Читать книгу "Запрет на истинность"

Глава 9. «Сама придёшь»

– Даже не думай, – почему-то шёпотом говорю я, упираясь ладонями в мощные грудные мышцы и тщетно пытаясь отстраниться.

– Не буду, – так же тихо отвечает Эйнар, и в тот же момент его губы накрывают мои.

«Да как он сме…», – мысль обрывается сметённая волной жара, нахлынувшей из глубин моего существа.

Вырвавшийся у меня непроизвольный стон только провоцирует мужчину углубить поцелуй.

И я реагирую на вторжение так, как не должна. Вместо того, чтобы вырваться и ответить зарвавшемуся наглецу пощёчиной, я отвечаю на поцелуй. Отвечаю неумело, но наслаждаясь каждым движением его губ, тем, как скользит язык, исследуя мой рот.

Ласка и напор, сменяя друг друга, заставляют кипеть мою кровь.

Внизу живота появляется мучительно сладкое ощущение, оно нарастает, разливается растопленным мёдом, плавит внутренности, добирается до солнечного сплетения, норовя выпустить на свободу мои стихий.

Дёргаюсь, только тогда, когда горячая мужская ладонь касается болезненно затвердевшей груди. Инстинктивно сжимаю челюсти. Чувствую вкус железа во рту.

Гневный рык, и Эйнар отстраняется, вытирая кровь с губы. Ощущаю это как потерю, так, словно с меня содрали кожу, оставив оголённые нервы. Я свободна и мне нестерпимо холодно. Чувства раздваиваются. Кажется, отпусти я себя хоть на миг, и тело само последует за мужчиной в поисках тепла. Но я не отпускаю. У меня получается даже сделать шаг назад.

– Ты… ты, – я наконец обретаю дар речи, но не сразу соображаю, что говорить. – Ты же сказал, что не будешь меня целовать.

– Нет, Айрис, – Эйнар снова делает шаг ко мне, но я уже начеку и отступаю. – Такого я не говорил. Ты сказала мне: «Даже не думай». Так чем ты недовольна? Я и неспособен думать рядом с тобой.

Надо же как вывернул. Чувствуется опыт человека, привыкшего к победам. Только я уже пришла в себя. Больше ему не удастся заговорить мне зубы.

– Ты хорошо умеешь играть словами, но на этом всё, – не выдерживаю и добавляю язвительно. – Надеюсь, я рассчиталась со всеми своими долгами?

Сама слышу фальшивые ноты в своём голосе. И Эйнара моё возмущение не обманывает.

– Тебе нравится, когда я тебя целую, – сердито говорит он. – Зачем ты борешься сама с собой? Ты хочешь меня так же, как я тебя.

– Знаешь что? – во мне начинает просыпаться ярость от такой наглости. – Спасибо тебе за то, что спас сестру Крианны, за то, что помог мне запечатлеть Рию. Но… Больше ко мне не подходи, пожалуйста, – последнее слово произношу почти шёпотом, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

Разворачиваюсь, собираясь уйти, но сильные пальцы удерживают меня за плечо.

– Рис, – голос Эйнара сейчас звучит проникновенно. – Да не дёргайся ты, просто послушай.

Ну выбора у меня похоже нет. Эйнар держит крепко.

– Ты ещё не поняла, почему я перевёлся в твою академию? Мне давно предлагали, но я согласился только после того, как одна маленькая девочка пробралась в запретную зону. Мой дракон тебя почувствовал ещё когда ты пряталась в скальной нише, и… ты ему понравилась. Ты и твоя драконица.

Дёргаю плечом, сбрасывая с него руку,

– Зато моей драконице вы оба не понравились, – резко отвечаю я. – За то, что тогда отпустил, я тоже тебе безмерно признательна.

– Хорошо, – рычит Эйнар. – Я подожду.

– Чего ты подождёшь? – недоумеваю я.

– Пока ты сама ко мне придёшь.

Десятки слов готовы сорваться с моего языка: самонадеянный чурбан, чамп, дикарь. Но я удерживаюсь от оскорблений. Дочери императора не пристало вести себя как торговке. Правда ей не пристало и целоваться с кем попало, но это была случайность.

Единственное, что я себе позволяю, это громко бросить в удаляющуюся спину:

– Этого не будет!

Глава 10.«Я всё сделала правильно»

«Я всё сделала правильно», – засыпаю с этой мыслью.

Темно. Я не одна в комнате. Но страха нет. Меня обнимают сильные руки. И мне уютно в этих объятиях. Горячее дыхание обжигает мои истерзанные поцелуями губы. Горьковатый запах полыни проникает в лёгкие и вместе с током крови впитывается каждой клеточкой. Внизу живота нестерпимо тянет. Пальчики на ногах поджимаются, запуская томительно сладкую волну вверх до самой макушки.

– Рис, проснись!

Открываю глаза, и делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Мне не хватает воздуха. Я как будто не спала, а бежала на скорости.

Солнце ещё не взошло, но за окном уже светло. Я вчера даже шторы забыла задёрнуть.

Аниса стоит в дверях в длинной ночной рубашке, и смотрит на меня с тревогой.

– Ты так стонала во сне, – объясняет она. – Ещё рано на пробежку, но я не выдержала. Ты не заболела случайно?

Я сажусь на кровати, отбрасывая одеяло, и прохладный воздух заставляет меня поёжиться. Мокрая ночнушка прилипла к телу, и от этого вдвойне неприятно.

– Вроде нет, – хриплым спросонья голосом отвечаю я. – С чего ты взяла?

Аниса мнётся на пороге, и я понимаю, чего она боится. То, что безопасно для дракона, для человека может оказаться смертельным.

– Поняла, о чём ты. Нет, конечно. Аниса, ты же грамотная девушка, должна знать, что джерайская чахотка не заразна.

– Ну мало ли, – неуверенно говорит она. – Пока что никто так и не понял, откуда она берётся. Сходи на всякий случай к целителям, а то выглядишь ты не очень. Я пойду ещё полежу полчасика.

Аниса уходит в свою комнату, а я поднимаюсь, потому что лезть в мокрой рубашке под такое же мокрое одеяло не очень приятно.

Чтобы не думать о дурацком сне, из-за которого сердце продолжает бешено колотиться, стараюсь занять себя простыми повседневными делами: умываюсь, сразу же переодеваюсь в чистую одежду для пробежки, грею воду, завариваю травы и ягоды. И только потом сажусь в кресло у окна, подобрав под себя ноги, и разрешаю своим мыслям вернуться к тому, что приснилось.

Не удивительно, что после вчерашнего бесцеремонного поцелуя приснилась всякая ерунда. Я всё сделала правильно. А сон, что сон?

Грею руки о горячую чашку, вдыхаю аромат душицы и малины. Я полностью успокоилась.

Эйнар, конечно, привлекательный, но разве физические данные – это единственное, что мы девочки ищем в мужчине?

Во время пробежки я ещё больше успокаиваюсь, тем более что Эйнара среди адептов я не вижу. Странно, конечно, почему все присутствуют, а его нет? Даже травники и зельевары обязаны начинать утро с тренировочного бега. А уж боевики всегда в первых рядах.

Во время завтрака чамп тоже не появляется. Возможно, он был в столовой раньше, или наоборот придёт позже. И хорошо, что его нет. Чем меньше я буду с ним пересекаться, тем лучше. Только почему я не спешу закончить завтрак?

– Можно к вам? – Дангур ставит поднос на наш стол, ещё не дождавшись ответа.

– Конечно, – улыбается ему Аниса.

А я просто пожимаю плечами. Почему бы и нет? С чего я вдруг на него взъелась? Он стал навязчив? Но некоторые ведут себя гораздо наглее. Этот хоть целоваться не лезет. Правда, запах от него приторно сладкий. Но зато он, похоже, осознал, что перешёл грань дозволенного и сейчас снова смотрит на меня вполне по-дружески.

– Сегодня лекция отменяется, – говорит Дангур, составляя свои тарелки на стол с подноса.

– А что вместо неё? – спрашиваю я.

– У каждого факультета своя практика.

– Но наш магистр уехал на три дня, – вспоминаю я, поднимаясь из-за стола. – Пойду посмотрю изменения в расписании.

Отмечаю огорчённый взгляд Дангура и благодарный Анисы. Подруга давно к нему неровно дышит. Пусть пообщаются.

Некоторое время стою перед расписанием. Так и есть, лекции не будет. Напротив некоторых групп стоят слова «практические занятия», в строчке артефакторики написано «самоподготовка». Ну и отлично, что-то я последние два дня не вспоминала о своей курсовой. Только зайду сначала к Рие. Первые дни после запечатления самые важные для установления связи. Стоит видеться с ящеркой почаще.

У загона снова людно. Первокурсники с боевого факультета пришли знакомиться с новыми, недавно пригнанными ящерами. Те, у кого получится запечатлеть рептилию, попадут в отдельную группу.

Некоторым уже повезло познакомиться со своей чешуйчатой половинкой. И я невольно улыбаюсь, видя счастливые лица везунчиков. Три года назад я ушла отсюда разочарованная. А сейчас… Рия учуявшая меня на расстоянии, уже топчется у загородки.

– Сейчас мы отправимся на полигон, – гремит усиленный магией голос магистра Аргуса. – Для тех, кто только сегодня запечатлел ящера, задача простая – удержаться верхом. С остальными мы будем работать по дальним мишеням.

Пробираюсь между ожидающими своей очереди первокурсниками ко входу в загон. Некоторым сегодня впервые предстоит взнуздать своего ящера.

Заметив меня, магистр Аргус кивает:

– Наслышан, адепт, о ваших успехах. Редко кому удаётся запечатлеть ящера позже. Тут ведь либо дано сразу, либо не суждено.

– Так получилось. Моя драконица неожиданно приняла ящера. А раньше протестовала.

Умалчиваю о том, кто ещё помогал мне приручать Рию. Это магистру знать не обязательно. Но в голову приходит другая идея:

– А можно я сегодня с вашей группой поеду? Моя девочка ещё не обкатанная. А лекцию отменили.

– Да, конечно, – соглашается магистр. – Лучше будет, если вы в начале знакомства с ней будете под присмотром.

Сегодня у меня всё получается с первого раза. Наверное, надо за это сказать спасибо Эйнару. Вчера он меня научил некоторым приёмам, как обхитрить ящера, которому не очень хочется надевать уздечку. Мне даже мерещится в какой-то момент запах полыни. Оглядываюсь. Нет, померещилось.

Вот куда он делся?

Ответ на этот совершенно не интересующий меня вопрос я получаю, когда в составе группы первокурсников въезжаю на большой полигон, предназначенный для выездки и тренировки рептилий.

Глава 11. На полигоне

Нас встречает звон мечей.

Само по себе это не редкость. Боевой факультет тренируется на этом полигоне каждый день. Обычно младшие курсы нарабатывают в парах удары и защиты, а старшие нередко устраивают настоящие поединки.

Моего брата, хоть он и учится на первом курсе, порой зовут на тренировку старшекурсники. У Роана есть опыт реальных боёв. И парням интересно спарринговать с ним.

Чаще всего адепты разбиваются на пары и занимаются все одновременно. Но когда поединки приближены к реальным, то сражается одна пара, а все остальные становятся зрителями.

Сегодня всё по-другому! Происходит нечто странное. Настолько, что даже магистр Аргус, который едет впереди, решает отложить начало нашей тренировки. И едва наша группа пересекает линию въездных ворот, он делает нам знак рукой, чтобы мы остановились.

На площадке идёт необычный бой. Трое, или нет, четверо против одного. И тот, кто в центре, невероятен. Это не человек – это смерч.

Мужчина обнажён по пояс, но рассмотреть его невозможно, с такой молниеносной скоростью он перемещается. В каждой его руке по мечу, превратившемуся в размытый сверкающий круг.

Его четверо противников не миндальничают. Чувствуется, что они порядком раздражены тем, что не могут вчетвером достать своими мечами одного единственного человека.

Никакого изящества: жёсткие рубящие и колющие удары, рваные вскики, в которых чувствуется досада. Ощущение такое, что парни забыли о своей защите, и у них осталась одна единственная цель: достать, зацепить того, кто кажется неуязвимым.

Для мечей во время таких боёв используется магическое покрытие. Кромка лезвия не может ранить человека, но каждое прикосновение оставляет красные полосы. И тела нападающих испещрены отметинами цвета крови. Зато на смуглой коже их единственного противника не видно ни пятнышка.

Тот, кого они атакуют, ускоряется и на мгновение превращается в размытое пятно. Четырьмя серебристыми молниями из центра разлетаются выбитые из рук нападающих мечи, и трое парней тоже оказываются на земле. Только одному из четверых удаётся удержаться на ногах.

Тренировочный бой окончен. Человеческое тело в центре обретает очертания.

– Очешуеть, – вырывается у какой-то девушки из нашей группы.

И я с ней согласна, только сказать не могу, потому что дыхание перехватило.

Я узнаю мужчину, который только что, словно котят, раскидал лучших бойцов Академии. Эйнар некоторое время стоит в центре площадки неподвижно, успокаивая дыхание. А я не могу отвести взгляд.

Никогда не видела более совершенного тела: мощная рельефная грудь, бугрящиеся мышцы на руках, всё ещё сжимающих клинки, поджарый живот и тёмная дорожка волос, исчезающая за поясом низко сидящих на бёдрах штанов.

Он стоит лицом к нам, и, хотя расстояние до него довольно большое, но я вижу даже капельки пота, неторопливо стекающие по чётко очерченным кубикам пресса. Похоже, моя Райлинг тоже заинтересовалась и подкрутила остроту моего зрения до драконьей.

Заставляю себя перевести взгляд выше и встречаюсь с хорошо знакомыми вертикальными зрачками.

Мне чудится в них усмешка. Эйнар прекрасно понял, что я его разглядываю. И, разумеется, убеждён в собственной неотразимости. Самоуверенный чурбан.

Отвожу глаза, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Чамп, наверняка, уверен, что я растеклась лужицей, любуясь им. Ничего подобного. Я просто, как и все остальные, смотрела на учебный бой.

– Впечатляюще, – говорит громко магистр Аргус и поворачивается к нам. – Насмотрелись? Вперёд по кругу. Нос в хвост. Не торопимся. И держите дистанцию. У новичков задача удержаться в седле. Ваши ящеры первое время будут вас проверять.

Мы трогаемся с места. Сам же магистр направляется в центр площадки к парням, сгрудившимся вокруг чампа. Там подбирают мечи, что-то обсуждают. Я же стараюсь смотреть только прямо перед собой. Зато ящерица вертит головой. Она явно нервничает из-за непривычной обстановки.

– Рия, – строго говорю я, натягивая поводья.

Моя ящерица, похоже, учуяла своего любимого Эйнара, а поскольку к дисциплине она ещё не приучена, меня воспринимает скорее не как хозяйку, а как подружку по играм. Мне с трудом удаётся её успокоить и вроде бы даже подчинить. Неохотно, но она слушается.

К счастью, старший курс уже закончил тренировку и теперь в центре площадки в одиночестве стоит магистр Аргус. Выдыхаю с облегчением.

– Быстрее, – гаркает в этот момент магистр. – Держать строй!

Мы ускоряемся. Я ездила верхом и даже управляла боевыми ящерами, но сейчас всё идёт как-то не так. Приходит понимание, что все рептилии, которых мне предоставляли прежде, были вымуштрованы, а с молодым недисциплинированным ящером я сталкиваюсь впервые. И вчера Рия, скорее всего слушалась не столько меня, сколько Эйнара.

Это обидно. Но злюсь я сейчас не на чампа, а на себя. Какая самонадеянность. Привыкла, что всё даётся легко. Сейчас тоже есть искушение привлечь на помощь Райлинг. И моя драконица, уловив это желание, мгновенно откликается. Она готова призвать к порядку шуструю ящерицу.

«Нет, Райлинг, – останавливаю её я. – Не лезь!»

Моя вторая ипостась оскорблённо отключается, отправив мне в ответ что-то вроде: «Сама справляйся, раз такая умная». Это не мысль, но вполне чёткий посыл.

Я понимаю, что с помощью дракона подчинить Рию было бы просто. Но нечестно. К тому же у меня появляется ощущение, что Эйнар всё ещё здесь на полигоне. Я чувствую его взгляд. И знаю, что его дракон поймёт, если я дам слабину. А мне почему-то не наплевать, что самоуверенный чамп обо мне подумает. Всё-таки это он вырастил Рию и доверил её мне, считая достойной. Значит, я должна справиться сама.

Сосредоточиваюсь на внутренних ощущениях, пытаясь установить ментальный контакт с Рией, и одновременно стараясь не слететь с её спины во время очередного резкого броска в сторону.

У меня получается почувствовать мечущееся сознание ящерки, её недовольство. Она не привыкла бегать в строю. Поток ощущений, исходящий от Рии, захлёстывает меня.

Несколько мгновений я воспринимаю мир через неё.

Меня бесит извивающийся перед носом хвост впереди трусящего ящера. Хочется цапнуть, или подпалить огоньком. Просто так, чтобы не маячил тут. И тот, кто едва не наступает на мой хвост тоже злит. Так и хочется подсечь его передние ноги этим самым хвостом. А ещё друг, большой тёплый и надёжный друг здесь, он смотрит. Он может, погладить, почесать надбровные дуги. Это куда приятнее, чем дышать тут пылью.

Я пытаюсь перехватить управление. Это не я должна видеть мир глазами ящера, а она выполнять те команды, которые я ей мысленно отправляю.

Рия не согласна. «Хвост, укусить». В очередной раз натягиваю поводья, придерживая её и совершаю ошибку, потянув слишком резко. Ящер, бегущий сзади, делает прыжок в сторону, чтобы избежать столкновения. И я боковым зрением вижу, как его всадник вылетает из седла.  Сам же ящер начинает обходить нас, и, когда у него получается поравняться с нами, Рия поворачивает голову и с явным наслаждением впивается зубищами в его плечо. Резкая остановка. В нас врезаются те, кто сзади. Рёв множества зверей. И меня выбрасывает из седла.

Лечу, пытаясь сгруппироваться, и уже предчувствую жёсткое столкновение с землёй. Только бы не попасть под лапы одного из взбесившихся ящеров.

Глава 12. Падение

Мир останавливается. Приглушённо, словно издалека доносятся чьи-то крики, рёв ящеров.

Я уже долетела? Тогда почему не больно? Или я без сознания? Но тогда я не должна слышать криков.

– Рис, очнись.

Это Роан. Узнаю его встревоженный голос.

– Рис, что с тобой, – это Тэффи. – Ро, она ведь не ушиблась? Она не могла ушибиться. Её что-то защищает.

– Воздух. Она успела создать вокруг себя воздушный кокон. Умница! Не растерялась.

Я успела создать защитный кокон? Серьёзно? Не помню за собой таких подвигов. Я и в лучшие-то времена нормальный щит через раз создавала.

Но тем не менее у меня ощущение, что я подвешена в мягком гамаке.

– Рис, да открой уже глаза, – в голосе брата раздражение. – Не притворяйся. Мы должны убедиться, что с тобой всё в порядке.

Послушно приподнимаю веки. Надо мной склонились два родных лица: Роан и его жена.

– Ну вот, – с облегчением говорит Тэффи. – Всё обошлось. А теперь сними, пожалуйста защиту.

– Да, – поддерживает её брат. – Лучше всё-таки отнести тебя к целителям, а я не могу пробиться через кокон. Когда ты научилась выстраивать такой щит?

Хочу сказать в ответ, что я и не умею. Поворачиваю голову, чтобы понять, что всё-таки происходит, и обнаруживаю себя висящей в воздухе на высоте как минимум полутора метров. А самое странное, что я не могу пошевелиться. Я спелёната словно младенец.

Что за…?

«Это не мой щит», – хочу сказать я, но вслух говорю только:

– У меня не получается его снять.

– Так бывает, – звучит рядом голос магистра Аргуса. – Она ещё не настолько хорошо управляет этой магией. Поставила щит в стрессовой ситуации, а осознанно снять не может. Адепт, Айрис, вам больше ничего не угрожает. Постарайтесь расслабиться. Щит исчезнет сам.

Ага, сам… Только вот я уверена, что создавала эту защиту не я.

Странное и непривычное ощущение, когда твоё собственное тело тебе не подчиняется. Втягиваю носом воздух. Опять мерещится горьковатый полынный запах.

Это иллюзия. Я везде вижу присутствие Эйнара. Это ненормально, потому как он точно ни при чём. У него земля и огонь – две стихийных магии.

Но кто-то же меня защитил. Кто?

Кокон исчезает так же неожиданно, как и появился. Роан еле успевает подставить руки и подхватить меня, а то быть бы мне с синяком на заднице.

– Вот и молодец, – басит магистр Аргус. – Всё-таки отправьте её к целителям и попросите стихийников из Хорнии проверить потенциал воздушной магии. После такого стресса он должен резко возрасти.

– Поставь меня на ноги, – прошу брата. – Я уже в порядке. Сама пойду.

Брат выполняет мою просьбу, но продолжает придерживать меня за локоть, опасаясь, что я всё ещё могу потерять равновесие.

Рёв Рии отзывается в области сердца болезненным толчком. Чувствую её тревогу. Моя ящерка ощущает свою вину?

– Уведите её в загон, она ещё совсем дикая, – сердито командует магистр. – Рано на ней ещё в группе ездить. Чуть всех не покалечила.

Я поворачиваю голову и вижу, как пара парней пытается ухватить мою Рию за уздечку. Но не тут-то было. Моя ящерка встаёт на дыбы, отказываясь подпускать кого бы то ни было.

– Я сам её отведу, – раздаётся голос, от которого по спине бегут мурашки.

Рядом с Рией вырастает огромная фигура чампа, и ящерка моментально успокаивается.

– Она совсем необученная, – недовольно говорит Роан. – Как так получилось, что её доверили неопытному всаднику?

– Я её запечатлела, Роан, – объясняю я. – Думала, что в группе у меня получится быстрее с ней поладить.

– В группе с дикими ящерами быстрее не бывает, – рычит Роан, явно переживший стресс по моей милости. – Я сам займусь твоим обучением и дрессировкой этой бешеной рептилии.

– Не получится. – Эйнар поворачивается, и я с трудом удерживаюсь чтобы не зажмуриться.

Это выглядело бы странно. Вокруг сейчас много парней с обнажёнными торсами, и мы за время тренировок к этому привыкли. Так что сейчас лучше не подавать виду, что этот чамп меня смущает

– Это ещё почему? – недовольно спрашивает Роан.

– Я лучше знаю эту породу. Вчера под моим присмотром всё было нормально. Нужно минимум дней десять, чтобы они привыкли друг к другу.

Чувствую, как напряглась рука Роана, и сильнее сжались его пальцы. Он удивлён? Ну ещё бы. Его сестра оказывается вчера тренировалась под руководством чампа, а ему об этом никто не доложил.

Эйнар же смотрит на Роана прищуренным взглядом, и в его зрачках разгорается пламя. Он смотрит на него…как на соперника? Ну точно же. Я же не бегаю и не кричу везде, что Роан мой брат. Тем более он и сам скрывает своё происхождение. Магия у него проснулась совсем недавно. И он, сын императора, сейчас постигает науки за одним учебным столом с малолетками.

Учиться в любом возрасте не зазорно, но статус требует не кричать на всех углах о сложностях в жизни императорской семьи.

 Все в Академии знают, что Роан и Тэффи пара. Все… кроме одного наглого недавно приехавшего чампа.

На всякий случай высвобождаю свой локоть из захвата Роана. Не хватало ещё, чтобы эти двое начали разборки.

Выручает меня магистр Аргус:

– В таком случае, я попрошу вас, адепт Эйнар, ещё позаниматься с девушкой. Нам бы не хотелось, чтобы ваша ящерица причинила ей вред.

– Она прекрасно обучается. Просто очень молодая ещё, – брошенный на меня взгляд, заставляет усомниться, что Эйнар под этими словами подразумевает Рию.

– Тогда сами её уведёте в загон, – продолжает магистр,

– Само собой, – цедит сквозь зубы Эйнар и похлопывает Рию по морде.

А ящерица откровенно к нему жмётся и, кажется, урчит от удовольствия.

Чувство, которое шевелится сейчас у меня в груди, очень похоже на ревность. Только понять не могу кого из них и к кому я ревную.

– Хорошо ещё, – в завершение говорит магистр, – Что адепт Айрис использовала свою воздушную магию.

Я пристально слежу за лицом Эйнара и в отличие от других замечаю, как дёрнулся в усмешке уголок его рта.

Однако он молчит. А я ещё больше утверждаюсь в своих догадках кто создал воздушный кокон. Но как? Может у него воздушный артефакт? Не зря ведь его перевели из Хорнийской Академии. Чем-то же он там занимался.

И если это он меня спас, получается, я опять должна сказать ему спасибо? А что он потребует взамен?

По телу пробегает тёплая волна очень похожая не на тревогу, а на предвкушение.