Текст книги "Моя незабудка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moya-nezabudka-213596.jpg)
Автор книги: Светлана Алексеева
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Хорошо, «Лео» так «Лео»! – сухо обронила Ирина и скрылась за дверью.
Глава 2
Ирина вышла из дома, когда стрелки на часах показывали начало девятого.
Красивая, подтянутая, с легким, искусно наложенным макияжем, в элегантном светло-сиреневом платье приталенного силуэта, которое едва прикрывало ее изящные коленки, и в темно-сиреневых туфлях на шпильке, она выглядела великолепно. Ее роскошные светлые волосы были аккуратно уложены в высокую, собранную на затылке ракушку. Только справа, словно вырвавшись из заточения, вдоль лица развевался кокетливый, слегка волнистый локон.
Упругой, грациозной походкой Ирина подошла к красному кроссоверу Nissan Qashqai и, обведя его взглядом, умиленно вздохнула. Это был подарок к ее юбилею, тридцатипятилетию, от всей семьи. Как она тогда радовалась! Как ребенок! Последняя модель, машина имела такое количество наворотов, что Ирина не уставала этому восторгаться. Но самым удивительным было то, что «кашкайчик» сам парковался! Ирина обожала водить! Она с удовольствием каталась по улицам Киева, часто на выходных выезжала за город, но больше всего ей нравилось путешествовать в Черкасскую область, к двоюродной сестре Ларисе. Она любила перемену мест, движение, скорость. Вместе с тем Ирина была абсолютно терпима к пробкам. Точнее, ей даже нравился этот бесконечный застывший поток машин, будоражащий воздух раздраженными гудками клаксонов и гневными криками автомобилистов. Глядя на обезумевших от нетерпения мужчин, она ловила настоящий кураж! Не теряя в заторах времени, она решала рабочие вопросы, болтала с подругами, переписывалась с Машкой, красилась и делала селфи, которые сразу же выставляла в «Инстаграм» и «Фейсбук». О, как это злило мужчин, которые терпеть не могли за рулем представительниц слабого пола! Глядя на ее счастливое лицо, казалось, они были готовы взорвать Вселенную! Чувствуя это, Ирина мстила им за всех оскорбленных женщин планеты! Элегантно, красиво, по-своему… Подарив им головокружительную улыбку, она объезжала их машины так виртуозно и так смело, что некоторые гуру-водители с почтением сигналили ей вдогонку. Ирина не раз шутила, что только в пробках ей удается по-настоящему повеселиться и даже расслабиться! Позволить себе это на работе она не могла. Там она отвечала не только за красоту своих пациентов, но и за их здоровье.
Ирина с грустью оторвалась от приятных воспоминаний. Потянув на себя дверцу автомобиля, она, не глядя, забросила на сиденье сумку и, понимая, что никто посторонний ее не видит, решительно поддернула вверх зауженный низ платья. Затем, грациозно вытянув ногу вперед, плавно качнула бедрами и устало плюхнулась на водительское сиденье машины. В ту же секунду на ее нос, соскочив со лба, упали большие солнцезащитные очки.
– Опа! – весело воскликнула Ирина и, выудив из сумки маленький серебристый брелок, нажала на кнопку дистанционного управления воротами.
Задрожав, ворота медленно разъехались в стороны. Распахнув объятия, впереди показалась ее любимая улица детства. Улица Садовая. Когда-то здесь находился дачный домик ее дедушки. Несмотря на то, что Ирина родилась и выросла в Киеве, именно здесь, в тихом, удаленном от шума мегаполиса селе Осокорки, расположенном на левом берегу Днепра, прошли самые лучшие годы ее жизни. Прикрыв глаза, Ирина на мгновение окунулась в свое прошлое. Жизненные декорации сменялись одна за другой. Тогда в этом месте не было ничего примечательного: дощатые заборы, разделяющие небольшие садовые участки, накатанные по весенней грязи дороги, маленькие, утопающие в осокорях домики и дикий речной пляж со старыми лодками и засохшими, хрустящими под ногами водорослями. Ирина всегда чувствовала внутреннюю связь с этим местом. Воспоминания о нем были для нее сладким переплетением чувств, впечатлений и образов, которые всплывали в ее памяти. Словно стеклышки в калейдоскопе, перед ней промелькнули яркие эпизоды ее жизни. Здесь она с безудержным восторгом носилась по зеленой шелковистой траве, плескалась в нежной речной воде, гоняла с сельскими ребятами на велосипеде, лазила по раскидистым фруктовым деревьям и громко, до хрипоты, кричала от счастья, кружа под высокой, яркой, во все небо, весенней радугой. Здесь, обнимая букет луговых цветов, она впервые познала любовь. Это была ее малая родина, это была ее Мекка.
Поэтому неудивительно, что именно здесь Ирина захотела построить свой дом. Большой, настоящий, красивый. Правда, Андрею эта идея, мягко говоря, не очень понравилась. Простой провинциальный парень, всю жизнь положивший на то, чтобы покорить столицу, он даже не мог представить, что когда-нибудь ему придется поменять шикарную трехкомнатную квартиру в центре города на дом в поселке. Пусть даже на очень добротный, пусть даже на берегу Днепра! Но Ирина настаивала, и он был вынужден согласиться. Вместе с тем, желая угодить мужу, она предложила киевскую квартиру не продавать, а иногда приезжать в нее зимой, когда добраться из центра города до Осокорков было и сложно, и долго.
Тем временем, разрастаясь, столица все больше и больше завоевывала нетронутые городской суетой первозданные островки левого берега. Как-то быстро и незаметно на месте села Осокорки вырос новый жилой массив, рядом открылась станция метро «Славутич», чуть дальше – станция «Осокорки». Вместо прохудившихся дачных домиков появились роскошные особняки. Теперь дачный поселок поделился на сотни маленьких и больших улиц Садовых. Старожилы шутили, что теперь их поселок стал напоминать нью-йоркский Манхэттен, где Пятая авеню разделяет западную и восточную части города, так же как улица Центральная рассекает Осокорки на бесконечное количество улиц Садовых. В 2017 году их насчитывалось более 190. Ирина жила на 39-й Садовой. Воплощая в жизнь свою давнюю мечту, она построила здесь красивый двухэтажный дом с уютным, ухоженным двором, огромным фруктовым садом и просторной, выложенной из камня террасой, открытые окна которой выходили на Днепр. Но даже когда главная стройка ее жизни была закончена, сносить маленький дачный домик дедушки Ирина не захотела. Слишком дорог он был ее сердцу. Облагородив, она сделала из него небольшой гостевой дом, в котором останавливались их друзья. Вот такая история была у этого места.
Задумчиво улыбнувшись, Ирина торопливо дотронулась до кнопки Start/Stop и, плавно нажав на педаль газа, выехала со двора. С удовольствием промчав по любимым улицам Киева, она уже через полчаса припарковала машину на автостоянке, под тенью высокого, раскидистого дуба. Охранник всегда заботливо оставлял это место для главной. Облегченно вздохнув, Ирина огляделась по сторонам. По левую сторону от парковки, отделяя ее от зоны отдыха, благоухала яркая клумба разноцветных петуний. Чуть дальше, играя всевозможными цветами, струился небольшой фонтанчик. Выстроившись плотным кольцом, вокруг него стояли красивые деревянные скамейки на кованых опорах. Ирина самодовольно улыбнулась и перевела взгляд на часы. Стрелки показывали без четверти девять. Женщина встрепенулась. Любоваться красотами двора времени у нее уже не было. Ровно в девять у нее, как всегда, начинался обход, затем – пятиминутка. Опаздывать на работу она не любила, как и не любила опаздывающих. Ухватившись за ручку двери, она подхватила с сиденья сумку и деланно элегантно, соединив ноги вместе, вышла из машины.
Ирина не успела подойти к лифту, как навстречу ей выбежала старшая медсестра клиники – Надежда Михайловна Кравчук. Невысокая, худощавая немолодая женщина с большими серыми глазами и не по возрасту экстравагантной короткой стрижкой, она была давней подругой ее мамы. Галина Марковна рассказывала, что они познакомились с Надеждой Михайловной (тогда еще просто Надюшей) на республиканской олимпиаде по химии. Обе девочки учились в десятом классе, обеим прочили победу. Но первое место заняла Надежда – простая девочка из многодетной семьи железнодорожников. Галина Марковна, которую друзья тогда звали Галинкой, – второе. Но это ничуть не обидело дочку профессора. Наоборот! По достоинству оценив свою соперницу, она сделала все, чтобы с ней подружиться. Ей было интересно общаться с этой умной и очень начитанной девушкой, к тому же цели и взгляды у них были практически одинаковыми.
С раннего детства Надя мечтала о том, чтобы стать врачом, причем обязательно хирургом. Но, к сожалению, судьба распорядилась по-другому. Неожиданно (это произошло как раз в начале десятого класса) умер ее отец, следом за ним – мама. На руках у выпускницы остался маленький брат и такая же по возрасту племянница. Ее старшая сестра Вера, воспитывающая сына одна, тогда очень сильно болела. Надежда понимала, что об учебе в медицинском университете она даже не может думать. На это у нее не было ни средств, ни времени. Галина очень переживала за подругу. Именно она посоветовала ей поступать в медицинское училище в надежде на то, что со временем та сможет перевестись и в институт. Надя прислушалась к ее совету. Учиться в училище было намного проще и, что самое главное, недолго. С первого курса Надя начала подрабатывать санитаркой, а через три года, закончив училище, устроилась медсестрой в Александровскую больницу (в то время еще Октябрьскую) и сразу же отправилась в декрет. О карьере врача ей, к сожалению, пришлось забыть. С тех пор прошло немало лет, многое изменилось. Но как бы далеко ни разбрасывала их жизнь, Галина Марковна и Надежда Михайловна всегда оставались самыми близкими подругами. Поэтому неудивительно, что когда Галина Марковна возглавила клинику, то старшей медсестрой, а это довольно ответственная должность, она пригласила свою лучшую подругу. А сейчас, несмотря на солидную разницу в возрасте, такой же подругой Надежда Михайловна стала и для Ирины.
– Ирина Викторовна, Ирина Викторовна, – почтительно окликнула Ирину Надежда Михайловна и, подбежав ближе, суетливо добавила: – Нам сейчас из Горздрава звонили! Вас спрашивали.
– И что там случилось? – встревоженно спросила Ирина, на ходу приветствуя девочек, работающих на ресепшене. – Нужна помощь?
– Нет, – махнув рукой, озабоченно ответила старшая медсестра и, перейдя на шепот, заговорщически пояснила: – Они хотят привезти к нам сына Евгения Ткача.
– Ого! – удивленно воскликнула Ирина и напряглась. – Что, детки олигархов хотят подправить свою внешность?!
– Да нет! – живо ответила женщина и, наклонившись ближе, шепнула: – Он вчера вечером попал в аварию. Ты разве не слышала?!
Оставаясь с главной наедине, Надежда Михайловна всегда обращалась к ней на «ты». Так захотела сама Ирина. В присутствии коллег старшая медсестра, как и подобает подчиненной, соблюдала субординацию, обращаясь к главной только по имени-отчеству.
– Нет, – изумленно протянула Ирина. Не отрывая взгляда от старшей, она машинально нажала на кнопку вызова лифта и обеспокоенно спросила: – А что там случилось?
– Ну ты, Ириша, даешь! – удивленно воскликнула Надежда Михайловна и округлила глаза. – Да в «Фейсбуке» вся лента завалена фотографиями этой аварии. Пишут, что парень был вдребезги пьян, гнал на запредельной скорости! Где-то возле бульвара Шевченко не удержал на повороте машину и со всей дури влетел в рекламный лайтбокс. Типа не заметил! Понимаешь?! Но это еще не все! Завалив лайтбокс, он умудрился вылететь на противоположную сторону и только после этого, уткнувшись в автобусную остановку, остановился. Хорошо, что время было уже позднее. Вроде около трех ночи. Людей на остановке не было. Так что, слава богу, жертв нет. А у парня, говорят, вообще ни одной царапинки! Подушки безопасности сработали. Так что, скорее всего, у этого мажора какая-то мелкая ссадина.
– Да, эти детки потеряли не только совесть, но, оказывается, и страх, – с грустью заметила Ирина и, опустив голову, вошла в лифт.
Надежда Михайловна кивнула, широко шагнула и суетливо заскочила следом за главной. Оказавшись в лифте, женщина, прищурившись, бесцеремонно уставилась на Ирину.
– Что-то ты мне, Ириша, сегодня не нравишься. Вижу, без настроения, глаза какие-то воспаленные, красные, – не совсем тактично, но откровенно заметила она и сжала губы.
Надежда Михайловна всегда относилась к ней, как родной дочке. При любых обстоятельствах она всегда говорила ей правду. Пусть даже не самую приятную. Она не заворачивала слова в фантики и не лебезила перед Ириной. Искренняя, доброжелательная, правдивая, она была твердо убеждена, что лесть является самым страшным человеческим ядом. – У тебя все хорошо?
– Да, все нормально! – наигранно весело ответила Ирина и отвела взгляд. – Спала плохо. Из-за соловья! Всю ночь, гад, под моим окном распевал серенады! Правда, не мне. Я была в зрителях!
– Тогда понятно! – понимающе протянула женщина и первая выбежала из лифта. – Я к себе! Хочу до пятиминутки принять все препараты. Кстати, я только что Галину Владимировну видела, так она сказала, что у нас сегодня аж три операции: липосакция (удаление жировой ткани), ринопластика (операция по исправлению формы носа) и ритидэктомия (подтяжка лица). Хороший день! Рыбный!
– Да! – расплывшись в довольной улыбке, согласилась Ирина и вышла следом за ней. – Кстати, процедур у нас сегодня тоже много. Так что действительно день хороший!
– И слава богу! – тихо, чтобы никто не услышал, шепнула Надежда Михайловна и, доброжелательно улыбнувшись, посеменила в сторону своего кабинета.
Машинально кивнув, Ирина неторопливо пошла по длинному просторному коридору родного хирургического отделения клиники «Клеопатра». Вокруг было чисто, красиво и по-домашнему уютно. Излучая спокойный дневной свет, под потолком мягко горели светильники. Стены, выкрашенные в светло-салатовый цвет, украшали колоритные картины в стиле абстракционизма. Вдоль стен, создавая комфорт, стояли мягкие светло-бежевые диваны, возле которых, как часовые, выстроились высокие керамические горшки с экзотическими многолетними цветами. Посетителей в коридоре не было. Только молоденькая медсестра, ухватившись за металлическую тележку, развозила по палатам лекарства. Вдалеке санитарочка старательно вытирала широкие белые мраморные подоконники. В отделении всегда работали без надрыва. Каждый был занят своим делом. Двери больничных палат были плотно закрыты. Наверное, их временные обладатели не очень хотели быть кем-то узнанными или увиденными. Пациенты редко прогуливались по коридору. Привычных для городских больниц посиделок здесь не было. Каждый жил своей, только его, жизнью. Ведь в основном пациентами клиники были далеко не простые и даже публичные люди. Поэтому излишняя коммуникабельность для них была не нужной, а порой и опасной. А после выхода из клиники причиной своего неожиданного преображения они, как правило, называли здоровый образ жизни и правильное питание. Но это было их и только их делом. Потому что главным кредо клиники были: высокий уровень профессионализма и полная конфиденциальность.
Ирина не заметила, как подошла к широкой светлой двери, на которой висела серебристая табличка с ее именем. Углубившись в рабочий процесс, она старательно размышляла над тем, как лучше организовать этот день. А день сегодня действительно обещал быть нелегким. В первой половине у нее в графике была операция, после обеда, как всегда по четвергам, – прием в поликлинике. А тут еще этот сынок олигарха! Не исключено, что, если его привезут в клинику, ее планы могут полностью измениться. К тому же она обещала Андрею пообедать с ним… Ирина сокрушенно вздохнула. Может, ей не следует от этого отказываться?! Подобные предложения от мужа она слышала не так часто. Все-таки где-то в глубине души (правда, на самом дне этой глубины) она все еще надеялась сохранить семью. Хотя та ли у них на самом деле семья, за которую стоило бы бороться, она не была уверена.
Тяжело вздохнув, Ирина окунула в сумку свою руку, похлопала ладошкой по днищу и, выудив оттуда ключи, быстро открыла двери своего кабинета. Остановившись на пороге, она придирчиво, словно была здесь впервые, оглянулась по сторонам. Ничем особенным ее кабинет от других не отличался. Стиль его был деловым и довольно сдержанным. Просторная, светлая, с тремя высокими арочными окнами комната вмещала в себя широкий рабочий стол, который стоял слева, несколько в глубине, у стены – шкаф для документов, справа – длинный овальный стол для совещаний. В кабинете не было ни мягких диванов, ни дорогих произведений искусства. Стены украшали только знаки отличия, вымпелы и стеллажи для статуэток, которыми награждали врачей клиники. Лишь слева от входной двери стояли два мягких кожаных кресла, между которыми разместился маленький журнальный столик. И все!
Самодовольно улыбнувшись, Ирина с порога забросила сумку на кресло и торопливо перевела взгляд на часы. В этот момент кто-то аккуратно обхватил ее сзади за руку.
– Ирина Викторовна, здравствуйте!
– Здравствуйте! – весело отозвалась Ирина и обернулась.
Глядя на Ирину приветливым, добрым взглядом, в проеме двери стояла ее бывшая однокурсница и подруга, а с недавних пор еще и коллега – Марта Ивановна Белецкая. Высокая, стройная, кареглазая блондинка с очаровательными кокетливыми ямочками на щеках. Курносая, с пухлыми, слегка выпяченными вперед губами, она имела необыкновенно миловидное личико, от которого у многих представителей противоположного пола, как от наркотика, притуплялся разум и возрождались первобытные охотничьи инстинкты.
В университете все считали Марту красавицей, ангелом и умницей. И, несмотря на то что она никогда не была особо прилежной в учебе, глядя в ее обворожительные глаза, все преподаватели свято верили в то, что Марта – лучшая из студенток. Парни, кстати, тоже! Многие ребята настойчиво пытались добиться ее расположения. Но бесполезно! Марта простыми медиками не интересовалась. «Падать, так с коня, изменять, так с генералом», – всегда шутила она. Но в каждой шутке есть доля правды! Поэтому никто особо не удивился, когда на выпускной вечер Марта приехала на новеньком шестисотом «мерседесе», дверь которого ей галантно открыл весьма интересный и импозантный молодой человек, облаченный в элегантный белый костюм и такую же белоснежную рубашку, которую украшала сиреневая бабочка. Как он за ней ухаживал! Как светились ее глаза!
Весь вечер Марта хранила интригу, а под занавес бала, немного подвыпив, осмелела и торжественно пригласила всю группу к себе на свадьбу, правда, в Донецк. Как оказалось, ее жених, с редким именем Вениамин, родом был из самого Донбасса и далеко не простым парнем. Отец его был то ли руководителем, то ли владельцем крупной угольной шахты и изо всех сил старался приобщать своего отпрыска к бизнесу. Вениамин вел различные переговоры, участвовал в тендерах и решал деловые вопросы… В общем, крутился как белка, но, что уж там греха таить, далеко не в колесе. Регулярно начинающему бизнесмену приходилось обивать пороги ведомственного министерства, поэтому почти все время он проводил в Киеве. И как-то вечером, прогуливаясь по городу, встретил ту, о которой, как он говорил, мечтал всю жизнь.
Вот так, хоть и не под покровительством генеральских погон, Марта довольно неплохо устроила свою жизнь. Как она все эти годы жила, Ирина детально не знала. Ей было известно, что подруга работала в частной клинике хирургом, говорят, не бедствовала. Детей у нее не было. А когда на востоке начался военный конфликт, шахта ее свекра закрылась, пострадав от обстрелов, их роскошная вилла пришла в негодность. Вениамин, который к тому времени сделал хорошую карьеру, запил и, лишившись бизнеса, уехал с непонятно откуда взявшейся пассией в Россию. Благополучная доселе жизнь Марты рухнула. Молодая женщина, потеряв все, что имела, была вынуждена вернуться в Киев. Поселившись в скромной родительской двушке, Марта почти полгода искала работу по специальности. Но безуспешно. Время было не лучшее, многие клиники закрывались. Поэтому, не имея особого выбора, женщина согласилась на неполную ставку семейного врача в городской поликлинике. Правда, проработала она там недолго.
Отбросив гнетущее чувство неловкости, Марта все-таки связалась с Ириной и попросила ее о встрече. Как они обрадовались, увидев друг друга! Ведь их связывала не только дружба, но и лучшие годы студенческой жизни… Ирина не верила собственным глазам. Марта изменилась до неузнаваемости. И не столько внешне. Она по-прежнему оставалась такой же лапочкой и красавицей. Но куда-то бесследно исчезла ее дерзость, былая заносчивость и гордыня. Марта стала намного мягче, сдержанней и более женственной. С искренней болью она рассказала о своей жизни, о том, что с ней произошло после начала военных действий. Опустив голову, призналась, что стала почти нищей.
Ирину до глубины души растрогал рассказ подруги. Несмотря на то, что Андрей категорически был против расширения штатов, она все-таки смогла убедить его выделить ставку для Марты. Хотя далось ей это совсем не легко.
Марта была просто на десятом небе от радости! Кстати, она действительно оказалась отличным хирургом. В течение полугода работы она ни разу не выказала своих амбиций, не намекнула на то, что желала бы работать самостоятельно. Приветливая и исполнительная Марта с удовольствием ассистировала на операциях, делала за главную перевязки и вела консультативные приемы… Ирина искренне радовалась, что приняла ее на работу. Вернув прошлые теплые отношения, подруги начали устраивать дружеские посиделки, вместе ходили по магазинам, порой вместе обедали. Ирина не раз приглашала Марту к себе домой на шашлыки и прочие девичьи пирушки.
В Осокорках к ним всегда присоединялась веселая жизнерадостная грузинская красавица, Нана Букулова, которая еще со студенческих лет была лидером и движущей силой их неразлучной троицы. И, несмотря на то что Андрей почему-то категорически не приветствовал этой дружбы, женщины с каждым днем становились все более и более близкими…
– Ирина Викторовна, ты сегодня выглядишь великолепно! Тебе так идет этот цвет платья! – с восторгом заметила Марта и развела руки.
– Спасибо, Марта! – вежливо поблагодарила Ирина и, поочередно дернув ногами, небрежно сбросила на пол ультрамодные сиреневые туфли на шпильках. Облегченно вздохнув, засунула ступни в аккуратные белые лодочки и, хитро прищурив глаза, глянула на подругу. – Ты тоже, моя хорошая, как всегда, неотразима! Похорошела, в глазах опять появился блеск! Прежний, дерзкий, игривый! Веришь, Марта, я его хорошо помню! Рада за тебя! Чувствую, что еще чуть-чуть – и ты позовешь меня на свадьбу!
– А почему бы и нет? – кокетливо ответила Марта и театрально напыщенно задрала голову. – Скажу тебе по секрету: один раз замуж выходят только ленивые!
Не удержавшись, Ирина прыснула от смеха.
– Ого! Узнаю старую подругу! Тогда колись: может у тебя уже и кандидат имеется?
– Ах, Ирина Викторовна, брось ты этот высокопарный слог из прошлого века! Не кандидат, а жертва! Для современной женщины мужчина – это не цель, а средство! – на одном дыхании выпалила подруга и весело засмеялась.
– Ну ты, Марта даешь! Но мне твой настрой нравиться! – ухмыльнулась Ирина. – Ок! Тогда жду тебя на пятиминутке! Кстати, сегодня у меня для тебя персональное задание. Подготовь мне, пожалуйста, на «Вектре» план блефаропластики (ред. – пластика век) по нашей пациентке Наталье Руденко. С четкой, выверенной до миллиметра, моделью ее лица в 3D. Хочу, чтобы завтра на операции первой скрипкой была ты! А я буду тебе ассистировать. Так что вперед, Марта Ивановна, пора начинать работать самостоятельно! Что скажешь по этому поводу?
– Ой, Ирина Викторовна, огромное тебе спасибо! – медленно, почти нараспев проговорила она и тихо шепнула: – Я так тебе благодарна! Это такое высокое доверие! Спасибо тебе большое! Я тебя не подведу!
– Ой, Марта, ну перестань, пожалуйста, – растрогавшись, ответила Ирина и ласково обняла ее за спину, – мы же подруги!
– Подруги – это да! Но, знаешь, мне порой так стыдно перед тобой. Ведь я, когда уехала в Донецк, забыла всех друзей. Тебя, Нанку… И это правда! Когда жила в шоколаде, то даже СМС на праздники не посылала! А тут, получается, как только клюнул петух в задницу, сразу вспомнила о старых подругах. Это хорошо, что ты не изменилась, что не отказала мне в помощи! А ведь по большей части власть и деньги людей портят, делают бесчувственными и жестокими… Что, думаешь, я не понимаю, где я, а где ты? – в сердцах, на одном дыхании выпалила Марта и, жадно вдохнув воздух, добавила: – Ты так много для меня делаешь, ты единственная, кто протянул мне руку! А тут еще такое доверие, самостоятельная работа! Я так счастлива! Спасибо, Ир!
– Все, Марта, хватит на эту тему! – боясь расчувствоваться, наигранно сердито буркнула Ирина. – Проехали! Давай лучше отметим это событие в субботу! Мне вчера Нанка звонила, приглашает нас к себе на дачу. Обещала приготовить свое фирменное хачапури! Хотя мне кажется, что Букулова что-то темнит… Наверное, сдала уже свою кандидатскую Денисовой и теперь в ожидании рецензии от гуру гастроэнтерологии просто хочет расслабиться!
– Отлично, конечно, я за! С меня тогда бутылка хорошего вина! Нет, две! – кивнув в подтверждение своих слов, выпалила Марта и, встрепенувшись, деланно деловито отчеканила: – Так, ладно, тогда я к себе! Займусь планом. К обеду модель лица пациентки Руденко будет у тебя на почте!
– Нет, Марта, не будем нарушать субординацию, принятую в отделении, – категорически возразила Ирина. – Все врачи сначала предоставляют план операций Галине Владимировне и только после того, как она его одобрит, отдают мне. Так было и будет впредь. Ты согласна?
– Согласна, – немного смутившись, повторила подруга и утвердительно кивнула.
– Вот и хорошо! – улыбнулась Ирина. – И ни за что не переживай! Ты замечательный хирург и прекрасно освоила все техники пластических операций! Так что тебе осталось только пройти аттестацию – и все, вперед, приступай к самостоятельной работе!
– Спасибо, Ирина Викторовна! – вспыхнув румянцем, снова поблагодарила Марта и, не оглядываясь, задом переступила порог. – Только, пожалуйста, прошу тебя, посмотри для меня в библиотеке Марка Захаровича «Очерки гнойной хирургии» архиепископа Луки. Я помню, как он показывал нам этот учебник в своем кабинете. И не переживай, я понимаю, что это книга очень раритетная, я буду с ней очень осторожно обращаться! Просто того, что написано в ней, сейчас нет даже во всезнающем Интернете! Она мне очень нужна для аттестации!
– Ой да, Марта, ты мне уже о ней говорила! А я забыла, сорри! – почувствовав неловкость, извинилась Ирина. – Не переживай, я обязательно привезу тебе этот учебник! К тому же, поверь, я не меньше тебя заинтересована в том, чтобы ты, как врач моей клиники, получила высшую категорию!
– Спасибо, Ирина Викторовна! – в сотый раз поблагодарила ее Марта и, дружески улыбнувшись, поспешила в сторону ординаторской.
Этот рабочий день не предвещал никакого особого разнообразия. Не позволяя себе расслабиться, Ирина сразу же с головой погрузилась в работу. Как главный врач, она первым делом провела традиционный обход пациентов. В сопровождении коллег Ирина неторопливо переходила из одной палаты в другую. Этот годами установленный порядок она соблюдала не для галочки, с дежурными, заученными вопросами и ни к чему не обязывающими беседами, нет! Для Ирины это было неким обязательным ритуалом, без которого начало рабочего дня казалось ей дешевым фальстартом. Главный врач вникала во все. Ее волновало и самочувствие пациентов, и то, насколько оправдались их ожидания… За долгие годы работы Ирина стала не только великолепным хирургом, но и психологом. Она понимала, что советы врача порой приносят пользы не меньше, чем скальпель.
Сегодня, к счастью, никто из пациентов на свое самочувствие и на работу врачей не жаловался. Особенно Ирине подняла настроение молодая и очень наивная девушка из Днепропетровска. Ирина делала ей отопластику[1]1
Операция по исправлению ушных раковин. (Прим. ред.)
[Закрыть]. Как эта девчушка радовалась, как она хлопала в ладоши, после того как увидела свое отражение в зеркале! Не сдержав эмоций, она ухватила Ирину за руки и неуклюже, без разрешения чмокнула в щеку. Это было настолько смешно и вместе с тем очень приятно! По-видимому, не зря друзья Ирины шутя говорили, что она – продавец счастья.
Закончив обход, Ирина собрала коллектив на пятиминутку. Оговорив план работы на предстоящий день, она высказала свои замечания и выслушала пожелания врачей. Ирина была требовательным руководителем, даже жестким. Вместе с тем она умело выстраивала дружеские отношения в рамках рабочих, не отождествляя их. Лелея коллектив, она требовала от сотрудников и идеальной работы. Доверить дело своей медицинской семьи она могла только лучшим из лучших. Но рабочие ситуации порой были весьма неожиданными и нередко нестандартными. Как и сейчас.
Отпустив сотрудников, Ирина вежливо попросила задержаться молодого специалиста-реабилитолога Игоря Романовича Бобко. Это был неординарный и вместе с тем очень талантливый парень. Среднего роста, с мужественным, волевым лицом и обжигающим взглядом карих глаз Игорь обладал необыкновенно красивой спортивной фигурой. В клинику его пригласила – а если признаться честно, переманила – лично Ирина. Как-то, отдыхая с мужем на горнолыжном курорте в Карпатах, она неудачно упала на левое колено. Ее нога покраснела, распухла и так болела, что не помогали даже сильнодействующие обезболивающие. Испугавшись, Андрей захотел немедленно вернуться в Киев. Но администратор отеля, в котором они остановились, посоветовал им обратиться к местному молодому чудо-специалисту, который поднимал на ноги больных даже с более серьезными травмами, – к Игорю Романовичу. Прислушавшись к рекомендации администратора, Гриневский так и поступил. Выслушав его, молодой врач согласился помочь Ирине. Он легко вправил ей ногу (оказалось, это был вывих колена), снял со стопы отек и сделал восстанавливающий массаж. О, какая это была реабилитация! Ее будто вернули к жизни! Всего за пару часов боль в ноге совершенно исчезла. А после массажа она словно превратилась в перышко! У парня были удивительно сильные и нежные руки. Да и специалист он, как увидела Ирина, действительно был отличный! Такого магического воздействия на свое тело она не чувствовала даже от знаменитого балийского массажа. Поэтому, вернувшись в Киев, Ирина сделала все, чтобы переманить Игоря в свою клинику. Хотя это оказалось не так уж просто. Парень знал себе цену. Но Ирина предложила ему такие условия работы и такое жалованье, что он не смог, правда, покапризничав, отказаться. Но это того стоило!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?