Текст книги "Чужие интриги"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chuzhie-intrigi-100326.jpg)
Автор книги: Сандра Браун
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– Вот когда застукают, и бригада «Шестьдесят минут» запишет все на видео, а Майк Уоллес[4]4
Майк Уоллес – ветеран американской тележурналистики, ведущий игровых шоу и медиапроектов.
[Закрыть] растрезвонит об этом на весь мир, тогда и поговорим. А пока это просто грязные слухи.
– Ну, миссис Меррит наверняка знает правду.
– Естественно, знает. Но она будет по-прежнему улыбаться и делать вид, что понятия ни о чем не имеет, как это делали жены всех политиков со дня сотворения мира.
– Знаешь, я почти уверена, что поводом стала ярость отвергнутой женщины.
Дэйли задумчиво пожевал нижнюю губу.
– Барри, эта передача привлекла к тебе внимание коллег по цеху. Заметь – благожелательное внимание, – подчеркнул он.
– Если мне и суждено оказаться в центре внимания, то не благодаря ей.
– Ты уверена? Передача имела большой успех, настолько, что заставила всех забыть о твоем ляпе с судьей Грином, и в очередной раз доказала, насколько ошиблись те, кто поспешил списать тебя со счетов. Да, ты заслужила сладкую конфетку, но не жадничай. Уверена, что не пытаешься высосать из пальца невероятную историю, лишь бы привлечь к себе внимание? Может, ты просто пытаешься воспользоваться этим, как возможностью вырваться из толпы посредственностей и заявить о себе?
Барри уже открыла было рот, чтобы ответить возмущенным и решительным «нет», но передумала. Неужели она подтасовывает факты ради собственных целей? Может ли быть, чтобы профессиональные амбиции повлияли на ее объективность? Или, что еще хуже, у нее появилась привычка хвататься за непроверенную версию ради того, чтобы поведать публике очередную сенсацию?
– Нет, конечно. Я стараюсь быть объективной – просто пытаюсь увидеть ситуацию под разным углом. Женщина потеряла ребенка. Поверь, я всей душой сочувствую несчастной матери. Мы считаем ее жертвой безжалостной судьбы, а она может быть жертвой необъяснимой злобы, которая и толкнула ее совершить худшее преступление из всех, которые только можно представить. Возможно такое? Вот это и не дает мне покоя.
– Вся эта история дурно пахла с самого начала. Почему она позвонила и пригласила меня на кофе? Насколько мне известно, ни один журналист никогда не удостаивался подобной чести. Во время разговора она все время ерзала, говорила полунамеками… как будто хотела о чем-то сообщить, но не могла сказать прямо. Например, признаться в убийстве.
– Будь это другая женщина, а не первая леди, я бы не стала ждать так долго, а сразу бы приступила к расследованию. Я считаю, что просто обязана копнуть глубже. И как бы высокопарно это ни звучало, я уверена, что выполняю свой гражданский долг.
– Ладно, – кивнул Дэйли. – У меня только один вопрос.
– Валяй.
– Какого черта ты все еще тут сидишь?
Глава 6
После недели проверок различных версий, которые неизменно оканчивались тупиком, Барри слегка поостыла. Все попытки выяснить, что же кроется за таинственной смертью маленького Роберта Раштона Меррита, не принесли ничего, кроме усталости и разочарования. Она проверила каждую теорию, которая пришла в голову им с Дэйли, но все они оказались ошибочными. Она оказалась в заколдованном кругу: история требовала всестороннего расследования, но это неизбежно привело бы к огласке, что вызвало бы шум в прессе.
Что еще хуже, простата Хови, похоже, опять взбунтовалась – естественно, он не упустил возможности посвятить Барри во все неприятные подробности – в итоге ее босс ходил мрачный, как туча, и ко всему придирался. Он злился, поскольку ее передача имела невероятный успех, завидовал свалившейся на Барри славе, спихивал ей задания, от которых отказывались другие репортеры, после чего пускал ее репортажи в эфир в самое неподходящее время. Барри старалась его не раздражать – не прекословила и все материалы сдавала точно в срок, чтобы оставалось время заняться тайной, не дававшей ей покоя уже который день.
Одна мысль о том, что первая леди могла убить собственного ребенка, казалась изменой родине. А кстати, как в наши дни наказывают за измену? Вешают на глазах разъяренной толпы? Или просто вызывают расстрельную команду?
Вскоре Барри стала опасаться, что это не у Ванессы Меррит, а у нее самой началось психическое расстройство. Ей слышались какие-то голоса, она пыталась найти скрытый смысл в ничего не значащих событиях. Она понимала, что нужно как можно скорее покончить со всеми этими глупостями и сосредоточиться на заданиях, которыми исправно снабжал ее Хови, – ведь ее звезда, которая взошла после выхода в эфир той передачи, могла неожиданно погаснуть и превратиться в «черную дыру», способную поглотить и ее карьеру, и ее саму заодно.
Но Барри не привыкла сдаваться. И потом, если бы после пары провалов Бернстайн и Вудворт сложили руки, как бы мир узнал об Уотергейтском скандале?
Она сидела в своем крошечном офисе и изучала заметки в поисках хоть какой-то ниточки, которая помогла бы ей размотать этот клубок, когда к ней заглянул редактор вечернего выпуска новостей.
– Привет, Барри. Уже подготовила сегодняшний репортаж?
– А в чем дело?
– Какие-то неполадки со звуком, помехи, шум и все такое. Хови настаивает на прямом эфире.
Барри машинально скосила глаза на настенные часы. До эфира оставалось всего восемь минут.
– На тот случай, если ты не заметил… после сегодняшней записи я была настолько вымотана, что пошла принять душ. У меня голова еще мокрая.
– Н-да… а твой макияж… – Его жест ясно доказывал, что зрелище достаточно плачевное. – Но либо прямой эфир, либо снимаем твой репортаж и ставим что-то другое. Хови говорит, что ты восходящая звезда, так что для тебя это отличный шанс.
– Не могу сказать, что я в восторге, – вздохнула Барри, – но ради мира и спокойствия в редакции я это сделаю. – Барри потянулась за сумочкой. – Если кто-то будет меня искать, я в дамской комнате.
– Ладно, будем молиться, чтобы чудо произошло! – крикнул ей вслед просиявший редактор.
После выпуска новостей Барри снова вернулась за стол и проверила записи об оставленных сообщениях. Одно было от старого знакомого, какого-то чудика, утверждавшего, что создатели известного слабительного рисуют на таблетках магический шестиугольник, в результате чего у него появился хронический запор. Он взял за правило регулярно названивать Барри. Звонила еще одна чокнутая, на этот раз незнакомая, назвавшаяся Шарлин, – судя по всему, исключительно для того, чтобы обругать Барри за тупость. Интерес представляло только одно сообщение, от Анны Чен, ее надежного источника в больнице округа. Барри схватилась за телефон.
– Анна?
– Привет. – Голос Анны звучал приглушенно, почти испуганно. Барри заметила, что та избегает называть ее по имени, хотя, конечно, догадалась, кто звонит. Барри машинально потянулась за карандашом и блокнотом.
– То, о чем мы говорили пару дней назад… – прошептала Анна в трубку. – Помнишь?
– Само собой.
– Я не нашла копию, о которой ты спрашивала.
– Ясно. – Барри молчала, догадываясь, что это еще не все.
– Процедуру вообще не делали.
Барри поперхнулась.
– Не проводили вскрытие? Разве это не обязательно, особенно, когда смерть происходит при загадочных обстоятельствах?
– Да, обычно так и бывает. Но в данном случае лечащий врач заявил, что процедура не требуется, отдал соответствующее распоряжение, и вскрытие отменили.
Доктор Аллан, личный врач президентской четы, приказал не проводить вскрытие? Барри с такой силой сжала карандаш, что сломала грифель.
– Ты уверена? – переспросила она.
– Послушай, мне нужно идти.
– Еще пара вопросов! – взмолилась Барри.
– Извини.
Анна Чен бросила трубку. Барри сгребла со стола записи, затолкала их в сумку, схватила плащ и зонтик и пулей вылетела из комнаты.
* * *
Естественно, она не рассчитывала, что Анна Чен станет дожидаться ее в офисе. И все-таки расстроилась, наткнувшись на запертую дверь и убедившись, что нигде не горит свет. Вернувшись в машину, она вытащила мобильник.
– У тебя есть телефонный справочник? – нетерпеливо бросила она, услышав в трубке голос Дэйли.
– И тебе добрый вечер, – хмыкнул он.
– Извини, мне сейчас не до учтивостей.
– Вашингтон с пригородами? – деловито спросил Дэйли, сообразив, что Барри торопится.
– Да, начни отсюда. Ищи женщину по имени Анна Чен. Ч-е-н.
– Кто она такая?
– Не могу сказать.
– Ясно. Информатор. И в чем дело?
– Долгая история. Не по телефону.
– Видел тебя вчера в новостях, – пробормотал он. Барри слышала в трубке шорох переворачиваемых страниц.
– Да? И как я тебе?
– Бывало и хуже.
– Неужели так плохо? Ну, и как там у нас с Ченами?
– Ни одной Анны, но есть некто «А. Чен». Устраивает?
– Похоже, это она. Продиктуй мне ее адрес и телефон.
Секретарша окружной больницы проживала в недавно отремонтированном здании в Адамс Морган, одном из пригородов столицы, население которого представляло собой причудливую смесь самых разных национальностей. Лифта в доме не было, и к тому времени, как Барри вскарабкалась на третий этаж, она уже пыхтела, как паровоз. Чтобы не дать Анне возможность уклониться от разговора, она благоразумно не стала звонить заранее и предупреждать о своем приходе. Подкравшись на цыпочках, она приложила ухо к двери и прислушалась – в квартире работал телевизор. Барри успокоилась – Анна была дома.
Барри позвонила. Звук работающего телевизора стал тише. Послышались приближающиеся шаги, и Барри догадалась, что ее разглядывают в дверной глазок.
– Анна, пожалуйста, открой. Нам нужно поговорить.
Прошла, казалось, целая вечность. Наконец, когда Барри уже стала терять терпение, она услышала звяканье цепочки, и дверь чуть-чуть приоткрылась. В образовавшейся узенькой щели мелькнуло испуганное лицо Анны.
– Что вы здесь делаете? Вам нельзя сюда приходить!
– Ну, раз уж я все равно здесь, можно мне войти?
– Что вы хотите?
– И вы еще спрашиваете? Хочу узнать, почему не было вскрытия.
– Я закрываю дверь! И не приходите больше сюда!
– Анна! – Барри проворно просунула ногу в щель. – Послушай, я ничего не понимаю. Позвонила, вывалила на меня такую новость, а теперь вдруг говоришь, что не…
– Я не понимаю, о чем вы говорите!
Но Барри была неумолима.
– Анна, что происходит? Ничего не понимаю… – И вдруг до нее дошло. В прекрасных, миндалевидных глазах Анны мелькнул ужас.
– Тебе приказали не разговаривать со мной? – понизив голос, прошептала Барри.
– Прошу вас, уходите! – взмолилась Анна.
– Скажи, я угадала? Кто-то велел тебе держать язык за зубами? Тебе угрожали? Кто? Больничное начальство? Кто-то из офиса судмедэкспертизы? Или доктор Аллан? – Стараясь не повышать голоса, Барри продолжала настаивать: – Твое имя нигде не будет фигурировать, обещаю! Просто кивни, если я права. Это доктор Аллан дал распоряжение не проводить вскрытие? И он действовал по приказу самого президента, я угадала?
Насмерть перепуганная женщина предприняла еще одну отчаянную попытку захлопнуть дверь, прищемив Барри ногу, но та решила стоять насмерть.
– Анна, прошу тебя, расскажи мне все, что ты знаешь.
– Я ничего не знаю! Уходите, прошу вас! Оставьте меня в покое!
Юная азиатка налегла на дверь всей тяжестью своего щупленького тела. Барри поспешно убрала ногу. И вот она уже стоит в холле, тупо разглядывая дверь и гадая, кто же мог до такой степени запугать Анну. И, самое главное, почему?
* * *
Ванесса Меррит выключила телевизор. Бездумно щелкая пультом, она случайно наткнулась на вечерние новости с Барри Тревис. Боже мой, устало подумала она, глупая журналистка, похоже, не поняла ее намек. Впрочем, может, оно даже к лучшему, решила она.
В глубине души Ванесса совсем не хотела, чтобы ее тайна выплыла на свет – просто не знала, надолго ли ее хватит. Иногда ей казалось, что эта тайна постепенно ее убивает.
Ванесса налила себе еще бокал вина – хотя пить ей было запрещено. Да пошли они все к черту – и доктор, и ее отец, и уж тем более муж! Откуда им знать, что ей нужно, а что нет? Они просто сговорились против нее. Они…
Мысль исчезла прежде, чем Ванесса успела додумать ее до конца. Такое случалось все чаще и чаще. Ванессе все труднее было сосредоточиться на чем-то – одну мысль тут же сменяла другая.
О чем же она думала?
Ах да, о ребенке. Впрочем, как всегда. Но ведь было же что-то еще…
Взгляд Ванессы задержался на телевизоре, и она вспомнила. Ну, конечно, Барри Тревис. Тупая сучка. Что нужно сделать, чтобы до нее наконец дошло? Неужели она не поняла намек? Или поняла, но испугалась? Что за этим прячется – страх или просто глупость? Впрочем, без разницы. С этой стороны помощи ждать не приходится.
А она-то гордилась собой, считала себя очень умной – мысль использовать эту репортершу впервые закралась ей в голову, когда она увидела Барри на недавнем приеме, который устроили на восточной лужайке Белого дома. В конце концов, разве не мисс Тревис поведала миру о «смерти» члена Верховного суда судьи Грина? И не она ли в свое время задала на пресс-конференции тот идиотский вопрос, от которого зал взорвался хохотом?
Недостаток доверия со стороны коллег делал Барри Тревис идеальным орудием в руках Ванессы. Достаточно пары осторожных намеков, и недалекая репортерша, которой страшно хочется прославиться, примется задавать вопросы, которые на первый взгляд могут показаться глупыми, но те, у кого есть голова на плечах, мигом почуют, что дело неладно, и кинутся искать ответы. Использовать для этой цели кого-то из серьезных журналистов значило подвергать себя риску. А так, даже если ее тайна и выплывет на свет, то сама Ванесса при этом останется в стороне.
Во всяком случае, она на это надеялась. И, похоже, просчиталась, когда решила использовать для этой цели Барри Тревис. Репортерша оказалась не только безответственной, но и попросту бестолковой.
И что теперь делать?
По привычке Ванесса потянулась за телефоном.
– Привет, папа.
– Привет, – услышала она в трубке голос сенатора. – А я как раз собирался тебе звонить. Ну, как ты?
– Прекрасно.
– Коротаете вечер дома?
– Дэвид произносит речь на съезде каких-то профсоюзов. Не помню, где он проходит.
– Хочешь, чтобы я приехал и составил тебе компанию?
– Нет, не нужно. Но все равно спасибо, – поспешно пробормотала Ванесса, мигом сообразив, что, увидев на столе вино, отец тут же поднимет крик.
– Милая, ты не должна оставаться одна.
– Дэвид сказал, что вернется вечером, правда, довольно поздно, но он пообещал меня разбудить.
В трубке повисло молчание. Ванесса могла бы поклясться, что отец недовольно хмурится.
– Может, тебе стоит посоветоваться со своим гинекологом – возможно, он сочтет нужным назначить тебе какие-то гормоны или что там следует принимать в таких случаях. – По мнению отца, причиной всех женских болячек являлся гормональный дисбаланс.
– Не боишься ранить самолюбие Джорджа? – хихикнула Ванесса.
– К черту Джорджа и его самолюбие! – рявкнул сенатор. – Речь идет о твоем здоровье! Нет, он, конечно, славный парень, и, вероятно, достаточно компетентен в таких вещах, как расстройство желудка или грипп. Но тебе нужен специалист. Может, сходишь к психологу? Или психоаналитику.
– Нет, папа. Ни к какому психологу я не пойду. Поверь мне, ситуация под контролем.
– Послушай, милая, смерть маленького Роберта стала для тебя страшным ударом.
Ванесса глотнула вина в надежде, что оно хоть немного заглушит боль утраты.
– Дэвиду это не понравится. Первая леди не может обратиться за помощью к психоаналитику.
– Почему бы не сделать это конфиденциально? И потом, у кого повернется язык осудить тебя, если ты обратишься за помощью, в которой отчаянно нуждаешься? Хочешь, я сам поговорю с Дэвидом?
– Нет!
– Ребенок…
– Прошу тебя, папа, не нужно. Дэвид будет беспокоиться. Я справлюсь с этим. Просто это займет чуть больше времени, чем мы думали.
Ванесса недаром была дочерью сенатора. Клитус Амбрюстер, политик до мозга костей, даже не заметил, как ловко его обвели вокруг пальца – к тому времени, как они распрощались, успокоенный сенатор дал дочери слово, что не станет разговаривать с Дэвидом о ее здоровье.
Проглотив таблетку валиума, Ванесса запила ее вином, после чего отправилась в ванную, переоделась в ночную рубашку, поверх которой накинула пеньюар. Обычно перед сном она просматривала письма, иногда писала ответы, но сегодня ей стоило немалого труда удержать ручку, и в конце концов она оставила эту затею. Забравшись в постель, она решила почитать новый бестселлер, о котором все только и говорили, но вскоре обнаружила, что ее глаза бездумно скользят по строчкам. Ванесса с удивлением поймала себя на том, что не помнит ни слова из прочитанного. Сдавшись, она собралась выключить свет, но неожиданно в дверь негромко постучали. Выбравшись из постели, Ванесса направилась к двери.
– Ванесса?
Она открыла дверь.
– Привет, Спенсер.
– Я вас разбудил?
– Нет, я читала. – Спенсер не переставал ее удивлять. Ванесса в замешательстве пригладила волосы. – Что ты хотел?
– Президент просил меня справиться, как вы.
– Вот как? – не скрывая сарказма, усмехнулась она. – В самом деле?
– Ему очень не хотелось оставлять вас одну сегодня вечером.
– И чем же нынешний вечер отличается от других?
Спенсер Мартин и ухом не повел. Чтобы вывести его из себя, одной насмешки было мало. Он был слишком умен, чтобы поддаться на провокацию. Недаром он прошел хорошую школу.
В администрации Никсона в свое время работал некий Гордон Лидди. У него на ладони был довольно заметный шрам – поговаривали, что он держал руку над огнем свечи, пока кожа не вздулась волдырями. Однако ему было далеко до Спенсера Мартина. Спенсер всегда и во всем оказывался прав – и это вселяло ужас. В глазах президента этому человеку не было цены.
– Могу я чем-то помочь? – вежливо – точнее, равнодушно – поинтересовался он.
– Чем именно? – с иронией спросила Ванесса.
– Чем угодно.
– Не стоит беспокоиться.
– Никакого беспокойства, уверяю вас. Как вы себя чувствуете?
– Прекрасно, черт возьми. А ты?
– Вы расстроены. Хотите, я позвоню доктору Аллану, попрошу его заехать?
– Мне не нужен доктор Аллан! – крикнула она. – Единственное, что мне нужно… – Ванесса глубоко вздохнула. – Единственное, что мне по-настоящему нужно, это чтобы хоть кто-нибудь вспомнил, что у меня был сын, а теперь он мертв!
– Мы все об этом помним, Ванесса, уверяю вас. Но для чего снова сыпать соль на рану? Какой смысл снова и снова терзать себя мыслью о том, что этот младенец…
– У него есть имя, мерзавец! – Шагнув к нему, Ванесса сгребла Спенсера за лацканы как всегда безупречного пиджака. – У вас с Дэвидом язык не поворачивается называть его по имени, верно? Совесть не позволяет, угадала? Ну, давай, попробуй! – Она сорвалась на крик. – Давай же!
В комнату ворвался агент службы безопасности.
– Мистер Мартин, что-то не так?
– Первая леди неважно себя чувствует, – невозмутимо объяснил тот. – Вызовите доктора Аллана.
Спенсер затолкал ее в спальню и плотно прикрыл дверь.
– Собираешься посадить меня под замок, да, Спенс?
– Вовсе нет. Хотите устроить бесплатный цирк на потеху прислуге? Тогда вперед, – невозмутимо бросил он, выразительно кивнув в сторону двери.
Помрачневшая Ванесса умолкла, потом направилась к столу и, с вызовом глянув на Мартина, налила себе вина. К тому времени, как приехал доктор Аллан, она уже прикончила целую бутылку.
– Джордж, она снова напилась, – предупредил Спенсер.
Доктор подошел, собираясь осмотреть ее, но Ванесса раздраженно отпихнула его.
– Послушайте, Ванесса, вам нельзя столько пить! Во всяком случае, пока вы принимаете таблетки.
Спенсер намекнул, что не помешало бы вколоть ей успокоительное – может, после этого она замолчит.
– Не стоит. Мне придется увеличить дозу, иначе оно не подействует.
– А мне плевать, что вы с ней сделаете! – В голосе Спенсера была сталь.
Ванесса закатала рукав.
– Давайте, колите ваш чертов наркотик! Потому что я могу забыться только когда сплю! А сейчас, как тонко заметил Спенсер, я не сплю, а всего лишь опьянела.
Лекарство как раз начало действовать, когда в спальню торопливыми шагами вошел Дэвид. По лицу было заметно, что он в бешенстве – видимо, ему уже успели донести о той сцене, которую она закатила в его отсутствие.
Плохо дело, господин президент, хотела сказать она. Но губы ее не слушались.
Стоя в изножье ее кровати, Дэвид, Спенсер и доктор Аллан негромко переговаривались. Видимо, совещались, как отучить ее от алкоголя, сонно подумала Ванесса. Последнее, что она услышала, прежде чем провалиться в сон, была брошенная Спенсером фраза:
– Мы не можем позволить, чтобы это продолжалось.
Интересно, что это значит? Жаль, что мысли путаются… Впрочем, так даже лучше. Когда незадолго до рассвета они снова заглянули в спальню, Ванесса крепко спала.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?