Читать книгу "Муассанитовая вдова"

– Спасибо, Люк. Я тебя поняла. – Кивнула подростку и ввела данные в навигатор флаера.

Теперь бы добраться до пентхауса без аварий.

Глава 4. Ловушка

Цварг. Два года назад

«Вам просто не дадут выбрать других кандидатов…»

Эта фраза билась в висках, как звук штатного пульсоксиметра, который надевали на меня на многочисленных медицинских обследованиях всякий раз, когда Мартин вдруг резко начинал интересоваться моим здоровьем. В его глазах высокий процент совместимости автоматически означал, что у нас должны родиться дети сразу после бракосочетания. Да-да, именно во множественном числе, а не в единственном. Периодически на моего покойного супруга находили волны паники, что мы в браке уже много лет, а детей всё нет, и он отправлял меня на всевозможные анализы. И сколько бы доки ни говорили, что редкая беременность – это особенность нашей расы, супруг не верил.

На автопилоте я добралась до пентхауса, бросила флаер на крыше, заняв сразу два места, но перепарковываться не было ни сил, ни желания. Брызнула в лицо ледяной водой, чтобы как-то успокоиться, вдохнула-выдохнула и набрала самый известный номер на всей планете – Планетарной Лаборатории.

– Здравствуйте, чем могу помочь?

– Добрый день, это Селеста Гю-Эль, – произнесла я, отключив видеоканал. Тут бы голосом не выдать нарастающую панику. Надо всё перепроверить, прежде чем что-либо решать.

– О, здравствуйте. – Голос мужчины на том конце канала тут же стал на несколько тонов ниже. – По какому вопросу вы звоните?

– Вы присылали мне анкеты кандидатов, с которыми по результатам у меня высокая совместимость. Я случайно… – На секунду запнулась. Что я могла «случайно»? Говорить «бросила в утиль, не глядя» будет хамством. – …Пролила сок на электронную бумагу. Мой домашний пылесос бросился вытирать жидкость, но сделал только хуже. Могу ли я попросить выслать информацию повторно? В любом виде. Мне даже письмом на коммуникатор подойдёт.

– Одну минуту, я посмотрю, – вежливо отозвался мужчина.

Села на кровать, закусив губу. Вот уж не думала, что эти треклятые анкеты цваргов будут играть для меня хоть сколько-то значимую роль…

– Госпожа Гю-Эль. – Сотрудник медцентра вернулся на связь, и его голос вдруг стал существенно прохладнее. – Я всё перепроверил. Сожалею, но, представляете, сервер с теми анкетами мужчин сегодня перегрелся, и его отдали в ремонт… Боюсь, данные утрачены. Если вы хотите заново получить списки мужчин, то надо инициировать новые лабораторные тесты.

«Какое совпадение! Да уж, не стоило так публично унижать Юдеса… Вот уж у кого лапы оказались длиннее, чем я думала».

– И сколько времени займёт новое тестирование? – вежливо спросила, делая вид, что поверила.

– Обычно в районе месяца, но сейчас сотрудники очень заняты. Вероятно, будет небольшая задержка.

«Ага, ещё на полгода, идеально к годовщине смерти Мартина…»

– И что, совсем-совсем нигде не осталось информации? Это же такая огромная работа! Мне так неловко, что из-за моей неаккуратности лаборантам придётся переделывать всю работу. – Я добавила в голос побольше сожаления.

– Ох, ну что вы, не переживайте. Это же наша вина. Нет, к сожалению, все результаты хранились лишь на одном сервере, который сгорел этой ночью.

– Какой кошмар, – пробормотала, соображая, что ещё могу перепроверить.

– Да, действительно ужасно. Но если хотите, я могу уточнить у дока, с кем у вас была наибольшая совместимость, и прислать информацию по цваргу в первую очередь.

«И почему мне что-то подсказывает, что фамилия этого мужчины будет Лацосте?»

– Нет, спасибо, не надо. На самом деле меня интересует конкретный молодой человек. – Я игриво вздохнула, давая понять сотруднику, что действительно заинтересована в результатах тестирования.

То ли я перестаралась со вздохом, то ли весь медицинский центр меня знал как безутешную вдову, но сотрудник очень удивился.

– Что, серьёзно? То есть, прошу прощения, госпожа Гю-Эль, у меня просто стоит в системе пометка, что вы просили не искать вам пару активно…

Беззвучно скрипнула зубами от злости. Значит, пометка у моего профиля есть, а подходящие кандидаты хранились на другой железке – удобно-то как устроились. Бескрайний космос! Они меня совсем за дуру держат?

– Да, всё верно, я просила не искать меня, – продолжила елейным тоном. – Но вчера на мероприятии совершенно случайно познакомилась с невероятным, потрясающим, интеллигентным цваргом с великолепным чувством юмора. Впервые за долгое время он заставил меня улыбаться. Он сказал, что делал запрос на совместимость… Знаете, влюблённость приходит неожиданно. Я очень любила своего покойного супруга и до сих пор думала, что ни один мужчина не сможет с ним сравниться, но этот молодой человек покорил моё сердце буквально за один вечер…

– Да-да, кто это?

До меня донеслись быстрые щелчки клавиатуры. Неужели Юдес приказал ещё и докладывать ему, если я буду связываться с лабораторией?

– Его зовут Кристоф. Я забыла фамилию, да и номерами коммуникаторов мы, к сожалению, в спешке не успели обменяться, но, если нужно, я напишу в мэрию или организаторам прошедшего мероприятия с просьбой сообщить контакты мужчины.

На долгие восемь секунд в разговоре повисла пауза. Каюсь, я отсчитывала время про себя. Определённо, у менеджера были указания по моей персоне, вот только все его планы и чаяния накрылись гравитационным колодцем. Интересно, наш аудиоразговор пишется? Его тоже отдадут Юдесу?

– Прошу прощения. – Мужчина кашлянул, наконец сообразив, что клиентка всё ещё ждёт ответа. – Этого не надо делать, он действительно есть в нашей базе, и да, запрос на совместимость есть…

– Шестьдесят три процента, – с долей садистского удовольствия перебила, вспоминая вчерашний вечер. – Представляете? По-моему, замечательная партия!

– Действительно, шестьдесят три, – без энтузиазма проблеял мужчина и замолчал.

Ядовитым цветком в душе раскрывалось горькое осознание, что Люк был прав. Правильнее всего сейчас было бы попрощаться и разорвать аудиосвязь, но внутри что-то требовало доиграть играть весь этот нелепый фарс.

– Так вы мне скажете?

– Что?

– Его номер коммуникатора, – уже жёстко произнесла я. – Или мне спрашивать в другом месте? Я думала, первая и единственная миссия Планетарной Лаборатории – это найти подходящую пару для немногочисленных женщин нашей расы.

– Да-да, конечно, сейчас…

Послышался тяжёлый вздох, затем мне продиктовали контакт Кристофа, и я нажала кнопку отбоя. Ох, ну и дела… Задумчиво посмотрела на клочок пластели, куда я термопером набросала несколько цифр. Что теперь делать? Если Юдес пошёл на такие вещи, как внедрение нового закона о вдовах Цварга и подкуп Планетарной Лаборатории, он уже ни перед чем не остановится. Не покидало ощущение, что меня стремительно засасывает в бездну. Ещё миг назад я была над горизонтом событий, а в следующий момент попаду в центр чёрной дыры, из которой никто и никогда не выбирался. За что мне это? Жила, никому не мешала, а тут… Зачем Лацосте вообще ко мне приклеился? Какого шварха?! Решил, что меня будет так легко сломать и подчинить, чтобы была его идеальной женой?

«Ну для Мартина же ты была идеальной женой», – ехидно заметил внутренний голос. Хотелось рвать и метать. Ещё немного – и я действительно начну спорить сама с собой. Я снова сходила в ванную и умылась холодной водой. Я ненавидела себя за то, что сделала во Дворце. Возможно, если бы не унижала Юдеса и не открывала эмоции, то он не мстил бы мне с такой жесткостью. С другой стороны – кто знает, что было бы? По крайней мере, я попыталась постоять за себя. Мама когда-то говорила, что всегда лучше что-то попробовать и сожалеть, чем сожалеть о том, чего даже не рискнул сделать. Она вообще у меня была чудесной.

Я вновь перевела взгляд на кусочек тонкого пластика. В горле першило. Мне отчаянно не хотелось делать того, что задумала, другого выхода просто не было. Лучше уж милый смущающийся Кристоф, чем Юдес, не постеснявшийся применить воздействие практически на людях. Конечно, Кристоф тоже рано или поздно станет старше, разовьёт рога, заматереет и поймёт, что можно безнаказанно пользоваться способностями, которые, по злой иронии судьбы, Вселенная щедро отсыпала лишь мужской части нашей расы. По крайней мере, так у меня будет ещё несколько лет хотя бы видимой свободы…

Сглотнув ком горечи, я набрала продиктованный мне номер. Кристоф ответил почти сразу же.

– Добрый день, с кем имею честь разговаривать?

Я прикусила губу. Шварх… как же не хочется.

– Эй! Вас плохо слышно… и какие-то помехи по видео связи.

Вздохнула, улыбнулась себе в зеркало и активировала дополнительный канал передачи данных.

– Привет… Это Селеста.

– Селеста? – Передо мной соткалась призрачная светло-голубая голограмма до глубины души потрясённого цварга. – Откуда ты знаешь мой номер? Что-то случилось?

Отрицательно покачала головой, стараясь не выдать, как мне тяжело произносить эти слова.

– Я подумала над твоим предложением. Заезжай за мной вечером.

– Зачем? – не понял собеседник.

– Ты вчера сказал, что я тебе понравилась. Я согласна выйти за тебя замуж. Заезжай в восемь, мой юрист подготовит к этому времени брачный контракт. Распишемся. Никакого праздника не хочу, извини. Для меня это второй брак, так что…

– Погоди-погоди, ты говоришь мне «да»?

Определённо, Кристоф тупил. Ух, хотелось дать ему по голове чем-нибудь, чтобы соображал быстрее. Но вместо этого я вновь улыбнулась и терпеливо пояснила:

– Да, я говорю «да». Сегодня утром вышел новый закон, по которому я должна в течение нескольких месяцев найти себе второго мужа. Мне меньше ста пятидесяти лет, и у меня нет детей от первого брака. Ты разве не слышал?

Я как раз параллельно открыла на планшете статью, чтобы убедиться, что там нет никаких лазеек. С той стороны на меня ошеломлённо взирал молодой цварг.

– Да, я в курсе, – пробормотал он. – Я просто не понял… ну, в смысле… а почему сразу-то брак? Нет, ты не подумай, я только «за»! Просто… ну, обычно пары встречаются, ходят на свидания, узнают друг друга… и только потом… ну ты поняла.

Тяжело вздохнула, разглядывая диаграмму. Запоздало пришло понимание, что я старше его лет на двадцать точно. В принципе, при общей продолжительности жизни цваргов это не так заметно, но именно в текущий момент… Это как сравнивать годовалого и трёхлетнего малыша – совсем другой уровень развития. Первый ещё не всегда ходит на горшок, а второй уже самостоятельно бегает, говорит и играет в простые логические игры. Казалось бы, всего два года разницы. Так и тут. У нас с Кристофом была не такая уж и большая разница – подумаешь, пара десятков лет, но именно в нашей ситуации она была значительной.

– Кристоф, а какая разница, мы распишемся до или после того, как сходим на свидания? – произнесла я мягко. – Закон ввели, и его не отменят. Это Аппарат Управления, и если они что-то решают, то так тому и быть. Если хочешь, мы даже можем продолжать жить порознь, как тебе будет комфортнее. У меня нет других кандидатов, кроме тебя. Я никого больше не рассматриваю. Или у тебя есть ещё высокий процент совпадения с кем-то из цваргинь, и ты хотел бы встретиться с другой девушкой? Которая не состояла в браке? Я всё пойму, можешь говорить открыто.

Голограмма смешно округлила глаза и почти сразу же бросилась уверять меня в обратном.

– Что ты, что ты, Селеста! Ни с кем, кроме тебя, совпадения не было, да я и не надеялся, что ты согласишься даже на свидание в ресторане со мной, а тут… такое… я просто потрясён и не могу подобрать слов. Да-да, конечно, я буду в восемь вечера.

– Координаты сейчас скину.

– Да-да, спасибо огромное, что выбрала меня! До вечера, Селеста!

Парень бормотал ещё что-то невразумительное, но я нажала кнопку отбоя. Вот так, господин Лацосте, у меня тоже есть козыри в рукаве. За вас я замуж точно не пойду.

Чуть-чуть повеселев, принялась за дела: надо было дать указания Мишелю – личному юристу и единственному другу детства – составить брачный договор, перепроверить пункты касательно банковских счетов и недвижимости, попросить посмотреть формулировку свежего закона – мало ли я что-то всё-таки упустила? Затем позвонила в Межгалактический Банк и сообщила, что хочу выдать двойную премию всем наёмным работникам в особняке – пускай порадуются за госпожу. Почти два часа у меня ушло на разговор со свекровью. После смерти Мартина я не общалась с родственниками по линии супруга, но подозревала, что они не обрадуются моему внезапному решению. Госпожа Гю-Эль-старшая все годы яро поддерживала мой траур по её единственному сыну и искренне считала, что я должна его носить еще минимум ближайшую сотню лет. В общем-то, впервые в жизни она сокрушалась и поносила законы Цварга. В итоге я известила её, что в ближайшее время вновь выйду замуж и даже, возможно, сменю фамилию, если того захочет новый супруг. Рассказывать, что подпись документов назначена на сегодняшний вечер, не стала. Зачем расстраивать пожилую цваргиню ещё сильнее?

После того, как сделала весь минимум дел, почувствовала себя выжатой до последней капли. По-хорошему, надо было ещё сделать причёску и найти новое платье – Кристоф заслужил красивую невесту, а не девушку с опухшим носом и красными глазами.

Глава 5. Второй супруг

Цварг. Два года назад

Из зазеркалья на меня смотрела утончённая цваргиня в шёлковом молочном платье на тонких бретельках и с родовым муассанитовым колье на шее. У меня не было ни сил, ни желания влезать в пышные праздничные наряды, а потому я остановилась на однотонном вечернем платье. Строгий пучок с не менее крупными шпильками, украшенными голубыми муассанитами, с излишком перекрывал простоту наряда. Я придирчиво рассматривала макияж в тот момент, когда электронный дворецкий тихим голосом объявил:

– Госпожа, к вам гость.

Бросила взгляд на коммуникатор. «19:40». Ого! Мой второй супруг пунктуален? Не может не радовать…

– Впусти, разумеется.

Интересно, в каком ресторане Кристоф забронировал столик, чтобы отметить событие? Ведь не каждый день женишься, а на Цварге далеко не каждому мужчине везёт вступить в брак… Или он так обрадовался, что забыл об этом? Может, удастся уговорить его на тихий ужин на крыше моего пентхауса без свидетелей?

Глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы унять сердцебиение, я привычно натянула вежливо-прохладную улыбку и вышла в прихожую. Но вместо Кристофа у входной двери, неловко переминаясь с ноги на ногу, стоял Мишель. Короткие рога-наросты, слишком светлая для чистокровного цварга кожа, слишком тонкокостная фигура, да и оттенок радужек нестандартный – бледный, почти жёлтый. Мишель был цваргом по документам, и планета рада была видеть его как члена общества, мужчину с блестящим образованием и честного налогоплательщика, но как на «цварга, которому дозволено попасть в базу кандидатов на женитьбу» на него никто даже не смотрел. Очередное лицемерие государства! Тут даже анализов делать не надо было, чтобы понять, что Планетарная Лаборатория в жизни не согласится взять его анкету – чистокровным-то цваргам женщин не хватает.

Я искренне улыбнулась гостю.

– Мишель! Вот уж не предполагала, что ты прилетишь лично! Думала, отправишь экземпляр договора по почте или электронную бумагу с квадрокоптером – и дело с концом.

Уж я-то догадывалась, как много работы у хороших юристов, а Мишель свою работу очень любил.

– Я всё-таки решил прийти лично. – Молодой человек мазнул по мне тяжёлым взглядом горчичных радужек и остановился на лице. – Не каждый день лучшая подруга детства выходит замуж. Да ещё и второй раз. Ты уверена?

Его голос звучал напряжённо. Пожалуй, среди всех моих знакомых он был единственным, кто догадывался, что мой брак с Мартином был не таким уж и счастливым, как выглядел со стороны. Забавно, но именно этого полуцварга с недоразвитыми рогами у меня обманывать никогда не получалось, хотя порой очень хотелось. Я легкомысленно пожала плечами. С Мишелем я вполне могла позволить себе говорить правду.

– Нет, совсем нет. Ты нашёл какие-то дырки в законе, чтобы я могла вывернуться?

– Нет. Закон, хотя и введён поспешно, продуман до мелочей.

Ну, вот и ответ. В принципе, глупо было надеяться, что юрист что-то придумает, но, тем не менее, я почувствовала укол разочарования. Настроение упало ниже кратеров на Лунноре. Неполную минуту в прихожей стояла гнетущая тишина. Затем знакомый спохватился и достал из своего кейса-портфеля два экземпляра брачного договора на электронной бумаге с цифровой подписью, подтверждающей, что это оригинал документа, а не копия.

– Вам обоим надо будет расписаться здесь и здесь. – Он протянул мне документы, а затем нахмурился и добавил: – Ты знаешь, а я вообще-то сегодня никуда не спешу. Давай я посижу на кухне и дождусь Кристофа. Мало ли он в последний момент что-то изменить захочет, или его адвокат решит, что ты должна поделиться наследством от первого мужа. Я не хочу, чтобы тебя продавили в этом вопросе.

Грустно улыбнулась. Я бы отдала всё до последнего кредита, лишь бы мне больше не пришлось связываться с цваргами и ощущать на себе ментальное воздействие. Мишель продолжил скромно топтаться в прихожей.

– Если ты никуда не спешишь, то буду только рада. Давай, может, кофе сварю? – предложила, аккуратно складывая документы на высокий декоративный столик у напольного зеркала.

– Спать, конечно, хочется, я в последние дни перенапрягался, но, прости, кофемашины Цварга так и не полюбил…

– Зачем же автоматика? Я могу сама сварить, время у нас есть. Всё равно ждём Кристофа.

– Сама? – Юрист перевёл на меня изумлённый взгляд. – Ты же в платье, Селеста!

– Ой, ерунда какая. – Я махнула рукой. – Если что, у меня переносной пистолет-пятновыводитель, и ещё семь картриджей к нему по всей квартире валяется.

Засмеялась, увидев, как вытянулось лицо приятеля. Ну да, он привык, что для цваргини свадьба – это целое событие. Но я относилась к этому как не более чем к вынужденной мере, и мне действительно хотелось отвлечься от ожидания момента, который я в душе хотела отсрочить, а в идеале и просто отменить.

– Если тебе не сложно…

Я как-то и забыла, как сильно люблю готовить этот ароматный напиток. Мартин говорил, что мне следует пить детокс-чаи, а кофе может оказаться вредным для малыша, если вдруг забеременею… Я промолола зерна до состояния сахарной пудры, залила кипятком, и насыщенный густой запах кофе поплыл по кухне. Банановый сироп, который я как-то выкупила у Люка за бесценок, идеально подошёл к напитку с Захрана. Слово за слово, мы с Мишелем разговорились, и я очнулась лишь тогда, когда взглянула на настенные часы. Электронные цифры показывали «20:17». Нахмурилась. И где же Кристофа носит? Ладно я не отношусь к свадьбе как к грандиозному событию, но для него-то это первый раз.

– Не волнуйся, он обязательно приедет, – успокоил Мишель, проследив за моим взглядом. Несмотря на то, что он очень слабо чувствовал бета-колебания, в наблюдательности ему было не отказать. – Он же не глупый, чтобы профукать единственный шанс в своей жизни.

Я натянуто улыбнулась. Надеюсь. Мысль, что жених мог передумать, натянула нервы до предела. Если Кристоф не явится, то я просто не знаю, что делать. Тревога с каждой минутой нарастала всё сильнее, и отпустило меня лишь в двадцать тридцать два, когда синтезированный голос домашнего дворецкого объявил ещё об одном госте.

– Иди, я тут посижу. – Мишель кивнул.

Вытерев вспотевшие от волнения ладони о кухонное полотенце, тщательно проверила, что за время на платье не появилось ни единого пятнышка, и вновь направилась в прихожую. С полуцваргом можно было вести себя практически по-настоящему, никем не притворяясь, а Кристоф, несмотря на то, что вот-вот станет супругом, всё-таки чужой мне мужчина. Неизвестно, смогу ли я доверять ему хоть когда-нибудь. Традиционное приветствие замерло на губах, когда мой будущий муж буквально рухнул в ноги.

– Селеста, умоляю, прости меня, умоляю!

Я вздрогнула, глядя, как мужчина практически обливается слезами. Припухшие веки, подрагивающая нижняя губа, покрасневшие белки глаз, но точно не от ярости или негодования. Когда мужчины злятся, то весь белок наливается и буквально светится алым, а тут просто воспалившиеся носослёзные каналы и более заметные капилляры. Что могло произойти, что довело его до такого состояния?

– Кристоф, всё в порядке, встань. Ты пачкаешь штаны… Что бы ни случилось, ты здесь, а это самое главное…

– Нет, Селеста, ты не понимаешь! Я действительно хотел, очень хотел жениться на тебе!

«Хотел». Слух сразу вычленил это слово, а в груди что-то заныло. Заболело.

– Что-то изменилось? Ты передумал? – Голос опустился до хрипловатого контральто.

Я ещё ничего не знала, но боль почему-то медленно начала распространяться по телу. Кололо не только слева, но отдавало в спину, тянуло чуть правее… Неосознанно опёрлась на столик, где лежали документы, заботливо подготовленные Мишелем.

– Понимаешь, после твоего звонка я чувствовал себя самым счастливым цваргом на свете! Не всем так везёт в жизни, а уж в таком возрасте, как мне…

– Кристоф, что изменилось?! – не удержалась и почти закричала на заливающегося слезами молодого человека.

Стало резко противно, что вот он ползает передо мной на коленях и пытается поймать кисть для поцелуя. Разве так ведут себя настоящие мужчины?

– Я… я ехал к тебе, чтобы подписать брачный договор! Честное слово! – воскликнул Кристоф, нервно кусая пухлые фиолетовые губы. – Просто… прямо в дороге мне позвонили… с неизвестного номера… кто-то перехватил управление флаером, кар начал разгоняться и разгоняться… Селеста, я так испугался, что умру!

– Но ты сейчас передо мной целый и невредимый, – сухо констатировала факт. Ни единой царапины не было на лице Кристофа. Если бы он с порога не упал мне в ноги, то я бы сказала, что даже костюм на нём сидел идеально и нигде не помялся.

Мой-будущий-уже-не-муж судорожно кивнул.

– Да. Всё так. Когда флаер потерял управление, через бортовой компьютер со мной связался чей-то изменённый голос. Неизвестный сказал, что у меня два варианта. Или я настаиваю на браке с тобой, и тогда кар во что-нибудь непременно врежется, или же отказываюсь от тебя.

– И ты отказался?

Бесконечно глупый вопрос. Ответ и так очевиден.

Цварг уставился на меня виноватым взглядом огромных тёмных глаз. Обида, злость, раздражение, чувство предательства… всё смешалось в мощный остро-терпкий вяжущий коктейль чувств. Боль, которая растекалась чёрной лужей под сердцем после слова «хотел», внезапно трансформировалась в отраву и принялась стремительно выжигать внутренности. Я стояла, придерживаясь за круглую столешницу, так как понимала, что если отпущу – то упаду. Голова кружилась от осознания.

Не надо было быть гением дедукции, чтобы понять, что Юдесу передали мой разговор с медицинским центром, и он решил сыграть на опережение. Сволочь рогатая… Или это я последняя дура, что дёрнула цварга за хвост? Шварх, надо было молча схватить Мишеля и приехать к Кристофу на дом, подписать этот треклятый брачный контракт. Лацосте, судя по всему, напугал парня до потери пульса этим финтом с перехватом управления флаером… Как ему только удалось? Хотя, если это был прокатный планетарный кар, то у него были все шансы. Он же работает в Аппарате Управления.

Кристоф продолжал смотреть на меня, не моргая. На дне тёмных глаз, обрамлённых длинными пушистыми ресницами, плескалось столько сожаления и раскаяния, что на интуитивном уровне закралось сомнение: мне не договаривают. Почему он чувствует себя настолько виноватым? В конце концов, с его точки зрения, у меня-то всё хорошо. Не выйду за него – выйду за другого. Да и время ещё есть…

– Это всё? – уточнила устало.

Даже если действительно что-то не договаривают – какая разница что? С признанием цварга, что он отказывается на мне жениться, внутри с тихим «пыщ» лопнула последняя струна надежды.

– Ну… – на этот раз Кристоф смутился и уставился в пол, всё так же продолжая стоять на коленях. – Этот голос сказал, что если я откажу тебе, то меня сразу же повысят… Я не поверил, но согласился. И… в общем… пока я летел к тебе, почти сразу же перезвонил директор фирмы и сообщил, что…

Кристоф бросил на меня косой взгляд исподлобья. Не знаю, что он увидел на моём лице, но бывший жених шумно сглотнул слюну.

– Селеста, слушай, ну ты же понимаешь, что жена – это здорово, но за двадцать лет брака у тебя с Мартином так и не появилось детей, а наш с тобой процент совместимости даже ниже… Женитьба на тебе, в общем-то, ничего не гарантирует, да и мне всего пятьдесят пять, я ещё минимум сотню лет могу отправлять заявки на проверку совместимости с понравившимися мне цваргинями…

«Как же это унизительно…»

– Хорошо, я поняла, – перебила жалкий лепет мужчины, за которого чуть не вышла замуж. – Кристоф, я всё поняла. Спасибо, что пришёл лично и всё объяснил. Можешь идти.

– Что?

На секунду он уставился на меня настолько поражённым взглядом, а мне впервые в жизни было плевать, что там учует собеседник на уровне бета-колебаний. Я даже не пыталась взять себя в руки или представить ледяные пики гор, чтобы успокоиться. Просто произнесла:

– Кристоф, для тебя на данном этапе карьера важнее, я всё поняла. Спасибо, что разъяснил. Уходи, пожалуйста.

– Селеста, но ведь он угрожал мне!

Боль разъедала похлеще серной кислоты. Почему я? Почему вся эта куча дифрена происходит именно со мной?! Наружу просились ругательные выражения, самым приличным из которых было: «Да плевать я хотела! Если бы важна была тебе хотя бы на грамм, то ты бы рискнул. В конце концов, даже у ларков нет такой регенерации, какой природа одарила цваргов! Подумаешь, флаер разогнался…». Но всё это было низко и недостойно леди, как сказал бы мой покойный муж.

Промолчала, взглядом указав на выход. Кристоф, удивительное дело, оказался очень понятливым. Он подскочил с колен, потянулся с благодарным поцелуем к моей руке, но дёрнулся, когда я послала волну омерзения от его действий. Испуганно вжал голову в плечи и метнулся к выходу.

Стоять было тяжело. Дышать тоже. Но ещё хуже мне стало, когда сзади послышался жёсткий голос моего личного юриста.

– Вот же трус и лицемер!

В носу предательски защипало. Я попыталась повернуться к Мишелю, но проклятые пальцы, вцепившиеся в столешницу, не хотели слушаться. Раздался громкий звук падающего на паркет декоративного столика, брачные договоры разлетелись в стороны, а я начала падать… Полуцварг успел поймать меня перед тем, как я осела на пол. Плюя на законы приличия, когда мужчина должен спросить разрешения, прежде чем прикоснуться к даме, он подхватил меня за талию и усадил на диванчик. Последний был предусмотрительно установлен тут же, в прихожей, чтобы можно было с комфортом надеть обувь.

Слёзы брызнули из глаз. Я просто плакала. Мне было безумно стыдно, что Мишель стал свидетелем такого срыва, но я ничего не могла с собой поделать. Мартин никогда не разрешал мне проявлять свои чувства ярко, жалуясь, что они отдают кислятиной, и долгие годы колоссальным усилием воли я держала себя в ежовых рукавицах, а тут… тщательно выстроенная плотина безразличия прорвалась, и починить её уже было невозможно.

В первую секунду полуцварг растерялся. Ещё бы! Наверное, нечасто он видит рыдающих девушек. Но буквально спустя полминуты он принёс из спальни плед, накинул мне на плечи, затем крепко обнял.

– Тише, Селеста, тише, мы что-нибудь придумаем…

Я всхлипнула.

– Может быть, ты на мне женишься?

Мысль показалась очень соблазнительной. Пожалуй, из всех цваргов только Мишелю я и доверяла… и его несформировавшиеся рога были не последней тому причиной. Романтических отношений между нами не было никогда, ведь с глубокого детства было ясно, что Планетарная Лаборатория не разрешит ему даже ходить на свидания с чистокровными цваргинями, не то что что-то большее. Но лёгкая симпатия между нами витала всегда. После замужества мне пришлось практически прекратить общение с другом детства, так как Мартин внезапно заявил, что у приличной замужней леди не может быть приятелей-мужчин, но, тем не менее, Мишеля я знала долгие годы.

Я подняла голову и посмотрела в глаза юриста странного горчичного оттенка. Только на таком близком расстоянии обратила внимание, что кожа в принципе у него правильного сиреневого цвета, просто смотрится гораздо бледнее из-за многочисленных веснушек на носу, щеках и даже лбу. Кстати, тоже жёлтых.

– Не могу, – печально хмыкнул он в ответ. – Мою анкету забраковали и не взяли в базу данных Цварга, ты же знаешь. Её даже не рассматривали, просто сказали, что есть более достойные кандидаты на жену и возможных совместных детей, и всё тут. А ты – чистокровная цваргиня. Боюсь, если Юдес взялся за тебя так крепко, то ему ничего не будет стоить оспорить наш брак. Это не выход.

«Зато у Мишеля будут проблемы. Кто-кто, а Юдес их устроит просто из мести», – эхом пронеслось в голове. Стало нестерпимо неловко – меньше всего хотелось подставлять юриста. Полуцварг сказал, что принесёт мне воды. К этому моменту я уже почти успокоилась и начала думать, что у меня есть ещё несколько месяцев, чтобы найти хоть кого-то на роль второго супруга. В этот момент на браслете загорелся сигнал входящего звонка. Машинально ткнула в него, подумав, что Кристоф забыл сказать мне ещё что-то…

– Селеста?

Голографическое изображение того, о ком думать хотелось меньше всего на свете, соткалось в воздухе. Мужчина внимательно на меня посмотрел и удовлетворённо кивнул каким-то своим мыслям, а я запоздало поняла, что активировала не аудио, а сразу видеосвязь.

– Смотрю, Кристоф тебе всё передал слово в слово. Ну что ж, хорошо, что это так. Я звоню, чтобы убедиться, что ты всё поняла правильно.

– И тебе здравствуй, Юдес, – ответила максимально прохладным голосом, на который была способна. Что ж, если Лацосте предпочитает вскрыть карты, то строить из себя дурочку бессмысленно. – Не скажу, что рада тебя слышать и видеть. Глаза бы мои тебя не видели.

Но, вместо того чтобы оскорбиться, мой собеседник неожиданно восхищённо цокнул языком.

– Ох, Селеста, какие у тебя остренькие зубки, какой язычок! Вот уж всегда подозревал, что Мартин на тебя наговаривал, скрывая информацию о твоей страстной натуре. Признайся, ты в постели такая же?

Злость закипела в жилах. Я сцепила руки на коленях, стараясь не выдать, как же мне противны все эти пошлые заигрывания. Не от мужчины, который, получив «нет», идёт напролом.

– Что ж, – продолжил Юдес более серьёзным тоном, так и не получив ответа. – Тогда, уповая на твою благоразумность, думаю дать тебе две недели на то, чтобы подготовиться к свадьбе. – Он вновь внимательно осмотрел меня. – Очень рассчитываю, что за это время ты закажешь платье у ведущего модельера и не наденешь то, что на тебе сейчас, на наше с тобой бракосочетание. У тебя, бесспорно, безупречный вкус, но мне хотелось бы, чтобы будущая жена была в самый памятный день моей жизни в классическом пышном платье с длинным подолом. Весь Цварг будет праздновать. Повторюсь, я не настаиваю на этом, но мне будет приятно. Ты понимаешь?