Читать книгу "Пером по воде"

Поцелуй, потом ещё поцелуй, потом ещё…

Помните, я говорил, что никогда не обижался на искусственный интеллект и с ним не ссорился? Вот тут у меня и случился первый раз. Дебют, так сказать.

Когда дело дошло до того, о чём я мечтал все годы обучения, если не понимаете – это доступ к телу Луизы Чикеску, Диана взяла процесс в свои руки. Она, эта мерзкая ИИ…

Эта (не могу подобрать приличных слов) коробка с медикаментами, вколола мне что-то такое, отчего мой причинный орган… рассосался. Спасибо, не отпал, как ранее хвост (такого зрелища я бы точно морально не пережил). Не знал, что подобное вообще возможно не с выращенными, а с «родными» органами. Теперь знаю.

Я мысленно уговаривал Ди вернуть всё обратно, даже угрожал. Но Диана хранила молчание. За что она меня так?

Луиза, естественно, увидела внезапно ставшие аномальными особенности моей анатомии. Я вынырнул к ней без ничего, ни в чём. Как упал с орбиты, так и сижу (до этого лежал, если помните, находился в нокауте). Наверняка она внимательно меня рассмотрела.

Ранее одежда бы только мешала, но сейчас помогла бы скрыть мой позор. Но её, даже захудалых трусов, не имеется.

– Это всё папа.

– Папа? – я прикрывал срам руками. Это просто. Теперь, во всяком случае.

Тут у меня в голове сложился пазл. Осталось несколько пробелов, но я почти всё понял. Особенно, то, что Аарон заранее запрограммировал мою Ди на случай «близкого контакта» с Луизой. Всё предусмотрел, получается. Ну, это мы ещё посмотрим!

В Академии ходили слухи, что Луиза Чикеску – дочь ректора Академии, Аарона Лански. Это потом он ушёл в оперативную работу. Вернулся, точнее. А во время нашего обучения слыл и был крупной канцелярской крысой и «крепким хозяйственником».

Впрочем, никто не мог ни подтвердить слухи о родстве первой красавицы и ректора, ни их опровергнуть.

Раз нам нечем (спасибо, Ди!) с Луизой сейчас заняться, можно ещё поговорить.

– Луиза, Аарон Лански – твой отец?

Луиза подтвердила. Да, мой куратор её родной папаша. Чтобы сей факт не мешал учёбе, по велению отца, девушка взяла фамилию матери. А чтобы я сейчас не дал себе волю, Лански вложил инструкции в мою не в меру послушную аптечку.

Я напряжённо соображал. Так прибавь же, Вег, два и два, наконец, и получи ответы на все вопросы, говорил я сам себе.

Луиза пропала двенадцать лет назад, через пять лет после выпуска. Именно тогда Лански, бывший оперативник, стал небывшим. Далее – сделал меня своим протеже и стал близок к межпланетному отделу, который вскоре возглавил.

Значит, Лански всё это время искал дочь. В том числе, и моими руками. Или только моими. Я прокручивал в голове все свои предыдущие задания. Ах, знать бы послужной список Луизы! Тогда бы вычислил точно.

Диана уже наверняка связалась с Лански, и тот знает, что его дочь обнаружена. Можно ждать наград и всего остального, что в таких случаях полагается. Наверное. Но… Во-первых, сейчас я хотел только один честно заслуженный, вожделенный и долгожданный приз, а во-вторых…

Я чувствовал себя марионеткой в руках хитрого лиса по имени Аарон. Это он состряпал мне задание на Оушен. Это он привёл меня точно к тому месту на острове, площадью, на минуточку, 559 метров в квадрате, где рыбачила Луиза. Выходит, у него на руках имелись какие-то зацепки. Спрошу потом, так не скажет. Но уверен, этот пройдоха где-то раздобыл точные наводки. Представляю его радость. Я даже позавидовал Аарону, его талантам скрывать чувства и добывать информацию. Я бы так не смог. Двенадцать лет искать дочь, которую все записали в покойники, и так управлять эмоциями, не показывать ничего и никому. Даже я, считавший, что знаю куратора от и до, ничего не понял.

У меня в голове мелькнула ещё одна мысль, и я решил всё-таки попробовать снова поговорить с Дианой. Чтобы расставить все точки над i.

– Мне в Оушен, который город, уже не надо? Тот плазменный резак, что нужно украсть, как с ним теперь быть?

Я не говорил вам о своём задании на этой планете, оповещаю теперь. Правительство, устами Лански, поручило мне присвоить и вывезти с Оушена миниатюрный плазменный резак. Подобная технология есть и на Земле, но наши резаки получились большими, даже огромными – промышленными и военными. Сделать такой, чтобы помещался в карман, мы, как ни старались, так и не смогли.

А на Оушене – сумели. Я говорил, что необходимость очищать воду породила скачки в развитии науки. Маленький резачок, который тут используется в качестве столового прибора, ножа, стал одним из продуктов величия местной научной мысли.

– Передадите Луизу своему куратору, он даст дальнейшие инструкции, – Ди, казалось, и не заметила, что я на неё злюсь.

– А если теперь не захочу дальнейшие? Хочу домой. Мне нужен отдых. А вообще – я обиделся.

– Этот вопрос лучше обсудить с Лански, – ушла от прямого ответа Диана. – Через шесть часов и восемь минут за вами прилетит шаттл.

– Так долго? Они с орбиты не могут прислать челнок?

– В атмосфере магнитная буря. В настоящее время посадка невозможна.

Так… Выходит, поэтому я падал на Оушен, а не прилетел с комфортом. Буря, получается. Кораблю она повредить может, а неуязвимому (х-ха!) Вегу Лассо – нет. Значит, Лански по какой-то причине торопился.

Сейчас у меня есть ещё шесть часов наедине с Луизой, которая не против вознаградить своего спасителя самым приятным и доступным способом. Девушка моих юношеских грёз – вот она, на расстоянии вытянутой руки. Но есть одно но. Точнее, кое-чего нет.

Нужно уговорить Ди вернуть мне… Ну, вы поняли.

– Скажи, Ди, тех акул, от которых я спасался, на самом деле не было? Ты проецировала в мозг голограмму, чтобы вывести к конкретному месту? – я начал разговор с Дианой конкретно, но издалека.

– Это так. И к месту, и как можно скорее. Прости, Вег, я не могу ослушаться мастер-команд руководителя операции, – Ди реально извинялась, даже тональность голоса поменяла. —Я хочу кое о чём тебя попросить. Ты выполнишь мою просьбу?

– Если потом выполнишь две мои.

– Я знаю, о чём ты попросишь, – в голосе Дианы послышался металл.

– А я догадываюсь, о чём ты.

Я тоже не лыком шит, понимаете. Похоже, я понял причину спешки Лански. Как и то, почему Аарон лично прилетел со мной на орбиту Оушена. Хотя, нужно признать, если смотреть правде в глаза, всё наоборот. Это я прилетел с ним.

Обидно осознавать, но в операции, задуманной ловким, изворотливым и чрезвычайно умным, чего уж там, Лански, я участвовал только в роли подстраховки. Вег Лассо – запасной игрок на скамейке на случай чего-то непредвиденного. Аарон собирался сам забрать дочь, но случился форс-мажор – внезапная магнитная буря такой силы, что могла вывести из строя приборы челнока. И тут на арену, что предусмотрено заранее, выходит резервный участник, я.

Меня подготовили – дали задание, провели необходимые тренировки. Я ни о чём не догадывался вот до этого момента. А теперь – докумекал. Пазл из тысячи, не меньше, кусочков сложился, наконец-то, целиком.

Атмосфера Оушена, как я рассказывал, не годится для дыхания. Мою кровь кислородом питает Ди. То же самое делает Луизе её «неумная» аптечка, а сейчас запас её чудесного реагента, или что там нам впрыскивают, для Чикеску заканчивается. Как я понимаю, Луизе остались считанные минуты. Или часы, не знаю. Но точно меньше шести. Лански это известно наверняка.

– Луиза в курсе, что может прямо сейчас умереть? – я перешёл на мысленный разговор, чтобы не волновать спасённую красавицу.

– Ты догадливый, Вег. Точно сказать не могу. У её аптечки вышли из строя индикаторы – ты видел сам. Думаю, предполагает, что когда-нибудь это произойдёт. Агент её уровня не может не осознавать все существующие риски.

– Думает она! Смотри, какие выводы сделал я. Лански определённо знает о проблеме дочери с кислородом. Кроме того, он желает встретить Луизу первым, чтобы дать той инструкции, что и как говорить о своём исчезновении на двенадцать лет. Я могу ошибаться, но это самый очевидный вариант. Мало ли, где она шастала и чьи задания выполняла.

Теперь о твоей просьбе. Ты хочешь, чтобы я на время надел тебя на Луизу? Так?

– Всё верно, Вег. Я сделаю ей кислородную инъекцию. Это быстро. Потом ты наденешь меня снова. Через час повторишь процедуру.

– И так каждый час? Сделаю. Слушай теперь мои требования…

– Время насыщения кислородом твоей крови, Вег, подходит через пять минут. Если я не впрысну реактив, – ты умрёшь, – голос Ди стал жёстким.

– Не понял?! Шантаж? Тогда моих требований будет три, – с этими словами я подошёл к краю острова. Сейчас я находился почти на том месте, где меня нокаутировала Луиза. – Я склею ласты, упаду в воду и топором пойду на дно. Луиза не сможет меня достать. А если вытащит, снять и использовать тебя точно не сумеет. Ни я, ни Лански не получим ровно ничего. Как тебе такое, железяка? Что теперь скажет твой хвалёный искусственный интеллект? Давай, напрягай свои йоттабайты!

Вот, как видите, и пригодился мой компьютерный ликбез, который я провёл вам в самом начале.

Чтобы подтвердить серьёзность своих намерений, я нажал на корпусе аптечки определённую и очень секретную (у нас других и не бывает) комбинацию скрытых сенсорных кнопок. Голос, теперь уже другой, не Ди, оповестил меня об активации функции «Защита». С этой секунды, если Диану попытаются с меня снять, она, аптечка, взорвётся. Трах-бабах! Испугались? Не стоит. Она не то, чтобы разлетится на кусочки, разнося попутно и меня, а выгорит изнутри. Натуральным синим пламенем. Очень красивым. Я видел как-то такое на демонстрации возможностей.

Вы разгадали мой замысел? «Защита» нужна, чтобы технология «умной аптечки» не попала в чужие руки, но я решил использовать оборонительное назначение иначе.

– Я должна связаться с Лански, – залепетала Ди.

– Не вздумай, – зашипел я вслух. Так проще ругаться. Можно и мысленно, но это как-то смешно бы получилось. Хорошо, не слышит Луиза, сейчас я отошёл достаточно далеко. Она об ИИ в аптечке не в курсе. В её время таких ещё не придумали. А я, разумеется, о секретной начинке прибора ничего не расскажу. После узнает, если начальство увидит в этом необходимость. – Всё строго между нами, Ди. Жду твоего решения.

– Я согласна. Слушаю ваше требование, Вег Лассо, – Диана перешла на вы. Понимает важность момента, значит.

– Хитрюга, – я снисходительно улыбнулся. – Три требования, не «требование». Забыла? Записывай, или что ты там делаешь. Первое – отключаешь всё наблюдение за мной и Луизой. И аудио, и видео, и тепловое, и прочее. Второе – когда мы сядем в шаттл, в твоей памяти не должно быть этого разговора.

– Я поняла третье требование, Вег. Выполняю.

Я пошёл к Луизе, рассказал про кислород и аптечку. Она приняла мою Ди со слезами на глазах.

– Ты меня спасаешь, Вег! Жаль, что не могу тебя отблагодарить, – с искренним сожалением вздохнула, насколько это возможно без дыхания, и пожала плечами красавица.

– Уже можешь, – я предстал перед девушкой во всей, теперь уже, красе. Целиком. Это было моим третьим требованием к Ди. – У нас есть почти шесть часов. И… И папа не увидит.

– Тогда сейчас ты узнаешь, что такое почти десять лет воздержания на острове, красавчик! – Луиза потянулась ко мне.

Красавчик – это я. Спорить не стану. Тем более – сейчас. Но почему десять, а не двенадцать? Что за новые вводные?

Эх, я не знаю слишком многого. Однако сейчас, в эти предстоящие, долгожданные и давненько предвкушаемые часы, оно и не играет роли. Главное, не забывать о ежечасных инъекциях кислорода и вовремя передавать друг другу Ди.

Через шесть часов, примерно, приоушенился шаттл, из которого выбежал Лански. Отец и дочь, наконец, воссоединились.

– Возвращаешься с нами на Землю, Лассо. По уточнённым сведениям, необходимого человечеству прибора на Оушене нет, – наобнимавшись с Луизой, Аарон вспомнил обо мне.

Вот так, значит. Моё задание на Оушене – блеф изначально. Может, на Оушене вообще нет разумной жизни, одна неразумная – жрущая, мусорящая и не думающая о миниатюрных плазменных резаках? И такое может быть, раз мне уже наврали с три короба.

До меня внезапно дошло. Осенило, можно сказать. В пазл добавились новые части. Никакой цивилизации на Оушене нет и не было. Никогда! Даже «жрущей и мусорящей». И резаков, тем более, миниатюрных и плазменных, тоже. Оушен – планета свалка. Остальное – легенда, выдуманная Лански специально для меня и начальства.

Но не беда, мне всё равно. Это всего лишь ещё одна ложь в нескончаемой цепи жульничества моего куратора. Я смотрел на Луизу. Только ради того, что здесь между нами произошло, уже стоило сюда лететь.

– Ди, – я мысленно обратился к своей ИИ. – Договор в силе?

– Что было на Оушене, останется на Оушене, – преувеличенно торжественно продекламировала Диана.

Отлично. Но я очень надеюсь на продолжение. А раз так – оно непременно будет. Я имею в виду не только красавицу Луизу. Во всяком случае, не в первую очередь. В конце концов, мне нравится моя работа и я не хочу, чтобы Лански, добившись цели, найдя пропавшую дочь, отошёл от дел. Это неизбежно приведёт меня в оперативной деятельности на вторые или даже десятые роли.

Корабль стартовал с орбиты Оушена в сторону Земли. Лететь долго, но я не ушёл, как полагается в таких случаях, на гибернацию в собственной отдельной каюте. Да, у меня здесь такая. Заслужил.

Знали бы вы, как приятно побродить по космическому крейсеру, когда все спят! Одному посидеть в баре, посмотреть в иллюминаторы… Но сейчас не это главные причины моей бессонницы.

– Не спишь?

Я в полном одиночестве стоял у барной стойки в кают-компании с выданной мне роботом-официантом неразбавленным виски. Задавший вопрос голос я узнал с первого звука.

– Жду тебя, радость моя, – я поставил стакан и обернулся.

Ещё на Оушене мы с Луизой договорились встретиться здесь, когда все, включая Лански, провалятся в сон.

– Тогда не будем терять времени, – Луиза скинула с себя белоснежный банный халат. – Ты в комплекте?

Это она напомнила о проделке Ди. Но нет, сейчас, к своей, и её, уверен, радости, я тут весь, с полным, дарованным матушкой-природой, базовым набором. Ни убавить, ни прибавить, как говорится.

– Одну секунду, – я скинул свои, точно такие же, белые махровые одежды. – Комплектация полная, но я бы, на твоём месте, всё тщательно проверил.

Немного ранее, в каюте, я снял с пояса и положил в сейф аптечку. Надеюсь, Диана всё поймёт и не затаит на меня зла. Ведь меньше знаешь – меньше сможешь разболтать.

– Поспи, Ди. Отдых нужен даже тебе, – я аккуратно закрыл дверцу несгораемого шкафа и установил секретный (опять, да) код.

Мы же с Луизой, как вы поняли, отдыхать совсем не собирались.

Людмила Жоголева

Ихтиандр

«Юноша бросился в море и крикнул:

– Прощай, Гутиэре! – и погрузился в воду».

А. Беляев

Ихтиандр старался уплыть как можно дальше от этих мест: боялся момента, когда не выдержит и попытается увидеть Гуттиэре и Ольсена. Он знал: дышать лёгкими скоро не сможет. Для него будет мукой видеть друзей и не общаться с ними.

Найти по совету Сальваторе в Тихом океане коралловый остров, на котором живёт его друг французский учёный океанограф Арман Вильбуа – невозможно. Коралловых островов в Тихом океане множество.

Почувствовав усталость, юноша осмотрелся. Перед ним виднелся освещённый луной небольшой остров. Подплыв к нему, он увидел водяной грот. Там и обосновался.

Утром проплыл по периметру скалистого острова. Только в одном месте скалы «потеснились», обнажив небольшой участок ровной поверхности. Остров был необитаем!

Потянулись однообразные дни: Ихтиандр рассматривал морские звёзды, вплывал в стаю рыбёшек, заставляя их спасаться, рассыпаясь в разные стороны. Однажды, увидев вдали корабль, он смотрел на него, пока тот не скрылся за горизонтом. В тот день Ихтиандр остро почувствовал одиночество и несколько дней провёл в гроте. Не хотелось плавать, искать необычной формы ракушки, гоняться за рыбами, смотреть ночью на звёзды, слушать раскаты грома в ночи, рассматривать всполохи молний. Всё разом стало обыденным неинтересным. А главное молчащим!

Как-то ближе к вечеру внезапно разыгрался шторм. Огромные волны, стремились дотянуться до луны. Ихтиандр плавая не успел опуститься на должную глубину. Волна подхватила его, подняла на гребень и бросила вниз. Он тут же нырнул вглубь. Это спасло его. Переждав шторм, он вернулся в грот. Утром услышал визг, поплыл на звук. На пяточке между скал лежал дельфинёнок. На его спине виднелась кровоточащая рана. Он пытался сползти в воду, это ему не удавалось. «Малыш, тебе повезло! Ты не попал на скалы, да и волна, бросая тебя на остров, не была сильна», – мысленно пояснял себе Ихтиандр, хотя обращался к дельфинёнку.

Стремясь помочь бедолаге, Ихтиандр, как в былые времена, подплыл к берегу и поднялся. Однако ноги подкосились, в глазах потемнело, он упал и стал хватать ртом воздух. «Это конец», – мелькнула в голове жутковатая мысль.

Но тут воздух стал поступать в лёгкие, и юноша задышал. Встать не рискнул, пополз к дельфинёнку на четвереньках. Он обхватил его и потянул к воде. Вскоре стал задыхаться. Пришлось вернуться и погрузиться в воду. Тут же заработали жабры, насыщая организм кислородом. Дельфинёнок издавал жалобные звуки, будто просил не оставлять его на верную смерть. Как только отдышался, Ихтиандр пополз к нему. Опять почувствовал состояние близкое к потере сознания. Вернулся к воде. Так повторялось несколько раз. Попав в воду, дельфинёнок не смог плыть: он обессилил. Юноша поднырнул под него, помог вплыть в грот, после чего осмотрел рану малыша. Она была неглубокой, но причиняла дельфинёнку боль. «Малыш, ты справишься!» – подумал Ихтиандр и, осторожно похлопав его по спине, отправился добывать еду. Шли дни. Дельфинёнок перестал визжать, теперь он щебетал и хлопал плавниками. Особенно громко, после того, как насыщался рыбой.

Ихтиандр радовался: теперь он не один! Рядом существо, которому он нужен! Дельфинёнок креп. Они уже вместе добывали пищу

В один из тёплых солнечных дней дельфинёнок заметался по гроту, издавая необычные резкие звуки, а подплыв к Ихтиандру, стал тыкать его клювом в грудь, уплыл, потом вернулся, опять ткнул его и, издав протяжный тоскливый звук, направился к выходу. Ихтиандр кинулся за ним, но тот развил большую скорость, и – пропал из виду.

В груди юноши заныло. Возвращаться в грот не хотелось.

Медленно проходили дни похожие друг на друга. Ихтиандра мучили воспоминания о Гутиэре, Ольсене, Сальваторе, об отце. Он приподнял голову над водой и прокричал: «Я не хочу больше так жить!» Получилось как-то хрипло негромко.

Плывя к острову, он развил большую скорость, рассчитывая выскочить из воды на берег, пробежать, сколько сможет, а там ещё и проползти, как можно дальше, чтобы не было возможности вернуться в океан.

Внезапно его окружили дельфины. Вынырнув из воды, они стали оттеснять его от острова. Ихтиандр всячески старался выбраться из плотного кольца: подныривал, пытался проплыть между дельфиньими телами. Ничего не получалось.

И тут он услышал знакомое щебетание. К нему подплыл молодой дельфин, на его спине виднелось углубление от раны. «Малыш!» – чуть было не крикнул от радости Ихтиандр.

С этого дня жизнь человека-амфибии изменилась! Он видел города не похожие друг на друга, яхты, корабли. Когда стая быстро плыла, Ихтиандр, держась за плавники двух синхронно плывущих дельфинов, летел над водой между ними. Иногда дельфины оставляли его в небольшой бухте какого-нибудь острова, однако всегда возвращались за ним. Жизнь Ихтиандра окрасилась новыми красками, но однажды… Стая, кормясь недалеко от острова, получив сигнал вожака об опасности, устремилась за ним. Ихтиандр чуть высунул голову из воды, решив осмотреться.

Недалеко стоял корабль, а по бокам, лодки, создающие коридор к бухте острова. Между лодками охотники за дельфинами натянули сети. Ихтиандр погрузился в воду. Увидев, как вожак ведёт стаю в проход между лодками, где сеть ещё не была натянута, несказанно обрадовался, но тут заметил нервозность подруги Малыша. Она, услышав грохот опущенных в воду металлических шестов, по которым били молотками охотники, стала метаться, ища просвет между лодками. Стараясь уплыть от звука, она направилась в бухту острова. Малыш покинул стаю и поплыл к ней. Ихтиандр, гонялся за самкой пытаясь направить её к уплывающей от неволи стае.

Его, Малыша и самку охотники теснили в бухту, закрыв лодками и сетями выход в океан. Ихтиандр на мелководье встал, решив выпросить для дельфинов свободу. Чувствуя слабость и головокружение, он, балансировал руками, стараясь удержать равновесие и широко открывая рот из-за нехватки кислорода в организме. И тут кто-то из охотников, трясясь от ужаса и тыча пальцем в его сторону, заорал: «Морской дьявол!».

«Чудовище обладало телом человека, а на его лице виднелись огромные, как старинные часы-луковицы, глаза, сверкавшие в лучах солнца подобно фонарям автомобиля, кожа отливала нежным голубым серебром, а кисти рук походили на лягушечьи – темно-зелёные, с длинными пальцами и перепонками между ними. Ноги ниже колен находились в воде. Оканчивались ли они хвостами, или это были обычные человеческие ноги – осталось неизвестным».

Люди на лодках устремились к кораблю, надеясь на спасение.

Дельфины и Ихтиандр догнали стаю, а по планете прошёл слух: будто морской дьявол вернулся и живёт с дельфинами в Тихом океане.

Ольсен, прочтя в газете статью об этом, позвал жену и сказал:

– Гуттиэре, Ихтиандр жив и обитает в Тихом океане.