Читать книгу "Дикий паркур. где наши следы – там нет пыли"

– Так я как раз ей понравиться хотел… рассказывал всякое…

– Ты ей и без этих рассказов уже понравился, раз она тебя домой к себе пригласила.

– Вот я дурак-то! – Игорь поджимал губы и грустил.

– Вот именно! – смеялись друзья и приступали к отработке очередного трюка.

Все же смех друзей был с небольшой ноткой зависти: у Антона не получались продолжительные отношения с девушками, а Мешков так и не мог дозвониться до Оли: фразу «Абонент временно недоступен» он слушал по нескольку раз в день. Но даже если бы он и дозвонился до неё, то Никита сам не представлял, что скажет девушке, так как фотоаппарат продолжал стоять в магазине на полке. Друзья Никите сочувствовали, давали различные советы и нередко подшучивали:

– Первые деньги я стал зарабатывать ещё в раннем детстве, – делился опытом Антон, – мы со старшей сестрой организовали картель. Родители заставляли меня учить стихотворения, а я упрямился до тех пор, пока они не предлагали моей сестре денежку, чтобы она научила меня. Понятно, что у сестры научить меня стихотворению получалось быстрее.

– Никита, – говорил Игорь, показывая на свои бицепсы, – у меня денег не отнять!

– Почему? – усмехался Никита, зная, что это очередной розыгрыш.

– Чего нет, того нет! – ржал громче всех над своей шуткой Бекагаев.

Решение, где взять денег, пришло неожиданно. Мешков, зашел почитать новости на сайт е1, его взгляд остановила реклама: «Мини-форекс. Начинай зарабатывать прямо сейчас».

– Прямо сейчас мне нравится, – тускло сказал Мешков, но все же кликнул на рекламку. – Посмотрим, что тут нам предлагают.

Пробежавшись глазами по сайту, он вспомнил, что уже слышал, как отец кому-то говорил по телефону о форексе. Тогда Никита не обратил на это внимание, но сегодня, изучая возможности валютного рынка, он увидел решение своих финансовых проблем. Правда, ещё не совсем ясно решение сформировалось, но ощущение уже появилось.

«Так-так-так, – быстро начал думать он, чтобы ещё коротенькая мысль не успела улизнуть, – если я у папы попрошу денег на форекс, а сам их сниму и куплю фотик? Получится так? Наверно, получится, если я решу вопрос – как снять деньги… А если их и не класть? Не, папа обязательно захочет посмотреть, что я там делаю. Ага, вот и торговая система. Скачать. Скачиваем, – комментировал все свои мысли и действия Мешков. – Ага! Открыть виртуальный счет! Ну что же, пробуем», – Мешков принялся изучать программу.

– Деньги снять не удастся. Мне нет ещё восемнадцати. Надо забыть об этой идее.

Мешков начал закрывать открытые окна, и тут ему на глаза попал график валютной пары USD/CAD.

– Постой-постой! – сам себе сказал он и уставился на график. Что-то не совсем поддающееся словесному определению происходило сейчас в его голове. Он понял, что увидел какой-то смысл в этом графике, но какой – определить не мог. Следуя глазами за изменяющимися кривыми графика, Мешков неожиданно поймал ощущения, которые он получает от паркура, преодолевая препятствия.

– Вот оно! – радостно воскликнул он. Мешков переключился на другую валютную пару: USD/EUR. Ощущение сохранилось.

– Так-так-так, – находясь в возбужденном состоянии, повторял он, – сейчас осталось только проверить эту находку на работоспособность.

Следующий час Мешков открывал различные графики за разные периоды, закрывал бумажкой пол-экрана монитора, потом изучал амплитуду графика, закрывал глаза, представлял, что он бежит по городу, преодолевая препятствия, и, когда входил с графиком в некое соединение, делал прогноз – где будет цена. Приоткрывал листочек и охал от удивления.

– Вот это да! – Мешков откинулся на спинку стула и закрыл глаза. – Если так дело дальше пойдет, то…

Дальше слов не нашлось, пошли одни образы: машины, яхты, самолеты и… и… после небольшой пробуксовки на этом все образы закончились. Мешков открыл глаза. «Почему сегодня суббота!» – расстроился он, посмотрев на календарь. «Почему валютный рынок не работает в выходные! Как мне теперь дожить до понедельника? Кто скажет?»

– Зато теперь я знаю, где возьму денег!

***

Шип прыгал через поваленное дерево и слушал музыку с мп3-плеера, поэтому не сразу заметил, что к нему подбирались какие-то парни. Шип перестал прыгать, сделал руки в боки и принялся ждать разворота событий.

– Что у тебя в ушах? – сходу спросил подошедший бритый наголо парень.

– Пивные пробки, – огрызнулся Шип.

– Снимай и не рыпайся.

– Рамсы с весовыми захотели?

– Тебе ясно дали понять, что это не комильфо. Снимай.

– Да вы что, говнюки, сладкого что ли нашли? – спросил Шип, внутренне приготовившись к стычке, так как сразу определил, что перед ним не гопники. Перед ним отморозки.

– Вижу – давно ты не обсирался в чужих руках! – спокойно сказал бритоголовый. – Мочи этого спортсмена!

Разговора, рассчитанного на охлаждение пыла подошедших парней, у Шипа не получилось. Стая молча, с глазами, жаждущими свежей крови, ринулась на Шипа. Шип уже и не помнил, когда он сам был в роли обороняющегося, а уж в роли хладнокровно избиваемого – и подавно. В то же время, Шип прекрасно знал, чем может закончиться эта встреча. Но позволить себе убежать он никак не мог. Гордыня, будь она неладна. Поэтому, зная наперед весь расклад, он при первом же ударе свалился на землю и сразу сгруппировался. Его били бестолково, вразнобой, с желанием «лишь бы дотянуться», шумно дышали, и кто-то, видимо, самый молодой из всех кричал (чаще, чем ударял) «На! На!»

– Ещё раз встретим – закопаем! – пообещал бритоголовый, когда все устали работать ногами. Кто-то снял с Шипа плеер и пошарил по карманам.

Шип не реагировал – ждал, когда сплюнут. Наконец сплюнули. «Всё, закончилось», – как-то спокойно подумал он. Когда шаги стихли, Шип осторожно стал поворачиваться на спину, отслеживая появление болей. Резких не было, были обычные – тупые. «Господи! – ужаснулся своей догадке Шип. Я до мелочей знал, что они будут делать. А всё почему? Потому что…» Шип широко раскрыл глаза и смотрел на проплывающие сквозь кроны сосен облака. «Неужели я такой же, как они?» Начавший рассеиваться пару дней назад в голове Шипа туман после сегодняшней встряски исчез окончательно. Шип вдруг отчетливо увидел себя со стороны.

– А-а-а! – закричал он, выпуская наружу всю боль от осознания своего положения. Затем он быстро поднялся, отряхнул всего себя от иголок и, как мог, от грязи, оставшейся после ударов ногами. Ругать, даже мысленно, этих отморозков Шипу не хотелось – уж больно явное сходство он увидел с собою, но только с одной поправкой. Со вчерашним собою.

Сейчас он даже был рад происшедшему. «Случайных встреч не бывает», – вспомнились ему чьи-то слова. «Что же, – начал резюмировать Шип, – сейчас самое главное – из всего этого сделать правильные выводы».

Шип легким, пружинистым бегом возвращался домой. Ему не хотелось никуда спешить: настроение нормализовалось, и всё в душе заликовало – свежий воздух, солнце, отличная пробежка удивительно приподнимали его настроение. Даже стычка с отморозками теперь веселила его. Шипа обогнала девушка, бежавшая более динамично. Вдруг она обернулась и посмотрела на Шипа и, не сдержав ехидного смешка, побежала дальше. Это его насторожило. Догонять девушку, чтобы спросить причину её веселости, он не стал, но тут же включил мозг, который подсказал ему ещё раз осмотреть себя. В лесу он не заметил, а сейчас увидел отчетливый смачный след от ботинка на своем заду, который как будто въелся в ткань и никак не хотел исчезать. «Веселая картинка!» – усмехнулся он своему виду. – Будем считать, что это «последнее прости» моей прежней жизни».

– Будешь пиво?

– Нет, – твердо ответил Шип.

– Ты че такой хмурый? – удивился Йогурт. – Водки что ли хочешь?

– Вообще пить больше не хочу.

– Со здоровьем что ли нелады? – оживился Йогурт и, не дожидаясь ответа Шипа, поделился своей проблемой: – А у меня, похоже, геморрой! Кровь, боли адские, только кетановом и спасаюсь.

– К проктологу тебе надо, – посоветовал Шип и, не слушая более причитания Йогурта, пошел к себе домой.

Дома вдруг стал явственно слышен духан, царивший в квартире. Шип открыл форточки и, удрученный новым «углом зрения» на свою жизнь, сел на кровать. Появилось ощущение дискомфорта. «Это, наверно, после частых лесных прогулок». Шип решил протереть пыль, потом понял, что этого будет мало, начал мыть стекла, мебель, горки грязной посуды, полы и закончил с приборкой квартиры далеко за полночь.

«Балконом займусь завтра», – усталый, но счастливый решением изменить свою жизнь, Шип наспех умылся и свалился в постель. «Чем больше делаешь, тем больше успеваешь», – последнее, о чем успел подумать Шип, прежде чем уснуть как убитый.

***

На удивление Никиты, папа с радостью воспринял его идею заняться валютной торговлей на бирже и, согласившись на сумму первоначальных вложений в двести долларов, сам открыл ему счет. Уже к обеду в понедельник, Никита, получив пароли и номер счета, а так же последние наставления отца, так и не желавшего понять сходство паркура и графиков валютных пар, открыл торговую систему и выбрал валютную пару USD/CAD. В очередной раз изучив графики этой валютной пары за разные периоды, Мешков закрыл глаза и представил бег по городским джунглям. Поймав кураж, Никита снова посмотрел на график и, сделав прогноз, открыл первую в своей жизни валютную сделку.

– А сердце бьется, как при беге! – удивился он своему состоянию. – Интересно, как себя чувствуют трейдеры, оперируя миллионными суммами?

Немного посидев перед компьютером и устав от вялости изменения цены, (она так и осталась на прежнем уровне: то поднимется на пару пунктов, то опустится на четыре, то опять поднимется) Никита выключил компьютер и позвонил друзьям.

***

– О, парни, привет! Паркуром увлекаетесь?

– Да, а вы тоже? – радуясь новому знакомству, спросил Бекагаев, разглядывая подошедших ребят. Они были старше и крупнее.

– Нет, мы им не увлекаемся – мы им занимаемся серьезно, – засмеялись они. – А что вы сейчас отрабатываете? Догги – стайл?

– Что-что? – переспросил Антон, думая о новом элементе паркура.

– Стойку раком? – еле держась на ногах от смеха, иначе спросил парень, выглядевший гораздо накаченнее своих друзей.

Антон с Игорем насупились. Дерзить смысла не было – эти гораздо старше и на одного больше. Но и сносить насмешки не хотелось. Просто так уйти? Так это похоже на трусость.

– А что, вы её уже разучили? – Игорю показалось, что он так и задал свой вопрос. На самом деле он лишь прозвучал в его голове. Игорь и Антон продолжали стоять, подошедшие парни сказали ещё пар обидных фраз и куда-то ушли.

– Каждым уродам до нас есть дело! Как они уже все достали! – взбесился Игорь.

– Да уж, – согласился Антон. – То гопники, то эти… как их? Догги-стайльщики.

– А может, они вовсе и не трейсеры? – с усмешкой спросил Игорь.

– Похоже что трейсеры. Мне кажется, я одного из них где-то видел прыгающим через перилку.

– Тогда непонятно, что они до нас докопались?

– Выпендриться захотелось – вот и докопались…

– Мешкова хорошо что не было.

– Это почему?

– Он бы точно с ними закусился!

– Да-а, и неизвестно, чем бы это все закончилось.

– А чем бы все закончилось? Они же не гопники…

– А чем они от них отличаются? Так же прикопались, разве что деньги вымогать не стали.

– Вон, кстати, Никитыч идет. Легок на помине.

Подошедший Никита весело со всеми поздоровался и приступил к разминке. Его веселость никак не вязалась с нахмуренностью друзей.

– Вы чего как в воду опущенные? – удивился он.

– Да подходили к нам тут одни, – неопределенно ответил Антон. – Посмеялись над нами да дальше пошли.

– Ну и фиг с ними, – беззаботно сказал Никита. – Зато я теперь знаю, где денег заработаю!

– Опа! – не ожидая такого пассажа удивился Игорь, – Интересно и где же?

– На форексе.

– На форексе? – теперь уже изумился Антон. – Это же лотерея!

– Я ключик подобрал, – уверенно ответил Мешков.

– Ключик? И какой, скажи, если не секрет.

– Скажу, только когда проверю, как он работает. Я, кстати, сегодня уже приступил к торгам и прикупил 10000 канадских долларов.

– Ну-ка, ну-ка! – заинтересовался Игорь. – С этого места поподробнее.

– Потом, – отрезал Мешков и продолжил разминку.

– Что у тебя нового в отношениях с Машей? – поинтересовался у Игоря Антон, когда понял, что Мешков ничего больше не расскажет.

– Сегодня вечером я у неё! – многозначительно произнес Игорь и друзья, переглянувшись, загрустили.

– Везет тебе, – наконец признался в своей зависти, Антон. – А я на пару дней вообще один остаюсь дома – предки уезжают на какую-то турбазу… Так что, если будет у кого желание – милости просим.

Никто не среагировал на приглашение – каждый надеялся, что ему не придется идти в гости к другу.

Повисшее молчание нарушил подбежавший запыхавшийся мальчишка.

– А вы паркуром занимаетесь? – спросил он, как только перевел дыхание.

Антон с Игорем переглянулись и, вспоминая недавно подходивших трейсеров с таким же вопросом, рассмеялись.

– Научите меня! – попросил мальчишка, совсем не обидевшись на смех взрослых.

– Подпрыгни, проверим, сколько раз ты сможешь ногами друг о дружку ударить, пока в воздухе будешь, – попросил Мешков.

Мальчишка прыгнул.

– Только один, – сказал он.

– Сами видели…

– Вот, когда будешь стукать не меньше трех, тогда и приходи. Возьмем тебя в команду, – заверил мальчика Мешков.

– А у вашей команды есть название?

– Есть, – улыбнулся Мешков и присел на корточки рядом с мальчишкой, – как-то мы посмотрели видеоролики, снятые на соревнованиях по паркуру. Сравнили с тем, чем занимаемся мы, и поняли, что какой-то он у них причесанный… на наш совсем не похожий.

– А ваш какой?

– Наш? – переспросил Мешков. – Наш – дикий! Поэтому команда так и называется – «Дикий Паркур».

***

– Алле, Машенька, привет!

– Ой, Оксаночка, привет! Хорошо, что ты позвонила, а то я сама уже хотела тебя набрать!

– Что-то случилось?

– Нет, просто соскучилась!

– Что делаешь?

– Игорёчка жду, должен прийти.

– Не боишься его дома принимать? Сейчас столько проныр развелось. Вот недавно мне рассказали, как один деятель выработал целую стратегию: очередной жертве-девушке он предлагал купить машину. Они приезжали в автосалон, выбирали понравившуюся ей машину, собирались оплачивать, но, как на зло, банки к этому времени закрывались. Машину резервировали на завтра, а сами ехали в ресторан отмечать. Утром девушка просыпалась одна. Представляешь?

– Как сложно-то все!

– Зато наверняка! Твой-то тоже не просто так подошел познакомиться. До сих пор вспоминаю.

– Знаешь, Игорёк не такой.

– А какой?

– Во-первых, он ко мне чаще, чем ты, приходит, а во-вторых, он у меня как теленок – домашний, неуклюжий, на фокусы не способный. Я тут даже размышлять стала: интересно с таким всю жизнь прожить или нет? Ты, Оксанка, как считаешь?

– Я бы не стала с такой уверенностью такое заявлять. Игорь, как я уже сказала, не прост и мне думается, Машенька, ему праздные отношения и всякие развлечения нужны, а не твоя любовь.

Маша еле переварила сказанное Оксаной.

– Ты мне просто завидуешь! – раздраженно сказала Маша и, не прощаясь, положила трубку.

***

Никита, как только пришел домой, сразу включил компьютер, подключился к интернет, открыл торговую программу, посмотрел на состояние счета и, согнув правую руку в локте, воскликнул: «Yes!»

– Два доллара в плюсе! – радовался Никита своему удачному прогнозу: – Цена идет так, как я и рассчитывал! – Мешков в возбужденном состоянии походил по комнате, затем сел в кресло и задумался. «Я знаю, что цена будет там, где я и наметил, но мне сейчас очень важен сам факт положительной сделки!» – Никита покрутился на кресле, потом пододвинул его к компьютеру, посмотрел внимательно на график и закрыл сделку, зафиксировав прибыль. Мыслями ещё оставаясь в совершенной сделке, Никита и не отобразил, что его рука сама потянулась к телефону и набрала до автоматизма выученный номер.

– Аллё.

Никита от неожиданности чуть не опрокинулся с кресла. Быстро приложив телефон к уху он, ещё не веря в свое счастье, спросил:

– Это Оля? Та самая?

Видимо, столько было в голосе Никиты надежды на удачу услышать Олю, что девушка не выдержала и засмеялась.

– Да, та самая. А это кто?

«А это тот, кто звонит каждый день по десять раз, чтобы только услышать твой голос!»

– Это Никита… Мешков…

– Что-то не припомню, извини…

– Мы с тобой познакомились на крыше… я… фотоаппарат, – Никита вмиг стушевался и не знал, что и как говорить. «Блин! Столько было времени на подготовку, а я так и не продумал, что буду говорить!!!»

– А… это ты…

Никите показалось, что голос у девушки потускнел.

– Я целый месяц пытаюсь дозвониться до тебя!

– А я уезжала помощницей вожатой в пионерский лагерь. Вот, только сегодня приехала. Кстати, я думала, ты пропадешь…

– Что ты! – обиженно воскликнул Мешков: – Все это время только и думаю…, – «о тебе» Мешков так и не решился сказать, – о том, как фотоаппарат тебе вернуть. Я уже близок к его покупке! – быстро добавил Мешков, кинув взгляд на торговую систему.

– Да? – насмешливо удивилась Оля, как будто тоже посмотрела на заработанные Мешковым доллары.

– Да. Я, можно сказать, стал валютным трейдером ради этого. И ты меня можешь поздравить с первой успешной сделкой!

– Поздравляю, если так, – сказала девушка.

– А давай встретимся! – неожиданно прежде всего для себя предложил Оле Никита и затаил дыхание. Девушка замолчала, и у Мешкова началось кислородное голодание.

– Давай, – наконец согласилась она, и Мешков, с огромной жаждой к жизни, набрал в свои легкие свежего воздуха. – Где-нибудь в центре…

– Только не в центре! – воскликнул Никита.

– Почему? – удивилась Оля.

– При встрече расскажу! – пообещал Мешков. – Давай сходим на дискотеку в «Карабас», хорошо?

– На дискотеку? – голос у девушки оживился. – Хорошо, на дискотеку можно и сходить!

Как только папа Никиты пришел домой, Никита вышел из своей комнаты и облокотился о дверной косяк.

– Что такой довольный? – улыбаясь, спросил папа. – Похвастаться хочешь?

– Особенно хвастаться нечем, но можешь меня поздравить с первой успешной сделкой!

– О, молодец, сын! – обрадовался папа. – Пойдем, покажешь!

Отец с сыном зашли в комнату, и Никита пустил папу за компьютер.

– Никитос, ты молодец! Только рано сделку закрыл. Посмотри на график – цена продолжает расти.

– Папа! Пойми, мне важен сам факт успешной сделки!

– Понимаю, понимаю! – согласился папа вставая с кресла. – Так держать!

– Пап, погоди, – попросил Никита и замялся. Отец остановился. – Пап, я сегодня с девушкой встречаюсь, одолжи немного денег, пожалуйста.

Отец внимательно посмотрел на сына.

– Отработаю – отдам! – заверил папу Никита.

Папа спрятал улыбку, потом убедился, что мама их не видит, достал из бумажника крупную купюру и протянул Никите.

– Держи, сын. Не подведи фамилию.

– Спасибо, пап, – не ожидая такой суммы, расчувствовался Никита. – Не подведу!

***

Зазвучал «Владимирский централ» и Нелюбин, прослушав куплет до конца, лениво достал из кармана телефон.

– Алле.

– Сашка, это Убыток! Вы на месте?

– На месте, – сухо ответил Нелюбин, – а ты что, опять из туалета звонишь?

– Откуда ты взял? – опешил Убыток.

– Да ладно, мы давно тебя все уже выкупили: звонишь в одно и то же время, говорить тебе особо нече, – ладно, если бы тёлка звонила!

– Да пошел ты! – засмеялся Убыток. – Вообще-то я уже во двор захожу.

Нелюбин повернул голову: действительно, во двор заходил Убыток.

– Кто-нибудь видел Шипа? – подходя спросил он. – Дозвониться никак до него не могу.

– Действительно! Что-то Шип куда-то пропал: которую неделю его не видно…

– Может, зависает у кого?

– У кого он может зависать? Все здесь.

– Ну, может у девки какой?

– Если и так, то что-то уж больно долго.

– Может, сладкая попалась?

Все заржали: разве бывают сладкие?

– Может, с ним что-нибудь произошло?

– Что с ним произойдет? – махнул рукой Нелюбин. – Я его с детства знаю – мы с пеленок с ним кожурой от семок голубей убивали… С таким ничего не произойдет.

– А Йогурт что опять голову повесил?

– Да он с утра плёнку жуёт.

– Я бы даже сказал, что со вчерашнего утра…

– Ну-у, – протянул Убыток, – если так считать, то недели две как на санях сидит.

– Йогурт, Йогурт, – начал его тормошить Нелюбин, – ты Шипа видел?

– Видел, – слабым голосом ответил Йогурт, – проходил как-то мимо меня. Я спросил его: водку хочешь? А он говорит: нет. А я тогда говорю: может, пиво? Он говорит: не хочу… Совсем испортился Шип – водку не пьёт, пиво не пьёт…, – Йогурт снова опустил голову и замолчал.

– С нами перестал деньги отжимать… Лохов жалеть начал?

– Если он стал трепетно относиться к лохам, то ему лучше на работу устроиться.

***

– Так-так. Что бы поесть? Ё-мое, холодильник пустой! Ненавижу! «Приготовь себе сам, приготовь себе сам!» – передразнил Антон маму. «А что я себе приготовлю, если денег оставили только на пиво? Хотя на пиво, конечно, не оставляли… но хватает только на пиво!» Антон, расстроившись из-за пустого холодильника, хлопнул дверцей и сел за пустой стол. Размышления «как в принципе жарится картофель» были прерваны телефонным звонком.

– Антоха! Твое предложение в силе? – кричал в трубку Игорь.

– А что, ты уже сходил к Маше? – удивился Антон.

– Ага.

– Расскажи!

– Приду и расскажу.

– Расскажи сейчас! – взмолился Антон.

– Ладно, – сдался Игорь, – тем более есть что рассказать. Короче, Машкина мама, осмотрев меня с ног до головы, забирает её отца, и они уходят в кино. Я с Машкой остаюсь наедине… Вдруг Маша сама раздевается, валит меня на постель, срывает с меня рубашку и, ломая ногти, расстегивает ширинку…

– И-и?! – от нетерпения узнать, что было дальше, почти засвистел Антон.

– Что и? Словом, я размечтался по полной.

– Фу ты ну ты! Я-то уже думал, наконец, хоть тебе проперло! А реально что-то было?

– На самом деле мы идем на кухню, она заваривает листовой чай себе, а мне даёт пакетик. Я, обжигаясь, пью эту бадью и думаю, как бы перевести дебильный разговор про их усадебный участок на…

– Секс?

– На него, кстати, её соседи навели.

– Как это?

– А на их кухне знаешь какая слышимость с кухни другой квартиры? Слышно всё что хочешь.

– Ну и что соседи?

– Соседка: «Чай сделал опять не крепким. Что за манера – пакетик сразу доставать, типа окрасилась водичка, значит, готово! На что сосед ей отвечает: «Это ты меня сама приучила! Когда поставишь себе спираль?» Я округлил глаза и посмотрел на Машу. Мы, не выдержав, засмеялись. «Весёлые у тебя соседи!» – говорю ей. А Маша: «Да-а, чего только от них не наслушаешься, пока на кухне сидишь!» – «Пойдём, говорю, тогда в комнату, не будем им мешать чай пить. Она – «пошли». В комнате на диване рядышком сели, телик включили. А у меня сердце как забьется! Так даже, когда стою на краю крыши, не стучит! Думаю, надо просить либо валерьянку, либо секса, не то сердце мое не выдержит!

– Игорь, я запарился тебя спрашивать «и что дальше!»

– Да ничего! Положил свою руку ей на коленку, а она так нервно скинет её! Я вскакиваю – и на балкон воздуха глотнуть, потому что ещё мгновение, и я её за что-нибудь бы точно взял. А она с усмешкой мне вслед: «Только не бросайся с моего балкона!» Ты понял, Антон! Определяющее слово было – «с моего»! Тут я не выдерживаю и говорю: «Да пошла ты!» – и брык с балкона! Быстро спустился и на землю лег, затих. Краем глаза наблюдаю. Вижу – Машка на балконе появилась, вниз глянула и как заорет! Потом исчезла, ну и я свалил, чтобы внимание не привлекать.

– У неё какой этаж?

– Да всего третий. Я почти спрыгнул.

– Ну ты её жестко проучил! Не жалко?

– Тогда не было жалко. Сейчас, если она всё всерьёз восприняла, может, и жалко. Короче, сам ещё не понял. – Игорь прервался на секунду. – Антоха, я тебе перезвоню – Машка на второй линии!

– Оксаночка, помоги!

– Что случилось? – холодно спросила подруга.

– С Игорем что-то ужасное!

– Что-о? – растягивая последнюю букву, насторожилась Оксана.

– Игорёк! Он там… внизу был…

– По порядку! – гаркнула на Машу Оксана.

– Пришел, разулся. Я ему говорю: пойдем чай пить. А он: дома до опупения напился, пока слушал, как соседи ругаются. Потом спрашивает: «Любишь меня?» Я молчу. «Если не любишь меня, – говорит, – закрой глаза – я не хочу, чтобы ты видела, как я сброшусь с балкона, и со своею любовью, вместе со своей жизнью, разом покончу».

– И что? Что?! – изумилась категоричности Игоря Оксана.

– Думаю, это он на понт так берёт! Закрываю глаза, считаю громко до десяти и приготовилась уже смеяться над ним, как смотрю – нет его на балконе! Я оглянулась и понимаю, что не мог он проскользнуть мимо меня! Тогда я подбегаю к краю балкона и как закричу!

– Боже… что ты там увидела?

– Игорёчек лежит в неестественной позе на земле под балконом! Я в коридор за телефоном, чтобы скорую вызвать! И как назло, не знаю, как с сотового её набирать! Постояла какое-то время в прострации, потом выбежала снова на балкон, чтобы кого-нибудь на помощь позвать, а его уже внизу нет, видимо, кто-то подобрал, чтобы в больницу отвезти!

– Мамочки! – прошептала в ужасе Оксана.

Маша зарыдала.

– Я не перенесу этого! Если бы я знала, что он меня так любит!!! Если бы я знала! Неужели бы я ему не дала?!

– Что же теперь будет?

– Ой, не знаю! Не знаю! – причитала Маша.

– А кому ты ещё позвонила?

– Тебе, Оксанка, первой звоню!

– Подожди, Машка! Дай подумать! – Оксана на какое-то время замолчала. – А ты Игорю, после того как он исчез, звонила?

– Не-е-т!

– Так позвони ему! После этого решим, что предпринять!

– Ага! – сквозь рыдания ответила Маша.

– Алле, Маша, привет!

– Игорь! – Маша, вконец запутавшись в том, что происходит, замолчала. – Игорёчек, ты жив?! – срывающимся голосом спросила она.

– Жив, Машенька, – заверил девушку Игорь.

– А… а что это было? Ты не ранен?

Игорь покраснел.

– Машенька, со мной все в порядке, я сейчас к тебе подойду!

– Аллё, Оксанка! Ты была права! С ним все в порядке! Он где-то по городу ходит! – в голосе Маши проскальзывали металлические нотки.

– Я тебе говорила, Маша! Им бы только развлечения!

– Он сейчас придет – ну я ему устрою! – словами, какие использует мама при угрозе расправы с папой, сказала Маша и вскрикнула, выронив телефон. На балкон взобрался с букетом цветов Игорь. Из ступора Машу вывел голос Оксаны, что-то кричавший в трубку.

– Я тебе перезвоню, – сказал Маша и выключила телефон.

– Машенька! Я за цветами ходил, – Игорь встал на колено, вытянул руку с полевыми цветами и склонил голову.

– У меня к тебе серьезный разговор, Игорь. Думаю, нам не надо больше встречаться! Подожди, не перебивай! Ты по определению, Игорь, будешь искать прежде всего праздника, а не любви! – прищурив правый глаз, будто оценивая, неожиданно сказала Маша.

– Это почему? – удивился Бекагаев.

– Я думаю, тебе не зачем это знать, – попыталась разжечь любопытство Игоря Маша.

– Раз уж начала – продолжай.

– Только, пожалуйста, не обижайся! Постарайся прежде осмыслить…

– Ну, давай, интриганка! – горько усмехнулся Игорь, начиная терять интерес.

– Я где-то читала, да и Оксанка мне говорила: время зачатия напрямую формирует личность в будущем. Ты, к слову сказать, родился в сентябре, значит, ты новогодний ребенок – тебя зачали в новогодний праздник…

– И что?

– А то, что у тебя на уме только праздники и вечеринки. И наверняка, когда дело касается Нового года, то вообще с ума сходишь!

– Ну-ка, ну-ка! – заинтересовался Игорь. – Очень интересно, действительно!

Он тут же стал высчитывать по дню рождения сестру, затем маму и папу.

– Ха-ха! – засмеялся он. – Посмотри-ка, в нашей семье все зачатия на праздники приходятся!

Затем, чувствуя подвох, нахмурился:

– А у самой-то как?

– А у меня не так! – язвительно сказала Маша. – Ни один праздник на этот день не приходится. Значит, я зачата в любви!

Игорю захотелось её немного позлить. Он встал и подошел к Маше.

– Ну, я бы так категорично не утверждал! Есть же внутрисемейные праздники! Например, окончание школы…

– Ты чё! – Маша ударила своими маленькими кулачками в его выпяченную грудь.

– Высшей школы, я имел в виду!

– Всё, хватит!

– Не, а чё! Чистота эксперимента должна присутствовать. Покопайся в семейных архивах, вдруг что и найдешь! Не найдешь – у родителей спроси: что они могли отмечать в такой-то месяц такого-то года. Вряд ли они сообразят, что ты своим зачатием интересуешься!

– Игорь, какой же ты нудный!

– Ага! Меня просила не обижаться, а сама в себе разобраться не хочешь! Копни получше – и ты узнаешь, что обязана днём своего рождения какой-нибудь вазе, которую подарил твой будущий папа твоей будущей маме!

– Сволочь! – процедила, закусив губу, девушка. И тут же Игорь, уронив букет, бережно подхватив Машу, закружил, что-то горячо говоря ей на ушко…

***

Мешков знал, что Оля идёт за ним следом. Он заметил её совершенно случайно, выходя из трамвая на остановку раньше, так как приехал на свидание намного опережая назначенное временя. «Оля!» – обрадовался он, увидев девушку идущей неторопливой походкой в сторону «Карабаса». Первое желание Никиты было устремиться к ней навстречу, но в ту же секунду он передумал и решил извлечь из этой ситуации некоторую выгоду. Сделав вид, что он её не заметил, Никита пошел впереди Оли, ведя себя несколько «вызывающе» – поднял с тротуара шоколадную обертку и метко бросил её в урну, положил денежку в стаканчик старенькой бабушке, перешел пустую дорогу, только когда зажегся зеленый свет. И только после этого, остановившись якобы завязать шнурок, Никита оглянулся и увидел Олю. Загорелая, красивая, в яркой, обтягивающей майке и в джинсах, надетых ниже ватерлинии, она приковывала взгляд и вызывала восхищение.

– А я думаю, ты или не ты идешь впереди!

– А я думаю, от кого такое солнечное излучение?! Привет, Оля! Как ты съездила?

– Привет, Никита! Да хорошо всё! Можно сказать, отдохнула: природа, воздух! Зато обратно в город приехала и поняла, что стала неадекватна: информацию воспринимать не могу, людей не понимаю, ничего не понимаю, голова кружится.

– Почему?

– Стоит черный «Кайен», крутой такой, из тех, что обычно не заморачиваются по поводу правил дорожного движения и из окон которых на всю улицу раздается какая-нибудь мерзкая «умца-умца» с такой силой, что задумываешься, как они там не оглохнут. И вот, из него гремит музыка, и только пройдя некоторое расстояние, я понимаю, что это песня «Городские цветы»… Иду дальше и тут замечаю перед собой юношу, который поднимает с тротуара чужой мусор и бросает его в урну.

«Заметила!»

– Что-то изменилось в этом городе, пока меня не было! – улыбалась она. – А как это время провел ты? Продолжаешь заниматься паркуром?

Мешков даже остановился от такого вопроса. «Разве можно перестать заниматься паркуром?!»

– Мои следы есть везде!