Читать книгу "Контора"

Третья глава

15 марта 2008 г.

Ольга Сергеевна изучала сидевшую перед ней девочку, которая всячески выдавливала из своих ярко-накрашенных глаз горькие слезы, но они, сволочи такие, литься упорно не хотели. МХАТ отдыхает на фоне тех спектаклей, которые устраивают периодически проститутки, желая добиться нужного им результата. Но у этой что-то не ладилось с актёрским мастерством. Так и хотелось крикнуть известную фразу великого маэстро: «Не верю!»

– Олечка Сергеевна, – заканючила деваха в который раз, – ну, богом молю, поговори с хозяйкой, чтоб взяла обратно. Мне ж совсем жопа, хоть в петлю.

– Маш, ты – дура? Седьмой месяц. У тебя, похоже, ребёнок уже шевелится, ты как себе это представляешь? На заказы будешь с пузом ездить?

Они обе одновременно посмотрели на удивительно маленький живот весьма беременной особы.

– Так ведь практически не видно, – заявила деваха.

Ольга Сергеевна очень хотела послать её куда подальше, но, к сожалению, не имела таких полномочий. В любом случае окончательное решение примет хозяйка. Но, ешкин кот, беременная проститутка на заказах, это слишком. И тут, можно сказать, судьба решила сыграть на стороне, – запятая не нужна – силящейся выдавить хотя бы парочку слезинок, – запятая не нужна – Машки. Зазвонил рабочий телефон. Ольга увидела название контакта, внесенного в список давным-давно, и поморщилась. Патологоанатом. Знатный извращенец. Безобидный в физическом плане, но мозг вытрахает так, что ничему не рад будешь. Даже денег не надо, лишь бы заткнулся.

– Дмитрий Иванович, драгоценный. Как я рада вас слышать.

Ольга вложила в голос максимальное количество счастья и восторга, которые только смогла найти в своём измученном вторыми сутками работы организме.

– Олечка, милая моя, скажи, есть ли что-то особенное? Необычное. Девственность никто не продаёт? Те две сестрички были очень даже замечательными. Исключительно хорошие девочки.

Да, Ольга Сергеевна их хорошо запомнила. Одной было девятнадцать, а второй – двадцать один, и девчонки на самом деле позвонили с предложением продать, удивительным образом сохранившуюся до такого возраста, – запятая не нужна – невинность хорошему клиенту. Сестрички сразу предупредили, что акция с их стороны разовая и в дальнейшем работать проститутками они не собираются. И такое бывает, конечно. В определённый момент просто прикинули, – запятая не нужна – да решили, что лучше уж с кем-то опытным и за деньги, чем по любви и для души. Их жизнь – их выбор. Ольга Сергеевна, проработав пять лет в обществе, – запятая не нужна – так называемых, – запятая не нужна – продажных женщин, уже ничему не удивлялась и никого не судила.

– Олечка, – продолжал гудеть в ухо клиент, которого вся «контора» называла Патологоанатомом по вполне очевидной причине, мужик просто работал в морге, – Ужас, как хочется необычненького. Может, беременные есть?

Да ладно, подумалось диспетчеру, вот это Машка фартожопая. Хозяйка по-любому теперь её оставит из-за этого идиота. Ольга посмотрела на сидящую – сидевшую – напротив девицу, которая вся превратилась в одно большое ухо, прислушиваясь к телефонному разговору.

– Седьмой месяц устроит?

– Олечка, миленькая, а на девятом, случайно, нет?

– Дмитрий Иванович, побойтесь бога, все, кто с таким сроком, уже в роддоме. Только седьмой.

Дальше пошёл давно ставший привычным разговор. Патологоанатом принялся рассуждать, во что одеть девочку. Какие будут чулочки, сеточкой или просто чёрные. Какую необходимо выбрать юбочку, совсем короткую, чтоб торчали ягодицы, или можно поскромнее. Ольга проходила это с ним миллион раз. Она положила трубку телефона на стол, не отключая вызов и позволяя Дмитрию Ивановичу разглагольствовать, – запятая не нужна – сколько душе угодно, потому что длиться процесс извращенных мечтаний может часами. Вот только слушать этот бред она сейчас совсем не была готова.

Смена выдалась крайне тяжёлая. Прошлой ночью все работницы налакались до зелёных соплей, словно сговорились, сволочи. Если некоторые продолжали трудиться и в таком состоянии, становясь только радостнее и любвиобильнее с каждой принятой рюмкой, то были отдельные индивиды, устроившие Ольге Сергеевна адское веселье.

Как, например, Настя, получившая прозвище «Фиолетовая» за оригинальный цвет волос. Девка была очень симпатичная и разумная, насколько это понятие применимо к сотруднице «конторы». Пока трезвая. Стоило ей выпить хотя бы сто грамм, человек менялся прямо на глазах, превращаясь в напрочь отмороженную дуру.

Настю выбрал клиент, остановившийся в одной из самых дорогих гостиниц города. «Контору» вызвала девочка-администратор, убедительно попросившая привезти только самых лучших.

Мужичок, – запятая не нужна – очень приятной наружности, – запятая не нужна – оставил девочку аж на сутки. Это был очень хороший заказ. И все бы оно сложилось прекрасно, но эта сволочь на первых же часах работы додумалась глотнуть винишка. Спустя недолгое время, – запятая не нужна – снова позвонила администратор. Теперь с огромной просьбой заменить сотрудницу на более адекватную, потому как Фиолетовая горланила песни на весь отель, что для данного места, где останавливались гости высокого уровня, было крайне неприемлемо. Однако, как оказалось, это ещё было не все.

Когда водитель Серёга зашёл в номер, то увидел, как пьяная проститутка кидается в клиента тарелками, стаканами и даже едой. Причину такого непотребного буйства не мог объяснить никто его участников. Настя – по той причине, что лыка не вязала, а несчастный мужик, потому что не понимал, с какого перепуга вдруг переклинило девочку, которую он и словом не обидел.

– Вы её теперь накажете? – проявил заботу весьма терпеливый человек. – Послушайте, если сможете её успокоить, пусть остаётся до утра. Хотя бы проспится.

Водила едва успел открыть рот, чтоб обсудить такой прекрасный вариант развития событий, как Фиолетовая дурниной заорала, что с «таким мудаком» вовсе не собирается находиться в одном помещении.

– Заткнись, идиотка, – зашипел водитель, уже подсчитывая в голове, сколько денег придётся за неё вернуть обратно.

– Ну, – запятая не нужна – что ж, – развёл руками клиент, – заставлять, конечно, не стану. Хочет, пусть уезжает.

– Я вам сейчас другую девочку привезу, – суетился Сергей, всей душой желая Фиолетовой подавиться выпитым алкоголем.

– Даже не знаю… Настроение что-то уже не соответствует интимному общению.

«Убью, – запятая не нужна – суку», – подумал Серёга, поднимая раскорячившуюся посреди номера проститутку за шиворот.

– Ну, – запятая не нужна – что вы, не отказываетесь. Девчонка будет хорошая, гарантирую, – продолжал он увещевать клиента.

– Хорошо, – махнул рукой гость отеля.

Серёга быстренько вытолкал Настю в коридор. Однако все было бы слишком просто, если бы пьяная идиотка спокойно отправилась на «контору». В итоге, – запятая не нужна – пребывающая – пребывавшая – в состоянии шока, – запятая не нужна – администратор наблюдала вместе с находящимися – находившимися – в холле гостями, как Серёга пер впереди себя активно сопротивляющуюся – сопротивлявшуюся – и голосящую – голосившую – матом проститутку, которая расставила широко ноги, пытаясь тормозить каблуками, а водила двигал её к выходу, словно тележку на колесиках.

Дальше – больше. Приехав на место, пьяная деваха сообщила заплетающимся – заплетавшимся – языком, что клиент успел ей дать очень хороших чаевых, то ли десять тысяч, то ли двадцать, и она их спрятала где-то в номере, потому что вокруг (тире не нужно) одно ворье. В силу абсолютной неспособности Фиолетовой изъясняться членораздельно, деталей никто не понял, но волшебное слово «тысяч» отказало потрясающее действие на свободных девочек. За места в машине началась почти что драка. Ведь поехать могли только четверо, а количество желающих оказаться в комнате, где спрятано заветное бабло, было значительно больше.

– А, – запятая не нужна – ну, заткнулись, стадо гребаное! – Не выдержав, гавкнула цепным псом Ольга Сергеевна.

Молча ткнула пальцем в тех, кто отправится на этот заказ, а остальным велела прижать жопу и ждать следующих клиентов.

Облаянный Фиолетовой мужик был в шоке. Все четыре девочки, привезенные Серёгой для замены, чуть ли не с порога номера кинулись его обнимать и поглаживать в различных местах, настаивая каждая на своей кандидатуре. Особенно целенаправленными были две блондинки, Олеся и Таня, которые вцепились в мужика намертво, рождая в душе водителя уверенность, что этих жаждущих найти Настину заначку, – запятая не нужна – тёлок, – запятая не нужна – от бедного страдальца теперь не оторвать. В итоге, – запятая не нужна – именно их клиент и оставил. Побухали, погудели, немного даже порезвились голенькими, а наутро обалдевший мужик рассматривал свой перевернутый с ног на голову номер. Будто торнадо прошлось, пока он отсыпался после обильного возлияния, только что обшивку у мебели не распороли, хотя судя по характерным дырочкам, в некоторых местах, – запятая не нужна – все же ковыряли.

Когда злые блондинки, вернувшись на «контору», принялись трясти Фиолетовую, которая, – запятая не нужна – догналась до полнейшего неадеквата и теперь благополучно отсыпалась, чтоб узнать все же у этой дуры, куда она так хорошо спрятала деньги, Настя открыла один глаз, посоветовала им лечиться, желательно у психиатра, потому, – запятая не нужна – как ни один человек такое баблище не бросит без присмотра, а «чая» и вовсе не было. Что это они себе придумали, тупые курицы?

Ольга Сергеевна вытолкала возмущенных блондинок из квартиры, отправив голосящих – голосивших – девиц по домам, потому что желание убивать от их криков выросло (у кого?) в геометрической прогрессии.

И вот теперь беременная Машка, выносящая – выносившая – мозг на предмет своего возвращения обратно. Девица ровно год назад покинула «контору», связавшись с клиентом и свято веря в то, что это – настоящая любовь. Ольгу вообще поражали проститутки своей наивностью в данном вопросе. Ведь каждый день они видят всю подноготную мужских натур во всей (всю/всей – необоснованный повтор) её естественной красе. Однако, – запятая не нужна – при этом, – запятая не нужна – верят в сказку о Золушке и фильму «Красотка». (верят сказке и фильму/верят в сказку и фильм) Как?! Уж они-то (кто? Проститутки или сказка с фильмом?) должны понимать гораздо больше, чем обычные женщины. Хера там. Ежемесячно какая-нибудь очередная тёлочка уходила с «конторы» рука об руку с тем, кто вообще-то трахал её за деньги, прекрасно зная, что таких у неё был ещё миллион. Всех их Ольга отговаривала поначалу, объясняя, что мужик такие подробности никогда в жизни не забудет и не простит. Никогда. А потом плюнула. Не дети малые, в конце концов.

Кто бы слушал умных советов? Та же история произошла с Машкой. Год она радовалась так безумно хотевшейся – желанной – жизни почти что, – запятая не нужна – замужней женщины, а потом мужик просто выставил её на улицу с вещами в руках и животом в придачу.

Куда идти? Естественно, дорога одна. На любимую «контору», которая все стерпит и во всем поможет.

Дмитрий Иванович, наконец, прекратил изливать свои похотливые мыслишки, и Ольга, заверив его, что все, конечно, будет именно так, как он описал, смогла отключить телефон.

– Повезло тебе, – сказала она Машке. – Поедешь к Патологоанатому.

– Олечка Сергеевна, он же извращенец, трахается на чёрных простыня и просит руки сложить на груди. А ещё велит не двигаться, словно померла. Девки рассказывали, я слышала.

– Знаешь, милая, не в твоей ситуации кочевряжиться. Ради этого заказа тебя, по крайней мере, хозяйка оставит на «конторе». Не устраивает, вот – бог, вот – порог.

Деваха тут же пошла на попятную, решив, что лучше так, чем на улицу, и отправилась готовиться к выезду.

А Ольга Сергеевна вдруг вспомнила, что однажды все же стала свидетелем любви, случившейся на «конторе». Серьёзно, без шуток. К тому же, чувство возникло не просто у проститутки и клиента. Девчонка влюбилась в одного из крышевавших ту «контору» бандитов, а он, что вообще было за гранью добра и зла, ответил ей взаимностью. Другой вопрос, чем закончилась та история… Но ведь было же…

Четвертая глава

21 сентября 2003 г.

Саша никогда не считала себя красивой. Вернее так… Она знала, что не обладает общепринятыми стандартами женской привлекательности. Нос чуть великоват, губы чуть узковаты, кожа немного испорчена переходным юношеским периодом. Фигура – обычная, ни плохая, ни хорошая. Пожалуй, самой красивой частью ее лица были глаза. Большие, с длинными черными ресницами и серым взглядом, цвет которого мог меняться под настроение, от темно-голубого до зеленого – У взгляда цвета нет. Цвет есть у глаз, взгляд – это устремление глаз на кого-л. В выделенной фразе вы пишете сначала, что взгляд был серым, затем уточняете, что он мог меняться. Я так понимаю, речь идет о цвете глаз. Вот глаза действительно были потрясающими, она это знала точно и пользовалась хотя бы таким бонусом от матушки-природы на полную катушку. Для этого существовал набор специальных примочек: игривое подмигивание, умение иронично поднимать одну бровь, но чтоб при этом не получалась кривая гримаса, и обязательно легкий прищур, благодаря которому собеседник немного зависал на черном ободке вокруг радужки, потому что этот контраст хочешь, – запятая не нужна – не хочешь, – запятая не нужна – привлекал внимание.

Ах, ну, – запятая не нужна – да… Еще ноги. Это даже странно, но почему-то при обычной фигуре, – запятая не нужна – отписали ей сверху длинные стройные ножки фотомодели. Поэтому – только высокий каблук. Очень высокий. Юбки покороче, штанишки в облипочку. Чтоб мужик смотрел исключительно ниже задницы, – запятая не нужна – и все остальные недостатки не замечал… Волосы… Да, пожалуй, волосы Саша тоже могла считать своей особой фишкой, потому что всегда держала их одной длины, чуть ниже лопаток, но выше талии, и обязательно красивого рыжего цвета, близкого к натуральному. Не ярко, но приятно глазу. Саше казалось, что в постели женщина должна обязательно встряхивать шикарной гривой и позволять мужчине периодически наматывать ее на руку. Это крайне сексуально, думала она.

Смешно сказать, но, – запятая не нужна – когда Саша шла на свою первую «контору», она даже сомневалась, а возьмут ли ее вообще на работу. Проститутки, по ее мнению, должны быть исключительно красивы, чтоб клиент, только завидев девочку издалека, уже хотел отвалить за нее денег. Позже, отработав в этой сфере почти год, она поняла, насколько заблуждалась, потому что приходили такие экземпляры, от внешнего вида которых возникало чувство удивления, изумления и недопонимания. А ведь брали-то на заказах, да еще как. Именно на «конторе» Саша узнала одну очень важную вещь о противоположном поле. Да, они ведутся на картинку, на обложку, но, коли девка – конченая дура, то через очень недолгое время «пассажир» отпадает в сторону. А вот, – запятая не нужна – если от природы может и не очень красивая девочка создаст себе внешний лоск искусственно, а в голове у нее правильно крутятся шестеренки, то зацепить мужичка можно посильнее иной красотки.

По крайней мере, Саша никогда не привлекала мужчин с первого взгляда, но вот потом… Как сказал один из ее любовников: «Девочка моя, есть женщина-море. Красивая, манящая. Разбежался, прыгнул, поплавал и вышел. Все. А есть женщина – болото. Обычная, вроде, может, даже серенькая, но сунул ногу и через минуту весь ушел в трясину. И ведь потом не выберешься никак. Так вот, моя хорошая. Ты такое болото, что, когда затянет, ничего не спасет».

И вот – Марат. Нет, это было очень неожиданно. Саша даже сначала не верила своему чутью, которое ее никогда не подводило. Прошла почти неделя с того дня, как она вышла на эту «контору». Симпатичный высокий парень вдруг стал появляться каждый день. В основном вечером заскакивал с пирожными, отчего у девок вообще случался глобальный стресс, и они прыгали от Марата в сторону, когда тот предлагал сладенького с чайком, будто он им ядовитую змею в рожу сует, – запятая не нужна – или паука-птицееда. Блондинистого кареглазого красавчика это поначалу чрезвычайно бесило. Особенно, – запятая не нужна – когда уже пятая или шестая телочка пятилась, – запятая не нужна – тряся головой и утверждая, что в жизни никогда сладкого не любила и вообще сладкое портит фигуру, но, конечно, большое спасибо за предложение. Двое, – Две – правда, наоборот, с перепугу, – запятая не нужна – молча жрали до последнего пирожного, опасаясь разозлить отказом одного из «крышевых» бандюков.

– Оля, они, – запятая не нужна – что, у нас все пристукнутые? – спрашивал Марат диспетчера, не понимая, что девки боятся его до одури.

А ведь блондин был действительно самым нормальным из всех своих коллег. Он никогда никого не обзывал, не бил и не унижал. В нем чувствовалось какое-то интеллигентное, что ли, воспитание, сколь удивительно это не звучало в отношении столь криминального элемента. Как Саша узнала позже, он действительно воспитывался матерью, проработавшей всю жизнь учителем русского языка и литературы. К сожалению, времена на его молодость попали такие, что, живя в неблагополучном районе города, кроме той дороги, на которую он пришел, выбора особо не было. – ничего другого он выбрать не мог.

После пятого вечера стабильного присутствия Марата на «конторе» девки немного пообвыклись, – запятая не нужна – и от фразы: «Ну, – запятая не нужна – что, телочки, похохочем», переставали ржать как призовые лошади без всякой на то причины, лишь бы угодить бандиту из «крыши».

Они на самом деле усаживались в кухне и травили анекдоты, смешные истории, которых, – запятая не нужна – к тому же, – запятая не нужна – сам Марат знал великое множество. Саша всегда находилась немного в сторонке, а чаще даже стояла у кухонного окна, опираясь на подоконник, и периодически ловила на себе два взгляда: один – Марата, будто слегка заинтересованный и даже где-то изучающий; второй – Ольги Сергеевны, встревоженный и напряженный.

Диспетчер, очевидно, боялась, что телка сейчас почует интерес бандита и, пользуясь моментом, а кто бы не воспользовался таким шансом, ляжет под него на благо своих интересов, и это – (тире не нужно) чревато последствиями. Крыша никогда не связывалась с конторскими девками. Без исключений. Да, они могли отправить парочку проституток в качестве подарка каким-нибудь приезжим «пацанам» из своего круга, но сами – никогда. Потому что на «конторе» не должно быть избранных. Все они равны, все – рабочая безликая масса. Если создать один прецедент, то никакого порядка больше не будет.

Поэтому Ольга Сергеевна занервничала сразу же, когда поняла, что неспроста Марат появляется вот уже столько вечеров к ряду. Присмотрелась и увидела, в какую сторону смотрят его глаза.

А тут еще одна проблема. Мало кто знал, но по Марату «сохла» хозяйка конторы. Прямо убивалась. Да и сложно было не запасть на красивого улыбчивого парня, который в свои двадцать восемь был достаточно мудр, чтоб делать вид, что совсем не замечает отчаянной влюбленности Анжелики, владеющей – владевшей – этой «конторой». «Господи, – думала Ольга Сергеевна, – не проститутская фирма, а прямо бразильский сериал».

Но, – запятая не нужна – не дай боже, – запятая не нужна – жгучей тридцатилетней брюнетке прознать, что какая-то из телок закружилась с Маратом. Девке придет мандец, причем чрезвычайно быстрый и чрезвычайно сильный. Ему-то что, поиграется да забудет, а Анжелка сделает все, чтоб превратить жизнь дурехи в ад. В то время Ольга Сергеевна еще относилась к своим подопечным по-человечески, с переживанием, и всю складывающуюся – складывавшуюся – у нее на глазах ситуацию принимала близко к сердцу.

Однако телочка диспетчера удивила. То ли не замечала взгляды Марата, то ли активно косила под глупую. И первый, и второй вариант устраивали Ольгу Сергеевну более чем. Нет связи между проституткой и бандитом из «крыши», значит – нет проблем. Аллилуйя!!!

А Саша просто была растеряна. Наверное, впервые в жизни. При том, что пришла она на «контору» сознательно и своими собственными ногами, дурой-то все же не была. Росла в бедной семье, где иной раз, кроме куска хлеба, и пожрать-то было нечего, а лет в восемнадцать поступила в университет, сама, своим собственным умом. Тогда вообще стало туго. Однокурсники ходили в прикольных шмотках, пользовались мобильными телефонами, ездили на своих собственных тачках. Саша добиралась до учебы на троллейбусе, телефон имела только дисковый домашний, а насчет вещей лучше вообще ничего не говорить. Сказать, что она чувствовала себя отребьем, случайно попавшим на элитную вечеринку, – значит ничего не сказать. Да, можно было пойти работать официанткой, как многие и делают во время учебы, но в то время, – запятая не нужна – девочки, разносящие – разносившие – еду, не так уж далеки были по своему положению от проституток, с той лишь разницей, что их трахали кавказцы, заправляющие почти всеми кафешками города, безвозмездно, то есть даром. Куда ни кинь, везде поимеют, но уж лучше пусть сразу за деньги. За еду отдаваться абы кому Саша не хотела.

И вот сейчас она совсем не понимала, что делать. Марат ей нравился. Безумно. Она же не двинутая на голову, чтоб не заметить его привлекательности, его отличного чувства юмора, которое для Саши было однозначным признаком ума и образованности человека, его сильного накаченного тела и красивой белозубой улыбки, которая то и дело перескакивала двумя шаловливыми чертями в мягкую темноту его карих глаз.

Сууука… до чего же хорош, подлец! Когда его взгляд останавливался на ней, Саша чувствовала, как бегут мурашки, а внизу живота прокатывается теплая волна возбуждения. Но. Она прекрасно понимала, что нихренашеньки хорошего из этого не выйдет. Во-первых, ну, не похожа Саша на первую красавицу села, как ни крути. Были в их «конторе» девки красивее, – запятая не нужна – да заманчивее. Тогда возникал вопрос, ему-то все это для чего. В любовь с первого взгляда Саша не верила со времен десятого класса, когда целых пять дней любила парня из параллельного класса, а он ее в ответ, пока не застала кобелину целующимся – целовавшимся – со своей подругой в туалете во время дискотеки.

Да и не в их случае об этом говорить. Смех! Проститутка и бандит полюбили друг друга, едва встретившись глазами. Обхохочешься!

Но факт оставался фактом, Саша буквально кожей ощущала его интерес. На физическом уровне чувствовала, как глаза Марата скользят по ее неприкрытой коже, пробираясь под короткую юбку, чтоб узнать, а так ли внутри интересно, сколь и снаружи.

Саше хотелось подойти к нему и закричать во весь голос: «Что ты творишь?! Что хочешь от меня?! Что, твою мать, за издевательство?!»

Сердце волновалось все сильнее, и мысли становились все более бунтарскими.

К тому же у Саши был постоянный… как бы его назвать… Хахаль? Любовник? Сожитель? Сложно подобрать определение мужчине, который знает, что его женщина занимается сексом еще как минимум с пятью такими же за ночь, но при этом прекрасно себя чувствует с данной информацией.

Они познакомились на первой Сашиной «конторе», где Генка трудился водителем. Да как-то вот затянулось… Он бесился из-за ее работы, но ничего конкретного не предпринимал.

Однако, – запятая не нужна – если бы Саша завела себе кого-то для души, то следовало ожидать сцен ревности, грандиозных скандалов, разборок и мордобоя. Вот такая вот «вечная молодость».

А Марат, – запятая не нужна – тем временем, – запятая не нужна – в ее мыслях занимал все больше и больше места. Она очень старалась вычеркнуть – после этого глагола нужно уточнить, кого именно вычеркнуть, чтоб забыть, но как такое провернешь, если он постоянно трется на «конторе» и баламутит девичье сердце своим жестким, но, сука, таким страстным взглядом.

Однажды, когда они в очередной вечер веселились всей «конторой» в обществе блондинистого красавчика, тот попросил сделать чай, и ближе всех к плите в этот момент, – запятая не нужна – оказалась Саша. Тогда ведь мало было электрических примочек на кухнях, поэтому зажгла огонь, поставила кипятиться воду, а когда наводила крепкий напиток, случайно плеснула себе на руку и, вскрикнув, прижала горящее место к груди. Марат тут же вскочил на ноги, подошел близко-близко и, ухватив Сашу за запястье, сунул ее обожженную руку под ледяную воду. Несколько минут они стояли, глядя друг другу в глаза. Это было, как в кино. Вокруг проносилась жизнь: смеялись о своем проститутки, исходила паром стоявшая рядом чашка чая, окончательно впадала в панику Ольга Сергеевна, единственный человек, заметивший и понявший эти «гляделки», а Саше казалось, будто между ней и Маратом все замерло, остановилось. Казалось, будто земля перестала вертеться.

Наконец, блондин отступил на шаг назад, но Саша успела заметить, как сбивается его дыхание, – запятая не нужна – и насколько сам он изумлен, а где-то даже напуган своей реакцией. Еще бы не испугаться, когда ты – бандит, а сердце заходится рядом с проституткой.

Но в тот вечер Саша поняла одну вещь. Она не в силах отказаться от того, что происходит между ними. Даже, – запятая не нужна – если расплачиваться за это придется болью, она все равно не сможет, а то, что дело медленно, но верно идет к чему-то крайне волнительному, становилось все яснее и яснее.

«Ну, мандец», – подумала Ольга Сергеевна, изучая – изучают что-то, после этого слова должно быть существительное, как отскочили друг от друга эти двое, несколько минут стоявшие, словно завороженные. Быть беде.