Читать книгу "90-е: Шоу должно продолжаться – 15"

Глава 7

«Чтобы выйти из зоны комфорта, нужно сначала туда войти», – со смешком подумал я, взгромождая на себя несколько разномастных сумок. Перрон Туапсе был чуть более «легковесным», чем аэропорт в Сочи. Ну, в том смысле, что тут тоже, конечно, были желающие нас поселить-приютить, но не было ощущения, что эти самые желающие готовы нас разорвать на части и устроить драку, прямо не отходя от кассы. Я лавировал между растерянными пассажирами и настойчивыми местными и уверенно пер вперед как танк. Предварительную разведку мы уже провели, дорогу до автовокзала изучили. На самом деле, было недалеко, конечно. Но не так удобно, как в том же Новокиневске. Где спустился с крыльца вокзала железнодорожного и – хоба! – ты на автовокзале. «Ангелочки» и остальные примкнувшие к нашему южному отпуску как-то поспевали за мной, но я следил не особо внимательно. Задача раз – дотащить вещи. А согнать всех в одну кучу – это уже задача два. Ну и Ева, конечно, помогала.

Я топал вперед, придерживая ремни и ручки.

– …а я в Ростове выхожу на перрон, типа проветриться, а там еще жарче!…

– …и спрашиваю, а что это за такие шары на деревьях? Это чьи-то гнезда? А мне говорят: «Это омела!» Прикиньте?

– …а тут проводница заходит и говорит: «А ну-ка быстро перестали шуметь, сейчас милицию вызову!», а Дюша, такой…

– …жрать хочу ужасно. А все спят, вчера же угомонились в три часа ночи…

– … смотрю, а там какая-то статуя огромная. Я соседку тихонько толкаю и говорю: «Ой, что это за такой монумент?» А она на меня тааак посмотрела и говорит: «Это Мамаев курган, молодой человек, такие вещи знать надо!» Ну мы когда подъехали поближе, я уже тогда понял…

– Это в Волгограде же?

– Ой, Ева, мы такие вкусные конфеты купили в Саратове! Я специально для тебя парочку припрятала…

– В Самаре же!

– Разве в Самаре? А мне показалось, что в Самаре продавали мочалки… Или наоборот было?

– …и тут эти малолетние бандерлоги устроили бег по полкам…

– …а я говорю, да мы только к друзьям зайти! А проводница встала, как краб и ни в какую!

– А на море мы пойдем? Хочу купаться немедленно!

Галдели на все голоса, конечно. Растрепанные, немного опухшие, раскрасневшиеся от жары. Никаких кондеров в поезде, разумеется, не было. Даже в СВ. Хотя в целом Кирюха с Бельфегором выглядели бодрее остальных. Судя по отрывочным пока что рассказам, девчонкам здорово не повезло с соседними купе. Буквально на следующей станции туда погрузилась целая компания из нескольких семей с детьми. Но дети были вполне нормальные такие, их было в общей сложности трое. И они из всех соседей были самые тихие. Две рассудительные девочки лет десяти и мальчик. Которые искали периодически акустического убежища, потому что старшие родственники отправившихся на отдых семейств то громогласно пьянствовали, то громогласно же скандалили. И затыкались на очень короткий промежуток времени где-то между четырьмя и девятью часами утра.

У Бориса имелись многозначительные ссадины на костяшках пальцев. Но подробностей появления этих отметин он сообщать не стал, отшутился, что, мол, фигня, бандитская пуля.

В общем, нормально домчали. Можно сказать, практически без приключений. Никого не потеряли, все здоровы, бодры и даже где-то веселы. Ну, со скидкой на жару и тяжеленные сумки-чемоданы.

В целом, по дороге до Геленджика нам повезло дважды. В кассе нам сообщили, что ближайший – только через три часа и четырнадцати билетов на него нет, и не надейтесь. А следующий – завтра утром. И пока я шел к нашим, прикидывая варианты наших дальнейших действий, взгляд мой натолкнулся на потрепанный жизнью Икарус, пункт назначения – Порт-Кавказ, промежуточный – Геленджик. Я тут же сменил траекторию, переговорил с водилой, выяснил, что отправляется он через полчаса. И вообще наполовину пустой. Так что…

Ну и второй момент удачи был в том, что как раз когда мы обсуждали животрепещущий вопрос «Куда, черт возьми, делся Астарот?!» как к автовокзалу подъехала приземистая серебристая иномарка, из которой первой выскочила Кристина и тут же бросилась обниматься к Еве и Наташе.

Погрузились. Забили своими вещами практически весь багажный отсек икаруса. Оккупировали всю заднюю часть автобуса. И погнали. Ну, то есть как, погнали? В принципе, чисто технически от Туапсе до Геленджика всего-то километров сто с чем-то. Но есть нюанс – эти самые километры весьма неровные. То вниз, то вверх, то перевал, то долина. Так автобус сначала медленно-медленно карабкался вверх, потом медленно-медленно сползал вниз. Впрочем, никого это особо не парило. Мои друзья спешили поделиться эмоциями, то прилипали к окнам, обалдело восклицая на открывающиеся виды на горы, облака и непривычные деревья вокруг.

Я подсел к Астароту. Было прямо-таки чертовски любопытно его послушать.

– Да смешно получилось, – не то смущенно, не то самодовольно развел руками Астарот. – Мы с Кристиной на вокзал пришли, ну, чтобы билеты купить. А там какое-то столпотворение. Реально, настоящий ад, вроде как «Ласковый май» приехал или еще кто-то в этом роде. К кассам не протолкнуться, машин вокруг стоят десятки, все сигналят, орут…

– Тихий ужас вообще! – Кристина прижала ладони к щекам. – Я сначала предложила вернуться обратно на ту же квартиру, но тут к нам подходит этот… как его… Блин, у него такое имя дурацкое, я так и не смогла запомнить.

– Варфоломей, ага, – засмеялся Астарот.

– Я его звала Ваней, он был не против, – махнула рукой Кристина.

– Короче, он нас срисовал, еще когда мы по улице шли, – продолжил Астарот. – Прикинь, он был на «Рок-Виски-Браво»! Подходит и говорит: «Ты же солист «Ангелов»?»

– О, это тебя здесь в Туапсе так опознали? – перегнулся через спинку сиденья Бельфегор.

– Да не, в Сочи, говорю же, – ответил Астарот. – Это когда мы в Туапсе пытались уехать.

– Погодите, я не понял! – подключился Бегемот. – Вы что, не вместе что ли были?

– Длинная история, – отмахнулся я. – Саня, ты давай дальше рассказывай!

– Да чо там уже рассказывать? – Астарот улыбнулся. Вот теперь стало понятно, что самодовольства в улыбке больше, чем смущения. – В общем, если помните, это была группа «Атас». Отсюда, кстати, из Сочи. Они в «Африке» выступали. А на «Рок-озеро» не остались.

– Боже, нас на такую виллу увезли, просто отпад! – сломала всю интригу Кристина. – Сказали, что раньше она была партийная, но потом она каким-то хитрым путем досталась тому мрачному типу, Пегасову…

– Он сказал, что на самом деле это дом отца, просто он сейчас в Москве и вообще редко сюда приезжает…

– Там дом прямо на берегу, представляете?!

Народ скучковался вокруг нас с Астаротом, все опять принялись галдеть.

– Так это вы купались, получается?

– А что, там концерт какой-то был?

– А что за машина такая?

– Слушайте, я что-то пропустила. А как вы вообще там оказались?

Астарот с Кристиной вразнобой на вопросы отвечали, и картинка постепенно сложилась. В общем, этот Варфоломей со своими музыкантами корыстно подружился с этим Пегасовым (называли этого человека исключительно по фамилии). А Пегасов этот – какой-то мажор, которому досталась невероятная совершенно жилплощадь чуть ли не с частным пляжем. Он там устроил настоящий шалман, притащил туда разномастных рокеров. Ну и как-то сами собой к тусовке прибились мелкие авторитетики. Вот как раз один такой Астарота с Кристиной подвез от Сочи до Туапсе на машине.

Еще я отметил, что Кирюху с Бельфегором подкалывают «буржуями» и немного на них дуются. Проводники СВ оказались настоящими драконицами, так что сходить в гости в особо комфортабельное купе никому не удалось. А сами «привилегированные» сначала тусили вместе со всеми то у девчонок в купе, то в плацкарте. А потом как-то перестали. Заперлись там у себя и не высовывались. Бельфегор на подколки обижался и доказывал, что они там как раз-таки делом занимались. А Кирюха делал загадочное лицо, но не торопился показывать новые песни. Впрочем, в автобусе все равно неудобно играть на гитаре. Так что всему свое время…

******

Я сел на лавочку под платаном и вытянул ноги. Рядом со мной тут же плюхнулся Бельфегор и заговорщически спросил:

– Слушай, а вот эти ягоды, которые похожи на как будто черную малину, но на дереве, они съедобные?

– Это шелковица, – отозвался я. – И они…

– В смысле – шелковица? – удивился Бельфегор. – Это типа червяки их жрут, чтобы шелк делать?

– …съедобные, – закончил мысль я. – А червяки, насколько я знаю, жрут не ягоды, а листья. Но это не точно. Но ягоды вкусные, точно тебе говорю.

– Не, что-то я теперь не уверен, – Бельфегор подозрительно прищурился. – А то наешься каких-нибудь ягод, а из тебя шелковая нитка начнет лезть.

– Ты так говоришь, будто это плохо, – лениво произнесла Наташа, тоже усаживаясь рядом с нами. – Прикинь, замотаешься ты в кокон, проспишь там три месяца, а потом – хоба! – и у тебя крылья.

– Брр, крылья в октябре… – Бельфегор поежился.

– Кстати, Велиал, – Наташа вытянула длинные тонкие ноги и блаженно улыбнулась. – Хочу вынести тебе огроменную благодарность!

– Это за что еще? – удивился я.

– За вот этот пионерлагерь для взрослых, – сказала она, обводя руками окружающее пространство. – Я боялась, что мы будем реально в палатках на берегу жить.

– До моря далеко топать только… – вздохнул Бельфегор.

– С рыбами в бассейне искупаешься, – огрызнулась Наташа.

– Мне, кстати, уже рассказали, что этот бассейн на самом деле бездонный колодец, – Бельфегор хихикнул. – И что если нырнуть с аквалангом, то вынырнешь в другом таком же, только в пустыне Атакама… Кстати, я забыл. Атакама – это же где-то в Америке, да?

– Ага, в южной, – кивнул я. – А тебе еще не рассказали про туннели, по которым в Индию можно попасть?

– Нет пока, – Бельфегор помотал головой. – А что, правда можно?

На пороге полукруглой «радуги»-бочки появилась Кристина. Она уже переоделась в ярко-красный купальник и вместо юбки повязала шелковый платок. Ее молочно-белая кожа здесь смотрелась еще более белой, практически светилась.

Нам выделилили две «бочки» и один двухкомнатный домик. Уединения при таком расселении ни одной из парочек не грозило – все кровати были целомудренно-односпальными. Кроме кроватей, никаких удобств в домиках не было. Ну да, свет еще включался. Умываться нужно было ходить в специальный домик с кучей раковин, в душ – в отдельное кирпичное-серое здание. В туалет – в другой отдельный домик. На душе имелось расписание горячей воды.

Мне было интересно. Я эту базу и узнавал, и нет. В последний мой сюда визит от ее гигантской территории остался жалкий огрызок, открытый кинотеатр был заколочен, остались только стены. Роскошное здание столовой оказалось в той части, которую «отожрали» коттеджи, от бассейна с рыбами осталась только круглая блямба. Его засыпали и сначала превратили в клумбу, а потом забили.

Но сейчас база еще была, можно сказать, в полных силах. В детстве я здесь не жил, только заходил пару-тройку раз. Тогда мне, разумеется, показалось, что «это что-то на очень богатом». На деле – нет, конечно. База была вполне бюджетной, безо всяких особых претензий на элитность. Сколько, получается, лет прошло с того года, как я был здесь ребенком? Меньше десяти же?

«Ангелочки» бродили туда-сюда, заходили друг к другу в гости, громко делились впечатлениями, показывали иногда найденные «артефакты». Лариска с деловитым видом и полотенцем прошествовала к желтому домику «умывальни».