Текст книги "Академия теневых заклинаний"
![](/books_files/covers/thumbs_240/akademiya-tenevyh-zaklinaniy-252132.jpg)
Автор книги: Шеннон Майер
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 9
– Какая у нас будет стратегия? – Я подхватила под руки Уолли и Веснушку и зашагала к воротам, открывающимся перед нами. Будь я проклята, если отправлюсь туда одна. А эти ребята, похоже, знали, чего стоит ожидать. Вместе мы сильнее – это я уяснила еще со времен детства с Томми и Рори.
– Итак. – Веснушка торопливо семенил рядом, пытаясь подстроиться под мой длинный шаг. – Человек на вершине этого сектора, очевидно, принадлежит к Дому Теней, а значит, ему и будет посвящен этот участок. Если твоим вербовщиком выступил Песочный человек, получается, ты в своей стихии.
– По твоим словам, они убивают людей. Думаешь, это и есть мой профиль? – скептически поинтересовалась я.
– Мой профиль – создание передвижных банков памяти, – вставила Уолли.
– Какая гадость! Ты же, надеюсь, не некромантка? – простонал Веснушка, глядя на Уолли. – Именно так они всегда и говорят. Мертвых нельзя использовать для восстановления информации. Это неправильно. Совершенно.
– В воскрешении из мертвых есть свои преимущества, – ответила Уолли, когда ворота перед нами распахнулись шире. Мы были почти внутри, возглавляя группу не особо уверенно шагающих участников испытания.
– Нет, их нет, – возразил Веснушка. В моем сознании сработал сигнал, оповещающий об угрозе, и прокатился вдоль позвоночника. – В том, чтобы вернуться после смерти разложившимся трупом, нет ничего хорошего!
– Стойте, – прервала я их, замедлив шаг, как только мы добрались до открытых створок ворот. Схватив Уолли за локоть, я отступила в сторону. Веснушка юркнул за наши спины.
– Что такое? – прошептала девушка.
Узкая тропинка вилась от ворот и скрывалась в густом лесу красных деревьев. Зеленая трава пробивалась между зарослями хитро переплетенных сорняков и редких кустарников, в которых с легкостью можно было запутаться, если попытаться прорваться сквозь них.
Следующие за нами ребята тоже сбавили шаг, и я сразу поняла: они ждут, кто решится пойти туда первым. А как иначе? Ведь мы входим в логово проклятых хищников, славящихся убийством людей. Даже если это и была какая-то изощренная шутка, которая мне не казалась смешной, к ней точно приложил руку Бакенбарды, а у него явно опасное чувство юмора. В этом месте прятались монстры, и у них имелось преимущество перед нами.
Я сжала запястье Уолли по той же причине, по которой в прежние времена сжимала руку Томми – ради поддержки и призыва двигаться дальше. Внезапно мою грудь сковала боль утраты. Останавливался ли он возле этих ворот, как я сейчас? Ждал ли, когда кто-то сожмет его запястье, как это делала я в потенциально опасных ситуациях?
– Пройдем насквозь или обойдем? – тихо спросила я, медленно двинувшись вперед. Нынешняя обстановка ничем не отличалась от тех случаев, когда мне приходилось красться через дикую чащу по следам зверя, уничтожающего наш скот. Сейчас была важна настороженность. И готовность действовать.
– Судя по маминым рассказам, многие шли в обход, но сама она жалела, что не пошла насквозь, – ответил Веснушка. – Хотя она никогда не общалась ни с кем из этого дома.
– Согласно истории академии, из тех, кто пошел прямо, три процента погибли, – прошептала Уолли. – Шестьдесят пять процентов дошли до конца.
– А сколько погибло из тех, кто решил идти другим путем? – поинтересовался Веснушка.
– Ни одного, – ответила она. В эту минуту от группы подростков отделились несколько крепких на вид парней. Они, минуя тропинку, медленной походкой направились прямо. – Но из них только пятьдесят процентов справились.
– Значит, у нас больше шансов победить, если мы пойдем прямо, хотя при этом мы можем погибнуть? – голос Веснушки сорвался на писк. – Разве это шансы?
– Этот шанс выше, чем выжить, летая на дельтаплане во время урагана, – невозмутимым тоном проговорила Уолли.
– Ну вот почему у тебя настолько хорошо с математикой, но напрочь отсутствуют навыки общения? – взвизгнул он, его голос повысился на несколько октав. Меня вдруг осенило, что это он тогда верещал в вертолете. – Это не нормально.
Мимо нас проскользнула стайка из пяти девиц, все они были в черном, вплоть до накрашенных черным ногтей, и направилась к тропинке. При этом они прижимали руки к груди и хихикали. Девушки походили на раздражающих глупышек. Всем своим видом показывающих: мы со всем справимся, без проблем. Но их плавная походка и серьезный взгляд говорили совсем о другом.
О чем – я разгадала без труда.
Если бы я увидела, как подобная компания пробирается ночью в наш городской парк, сразу бы решила: они явно замышляют что-то недоброе, это уже не первое их родео, и любая попытка последовать за ними, даже из любопытства, приведет к последствиям.
Тут в моей голове что-то щелкнуло. Меня посетило странное осознание.
– Они отсюда, – удивленно проговорила я. – Уолли, из тех шестидесяти пяти процентов, кто прошел до конца, сколько человек осталось в этом доме?
– Хороший вопрос. – Она задумалась. – Полагаю, где-то процентов восемьдесят. Довольно большой процент тех, кто выбрал другой путь, состоят не в этом доме.
– То, что она делает, просто ненормально, – повторил Веснушка. – Это другой язык, на котором говорят только психопаты.
В эту секунду вперед вышел невысокий парень с палочкой, сильно напоминающей ту, что держала в руках та женщина, и зашагал вперед. Сразу видно: тупой, как пробка. Сверкнув улыбкой стоящим позади ребятам – видимо, своей публике, – он шутливо поклонился, после чего ступил на дорожку.
Я знала, о чем думает этот позёр: если группка глупых девчонок способна пройти, то я и подавно.
Я расплылась в улыбке.
Эти девушки завлекали за собой самонадеянных идиотов. Здесь, в этом окружении, они чувствовали себя уверенно, и их целью было навредить тем, кто не понимает, с чем они столкнулись.
– Потрясающе, – проговорила я, мое сердце учащенно забилось, а желудок свело. – Конечно, очень запутанно, но все равно… класс.
Позёр глянул на часы, одарил свой фан-клуб улыбкой и пошел вперед. Тут же небольшая группа подростков двинулась за ним: парни – излучая напускную храбрость, девчонки – щебеча и нервно хихикая.
Крючок, леска и грузило – вот и все, что нужно, чтобы поймать безмозглую рыбку.
– Идемте. – Схватив за руки своих спутников, я поспешила следом за Свитой Позёра.
– Только что нам сообщили массу статистики, разве этот путь для нас не смертелен? – поинтересовался Веснушка, семеня за мной, его круглое лицо уже покрылось потом.
– Для нас – да, – сказала Уолли, которую даже не требовалось тащить – она шла добровольно. – А вот для него, – она кивнула на меня, – узнаем.
Выпустив их руки, я сказала:
– Да, этот путь смертелен для нас всех, – и вынудила себя замедлить шаг, когда мы приблизились к тропинке. Мне требовалось обдумать дальнейшие действия.
Логика подсказывала идти в обход. Черт, даже статистика говорила об этом. Ни один человек, отправившийся другим путем, не погиб. Бакенбарды, по всей видимости, считал, что я добьюсь успеха в Доме Теней, и кто-то еще, очевидно, полагал, что мне – точнее, Билли – здесь самое место, только я этого не знала. Не знала ничего. Нам следовало выбрать более легкий путь, как сделали те, кто не принадлежал к этому дому.
Вот только…
Что-то в поведении девушек манило меня. Тянуло вслед за ними. И это было не просто нерациональное желание следовать за ними или предчувствие, что их действия объясняются опасностью этого места. Они намеренно уводили остальных по этому пути. Закидывали приманку в игре на выживание. А значит, понимали, что делают. Имело смысл клюнуть на нее и сесть им на хвост – до тех пор, пока нас разделяет Свита.
«Не игнорируй свою сущность. Делай все возможное, чтобы остаться в живых. Всегда».
– Ну ладно, Бакенбарды, – пробормотала я себе под нос, остановившись перед тропинкой. – Ты победил.
Поставила одну ногу в центр дорожки, следом – вторую. Часы у меня на руке завибрировали, и на экране высветилась надпись: «Ты сделал свой выбор. Удачи».
Внезапно что-то ударило меня в спину, толкнув вперед. Я быстро оглянулась – ничего.
Удивленно развернулась и выставила руку. Моя ладонь уперлась в нечто твердое, отделившее меня от дорожки, точнее, от того пути, который я не выбрала. Оно походило на плексиглас, только это было не стекло, и его нельзя было увидеть.
Уолли и Веснушка, стоя бок о бок, глядели на меня с другой стороны невидимой преграды, а в это время в воздухе разносилось громкое эхо разговоров и смеха Свиты, как если бы мы оказались заперты в одной неосязаемой капсуле.
У меня сдавило грудь, я не могла сделать вдох.
Магия. Настоящая, истинная магия поймала меня в ловушку на этой дороге. Маленькая упрямая частичка моей души, которая до сих пор не могла поверить, была не в силах больше отрицать происходящее.
– Как тебя зовут? – крикнула я Веснушке, не понимая, почему мне вдруг понадобилось это знать сейчас. Возможно, на тот случай, если мы все умрем.
Он нахмурил лоб и немного подался вперед. Его губы беззвучно произнесли: «Что?»
– Как тебя зовут? – повторила я. Мне нужно было развернуться и быстро догнать Свиту, но я чувствовала, что должна срочно узнать его имя.
Веснушка нахмурился еще сильнее, легонько покачал головой и шагнул вперед.
– Что? – снова спросил он, поставив вторую ногу на дорожку. Его голос зазвучал громче и отчетливее.
Я шумно втянула воздух. Терзаясь чувством вины, опустила глаза на его ноги – обе стопы уверенно стояли на тропинке. Часы на его запястье завибрировали. Как только он прочитал послание, наши взгляды встретились.
Я только что случайно заманила его на этот путь. Та группа девчонок преподала мне урок, и я незамедлительно, сама того не осознавая, применила его на практике.
– Как тебя зовут? – уже тихо спросила я, в моих словах слышалось раскаяние. Я мысленно проклинала Песочного человека за то, что он втянул меня во все это. Ругала родителей, что те никогда не рассказывали, куда однажды я могу попасть.
– О, Пит. Только не зови меня Питером. Братья вечно дразнили меня. Просто Питер – это мужское имя, а не член[5]5
Помимо имени, «peter» в английском языке имеет значение полового члена, пениса.
[Закрыть]. – Он закатил глаза. – Ладно, забей. – И выставил кулак.
Я привыкла к рукопожатиям. В моей прежней фермерской жизни не существовало обычая биться кулаками. Мне от этого почему-то становилось не по себе.
– А я… Билли, – вовремя спохватилась я. – Прости, Пит, если ты не хотел идти этим путем. – Я чувствовала, что обязана внести ясность. А потом вспомнила: парни обычно не извиняются – они склонны сваливать вину на других. Поэтому быстро добавила: – Но все-таки шагнул на него, так что… сам виноват.
Тут к нам присоединилась Уолли, отпихнув Пита с дороги.
– Ребята, я вас не слышала. Я что-то пропустила?
– Это Пит. – Я указала на Веснушку большим пальцем.
– Привет, Питер, – деловым тоном поздоровалась Уолли и протянула ему руку для пожатия – в точности, как со мной.
Пит сердито зыркнул на нее и отошел ко мне.
– Конечно, я собирался идти этим путем. Тебя ведь привел сюда сам Песочный человек. А он проявляет внимание только к лучшим. Так что лучший шанс для меня справиться с испытанием – держаться тебя, приятель.
В ответ я язвительно рассмеялась. Им неоткуда было знать, что Бакенбарды пытался затащить сюда моего брата, а в результате получил меня. Я не понимала, какую игру вел этот мужчина: он не отрицал того, что моя семья выступала мишенью, но совершенно не возражал, что вместо Билли отправилась я. Одно радовало: я знала то, чего не знал Томми.
Я знала, как сражаться не по правилам.
Глава 10
Свита шла впереди, плутая между высокими деревьями. По пути они трогали то один, то другой ствол. Я подавила в себе желание последовать их примеру. Что бы это ни было за место, я не доверяла ему, а значит, никаких лишних, без надобности, прикосновений. Две плетущиеся позади девчонки жались друг к другу и в страхе оглядывались по сторонам. Вот уж кто точно в этом испытании оказался не в своей стихии, судя по мелированным волосам и дизайнерским вещам. Зато нам это было только на руку. Те чудовища, что могли таиться здесь, в первую очередь выберут самую слабую жертву. А это, безусловно, они.
– Будем использовать их в качестве «доноров», – проговорила я тихим голосом, чтобы меня могли слышать только Уолли и Пит.
– В смысле? – Пит, нахмурив брови, непонимающе уставился на меня.
– Донор, – повторила я, удивленная, что он не знает о таком понятии. – Машина, едущая впереди тебя на высокой скорости. Ты пристраиваешься за ней следом, и в случае, если полицейский с радаром засекает превышение, первым останавливает и штрафует «донора». Об этом знает любой парень. Это же основы вождения.
Веснушка залился стыдливым румянцем, и мне стало его немного жаль.
– У меня еще нет прав, – промямлил он. – Но я много играл в «Гран Туризмо»[6]6
Gran Turismo – серия гоночных видеоигр, разработанных компанией Polyphony Digital для игровых консолей компании Sony.
[Закрыть].
Речь, должно быть, шла о видеоигре – то, во что я никогда в жизни не играла. В детстве я считала везением, если у меня хотя бы дважды в неделю появлялась возможность выбрать передачу по телевизору.
Я поняла, что нам пора двигаться дальше, и подняла обе руки.
– Давайте подойдем к ним ближе. Нужно следовать за ними так, чтобы видеть все происходящее, но при этом не влезать самим. Все ясно?
Я двинулась вперед, мои спутники – следом. Уолли сложила ладони перед собой.
– Две мили заброшенных земель – стандартная протяженность каждого испытания, – сообщила она. – Хотя те, кто пробегает их, часто утверждают, будто они намного длиннее.
– Я и одну-то милю не могу пробежать, не то что две! – Лицо Пита пошло ярко-розовыми пятнами, как будто он уже бежал.
Я покосилась на него.
– Если мы сделаем все правильно, нам не придется бежать.
Не успели мы сделать несколько шагов, как окружающий свет померк и опустились странные сумерки. Между стволами деревьев сгустились тени, скрывая дорогу впереди.
А потом картина начала преображаться.
– Обалдеть, – прошептал Пит.
В эту минуту мне на ум пришло совсем другое слово.
Деревья дрогнули и завертелись, отчего у меня закружилась голова. Затем они стали стремительно расти, их ветви поползли в стороны и вверх, цвета и внешний облик изменились, и вот мы уже оказались окружены высокими зданиями. Земля под нашими ногами мгновенно затвердела и превратилась в бетон. Где-то вдалеке ночной воздух прорезали звуки машин, сменив пение птиц и мягкий шелест листьев.
– Мы в городе, – произнес Пит.
– Какая проницательность, – пробормотала я.
Прямо перед нами между рядами зданий тянулся узкий переулок. В самом его конце я заметила мерцающую табличку, которая висела достаточно высоко. «Выход».
– Началось, – сказала я. Во мне постепенно нарастало предвкушение первого испытания, пока мое тело не натянулось, как гитарная струна.
Уолли пристроилась сбоку и попыталась просунуть руку под мой локоть. Я отмахнулась от нее.
Хотела, чтобы руки у меня были свободны.
– Впереди тех идиотов не видно? – поинтересовалась я.
– Нет, – ответили напарники в один голос.
Отлично, одной проблемой меньше.
– Что ж, прости, Пит, я соврал, – проговорила я и сорвалась с места, нырнув в переулок.
Пит застонал.
– Так и знал, что не нужно злоупотреблять «Сникерсами». И надо было ходить в спортзал.
– Каждый год от употребления шоколадных батончиков с арахисом умирает от тридцати пяти до пятидесяти шести человек, не подозревающих о наличии у них аллергии на арахис. Еще больше людей умирает от остановки сердца во время занятий спортом. Люди в возрасте пятидесяти лет регулярно падают замертво во время бега. Ты должен радоваться, что тебе удалось дважды избежать смерти.
– Не считая того, что сейчас я бегу, – прохрипел он.
– Ага. Твои шансы дойти до конца испытаний тают на глазах, – торжественно заключила Уолли. – Желаю удачи.
У меня непроизвольно дернулись уголки губ. Кажется, Уолли даже не подозревала, насколько она смешная, что делало ее еще более забавной.
Проскочить переулок оказалось легко, никаких видимых препятствий нам не встретилось, все шло ровно и гладко – и это заставляло меня нервничать. Внезапно впереди послышался крик, затем еще, перерастая в ор. Нормальный человек остановился бы, возможно, даже развернулся и убежал прочь.
Но я лишь ускорилась, поддавшись инстинктам, которые руководили мной всю жизнь. Если кто-то кричит, нужно бежать на помощь.
Пит и Уолли принялись шипеть, чтобы я сбавила темп, не торопилась и не вмешивалась, но я продолжала бежать, пока переулок не закончился Т-образным перекрестком. Тут я остановилась, прислушалась и попыталась определить, с какой стороны доносится шум.
Поскуливание, чуть громче шепота, повело меня налево. Я пригнулась к земле, прижалась боком к стене, а на другом бедре нащупала ножны. Вынула из них самодельный клинок.
На всякий случай.
Крошечная часть моего сознания пыталась указать мне на безумие происходящего, которое совершенно не вязалось ни с одним из тех сценариев, что я пережила за восемнадцать лет своей жизни. Внутренний голос пытался предупредить меня об опасности, но я прекрасно научилась затыкать его.
На другой стороне переулка, над дверным проемом, зажегся свет. У входа в здание лежала скорчившаяся фигура, на волосах отчетливо выделялась кровь. Я видела этого парня поначалу со Свитой. Из всей компании он был самым низким. Светлые, практически до белизны, волосы, худощавое телосложение и рост около пяти футов. Сэм явно весила больше, а она была кожа да кости.
Послышалось шарканье ботинок по асфальту.
– Не бросайте меня, – прохныкала скрюченная фигура, сжавшись еще плотнее в клубок.
– Прикончите гоблина, он нам не нужен, – прокричал кто-то за чертой света. Надменный, интеллигентный и жестокий, этот голос был типичным образцом того, как хорошее воспитание могло закончиться полнейшим провалом. Я поджала губы. Мой мозг попытался осмыслить фразу про гоблина. Нет, сейчас некогда было об этом думать.
За приказом последовал взрыв смеха, а после топот убегающих ног. Из тени выступили четыре массивные фигуры и окружили парня, лежащего на земле. Ими оказались не восемнадцатилетние подростки – лабиринт явил свое первое испытание.
Запах Пита я уловила раньше, чем сам он появился рядом со мной – слабый мускусный аромат. Я сморщила нос. Из его рта вырвался тяжелый вздох.
– Гоблин, – прошептал он. – Эти отморозки разделаются с ним. А мы можем тихонько проскользнуть мимо. С помощью него отвлечем их внимание, как это сделали остальные.
Уолли, появившаяся через секунду после Пита, кивнула.
– Такой план даст нам отличную возможность выжить и увеличит наши шансы на семьдесят пять процентов.
Разумеется, так и будет, если ради спасения своей жизни мы пожертвуем чужой.
Но для меня такой подход был неприемлем. Я не собиралась оставлять паренька этим отморозкам. Будь он хоть сто раз гоблином, он не заслуживал такой участи.
– Вы двое идите вперед, а я следом за вами, буду прикрывать сзади. – Им необязательно было знать, что я задумала.
Уолли первой двинулась вперед, прижимаясь к стене дома. Как только она достигла края светового круга, образованного единственной мерцающей лампочкой, у нее от страха округлились глаза. Она оказалась на виду у шайки отморозков, однако взгляды тех были прикованы к маленькому пареньку, который всем телом вжимался в стену, будто надеялся раствориться в ней.
Скорее всего, мальчишка полагал, что будет надежнее отправиться следом за большой группой парней. Но те заманивали свою жертву вовсе не так, как та стайка девчонок. Они взяли его с собой, пообещав безопасность, благодаря своей численности.
Во мне вспыхнула злость. Одно дело завлекать глупых дурачков, и совсем другое – давать ложное обещание тому, кто тебе доверился.
Я знаком велела Веснушке идти, и тот с удивительной проворностью двинулся следом за Уолли.
Послышались глухие удары ботинок, обрушившихся на тело. Я не могла ждать, пока Пит прошмыгнет мимо парней.
Извини, приятель.
И вышла на свет.
– Вы, наверное, очень крутые, раз избиваете парнишку, да? Но четверо на одного? Вы серьезно?
Пит взвизгнул, выдав свое присутствие, когда четверо громил одновременно медленно развернулись.
Хотелось бы мне сказать, что в это мгновение я не испугалась, не отступила назад, что перед моим мысленным взором не пронеслась вся жизнь, но это было бы неправдой. Эти отморозки… у них не было лиц. Я имею в виду, вообще. Ни глаз. Ни губ. Ничего, только бледный кусок плоти со странными клоками свисающих волос. Эти создания не были людьми, даже близко на них не походили.
По моей спине пробежал холодок ужаса, а язык начал нести всякую чушь.
– У вас случайно нет фломастера? Я могла бы нарисовать вам брови. Такие широкие, кустистые. – Я улыбнулась, превозмогая страх, во мне просыпалась и рвалась наружу моя бесшабашность.
Да, это было опрометчиво.
Ближайшая ко мне тварь подняла руку с коротким ножом. Я сделала то же самое.
– Из вас получились бы отличные мимы. Просто великолепные. Могли бы заработать кучу денег на гастролях. Постепенно поднялись бы.
– Я сейчас описаюсь, – взвизгнул Пит.
Вооруженная ножом безлицая тварь кинулась на меня, целясь лезвием прямо в живот. Я вильнула в сторону и, взмахнув оружием, рассекла ей руку. Когда нож вонзился в кость, я поморщилась. После такого удара должна была хлынуть кровь. Целый фонтан. Должно было произойти хоть что-то.
Я выдернула нож, но тварь не остановилась даже на долю секунды, а на ее руке не выступила ни одна красная капелька.
Второе громадное существо устремилось к Питу. Я быстро отрезала ему путь, пырнув ножом туда, где по идее должны были располагаться почки. Оно развернулось ко мне лицом, я упала на колено и откатилась в сторону.
Тогда Пит – скажем спасибо его глупости – ринулся в бой. Благодаря тому, что твари находились к нему спиной, они не видели его приближения.
– Билли, я поймал одного! – закричал он, взобравшись на спину ближайшего к нему монстра. У меня отвисла челюсть.
Как, черт возьми, ему это удалось? Словно у этой штуковины сзади имелись поручни. Если я собиралась в этой битве победить, мне нужно было понять, с чем я имею дело.
– Уолли, что это вообще такое? – выкрикнула я. Подобралась ближе к одному из созданий и со всей силы впечатала ботинок в его колено. Хруст получился громкий. Будь это человек, его такой удар точно вывел бы из строя: переломал кости и выбил коленную чашечку. Но не в этом случае. Чудовище едва покачнулось.
– Големы, – ответила Уолли. – Человекоподобные существа, полностью созданные из неживой материи. Их создатель управляет ими с безопасного расстояния. От руки голема погибло меньше одной тысячной процента человек. Правда, все эти смерти произошли во время Отборочных испытаний.
Ну, разумеется.
Помолчав, Уолли добавила:
– Если тебе это поможет, они являются персонажами еврейской мифологии.
– Не поможет! – откликнулась я и пригнулась, когда у меня над головой просвистел нож. – Если только один из вас еврей и знает, что нужно делать.
Ответом мне было молчание – все ясно.
– Я его поймал! – снова взвизгнул Пит. Он сидел на големе, обвив его шею руками и широко расставив ноги.
Это было то еще зрелище. Ни одно техасское родео не могло с таким сравниться.
– Отменная информация, Уолли, но как мы их остановим? – Я увернулась от огромной ноги, целящейся в мою голову. До чего же эти здоровяки гибкие. Нога пролетела всего в нескольких сантиметрах от моего лица, я только ощутила ветерок, скользнувший по щеке.
– Их не нужно убивать, – подал голос с земли парнишка-гоблин. – Просто оставляешь им кого-нибудь на растерзание, а сам бежишь дальше. Именно так все и происходит.
– Только не сегодня, – ответила я и нырнула между двумя големами. Те развернулись следом за мной, их ноги и руки задвигались в разных направлениях. Подберись я к ним ближе, может, удалось бы сделать так, чтобы они налетели друг на друга. – Пит, приготовься бежать.
Я встала между двумя големами и уперла руки в бока.
– Ну ладно, уродцы, посмотрим, на что вы способны.
Здоровяки одновременно развернулись на мой голос – один вправо, другой влево. Я успела припасть к земле раньше, чем произошло столкновение. Они врезались друг в друга с громким треском, словно Шалтай-Болтай разбился вдребезги. Я в это время подползла к парнишке, все еще прижимающемуся к стене. Оглянулась через плечо. Теперь два голема лежали на земле, загораживая путь двум другим. Прекрасно.
Питу удалось сбежать – его нигде не было видно. На какое-то время мы спасены, но долго это не продлится.
– Надо делать ноги.
Парнишка поднял на меня глаза – круглые, непропорционально большие по сравнению с остальным его лицом.
– Почему ты это делаешь? На Отборочных испытаниях никто никому не помогает.
Я не собиралась ему говорить, как сильно он напомнил мне Билли. Если бы мой младший братец отправился вместо меня, то наверняка совершил бы ту же ошибку, что и этот парень – увязался бы за большими парнями в надежде, что с ними ему будет безопаснее.
Билли никто бы не спас, зато я могу спасти этого мальчишку.
– Сейчас не время. – Я схватила его за руку и закинула себе на спину. Сколько раз подобное я проделывала с Сэм? Сотню. А он весил даже меньше, чем она.
Увернувшись от шатающихся големов, которые пытались встать на ноги, я врезала по коленям тем, что еще стояли, в попытке замедлить их. Выглядели они странно, двигаясь молча и неторопливо. Испытание оказалось не слишком трудным, если признаться.
– Бегите! – крикнула я Питу с Уолли и сорвалась с места. Спасенный мальчишка цеплялся за мою спину, будто мартышка-переросток.
– Они выследят нас, – возразил Пит. – Големы так просто не бросают свою жертву.
– Сомневаюсь. – Я оглянулась назад. – Если это испытание, то впереди нас ждет нечто другое. Големы, – надо же, никогда не думала, что когда-нибудь произнесу это слово со всей серьезностью, – далеко за нами не пойдут. Кто же тогда останется для следующих за нами детишек? Нам просто надо как можно быстрее добраться до следующего препятствия.
– Не очень-то хорошая идея, – заметил парнишка у меня за спиной. – В Отборочных испытаниях быстрота – верная смерть.
– Вообще-то неторопливость нам тоже ничего хорошего не дала, – парировала я.
– Согласен, – ответил он. – Кстати, меня зовут Грегори.
– Гоблин Грегори? – хихикнул Пит. – Твои родители считали, что однажды ты очутишься в книге комиксов?
Руки Грегори плотнее обвились вокруг моей шеи, пока я неслась, опасно сокращая расстояние между нами и теми девчонками. Ну уж нет, с меня хватит.
– Все, приехали, поездка окончена. – Я остановилась и грубо сбросила мальчишку на землю.
Тот с воплем ударился о мостовую, перекатился и вскочил на ноги.
– Тупой осел, – огрызнулся он, отряхивая одежду, которая выглядела намного приличнее всего того, что имелось у меня в гардеробе. Неужели у гоблинов водились деньги? Или было чувство стиля? По всей видимости, да.
– Ага, только этот осел только что спас твою задницу, гоблин Грегори. – Я поправила бейсболку, натянув козырек пониже, чтобы она сидела плотно. Все это притворство, попытки выглядеть и говорить как парень требовали от меня огромных усилий. Да к тому же я все время забывала, что нужно играть, и это только усугубляло ситуацию.
– Э-э, Билли? – окликнул меня Пит.
– Зови меня Уайлд, – машинально ответила я.
– Похоже, у нас новая проблема.
Кто бы сомневался. Я медленно развернулась и шумно выдохнула при виде открывшейся перед моими глазами картины.
– Ёкарный бабай, и правда.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?