным ягодным чаем.

Всегда собранная и по-деловому сосредоточенная, в рабочие будни Ольга впервые за последние несколько дней позволила себе насладиться отдыхом в ресторане, теплой погодой и, поддавшись романтическому настроению вновь достала телефон. Вчитываясь в прежние сообщения от Николая, она улыбалась от его ласковых слов и решила позвонить своему любимому молодому человеку. Николай не захотел или не смог ответить, романтический настрой испарился, девушка печально вздохнула и по парковой аллее медленно побрела домой. Внутренний голос шептал: «Оглянись, за тобой следит неизвестный!», но она отказывалась его слушать и меланхолично шла к своему дому.

На протяжении нескольких минут тонкий плоский ключ никак не хотел входить в личинку замка. Ольга уже решила оставить попытки войти в квартиру и обратиться к соседу пенсионеру, живущему выше этажом. Девушка со злостью вытащила ключ, отступила от двери и уже отцепила ключ от связки, рассмотрела его на ладони не погнут ли. Ольга заставила себя выполнить еще одну попытку, когда шагнула к двери заметила, что стопорное кольцо в личинке замка странно повернуто. Вспомнив, что это происходило и прежде, повернула его на нужный угол, ключ свободно вошел, замок клацнул и дверь легко открылась.

В прихожей было темно, так как свет из гостиной почти не проникал из-за закрытых дверей. Черникова краем глаза в темноте заметила какой-то предмет на полу, щелкнула выключателем возле все еще открытой входной двери, со странным чувством неминуемой беды увидела лежащий на ламинате нож с длинным лезвием, зачем-то наклонилась, и подняла его. Это был обычный кухонный нож, Ольга перехватила его в правую руку и принялась разглядывать темные бурые пятна на его лезвии, темная деревянная ручка оказалась неприятно липкой. Черникова отстранила от себя нож, продолжая удерживать его в правой руке на высоте выше пояса.

Сквозь щель она различила свет в кладовке и ругнула себя за забывчивость, лезвием ножа девушка оттолкнула дверцу кладовки, а дальше произошло нечто непостижимое, что позднее она никак не могла объяснить. Что-то большое и грузное вывалилось на нее из кладовки. Ольга от страха зажмурилась и, отступая в прихожую, попыталась защититься от непонятного падения на нее содержимого кладовки. Лезвие ножа вошло во что-то мягкое, споткнувшись Черникова упала на спину, а когда раскрыла глаза, то осознала, что лежит придавленная мужчиной. Левой рукой с огромным трудом она смогла перевернуть неизвестного на спину и одновременно потянула рукоятку ножа, что все еще удерживала в правой руке.

– Я убийца! – Запричитала девушка, размазывая собственные слезы и кровь неизвестного по лицу.

Рыдая, Черникова склонилась над мужчиной, пытаясь определить жив ли он и разглядела в нагрудном кармане торчащий белый уголок. Это оказалась обычная визитная карточка.

– Велькович Семен Маркович, нотариус, – сквозь затуманенный взор от слез разобрала Ольга.

– Зачем ты убила меня? – Прошептали губы покойника. – Для исполнения воли твоего отца я только желал встречи.

Находясь в безумстве видений, Ольга слышала, как слова слетают с губ мертвого нотариуса. Девушка сотрясалась в судорогах, безрассудно вскакивала на ноги, то выключала или гасила свет, а когда исступление прошло не смогла определить сколько времени она находится рядом с трупом. Больше она не могла находиться в квартире, безвольно поднялась и направилась на лестничную площадку, где ее и застала соседка.

– Олечка, а ты что здесь сидишь? – Спросила соседка. – Что произошло?

– Ох, тетя Лиза, что я наделала. – Черникова снова зарыдала.

– Олечка, что с твоим лицом и руками? – Продолжала расспрашивать Елизавета Дмитриевна. – Господи, а нож тебе зачем?

Черникова отбросила нож в сторону, продолжала терзать свою душу и не отвечала на расспросы соседки. Елизавета Дмитриевна заглянула в прихожую через открытую дверь и с диким криком выбежала на площадку.

– Боже мой, что же ты натворила, девочка! – Закричала Елизавета Дмитриевна.

Перепуганная соседка ворвалась к себе домой и начала с кем-то громкого говорить по телефону, Ольга отчетливо осознала, через четверть часа прибудет полиция, а ее счастливая жизнь, что несколько часов назад рисовалась радужными красками, закончится тюрьмой.

Арест, недолгое следствие и суд не оставили воспоминаний в памяти девушки, еще недавно ей светила блестящая карьера, а теперь она сидит на скамье подсудимых в клетке, как пойманный зверь. Она не понимала, что-происходит вокруг, лица людей казались ей нечеткими, будто размазанными, а голоса превратились в неразборчивые звуки, эхом отражающиеся от стен зала суда. Свой блуждающий взгляд она остановила на лице Николая, только оно выглядело четким и печальным.

– Олечка, я люблю тебя и знаю, что ты не могла убить человека! – Николай сорвался с места после оглашения приговора.

Он смог добраться до решетки, его руки ухватили ее ладони, но кто-то сзади тянул осужденную, желая поскорее вывести ее из зала суда.  Удерживая свое тело вплотную к решетке и содрогаясь от конвульсий, вызванных накатившими рыданиями, Ольга смогла подарить парню прощальный поцелуй. Конвойные приложили все силы, чтобы оторвать ее от решетки и разлучить с любимым.

– Я люблю тебя, Коля! – Слетело с ее губ.

– Олечка, я люблю тебя! – Повторил в крике Николай. – Ты выйдешь за меня?

– Да! – Короткое слово согласия несколько секунд эхом звучало в помещении.

Когда девушку все-таки смогли вывести из зала суда, Николай устало опустился на скамью рядом с решеткой, пару минут он о чем-то напряженно размышлял, а когда решил покинуть это неприятное место, то в коридоре его лицо озарилось неприятной улыбкой.

Глава 2. Дружба, переродившаяся в ненависть

Детство трех друзей – Аркадия, Дениса и Геннадия

Любопытство преодолело детский страх и во второй половине теплого летнего дня, когда опека взрослых ослабевает в связи с надеждой скорого окончания рабочего дня, три друга Арик, Диня и Геня оседлали своих двухколесных коней, обгоняя друг друга, позвякивая велосипедными звонками помчались по улице.

– Эй, мальцы, – сердито выкрикнул пожилой продавец лимонада и мороженого, – ну-ка подойдите ко мне. – Он заметил мальчишек издалека и своим громким голосом смог их остановить.

– Что дед, Степан? – Спросил Геня, первым подъехавший к мобильной торговой точке. – Почему тебя тетя Рая опять запрягла в торговлю? – Дед Степан посмотрел на подоспевших друзей, побросавших велики рядом с палаткой.

– Это большая коммерческая тайна, – усмехнулся старик, наполняя три стакана освежающим дюшесом. – Куда же так вы разогнались, выпейте лимонада пока Райки нет. Ваши глаза выдают стремление, а направление движения говорит, что вы явно что-то задумали.

Мальчишки с благодарностью приняли из рук деда Степана прохладный сладкий газированный напиток. Денис вернул стакан, старательно вытер губы руками и смахнул пот со лба.

– Мы, дед Степан, в пьяный лес собрались не просто так, а с научной экспедицией, – тайна слетела с губ мальчика.

– Вот как, – нахмурился старый продавец и только сейчас заметил за спинами друзей рюкзаки. – Собрались, подумать только? Место для игр вы выбрали неудачное, говорят там люди пропадают. Может передумаете и покатаетесь на своих велосипедах вдоль набережной?

– Нет, дед Степан! – Решительно произнес Аркадий, он недовольно взглянул на друга, что тот разболтал их тайну первому встречному, потом вновь посмотрел на старика. – А ты можешь нам рассказать почему лес прозвали пьяный и кто там за ручьем возле горы дом построил.

Степан Фомич решил уж было попугать мальчишек дабы отвадить их от желания посещать это нехорошее место, но собралась группа отдыхающих, возжелавших утолить жажду или охладить свой организм мороженным. Трое малолетних друзей терпеливо ждали, когда дед Степан освободиться.

– Когда я был мальцом, как вы ребята сейчас, старики поговаривали, что в небольшой избушке в лесу живет старая колдунья, – принялся излагать продавец лимонада, – помню моя бабушка рассказывала страшную историю.

– Дед Степан, мы любим страшные истории! – Прищурился Арик, принимая из рук Степана Фомича очередную порцию газировки.

Мальчишки стояли возле палатки, в ожидании посматривая на старика, медленно тянули прохладный лимонад. Охладиться в жару подходили и взрослые люди, направляющиеся к пляжу.

***

Дед Степан рассказывает детям страшную историю. 

На округлой поляне среди подступившего леса в крохотной избушке, построенной неизвестно кем и когда жила старуха знахарка с внучкой. Почему поселились эти две женщины посреди леса и откуда они прибыли никому не ведомо, только на протяжении многих лет старуха, называемая ведьмой в ближайшем поселении, сушила травы, делала настойки на кореньях, да врачевала деревенских жителей. Местные, хоть и с опаской относились к старухе и даже называли ее ведьмой, за врачевание и снадобья рассчитывались молоком, хлебом, когда и домашней птицей. Так проходил один год за другим, жизнь у старухи с внучкой протекала неспешно, не в достатке, но все же не голодная.

В те годы на эти земли прибыл молодой офицер, из-за ранения решивший оставить воинскую службу, и возжелавший построить себе имение на берегу моря. Все свободное время пришлый проводил то в обустройстве своего дома, то занимался садом, устав от забот, созывал местную знать на вечера. Прознав о расточительстве молодого офицера, одни сплетники распускали слухи о его высокородном происхождении, другие с уверенностью называли приезжего внебрачным сыном самого великого князя, третьи судачили об его отце, богатом землевладельце из Малороссии.

Однажды, один из светских раутов затянулся до позднего вечера, местные барышни с матронами покидали дом щедрого хозяина со словами благодарности. Организатор вечера предложил оставшимся мужчинам перейти из бального зала в гостиную, где завел разговор об увлечениях. Друзья наперебой принялись излагать о своих пристрастиях, только один мужчина, постоянный участник попоек и раутов молчал, но черные блестящие маслом глаза свидетельствовали о терпеливом ожидании.

Спор между друзьями об их времяпрепровождении затих сам по себе, хозяину вечера все предложения показались скучными, так как не было в них никакой радости и задора. Попойки стали набивать оскомину, от скачек верхом пришлось отказаться из-за ранения, рыбную ловлю он считал увлечением ничтожным для господ, а будучи сухопутным офицером море он любил, только находясь на берегу без болтанки на яхте. Единственное слово "охота", произнесенное его новым молчаливым другом в тишине, взбудоражило воображение офицера, он мысленно представил звук ружейного выстрела, что даже почувствовал привкус порохового дыма.

Вся компания возбудилась от завтрашней охоты, каждый участник счел необходимым высказаться об оружии, предстоящих трофеях, что вызвало в гостиной излишний шум. Хозяину с трудом удалось утихомирить новых друзей. Договорившись о завтрашней утренней охоте, все присутствующие с добрыми намерениями покинули дом радушного хозяина. По утру к опушке леса съехались участники вечернего сборища, кто на открытых или закрытых с кожаным верхом бричках, кто в компании друзей на экипажах с рессорной подвеской.

Сам знатный офицер прибыл на карете, похожей на массивный дормез. Он с помощью слуги выбрался на открытый воздух, вдохнул ароматы леса и с гордым видом осмотрел присутствующих. Из своего кабриолета выпрыгнул щеголеватый охотник, подскочил к знатной персоне и, указав на егерей, сдерживающих собак, принялся нахваливать свой псарный двор. Рассыпаясь в любезностях, он поведал офицеру о порядке псовой охоты, указывая то на борзых для охоты на волка, то на гончих для травли зайцев.

Когда подготовка к охоте завершилась, участники были расставлены по номерам, один из егерей протрубил, и собачья свора кинулась через лес выгонять зверя.  Старуха с внучкой в это время на небольшой поляне, свободной от поваленных деревьев, собирала травы и коренья. Этим двум бедным женщинам не было никакого дела до игрищ помещиков. Девушку с поляны в лес привлек аромат цветов, от кромки поляны она сама не заметила, как все дальше и дальше уходила от бабушки. Старушка была уверена в своей внучке, она прекрасно ориентировалась в лесу и не могла заблудиться.

Возбужденный тайными звуками леса, офицер аккуратно ступал на ярко-зеленый мох, пробирался через сухостой, перелазил через поваленные бурей стволы деревьев. Он посматривал по сторонам, видел мелькавших на отдалении справа и слева друзей по вчерашней попойке, осторожно шел вперед на собачий лай. Девушка заметила кусты дикой малины и с радостью принялась собирать алые ароматные ягоды в свое лукошко. Она то приседала, то тянулась, чтобы собрать самые спелые ягоды, лай собак вдалеке ее абсолютно не беспокоил.

Вскоре лукошко наполнилось и внучка в нетерпении похвалы бабушки, принялась с наслаждением поглощать дыры леса прямо с куста. Офицер в ста метрах перед собой увидел, как сотрясаются ветви кустарников, подобравшись чуть ближе расслышал негромкое сопение. Где-то рядом за кустами вырвавшаяся вперед гончая разразилась громким лаем, звук отражался от деревьев и не позволял определить точное направление выстрела. Кто-то впереди ступал, потрескивали сухие ветви, а кустарник сильно затрясся.

Офицер быстро вскинул ружье и выстрелил через кусты, ломая ветви чье-то тело упало на землю, а справа на охотника выскочил заяц. Маленький зверь замер, увидев человека словно с укоризной предложил: «Ну что же ты, стреляй!» и попетлял между деревьями. Через полминуты к охотнику выскочила с громким лаем собака, но преследовать зайца не стала. Гончая обежала человека, медленно подкралась к кустарнику, легла на землю и протяжно, по-волчьи заскулила.

***

Заинтригованные историей деда Степана, друзья отправляются в пьяный лес и на поиски колдуна.

Старик замолчал, посматривая на мальчишек, принялся обслуживать людей, тяжело дышащих от дневной жары. Он словно забыл, что не рассказал легенду до ее логического завершения. Пожилой мужчина налил себе в стакан минеральной воды, весело подмигнул мальцам.

– Дед Степан, это все? – Удивился Арик.

– А что, ребята, – не понял старик, – еще лимонада хотите?

– Мы хотим продолжения истории, дед Степан? – Попросил Геня.

– Какой еще истории, – запыхтел пожилой мужчина, – видишь какая очередь собралась, все пить хотят.

– Дед Степан, ты нам про пьяный лес рассказывал, про офицера, как тот выстрелил по кустарнику. – Решил напомнить Диня. – Чем все закончилось?

– Дак эту историю мне в детстве бабушка рассказывала, я уж не помню ничего, совсем старый стал. – Степан всплеснул руками и задумался. – Офицер тот случайно на охоте девушку подстрелил, старая ведьма прокляла лес, что одни стволы деревьев наклонились, другие изогнулись, были даже в виде округлых и овальных петель.

– А что с самим офицером произошло? – Подал голос Арик.

– Говорили сгинул он, как и что с ним стало никому неведомо. – Старик снова принялся за работу в своей палатке и, словно вспомнив что-то, попросил. – Вам, мальчишки, в этот лес не нужно ходить, проклятое это место.

Денис фыркнул на последние слова деда Степана, подхватил свой велосипед и первым отъехал от палатки с прохладительными напитками. Аркадий и Гена помчались на своих великах за другом. На протяжении часа они уверенно крутили педали, там, где асфальтированная дорога брала направо и через пятьдесят метров переходила в укатанный щебень, друзья свернули налево и выехали на проселок. Чтобы не поднимать пыль и не прыгать по засохшим земляным кочкам, мальчишки помчались по мягкой траве в направлении ручья.

Несмотря на лето, ручей представлял из себя бурный поток, усыпанный камнями разного размера. Побросав велосипеды на маленькой овальной поляне, осмотрев два толстых ствола, переброшенных с одного берега на другой, дети уселись на траву, чтобы унять сердцебиение после быстрой гонки.

– По этим стволам так страшно переходить через ручей. – Печально вздохнул Гена. – Смотрите какая высота, все пять метров будет.

– А внизу вода так и кипит! – Рассмеялся Денис. – Ты еще скажи, что поверил сказкам деда Степана.

– Моя бабушка говорила, что в лесу чудище живет. – Тихо вымолвил Гена.

– Дениска, мы уже выросли из бабушкиных сказок. – Рассердился Арик. – Все хватит рассиживаться, пошли через ручей.

Аркадий первым поднялся с травы, бросил взгляд на свой велосипед и через несколько минут уже оказался на другом берегу. Денис последовал за другом, медленно переставлял ноги по гладким стволам сосен, служащих мостом. Он старался не смотреть вниз на бурлящую воду. Ему оставалось сделать последние шаги, Аркадий подал руку другу.

– Генка, ты так и будешь на траве лежать? – Сердито спросил Денис. – Сколько тебя можно ждать?

– Ребята, мне страшно. – Заныл Геннадий. – Я посижу на траве и поеду обратно домой. Вы посмотрите, как позади вас деревья закручены. Вдруг там старая колдунья ждет, чтобы мы пришли. – В глазах мальчика застыл неподдельный испуг.

– Что поделаешь, если ты боишься. – Спокойно констатировал Арик. – Мы пойдем дальше, а ты, Генка, нас не жди, поезжай лучше домой.

Гена поднялся с травы и долго наблюдал за спинами друзей, пока они не исчезли среди деревьев. Арик поправил рюкзачок на плечах, что не оставил на поляне вместе с велосипедом и обернулся на своего друга. Через четверть часа они вышли на поляну, где стояла покосившаяся черная изба с провалившейся крышей. Разглядывая древнее строение, обменялись мнением, что в лесу уже никто давно не живет и смело двинулись дальше через лес. Какое-то время ребята шли по тропе, протоптанной неизвестными зверями, на ходу срывали ароматную землянику.

Вскоре лес стал расступаться, а через десять минут медленной ходьбы, остался позади. Слева и справа им попадались отдельные сосны, а вдалеке темнела гора, трава под ногами показалась такой мягкой, что решили опуститься на нее. Скинув рюкзаки, они улеглись на шелковистую траву и зажмурившись наблюдали за одинокими облаками на высоком голубом небосводе.

– Давай двинемся дальше! – Решил Денис, когда их нега затянулась.

– Может перекусим? – Предложил Аркадий, не дожидаясь согласия друга достал из рюкзака сверток с бутербродами и фляжку с водой.

Усевшись на травяной ковер, Дениска предложил другу пирожок, испеченный бабушкой, а сам потянулся за бутербродом с колбасой и листом салата. Посматривая в сторону высокой каменистой горы и ее раздваивающейся части, где был построен дом странного человека, дети торопливо поглощали простую снедь. Дениска наклонил голову набок словно увидел что-то странное в строении впереди, из рук Арика взял фляжку и без удовольствия утолил жажду водой, успевшей нагреться за время их похода.

– Арик, как ты считаешь, – завел разговор Денис с другом, когда они зашагали дальше, – этот Клеонский правда вампир, как говорят в городе.

– Моя мама сказала, что он обычный человек, хотя и очень богатый. – Выдал свое мнение Аркадий.

– Если бы он был обычным человеком, – Денис, идущий первым, остановился, желая посмотреть в глаза спутнику, – то зачем бы он построил дом в горе. Люди селятся поближе к друг другу, а он один на несколько километров.

– Я могу допустить, что Клеонский колдун! – Рассмеялся Аркадий.

– Как та бабка – ведьма из истории деда Степана? – Веселье перешло и на Дениса.

– Лучше давай решим, что будем делать, когда дойдем до его дома. – Предложил Арик.

– Когда дойдем, предлагаю осмотреть его дом. – Подумал вслух Дениска. – В городе взрослые болтают, что Клеонскому на побережье принадлежат все санатории, гостиницы и кафе.

– Пока еще рабочее время, он должен следить за своими санаториями, – поддержал друга Арик, – значит, его в доме нет, мы заберемся внутрь и все осмотрим.

– Если Клеонский хранит кровь в холодильнике, значит он вампир. – Сделал вывод Дениска.

– А если высушенные черепа и древние книжки, то он, по-твоему, колдун чернокнижник. – Арик недовольно покачал головой. – Чушь какая-то, скорее всего он устал от людей или построил дом в этом месте первым и скоро эту гору взорвут и застроят все кругом.

Мальчишки не заметили, как за разговором добрались до одинокого дома странного человека. Правая сторона горы, издалека выглядевшая как раскрытая книга, представляла собой отвесную стену высотой более тридцати метров. Когда мальчишки оказались в непосредственной близости, то смогли хорошо рассмотреть левую сторону, развернутую от правой почти на прямой угол. За счет выдвинутой вперед в виде ступени, левой стороны природа сформировала крышу, а человеку для того, чтобы вписать дом в пейзаж, оставалось пристроить две стены из камня и защититься от осадков сверху.

Спереди дом в виде широкой дуги закрывал невысокий забор, Денис ловко без шума открыл калитку, подвешенную на хорошо смазанных петлях. Легкой тенью во двор скользнул Аркадий. Ребята осмотрели примыкающую к дому территорию, пушистые ели, посаженные слева и справа от входа, деревянный стол с двумя скамьями, подергали запертые ворота гаража или сарая и в волнении остановились перед крыльцом.

Входная дверь была закрыта на врезной замок, а окно, рядом с левой скамейкой стола, оказалось на удивление приоткрытым. Дениска с Ариком развернули скамейку, забрались на нее ногами, облокотившись на широкий подоконник окна, долго вслушивались, пытаясь расслышать какие-нибудь шумы в доме. Аркадию показалось, в отсутствие хозяина дом, спит, как опасный дракон может издавать тихое урчание во сне, но все слышимые звуки имели природное происхождение, раздаваясь откуда-то сверху с горы.

– Давай заберемся в дом, – тихо прошептал Дениска, распахнул полностью створку и отодвинул занавеску.

– Внутри комнаты в темноте что-то блеснуло, – также шепотом сообщил Арик.

– Не бойся это блики от оконных стекол, может в комнате есть сервант, – Денис влажными губами защекотал ухо друга. – Сейчас залезем, все осмотрим и только тогда отправимся в обратный путь.

– Ладно, давай только осторожно, – согласился тихим голосом Арик, подтягиваясь повыше, он раскрыл створку окна со своей стороны что-то толкнул.

В давящей на психику мальчишек тишине, с громким грохотом на пол комнаты что-то упало с окна. Дениска замер, забравшись одним коленом на подоконник, а Аркадий в ужасе повис на животе, чуть-чуть доставая ногами до скамьи. Когда вновь воцарилась тишина мальчишки все еще оставались в прежних позах, выждав минуту они с опаской посмотрели друг на друга. Из глубины дома раздались тихие шаги, прошло несколько секунд, в темной комнате, плохо освещенной дневным светом через окно, включилась люстра. На детей накатила волна оцепенения, Клеонский подошел к окну и с широкой улыбкой посмотрел на ребят.

– Я всегда рад встретить гостей, пусть они даже перепутали дверь с окном.

– Добродушно выговорил хозяин.

Дениска закричал, восприняв со страха доброжелательную улыбку за злой оскал, не прекращая вопить он спустился из окна дома во двор, распахнул калитку и понесся прочь от страшного дома.

– Что же ты, мой друг, не кричишь? – Удивился мужчина. – Ты не боишься меня?

– Боюсь. – Согласился Аркадий. – Вы меня не съедите и не заколдуете?

– Я слышал, что кто-то обо мне в городе распространяет небылицы, но подобное до моих ушей не долетало. – Рассмеялся мужчина. – Так что же не убегаешь? – Снова спросил хозяин дома.

– Теперь я больше боюсь, что меня мама будет ругать, – объяснил мальчик, – если я дернусь, то порву рубашку, так как я за что-то зацепился.

– Я тебе помогу, – пообещал Клеонский, – только не нужно меня бояться. – Мужчина аккуратно освободил ткань рубашки от гвоздя и затащил ребенка в комнату. – Я почти уверен, что тебя зовут Аркадий. – Он предложил присесть на диван, установленный возле противоположной от окна стены, а на разбитый цветочный горшок не обратил никакого внимания.

– Откуда вы меня знаете? – Оторопел Арик.

– Я в городе самый известный человек, – улыбнулся Клеонский, поэтому должен знать всех людей кто мне интересен.

– А как вас звать? – Решил спросить Аркадий.

– Георгий Максимович Клеонский, – назвал себя хозяин дома.

– Значит, я могу вас называть дядя Георгий. – Определился мальчик.

– Нет, так не пойдет. – Клеонский задумался на несколько секунд, словно сговариваясь сам с собой, затем решительно заговорил. – Я уже давно люблю твою мать, после твоего рождения мне пришлось уехать на несколько лет, так как злые люди желали моей смерти. Теперь я опять живу в нашем с тобой городе, когда с врагами удалось разобраться, мне следовало давно прийти к вам домой и сообщить, что я твой отец.

Арик две минуты сидел без движения, не отрывая своих глаз от мужчины, назвавшегося его отцом. Тело мальчика дернулось, вскоре он обнимал своего отца за шею с гордостью произнес: «Я так долго ждал тебя, папа!». Волнение от встречи с сыном испытывал и сам Георгий Максимович, он выпустил его из объятий, поставил на пол и предложил осмотреть дом. Арика удивили высокие конические потолки с естественным освещением, свет проникал в комнаты через узкие щели, прорезанные в горном склоне.

Пройдя через все комнаты дома, встроенного в гору, Клеонский распахнул дверь, открывающую доступ к морю. Вместе с сыном мужчина спустился по ступенькам и перед ними открылся небольшой пляж, окруженный в виде каре горой. До кромки моря вела дорожка, выложенная из темных проморенных досок. Арик с восхищением не мог оторвать взгляда от накатывающих на песок волн, пауза в его общении с отцом затянулась.