Читать книгу "Умница и красавица"

Настоящая Любовь

В этот раз рядом с Алексеем была красавица, до ее дома оставалось несколько десятков метров, и все мысли нашего героя наполнились любовью. Леша обнял подругу, когда они погрузились в полутьму слабо освещенной улицы 5-й Армии. Возле дома №61 Алена остановилась. Здесь было ее новое жилье. Дом, где находилась двухкомнатная квартира для проживания ее семьи. Сейчас с мамой и отцом, а потом… Вдруг девушку охватили нежные и немного тревожные чувства. Она внимательно посмотрела в глаза своему спутнику. Алена пыталась оценить сложившуюся обстановку. Ей хотелось понять силу их с Алексеем притяжения друг к другу.

«Интересно, а будет ли он ко мне приставать? Мы ведь останемся в квартире один на один. А если он оробеет, как мне тогда быть?» – размышляла разгоряченная объятиями и поцелуями Алена.

– Разберемся, – в унисон с Аленой, словно уловив мысли любимой, пробасил Алексей. – Давай с вещами разберемся, затащим их в квартиру и в кинотеатр побежим, время поджимает уже.

И вот они уже на пятом этаже второго подъезда. Алена начала убирать вещи, а Алексей, стоя в коридоре, переминался с ноги на ногу. Парень и не мыслил приставать к подруге. Он обдумывал что-то свое и потом произнес то, что девушка совсем не ожидала:

– Алена, ты прибирайся, а я тебя на улице подожду. Осмотреться надо. Мне эти места знакомы, только, кажется, я здесь давно не был.

Он вышел из подъезда. Двор был необычно красивым. Зеленел, шумя трепетной листвой молодых деревьев, самый настоящий сад.

«Боже мой, как здесь хорошо. Я этот сад знаю, но только из своего будущего, состарившимся, хилым и неказистым. В этом доме жили мой прадед Георгий и прабабушка Алла Щекотовы по родовой женской линии моей мамы Оли. Вот она, добрая и улыбчивая баба Алла. Она снимает белье, которое развешанным на веревке сушилось в этом саду. Она всегда то ли в шутку, то ли всерьез говорила, что уходит во двор сушить белье. Как же тесен мир! Как же мы переплетены замысловатыми кружевами времени. Пойду-ка я вглубь сада посмотрю, может быть, увижу кого-нибудь еще из знакомых», – подумал Алексей и шагнул в океан ароматных запахов молодых деревьев и травы.

На скамеечках в глубине зарослей кустарника сидели четверо мужчин. Потом к ним подошел Гриша Красовский. Они резались в подкидного дурака. Рядом стояла початая бутылка водки и лежала пара плавленых сырков «Дружба». Мужики то ли спорили, то ли обсуждали какие-то вопросы. Алексей прислушался. Голоса показались ему до боли знакомыми, родными и близкими.

«Е-мое, это же Гоша, мой прадед», – узнал он своего любимого и уже давно ушедшего в мир иной старика.

Только здесь в прошлом он был в расцвете сил, хоть и голова у него была посеребрена сединами. Рядом сидел его давний друг Анатолий Павлович Леонов из соседнего дома. А двумя другими партнерами были его сын Саша Щекотов – Лехин дядя, давно ушедший по причине тяжелой болезни. Он был родным братом бабы Лены, жены Алешиного деда Сергея. По его местам боевой славы он только что прогуливался. Четвертым картежником был друг Саши Щекотова – Лева Вербицкий. А Гриша Красовский жил тоже во втором подъезде этого дома. Потом он станет известным правозащитником.

Увидев наблюдающего за ними парня, компания оживилась и стала дружелюбно звать Алешу к своему импровизированному столу.

– Слышь, парнишка, подходи к нам, выпей рюмашку!

– Не, спасибо, я непьющий. Я девушку свою жду. Она в этом доме живет, и нам надо торопиться в кинотеатр «Гигант».

– Ну, как знаешь. Если передумаешь, приходи, и в карты поиграем.

– Спасибо за приглашение, я подумаю. Я буду иметь в виду…

Алеша не знал, почему Алена задерживалась. А она взбивала подушки и перину. Стелила чистые и накрахмаленные простыни. Она готовилась к своей первой ночи с любимым мужчиной. С ее самым первым и самым дорогим человеком. Пусть они знакомы с ним всего только один денечек. Зато о мужчине красивее, умнее и желаннее она уже и не думала, и не мечтала.

«Другого такого парня я уж точно не смогу встретить. Он. Только он. Он один и на всю жизнь!» – так думала молодая девушка, испытав свое первое сильное и нежное чувство.

Потому что в ответ она встретила такой же неземной восторг любви. Это окрыляло. Это делало все принятые в обществе запреты несущественными. Любовь оказалась сильнее.

Вот уже наши молодые люди сидят на последнем ряду кинотеатра. Начинается какой-то художественный фильм. А какой? Да черт его знает. Неважно это сейчас, неактуально.

«Мы на местах для поцелуев, нам бы свет быстрее потушили», – в ожидании начала сеанса думала наша влюбленная пара.

Зал полупустой. Все зрители сосредоточились в первых рядах. А тут рядом никого. Благодать для любящих друг друга молодых людей.

«Ну, когда же закончится этот киножурнал „Ералаш“? Ну, когда? И когда же фильм начнется», – ждали зрители с нетерпением. Потом они устремили свои взоры на экран. Зрители с волнением и трепетом смотрели, как развивается сюжет кинокартины. Они были захвачены искрометными сценами и очаровательной игрой актеров.

А нашим ребятам не до кино. Им не нужно играть и, притворяясь, лицедействовать. Им не надо быть артистами. Они искренны. Они влюблены.

– Алешенька, послушай, как бьется мое сердечко. Мне кажется, что оно сейчас, как птичка, выскочит на свободу, – целуя любимого, шепчет Алена, прислоняя его горячую ладонь к своей обнаженной груди через расстегнутые и распахнутые края ее платья.

– Да, я слышу, дорогая. Я все слышу, – Алеша припадает к губам Алены, целует глаза, плечи своей возлюбленной.

Потом его захватывает порыв нежности и страсти. Наверное, в генах первобытного человека, храброго охотника на мамонта и других зверей, отважного воина, защитника своего племени закладывалось трепетное отношение к женской груди, вскормившей его молоком матери в младенчестве и вскармливающей его детей. Жизнетворный этот образ побуждал его, уже взрослого мужчину, к воспроизводству потомства для сохранения своего рода и жизни на Земле. Похожие чувства забурлили и в жилах нашего Алексея. Он целовал груди Алены. Он восхищался их девичьей свежестью и необыкновенной женской сексуальностью. Он тонул в восторге и захлебывался в очаровании, в тех качествах, ярко присущих его новой знакомой. Самой красивой, самой умной, самой привлекательной и самой огненно-желанной девушки на всем белом свете. Они не заметили, как включился свет по окончании киносеанса. О чем был фильм, они не знали. Полтора часа пролетели для них как одно мгновение. Алена начала судорожно поправлять свою расстегнутую одежду. Она была вся растрепанная и прерывисто дышала. Алексей тоже был в расхлестанном состоянии. От перевозбуждения он дышал, как паровоз. Он еще несколько минут не мог подняться с кресла. Как будто бы его придавили тяжелым грузом. Их прелюдия любви завершилась, чтобы потом вспыхнуть с новой силой.

– Алешенька, любимый, поднимайся. Пойдем ко мне домой. Эта ночь будет нашей. Мы будем счастливы с тобой.

Через дворы они вышли на улицу Горького и направились вправо. Вот на пути наших влюбленных возник трехэтажный «дом с сундуком». Так его называла молодежь, потому что, несмотря на ругань жильцов, там можно было уединиться для робких и неумелых первых поцелуев. Вот они уже проходят мимо памятника Максиму Горькому, в честь кого и названа эта улица. Памятник представлял собой голову революционного писателя, расположенную на невысоком постаменте. Не так давно по иркутскому областному телевидению транслировали показательный суд над несколькими хулиганами. Предводителем у них был парень по фамилии Моторо. Вся вина хулиганов сводилась к тому, что они в пьяном угаре оторвали телефонную трубку в уличном телефоне-автомате и зачем-то этой трубкой колотили по носу памятника «буревестнику революции».

От этого воздействия гранитный или, может быть, мраморный отросток на каменном лице Горького не выдержал и отвалился.

«Какая наглость, какое безобразие!» – именно такие эмоции была призвана воспламенить в людях – строителях коммунизма – эта хулиганская выходка подвыпивших балбесов. Но скорее всего, многие иркутяне были в недоумении, зачем такую хреновину показывать на всю Иркутскую область?

В будущем тот старый памятник Горькому убрали. Да и не Горьким он был на самом деле, а Алексеем Максимовичем Пешковым. Жизнь у него в детстве была горькой. Вот и прилепилось к нему такое погоняло. При Советах его жизнь трудно назвать горькой. Он был одним из великих русских писателей, прозаиков и драматургов. Его заслужено почитали как революционного писателя. Правда, это не помешало кому-то сжить со свету литератора. Его отравили в 1936 году.

О тех событиях Алексей знал неплохо, так как его школа №15 носила тоже имя Максима Горького. Но сейчас эта тема его не занимала.

– Леша, мы идем с тобой в противоположную от дома сторону. Нам надо развернуться. Наша улица 5-й Армии в другом направлении, – засмеялась Алена.

А Алеша шел к своей любимой девушке, почти ничего не замечая вокруг. Он светился счастьем. Казалось, что возле пары возлюбленных кружит целая стая купидонов со своими колчанами и стрелами. Алеша начал с волнением припоминать, кто такой этот загадочный персонаж из древних писаний.

А он был сыном богини Венеры, герой римской мифологии и самый известный символ Дня Святого Валентина. Этот озорной ангелочек всегда метко стрелял, и те люди и боги, в которых попадала стрела Купидона, непременно влюблялись. В Древней Греции аналогом Купидона был юный сын богини Афродиты Эрос. Один из мифов рассказывал о нежной и трогательной истории любви Эроса и Психеи. Правда, еще есть похожие мифы о Купидоне, Амуре, Венере и Психее (ее именем названа наука – психология).

Мама Эроса Афродита не хотела становиться свекровью земной жительницы Психеи. Неземная красота земной девушки ее раздражала. Она завидовала ей. Афродита приказала сыну околпачить девушку, навредить ей или убить ее. Но Эрос – юноша необыкновенной красоты – по уши втрескался в Психею и сделал ее своей женой. Однако по приеданию ее мужем должен стать самый уродливый монстр. Психея не знала, как выглядит ее муж. Потому что земным людям нельзя было видеть богов. Наверное, они общались на ощупь. Психея жила счастливо, ожидая увидеть образ мужа в лице ребенка, которого носила под своим сердцем. Но ее завистливые сестры, стремясь навредить красавице, убедили девушку проследить за мужем и наконец-то увидеть его. Эрос был очень огорчен непослушанием Психеи. Он наказал ее, покинув девушку. А вместе с ним исчезли прекрасный замок и чудесные сады, где они наслаждались жизнью. Психея осталась в одиночестве. Она очень страдала без любимого. Чтобы разыскать своего мужа, она отправилась в храм к Афродите. Психея обратилась за помощью к матери своего возлюбленного. А та – ох уж это женское коварство! – решила воспользоваться случаем, чтобы погубить девушку. Ради любимого Психея была готова на все. Обещая в награду рассказать, где отыскать Эроса, Афродита давала Психее разные невыполнимые задания. Одно было сложнее другого. Но Психея со всеми справлялась достойно. Последним заданием для Психеи было доставить ящик Пандоры в преисподнюю (в нем якобы находилась женская красота). Но ни при каких обстоятельствах она не должна была открывать ящик Пандоры. Во время путешествия Психея не раз была на краю гибели, но твердо соблюдала наложенный запрет и не открывала ящик. Однако простое бабское любопытство все же победило осторожность. И Психея открыла его. А вместо красоты хитрая свекровь затырила в ящик Пандоры мертвый сон. Типа вечного снотворного. Психея уснула, наказав себя за излишнее любопытство всем людям в назидание. Но Эрос скучал по любимой. Он, как бог без навигатора, нашел на Земле свою возлюбленную в безжизненном состоянии. Жалея ее и любуясь неземной красотой девушки, он простил ее и золотой стрелой снял с нее заклятие – мертвый сон. А боги, восхищенные силой их любви, на своем сходняке под предводительством Зевса постановили сделать Психею богиней, подарив ей вдобавок бессмертие.

«Во, блин, какие чудеса может творить любовь», – думал Алексей, когда молодые люди пришли домой.

Анюта направилась принимать ванну. А у Алексея выдалась минутка для пользования из прошлого достижениями цивилизации XXI века. Он позвонил своему деду по сотовой связи:

– Деда, привет. Я сегодня ночевать домой не приду. Я у друзей зависну. Кстати, я тебе купил докторской колбасы и немного буженины на деньги 1961 года выпуска. Почти пять рублей истратил. Так что порадую тебя завтра натурпродуктом.

Потом, в ожидании выхода Алены из ванной комнаты, Алексей поймал себя на мысли: «Как-то странно получается. Я сейчас нахожусь в прошлом – в двадцатом веке, а сотовая связь и интернет 4G работают, как всегда в привычном для меня режиме».

– Алеша, ты с кем там болтаешь? – из ванной комнаты сквозь водяной дождик, льющийся из душа, послышался голос Алены.

– Это по телевизору говорили. Я просто каналы переключал с первого на второй. Ничего интересного не показывают. Я и выключил телевизор. Два канала и есть два канала, выбора почти никакого, – сказал Алеша, входя в ванную комнату к Алене.

При этом, попав в сказочную обитель обнаженной девушки, сознание парня воспроизвело картину из раздевалки плавательного бассейна, происходившую в недавнем будущем.

После тренировки по плаванию пацаны втолкнули в женскую душевую комнату очкарика – ботаника Витьку Тарасова, который на ощупь искал входную дверь в мужской душ. Он был без своих очков с толстенными стеклами. Поэтому плохо ориентировался в окружающей обстановке. Влетев в помещение, переполненное обнаженными девчонками, он сразу погрузился в звенящее и бурлящее негодованием облако женского визга. Визжали все без исключения. Кто-то из девушек пытался прикрыть свои прелести тазами. Кто-то бесстрашно бросился к пришельцу, чтобы дать ему по наглой морде и вытолкать прочь. А огорошенный и обескураженный ботаник, прикрывая ладонями свое мужское достоинство, неистовым голосом орал:

– Девчонки, я без очков. Я без очков нихрена не вижу. Я здесь случайно. Пацаны меня втолкнули… А-а-а, ой, ой, ой…

А одногруппники потешались и от смеха катались по полу в коридоре. Этот шум и визг всплыли в памяти Алексея.

Он почему-то опасался именно его. Но Алена не закричала и не завизжала. Она казалась спокойной, возвышенно небесной, такой загадочной феей. Потоки воды из душа омывали обворожительные формы ее стройной девичьей фигуры. Тени от тусклой электрической лампы скользили от ее груди по бедрам и тонули, убегая в слив ванны вместе с ручейками воды, которым посчастливилось прикоснуться к телу этого божественного создания. Алена расслабилась, она наслаждалась таинством зачарованного взгляда ее возлюбленного. В ней начинали бушевать те запретные чувства, которыми были очерчены нормы коммунистической морали. Любовь вне брака была под строгим общественным запретом. Но разве могут они, эти нормы и запреты, победить воспылавшее чувство любви?

– Алешенька, дорогой, иди ко мне. Не бойся ничего. Я твоя. Я навеки твоя. Как я тебя люблю, ах, как люблю, – шептала, изнемогая от прилива жарких чувств, красавица Алена.

И Алеша шагнул. Он сразу погрузился в бездну страсти, водоворот неземного восторга и сладострастие божественного наслаждения.

Потом была бессонная ночь, наполненная безумством нежности, восхищением и любовью.

Утром Алексей проснулся первым. Ранние лучики летнего солнышка начали прокрадываться в их сказочную опочивальню. Они, проходя сквозь тюлевую штору, слегка покачиваемую утренним свежим ветерком, плясали свой танец любви на обессилившем от любовной неги обнаженном теле красавицы.

Свет струился по вздымающейся во время плавного дыхания груди спящей девушки, пробегал по плоскому животику и вспыхивал на бедрах. Устремляясь к изголовью кровати, он потом снова возвращался к девичьей груди. Леша долго еще любовался своей возлюбленной. Потом, чтобы не нарушать ее сладкого сна, написал записку, что скоро придет к ней. И отправился домой, используя все тот же таинственный путь по лабиринту времени. Солнце уже взошло. Дома на кухне были баба Лена и дед Сергей. Леха протянул авоську с советской колбасой и бужениной, которую пятнадцать минут назад достал из холодильника Алены. Девушка позаботилась о том, чтобы продукты не испортились. Хотя сам Алексей о них почти совсем забыл, будучи охваченным порывом страсти и любви. Его любимые старики оценивающим взглядом посмотрели на эти изыски. Было видно, что они удивлены и продукту, и кассовому чеку с указанием даты покупки, который был завернут вместе с товаром.

Поскольку уже почти не было сил, Алеша поднялся к себе в комнату на второй этаж и погрузился в безмятежный сон. Проспав два или три часа, он начал нервничать и суетиться.

«Надо же бежать к Алене. Она уже, наверное, проснулась. Я так хочу ее поцеловать и подарить ей огромный букет цветов».

С этими мыслями он сел в свою машину Hyndai Elantra и поехал на рынок на Волжскую улицу. Мог бы и пешком сходить, тут рядом, но поленился. По дороге он, замечтавшись, совершил небольшое ДТП. При повороте направо он не убедился в безопасности маневра и помял правое переднее крыло своего автомобиля, нанеся при этом царапину другому авто. Конфликт уладили быстро, заполнив соответствующие документы страховой компании. Полицию на место происшествия не вызывали. И вот наш герой с большим букетом хризантем шагает по Иркутску. Глаза его светятся огоньками счастья. Прохожие оборачиваются, чтобы посмотреть вслед этому жизнерадостному парню, излучающему восторг, доброту и любовь. Алексей идет уверенной походкой. Уличные собаки, которые при обычных обстоятельствах не преминули бы облаять пешехода, сейчас, пристроясь к нему, вышагивали строевым шагом любви почти всю дорогу вниз по улице Коммунистической. Возле спуска с пригорка на улицу 3-го Июля они почему-то убежали прочь.

Когда Алеша спустился вниз по крутому тротуару, он обомлел. На том месте, где еще недавно был его заветный вход в лабиринт времени, стоит фундамент стены. Из бетономешалки раствор ритмично подается для распределения по всей стройплощадке. Строительство после многомесячного простоя почему-то именно сегодня внезапно закипело, забурлило.

«Может быть, кто-то пожелал расстроить мое счастье? Может быть, я в чем-то провинился перед небесами? – тревожно думал Алексей. – Как же я теперь смогу увидеть свою любимую Алену?»

– Алена, Аленушка, где же ты, моя дорогая? Где же ты, моя любимая? – с этими словами Алексей устремился бегом на улицу 5-й Армии.

Вот уже дом №61. Вот второй подъезд. Вот пятый этаж. Вот уже двери той заветной квартиры, где еще три часа назад он был счастлив и горячо любим его красавицей Аленой. Алексей нажимает на уже знакомую кнопку дверного звонка. Раздается все тот же звук «тили-тили», но никто не открывает дверь. Он снова звонит, звонит еще и еще. Вдруг за дверью послышались шаркающие шаги. Дверь открылась, и перед парнем предстала старая и больная женщина. Ее когда-то голубые глаза выцвели и были почти бесцветными.

Последняя встреча

– Проходите, пожалуйста, молодой человек, – послышался старческий скрипучий голос. – Вы к кому? Я чем-то могу вам помочь?

– Я ищу Алену Николаевну, ой, просто Алену. Она здесь раньше жила. Я очень хотел ее увидеть. Она еще четыре часа назад была здесь, но что-то случилось. Я сам не могу понять что, – сбиваясь, взволнованно запричитал наш Алексей.

– Если вы к Алене, молодой человек, то она Алена Алексеевна. А четыре часа назад она не могла здесь быть. Она сейчас на студенческой практике в Майами в США. Практика уже закончилась, и она уже не сегодня-завтра должна вернуться в Иркутск. Так что приходите через два дня, и вы ее увидите. Впрочем, откуда вы знаете Алену? – бабушка изучающе и пристально начала всматриваться в лицо Алексея и в его карие глаза.

Алеша засмущался, замешкался.

– Проходите в квартиру, проходите, пожалуйста, – глаза бабушки засветились огоньками отдаленной надежды былых воспоминаний.

– Спасибо, спасибо, извините за беспокойство, – взволнованно произнес наш герой, неуклюже входя внутрь квартиры.

Дальше они уже не произнесли ни одного слова. Их общение и разговор были телепатическими и продолжились глазами.

Алексей:

«Кто это изображен на картине, висящей на самом видном месте?» – спросили глаза парня, пробегая взглядом по портрету человека удивительно, как две капли воды, похожего на него самого.

Пожилая женщина:

«Это мой единственный и безгранично любимый сын Алексей. Ему в этом году исполнится сорок один год», – сказали в ответ внезапно помолодевшие глаза воспрянувшей собеседницы нашего героя.

Алексей:

«Ой, а это кто? Такая необыкновенная голубоглазая красавица брюнетка? Это Алена?» – заискрились глаза Алеши.

Пожилая женщина:

«Да, это Алена. Она моя внучка от моего дорогого сына Алексея. Ее-то приезда из Америки я и жду. Говорят, что она удивительным образом походит на меня в молодости. Когда-то я безумно влюбилась в прекрасного парня. Мы с ним общались всего-то один день. Потом он исчез, пропал бесследно, как сквозь землю провалился. Я ждала, я искала его. Но все безрезультатно. Он тогда написал записку, правда, она не сохранилась, что скоро придет, но… – ее глаза наполнились слезами. – А вас, случайно, не Алексей зовут? Вы мне очень сильно напоминаете того парня из уже далекого прошлого».

После этих слов она подошла к комоду и достала оттуда сувенирный платок с изображением контура озера Байкал, эмблемы ансамбля «Солнышко» и надписью «2012 год». И стала нежно и трепетно перебирать его морщинистыми, видавшими виды пальцами.

Алексей:

«Да, я Алексей. Алексей Шевченко… Но… Но… Я же пытался сегодня, в этот же день почти сразу после расставания вернуться к своей самой дорогой и любимой девушке. А портал и лабиринт времени были уже закрыты… Я в этом не винова-а-а-т… Видимо, судьба такая, – глаза Алексея горько заплакали. – Неужели у меня сейчас есть сын из прошлого, который почти в два раза старше меня сегодняшнего? Неужели у меня есть красавица внучка из прошлого, которая является мне сегодняшнему ровесницей? Как же так получилось? Как же так?» – продолжали горько плакать и причитать его глаза.

Алена Николаевна – пожилая женщина:

«Ничего уж тут не поделаешь. Судьба такая… А на самом деле прошло уже более сорока лет. И ты вернулся не к девушке, а к старенькой бабушке. Вот ведь какие чудеса бывают на свете».

Алексей:

«Это вам, – и парень протянул женщине огромный букет хризантем. – Я его купил, чтобы подарить после расставания, спустя три или четыре часа, своей самой любимой девушке Алене», – начали сбивчиво и взволнованно повторяться глаза Алеши.

Воцарилась длинная пауза.

Потом из репродуктора стали доноситься слова и мелодия старинного русского романса:

 
Отцвели уж давно
Хризантемы в саду,
Но любовь все живет
В моем сердце больном…
Отцвели уж давно
Хризантемы в саду…
 

Алена Николаевна – пожилая женщина, ее глаза повторили слова Алексея:

«Вот вам букет, – и задумчиво, и печально мысленно произнесли. – Да… Но ведь тогда мы по твоей инициативе договорились общаться только на „ты“. Правда, тогда мы оба были молодыми…»

В репродукторе продолжали звучать трогательные слова:

Опустел наш сад, вас давно уж нет,

Я брожу один весь измученный,

И невольные слезы катятся

Пред увядшим кустом хризантем…

Алексей видел, как внезапно помолодевшие глаза его собеседницы любуются им. При этом они начали излучать поток какой-то щемящей тоски, скорбной и, одновременно, доброй и теплой энергии. Этот поток подхватила каждая морщинка на ее челе. А поскольку таких милых морщинок на лице Алены Николаевны было огромное множество, эта энергия воспоминаний стала все усиливаться и усиливаться. Она уже переполнила всю двухкомнатную квартиру и через окно начала изливаться во двор, в захиревший от времени сад. Старые деревья в унисон этим вибрациям зашумели своими плешивыми кронами. Потом они запели, скрипя и повторяя слова предыдущего куплета из грустного старинного романса:

Опустел наш сад, вас давно уж нет,

Я брожу один весь измученный,

И невольные слезы катятся

Пред увядшим кустом хризантем…

Алексей:

– Я, наверное, пойду. Мне как-то не по себе. Я ничего не могу понять.

Песня из репродуктора подходила к концу:

 
Отцвели уж давно
Хризантемы в саду,
Но любовь все живет
В моем сердце больном…
Отцвели уж давно
Хризантемы в саду…
 

На следующий день Алена Николаевна упокоилась. Она умерла счастливой. Когда ее в катафалке везли в последний путь, рядом с гробом сидел ее сорокалетний сын Алексей и наш Алеша со своей ровесницей, голубоглазой брюнеткой, красавицей Аленой – любимой внучкой бабушки Алены, неимоверно похожей на нее в молодости. У ее отца Алексея глаза были влажными, но он крепился и сдерживал себя, чтобы не заплакать. А Алешка и Аленка изо всех сил морально поддерживали друг друга, поддерживали, поддерживали, а потом, обнявшись, горько зарыдали. И своих слез уже не скрывали. При этом каждый из них был погружен в свои мысли. Они думали, наверное, о ценности жизни и о любви, без которой жизнь просто невозможна. Без любви, без бурь эмоций и ураганов страстей, без страданий и переживаний жизнь может превратиться в серые будни и, конечно, же, во многом стать бессмысленной.

А усопшая бабушка Алена тем временем лежала в саване с навсегда застывшей посмертной доброй и милой улыбкой. В кисти ее правой руки был зажат тот платочек, на котором рядом с профилем озера Байкал и эмблемой «Солнышко» был вышит «2012 год». Этот платок ей когда-то подарил единственный любимый на всю жизнь парень Алексей. Она так и не вышла замуж. Она всю жизнь ждала внезапно исчезнувшего в неизвестности своего возлюбленного. И наконец дождалась его. Он пришел к ней в последний день ее земной жизни. С этим уже сбывшимся, хоть и очень запоздавшим – почти на всю жизнь – счастьем, она и упокоилась, вступив в вечность.