Читать книгу "Заполярье 1944-1945. Война, повседневность, память"

В. С. Христофоров (Москва)
Процесс заключения перемирия между СССР и Финляндией в 1944 г.: видимые и тайные рычаги влияния в документах российских архивов

Аннотация: В статье с использованием уникальных документов российских государственных и ведомственных архивов, в том числе материалов советских специальных служб, рассматривается процесс подготовки переговоров и заключения перемирия между СССР и Финляндией. Детально исследуются советско-финские переговоры, проведенные в марте и сентябре 1944 г. Показана роль США и Швеции в выводе Финляндии из войны, тайные и видимые усилия дипломатов и политиков. Исследуется тактика ведения переговоров финской делегацией, имевшиеся противоречия на переговорах в Москве.

Ключевые слова: Советский Союз, Финляндия, Швеция, Германия, Великобритания, мирные переговоры, условия, соглашение.

Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны во второй половине 1943 г. существенно изменил положение на фронтах и заставил финских политиков задуматься о перемирии. 14 января 1944 г. началось наступление советских войск против германской группы армий «Север», в результате которого была окончательно ликвидирована блокада Ленинграда. Стратегическое положение на Карельском перешейке с точки зрения Финляндии стало угрожающим.

Документы российских государственных и ведомственных архивов свидетельствуют, что в 1944 г. активно использовались как официальные, так и тайные рычаги влияния с целью склонить Финляндию к выходу из войны. Наряду с дипломатами активную роль в этом процессе играли советские разведчики и контрразведчики, обеспечивая политическое руководство информацией о планах и намерениях как противников, так и союзников. Советская внешняя разведка получала разностороннюю информацию о положении в Финляндии. 15 января 1944 г. НКГБ СССР направил в ГКО, НКИД и НКВД записку о том, что финское правительство намерено продолжать войну с Советским Союзом, по крайней мере, до открытия союзниками второго фронта в Европе.

В Хельсинки рассчитывали на поддержку и покровительство Вашингтона и прислушивались к его советам[74]74
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 1. Л. 63–64.


[Закрыть]. В начале 1944 г. США потребовали от Финляндии начать мирные переговоры с Советским Союзом. Продолжалось и военное давление СССР. В феврале 1944 г. советские самолеты нанесли три бомбовых удара по финской территории. Столице Финляндии был нанесен существенный ущерб, разрушено много зданий, погибли 146 человек[75]75
  Юссила О., Хентиля С., Невакиви Ю. Политическая история Финляндии. М., 2010. С. 248.


[Закрыть].

Дипломатическое давление на Хельсинки со стороны Вашингтона и военные меры Москвы привели к тому, что в начале февраля 1944 г. финское правительство начало поиски путей к мирным переговорам. Из Хельсинки в Стокгольм для встречи с А. М. Коллонтай направился Ю. Паасикиви. Коллонтай сообщила советские условия заключения перемирия[76]76
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 27. Д. 155. Л. 6–7, 10.


[Закрыть]. Паасикиви считал, что условия Москвы «прискорбные» и очень тяжелые, но вполне приемлемые. Ход войны, по его мнению, не оставлял надежд для лучших условий, поэтому необходимо их принять[77]77
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 2. Л. 1040–1041.


[Закрыть]. 28 февраля состоялось заседание финского сейма, посвященное обсуждению условий Москвы.

В начале марта 1944 г. информация о результатах заседания сейма Финляндии стала известна советской разведке. 10 марта на столе у И. В. Сталина и В. М. Молотова лежала записка, в которой советская разведка информировала о том, что большинство членов Социал-демократической и Шведской народной партий высказалось за продолжение переговоров. В разведсообщениях приводились данные о позиции президента Р. Рюти, главнокомандующего К. Г. Маннергейма и других политиков. Большинство членов Коалиционной партии, в том числе и премьер-министр Э. Линкомиес, выступали за проведение переговоров. Министр иностранных дел К. Рамсай полагал возможным принять условия Москвы. Сторонниками заключения перемирия были министр обороны Р. Вальден и ряд генералов. Возражали против заключения перемирия прогерманские генералы[78]78
  Там же. Д. 1. Л. 662, 755–756.


[Закрыть].

Тем не менее, финское правительство, заручившись поддержкой сейма, направило в Стокгольм отрицательный ответ на советские предложения. Молотов назвал ответ финского правительства «совершенно неудовлетворительным». Но в Кремле были согласны ждать положительного ответа до 18 марта и держать в секрете как переписку, так и факт организации советско-финских переговоров[79]79
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 27. Д. 155. Л. 12; П. 28. Д. 172. Л. 12.


[Закрыть].

Шведские и американские дипломаты вновь предприняли определенные усилия, чтобы склонить финнов к переговорам. 17 марта Коллонтай получила письмо финского правительства о намерении получить «разъяснения как относительно формальной интерпретации, так и реального содержания тех пунктов, в которых эти условия сформулированы». 18 марта в Стокгольм ушла телеграмма с поручением сообщить о том, что советское правительство не возражает против направления в Москву «одного или нескольких представителей финского правительства для получения от советского правительства интерпретаций советских условий перемирия».

26 марта финская делегация прибыла в Москву. В состав делегации входили два политических тяжеловеса – Паасикиви и Карл Энкель, и в качестве секретаря – его племянник, приближенный к Маннергейму капитан Генштаба Георг Энкель. Две сильные личности – Паасикиви и Карл Энкель – имели разные точки зрения на тактику ведения переговоров.

Уже на первой встрече в Кремле 27 марта состоялась достаточно острая дискуссия. По мнению Паасикиви, благодаря тому, что Советский Союз к марту 1944 г. приобрел достаточную силу и мощь, советское правительство имело возможность «принудить» финнов «снять шапку» и ставить «ужасные условия». Паасикиви отмечал, как «трудно быть дипломатом побежденной страны»[80]80
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 2. Л. 945, 957.


[Закрыть].

Финская делегация по мере возможности шла на уступки, с тем, чтобы обе стороны были удовлетворены. В то же время «чувство долга перед родиной не позволяло им принять предъявленные условия»[81]81
  Там же. Л. 952–953.


[Закрыть]. Паасикиви считал, что «продолжение войны таило для Финляндии больше опасностей, чем все неожиданные требования, которые могло предъявить советское правительство»[82]82
  Там же. Л. 979–980.


[Закрыть].

К. Энкель подчеркивал, что очень трудно встречаться с «господами, которые ничего не признают». По его мнению, в Москве все больше и больше росла ненависть и недоверие к Финляндии[83]83
  Там же. Л. 947.


[Закрыть].

29 марта финнам в письменном виде были переданы советские условия мира:

1. Разрыв Финляндией военных, политических и экономических отношений с Германией, интернирование всех ее войск и кораблей в течение апреля.

2. Возобновление советско-финского договора 1940 г. и отвод финских войск к границам 1940 г.

3. Немедленное возвращение советских и союзных военнопленных, а также советских людей, содержавшихся в концентрационных лагерях и использовавшихся на работах в Финляндии. Возвращение военнопленных должно быть обоюдным.

4. Демобилизация 50 процентов финской армии в течение мая и перевод на мирное положение всей финской армии в течение июня и июля.

5. Возмещение убытков, причиненных Финляндией военными действиями и оккупацией советской территории, в размере 600 млн американских долларов, выплачиваемых в течение 5 лет.

6. Возвращение Советскому Союзу Петсамо и Петсамской области, добровольно уступленных Финляндии по мирным договорам 1920 и 1940 гг.

7. При условии принятия финской стороной изложенных условий, советское правительство считало возможным отказаться в пользу Финляндии от своих прав на аренду Ханко без какой-либо компенсации[84]84
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 2. Л. 1014–1015.


[Закрыть].

Паасикиви считал, что нужно быть чрезвычайно осторожным, так как возможно для Финляндии это была «последняя возможность сохранить свою независимость»[85]85
  Там же. Л. 948–949.


[Закрыть]. Энкель был настроен более решительно и полагал, что вопрос о границах подлежит новому рассмотрению, а условия демобилизации носят унизительный характер и их желательно избежать. Вступая в спор с Паасикиви, Энкель горячился, убеждая его, что нужно больше требовать от советской стороны, говорил, что «русским нельзя верить». Паасикиви на предложение Энкеля «требовать» заметил, что Финляндия попала в тяжелое положение, она осталась совершенно одна, у нее не было ни одного друга. Если бы победила Германия, то Финляндия была бы ее вассалом, это было бы лучше, чем быть вассалом Советского Союза, но Германия, подчеркивал Паасикиви, потерпит в войне поражение[86]86
  Там же. Л. 985–987.


[Закрыть].

Перед встречей с Молотовым 29 марта Энкель подготовил предложения об основах прочного мира после войны – это справедливость, проявленная со стороны сильного. Представленные условия перемирия еще более несправедливы и более суровы, чем условия 1940 г. Требования о демобилизации финской армии, возмещении убытков повлекут за собой большие трудности. По мнению Энкеля, все это унизительно для финского народа и отрицает высокие моральные принципы о невмешательстве в дела Финляндии[87]87
  Там же. Л. 996.


[Закрыть].

Паасикиви категорично заявил, что предложения Энкеля – это «бессмыслица», и если их передать советской стороне, то переговоры будут сорваны. Финская делегация не может устраивать демонстраций и так нагло отвечать великой державе[88]88
  Там же. Л. 997–998.


[Закрыть]. Условия, предложенные Советским Союзом, по мнению Паасикиви, были самыми лучшими для обстановки, сложившейся на фронтах в начале 1944 г.

По мнению Энкеля, к сентябрю 1944 г. положение на советско-германском фронте станет определенным, будет понятно, победят ли немцы. Он все еще надеялся на победу в войне Германии и опасался связывать судьбу Финляндии с СССР[89]89
  Там же. Л. 1031–1039.


[Закрыть].

Паасикиви считал, что Финляндия не может ждать еще шесть месяцев, так как положение немцев безнадежно и Германия не имеет шансов на победу. Паасикиви полагал, что компромиссного мира не будет, так как «русские хотят краха Германии», он был уверен, что Россия выиграет войну[90]90
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 2. Л. 1045–1046.


[Закрыть].

Мнения членов финской делегации совпадали лишь в оценке суммы возмещения ущерба, они считали ее чрезвычайно большой.

После возвращения делегации из Москвы финское правительство и сейм детально изучили советские условия перемирия. После многосторонних консультаций через шведский МИД 18 апреля ответ был передан Коллонтай – принятие советских предложений в Хельсинки посчитали невозможным. 19 апреля шифртелеграмма из Стокгольма с текстом ответа финского правительства лежала на столе у Молотова. Отрицательный ответ финской стороны вызвал разочарование в Москве. 22 апреля в Москве прошла пресс-конференция, на которой была предоставлена полная информация о ходе советско-финских переговоров.

Вашингтон и Стокгольм продолжили по дипломатическим каналам склонять Хельсинки к вступлению в переговоры с Москвой. Посол США в Москве А. Гарриман весной и летом 1944 г. подчеркивал, что Вашингтон не прерывал дипломатических отношений с Хельсинки, полагая, что это даст возможность воздействовать на финнов в интересах СССР[91]91
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 19. Д. 109. Л. 35.


[Закрыть].

Но в Москве больше не доверяли устным заявлениям финнов и предложили, чтобы Хельсинки официально объявили о своей капитуляции[92]92
  Там же. Д. 108. Л. 217–218.


[Закрыть]. Позиция Москвы вызвала бурную дискуссию в финском сейме. Стремясь не допустить нового этапа советско-финских переговоров о перемирии, в конце июня в Хельсинки прилетел Риббентроп. После того, как Рюти подписал обещание о том, что Финляндия будет продолжать следовать в военно-дипломатическом фарватере Германии, в Москве окончательно потеряли всякое доверие к финнам.

Нежелание советского правительства иметь дело с Рюти, критическая обстановка на фронте, негативные тенденции во внутреннем положении создали предпосылки к смене власти в Финляндии. Президент Рюти ушел в отставку. Маннергейм был избран президентом Финляндии[93]93
  Юссила О., Хентиля С., Невакиви Ю. Указ. соч. С. 255.


[Закрыть]. По мнению Стокгольма, единственным человеком, способным повернуть финскую армию против немцев, был Маннергейм. Он сформировал правительство с умыслом ослабить сопротивление заключению мира с СССР[94]94
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 28. Д. 172. Л. 254–255.


[Закрыть].

25 августа Коллонтай встретилась с финским послом Г. Грипенбергом, который передал письмо, подписанное министром иностранных дел, с просьбой принять в Москве финскую делегацию для переговоров о перемирии. Грипенберг сообщил, что Маннергейм заявил германскому фельдмаршалу В. Кейтелю, который 17 августа находился в Хельсинки, что он как президент Финляндии не считает себя связанным тем соглашением, которое подписал прежний президент Рюти[95]95
  Там же. Л. 263–265.


[Закрыть].

26 августа Молотов проинформировал послов США и Великобритании об обращении финского правительства. Молотов назвал условия, при которых советское правительство может принять финскую делегацию: финское правительство должно публично заявить о разрыве отношений с Германией и потребовать от Германии вывода немецких войск из пределов Финляндии не позже 15 сентября. При условии разрыва отношений с Берлином Москва обещала прекратить военные действия против финской армии с 6 часов утра 4 сентября. Если Германия до 15 сентября не выведет свои войска с территории Финляндии, то советское правительство направит части и соединения Красной армии для оказания помощи финской армии по выдворению частей Вермахта. Заметим, что данный сценарий был самым нежелательным сценарием для Хельсинки[96]96
  Английский посол Керр обещал Молотову срочно запросить мнение британского правительства. См.: Там же. П. 27. Д. 155. Л. 47–48.


[Закрыть].

29 августа Молотов направил телеграмму в Стокгольм, в которой содержался положительный ответ советского правительства, согласованный с англичанами и не встретивший возражений в Вашингтоне[97]97
  Там же. Л. 49.


[Закрыть].

В Хельсинки приняли советские условия, и 7 сентября в Москву прибыла финская делегация в составе 14 человек. Молотов принял главу делегации А. В. Хакцеля в Кремле в тот же день и сказал, что пока не может назначить точную дату начала переговоров, так как ждет ответа англичан по условиям перемирия. Хакцель сделал вывод о том, что советская сторона не очень торопится начинать переговоры. Затягивание переговоров, по мнению Хакцеля, усложняло положение. Большинство членов финской делегации хорошо понимало необходимость скорейшего выхода из войны и прекращения сотрудничества с Германией. Тем не менее, Хакцель был уверен, что русские не смогут поставить финнов на колени, даже если советская комиссия будет распоряжаться в Финляндии, как у себя дома[98]98
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 6. Л. 4545.


[Закрыть]. Днем 14 сентября Хакцель заявил в своем окружении, что устал от длительного ожидания и намерен уехать. Реакция Кремля на эту информацию, полученную от советских спецслужб, была практически мгновенной. Около 18 часов 30 минут в гостиницу прибыл и. о. заведующего протокольным отделом НКИД и сообщил Хакцелю, что советское правительство приглашает его в 23 часа для начала переговоров.

Длительное ожидание начала переговоров и эмоциональное перенапряжение оказали негативное влияние на состояние здоровья Хакцеля. Вскоре после получения сообщения НКИД у него случился правосторонний паралич[99]99
  Там же. Л. 4554–4555.


[Закрыть]. Тем не менее, финская делегация 14 сентября прибыла в особняк НКИД, где начался первый раунд переговоров. Молотов заявил, что Хакцелю будет обеспечен лучший медицинский уход и предложил до назначения нового руководителя финской комиссии изучить завизированный Молотовым и А. Керром проект соглашения о перемирии.

Проект предусматривал, что Финляндия выведет свои войска за линию советско-финской границы 1940 г., интернирует находившихся на финской территории германских и венгерских граждан, предоставит аэродромы на южном и юго-западном побережье для базирования советских самолетов. Финляндия должна прекратить все дипломатические, консульские и иные отношения, а также почтово-телеграфную и телефонную связь с Германией и Венгрией. Восстанавливалось действие советско-финского мирного договора 1940 г. с некоторыми изменениями. Финляндия возвращала область Петсамо, Советский Союз отказывался от прав на аренду полуострова Ханко. Финская сторона, в свою очередь, обязывалась предоставить на правах аренды сроком на 50 лет территорию и водные пространства для создания советской военно-морской базы в районе Порккала-Удд.

Для руководства и контроля за исполнением соглашения о перемирии предлагалось учредить Союзную контрольную комиссию (СКК), которая будет работать под общим руководством и по указанию союзного (советского) главнокомандования, действующего от имени союзных держав. СКК наделялась соответствующими правами, а главной ее задачей было наблюдение за точным выполнением соответствующих статей соглашения о перемирии и приложений к нему.

15 сентября из Москвы через Ленинград, Выборг, далее через залив до аэродрома Мальми вылетел советский самолет, на борту которого находился член финской делегации В. Гренблюм с проектом соглашения[100]100
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 19. Д. 109. Л. 211.


[Закрыть]. 16 сентября финское правительство обсудило полученный из Москвы текст[101]101
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 7. Л. 4665.


[Закрыть]. Требование об аренде Порккала-Удд произвело на членов правительства «тяжелое впечатление»[102]102
  Там же. Л. 4665.


[Закрыть].

Новый руководитель финской делегации Карл Энкель прилетел в Москву 16 сентября около 18 часов и сразу же включился в работу, начав подготовку к переговорам с Молотовым. По его мнению, самыми тяжелыми условиями были экономические требования Москвы: с утратой ряда территорий экономические ресурсы страны будут настолько урезаны, что это не даст возможности уплатить такую высокую контрибуцию[103]103
  Там же. Л. 4653.


[Закрыть].

16 сентября в 22 часа состоялась первая встреча[104]104
  АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 19. Д. 109. Л. 224–225.


[Закрыть], на которой Молотов обвинил финскую сторону в том, что разоружение немецких войск в Северной Финляндии проводится недостаточно энергично[105]105
  ЦА ФСБ России. Ф. 4ос. Оп. 2. Д. 7. Л. 4631–4632; АВП РФ. Ф. 200. Оп. 12. П. 19. Д. 109. Л. 224–225.


[Закрыть]. Энкель попросил изменить на некоторых участках советско-финскую границу 1940 г. Молотов резко ответил, что после трех лет войны, которые Финляндия вела на стороне Германии против СССР, исключается какая бы то ни была возможность исправления в пользу Финляндии границы, установленной договором 1940 г.

На второй встрече, 18 сентября, Энкель сообщил, что по финским законам для подписания перемирия необходимо получить согласие сейма Финляндии. Молотов понял, что подписание соглашения опять откладывается. Он в ультимативной форме заявил, что если финская делегация не подпишет перемирия, то она может возвращаться обратно в Хельсинки, после этого последует оккупация Финляндии, для которой уже все подготовлено. Молотов не стал выслушивать возражения финской стороны и завершил встречу, которая продолжалась всего 15 минут.

Энкель срочно направил телеграмму в Хельсинки, подчеркивая «необходимость принятия срочных мер и недостаток времени для получения согласия сейма». Он просил президента Финляндии и финское правительство немедленно предоставить необходимые полномочия. Позднее члены финской делегации заявляли, что на них оказывалось сильное советско-британское давление и они действовали под влиянием неблагоприятно сложившихся обстоятельств. Карл Энкель считал, что история оправдает финскую делегацию, подписавшую соглашение, так как у нее не было другого выхода, а финский народ, уставший от войны, будет рад и таким тяжелым условиям перемирия.

19 сентября в особняке НКИД было подписано соглашение о перемирии между СССР, Великобританией, с одной стороны, и Финляндией – с другой. Таким образом завершилось тайное и явное влияние на Финляндию по выводу ее из Второй мировой войны.

Х. Мейнандер (Хельсинки)
Страхи, надежды и спешные меры предосторожности: стратегия Финляндии в ходе войны в Заполярье, 1944–1945 гг

Аннотация: В сентябре 1944 г. Финляндия заключила Соглашение о перемирии со странами Антигитлеровской коалиции, по которому, наряду с другими условиями, она обязывалась разорвать отношения с бывшей союзницей – Германией и разоружить немецкие войска в Лапландии. После некоторых намеренных проволочек в начале октября в этом регионе начались активные боевые действия, но уже через месяц они сошли на нет: немцы отступили в Северную Норвегию, и в финской армии началась демобилизация. Решение финнов не сосредоточивать против немцев более мощную военную группировку отчасти объяснялось нежеланием воевать с бывшими союзниками. Но прежде всего руководство Финляндии опасалось, что СССР попытается вторгнуться в южные районы страны, если они останутся без защиты. Поэтому одновременно финская армия готовилась к партизанской войне. После нескольких нервозных месяцев финляндское общество постепенно начало приходить в себя, и уже через десять лет в национальной памяти финнов войны против СССР и мир с ним отложились как необходимые этапы борьбы за сохранение независимости страны.

Ключевые слова: Финляндия, СССР, Соглашение о перемирии 1944 г., Лапландская война, страх оккупации, подготовка к партизанской войне.

Как известно, Финляндия была втянута во Вторую мировую войну в результате нападения СССР в конце ноября 1939 г., которое стало следствием так называемого Пакта Риббентропа– Молотова, заключенного Москвой и Берлином в августе того же года. Согласно секретному дополнительному протоколу к этому договору Финляндия, страны Балтии и восточные районы Польши входили в сферу интересов СССР. Однако в отличие от прибалтийских государств правительство Финляндии отклонило требования Москвы о переносе границы и создании советской военной базы на своей территории у Финского залива. Так называемую Зимнюю войну с СССР Финляндия проиграла, и по мирному договору, подписанному в марте 1940 г., вынуждена была передать Советскому Союзу ряд территорий и военно-морскую базу, но ее армии удалось предотвратить оккупацию страны, и она сохранила независимость.

Опасаясь нового нападения СССР, Хельсинки в январе 1941 г. принял секретное предложение Германии об участии Финляндии в генеральном наступлении на Советский Союз, запланированном на июнь того же года. Эта война закончилась так же, как и предыдущая: Финляндия ее проиграла, но избежала оккупации. Поэтому в сентябре 1944 г. финляндское правительство смогло заключить с союзными державами Соглашение о перемирии, по которому она уступила СССР новые территории, передала полуостров Порккала-Удд в аренду под советскую базу и обязалась выплатить значительные военные репарации[106]106
  Текст Соглашения о перемирии 1944 г. на русском языке см.: Соглашение о перемирии между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландии, с одной стороны, и Финляндией – с другой // HENINEN.NET [Электронный ресурс]. URL: http://heninen.net/sopimus/1944.htm (дата обращения: 20.01.2020).


[Закрыть].

Этим соглашением Финляндии также предписывалось немедленно разорвать отношения с Германией и изгнать части вермахта со своей территории. Германия согласно тайной договоренности с финляндским руководством в январе 1941 г. взяла на себя ответственность за оборону северного участка восточной границы Финляндии. И поскольку 200 тыс. немецких солдат еще находились на этих позициях в тот момент, когда Финляндия была вынуждена приступить к их «разоружению», зимой 1944–1945 гг. на севере страны между двумя бывшими союзниками развернулись настоящие боевые действия[107]107
  Общие работы об участии Финляндии во Второй мировой войне: Meinander H. Finland and the Great Powers. In World War II: Ideologies, Geopolitics, Diplomacy / еd. by Tiina Kinnunen, V. Kivimäki, Finland in World War II: History, Memory, Interpretations. Leiden, 2011. P. 49–91; Idem. Finland / еd. by D. Stahel, Joining Hitler’s Crusade: European Nations and the Invasion of the Soviet Union, 1941. Cambridge, 2017. P. 17–45.


[Закрыть].

В данной статье будут рассмотрены меры, принимавшиеся в Финляндии до начала этой так называемой Лапландской войны, проанализирован ход боевых действий и показано, как финское общество и руководство действовали в условиях давления, оказывавшегося на Хельсинки, когда страна оказалась между Германией и СССР, словно между молотом и наковальней. Наконец, кратко остановимся на коллективных ощущениях и памяти финнов о событиях зимы 1944–1945 гг.